(631)

68

№

газета

литературная

Чрезвычайный VIII Всесоюзный С езд Советов Страна ликует Пятое декабря! Уже с утра столица трудящихся мира вместе со всей страной готови­лась к великому моменту, когда Чрез­вычайный VIII С езд Советов - Сеад народных избранников страны соци­ализма утвердит сталинскую Консти­туцию. На фабриках и заводах, в школах и в научных учреждениях, в редак­циях, издательствах, в клубах люди нетерпеливо ждали открытия заклю­чительного заседания С езда. Пятое декабря! Этой датой вписана еще одна победная страница в историю борьбы человечества за свободную, счастли­вую жизнь, за уничтожение эксплоа­тации человека человеком. * В тот час, когда с трибуны Боль­шого Кремлевского Дворца начал свой доклад председатель Редакцион­ной комиссин Чрезвычайного VIII С езда Советов товарищ Сталин, по всей стране прокатилась волна лету­чих митинтов и собраний. чувстве любви и преданности к цертные залы. Делегаты Чрезвычайного С езда Советов встретятся в Центральном парке культу льтуры и отдыха с трудя­пимися Москвы. прикры-Карнавалами, костюмировадными балами, показами образнов нароного творчества музыкой песням фай ерверком, весельем и радостью будет встречен сегодняшний вечер. творцу величайшего документа эпо­хи, к родному и близкому Сталину, к великой и непобедимой коммуни­стической партии говорили в этот час бойцы далеких пограничных застав, рабочие и колхозники, писатели и ар­зна.тисты, инженеры, профессора, школь­ники к домашние хозяйки. огромным волнением говорили люди нашей родины о готовности нә- ложить все свои силы, всю жигнь на укрепление мощи первого в мире социалистического государства, на за­щиту побед, записанных в великой сталинской Конституции. * Сегодня, в декабря, с разверну­тыми знаменами, с радостными и (Апло-счастливыми песнями выйдут тру­дящиеся на улицы столицы, чтобы омонстрировать свою гордость, свое торжество, свою любовь и благодар­пость великому Сталину. Вечером ликующие москвичи за­полнят парки, клубы, театры, коп­* Гениальнейшее творение нашей эпохи - сталинская Конституция вдехновила лучших поэтов, компози­торов, художников на создание но­вых талантливых пронзведений, Ком­позитор Бакалов посвятил Чрезвычай­ному VIII С езду Советов музыку на слова народного поэта Дагестана - Сулеймана Стальского. Композитор Хачатурьян поовятил сталинской Конституции симфонию «Возрожден­ный народ». 20 миллионов экземпляров новой Конституции Союза ССР Партиздат ЦК ВКП(б) приступил к нзланию новой Конституции Союза ССР тиражом в 20 миллионов экзем­Сегодня, 6-го декабря, выхо­дит первый тираж этого историческо­го документа. Конституция выпускается Партизда­том несколькими, различно оформлен­ными изданиями. Часть тиража бу­дет отпечатана крупным шрифтом для малограмотных. Конституция бу­дет также издана в виде плакатов. Доклад товарища Сталина на 60 национальных языках Чрезвычайный VIII Всесоюзный С езд Советов. На онимке: секретарь ВКП(б) тов. А. А. Жданов бесздует с народной артисткой Союза ССР - Товарищи! Делегаты с езда, всхо­дя на эту трибуну, иллюстрируют текст нашей Конституции живыми примерами. Они раздвигают строки ее текста, сжатого до лаконичности формулы, и сквозь строки сквозит цветущее лицо нашей замечательной страны. С каким волнением, ожиданием, за­вистью, надеждой обращены к нам миллионы глаз оттуда, из-за рубежа. Я недавно вернулся из заграничной поездки. Я это видел и слышал. Наша жизнь, наша страна­в цен­тре внимания всех угнетаемых и эк­сплоатируемых. А этоподавляющее число человечества, и это число уве­личивается, как увеличиваются оскол­ки камней, когда рушится здание. Нас хотят знать, кто мы, каков моральный облик как мы живем ботаем, развлекаемся, воспитываем детей, любим наших девушек, Нуж­но понять, что мы, люди Советской страны, наполовину не реальны для людей буржуазного Запада,потому что мы создаем вещи, дела и жизнь такую, какую за рубежами видят только во оне, да и то часто опаса­ются иметь даже и во оне вредные мысли. Наш народ своими руками, лише­ниями, своей