51

(614)

№

В ПРОКУРАТУРЕ СОЮЗА ССР   В настоящее время Прокуратурой Союза ССР закончено расследование по поводу сделанных на процессе троцкистско-зиновьевского террористи­ческого центра в Москве 21 августа c. г. некоторыми обвиняемыми ука­заний о причастности в той или иной степени к их преступной контррево­люционной деятельности Н. И. Буха­рина и А. И. Рыкова, Следствием не установлено юриди­ческих данных для привлечения Н. И. Бухарина и А. И. Рыкова к судеб­ной ответственности, в силу чего на­стоящее дело дальнейшим следствен­ным производством прекращено. Параллели ПЬЕР СИЗ ФРАНЦУЗСКИИ тЕАТ РАЛЬНЫИ КРИТИК. Нет большой необходимости под­робно говорить о состоянии современ­ного французского театра. Он в упад­ке, и об этом давно уже сказано. Первой причиной упадка современ­ного французского театра я считаю его изолированность от широкого зрителя, он чужд интересам масс. Он обращается лишь к отраниченному кругу привилегированных зрителей, способных дорого заплатить за два часа бездумного развлечения. Показательно, что большая часть театральных зал в Париже имеет все­го 250-300 мест, и это не потому, что нет больших помещений, а по­тому, что коммерческим театрам труд­но заполнить большие помещения. Публика, наполняющая француз­ские театрики, интересуется опреде­ленным кругом пьес, в которых на все лады варьируются темы любви. Это делает пьесы похожими одна на другую, хотя некоторые из них с тсчки зрения профессиональной дра­матургии сделаны очень умело. Эти маленькие пьесы знают и маленький успех. В лучшем случае они живут 150--200 вечеров и только -- в Па­риже. В провинции они не идут во­все. Провинциальный зритель пред­почитает такому театру спорт, кино. А так как другого театра во Францич почти нет, то в провинции театр мо­жно считать как бы ликвидирован­ным. Для того чтобы меня не обвинили в тенденциозности, надо назвать не­скольких драматургов, пришедших на театр в послевоенный период, кото­рым нельзя отказать в таланте. Сре­ди них такие драматурги, как Мар­сель Ашар, пьесы которого «Люди с луны» и «Домино имели огромный успех у «избранного» общества, Стев Пассар - драматург с более сильным темпераментом, но меньшим поэтиче­ским чутьем, чем Ашар. Для него характерны сексуальные конфликты. Одна из нашумевших его пьео - «Покупательница». Из молодых драматургов большую известность приобрел Марсель Пань­оль - своими пьесами «Мариус» и сколько подлинном искусстве. Это театр Жака Копо, который в 1910 1911 г. работал в Москве со Стани­славским и перенес в Париж методы Художественного театра. Жак Копо воспитал двух учеников - Луи Жу­вә, актера, режиссера и постановщи­ка, и Шарля Дюлена. В театре Дю­лена идут пьесы Шекспира, Б. Джон­сона, Аристофана, у Жувэ - играют Мольера, Жана Жироду («Троянская война»), имеющего громадный успех. Рядом с ними существуют еще два театра - Гастон Бати («Телтр Мон­парнас») и Ронэ Рошэ («Старая го­лубятня»). В этих театрах ставят пьесы, имеющие не только театраль­ную, но и литературную ценность. Но сни привлекают зрителей, которые не в состоянии обеспечить материаль­ное благополучие театров. Театрам ча­сто приходится прибегать к сложным финансовым комбинациям для реа­лизации той или иной своей поста­новки. Общество, в котором живут и работают Жувэ, Бати и Рошэ, не помогает им. Им. приходится преодо­левать громадные трудности, делать героические уоилия, чтобы сохранить жизнь своих театров. Максимальный успех в этом году выпал на долю пьесы Андрэ Жосэ «Элизабет». Она выдержала 300 спек­таклей в театре «Старая голубятня». Это почти небывалый успех для Па­рижа. Но если помножить 400 мест, имеющихся в театре, на 300 вече­ров, то окажется, что всего 12.000 зрителей видели эту пьесу. Подобное положение на театре при­водит к крайне бедственному поло­жению оредних актеров, создает без­работицу. Нельзя сравнить матери­альное положение советских и фран­цузских актеров. Почти все француз­ские актеры вынуждены дополни­тельно работать в кино, для того чтобы выколачивать гроши на мало­мальски сносную жизнь. Они не обес­печены ни отпуском, ни отдыхом, ни лечением. «Отпуск» у них бывает вынужденный, летом, когда ангаже­ментов крайне мало. Еще несколько Отряд испанской рабочей милиции обстреливает самолет фашистских мятежников на фронте Испанские версальцы жоРж сориА-специАльНЫЙ КорРеспоНдЕНт жУРНаЛА «РегаР» Тардиента. Сарагосский фронт. Мы  расположились в местечке, непосред­ственно примыкающем к передовым позициям. Ночь была великолепная, удивительно светлая. Несмотря на близость фронта, в местечке было спокойно. Из ближайших позиций фашистов выбили несколько дней то­му