литературная газета №66 (629)

С езд

Чрезвычайный VIII Всесоюзный

Советов

Доклад тов. СТАЛИНА И. В. о проекте Конституции Союза ССР  Союз Советских Социалистических Республик образовался, как известно, в 1922 году на Пер­вом С езде Советов СССР. Образовался он на нача­лах равенства и добровольности народов ОООР. Ныне действующая Конституция, принятая в 1924 году, есть первая Конституция Союза ССР. Это был период, когда отношения между народами не были еще как следует налажены, когда пережитки недоверия к великороссам еще не исчезли, когда центробежные силы все еще продолжали действо­вать. Нужно было наладить в этих условиях брат­ское сотрудничество народов на базе экономиче­ской, политической и военной взаимопомощи, об - единив их в одно союзное многонациональное госу­дарство. Советская власть не могла не видеть трудностей этого дела. Она имела перед собой не­удачные опыты многонациональных государств в буржуазных странах. Она имела перед собой про­валившийся опыт старой Австро-Венгрии. И все же она пошла на опыт созгания многонациональ­ного государства, ибо она знала, что многонацио­нальное государство, возникшее на базе социализ­ма, должно выдержать все и всякие испытания. С тех пор прошло 14 лет. Период достаточный для того, чтобы проверить опыт. И что же? Истек­ший период с несомненевостью показал, что опыт образования многонационального государства, соз­данного на базе социализма, удался полностью. Это есть несомненная победа ленинской националь­ной политики. (Продолжительные аплодисменты). Чем об яснить эту победу? Отсутствие эксплоататорских классов, являю­щихся основными организаторами междунациональ-ликвидации ной драки; отсутствие эксплоатации, культивирую­щей взаимное недоверие и разжигающей национа­листические страсти; наличие у власти рабочего класса, являющегося врагом всякого порабощения и верным носителем идей интернационализма; фак­тическое осуществление взаимной помощи народов во всех областях хозяйственной и общественной жизни; наконец, расцвет национальной культуры народов СССР, национальной по форме, социали­стической по содержанию, - все эти и подобные им факторы привели к тому, что изменился в корне облик народов СССР, исчезло в них чувство взаим­ного недоверия, развилось в них чувство взаимной дружбы и наладилось, таким образом, настоящее братское сотрудничество народов в системе единого союзного государства. В результате мы имеем теперь вполие сложив­шееся и выдержавшее все испытания многонацио­нальное социалистическое государство, прочности которого могло бы позавидовать любое националь­ное государство в любой части света. (Бурные аплодисменты). Таковы изменения, прочешедшие за истекший период, в области национальных взаимоотношений в СССР. Таков общий итог изменений в области хозяй­ственной общественно-политической жизни в ОССР, происшедших за период от 1924 года до 1936 года. екта новой Конституции является не «обычным» и «общепризнанным» демократизмом вообще, а демо­кратизмом социалистическим, Таковы основные особенности проекта новой Кон­ституции СССР. Таково отражение в проекте новой Конституции сдвигов и изменений в хозяйственной и обще­ственно-политической жизни СССР, которые осу­ществились за период от 1924 года до 1936 года. «ликвидацию большевистского режима». «Больше­вики качнулись вправо, это факт» - говорят они на разные голоса. Особенно усердствуют в этом отношении некоторые польские и отчасти амери­канские газеты. Что можно сказать об этих, с позволения ска­зать, критиках? Если расширение базы диктатуры рабочето клас­са и превращение диктатуры в более гибкую, стало быть, - более мощную систему государственного руководства обществом трактуется ими не как уси­ление диктатуры рабочего класса, а как ее ослаб­ление или даже как отказ от нее, то позволительно спросить: а знают ли вообще эти господа - что такое диктатура рабочего класса? Если законодательное закрепление победы со­циализма, законодательное закрепление успехов индустриализации, коллективизации и демократи­зации называется у них «сівитом вправо», то поз­волительно спросить: а знают ли вообще эти гос­пода -- чем отличается левое от правого? (Общий смех, аплодисменты). Не может быть сомнения, что эти господа окон­чательно запутались в своей критике проекта Кон­ституции и, запутавшись, перепутали правое с левым. Нельзя не вспомнить по этому случаю дворо­вую «девчонку» Пелагею из «Мертвых душ» Готоля. Она, как рассказывает Гоголь, взялась как-то показать дорогу кучеру Чичикова Сели­фану, но, не сумев отличить правую сторону дороги от левой ее стороны, запуталась и попала в неловкое положение, Надо признать, что наши критики из польских газет, несмотря на всю их амбицию, все же недалеко ушли от уровня по­нимания Пелагеи, дворовой «левчонки» из «Мерт­вых душ». (Аплодисменты). Если вспомнете, ку­чер Селифан счел нужным отчитать Пелагею смешение правого с левым, сказав ей: «Эх ты, черноногая… не знаешь, где право, где лево», Мне кажется, что следовало бы так же отчитать наших незадачливых критиков, сказав им: Эх вы, горе-критики… не знаете, где право, где лево. (Продолжительные аплодисменты). Наконец, еще одна группа критиков. Если предыдущая группа обвиняет проект Конститупии в отказе от диктатуры рабочего класса, то эта группа обвеняет его, наоборот, в том, что он ни­чего не меняет в существующем положении в СССР, что он оставляет нетронутой диктатуру габочего класса, не допускает свободу полити­ческих партий и сохраняет в силе нынешнее руководящее положение партии коммунистов в СОСР. При этом эта группа критиков считает, что отсутствие свободы партий в СССР является признаком нарушения основ демократизма. Я должен признать, что проект новой Консти­туции действительно оставляет в силе режии лшктатуры рабочего класса, равно как сохраняет без изменений нынешнее руководящез положение Коммунистической партии СССР. (Бурные апло­дисменты). Если уважаемые критики считают это недостатком проекта Конституции, то можно только пожалеть об этом. Мы же, большевики, считаем это достоинством преекта Конституции. (Бурные аплодисменты). Что касается овободы различных политических партий, то мы держимся здесь несколько иных взглядов. Партия есть часть класса, его передо­вая часть. Несколько партий, а значит и свобода партий может существовать лишь в таком обще­стве, где имеются антагонистические классы, интересы которых враждебны и непримиримы, где имеются, скажем, капиталисты и рабочие, поме­щики и крестьяне, кулаки и беднота и т. д. Но в СССР нет уже больше таких классов, как ка­питалисты, помещики, кулаки и т. п. В СССР имеются только два класса, рабочие и крестьяне, интересы которых не только не враждебны, а наоборот - дружественны. Стало быть, в СССР нет почвы для существования нескольких партий, значит и для свободы этих партий. В СССР имеется почва только для одной партии, Комму­нистической партии. В СССР может существовать лишь одна партия - партия коммунистов, смело и до конца защищающая интересы рабочих и кре­стьян. А что она не плохо защищает интересы этих классов, в этом едва ли может быть какое­либо сомнение. (Бурные аплодисменты). Говорят о демократии. Но что такое демокра­тия? Демократия в капиталистических странах, где имеются антагонистические классы, есть в последнем счете демократия для сильных, демо­кратия для имушего меньшинства, Демократия в ОССР, наоборот, есть демократия для трудящихся, е. демократия для всех. Но из этого следует, что основы демократизма нарушаются не проек­том новой Конституции СССР, а буржуазными кон­ституциями. Вот почему я думаю, что Конституция ОООР является единственной в мире до конца демократической конституцией. Так обстоит дело с буржуазной критикой про­екта новой Конституции СССР. Продолжение. Начало см. стр. 1 IV. чивает его законодательным закреплением режима эксплоатации, факта освобож­дения граждан от всякой эксплоатации. Он не прос­то провозглашает право на труд, но и обеспечивает его законодательным закреплением факта отсутствия кризисов в советском обществе, факта уничтожения безработицы, Он не просто провозглашает демокра­тические свободы, но и обеспечивает их в законо-тех дательном порядке известными материальными средствами. Понятно поэтому, что демократизм про-

