газета № 63
(626)
литературная
ИЛЛЮСТРАЦИИ К ПУШКИНУ на обсуждении В «лИтературном современнике, «Каждый из нас с детства заражен Пушкиным, для каждого из нас Пушвин - олицетворение самого драгоценного в искусстве». Эти слова К. С. Петрова-Водкина, сказанные им на совенании худож-На ников, пушкинистов и писателей, созванном ленинградским журналом «Литературный современник» совместно с ЛООСХ, были как бы лозунгом, под знаком которого прошла беседа собравшихся. C. Юдовин, Е. Кибрик, Н. Тырса, М. Коваков, С. Марвич, Б. Томашевский, Н. Степанов и др. говорили о гравюрах и полотнах, посвященных Пушкину, как о кровно близких, вод-что нующих их вещах. Мастеров живописи давно интересуют личность и судьба гениального части совершенно неудовлетворительно и во всяком случае никак не ренимании. Эта была подобно осдещена на, встреченном с исключительным высокую оценку биографическим пушкинским полотнам, фиксирующим внешние события жизни поэта, но не раскрывающим его индивидуальтоль-оееообразалюби-- мого миионами. Пушкин среди гих литераторов, дуэть, - эти темы и им аналотичные слишком литературны и не дают живописного решения проблемы образа Пушкина. соселтовых ственной неудаче при работе над групповым портретом литераторов, которые, по его выражению, все сбежали от соседства с Пушкиным, были вытеснены его образом. дру-ские де-По просьбе собрания художник дал подробную оценку всем работам, готовленным Гослитиздатом для юбиНо-лейных пушкинских изданий. Пушкину до сих пор не очень везло в нзобразительном искусстве, как и в театре. Ни на сцене, ни в книжной трафике, ни в живописи не появлялись произведения, которые были бы в полной мере адэкватны творчеству великого поэта. В чем же секрет? или же неудачи русского изобразительного искусства на протяжении более ста лет являются временными обусловленными отмершими, историтен тый ческими причинами?
ЖИВОЙ
Пушкинская хроника Общегородской вечер читки и обсуждения переводов на белорусский язык произведений A. С. Пушкина провело в Минске правление союза советских писателей. Были обсуждены переводы: М. Хведоровича «Кавказский пленник», А. Дудара - шестая глава «Евгения Онегина», A. Кулешева - «Цыганы» и переводы П. Глебки, А. Звонака, 3. Пивоварова лирических стихов Пушкина. Следующие вечера будут посвящены обсуждению переводов Янки Купалы - «Медный всадник» и Якуба Коласа«Полтава». Лекции о Пушкине в районных центрах органивовал харьковский пушкинский комитет, возглавляемый плсателем Яновским. Председатель критической секции харьковского союза советских писателей В. Коряк прочел в октябре лекции о творчестве Пушкина в Полтаве, Лозовой, Краснограде и в других центрах области. Пушкину. Литературные кружки русского и еврейского отделений Бирописного журнала педтехникума целиком посвящен великому поэту. С письмом о мероприятиях к стодетию со дня смерти Пушкина обратилко всем советским, общественным и комсомольским организациям Пушкинский комитет при президиуме ЦИК Мордовской АССР. Комитет решил пригласить виднейших ленииградских ученых для чтения докладов о Пушкине в Саранске и в районах республики. Созывается совещание представителей учебных заведений, фабрик, заводов, библиотек и других организаций. Мордгизу предложено перевести на мордовский язык «Евгения Онегина» и ускорить издание уже ред начатых переведов. Громкие читки произведений великого поэта проводит на предприятиях г. Омска городская библиотека им. А. С. Пушкина, которая в годовщину гибели поэта справляет 30-летие своего существования. Марийские поэты Олык Ипай и Казаков Миклай закончили пере… вод «Русалки» и «Моцарта и Сальери» и сейчас переводят «Песнь о вещем Олеге». Поэт Шабдар Осып работает над переводом лирических стихотворений Пушкина. Чувашский поэт Н. Янгас перевел на родной язык «Скупого рыцаря». «Памятку краснофлотца о Пушкине» выпускает в Севастополе релакция многотиражки соединения катеров Черноморского флота. Комсомольцы-летчики школы им. Ворошилова готовятся к проведению пушкинской конференции, Кружок по изучению творчества Пушкина организовали студенты татарского педтехникума в Ульяновске. Кружок готовится к юбилейному вечеру. По инициативе колхозников создан кружок имени Пушкина в селе Большие Ключи Куйбышевского края. Литературно-художественный журнал памяти Пушкина выпускает алатырская школа им. Красина. Пребыванию великого поэта на Украине будет посвящена большая выставка, организуемая в Киеве. Художники гусевского стеклозавода сортовой посуды готовят несколько больших хрустальных цветников, поовященных А. С. Пушкину. А. И. Лямин рисует на хрустале картину «Дуэль Пушкина». Художник Добровольский готовит цветник, на котором будут вытравлены, по способу французокого художника Галле, картина, изображающая первоначальный момент дуэли Пушкина с Дантесом, и портрет поэта.