кровью, творчеством, с которого были сорваны оковы эк­сплоатации, создал еще невиданную на земле жизнь. Он в разгаре ве­ликих битв поднял на щит великого вождя, потому что народ достоин сво­его вождя. Здесь мы подводим итоги трудам и творчеству долгих и трудных лет, здесь создана и на стальном мо­нолите утверждена последняя ступень к коммунизму. Речь товарища Сталина на этом с езде, выступления делегатов, ра­портующих о достижениях и быстро расищем богатстве страны, самый факл сезда ля принятия Конститу­ции, как весенний гром,проносит­ся от края до края по всему Нас жадно хотят знать, товарищи. Мы сами хотим знать самих себя, потому что мы молоды, и, чорт о ней, если у кого на голове лысина,- все равно мы молоды! (Смех, весепое оживление в зале). Мы хотим энать себя, и еще боль­ше нас хочет знать весь мир, потому что в нас хотят видеть пример му­жества, воли, ума, одаренности, пол­нокровия, оптимизма. Сколько раз за границей я видел на себе завистли­вый взгляд, сколько раз я слышал вздох: «Э-хе-хе, счастливые вы, рус­ские!» Знают ли нас там, за рубежами? Нет. «Скажите, правду рассказывают, что у вас, в России, все женщины хо­дят в однообразной форме? Ведь у вас равенство…» Или: РЕЧЬ тов. А. Н. ТОЛСТОГО Здесь я подхожу к прямым задачам литературы. Так же, как текст Кон­ституции запечатлел и оформил весь творческий путь революции, так же точно советская литература должна запечатлеть в архитектонически за­конченных образах и художественных композициях романов, пьес и поам тицо страны, новое, сильное, моло­нашокорокак уже утомяи ут, ра-сквозит пышной картиной сквозь строки Понституции, которое прет на первый птан мировой жизни, на­перекор карканью фашистского во­ронья. Нас очень мало знают, товарищи. Представление о нас приблизитель­но по роману «Голый год» Пильняка. Незнание нас увеличивается тромогла­оной ложью фашистских газет и га­зет, подкупленных фашистами, На незнании нас фашизм играет, фашиз­му это наруку, в темной воде незна­ния нас фашизм ловит крупных осе­тров. Могу ли я так же, как остальные товарищи делегаты, с чувством удов­летворения, подняв перед этой три­буной плоды земли, плоды труда, ра­портовать о наших достижениях? Нет, с литературой у нас обстоит несколько хуже, чем, скажем, с хлоп­ководческими колхозами збекиста-кроме на. (Веселое оживление в зале). Литература иногда иноходью, а где и пешечком поспевает за ураганным ходом нашей страны. затянул во­Но вот вы скажете: лынку… (Смех). На празднике -да со святыми упокой… (Смех). Нет, то­варищи, я не намерен тянуть волын­ку. Пусть моя речь прозвучит, не­смотря ни на что, словами высокого сптимизма и гордости. Наше искус­ство, литература олагают песни о но­вом человеке социалистического ми­ра, о нашей родине, создавшей вели­кую хартию условий человеческого счастья. Имена всех вас, товарищи, будут записаны в историю, имена де­мирулегатов, голосовавших за Конститу­цию СССР. Советская литература пол­на решимости и воли сделать нашу литературу великим искусством тру­дящегося человечества. Но почему мы еще отстаем от на­меченной цели? Во-первых, потому, что мы, литераторы и поэты, долж­ны перестроить самую природу на­шего искусства. Наша дореволюцион­ная литература (как и литература За­пада) строилась на классовых проти­воречиях. По преимуществу это бы­ла оппозиционная (против существо­вавшего строя) литература. Она дока­зывала от обратного, она показывала или отрицательното героя, или чело­века, замученного социальным или политическим строем. Мы строим литературу бесклассо­вого общества близкого будущего. Мы оформляем тип положительного ге­роя, мы раскапываем давно забы­тые и заваленные мусором тысячеле­тий истоки искусства народное твор­чествогимн солнцу и жизни. етоВсе это дело сложное и ответствен­ное. И часто видишь: вылетел моло­дой писатель на первое место талантливой книжкой, его сразу про­извели в Бальзаки, а опыта писать,Да как Бальзак, у него нет. Он мучает­ся и его мучают. (Смех). Критики кри­,чат: «Человек-де не хочет работать, заелся славой».

