За боевой

пролетарии всех стран, соединяитесь



заняв позицию «равно-

праздник книги Василий Иванович Прокопов, Герой Со­циалистического Труда, знатный проходчик шахты имени Орджоникидзе, пришел как­то в редакцию газеты «Макеевский рабо­чий» с жалобой: Что же это такое, товарищи? Я дол­жен ехать в город, чтобы найти нужную книгу. Разве это дело? Плохо у нас на шахте торгуют книгами, плохо! Так возникла идеяпровести па шахте им. Орджоникидзе книжный базар, ор­ганизовать праздник книги. Идея встрети­ла горячую поддержку шахтной парторга­низации. На праздник были приглашены областные книготоргующие организации, работники Сталинской областной библиоте­ки имени Н. К. Крупской, мастера художе­ственного слова, донецкие прозаики и поэ­ты. Не были забыты и соседи -- горняки ближайших шахт: «Ново-Бутовка» № 6-14, «Чайкино» и «Щегловка» № 1. Праздник начался ранним утром, перед первой сменой. На шахтном дворе, где бы­ли установлены книжные прилавки, со­бралось около тысячи горняков, их жен, детей. Возник митинг. Горячо, страстно говорили выступавшие горняки о литера» туре, ее значении в жизни и труде со ветских людей. Попросил слова шахтер тов. Зимин, ин­валид войны, работающий сейчас воспита­телем в молодежном шахтерском общежи­тии. Он рассказал о том, как после тяже­лого ранения, став инвалидом, пал одно время духом.Будущее рисовалось тусклым и безрадостным. И вот в руки попала ему книга II. Павленко «Счастье». - Воропаев напомнил мне другого героя - Павла Корчагина из книги «Как зака­лялась сталь» Николая Островского, пре­красную жизнь самого автора этой книги, говорил Зимин. -- И я сказал себе: «Нет! Хватит у меня сил, способностей, воли, чтобы служить своей Родине!». После митинга открылся книжный базар. несколько часов было продано на десять тысяч рублей литературы. Перед спуском в шахту второй смены состоялся еще один митинт. А когда сгу­стились сумерки, в клубе начался литера­турный вечер. Выступали мастера художе­ственного чтения, писатели. Макеевский горком партии одобрил эту инициативу. Было признано необходимым провести подобные праздники на всех шах­тах и предприятиях района. Праздники катити состоялись уже на шахте № 13-бис, на динасовом заводе имени К. Маркса, в шахтерском городке Моспино и других. A. НАУГОЛЬНОВ СТАЛИНО. (По