ПУШНИН
B. ВЕРЕСАЕВ
В таком окружении людей, лишенных, повидимому, малейшей индивидуальности и аккуратно подстриженных под одну требенку, естественно, должен скучать не тольно Пушкин, но и рядовой читатель, с глубоким разочарованием и раздражением перелистывающий страницы повести Ив. Новикова». Когда человек задался специальной целью «раскатать» вещь, то в средствах он не считает нужным разбираться. Новиков, отмечает, например, бесспорнейший факт, что Пушкин горячо желал освобождения крестьян, но крестьянских «бунтов» боялся, а в то же время испытывал тайнов влечение и даже сочувствие комментариях». Ко всему рецензент находят ловод прядраться. В ромне По поводу этой коласки разыгрывается курьезнейший эпизод, во весь рост обрисовывающий отца Пушкина, Сергея Львовича. Он ко что поссорился с сыном и собиразыграть сцену, как благородный отец клеймит нечестивого сына. И вдруг вилит в окно, что ояк помещиву Рокотову, собирающемуся ее купить. Это спутывает все карты Сергея Львовича скупость одолевает все другие чувства. И он подзывает Пушкина и шепчему, чтобы шевле полуторы тысячи он коляски не отдавал. Рецензент по этому поводу замечаст «Сочиненная Ив виковым длинная и скучная история о коляске напоминает замечание Чехова о том, что если писатель в начале рассказа упоминает о висящей на стене винтовке (!), то в конце рассказа винтовка эта непременно должна выстрелить». Помещение подобных заезжательских рецензий в серьезном литературном журнале - просто позор. «Пушкин в селе Михайлавском». С картины худ. Н. Ге. мление к счастью на осознанно человечных началах, в мире, где все было основано на следовании рабской указке, на угнетении и произволе, в мире, где самостоятельная ценность личности ставилась ни во что, не могла пройти безнаказанной. Стремление Пушкина к независимости не было прихотью, беспричинным пронзволом ссверхчеловеказ для которого существует одни тольно закон я так кочу. Пушкин желан и умел уживаться с миром и людьми. Он понимал, что осуществление независимости требует определенных условий. Характер этих условий определяется содержанием идеаланености зависимости. Не плохой малый Альбер (нз «Скупого рыцаряз)способный подарить последнюю бутылку вина, - вещь, достоинства которой он умел ценить, больном нецу, видит, что для осуществления его идеала разтульной рыцарскойжини зни необходимы деньги; здесь условным счастьем, как его понимал Альоказываются деньги. А для того, чтобы Алеко из «Цыган» был счастлив - ему необходимо было бы вывается препятствием для осуществления счастья так, как его понимал Алеко. Достоннство независимости личности в миросозерцании Пушкина определяется не ее формальной значимостью, а содержанием ее. Важна независимость не сама по себе, а ради ее цели, важно, для чего человек добивается независимости. В стремлении к независимости Пушкин не отказывается уважать права общества, права других людей. Но Пушкин создал идеал незавясимого труда и счастья в обществе, где господствовал идеал подчинения, рутины, подавления личности. При таких обстоятельствах независимый, не считающийся с существующими неблагоприятными условиями ход жизни, нарушающий общепризнанные традиции и нормы, с неизбежностью рока влечет за собой возмездие, даже гибель. наслажноЕвгений Онегин, как и большииство пушкинских героев, искал счастья. В характере Онегина причудливо переплелись черты положительные, выгодно отличавшие его рядовых предсгавителей дворянского и аристократического общества, и себялюбивый эгоизм, впитанный им с молоком матери из той самой сре-
он умел подниматься и над собою самим. «Всем чужой», «Умел подниматься