РЕЧЬ тов. В. П. СТАВСКОГО Дни обсуждения великой сталин­ской Конституции и день 25 ноября когда С езд полномочных представи­телей трудящихся нашей страны, весь Советский Союз и многие зару­бежные страны слушали слова вели­кого, родного Сталина, являются ве­личайшей датой в истории человече­ства. Сталинокая Конституция - это кодекс завоеваний сыноъ нашей ве­ликой родины, их радость, счастье, источник оил для дальнейшей борь­бы. Сталинская Конституция - это программа всех угнетенных в стра­нах капитала их радость и надежда, боевое вдохновение и пример. В калиталистических странах те­перь, когда капитализм гниет, бур­жуазная культура породила фашизм, эту страшную язву. B Италии и Германии буржуазия вручила политическую и физическую власть в руки своих послушных на­емных палачей -- делтелей фашизма. Фашисты истребляют пролетариев. Фашистские палачи рубят головы беззаветных бойцов за освобождение человечества. Так погиб недавно гам­бургский коммунист Эдгар Андре, так они хотели убить Димитрова, так хо­тят умертвить Тельмана. Фашисты преследуют и изгоняют за пределы страны работников науки, литерато­ров. Так лишились своей родины ма­тематик Эйнштейн и доктор Ласкер . антифашист, выдающийся писатель Фейхтвангер, который сеголня при­ехал в гости в Москву, и сотни и ты­сячи других выдающихся представи­телей современной науки, искусства и культуры. На площадях немецких городов пылали костры из книг, величайших творений человеческих умов - Марк­са Энгельса, пылали костры из книт великих писателей человечества - Горького, Гейне и др. Германокие и итальянские бомбы уничтожают в Испании беззащитное население, а также величайшие культурные цен­ности. Испанский народ, трудящиеся Мадрида испытали все плоды фаши­стокого варъарства, этой, с позволе­ния сказать, культуры от гранат, , танков, авиационных бомб до отра­вляющих газов и сброшенного с па­рашюта тела республиканского летчика. Такова фашистская культура. С чувством глубокой радости обра­щают овои взоры трудащиеся всего мира на социалистическую культуру. В царской России было 20 проц.   грамотных. В советских школах обу­чается 27 млн. на всех языках на­шего СССР. Десять миллионов взрос. лых обучается в различных учебных заведениях. B дореволюционной России было 54 200 церквей, 23 600 часовен, 950 монастырей, 26200 казенных винных лавок, 51 100 попов разных рангов, 15 000 дьяконов 40 500 дьячков, 29 100 монахов. Какой же дурман, тьму, дикость несла в массы народа эта армия мра­кобесов?! B Советской стране создано: 673 театра и цирка, 27 700 киноустано­вок 2 700 клубов, 45 800 изб-чита­лен, 768 музеев, 50 600 массовых биб­лиотек. Народы, ранее не имевшие своей письменности, бывшие слепыми и глухими, теперь имеют свою пись­менность, обучаются на родиых язы­ках. С глубочайшим уважением тру­дящиеся нашего Союза относятся к истории каждого народа, к героям все же нашим литераторам отнюдь не следует задаваться. Книг! Побольше ярких, хороших книг! - таково требование читате­лей. И писатели наши должны сле­лать из этого свои выводы. Перед каждым из них стоит заме­чательный пример жиэни и деятель­ности великого русского писателя, гениального художника слова, безза­ветного друга трудящихся, борца за коммунизм - А. М. Горького. Алек­сей Максимович Горький неустанно говорил писателям: «Ближе к жиз­ни! Изучайте ее». И сам он являлся писателем нового типа, активным участником в стройке социализма и ее глашатаем и борцом. Жизнь ве­личайшей нашей эпохи и величай­ших ее деятелей подсказывает писа­телям темы для их произведений. У нас есть ряд имен писателей, ко­торыми гордится наша страна. Но более свежие, многочисленные талан­ты приходят из народа. Нет фабрики или завода, где не росли бы люди, которые занимаются писательством и другими видами искусства, отражаяО в художественных образах все вели­чие нашей эпохи и вождя, товарища Сталина. Особенно ярко