52

(615)

№

литературная газета

На страже Петро ГЛЕБКА

1

Манифест победившего социализма Более трех месяцев народы вели­кой советской страны обсуждают ста­линскую Конституцию СССР, вели­чественный документ нашей эпохи, социалистического государства. В обсуждении Конституции участ­вуют миллионы. Во всех уголках на­шей огромной страны, куда проникли вдохновенные строки великой хартии победившего социализма, идет это го­рячее обсуждение. На заводах-гиган­тах и на затерянных в ледяной пу­стыне полярных радиостанциях, в цветущих колхозах Украины и на горных пастбищах Казахстана, в про­мышленных центрах и в стойбищах далекого Севера - всюду советские люди вчитываются в слова сталин­ской Конституции, целиком одобряя проект, внося тысячи всевозможных предложений, развивающих великие принципы социализма, записанные в Конституции. Всенародное обсуждение Конститу­ции проходит под знаком замечатель­ной активности широких масс совет­ского народа. Побывайте на рабочих и колхозных собраниях - сколько проникновенного и глубокого понима­ния основ социалистического строя, государственного разума, сколько со­циалистического энтузиазма и куль­турной зрелости обнаруживают люди советской страны, обсуждая сталин­скую Конституцию. В выступлениях рабочих и колхозников, инженеров и красноармейцев, ученых и писателей звучит великая радость свободного социалистического труда, безраздель­ная преданность советской родине. горячая любовь к коммунистической партии и мудрому руководителю и организатору побед социализма, твор­цу Конституции, любимому Сталину. Сталинская Конституция - могу­чая действенная сила, ведущая впе­ред народы советской страны, умно­жающая победы социализма, вдохно­вляющая лучших людей социалисти-Не ческого общества на новые подвиги и овершения. Герои-летчики, прокла­дывающие новые трассы воздушных путей между материками, замечатель­ные бойцы и командиры Красной армии, демонстрирующие на осенних маневрах мужество, выдержку и пре­красное владение своим оружием, стахановцы промышленности и сель­ского хозяйства, показывающие об­разцы социалистической производи­тельности труда, - это сыны и до­чери советского народа, творчески реализующие права и обязанности граждан социалистической страны. Право на творческий труд, впервые в истории человечества гарантирован­ное Конституцией могучего государ­ства, - это право, завоеванное в тя­желой борьбе многих поколений тру­дящихся, раскрыло неиочерпаемые источники творческой энергии мил­лионов активных строителей социа­их на вамечатель­лизма, вдохновило ные подвити. Великое непобедимое знамя ста­линской Конституции, поднятое мо­гучим народом-победителем, разве­вается над всем миром. Трудящиеся и эксплоатируемые массы в странах капитализма, изучая Конституцию СССР, с исчерпывающей ясностью познают реальные очертания социа­лизма, воплощенную в плоть и кровь, блестяще реализованную в повседнев­ной жизни народа мечту лучших людей трудящегося человечества, На одной шестой части земного шара в титанической борьбе с силами старо­го мира создано новое, социалистиче­ское общество, навсегда покончившее с эксплоатацией человека человеком, навсегда освободившееся от капита­листической коросты. Это - ваше будущее - говорит советский народ всем трудящимся мира. Это - тот свободный и радостный обществен­ный строй, во имя завоевания кото­рого ведут вас на борьбу с капита­лизмом коммунистические партин всего мира. Близятся исторические дни VIII Всесоюзного С езда Советов, который окончательно утвердит сталинскую Конституцию СССР. В ближайшее время начнутся с езды советов в районах, краях и республиках нашей страны. В эти дни всенародное об­суждение проекта Конституции будет развертываться с особой интенсив­ностью, захватывая новые сотни ты­сяч и миллионы трудящихся в самых далеких уголках нашей родины. В эти дни все партийные, советские и общественные организации должны с исчерпывающей полнотой и глубиной довести основной закон социалисти­ческого государствва до всех его граждан. Между тем, в литературных орга­низациях сделано далеко не все не­обходимое для осуществления этой задачи. В ряде писательских органи­заций, в частности в Москве, в Ле­нинграде, в Белоруссии, правления союза писателей отделались одним­двумя общими собраниями литерато­ров с общедекларативными доклада­ми. Систематического изучения и об­суждения каждой главы, каждого пункта проекта Конституции органи­зовано не было. Почти повсеместно при обсуждении Конституции не привлекался тот ог­ромный паучный материал, который не может не заинтересовать каждого вдумчивого литератора. Не было ор­ганизовано ознакомление писателей с конституциями буржуазных стран, дающими богатый материал для срав­нения и глубокого уяснения той про­пасти, которая отделяет подлинный социалистический демократизм от лживого и фальшивого «демократиз­ма» буржуазных государств. были организованы теоретиче­ские занятия и лекции по важнейшим проблемам, поставленным и решен­ным в Конституции. В частности, во­просы социалистической морали и этики, вопросы общественного пове­дения человека социалистической страны почти вовсе не затрагивались при обсуждении. Интерес писателей к этим вопросам велик, об этом сви­детельствует множество заявлений писателей; надо было организовать обсуждение этих вопросов, подгото­вить квалифицированные доклады, рекомендовать соответствующую ли­тературу. Но партийные организа­ин правления пе выполнили этой задачи. Не слелано ничего и для учета предхожений и добавлений пи­сателей к проекту Конституции. Выводы из этого положения ясны. Партийные организации, партгруппы и правления ССП обязаны использо­вать оставшееся время для углублен­ного и всестороннего изучения ста­линокой Конституции. Период летне­го раз езда литераторов окончился. Все возможности для широкого раз­вертывания работы имеются. Необхо­димо немедленно взяться за дело и наверстать упущенное. Сталинская Конституция - вдох­новенный манифест победившего но­вого мира - должна быть всесто­ронне обсуждена и глубоко усвоена всеми литераторами, «инженерами человеческих душ», Образы нового мира, образы его лучших людей, бор­цов и строителей, образы героических сынов советского народа не могут быть поняты и правдиво раскрыты на страницах художественного произ­ведения без глубокого понимания ос­нов советского строя, закопов его раз­вития, его движения внеред к новым победам. Изучение Конституции - замечательное оружие для проникно­вения в самую глубь нашей социали­стической действительности, для по­знания великих идей социализма, по­бедоносно воплошенных в жизнь.