восторг - немой и потрисающий. Хозяйка? Да к чорту хозяйство! Жизнь… о, горячая жиэнь, как ты коротка! И вдрут тишина прерывается звуком, - странным, скрипучим, как удушье совы. Языков сидит, откинувшись в кресле, и из раскрытого рта вылетает, овистя, это дыхание яростпого восторга, переходящего в хрип. Но вот он вскакивает, ловит рукою воздух, неизвестно зачем, точно и самый воздух насышен еще авуками Пушкина, и, кидаясь к нему, обнимает поэта. Стаканы звенят, летняя ночь коротка, жизнь коротка. Рядом тонких штрихов Новиков рисует психологию творчества поэта. Поэт наталкивается в жизни на каты, яростно трещат прова в огромной дом корчится и строит рожи. Возвратившись к себе, Пушкин набрасывает известный отрывок из «адской поэмы», изображающий игру в карты чертей в аду: «Что козырь? … Черви, - Мне ходить» и т. д. До сих пор очень у нас распространено отыскивание «прототипов» к образам художника,реальных лиц, послуживших оригиналами для его портретовB этом отношении особенно посчастливилось Татьяне из «Онегина». На кого только не указывали исследователи как на ее «прототип»! Ив. Новиков пишет про Татьяну: Она создавалась в Пушкине и вырастала отнюдь не из образа отдельной какой-нибудь женщины, в жизни его игравшей ту или иную роль. Он видел ее и ощущал, создавая в себе, однакож, простою реальною, живою, ей отдавал он все то очарование женской души, которым порою и в жизни влело неиз яснимо… Иногда он отталкивался и от отрицательных черт: нет, Татьяна моя не такова! Пушкин читает с Пущиным «Горе от ума». Пушкин читал с большим одушевлением, все более и более разгораясь. Но, странное дело, стих Грибоедова и в чтении Пушкина был ровно блистателен, как и всегда: в нем все уже было дано и открывать было нечего. Что это достоинство или недостаток? Без светотени. Все одинаково залито светом, играет и искрится. У Пушкина это совсем не таҡ. На вид такой простой и понятный, он в действительности один из самых трудно понимаемых поэтов: в нем далеко не «все дано и открывать нечего». Новиков рассказывает: Открытый до дна в стихах своих, Пушкин был в них открыт лишь для себя. Стихи вырастали, как ветка на дереве, и были полны кровного смысла лишь в сочетании с целым. Для него они были неотделимы от жизни, в них протекала настоящая кровь и бился пульс живого его сердца. Но зачем же так открывать себя другим? И что ж? Какое дело свету до сокровенных этих биений, когда он всем им чужой? И ему правилось, чтобы ветку принимали за целое, за отдельность и не искали корней, которые он таил про себя. Пушкин пишет в деревне «Онегина»: «Онегин» кипел, переливался и искрился, и он был так же широк и вместителен, как и чаша озер и всего горизонта с этими водами, лесами, полями и небом над ним. Богаче «Онегина» и шире окрестного мира был только сам Пушкин. Он был и все это, и еще поднимался над этим; больше того:
Значение биографических романов и драм, как таковых, когда они касаются лиц, нам душевно близких, представляется мне очень проблематичным. Когда у Шиллера в «ДонКарлосе» ничтожный сын Филиппа II изображается благородным идеалистом, или когда у Пушкина почтен… ный композитор Сальери выводится как гнусный завистник и убийца Моцарта, мне мало дела до того, какими были в действительности ДонКарлос и Сальери, мне тут важлы Шиллер и Пушкин. Другое дело, когда выводится человек нам дорогой и близкий. Я хочу знать все достоверное о нем и об его жизни, зачем мне измышления романиста или драматурга, только путающие и сбивающие меня в подлинном познании изображаемого лица? и чего в действительности с Пушкиным не было. и тем не менее в тевоод нелели, хайловском, видел живого Пушкина, видел всех лиц, его окружающих, - и