это видно из роста писательских кадров в на­циональных республиках и областях. И факт награждения многих писате­лей орденами Ленина, Трудового мени и «Знак почета» является сви­детельством того, что никогда и ни­где не ценилась так всей массой тру­дящихся культурная, творческая ра­бота личности. Наши писатели от­дают себе в этом полный отчет. Они заверяют Чрезвычайный VIII С езд В отличие от так называемого гу­манизма буржуазного этот гуманизм лишнимвтлется болтовней для пророческиеканиталистического гнета, его пель освободить трудящихся всего мира от позорного кровавого рабства. Этот гуманиэм требует беззаветной преданности делу оовобождения тру­дящихся и угнетенных, требует не­нависти к старому миру, к власти капитализма, их наемникам и при­спешникам. И разве не величайший акт гуманизма - реплика великого Сталина комбайнеру, сыну кулака: «Сын за отца не отвечает»? Разве не величайший акт гуманизма наше все­общее избирательное право, предо­ставляемое новой Конституцией всем честным трудящимся, независимо от их прошлой деятельности? И разве не величайший акт гуманизма, корда Советов, что свое отставание ликви­дируют и, передавая С езду свой пла­менный привет дают обещание ра­ботать так, как работает вся страна под руководством Сталина. дисменты). Трудящиеся нашей страны не только наследники всех ценностей человечества, но и творцы новой жизни. Сталинская Конституция по подводит итог развития величайшего в мире гуманизма пролетариата. Сегодня исполняется годовщина убийства, гнусного убийства С. М. Кирова. Память о Кирове будет жить в сердцах наших всегда. С этой три­буны говорил он пламенную речь, и хочется его же словами сказать с трибуны: «Хочется жить и жить».пляров. Да здравствует партия и вождь ее - великий и родной Сталин! (Аплодисменты). советский суд приговором своим уничтожает злейших врагов рабочего класса из троцкистско-зиновьевской банды? Весь многомиллионный на­род требовал этого от суда во имя человечности. (Аплодисменты). Ответственный секретарь союза советских писателей воспеваемым в народном эпосе, вели­чавом и мотучем, и в произведениях певцов народа. Так становятся популярными и любимыми трудящимися нашей стра­ны древнетреческий Прометей и кав­казский Аморан, герои финской Ка­леваты и грузинокий «Витязь в тиг­ровой шкуре» Шота Руставели, во­тульокий Мадур-Ваза победитель и киргизский Манас, русские былин­ные богатыри, олицетворяющие мощь русского народа; не те бога­тыри, которых выдумали и запачка­ли Демьян Бедный и театр Тапрова, а богатыри русского народного эпоса, которыми гордимся мы. В результате побед социалистиче­ской культуры с улыбкой гордости вопоминаются мечтания Некрасова, потому что давно уже пришло то времечко, когда Белинского и Гоголя несут домой советские читатели из пятидесяти тысяч с лишним библио­тек, из сорока пяти тысяч с героя-литале, Ивью стати слова Александра Сергеевича Пуш­кина: Слух обо мне пройдет по всей Руси великой, И назовет меня всяк сущий в ней дзык. Это же факт товарищи, что до­клады о творческом пути Пушкина колхозах и на предприятиях де­лают сами колхозники и рабочие. Го­товит, например, доклад о Пушкине Г. E. Еторов, старый вальцовщик мо­сковского завода «Серп и молот». За годы революции в Стране Со­ветов выросли кадры советских пи­сателей. Под руководством партии, при чутком и поъседневном руковод­стве ЦК и непрестанной полдержке и помощи товарища Сталина сплоти­лась вокруг партии масса советских литераторов. Они поставлены в исключительно благоприятные усло­вия. Их читают и критикуют мил­лионы читателей. В свете величайших побед социа­лизма литераторы наши сделали очень немного, и хотя наша лите­ратура по своей тематике, по своей ицейности, направленности, наконец по своим героям - деятелям социа­листической страны и является са­мой передовой литературой в мире, ГОРДОСТЬ ЗА СВОЮ СТРАНУ H. Тихонов ИЗ БЛОК-НОТА ДЕЛЕГАТА