Безмолвная ночь полонила Двину, И волны тревогу носили, И ветер повсюду стремил-развернуть Свою первобытную силу. Он долго бродяжил по странам чужим Голодным овеянный мором. И вот он решил через грани межи К нашим пробиться просторам. Напрасно! Скорей можно крылья еломать О наших просторов величье. Поставлен границы страны охранять Мой брат, молодой пограничник. До боли он слух свой и взор свой напряг, Он слышит, как движется ветер. Он знает, когда приближается врат По легкому шороху веток. Великую ненависть класса к врагу аны раты Ему завещали в наследство Бойцы, что прошли через огненный гул Его охраняя детство. Теперь его клаҫс посылает в дозор. Стоит он и смотрит пыгливо, Чтоб враг окровавленных рук не простер Над родиной нашей счастливой, И пусть себе ночь полонила Двину И волны тревогу носили. Пусть ветер повсюду стремит развернуть Свою первобытную сплу. Стоит пограничник у самой Двины. Пока недвижимы тепи, Он слышит дыханье своей страны, Огромного сердца биенье. Широкий простор за плечами лежит 1 Re А ветер, овеянный мором, Пытается вновь через грани межи К нашим пробиться просторам. За ветром стоит черных виселиц ряд, За ветром-проклятье и вопли, И слышно, как пушки над мирем гремят, Как ходит война по Европе. Мужайся, товарищ мой! Наши сыны Имя твое сквозь годы В века пронесут, как славу страны, Что труд охраняла народов, Перевел с белорусского Ал. ШАРАПОВ.