очаровательного подростка Зизи Вульф, и ее сестру Анну с ее страдальческою любовью к Пушкину, и старого арапа Петра Ганнибала, и сладкого соседа-помещика Рокотова. Прекрасный роман. Он является не просто очередною работою романиста, он представляет большое достижение Ив. Новикова сравнительно с прежними его работами. Роман Новикова способои даже самого неподготовленного читателя заставить полюбить Пушкина не только в его творчестве, но и в жизни. Пушкин проходит печитателем такой светлый, ясный, так высоко поднимающийся над средой, и в то же время такой простой, такой как будто обыденный. Вот отрывок. Пушкин встречается в Тригорском с приехавшим туда поэтом Языковым, Они вместе купаются. Парень очень самолюбивый, Изыков не терпел никакого над собою господства. Но Пушкин, однако ж, его покорил; сразу, тотчас. И покорил больше всего именно тем, что совсем не хотел покорять. Пушкин любил людей не под собою, а рядом с собою и страстно ценил всяческую их своеобычность. Языков глядел, все еще принасупив глаза, как рядом ныряло и фыркало смуглое тело, и думал: вот Пушкин! И видел блестевшие белые зубы, и мокрую голову, залитую светом, и повторял про себя то же самое: это купается Пушкин! А Пушҡин оме… ялся и говорил, и мысли его не одевались в одежды учености или парадного глубокомыслия, они выражались с такою же ясною простотой, каков сейчас был он и сам: да, это Пушкин - простой и гениальный. Или вот. Пушкин в Тригорском читает в присутствии Языкова свою «Вакхическую песнь» («Да здравствует солнце, да скроется тьма!»). В комнате глубокая тишина. Все окна распахнуты настежь, и теплая ночь едва дрогнула ранним рассветом. Евпраксия так и осталась, застыв, с отведенной серебряной ложкой, не замечая, как упадает за каплею капля на чистую скатерть. Не замечает этого и Прасковья Александровна, - мать и хозяйка; да и при чем тут хозяйка и мать! Разве в эти минуты не молода и она? Разве в ней умерли чувства? Горячие слезы, которым не дано воли, и умиленье, Иван Новиков. Пушкин в Михайловском. Роман. «Советский писатель». М, 1936, тираж 10.000.
над собою самим». И еще одна характерная черта: его мятежность. Потребность нарушить каким-нибудь жестом, вольным или дераким, осточертевшую «приличную» жизнь была в нем всетда. Так он писал эпиграммы. Так вызывал на дуэль. Так себя утверждал, и так кидал вызов другим. Роман Новикова - не произведеиле дилетанта, наскоро ознакомившегося с ходовым биографическим материалом о Пушкине. Новиков два раза побывал в Михайловском, долвежды, а догадки человека, изучивго вбнро, которые, монли и дедал в пушкниской комиссии.ловское. Можно, конечно, различно оценивать роман Ив. Новикова. Но талант автора, его эрудиция, серьезное отношение к делу, любовь к Пушкину, - все это обязывало бы критику подойти к роману серьезно и внима-рается тельно. К сожаению, критика никак не подошла к роману; она прешпочитает хвалить Тавторов с установившейся репутацией, где не требуется ни смелости суждения, ни самостоятельного вкуса. Не прямое ли дело критики поддержать автора, вышедшего на широкую дорогу: До сих пор единственным отзвуком на роман Новикова было фельетонное улюлюканье, типичный образчик которого мы находим в рецензии С. Гессена, помещенной в «Литературном современнике». иСвою рецензию C. Гессен начинаетаҡ: «К числу крупнейших художественных произведений о Пушкине последнего времени принадлежит повесть Ив. Новикова». А кончает рецензию вот как: «Вся повесть ароникнута какою-то безнадежною серостью. Серой представляется и михайловская природа, и жизнь Пушкина, и сам он, и люди, его окружающие, среди которых автор не нашел ни одното яркого образа.