тер от его CB0

1

по

ско Бе: пит тиз кан ва 1

F

и Ленинградскогообнома Корчатиной-Александровской. E 3 НИ: 7

чес

Чтобы написать музыкальную симая фонию, нужно учиться музыке десятьли лет. Чтобы овладеть искусотвом мана или драмы, нужен для талан-Чет тливого человека большой срок. Дай­те срок нашим талантам, не торопины тесь безнадежно махать рукой на писателя, замолчавшето на какой-то срок. Пусть его, на адоровье, учит­ся. Другой в это время выускает новую книжку. Качество нашей ли­ро-Бел ща гат ры, поэ ряд тературы не может не быть высо­ким, в этом порукой наша Кон­стидуция, - и самым высоким в ми­ре. Хуже всего писателя торопить, Писателя нужно поставить в условия борьбы за свое художественное су« ществование. Я думаю, нужно, чтобы наши журналы стали центрами боры-жы бы примыкающих к ним творческих ии, борьбы за высоты искусства, и 1 ся ист тор чес рич тел тер Л H Нужно покончить с тем, теперь, к счастью, более редко встречающим­ся явлением, когда писатель напи­сал серенький романец, в котором не к чему придраться, отнес его в нзда­тельство, там увидели, что ничето про яви вла тері T B C предосудительного в романе нет, кин­жку издали, читатель ничего, кроше отсутствия в книжке предосудитель­ного, не прочел, а об искусстве, все, читателя, об искусстве-то забыли. Писатель должен быть поставлек лицом к лицу с читателем, долнен всецело, всем своим художественным существованием зависеть от нашето замечательного, умного, требователь ного, культурно растущего, единствен­ного в мире читателя. уде. рян И вого Эпи тво щаю Тол Нек эдравствует наш вождь, това рищ Сталин! Да здраветвует советокая литерату­Гра! (Продолжительные аплодисменты). Товарищи, советская литература уже много дала. Мы так быстро ша­гаем вперед, что нам некогда вспоми­нать. Сейчас перед советской литера­турой задачи несравненно более труд­ные и опромные, вырос наш читатель, и выросла необходимость в нашем ху­дожественном представительстве в0 всем мире. Мы, писатели, оправимся с втой задачей. Мы не только спра­вимся, но и шагнем, и скорее, чем это думают, в новые, неизведанные области творчества. Мы, писатели, плоть от плоти, кровь от крови на­шей великой страны. Ругать нес не­плохо, но еще лучше надеяться на нас. ну ски тавре обл поз сам ша ре-«то: дәм мас H стру яы род Все это я говорю с некоторым опо-стн зданием. Все это уже делается. Я лишь хочу, чтобы нетерпение мили онов наших читателей передалось ким благополучным учреждениям, как, например, союз писателей. Обслужи­вать бытовую сторону писателей ну­жно, и это очень хорошо, но еще луч­ше немедленно, без раскачивания, заняться строительством творческиї условий для нашей литературы, конструировать журналы, созывать чи­тательские конференции, производить регистрацию бибтиотек, накалливать материалы читательских отзывоз и т. д. Все это делается, мы знаем, но все это надо начать делать по ши­рокому плану, с шириной и разма­хом, не отстающими от ширины размаха нашей жизни. Не выдадим! Да адравствует наш народ, вели­кий творец жизни! BET C) H Micc