Маскированный танк на маневрак войск Белорусского военного округа. Сыны народа охраняют труд народа Якуб КОЛАС ды. Я видел изумительный по своей быстроте и четкости выезд на пози­цию конной батарен в условиях го­рячего «боя» под огнем противника, Я видел, как неожиданно, в одно мгновение появлялись самолеты, поч­ти скользя по вершинам леса, где притаился «противник», как этот безмолвный, на первый взгляд без­людный, лес вдруг наполнялся чеголосым громом зенитных пулемет­чиков и орудий. Грозное и страш­ное зрелище представляет собою дви­жение в атаку тяжелых многочис­ленных танков, преодолевающих на своем пути холмы, лощины, канавы и речки. впервые видел нашу славную Красную армию в действии, и толь­Народный праздник Андрей АЛЕКСАНДРОВИЧ шите редкие выстрелы по дозорам «неприятеля». Из-за недалеких кустов появляют­ся танки. Через поля, канавы, ку­старники стремительно мчится же­лезная конница, стараясь разрушить укрепленный фланг «врага». Неожиданно, точно из лесу, низко­низко, с невероятной быстротой брею­проносятся над танка­щим полетом ми самолеты защищающейся сторо­ны. Огневая схватка. Под сконцен­трированным огнем самолетов и про­тивотанковых орудий укрепленный фланг «врагу» прорвать не удалось. На протяжении нескольких кило­метров за один боевой день можно увидеть массу эпизодов, полных внутреннего напряжения; боевых операций, показывающих отвагу, инициативу, высокую военную куль­туру бойцов и командиров. Сжатое поле, точно остров. Кругом густой сосновый бор. На этом уча­стке столкпулись танки «синих» и «красных». Вас захватывает муже­ство, находчивость, темперамент борьбы танкистов. Вы поднимаете голову вверх на рев пропеллеров и видите как ма­ленькие юркие истребители атакуют «вражеских» штурмовиков. Каждый боевой день наполняет вас «Боевые» действия на поле «сра­жений» закончены, новеличествен­ные картины недавних «боев» ярко встают перед глазами. Опи очень сложны и чрезвычайно насышены от­дельными интереснейшими эпизода­ми, в которых так наглядно сказы­вается высокая боевая подготовка ча­в стей могучей Красной армии и каж­дого бойца и командира в отдельно­сти. Не специалисту и человеку, не­посвященному в сложную обстановку «боя» и в ближайшую боевую задачу на отдельном участке «фронта», труд­но, почти невозможно разобраться в происхолящем. Когда я сейчас вспоминаю «бое­вую» обстановку на фоне чрезвы­чайно разнообразного рельефа и бе­лорусского осеннего пейзажа, гле происходили маневры, перед моимиЯ глазами встают незабываемые эпизо­ко теперь я получил реальное пред­ставление о ее могучей несокруши­мой силе, о ее высокой боевой под­готовке. Что особенио бросается в глаза, это умение наших бойцов и командиров быстро ориентироваться в сложной боевой обстановке, уменве спользовать наилучшимобразом рельеф места в целях мастерской маскировки. тыся-Наша Красная армия, горячо люби­мая народом, окруженная его забо­тами, оснащенная лучшей в мире во­енной техникой, которой она научи­лась прекрасно пользоваться,несо­крушимая сила, она одно из удиви­тельнейших достижений великой со­ветской страны, руководимой ленин­ской партией и гениальным марша­лом революции т. Сталиным.