правности» и «равно­ценности» всех направ­лений в науке, в годы этой принципиальной борьбы действовал пю правилу: «Вход всем открыт». Зато, к чести журнала «Агробиоло­гия», можно сказать, что в борьбе мичуринского направления против морганизма этот журнал был до конца принципиален. Страстно и последо­вательно вел он разоблачение апологетов№ вейсманизма-морганизма. История достижений мичуринской тео­рии, процесс накопления ее сил, нараста­ние и укрепление ее связи с производством нашли разностороннее отражение на стра­ницах «Агробиологии». Ленин писал: «…дорога прежде всего и больше всего в каждом органе печати его принципиальность». А вот как раз прин­циниальности и высокой идейности, к со­жалению, все еще недостает иным науч­ным журналам. Только этим и можно объяснить появление в «Бюллетене Москов-баре, ского общества испытателей природы» лженаучной статьи проф. Кобозева, пы-на тавшегося механически приложить теорию вокторно-броуновских процессов к явле­ниям, свойственным живым органязмам, или же появление в «Журнале общей хи­мии» и других химических журналах ста­тей проф. Я. Сыркина и проф. М. Дятки­ной, пропагандирующих идеалистическую «теорию резонанса». Только этим можно объяснить и то, что журнал «Почвоведе­ние», вместо того, чтобы пропагандировать и развивать передовые идеи Вильямса, долгое время не только игнорировал вильям­совское наследство, но допускал на своих страницах выступления, направленные про­тив передового агробиологического почвове­дения. Некоторые наши научные журналы не­достаточно настойчиво борются с влияни­ем чуждых идей, слабо разоблачают реак­ционную, антинародную сущность буржу­азной науки. А это их первейшая обязан­пость! Буржуазный объективизм должен быть изгнан со страниц журналов; обязан­ность каждого из них - активно участво­вать в формировании марксистско-ленин­ского мировоззрения научных кадров. В ряде журналов появляются острые, боевые материалы. Так, в журнале «Успехи физических наук» в 1949 году были опу­бликованы несколько статей, направленных на разоблачение идеализма в совремелной физике, ряд рецензий, вскрываюших ме­тодологические ошибки отдельных наших ученых. Опубликованы ценные статьи по истории отечественной науки в «Успехах химии», «Журнале общей химии», «Журна­ле прикладной химии» и др. Однако сде­ланного еще далеко не достаточно. Редак­ции многих научных журналов ограничи­вают свою деятельность регистрацией научных идей и фактов, не выражают соб­ственного мнения по спорным вопросам науки. креплиТорческие дискуссни вление в па­ших журналах весьма редкое. В тех же случаях, когда они возникают,-а это про­исходит большей частью самотеком и не исегда по основным проблемам,- редак­цни стыдливо замалчивают свое мнение по Так дело физической обсуждаемым вопросам. обстояло с дискуссиями в «Журнале физической хи­мии», «Журнале технической физики» «лурнале прикладной химии». Именно этим и можно объяснить тот печальный факт, что редакции много­численных медицинских журналов само­устранились от обсуждения острых сов современной медицинской науки. ни не вели и не ведут борьбы с пережитка­ми реакционного вирховианства, недоста­точно борются за утверждение принципов павловского учения во всех областих медицины, Прошло уже несколько ме­сяцев после выхода в свет книги «( природе вирусов и микробов» г Бошьяна, выступившего с новой оригинальной теорией. Однако ни один биологический и медицинский журнал не удосужился высказать свою точку зрения на вопросы, поставленные в этой книге. Мы почти не встретим на страницах журналов философского обобщения науч­ных достижений. Не отражают еще журна­лы в должной мере и основной черты на­шей науки - ее тесной связи с жизнью, с производством. В журналах редко можно встретить статью, в которой ученый ста­вил бы вопрос о внедрении его новых до­стижений в практику народного хозяйства. Но самым крупным недостатком боль­шинства научных журналов является почти полное отсутствие принципиальной ки научных работ. Нет сомнения, что раз­вертывание такой критики будет содей­ствовать прогрессу нашей науки. Президиум Академии наук СССР, пре­зидиумы республиканских и отраслевых академий, их редакционно-издательские советы должны больше внимания уделять своим научным журналам и направлять их работу так, чтобы они стали настоя­щими боевыми органами, борцами за пе­редовую науку!