Одиннадцать дней назад, уезжая из Ленинграда в Москву на Чрезвычай­ный VIII Всесоюзный С езд Советов я наблюдал в городе необычайное возбуждение. Все были как-то тор­жественно взволнованы накануне от­крытил С езда, накануне того дня, когда страна должна была слушать речь товарища Сталина. В продолжение нескольких месяцев проект Конституции горячо обсуждал­ся в массовых собраниях, повсюду, не минуя самых далеких или малень­ких мест страны В дни перед С ездом волнение масс слилось в единый взволнованный по­ток. Это торжественное напряжение окружающих людей, передаваясь от одного к другому, усилило во мне чувство ответственности, я был деле­гатом родного города, его посланцем в Кремлевский дворец. Об ятые общим радостным волне­нием, мы спешили в зал заседа­ний. Характерно, что в день откры­тия С езда делегаты в нетерпении начали собираться в зале за два ча­са до начала В этот день понятие «исторический момент» перешло в ощущение. Имен­но эщущением исторического мо­монта, были мы напеднони, стуно пов орао­ра. Товарищ Сталин, делая доклад. держал в напряжении весь зал, всю страну не приемами ораторского ис­кусства, не красивой или крылатой фразой, сопровождаемой соответству­ющим жестом, а непреклонной убеди­тельностью фактов, мудрой простотой излагаемых мыслей попадавших на благодарную почву восприятия каж­дого честного советского человека. Поэтому овации, устроенные това­рищу Сталину, были естественной раз­рядкой напряженного волнения, воз­раставшего с момента опубликования проекта Конституции до самого дня Сезда. Выступления делегатов, занявшие последующие дни С езда, очень зна­чительно отличались от обычных пре­ний. Чувство времени ощущение эпо­хи было в речи каждого из высту­павших. Сталинокая Конституция, этот всепобедный факт, включающий все факты наших побед, об единил многоязыкие народы нашей великой страны. На С езде выступали пред­ставители монолитного советского народа сплоченного единой целью и составляющего невиданное по внеш­ней и внутренней силе государство. Глубокое понимание своей роли, своего места в жизни государства ро­дит в человеке особое чувство. Ка­ждый из выступавших сознавал себя в государстве, в разных его масшта­кусством

бах, на различных его участках. На­от лучших дипломатов буржуазного мира, изощряющихся в искусстве скрывать правду. Все пружины сложнейшето механи­зма нашего государства находятся в полном взаимодействии. Одна отрасль хозяйства, индустрии, развиваясь, толкает к развитию, тя­нет за собой другую. На каждом участке нашето социа­листического стронтельства отоят му­дрые и опытные люди, пришедшие отчитываться в своих делах на С езд Советов. Но эти мудрые и опытные люди, не умудренные жизнью старцы, какне-то поразительно молодые, полные сил, энергии и жизнедеятель­ности. В 5 часов 58 минут, 5 декабря 1936 года в этот исторический не­забываемый момент, в момент приня­тия новой сталинской Конституции, все мы, наполнявшие зал Кремлев­ского дворца, были об яты общим чувством восхищения, гордости за на­шу великую родину, счастья, что мы живем в нашей замечательной стране. ше измененное понятие труда, со­знание каждого трудящегося, что он -какая-то дробная доля целого госу­дарства, проводит прямой путь от самого маленького участка работы до вершины государственного управле­ния. Мы не склонны сравнивать нашу жизнь и наши достижения с жизнью за границей и проводить параллели с западными странами. Но иногда, для большей реальности представле­ния о масштабах событий, стоит срав­нить их с большими событиями и яв­лениями истории. И вот, если пере­брасываешься мысленно на сто лет назад, к Великой французской рево­люции, то вспоминаешь, что соотно­шение, примерно, такое: 20 миллио­нов французского населения-к 170 миллионам в нашей стране, а госу­дарственная территория Франции рав­нялась, примерно, нашему Кавказу Все остальные соотношения идут приблизительно в той же пропор­ции, разумеется, с поправкой на вре­мя и прогресс. Нешомерно возрос и усложнился тех пор инвентарь эпохн. Но овладение этим инвентарем, ос­воение современного оборудования го­сударства доступно лишь соответ­ственно выросшему, достойному своей эпохи человеку, И то, что у нас «без отрыва от производства» рабочие ста­вят рекорды летного дела, что в про­должение одного-двух лет люди овладевают управлением сложнейши­ми мехализмами, свидетельствует громадном росте и подготовленности к всестороннему развитию нашего на­рода. В зале С езда мы были очевидцами, как из речей выступающих делегзтов создавался парад наших достижений. Невольно возникало реальное ощу­щение богатств, которыми владеем мы, которыми владеет страна. Это ощущение богатств родит чув­ство советского патриотизма, гордо­сти за свою великую родину. Страна знает: наши великие побе­ды, одержанные в результате тяже­лой борьбы, наши достижения, кро­вью вырванные у прошлого, охраня­ются так же горячо и самоотвержен­но, как они добывались. Но мы также твердо помним о бу­дущих боях. Мы готовы к ним, к будущим боям, и мы примем их в любой момент, хотя политика нашей страны-политика мира. Об этом не раз во всеуслышание, всему миру го­ворил от лица Советского Союза наш­замечательный дипломат, М. Литви­нов, в совершенстве владеющий ис­говорить правду, в отличие