g

B

Буржуазная критика проекта Конституции  лионов гектаров бывших помещичьих, казенных и монастырских земель и это - сверх тех земель, которые находились и раньше в руках врестьян. Это факт, & не обещание. Затем, Советская власть экспроприировала класс капиталистов, отобрала у них банки, заводы, же­лезные дороги и прочие орудия и средства произ­водства, об явила их социалистической собствен­ностью и поставила во главе этих предприятий луч­Ших людей рабочего класса. Это факт, а не обеща­ние. (Продолжительные аплодисменты). Затем, организовав промышленность и сельское хозяйство на новых, социалистических началах, с новой технической базой, Советская власть добилась того, что ныне земледелие в СССР дзет в 11/2 раза больше продукции, чем в довоенное время, инду­стрия производит в 7 раз больше продукции, чем в довоенное время, а народный доход вырос в 4 раза в сравнении с довоенным временем. Все это - факты, а не обещания. (Продолжительные аплоди­сменты). Затем, Советская власть уничтожила безработи­цу, провела в жизнь право на труд, право на от­дых, право на образование, обеспечила , лучшие материальные и культурные условия рабочим, крестьянам и интеллигенции, обеспечила проведе­ние в жизнь всеобщего, прямого и равного изби­рательного права при тайном голосовании граждан. Все это - факты, a не обещания. (Продолжи­тельные аплодисменты). Наконец, СООР дал проект новой Конституции, который является не обещанием, а регистрацией и законодательным закреплением этих общеизвест­ных фактов, ретистрацией и законодательным за­креплением того, что уже добыто и завоевано. Опрашивается, к чему сводится после всего этого болтовня господ из терманского официоза о «потемкинских деревнях», если не к тому, что они задались целью скрыть от народа правду об ОООР, ввести народ в заблуждение, обмануть его. Таковы факты, А факты, как говорят, упрямая вещь. Господа из германского официоза могут ска­зать, что тем хуже для фактов. (Общий смех). Но тогда им можно ответить словами известной рус­ской поговорки: «дуракам закон не писан». (Ве­селый смех, продолжительные аплодисменты). Третья группа критиков не прочь признать известные достоинства за проектом Конституции, она считает его положительным явлением, но она, видите ли, очень сомневается, чтобы ряд его поло­жений можно было провести в жизнь, ибо она убеждена, что эти положения вообще неосущест­вимы и должны остаться на бумаге. Это, говоря мягко, скептики. Они, эти скептики, имеются во всех странах. Нужно сказать, что мы встречаемся с ними не впервые. Когда большевики брали власть в 1917 году, скептики говорили: большевики, пожалуй, не плохие люди, но с властью у них дело не пой­дет, они провалятся. На деле, однако, оказалось, что провалились не большевики, а скептики. Во время гражданской войны и иностранной интервенции эта группа скептиков говорила: Со­ветская власть, конечно, вещь не плохая, но Де­никин с Колчаком плюс иностранцы, пожалуй, одолеют ее. На деле, однако, оказалось, что скеп­тики и здесь просчитались. Когда Советская власть опубликовала первый пятилетний план, скептики опять выступили на сцену, говоря: пятилетка, конечно, дело хорошее, но она едва ли осуществима, надо полагать, что у большевиков с пятилеткой дело не выйдет. Фак­ты, однако, показали, что скептикам опять не по­везло: пятилетний план был осуществлен в четы­ре года. То же самое надо сказать о проекте новой Кон­ституции и ее критике со стороны скептиков. Стоило опубликовать проект, чтобы эта группа критиков вновь появилась на сцене с ее унылым скепсисом, с ее сомнениями насчет осуществи-т. мости некоторых положений Конституцич. Нет ни­кавих оснований сомневаться в том, что скептики провалятся и в данном случае, провалятся нынче так же, как они не раз проваливались в прошлом. Четвертая группа критиков, атакуя проект новой Конституции, характеризует его, как «сдвиг впра­во», как «отказ от диктатуры пролетарната», как  Первые признажи реакции иностранной печати на, проект Конституции выразились в определенной тенденции - замолчать проект Конституции. Я имею в виду в данном случае наиболее реакцион­ную, фашистскую печать. Эта группа критиков сочла за лучшее просто замолчать проект Консти­туции, представить дело так, как будто проекта не было и нет его вообще в природе. Могут сказать, что замалчивание не есть критика. Но это неверно. Метод замалчивания, как особый способ игнори­рования, является тоже формой критики, правда, глупой и смешной, но все же Формой критики. (Общий смех, аплодисменты). Но с методом замал­чивания не вышло у них. В конце концов они оказались вынужленными