назад. Соседние высоты находи­лись еще в руках мятежников, но один холм был захвачен революци­онной Чапаевской колонной. Отпра­влявшийся в обход патруль захва­тил меня с собой. Увидишь, что фашисты наде­лали там перед уходом. Ночная разведка с тысячью предо­сторожностей… Полузасыпанные зем­лей дома. Кривые улички, деревен­ская площадь… Наши фонари об­шаривают тьму… Стена… В луже крови десяток трупов. На стене кро­вавыми буквами вырисовывается надпись: «Испания превыше всего». Товарищи поясняют: перед уходом фашисты без суда расстреляли мест­ных крестьян… Трупы еще не остыли. Лица мо­лодые… Конечно, их хватали без раз­бора, в бешенстве вымещая на них вынужденное отступление. Опустив руки, неподвижно стоял я возле тру­пов, не отрываясь, смотрел в их мерт­вые глаза; их застывший взгляд был устремлен на стену, словно они раз­глядывали красную надпись на ней. Эти крестьяне, расстрелянные без всякого основания (при них не было никакого оружия), валявшиеся те­терь у стены, - одна из многих об­личительных страниц в истории фа­шистского восстания в Испании. ступленная ярость фашистов не де­лает различия между мужчинами, женщинами, детьми… литературная газета ,ЛЕфТ РЕВЬЮ Большинство английских писателей   до последнего времени стояло в сто­роне от социальной и экономической жизни своей страны, считая, что по­литика и искусство несовместимы. Эта установка, однако, потерпела крах. Экономический и культурный расцвет СССР на фоне кризиса в капиталистическом мире и прихода к власти фашистов в Германии при­вел многих английских писателей к сознанию порочности капиталистиче­ской системы, перед ними встал во­прос о переоценке тех ценностей, ко­торые им казались незыблемыми. ообра прове болып 788 сты опшеб длей на се Pg орган основ мунис успок перест выше В л долго враги ные д дезич, чена риста револ др. блител парти что 38 ствепе вингра хозяйл ганах ратура турны свое п Гайзпоров, Ральце Ленин «Лите застен Раль дил динии динии вориен дезорг телей. «Лефт Ревью» уделяет в послед. нее время большое место вопросау науки, искусства, театра, кино. Если раньше «Лефт Ревью» считал, чтоне необходимости в передовых статьях руководящего характера, так как установки журнала должны и так чувствоваться во всех материалат номера, то с недавних пор он изме­нил эту точку зрения: теперь в ка­ждом номере есть передовые стать. В частности, в передовой стать: июльского номера дается характери стика дискуссии в «Лондон Мерко­ри» о пролетарской литературе. Ре дакция «Лефт Ревью» отмечает, чт в дискуссии не указано ни олного конкретного литературного факта … будто речь шла не о реально суще ствующей пролетарской литературе, только о возможности ее возникно­вения. Вокруг «Лефт Ревью» об единились молодые, революционно-настроенные писатели и критики: Ральф Фокс, ГвадаррамаМонтегю Слетер (автор пьесы «Пас­ха 1916 года», посвященной ирланд­скому восстанию 1916 года), Т. Г. Винтрингем, Дерен Кан, Барбара Никсон,Амабель Вильямс-Эллис (приезжавшая в СССР в 1934 году на всесоюзный с езд писателей), Ральф Райт, постоянный сотрудник литера­турного отдела газеты «Дейли Уор­кер» органа английской компар­тии. К ним примкнули известные пи­сатели: Джемс Хенли - автор запре­щенного английской цензурой «за беанравственность» романа «Маль­чик», где дана история мальчика из бедной семьи; Ральф Бейтс - автор романа об Испании - «Оливковая роща», где описывается жизнь анда-B лузских крестьян и борьба астурий­ских горняков в 1934 г. В Кордове убито более 1200 рабо­чих. Работники профсоюзных органи­заций и активисты расстреляны. И повсюду, во всех республиканских го­родах, где проходят фашисты, они несут с собой смерть… В способах казни существует различие: комму­нистам оказывается особая «милость» -им отрубают голову. НА СОБРАНИЯХ ХАРЬкОВСКИХ ПИСАТЕЛЕИ до  И она записалась в члены народной милиции. БДИТЕЛЬНОСТЬ - ЭТО ИДЕЙНАЯ ВООРУЖЕННОСТЬ ПИСАТЕЛЯ Хуан Казан Гвеста рассказывает: Моему отцу было сорок одип год. Мы жили в Виллафранка, в двадцати километрах от Кордовы. Виллафранка заняли фашисты. Мой отец был болен и лежал в постели. Они вошли в дом и убили его. Они убивали людей по всей деревне толь­ко для того, чтобы убивать. Убитых насчитывали сотнями. Среди них бы­ли люди, не имевшие никаких поли­тических убеждений; фашисты сож­гли убежище для умалишенных вме­сте с его обитателями. Разве у су­масшедших есть какие-нибудь поли­тические убеждения? Хуан продолжает свой рассказ. Пе­ребив сотни людей, фашисты нали­лись, травили женщин и детей, на­силовали девушек. Для активных республиканцев была придумана неслыханная казны. Их всех привя­зали друг