По еведениям Партнадата ЦК ВКП(б), доклад товарища Сталина на Чрезвычайном VIII Всесоюзном С езде Советов будет издан на 60 язы­ках народов СССР. Доклад уже пере­водится и печатается на 22 языках: украинском, белорусском, грузинском, узбекском, азербайджанском,армян­ском, туркменском, казахском, кир­гизском, татарском, бурятском, чу­вашском, удмуртоком, молдавском, карельском и т. д. Первый тираж доклада товарища Сталина на украинском языке состав­ляет 3 миллиона экземпляров, на бе­лорусском-450 тысяч, грузинском - 500 тысяч. узбекоком-300 тысяч, ка­захском - 225 тысяч, азербайджан­ском-200 тысяч, туркменском-60 ты­сяч, татарском-200 тысяч, киргиз­ском-100 тысяч.

«А что, скажите, в России пиво ва­рят» (Общий смех всего зала). «Варят пиво». «Кто же имеет возможность пить? Наверное, только комиссары?» (Общий смех). Мы печатаем полностью речь А. Н. Толетого. В предыдущем номере эта речь была помещена нами по тексту, данному ТАСС ом.  

Ә бову 2032 аз ого Здан Это оба встро В связи с проблемой политическо­го романа можно было бы, по мне­нию Фейхтвангера, многое сказать о путях советской литературы. Но, увы, время беседы истекает. Нет никакойдаь возможности подробно остановиться на характерных явлениях советской по-литературы, подробнее говорить ее достоинствах и недостатках. Но огромных потенциях советского не­куоства Фейхтвангер не сомневается. некоторых писателях он говорит, как о больших мастерах, по достоин­ству занимающих одно из первых мест во всей современной литерату­ре. К числу этих писателей он от­носит Шолохова, Ал. Толстого. Иск­лючительно высокую оценку даег Фейхтвангер творчеству Ю. Тына­нова. Особенно вамечательной пред­ставляется ему новелла Тынянова «Поручик Киже». - Это поистине литературный шедевр, - говорит Фейхтвантер. Очень высоко расцени­вает он также сатирическое дарос ние Ильфа и Петрова.   внутренней убежденности в овоей правоте. - Литература Советской страны,- ваявляет на прощанне Фейхтвантер, - меня очень интересует, я за нею внимательно слежу, поскольку такую возможность дают переводы советски книг на иностранные языки. На юсь, что при ближайшей встрече мае удастся полнее сформулировать мо мысли о путях и перспективах это Про De I литературы. Я. ЭЙДЕЛЬМАН.