открыть клапан и сооб­щить миру, что как это ни печально, проект Кон­ституции СССР все же существует, и не только существует, но и начинает оказывать зловредное воздействие на умы. Да иначе и не могло быть, так как есть все же на свете какое-то обществеч­ное мнение, читатели, живые люди, которые хотят знать правду о фактах, и держать их долго в тис­ках обмана нет никакой возможности, На обмаче далеко не уедешь… Несколько слов о буржуазной критике проекта Конституции. Вопрос о том, как относится к проекту Консти­туции иностранная буржуазная печать, представ­ляет бесспорно известный интерес. Поскольку ино­странная печать отражает общественное мнение различных слоев населения в буржуазных странах, мы не можем пройти мимо той критики, которую развернула эта печать против проекта Консти­туции. Вторая группа критиков признаєт, что проект Конституции действительно существует в природе, но она счытает, что проект не представляет боль­шого интереса, так как он является по сути дела не проектом конституции, а пустой бумажкой, пу­стым обещанием, рассчитанным на то, чтобы сделать известный маневр и обмануть людей. Они добав­ляют при этом, что лучшего проекта и не мог дать СССР, так как сам ОССР является не государством, & всего-навсегогеографическим понятием (об­щий смех), а раз он не является государством, то и конституция его не может быть действительной конституцией. Типичным представителем этой груп­пы критиков является, как это ни странно, герман­ский официоз «Дейтше Дипломатиш-Политише Кор­респонденц». Этот журнал прямо говорит, что про­ект Конституции СССР является пустым обещанием, обманом, «потемкинской деревней». Он без колеба­ний заявляет, что СССР не является государством, что СССР «представляет не что иное, как точно определяемое географическое понятие» (общий смех), что Конституция СССР не может быть ввиду этого признана действительной конституцией. Что можно сказать о таких, с позволения ска­зать, критиках? В одном из своих сказок-рассказов великий рус­ский писатель Щедрин дает тип бюрократа-само­дура, очень ограниченного и тупого, но до край­ности самоуверенного и ретивого. После того как этот бюрократ навел во «вверенной» ему области «порядок и тишину», истребив тысячи жителей и спалив десятки городов, он оглянулся кругом и за­метил на горизонте Америку, страну, конечно, мало­известную, пе имеются, оказывается, какие-то сво­боды, смущающие народ, и где государством управ­ляют иными методами. Бюрократ заметил Америку и возмутился: что это за страна, откуда она взя­лась, на каком таком основании она существует? (Общий смех, аплодисменты). Конечно, ее случайно открыли несколько веков тому назад, но разве нель­зя ее снова закрыть, чтоб духу ее не было вовсе? (Общий смех). И сказав это, положил резолюцию: «Закрыть снова Америку»! (Общий смех). Мне кажется, что господа из «Дейтше Диплома­тиш-Политише Корреспонденц» как две кашли воды похожи на щедринского бюрократа. (Общий смех, одобрительные аплодисменты). Этим господам СОСР давно уже намозолил глаза. Девятнадцать лет стоит СССР как маяк, заражая духом освобождения ра­бочий класс всего мира и вызывая бешенство у вра­гов рабочего класса. И он, этот ОССР, оказывается, не только просто существует, но даже растет, и не только растет, но даже преуспевает, и не только преуспевает, но даже сочиняет проект новой Кон­ституции, проект, возбуждающий умы, вселяющий новые надежды угнетенным классам. (Аплодисмен­ты). Как же после этого не возмущаться господам из германского официоза? Что это за страна, вопят они, на каком таком основании она существует (общий смех), и если ее открыли в октябре 1917 года, то почему нельзя ее снова закрыть, чтоб духу ее не было вовсе? И сказав это, постановили: за­крыть снова СССР, об явить во всеуслышание, что СССР, как государство, не существует, что СССР есть не что иное, как простое географическое по­нятие! (Общий смех). Кладя резолюцию о том, чтобы закрыть снова Америку, щедринский бюрократ, несмотря на всю свою тупость, все же нашел в себе элементы пони­мания реального, сказав тут же про себя: «Но, ка­жется, сие от меня не зависит». (Взрыв смеха, бурные аплодисменты). Я не знаю, хватит ли ума у господ из германского официоза догадаться, что «закрыть» на бумаге то или иное государство они, конечно, могут, но если горорить серьезно, то «сие от них не зависит»… (Взрыв веселого смеха, пу-бурные аплодисменты). Что касается того, что Конституция СССР яв­ляется будто бы пустым обещанием, «потемкинской деревней» и т. д., то я хотел бы сослаться на ряд установленных фактов, которые сами говорят за себя.