к другу толстыми веревка­ми. Фашисты сначала стреляли в них, потом облили бензином и по­дожгли. Раненые пылаль, как живые факелы, Ис-Комментарии не требуются. Муж одной активистки был зах­вачен фашистами и обезглавлен. Она, рыдая, говорила мне: - Они отняли его у меня… Ему бы­ло только двадцать восемь лет… Я чуть с ума не сошла… Я отомщу… Я отомщу… Им не сдобровать, Областное правление не В конце 1934 г. группа левых п пи­сателей Англии организовала англий­скую секцию Международного об еди­нения писателей и начала издавать литературный ежемесячник - «Лефт Ревью» («Левое обозрение»). В пер­вом номере журнала редакция сооб­щала о своих задачах: об единить всех писателей-антифашистов для борьбы за новый социальный строй; защищать СССР; помогать писателям из рабочей среды выразить в своем творчестве стремления своего класса и организовать изучение английской литературы с марксистской точки зрения. Постоянными сотрудниками «Лефт Ревью» являются также молодые поэ­ты Стефен Спендер и С. Д. Льюис выходцы из буржуазной среды, быв­шие воспитанники Оксфорда, высту­пающие против своего класса. В ред­коллегию журнала вошли Монтегю Слетер, Винтрингем и А. Вильямс­Эллис. С января 1936 г. журнал ре­дактирует Эджелл Рикворд. Ревью» очерки рабочих и других сво их читателей, участвующих в орга­низуемых редакцией конкурсах. В отделе «Справочник революцио­нера» даются статьи о деятелях ме. ждународного революционного движе. ния. Значительное место отводитсяв международной революционной лите. ратуре. За 1935-36 г. были помеще. ны статьи о Барбюсе, Фридри Вольфе, Э. Райсе и др. Культурной жизни Советского Сов­за журнал уделяет большое внима. ние. Здесь печатались подробные от­четы о с езде советских писателей, статьи о советоких методах воспита­ния преступников, корреспонденция из Москвы о советском театре, ре цензии на советские книги (о «Челр­скине», «Капитальном ремонте», «Ча. паеве» и др.). «Лефт Ревью» начал свое суще­ствование на очень скудные сред­ства, но теперь он стоит по тиражу, на втором месте среди литературных ежемесячников, и круг его распро­странения все расширяется. По свое­му тону и содержанию он резко от­личается от английских буржуазных журналов, считающих, что литерату­ра и искусство - монополия буржу­азной интеллигенции, что политика вульгарное занятие. Впрочем, в этом году сдвиги в сознании английской интеллигенции так велики, что даже солидный и бесцветный «Лондон Меркюри», который раньше в своих передовых статьях бесстрастно ре­тистрировал такие «новости», как от­В последних номерах «Лефт Ревыю появляется иллюстративный матери. ал, который раньше отсутствовал июньском номере помещены фотогра фии первомайского митинга в Парке, в котором участвовало 70.00 рабочих). августовском номере «Лефт Ревью» обращает на себя внимание статья Д. Гармэна об английском поэте XIX в. Теннисоне, в которой дается характеристика творчеств Теннисона в связи с социальным анализом ето эпохи. В этом же но мере помещена критика на ант советскую книгу Ситрина «Я исва правду в России» и сатирическа пародия на подобную «литературу, озаглавленная - «Я вижу в Роси то, что я хочу видеть». Ко: ные «Все возрастающее число книг,О читаем мы в передовой этого номера «Лефт Ревью», - статей и памфлеие показывает, что интеллитенция может не придавать первостепенно значения политическим вопросам, этому вынуждает создавшаяся об становка: везде, от Китая до Браз лии, революционеров преследуют, ху. чают, убивают за их политически убеждения с большей жестокостью в большем количестве, чем это был во времена религиозного фанатизи, До сих пор «Лефт Ревью» воздержи валось от всяких манифестов и пр грамм. Редакция полагала, чтосодервла жание каждого номера достатчи ясно характеризует позиции журн Еще друтог знноко в послт чит хо кистск иалодей Киров, аывает никому мусор ду Кар лицеме номера Лозино мера лине Лози к стных ружал никами приобретения Британского музея т. п теперь спустился с Олимпа. Вслед за литературным приложением к «Таймсу», посвятившему в феврале 1936 г. передовую статью конгрессу американских писателей и пролетар­ской литературе США, «Лондон Мер­кюри» в марте этого года открыл на своих страницах дискуссию о своих страницах дискуссию о проле­тарской литературе. «Лефт Ревью» начал свою деятель­ность призывом к английским писа­телям высказать свое отношение к подтотовке империалистической вой­ны. Ответы печатались в первых номерах журнала. Журнал ведет кам­панию против традиции большинства буржуазных газет, которые не дают читателю никакого представленияо культурной жизни страны и главное внимание уделяют дешевой