итературная Суббота, 27 мая 1950 г. орган правления союза совитских писатЕАВй

научный журнал

Не так давно советский физик проф. B. Аркадьев обнаружил, что созданный им еще 15 лет назад метод фиксации радио­волн самым бессовестным образом присвоси неким американцем Ямсом, выстунившим с сообщением о своем мнимом открытии в журнале «RCA Review». B. Аркадьев обра­тился в редакцию американского жур­нала письмом, требуя восстановить истину. Не высказав ни единого возраже­ния по существу, ибо возражать было просто невозможно, редакция «RCA Re­view» отказалась поместить письмо совет­ского ученого, мотивируя тем, что, дескать, «содержание журнала ограничивается ма­териалом, доставляемым служащими Аме­риканской радиокорпорации и ее фи­лиалов» (?!). Получив столь наглый ответ, B. Аркадьев переслал эту переписку в «Журнал экспериментальной и теоретиче­ской физики». Было бы естественным ожидать, что ре­дакция советского научного журнала ре­шительно встанет на защиту законных прав своего соотечественника и использует этот случай, чтобы показать деятелям со­ветской науки нечистоплотность «любите­лей чужого» в среде американских уче­ных. Но редакция ограничилась равнодуш­ной регистрацией этого возмутительного факта, опубликовав без всяких коммен­тариев оба письма среди третьестепенных материалов. Влияния «объективизма» и яполитич­ности до сих пор еще сильно сказывают­ся та облике многих наших научных жур­налов. А между тем роль этих журналов в развитии советской передовой науки огромна. В нашей стране выходит около тысячи изучных периодических изданий. В них, как в зеркале, отражены многогранность и размах творчества советских ученых. Научная периодика издается не только на русском языке, не только в Москве и Ленинграде, но и на языках народов почти всех союзных республик, по всей стране. До Великой Октябрьской революции издание научных журналов в Казахстане могло показаться беспочвенной фанта­зией: ведь казахский парод не только не имел своей научной интеллигенцип, но был почти сплошь неграмотным. А сейчас мы, как о самом обычном факте, говорим о деятельности Казахской Академии наук и ее многочисленных институтов, об изда­ваемых ими «Известиях», «Докладах», в которых печатаются труды казахских уче­ных - геологов, физиков, биологов… Перелистайте страницы комплектов научных журналов, «Ученых записок», и вы увидите, как формировались и в нашей стране самобытные научные шко­лы Губкина, Курнакова, Черняева и многие другие. Из года в год мысль со­ветских ученых, перед которыми совет­ская власть открыла широкие возмож­ности для научного творчества, все дерзно­веннее прокладывает новые пути к зна­нию, которые привели советскую науку к небывалому расцвету, сделали ее самой передовой в мире. Достижения советских ученых находят свооотраяпвуюочередьна страницах периодических научных журна­лов. В них было опубликовано большое число первоклассных научных работ, мно­гие из которых удостоены Сталинской премии. Задача научных журналов - не толь­ко регистрировать то, что выходит из ин­ститутов и лабораторий, а быть пропаган­дистами передовых идей, борцами против косности, против чуждых идейных влия­ний, бороться за приоритет отечественной науки. «…наши журналы, являются ли они научными или художественными, не могут быть аполитичными»,-говорится в постановлении ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград». Политическое ли­цо журнала-физического, биологического, химического-сказывается прежде всего в том, какое направление он поддерживает, какое мировоззрение он защищает и про пагандирует. Ленин писал в одном из своих писем А. М. Горькому: «Журшал без направления - вещь нелепая, несуразная, скандальная и вредная». Недавние события на биологическом фронте, острая идейная борьба, которая происходит сейчас в физике, химин, меди­цине, показывают, как сильны еще пере­житки старого, отживающего в науке. Со­ветский научный журнал не может стоять в стороне от этой борьбы. Вспомним, какую неприглядную роль играли некоторые наши биологические журналы в жестокой борьбе между мичу­ринцами и морганистами-вейсманистами. Так, журнал «Советская агрономия»,