б

I

H

I

1

Основные особенности III. проекта Конституции Какое отражение получили все эти изменения в жизни ОССР в проекте новой Конституцие? Иначе говоря: каковы основные особенности проекта Конституции, представленного на рассмо­трение настоящего С езда? Конституционной Комиссии было поручено вне­сти изменения в текст Конституции 1924 года, В результате работы Конституционной Комиссии по­лучился новый текст Конституции, проект новой Конституции ССОР. Составляя проект новой Кон-друг ституции, Конституционная Комиссия исходила из того, что конституция не должна быть смешивае­ма с программой. Это значит, что между програм­мой и конституцией имеется существенная раз­ница. В то время как программа говорит о том, чего еще нет и что должно быть еще добыто и завоевано в будущем, конституция, наоборот, дол­жна говорить о том, что уже есть, что уже добы­то и завоевано теперь, в настоящем, Программа касается главным образом будущего, конституция настоящего. Два примера для иллюстрации. Наше советское общество добилось того, что оно уже осуществило в основном социализм, создало социалистический строй, т. е. осуществило то, что У марксистов называется иначе первой или низ­шей фазой коммунизма. Значит, у нас уже осуще­ствлена в основном первая фаза коммунизма, со­циализм. (Продолжительные аплодисменты). Основ­ным принципом этой фазы коммунизма является, как известно, формула: «от каждого по его способ­ностям, каждому по его труду». Должна ли наша Конституция отразить этот факт, факт завоевания социализма? Должна ли она базироваться на этом завоевании? Безусловно должна. Должна, так как социализм для СССР есть то, что уже добыто и завоевано. Но советское общество еще не добилось осуще­ствления высшей фазы коммунизма, где господству­ющим принципом будет формула: «от каждого по его спесобностям, каждому по его потребностям», хотя оно и ставит себе целью добиться в будущем осуществления высшей фазы коммунизма. Может ли наша Конституция базироваться на высшей фа­зе коммунизма, которой еще нет и которая должна быть еше завоевана? Нет, не может, так как выс­шая фаза коммунизма есть для ОСОР то, что еще не осуществлено и что должно быть осуществлено в будущем. Не может, если она не хочет превратиться в программу или декларацию о будущих завоева­НИЯХ. Таковы рамки нашей Конституции в данный исторический момент. Таким образом проект новой Конституции пред­ставляет собой итог пройденного пути, итог уже добытых завоеваний. Он является, стало быть, ре­гистрацией и законодательным закреплением того, Что уже добыто и завоевано на деле. (Бурные апло­дисменты). В этом первая особенность проекта новой Кон­ституции СССР. Далее. Конституции буржуазных стран исхо­дят обычно из убежления о незыблемости капита­листического строя, Главную основу этих консти­туций составляют принципы кашитализма, его ос­новные устои: частная собственность на землю, леса, фабрики, заводы и прочие орудия и средства про­изводства; эксплоатация человека человеком и на­личие эксплоататоров и эксплоатируемых; необес­печенность трудящегося большинства на одном по­люсе общества и роскошь нетрудящегося, но обес­печенного, меньшинства на другом полюсе; и т. д. и т. п. Они опираются на эти и подобные им устой капитализма. Они их отражают, они их закрепляют в законодательном порядке. В отличие от них проект новой Конституции СССР исходит из факта ликвидации кашиталисти­ческого строя, из факта победы социалистического строя в СССР. Главную основу проекта новой Кон­ституция СССР составляют принципы социализма, его основные устои, уже завоеванные и осущест­вленные: социалистическая собственность на зем­лю, леса, фабрике, заводы и прочие орулия и сред­ства производства; ликвидация эксплоатации и экс­плоататорских классов; ликвидация нищеты боль­шинства и роскоши меньшинства; ликвидация без­работицы; труд, как обязанность и долг чести ка­ждого работоспособного гражданина по формуле: «кто не работает, тот не ест», Право на труд, т. е. право кажлого гражданина на получение гаранти­рованной работы; право на отдых; право на обра­зование; и т. д. и т. П. Проект новой Конституций опирается на эти и подобные им устои согиализ­ма. Он их отражает, он их закрепляет в законода­тельном поряцке. Такова вторая особенность проекта новой Кон­ституции. Дальше, Буржуазные конституции молчаливо исходят из предпосылки о том, что общество состоит из антагонистических классов, из классов, владе-о ющих богатством, и классов, не владеющих им, что