сенса­ции, криминальному миру и т. п. Из номера в номер печатает «Лефт «Фанни». Успех этих пьес весьма показателен. Я лично об ясняю его тем, что в пьесах Паньоля герои … люди, интересы, страсти и условия существования которых близки и по­нятны широким массам зрителей, По­казательна также судьба драматурга Жака Деваля, известного в СССР по пьесе «Мольба о жизни», которую я считаю талантливой. Она едва выдер­жала два-три десятка постановок и сошла со сцены. С большим успехом и во многих театрах идут пъесы Де­васа на традиционные темы поова, пьесы, которые я считаю посредствен­ными и которые сам он расценивает нуже «Мольбы о жизни». Существуют в Париже и молодые театры, которые заботятся не столь­ко о материальной стороне дела,   лет назад актеру было значительно легче существовать, сейчас же мно­гие театры «слопал» кинематограф. Есть, конечно, несколько знамени­тостей, которые прекрасно обеспече­ны и ведут роскошную жизнь. Но они составляют исключение. Для лю­дей, способных творить, у нас не созданы еще условия, освобождаю­щие их от материальных забот. Казалось бы, при таком положе­нни дни жизни театра сочтены. Но так как я глубоко убежден, что театр - бессмертен, что театр будет жить столько, сколько будет суще­ствовать человечество, то он должен найти пути к возрождению. Главный путь, по которому ему надо итти, это поиоки новой темы, темы, близ­кой широким массам, способной за­хватить и воспитать нового зрителя.  Бдительность - вот качество, без которого немыслимо движение впе­ред, бдительными должны быть все и особенно те, кто носит по­каждый, четное звание «инженеров человече­ских душ» ово единодушное мнение выступавших на общем со­брании писателей Харькова. Это удачно выразил в своей речи писатель Ю. Смолич, оказав: Нельзя сказать, что партийная ор­ганизация писателей и областное правление союза не интересовались общественно-политическим и творче­ским лицом своих членов. Однако бди­тельность харьковскойорганизации не была на высоте. - Бдительность­это вопрос идейной вооруженности писателя. Есть в харьковской организации творчески пассивные люди, из коих некоторые к тому же находятся в плену враждебных влияний. На со­брании писателей приводился факт, когда кандидат союза Борзенко последнего времени бравировал свои­ми старыми симпатиями к национали­сту Хвылевому. Писательская орга­низация не могла не избавиться, на­конец, от этого случайного для ратурной среды человека и исключи­ла его из членов союза. Что нужно сделать, чтобы теснее сплотить ряды дружной семьи со­ветских писателей? - Знать друг друга,-товорит т. Смолич, как самого себя. Между тем областное правление похвалиться этим не может. По списку числится около 120 членов писательской орга­в Аарькове. но все и они писатели? Вот, например, кандидаты Ян Липинский и М. Бондаренко, их творческая и общественная деятель­ность никому неизвестны, да и их самих-то никто из писателей никог­да не видел. Они не имели никаких прав на пребывание в писательской срганизации. может долее нести ответственности за пребывание в рядах писателей и «вечно обиженных», но ничего не пи шущих П. Хуторского и Голоты. лите-Тяжелым балластом союза были также творчески пассивные М. Май­ский, Гавриленко, Гринзайд и др. Кое-кому из этих людей не закрыт ход в литературу, но для этого нуж­ны творческие дела, а не очередная декламация на собраниях. На протяжении нескольких дней на собрании выступило 65 писателей. Эти выступления показали, что со­ветокие писатели Харькова, всемерно повышая бдительность, сплачивая свои ряды и начиная по-настоящему развертывать критику и самокрити­ку, напрягут все свои творческие сн­лы, чтобы к ХХ-летию Октября прит­ти с новыми произведениями, достой­ными нашей эпохи и ее великото вдохновителя товарища Сталина. A. КРОЛь ла. Но, принимая во внимание стоящую обстановку, а также вя возрастающее число наших читатО лей, мы хотим оуммировать наше враги рабо журнам на ет влаилу взгляды, ярче выявить наши цеп Если кто-либо из наших читателе!  волюци Раль писа в аве На з Лущент не удо Аидата был до смазат пу пор еще считает, что литературный жу нал может держаться вдалеке отп литики, то он глубоко заблуждает Мы призываем наших читателея пропаганде идей создания народнм фронта в нашей стране, к обелит нию всех политических групп, рые борются против фашизма, улучшение условий труда рабуш всех категорий, ва дело мира пу обеспечения коллективной безопасн сти, за расширение гражданоких пр в Антлии и за предоставлениевым. ных прав колониальным народадел Для осуществления этото шага н ходимо об единение рабочего дв проле-ацину, ния». Д. ЖАНТИЕВА