этот вопрос, поставленный пуш кинистом Б. В. Томашевским, не бы ло дано прямого ответа. Никто из художников не может похвастать, что ему удалось полностью разрешить проблему пушкинской иллюстрации или биографической картины, посвя. щенной поэту. Но уже тот факт, ч6 около сорока художников в одном Ленинграде упорно работают нат пушкинскими темами, показывает, они не считают неосуществимой задачу иллюстрации пушкинског творчества. На выставке, организован. ной Ленгослитиздатом к совещании в «Литературном современнике», быК. Рудакова, А. Пахомова, А. Самохвалова, А. Якобсон и мн. др. Их радраматургия Пушкина. Большая часть довых напостаци ред по сравнению со старыми рабостраторов Пушкина, как A. Бенуа Лансере и Добужинский. ом ви Представители разных точек врения единодушно отмечали то совет графики подняли пушкинскую июстрацию на новую, более выскую ступень. Как указал С. Б. Юло вин, наша иллюстрация не ограничнвается восстановлением эпохи в быдеталях и аксессуарах, она замыкается в пейзаже, эмоционально созвучном лирическому тексту. Советские иллюстраторы берутся самую сложную и почетную задичу «создання человеческих образов, воссоздания типов пушкинских героев , под-Новые иллюстрированные пушкин ские издания отнюдь не будут пере гружены изобразительным матерналюм. Ко многим из них даны только фронтисписы, некоторые издания будут сопровождены 3-5 рисунками,ерн Этот путь весьма труден, так как ставит художников в очень жесткие рамки: тщательного отбора изобразительных моментов, поисков синтети-т ческого выражения пушкинского замысла, часто весьма сложного. Но ва нет сал исть ша ром ерж оша именно этот путь надо признать наиболее плодотворным. крна зяш О своих «муках творчества» расска зал на совещании E. Кибрик, сделавший ряд интересных, очень красочных иллюстраций к «Сказкам». В поисках национального и народного языка художник делал десятки рнсунков и вариантов, чтобы потом остановиться на одном из них, не всегда на наиболее удачном. Создание облика героев пушкинских скавок - царей и царевичей - особенно затруднено тем, что их нельзя связать с исторически конкретными личностями или с устаревшими лу-е бочными стилизациями, так как сами сказки нисколько не устарели, ведьуш твер , пу аля м одн ДЕ они вполне реалистичны. вст а ( Стенограмма совещания будет ш. печатана в специальном пушкинском номере «Литературного современни. ка». Первая встреча художников пушкинистами и писателями не должна остаться единственной. Остав. шиеся месяцы до юбилея принесут еще не мато нового и интересного, да кроме того, работа художников над Пушкиным не прекратится и после юбилея, пор шос Ленниградский союз советских художников, готовящий к пушкинскому юбилею специальную выставкуо работ своих членов, не должен ограничиться в порядке подготовки к нейж этим совещанием. Последующие могут быть еще более плодотворными. Ленинград. A. АЛЕКСАНДРОВ.
Нужно ли считать принципиально невозможным воплощение пушкинских замыслов в изобразительных образах (такая теория создана некоторыми театральными работниками),
собственного идеала. Евгений рисует себе желанное будущее словами, которыми пользовался сам Пушкин, чтобы изобразить свой идеал покоя и воли: Я устрою Себе смиренный уголок И в нем Парашу успокою. Кровать, два стула, щей горшон Да сам большой… И станем жить-и так до гроба Рука с рукой дойдем мы оба, И внуки нас похоронят… Евгением и над его мечтами возвышаются исторические условия, потребности Россин как великой державы. Потомок московских бояг, ок должен жить и служить в городе, основанном Петром Великим, неверном и страшном городе в представлении многих образованных русских людей, видевших в нем воплощение насильственного воздействия и на судьбы страны и на судьбы личнести. Наводнение смывает бедный домик, где жила Параша, невеста Евгения, его мечта. Вид затопленного … Или во сне Он это видит? Иль вся наша И жизнь ничто, как сон пустой, Насмешка рока над землей? самое сомнение в правильности действования стоящих за его спиной и над его головой исторических сил вызывает грозное предоств режение: И обращен к нему спиною В неколебимой вышине, Над возмущенною Невою Стонт с простертою рукою Кумир на бронзовом коне. Бедствие, смывшее мечты счастьи Евгения, рождают в нем сознательное раздумье о значении личности, о ее праве на независимость выбора жизненного пути, даже при сопоставлении с общегосударственны ми интересами, с требованиями нсторин. Ввгений оглушен Был чулной внутренней тревогой, Однажды ночью он свое право, свой протест, свой вызов дераво но обратил прямо к Медному в нику. Окончание см. на ств.