Фейхтвантер заинтересован этим предположением. Он говорит, что его интересует в литературе политика, преломленная через подлинное ис­кусство. Он убегает от логизирова­ния, от рационалистического разре­шения вопросов, от сектантской од­нобокости. Вго совесть не мирится - Откровенно скажу, - заявляет Лион Фейхтвангер, - для меня это еще в значительной мере загадка. В последнее время до меня доходят сведения о том, что и в Америке мон книги пользуются большим влия­нием. Но где источники этого влия­ния? - Не в том ли, что вы вашим творчеством, особенно вашими следними произведениями, постави­ли перед литературной современно­стью по-новому проблему нолитиче­ского романа? некото-ыраспределением красок, всегда ослабляющим силу художест­венного произведения. - Я нодхожу к этому делу про­сто; хочу быть до конца правдивым вот и все. Я хочу показать людей и жизнь так, как я их вижу и чув­ствую, без предвзятостей. А коль скоро в моих чувствованиях и в ми­ровоззрении есть ярко выраженные әлементы «политичности», то это не­избежно отразится и на отборе ма­териала, и на его трактовке, и на всем тоне произведения. Но никогда я не забываю одного: сила искус­ства - в его правдивости, в искрен­ности и честности кудожника, в его

У Лиона Фейхтвангера ций: первый род -- конституция го­сударств, где господствует откровен­ная диктатура буржуазии, диктатура грубого произвола и насилия. Здесь конституция возводит неравноправие в закон, причем действие этого за­кона утверждается не на время, а навсепда, он без стеснения об явля­ется незыблемой основой данного лучше обстоит дело с кон­ституцией другого рода - конститу­цией буржуазно­демократических стран. Именно внешне, но и только. Ибо, по существу, это мыльный пу­зырь, приятная литература - не больше. Я, мне помнится, следую­щим образом характеризовал буржу­азно-демократические конституции: это - бутафор тафорские домики, в них нельзя жить, так как они лишоль фундамента и балок. Иллюзия, само­обман, но не гарантия прав. Разве вся эта «литература» может итти в какое-либо сравнение с совет­ской Конституцией? Здесь все веще­ственно, ощутимо, адесь все правда, которая разлита вокруг тебя. Доста­точно отметить одно обстоятельство: вы не найдете в буржуазных кон­ституциях даже упоминания об осно­вах общественного строя в странах капитализма. А в советской Консти­туции основы общественного строя СССР изложены уже в первых ста­тьях первой главы - и с такой яс­ностью, простотой и силой, которые обычно сопутствуют только правде. Свое пребывание в СССР Лион Фейхтвангер использует и для неко­торых практических мероприятий, связанных с экранизациейего рома­нов «Успех» и «Семья Оппенгейм». С этой целью он пробудет некоторое время в Ленинграде. Разговор, есте­ственно, переходит на тему о твор­ческих планах Л. Фейхтвангера. Они обширны. - Я работаю над вторым томом трилогии «Успех». Центром на этот раз явится антифашистская эмигра­ция. Читатель встретится с рыми старыми персонажами романа Тюверленом, Иоганной Крайн и др. Здесь же я возвращаюсь и к образу Купнера. После окончания второго тома «Успеха» я приступлю к последней части трилогии «Нудей­ская война». А затем возьмусь за последний том романа «Успеха». Я рассказываю писателю о росте его популярности в советской стра­не. Он, конечно, и сам уже имеет некоторое представление об этом. Этот успех его радостно волнует. Но ему хочется уяснить себе - в чем впричины этого явления. Время Л. Фейхтвангера, к сожале­нию, очень ограничено: оно рассчи­тано по минутам. Об этом беспрерыв­но напоминают телефонные звонки, стук в дверь. Беседа наша носит поэтому поневоле беглый характер. Приходится ограничить об ем во­просов, на поставленные - удо­вольствоваться краткими ответами. Мне уже приходилось высказы­ваться по этому поводу на страницах «Правды». Я указал тогда, что разли­чаю два рода буржуазных конститу­С едким сарказмом характеризует писатель те «блага», которые гаран­тируют своим гражданам буржуаз­ные конституции. Лиона Фейхтвангера привело в СССР страстное желание - побли­же познакомиться с миром, являю­щимся величайшей опорой в борьбе против фашистского средневековья. Его глубоко волнует проблема совет­ской демократии, нашедшей такое совершенное выражение в прекрас­нейшем документе нашей эпохи - сталинскойКонституции, - Подробности до другого раза,строя. мятко улыбается Фейхтвангер.Внешне Обещаю при ближайшей встрече дать исчерпывающий ответ на все вопро­сы. А встретиться с вами мы еще успеем. Я не собираюсь так скоро покинуть вашу страну.