развер делял Успа полити б ей, ви телей, тельно партор

сом: что же, по-вашему, скажут он. эти факты отрицают классовую бов­бу в литературе, илассовую сть ленность литературных явлений? Конечно, не отрицают, уважаем ответим мы этим мнимым сторон теории класо кам марксовой борьбы. Они лишь отрицают укладываются в созданные вами сво мы, лишь противоречат вашемуп ниманию классов и классовой бы, которое уродует эти живые фаз ты, избегает их, как чорт лада фор-отворачивастя так стяка, недостойного внимания. того, факты эти не тоды не отрицают классовогоанализ, по-сами могут быть научно обясва на оонове марксовой тер лишь на основе марксовой теори марксизма: в основе обществеве развития (классового общества) де борьба классов - делает историю тературы подлинной наукой, да учное об яснение литературных яз ний. Теория классовой борьбы дзеттолака. нейшие критерии, благодарн отличить великое от ор зая-ченного, передовое, революционное реакционного гениальное от ственного, то, что принадлежит буд Борьба классов - основной него развития литературы до си В этой борьбе, в конечном скрывается тайна движущих сп тературы, особенностей ее прогрес в определенные периоды, нерав -мерность ее развития и т. д. Аныл искусствусявлений вне боры классов нензбежно приводит к верхностным и опибочным вы щему, от того что навсегда остан достоянием прошлого. Но каков отношение к марков теории классовой борьбы имеет вуль гарная социология? Не называть же теорней ка вой борьбы жалкую карикатуру нее, созданную вульгарныме логами. Только живое, марксистское мание классов и классовой с беспротиворе-оомарконотско-ленинская рия классовой борьбы, ко насилует факты, а об ясняет их торая не боится противорс вокрывает их источники, во пугается сложности и не действительности, только живое, совой формулойособенн художественной идеологии, дать истинную картину разви тературы. несом-(Статью вторую см. в спед «Литературной газеты».