какая бы партия ни пришла к власти, государ­ственное руководство обществом (диктатура) долж­но принадлежать буржуазии, что конституция нуж­на для того, чтобы закрепить общественные поряд­ки, угодные и выгодные имущим классам. В отличие от буржуазных конституций проект новой Конституции СССР исходит из того, что в обществе нет уже больше антагонистических клас­сов, что общество состоит из двух дружественных другу классов, из рабочих и крестьян, что у власти стоят эти именно трудящиеся классы, что государственное руководство обществом (диктатура) принадлежит рабочему классу, как передовому классу общества, что конституция нужна для того, чтобы закрепить общественные порядки, угодные и выгодные трудящимся, Такова третья особенность проекта новой Кон­ституции. Дальше. Буржуазные конституции молчаливо исходят из предпосылки о том, что нации и расы не могут быть равноправными, что есть нации пол­ноправные и есть нации неполноправные, что кро­ме того существует еще третья категория наций или рас, например, в колониях, у которых имеется еще меньше прав, чем у неполноправных наций. Это значит, что все эти конституции в основе своей являются националистическими, т. е. конституция­ми господствующих наций. В отличие от этих конституций проект новой Конституции СССР, наоборот, - глубоко интерна­ционален. Он исходит из того, что все нации и ра­сы равноправны. Он исходит из того, что разница в цвете кожи или в языке, культурном уровне или уровне государственного развития, равно как дру­гая какая-либо разница между нациями и расами­не может служить основанием для того, чтобы оправдать национальное неравноправие. Он исходит из того, что все нации и расы, независимо от их прошлого и настоящего положения, независимо от их силы или слабости, - должны пользоваться одинаковыми правами во всех сферах хозяйствен­ной, общественной, государственной и культурной жизни общества. Такова четвертая особенность проекта новой Кон­ституции. Пятую особенность проекта новой Конституции составляет его последовательный и до конца выдер­жанный демократизм. С точки зрения демократизма буржуазные конституции можно разбить на две группы: одна группа конституций прямо отрицает или сводит фактически на нет равенство прав граж­дан и демократические своболы. Другая группа кон­ституций охотно приемлет и даже афиширует де­мократические начала, но делает при этом такие оговорки и ограничения, что демократические права и свободы оказываются совершенно изуродованны­ми. Они говорят о равных избирательных правах для всех граждан, но тут же ограничивают их осед­лостью и образовательным и даже имущественным цензом. Они говорят о равных правах граждан, но тут же оговариваются, что это не касается женщин, или касается их частично. И т. д. и т. п. Особенность проекта новой Конституции СССР состоит в том, что он свободен от подобных оговорок и ограничений. Для него не существует активных или пассивных граждан, для него все граждане активны. Он не признает разницы в правах ме­жду мужчинами и женщинами, «оседлыми» и «не­оседлыми», имущими и неимущими, образованными и необразованными. Для него все граждане равны в своих правах. Не имущественное положение, не национальное происхождение, не пол, не служеб­ное положение, а личные способности и личный труд каждого гражданина определяют его положе­ние в обществе. Наконец, еще одна особенность проекта новой Конституции. Буржуазные конституции обычно ограничиваются фиксированием формальных прав граждан, не заботясь об условиях осуществления этих прав, о возможности их осуществления, средствах их осуществления, Говорят о равенстве граждан, но забывают, что не может быть действи­тельного равенства между хознином и рабочим, ме­жду помещиком и крестьянином, если у первых имеется богатство и политический вес в обществе, a вторые лишены и того и другого, если первые являются эксплоататорами, а вторые эксплоатируе­мыми. Или еще: говорят о свободе слова, собра­ний и печати, но забывают, что все эти свободы могут превратиться для рабочего класса в звук стой, если он лишен возможности иметь в своем распоряжении подходящие помещения для собра­ний, хорошие типографии, достаточное количество печатной бумаги и т. д. Особенность проекта новой Конституции состоит в том, что он не ограничивается фиксированием формальных прав граждан, а переносит центр тя-и жести на вопрос о гарантиях этих прав, на вопрос средствах осуществления этих прав. Он не просто провозглашает равенство прав праждан, но и