рение и гармония Гринева и Белкина были невозможны как прекрасный, но далекий детский сон. Для Пушкина гармония с миром была бы возможна только путем сохранения его духовного богатства, которое он добыл, пройдя и сквозь искус скептического и отрицательного взвешивания достоинств окружающего. Была еще одна возможность ликвидации разлада с действительностью, наличие которой Пушкин также сознавал и которую он также отвергал. Можно было отвернуться от того, что детаетоя в широком мире, замкнуться в узкий круг любви, дружбы и пиров, превратить свое существование в добровольное заточение на беспечальном острове Цитеры. Мы уже знаем, что и эта перспектива была непрыемлема для Пушкина. Черствое эгоистическое очастье, счастье, сознательно срывающее свон дары за счет друтих людей, не умещалось в сознании Пушкина. Владычицу Цитеры он гиал от своих помыслов не только в минуту высокого политие-бер, ского воодушевления: Беги, сокройся от очей Цитеры слабая царица! И в более поздние годы, когда Пушкин искал примирения с Николаем I, когда он счастлив был бы уйти в независимую частную жизнь, эн знал, что ограничить свой идеал одними физическими наслаждениями или радостями даже разделенной и счастливой любви он не сможет: Когда б не смутное влеченье Чего-то жаждущей души, Я эдесь остался б, наслажленье Вкушать в неведомой тиши: Забыл бы всех желаний трепет, Мечтою б целый мир назвал И все бы слушал этот лепет, Все б эти ножки целовал… Для Пушкина было невозможно отнестись к миру как к зыбкой, ни к чему не обязывающей мечте, для него невозможно было заменить мир маланькой обиделью свои ни. Не было в мире такой силы, которая могла бы усмирить трепет жетанич его всеоб емляющей души. Эти пути были для Пушкина закрыты, а независимость жизненных поисков, без оглядки на намерения самодержавной власти и господствовавшее общественное мнение, стре-
ды, которую он так зло критиковал.из Самое страшное возмездие за го, что он не похож на других, не живет как другие, он несет в себе самом. Окончательная неудача его жизни определяется в тот момент, когда он в скромной деревенской барышне Татьяне не узнал той, которая могла бы составить его счастье. Онегин, зараженный предрассудками света, с которым он находился в разладе, сам в себе несет свою судьбу. В приговоре Татьяны, ставшей светской дамой, обрушивается на него его собственное несчастье. Денствительность воопитала в нем черты бесчеловечи эгоизма и они жестоко лака-Над зывают Онегина. В таком отношения к персонажу, которому Пушкин сочувствовал, виден и ум поэта, и глубина его разлада с действительнокузстью. Пушкин понимал, что перед идеалом незавнсимой гуманной жизстоят не только механические препятствия, от которых можно убежать «в обитель дальнюю трудов и мирных пег». Однако, Пушкни сам-то не был ни Алеко, ни Онегии, хотя может быть ограниченности внутри себя Пушкин оправлялся и - при благоприятных условиях - мог бы управиться до конца. Самое страшное возмездие за неслыханную смелость вольной независимой жизни и творчества Пушки-Уже на ожидало извне. Как грозное наказание, обрушивающееся на посмевшую личность извне, он и изобразил его в своих произведениях. Евгений из «Медного всадника» мечтал независимом приватном счастьи. Общепризнанные в господствующем обществе блага его не прельщали. Наш герой Живет в чулане. Где-то служит, Дичится знатных и не тужит Ни о почиющей родне, Ни о забытой старине. Но гонясь за тем, чем облалали когда-то его предки и за что крепко держались двор, свет, знать,- оН, однако, стремился обеспечить себе И независимость, и честь, отНезависимость и честь для него были путями к счастью. Евгений мечтал о малом счастьи, но любопытно, что Пушкин в характеристику мечты своего героя вносит черты
Тема возмездия в творчестве Пушкина B. КИРПОТИН и Энгельс, - «в пределах отношений определенной нации это может произойти также благодаря тому, что противоречие обнаруживается не в данных национальных рамках, а между данным национальным сознаннем и практикой других наций, т. е. между национальным и всеобщим сознанием той или другой нации» (Маркс и Энгельс, т. IV, стр. 22). Осознание и осмысливание противоречий русской действительности ускорялось знакомством с заладноевропейским просвещением и с практикой более развитых западноевропейских народов. Общеизвестно, какую роль сыграли в этом отношении противонаполеоновские походы русских войск. Из огромного значения европейско… го просвещения для формирования