Не было ли, таким образом, про­тиворечия можду нитересами бур­жзни и теми научными принаучной пами, из которых исходил в своей политической экономии Рикардо? Несомненно, противоречие было, и оно рано или поздно должно было разом опреденым об­разом определить дальнейшее напра­вление развития буржуазной полити­ческой экономии. усло-Маркс точно вскрывает источники этого противоречия. крыто не выступала с принципом  противоположности классовых инте­ресов, даже и в сзмую свою прогрес­сивную пору. Наоборот, всегда и всю­ду она выставляла себя как пред­ставительницу всех классов, всего народа, и даже сейчас, когда классы размежеваны как никогда, откровен­ная диктатура самой реакционной буржуазии в лице фашизма высту­пает в роли защитника общенарод­ных интересов. «Поскольку политическая эконо­мия является буржуазной, - пишет он, т. е. поскольку она рассма­тривает капиталистический строй не как исторически преходящую сту­пень развития, а, наоборот, как аб­солютную конечную форму общест­венного производства, она может оставаться научной лишь до тех пор, пока классовая борьба находится в скрытом состоянии или обнаружи­вается лишь в единичных проявле­ниях» (предисловие ко 2-му изда­нию «Капитала»). Эти слова со всей плубиной, при­сущей Марксу, показывают противо­речивость развития науки в буржу­азном обществе. Совсем не случайно с развитием классовой борьбы буржуазная поли­тическая экономия вырождается в угодливую апологетику капиталисти­чеокого строя, и буржуазные ученые отныне интересуются уже не тем, как говорил Маркс, соответствуют ли тео­рии истине или нет, а согласуются ли они с полицейскими сообреже­ниями. Что же в итоге получается с Ри­кардо? Его политическая экономия по своему социальному смыслу бы­ла несомненно буржуазной, так как он рассматривал капиталистический строй как вечный и естественный. Вместе с тем величие и гениаль­ность Рикардо были в том, что он смог развить научные основы поли­тической экономии, при чем сделал он это как раз в противоречии со своим классом, часто пренебреган ин­тересами буржуазного класса. Об этом Маркс прямо пишет в своих «Теориях прибавочной стоимости»: от-«Если понимание Рикардо в общем

соответствует интересам промышпен­ной буржуазии, то только потому, что ее интересы совиздают с интере­сами производства или производст­венного развития человеческого тру­да, и постольку, поскольку совпада­ют. Где интересы развития произво­дительной силы труда вступают в противоречие с интересами буржуа­зии, Рикардо столь же прямолиней­но выступает против буржуазии, как в других случаях против пролета­риата и аристократии». Всть ли противоречие между этой добросовестностью Рикардо и буржуазной сущностью его теории? Да, несомненно есть. Но это живое противоречие, в форме которого толь­ко и могла развиваться до поры до времени буржуазная научная полити­ческая экономия. Маркс следовательно не ограничи­вается одним лишь определением по­литической экономии Рикардо, как буржуазной, а вскрывает противоре­чия, скрывающиеся за этим опреде­лением. Этим самым Маркс вает действительно прогрессивное значение Рикардо, его место в исто­рии развития человеческой мысли, отношение пролетариата к нему. Та­кой анализ сущности политической экономии Рикардо дает полную воз­можность понять, почему его полити­ческая экономия буржкуазная в том смысле, как фе определил Маркс, вместе с тем явилась одним из источ­ников марксизма. Определение в сти­ле вульгарной социологии: Рикардо представитель прогрессивной про­мышленной буржуазии и тольковил, способно лишь уничтожить истинно прогрессивное значение его экономи­ческой теории. Но так поступает с великими пи­сателями прошлого вульгарная циология. Определяя того или художника как буржуазного или дво­рянского, она не замечает огромных противоречий, которые скрываются за этими определениями. Марксист-Все ский подход к идеологическим явле­ниям глубоко чужд вульгарной со­циологии, которая ссылкой на про­грессивность замазывает «полное противоречий движение капиталисти­ческого общества» (Маркс). Говоря о прогрессивности, вуль­гарные социологи не видят и не по­нимают противоречивости прогресса в эксплоататорских обществах. Они не замечают того, что Маркс и Энгельс в том же «Коммунистическом мани­фесте», где они отмечают великую роль буржуазии, подчеркивают и другую сторону этой роли: превра­щение в капиталистическом общест­ве личного достоинства человека меновую стоимость, замена эксплоа