НА МАНЕВРАХ БРОВКА Петрусь вылетает из-за леса, в несколько с кунд снимают передки, орудия н чинают грохотать и блестеть яркш огнем. Бьют «синие». Но артиллеря «красных» заметила их раньше, пов ени открыли огонь, и батарея дол замолчать. Она выведена из отроя Но в это время бреющим полету над прорывом появляются с «штурмовики». Они вихрем пролет ют над позициями красных, лея прту ратор бу вен стым, Жу красные ракеты, так называемые бои бы, и положение сторон меняется. редов Несколько дней, в холодное осе нее время, в проливной дождь, не устали, сдавали экзамен красны бойцы на мааневрах, подытовим свою боевую выучку. Они делали штер #Нер беззаветно, выполняя великий грл те: B сто-данский долг бойца Красной арыш социалистической родиной возлони ный на них. Их вели в боях, уч ин еще бить врага легендарные герон грыв На-данской войны тт. Уборевич, Кони скер ком ато Doче А род вош Апанасенко, маршалы Советского юза Тухачевский, Буденный, Емр и великий полководец, друг ио ратник нашего Сталина - Клим тий Ефремович Ворошилов. Вой показали свою закаленность в сн умешие. Искренно радуешься, кош знаешь, что тебя охраняет такая блестная, непобедимая Красная мня, хочешь сам быть подобным бой цом и-главное для литератора - хочется писать об этом. А надо Кут апаться, мы сделали для Краса еще очень мало. Хочен посильно возможное в огромное дело оборонынашей ро дины.



длже

Тишина. Просторы совсем обычны. Мирно пасутся стада, плавают по речкам гуси и утки, колхозники сеют рожь. Столетние ели приветливо шу­мят у дорог. Все спокойно. Только прекрасно убранные дороги, крас­ные флажки по сторонам, свеже по­крашенные избы, вновь построен­ные красивые ларьки и буфеты, уют­ные беседки наподобие грибов, ху­дожественно исполненные портреты вождей говорят, что здесь необычно, что здесь торжество. Да, ести увидеть. Вот на заросшей ивняком горке стоят разодетые колхозникии затаенно всматриваются в даль, оку­танную белыми полотнищами осепне­го тумана. Странно, но кустарник, расположенный вдалеке, зашевелился и пополз, как живой. другой роны, прячась за выступы густого леса, сердито урча, ползут тяжелые, брюхатые танки. Две стороны танков сходятся. «Красные» и «оиние». чинается бой. Бой действительно страшный. Танки на стремительном ходу, переползая рвы и канавы, под­миная под себя сосняк, подлетают вплотную друг к другу. Стреляют пушки, строчат пулеметы. Несколько минут тянется бой. И только белый флажок пооредника приостанавли­вает его. Ташки расходятся по своим позициям. Здесь как-будто уже спокойно. Но на несколько сот метров вдали слы­шится безудержная канонада. Лощи­Ктовнести гут и падают люди, тесно приязи­маясь к земле. Конная артиллерия

чувством огромной гордости за нашу славную Красную армию. Вы чув­ствуете большую потребность рабо­тать над созданием хорошей песни о мужественных сынах родины -о бойцах, полных бесстрашия, готовых ответить сокрушительным ударом на удар врага, если это потребуется. Хочется петь о красноармейце, злюб­ви к нему советского народа. Я бывал на маневрах прошлого года. Такой величественности, такого могущества, как на нынешних ма­неврах частей Белоруеского военного округа, я не видал. Я воочию увидел, я ощутил в «боях» несокрушимую силу Красной армни. Завершающий маневры военный парад в столице Советской Белоруссии - Минске был своеобразным символом социа­листического расцвета нашей роди­ны. Десятки тысяч трудящихся встре­тили бойцов радостіго, приветливо, с цветами, как родных братьев. Крас­ноармейцы Белорусского военного округа - летчики, танкисты, пуле­метчики, бойцы всех родов оружия­показали свою высокую боевую под­готовку, выучку, культуру, предан­ность партии и правительству. Не забудутся дни боевых учений. бывал на маневрах - тот был на празднике белорусского народа.

Маневры в Белоруссии - народ­ный праздник. Как-то по-особому радушно выглядели наши прекрас­ные дороги. Огромными вереницами по бокам шоссе переливаются на солнце цветы, посаженные колхозни­цами. Как триумфальные ворота, у в езда в любой населенный пункт - в колхоз, в местечко - воздвитнуты арки, с большой любовью украшены приветственными надписями. Не только дорогам, не только сель­ским улицам, но и своему двору при­дал белорусский колхозник празд­ничный вид. Спеша на раскаты боя, вы, проез­жая по деревенским улицам, видите колхозников, детей и стариков. Ожи­вленно и радостно они беседуют с остановившимися на привал красно­армейцами. Красных бойцов, как дорогих же­ланных гостей, ребятишки угощают Фруктами из колхозных садов. Но привал короткий, Прокатываются по всей деревне слова команлы: красно­армейцы, становясь в боевой поря­док, выступают на передовые пози­ции. Вы наблюдаете бой. В лесах, в прогалинах, на полях­замаскированные части. Выжидатель­ная тишина, только леса шумят от порывистого ветра и, порой, вы слы-