поэзни Пушкина не следует, однако, как пытаются утверждать некоторые литературоведы, что она есть результат только влияния Запада. Под влияннем Запада Пушкин ушел далеко вперед от своего времени, своей страны, во многом он опередил свое время больше, чем декабристы. Но в то же время Пушкин был множеством уз связан с идеологией своего класса и своей эпохи. На дворянский характер поазни Пушкина указал еще Белинский. И все же в мировоззрении Пушкина рядом с взглядами и чувствами, связывавшими его с дворянской средой, неизмеримо больше было моментов, отделявших его от нее, противопоставлявших его ей. Пушкип искал гармонии со средой, но не находил ее. Он даже ясно представлял себе условия этой гармонии и неоднократно давал им поэтическое воплощение, но условия эти оыли созданы не по его росту. В тогдашней-России, особенно после раз… грома декабристов, гармония с действительностью возможна была только путем отказа от всего того, что возвышало над нею. Нужно было быть или стать одним из Лариных, нужно было смириться, прибеднитьПушкин был представителем нового миросозерцания и новой нравственности для своего времени. В невежественной и угнетенной самодержавно-крепостнической России он выступал с идеалами просвещения, свободы, независимости личности. Сама жизнь Пушкина, все его поступки, мысли и чувства были пронизаны передовыми идеями европейского просвещения XVIII века. Сама жизнь Пушкина была протестом против строя, в котором он жил. Старой рутине, традициям, которые были сильны вокруг него и внешне еще больше усилились после поражения декабристов, Пушкин следовать не мог. Когда мы знакомимся с историей России начала XIX века, особенно с периодом после поражения декабристов, с господствовавшими в ней православием, ханжеством, мракобеснем, ненавистью к мысли, холопством, бесправием, обезличенностью и пресмыкательством, мы первоначально едва верим, что этот ослепительный поток света, излучаемый широко, свободно и щедро поэзней Пушкина, относится к той же эпохе. Однако, гениальный русский поэт, провозвестник новых начал в отсталой России не мог до конца порвать с традициями дворянского общества и строя, к которым он принадлежал. Пушкин не был случайным явлением, парадоксом историн. Он вырастал из противоречий своего времени, своего класса, из противоречий и общеевропейского порядка, преломленных в русской действительности. Воздействие Европы на ход русской жизни нельзя ни на минуту забывать, когда изучаешь возникновение поэзии Пушкина и ее значение для современников и потомков. Противоречие идеологии с действительностью возможно только тогда, когда существующие общественные отношения уже вступили в противоречие с производительными силами, на базе которых они выросли. Но, - поясняют Маркс
ся, стать Белкиным или Гриневым, чтобы найти условия для слитного гармонического существования в тогдашней действительности. Гринев и Белкин выведены Пушкиным не только как верноподданные своего царя в политическом отношении. Они с умыслом изображены ограниченными людьми. Они честны, благородны, на них можно положиться в трудную минуту личной жизни, но они необразованы, они лишены обобщающей силы разума, необходимой для того, чтобы задуматься над окружающим, над злом в жизни. Разлад с действительностью лишал спокойствия и счастья, Пушкин искал примирения с действительностью и видел, что цена примирения - смирение, и что смирение ведет к обеднению личности. Взрослый человек может с симпатией и умилением смотреть на детскую колыбель, но сам уместиться в нейне может. Таков же психологический смысл отношения Пушкина к образам Белкина и Гринева. Белкин и Гринев не были идеалом Пушкина. В их образах он не рисовал героев, противопоставленных свету и придворной жизни, подобно Татьяне в «Евгенви Онегине». Тепло и сочувственно Пушкин рисует образ Гринева в «Капитанской дочке», сумевшего хорошо, честно пройти свой жизненный путь, в обстановке большого народного возмущения, в гармонии со своим классом и с политическим строем и зато щедро вознагражденного жизнью. Но в то же время Пушкин смотрит на Гринева сверху вниз, как взрослый на неразвившегося ребенка. Пушкин прячется за Белкина и показывает, как выглядит жизнь, преломленная через его восприятие. Это - серия удивительных происшествий, большею частью счастливых, среди которых попадаются и печальные, но воспринимаемых Белкиным только как происшествия, без размышлений об их причинах и вытекающих из них выводах. Для Пушкина прими-