раскры-Почему великие реалисты Бальзак. Флобер, Грибоедов, Гоголь и другие были критическими реалистами ичаник сто приходили к выводам совершен. но противоположным своим исход­ным принцилам? дворян-Более тации, прикрытой разными иллюзия­ми, эксплоатацией «открытой, пря­мой, бесстыдной и сухой» и т. д. и т. п. Что же удивительного в том, что вульгарные социологи ничего не по­нимают в истории литературного развития, которая полна противоре­чий? Как они могут об яснить десятки совершенно конкретных фактов раз­вития литературы, фактов, которые не укладываются в прокрустово ло­же вульгарно-социологических мул? Пушкин несомненно был ским писателем. Но почему крепост­ническое государство ненавидело эта и затравило его? Гоголь так же каиПшлишь конечном счете не восставал против господства помещиков. Но чем об - яснить трагедию творчества Гоголя, как об яснить то важнейшее обстоя­тельство, что Ленин говорил об идеях Гоголя и Белинского? Чем об ясняется тот факт, что Ге­гель пророчил гибель наступлением капиталистической эры и говорил, что «наше время (т. e. время калитализма. - М. Р.) по своему состоянию неблагоприятно искусству»? чи Андре илможно По какой причине Андре Жид что крупный писатель в капи­талистическом обществе не может не Чем наконец быть в оппозиции к обществу? об ясняются слова Маркса, что капиталистическое про-ся  искусствуи иногопоэзии? Число этих вопросов можно было бы во много раз увеличить но едва есть в этом надобность. эти факты свидетельствуют о том, что история развития литера­туры, как и весь процесс обществен­ного развития, представляет собой далеко не прямую, не чивую линию, как это себе рисуют вульгарные социологи. Они свиде­тельствуют также и о том, что с са­краментальной формулой вульгарной социологии: гениален тот писатель, который изображает действитель­ность так, как видит и понимает ее его класс, но только как его класс, что с этой также с ленинской формулой про­гресса, ничего в литературном разви­тии не поймешь. вСочинители этой формулы ненно поспешат с ехидным водро-