 «Тебе об яснится также и то, писал он, - почему не выставы до сих пор читателю явлений шительных и не избирал в мон рои добросовестных людей. Их в г пове не выдумаешь». технику,Известно, что когда Гоголь п тался «выдумать» положительно мещика, у него ничего не полч лось, - не мог он итти против Мог ли реализм Флобера не критическим реализмом типы людей этого общества. Мог он не видеть всей низости и зости Коробочек и Собакевичей, ли он, великий художник, несмор на свои предрассудки и ошибочн теоретические представления, нев ставать против жизни, где власттуи люди с грязными, нечеловеческии инстинктами? Короче: мог ли ра лизм Гоголя не быть критически реализмом? высту-Флобер, будучи приверженцем сторонником буржуазного строя, ставая против некоторых ненали ных ему порядков капиталистичен г общества, сестествоиспытател ской точностью изображал буржу ную действительность. Ведь достойно внимания только люди, ничего не пояима могут игнорировать то важнейшее стоятельство, что почти на все большой реалистической литери XIX века лежит печать отрицата скептицизма, мучительных полови положительного героя. Слова Гоголя из одного письмаен хорошо передают эту сторонуво са. 00 Rog 0б как художника, быть ненск собою, создавать выдуманных герза И Гоголь рисовал Маниловых, Но ревых, Коробочек, которых видел и изображал со всей сил своей страсти, своего сердца. ляющихся же на историчсс ну новых людей Гоголь, о силу своих классовых претра ков. отчасти в силу других прга не видел и вилеть не хотел. (ча-Воиатахвыступает и-батаяпротиворечи развития искусства в прошлом. чего удивительного поэтом том, что исследование конкреты явлений истории литературы прив дит к очень парадоксальным дам. Окончание см. 3 стр. Разве не этот прикцип лежит в основе марксова определения взаимо­отнощения можлу политичеонтыи и литературными представителями классов и самими классами, когда он пишет, что идеологу из мелкой бур­жуазии не обязательно самому быть лавочником или иметь какую-либо связь с лавочниками? Представителем мелкой буржуазии делает его то, что в своем мышлении, в своем сознании он не идет дальше границ, к кото­рым лавочника подводит его прозаи­посмотрим, какие принци­пы диктуются вульгарной социоло­гией. ческая практика. Прежде всего закон, с которым мы уже познакомили читателя, не исхо­дит из того, что идеология есть отра­жение действительности. Наоборот, оп основывается на отрицании ле­пинской теории отражения. Если гениален тот писатель, кото­рый способен глубоко показать дей­ствительность, как видит ее его класс (но только как его класс), то все сра­дожественности и значительности произведения здесь служит не пень художественного отражения дей­ствительности, не глубина понимания и проникновения в действительность,Легко a верность идеолога своему классу, несмотря ни на что. Именно из втого принципа выво­дятся и определенные методопогиче­ские принцицы подхода к идеологи­ческим явлениям, которые насквозь суб ективны, произвольны и лишают отравсякой возможности подлинно об ек­ривного, научного анализа. определитьИсследование литературного явле­ния основывается на анализе соот­ношения художественного произведе­ния с идеологией класса, к которому Исследование литературного явле­ния должно строиться не на анализе действительности, ее тенденций, ро­ли каждого класса (в классовом об­ществе )в ней и отношения художе­ственных произведений к действи­тельности, этого органически не терият и не признают. Каковы же эти методологические прииципы и выводы, вытекающие из нашим «социологам» вздумается при­крепить писателя. Это - первый принцип. статье подробно им заняться. Мы поэтому дадим лишь общий ответ на него. И прежде всего укажем на ту при­чину, по которой Маркс (а до него Гегель в очень абстрактной форме) должен был справедливо заявить, что капиталистическое производство вра­ждебно искусству и поэзии. Даже тогда, когда буржуазия де­лает великое дело уничтожения фео­дального средневековья, она пает и должна выступать не в соб­ственном обличьи, а как представи­тельница всего третьего сословия. Ее идеологи не случайно проповедуют ее интересы, изображают ее борьбу, черпая для этого аналогии, формы из совсем других исторических эпох. Глубокое реалистическое изображе­ние капиталистических отношений у большого, настоящего писателя так же не может не быть критическим изображением, как и не может оно быть их поэтическим утверждением. Разве случайно большие произведе­ния, которые выражали великий ис­торический перелом, совершающийся в интересах буржуазии, творились на материале народных легенд, ска­заний, устного народного творчества? Что же сказать о буржуазии, о ка­питалистических отношениях, когда они вступают в период своего рав­цвета? Вспомним то, что говорил Маркс о буржуазных революционерах, выну­жденных одеваться в одежды рим­ских героев. Этот период благоприятен для раз­вития техники, технических наук, но мало благоприятен для поэзии. Буржуазия не может умножать свои богатства, не развивая а вместе с нею и науки, связанные с развитием техники. Но порядки, развиваемые капита­лизмом отношения, устанавливаемые им между людьми, влияние капита­лизма на человека нисколько не бла­гоприятствуют для поэтического вос­певания их. реализм неизбежно сто - хочет того или не хочет сатель) становится критическим. Он