(

(

C

f



Поправки и дополнения к проекту Конституции Перейдем к вопросу о поправках и дополнениях к проекту Конституции, внесенных гражданами при всенародном обсуждении проекта. Всенародное обсуждение проекта Конституции дало, как известно, довольно значительное коли­чество поправок и дополнений. Все они опубли­кованы в советской печати. Ввиду большого раз­нообразия поправок и неодинаковой их ценности веселогоследовало бы их разбить, по-моему, на три кате­гории. ция есть основной закон, и только основной за­кон. Конституция не исключает, а предполагает текушую законодательную работу будущих зако­нодательных органов. Конституция дает юридиче­жую базу для будущей законодательной деятель­ности таких органов. Поэтому поправки и допол­нения такого рода, как не имеющие прямого отно­шения к Конституции, должны быть, по-моему, направлены в будущие законодательные органы страны. Ко второй категории следует отнести такие по­правки и дополнения, которые пытаются внестк в Конституцию элементы исторических справов или элементы декларации о том, чего еще не до­билась Советская власть и чего она должна до­биться в будущем. Отметить в Конституции, кs­кие трудности преодолели на протяжении долгих лет партия, рабочий класс и все трудящиеся в борьбе за победу социализма; указать в Конститу­ции конечную цель советского движения, т. е. по­строение полного коммунистического общества, таковы темы этих поправок, повторяющиеся в разных вариациях. Я думаю, что такие поправв Окончание см. стр. 3.

00

Отличительная черта поправок первой катего­рии состоит в том, что они трактуют не о вопросах Конституции, а о вопросах текущей законодатель­ной работы будущих законодательных органов. Отдельные вопросы страхования, некоторые вопро­сы колхозного строительства, некоторые вопросы промышленного строительства, вопросы финансо­вого дела, -- таковы темы этих поправок. Видимо, авторы этих поправок не уяснили себе разницы между конституционными вопросами и вопросами текущего законодательства. Именно поэтому они стараются втиснуть в Конститупию как можно больше законов, ведя дело к тому, чтобы превра­тить Конституцию в нечто вроде свода законов. Но конституция не есть свод законов. Конститу-

В 1917 году народы ССОР свергли буржуазию установили диктатуру пролетариата, установили Советскую власть. Это факт, а не обещание. Затем, Советская власть ликвидировала класс обеспе-помещиков и передала крестьянам более 150 мил-