ротиввулыгарной сопиологи вот хон разрити оощество картину чрезвычайно сложную и противоречивую. Одной из величайших особенно­стей марксизма-ленинизма является Тает максимального пооброальното оффекта в живом ражении в своем анализе всей слож­ности и противоречивости развития жизни. И наоборот: типическим непрере­каемым правилом всякой вульгари­зации марксизма, любой разновидно­сти догматического повимания уче­ния Маркса - Ленина является боязнь противоречий, органическое непонимание противоречивости раз­вития, упрощение и обеднение дей­ствительности, отсутствие конкрет­ного анализа явлений. Вульгарная социология, имеющая широкое распространение в нашем «литературоведении», иллюстрирует это правило как нельзя полно и яр­ко. Нет ничего удивительного по­этому, что она искажает реальную историю литературы, дает непра­вильное представление об историче­ских закономерностях литературного развития и о творчестве отдельных писателей. «Бнсотыдикох вулызарные соцнолог накрази занимаютоя нобретатель ством прогрессивных «прослоек», под которые они подводят творчество лю­бого великого писателя. Но их понимание прогресса в эк­опловтаторових обществах немногим отличается от всяких либеральных, Известно, какое великое значение в истории экономической мысли имел Давид Рикардо. Благодаря Ри­кардо и другим великим экономистам английская политическая экономия стала одним из источников марксиз­ма. Нужно иметь в виду, что в виях эксплоататорского строя не только искусство развивается в глу­боких противоречиях. Искусство, правда, блатодаря своим специфиче­ским особенностям, в отличие от дру­и форм идеологии, развивается осо­бенно» противоречиво. Но глубоко протворсиво также и развитие на­ук. Приведем пример. В чем величие Рикардо? Маркс дал точный ответ на этот вопрос: в  том, что Рикардо сознательно брал исходным пунктом своих исследова­ний противоположность классовых Понятно, почему Маркс придавал такое значение этому ис­ходному пункту: только исходя из противоположности классовых инте­ресов, можно было научно устано­вить некоторые закономерности кали­талистического производства. Вместе с тем Марко справедливо определяет политическую экономию Рикардо как буржуазную. В этой своей оценке социальной сущности Рикардо Маркс основывался на том, что Рикардо наивно рассматривал вскрываемые им классовые противо­положности как естественный закон общественной жизни». Но здесь напрашивается вопрос: может ли буржуазнаяполитическая экономия сознательно исходить иэ противоположности классовых инте­ресов? Очевидно, может. пример Ри­кардо это доказывает. Однако не менее общеизвестен и тот факт, что буржуазия никогда в литературной теории M. РОЗЕНТАЛЬ ои тот писятель, воторыйивооража­ткоимаст аго класс. Вот вам нехитрая картина обще­ства и вся мудрость проблемы клас­сического наследства. досИстория художественного разви­тия, полная драматической борьбы и вленных действительной реальной борьбой классов, сглеживается, при­лизывается и подводится под вуль­гарные иллюзии догматических «марксистов». Именно подобных теоретиков имел в виду Ленин, когда он говорил, что оня рисуют себе общество и борь­бу классов на манер суздальской мазни. Должно бы иронизировал над ними Ленин с одной стороны втронто олно воско скажет: мы - за социализм, с другой сторо­ны выстроится другое войско и ска­жет: мы - за капитализм. И это бу­дет социальной революцией. Не избегают такого же упрощения и обеднения действительного хода развития литературы и рассуждения Ф. Левина, дискуссионная статья ко­торого (см. «Лит. газету», № 42) выра­жает идеи «прослойки» стыдливых вульгарных сопиологовинтересов. Полемизируя против положения Мих. Лифшица о том, что идеология эксплоататорских классов не могла быть источником больших талантли­вых произведений, положения, кото­рое, на наш взгляд, упрощает, не выражает всей сложности и противо­речивости питературного развития, Ф. Левин доказывает: ничего страш­ного нет в том, что мы великих пи­сателей называем дворянскими и буржуазными писателями. В свое время феодализм и капитализм бы­ли прогрессивными явлениями. Ста­ло быть прогрессивные дворянские и буржуазные классы и создали вели­ких писателей. Увы, это об яснение отличчется от «бесстыдной» вульгарно-социологиче­ской точки врения так же, как си­ний чорт отличается от желтого. Голой ссылкой на прогрессивность

B

Г Ге Вой, дентре де вект Ром

девуш бросит есты Дев

вару

дешна   

BARTI от Альту дела На 13, p Соду

Всеобемлющая формула, всеохва тывающий и всепроникающий закон вульгарной социологии, установнен­ный одним из его вождей и проро­ков И. Нусиновым, гласит: «Гениален тот писатель, который в состоянии о максимальной полнотой и глубиной показать действитель­ность так, как ее видит его класс, но только как его класс». Вокруг этого закона, как вокруг своего солн­ца, вертятся все формы вульгарной социологии, ее более откровенные и менее откровенные, «тонкие» зама­скированные разновидности. Нетруд­но понять, что этот закон упрощает сложную картину развития и борь­бы в литературе эксплоататорских обществ, уничтожает величайшие противоречия этого развития. Есть в обществе классы. Каждый

 проти