может быть всячески ограничен, не­полноценен, но некритическим он быть не может. Гоголь правдиво, искренне, как подлинный художник, рисовал кар­тины дворянского общества своего времени, создавал художественные вультарныесо-ккрити-Глубокий силу и истинность общих методологиче­ских предпосылок на живом литера­турном факте. Марксистский метод оставляет за собой свободу анализа и в нсследова­нии литературы, он дает полную воз­можность отразить и познать всю сложность ее развития, следовать за ее неравномерным течением, постиг­нуть все ее закономерности. сте-шые этими боевыми прин­нитами, творят свою расправу с исто­рией литературы, с великими писа­телями вультарные социологи. Писатель связан со своим классом и может и должен изображать дей­отнтельность только так, как видит ее его класс. Этот тезис признается высшим достижением современной человеческой мысли. И если худож­ник начинает развиваться в сторону от своего класса (что, вообще говоря, невозможно с точки зрения вульгар­ной социологии), он перестает гени­ально изображать действительность и, на взгляд вульгарных социологов, вообще представляет собой фантасти­ческое явление. Таков второй прин­цип. Так как, однако, факты вопиют против этих «принципов», и творче­ство дворянского писателя, например, часто в истории играет величайшую революционную роль и служит зна­менем революционных классов, то вульгарная социология спешит со своим третьим принципом: творчест­во, по своему «генезису», по своей инеологии насквозь реакционное благодаря «диалектике» общественно­го развития выполняет революциони­зирующую «функцию». Это - третий принцип. видеть, какая огромная про­пасть разделяет марксистские прин­ципы анализа и вульгарно-социоло­гические. Вульгарно-социологический метод в самом исходном, методологическом пункте сковывает анализ, делает его субективным и произвольным, под­нинлет себе действительность и на место реальной истории литературы ставит иллюзорные представления о ней. Почему реализм крупнейших писа­телей был глубоко критическим реа­лизмом? Это слишком большой и сложный вопрос, чтобы можно было в этой ротиввульгарной социологии в литературной теории М. РОЗЕНТАЛЬ СТАТЬЯ ВТОРАЯ носиться к идеям и делам своего класса. Достаточно привести в каче­стве примера Пушкина, Грибоедова, Гоголя, Бальзака, Флобера, Толстого. Какую социальную роль играли критические реалисты? Какие обще­ственные тенденции выражало их творчество? Как должен строиться социальный анализ их творчества? Посмотрим, как решаются эти вопро­сы с точки зрения маркоизма и как они решаются вульгарной социоло­гией. Начнем прежде всего с вопроса о методологических принципах иссле­дования идеологических, в частности, литературных явлений. В самом деле, каковы основные принципы марксистско-ленинской теории познания и основные прин­ципы вульгарно-социологической тео­рии «познания»? Как связаны они с социальным анализом литератур­ных фактов? Марксистско-ленинская теория по­Из всех многочисленных вопросов, поставленных в статье первой, возь­мем лишь один: вопрос о критиче­ском реализме. Критический реализм представляет чрезвычайно важное явление в исто­рии литературы; в нем особенно ярко выражаются вся сложность и проти­воречивость литературного развития в эксплоататорских обществах. Критический реализм - широко распространенное явление, имевшее место во всей литературе девятнад­цатого века. Известно, что крупные и великие писатели-реалисты, как правило, были критическими реали­стами. Горький писал, что только второстепенные писатели славослови­ли феодальные и капиталистические порядки. Подлинные же художники были блудными детьми своего клас­са. Они не могли некритически от­* Статью первую ом. в номере «ЛГ» от 10 сентября. ОТ РЕДАКЦИИ. сознание,Теперь знания исходит из основного положе­ния материализма, что идеи всегда являются отражением действительности. Но сознание, от­ражая действительность, отнюдь не пассивно, оно не простотблеск дей­ствительности. Сознание, мышление активны в процессе познания, и от­ражение действительности в созна­нии человека представляет собой очень сложный и противоречивый процесс. Одесь не место писать о сознанин в классовом обществе, о классовых идеологиях и т. п., притом все это -- общеизвестные истины. Для наших целей здесь важно под­черкнуть, что именно теория отраже­ния диктует определенный методоло­гический подход к тем или иным фактам идеологии. Всякая идеология есть отражение, об яснение действительности, но от­ражение не мертвое, не прямое. Ре­лигия есть тоже отражение действи­тельности, но отражение неправиль­ное, фантастическое, искажающее рэ­альные вещи. Идеализм тоже жает и об ясняет не что иное, как об ективную действительность, но от­ражает по-своему, извращая ее, ста­вя ее на голову, Отсюда следует вы­вод: понять своеобразность, опреде­ленность, гносеологические и соци­альные корни той или иной идеоло­гии или теории можно поэтому лишь сопоставляя их с действительностью, Сопоставление реальной обществен­ной пействительности и и интересами и илоги ского отражения ее дает единствен­ную возможность точно всестороннее значение и классовую роль той или иной идеологии. Именно этот методологический принцип исследования диктуется марксистско-ленинской теорией по­знания. вовы творчества писателей догмати­ников мировой литературы.

ческими схемами, вульгарные социо­логи, как указывала «Правда» в пе­редовой статье 8 августа с. г., пыта­ются превратить наследство великих художников прошлого в историчес­кую ветошь Великие творения клас­сической литературы вульгарные со­циологи пытаются изолировать от на­родных масс, строющих великую со­циалистическую культуру. «Пора закрыть доступ в советскую школу вульгарным социологам и их теориям» (передовая «Правды»)сами это указание должно стать законом дальнейшей работы в области лите­ратурной теории и пропаганды клас­сиков. Оно обязывает, вместе с тем, наших литературоведов и критиков перейти к глубокой и конкретной ра­боте над творчеством великих худож-

Статьями М. Ровенталя редакция «Л. Г.» заканчивает дискуссию о вуль­гарном социологизме в литературной теории. В них правильно сформули­рованы основные выводы дискус­сии. Не останавливаясь здесь на част­ных ошибках, имевших место в ста­тьях, направленных против вульгар­ной социологии, редакция «Л. Г.» счи­тает, что дискуссия привела к основ­ному и бесспорному выводу: вуль­гарная социология, имеющая распро­странение среди литературоведов и критиков, извращает теорию марксиз­ма-ленинизма, глубоко противоречит ленинским взглядам на задачи освое­ния культурного наследства прошло­го. Подменяя выяснение классовой ос-