43 (2634)

Цена 40 коп.





БОЛЬШОИ МИР ГУДЗЕНКО, «Литературной газеты» смывалась водой, проходящей через при­бор. Рабочие таллинского завода написали письмо ленинградцам с просьбой помочь. Приехала совсем еще молодая девушка стахановка Мария Ларионова. Кое-кто из эстонцев, проработавших на производстве не один десяток лет, с недоверием встре­тил ленинградку, откуда у такой мо­лодой девушки может быть надлежащий опыт? Но Маруся кроме практической име­ла теоретическую подготовку. Она обна­ружила причины неудач: на таллинском заводе неточно выдерживзали режим за­калки эмали. По предложению ленинградских стаха­новцев и пользуясь их опытом, таллин­ский завод заменил бронзу для корпусов водомеров ковким чугуном. Экономия - около ста тонн бронзы в год. Но для того чтобы предохранить чугунный корпус от ржавчины, надо покрывать его противо­коррозийным составом. На ленинградском заводе применяли для этого алюминиевую краску. Эстонцы пришли к выводучто еще лучше оправдывает себя эстопский лак, получаемый при переработке сланцев. Опытом таллинских приборостроителей, в свою очередь, воспользовались лении­градцы. завод «Вега-Хелиос» поступили из РСФСР новые строгальные и шлифоваль­ные станки, которых никогда раньше не приходилось видеть Эриху Паулюсу. При­были и наладчики, инструкторы. И вот кустарь Паулюс впервые в жизни встал за технически совершенный станок. Осво­ился он быстро и тогда увидел, что можно измечить весь процесс изготовления ба­лансов для весов. матрицы для штамповки ба­лансов делались вручную,с помощью напильника и зубила. Теперь Эрих Паулюс стал делать их на станке. Кроме того, он получил возможность усовершенствовать те рационализаторские предложения,c которыми безрезультатно обращался к ста­рым хозяевам, и воплотить их в жизнь. Оп внес много новых рационализаторских предложений, Во всем этом теперь была нпуждазавод получил заказ, о каком и мечтать не могли прежние владельцы. Требовались и количество, и качество, и дешевизна. В давно прошедшие времена Эрих Пау­люс, поступив на работу, два года был на побегушках. Так он учился. Так учились тогда все. Сейчас он, слесарь высшето разряда, снова принялся за учебу. Из далекого Орехово-Зуева он получил письмо, в ко­тором его коллеги, русские стахановцы, давали ему интересные производственныеНа-днях советы. Как же было ими не воспользо­ваться. A у себя на заводе, пользуясь проверенными, родными советскими мето­Наглядны и ощутимы те грандиозные перемены, которые принесла эстонской экономике советская власть. Но с еще большей отчетливостью проступает вели­дами, и сам Паулюс делился опытом с то­варищами. Он обучил свыше пятидесяти человек, и такие его бывшие ученики как Юло Рюндва, Калью Аванурм, стали одни­ми из лучших в Эстонии производствен­ников. чие социалистических и идей, когда, срав­нивая прошлое с настоящим, коснешься человеческих отношений. Братство, содру­жество советских народов, которое мы на­блюдаем повсеместно, общность интересов трудящихся, общиость их судеб есть залог нашего будущего. довало предложение юноши: заказ на ме­дицинские весы можно выполнить скорее и себестоимость их будет гораздо ниже. - Продолжайте в том же духе, … ска­зал он, похлопывая Эриха по плечу, и… снизил рабочим расценки на те детали, которые по предложению слесаря можно было изготовлять быстрее и дешевле. Все было зыбко и изменчиво в ма­ленькой Эстонии тех лет. Господин Пинку­ша не долго владел «Вегой». Он кинулся в какие-то биржевые манипуляции, «Вегу» продал Новому владельцу Эрих Паулюс предложил свое очередное изобре­тепие. весы оригинальной конструкции, удобные, точные и недорогие. Гири в них были заменены передвижным балансом. Новый владелец отказался от этого изоб­ретения. Гнаться за дешевизной и каче­ством? Разве в Эстонии найдешь этому приличный сбыт? Делать качеством по­лучше, ценою подешевле - попросту не выгодно! На этом разговор закончился. А когда Эриха призвали в армию, хозяин потихоньку запатентовал его изобретение, как ссвое. С какой целью? Нет, он не со­бирался изготовлять весы. Он запатенто­вал их на всякий случай: патент - это всегда капитал. Новая система человеческих отношений, насвозможность творческого труда открылисьНа Эриху Паулюсу, когда его производствен­ному стажу шел восемнадцатый год. Это тод, котда советская власть распахнула перед эстонским народом двери в большой мир. На заводе «Хелиос», объединенном ны­не в одно предприятие с. «Вегой», выпуск водомеров увеличился за короткий срок больше чем в сто раз. Но дело было не только в количестве и не только в том, что лишь теперь завод по-настоящемуРаныше стал заводом, а не сборочной мастерской. главное состояло в том, что люди на за­вводе «Хелиос» перестали чувствовать се­бя одиночками. Эстонские рабочие вошли в братскую семью народов Советского Союза и с пер­вых же дней почувствовали крепкую об­щественную, политическую и производ­ственную связь с русскими рабочими, Опыт каждого стал теперь опытом всех через замочную скважину, а в открытую могли знакомиться эстонцы с методами труда лучших русских стахановцев; свою очередь, и эстонские рабочие стали между собой техническими до­делиться стижениями. В прежние времена завод «Хелиос» все детали получал из-за границы, и в завод­ской конторе не существовало ни черте­жей, ни технической документации. Зна­чит, все пришлось начинать заново. Один научно-исследовательский институт помог разработать теоретические расчеты и со­ставить чертежи, другой - занялся про­блемой смазки. А это сложная проблема: механизм водомера работает все время в воде, рецептура смазки должна быть безу­пречной. Долго не удавалось наладить изготовле­ние циферблатов, Черные делениянз цифер­блате смывались водой. Тогда заводская ад­министрация направила в Ленинград своих работников - механика Кескла и инструментального мастера Россмани. Боль­ше месяца они учились улучших ленинград­ских стахановцев и добились хороших ре­зультатов. Но когда, вернувшись в Тал­лин, опи попытались применить свой ле­нинградский опыт, их постигла неуда ча То и материалы были пругими то ли производственные условия разнились от ленинтрадских, - черная краска на белых эмалевых циферблатах попрежнему

A. ПИСЬМЕННЫЙ

Все было зыбко и тревожно в том удру­чающем мире, где родился и рос Эрих Паулюс. Молодчики с томными лицами и щегольскими перстнями на пальцах про­жигали жизнь в ночных ресторанах и ка­финансовые воротилы накапливали в сейфах ценные бумаги; бездельничали курортах упитанные туристы. А стра­на прозябала в нищете, в материальном и духовном ничтожестве. Придавки кигилс­ных магазинов затоплила литература, героями которой были банкиры, велико­светские сутенеры, бандиты, сыщики и проститутки; промышленность прованли лась случайными заказами; перед каждым рабочим постоянно маячила угроза черного дня болезнь или безработица. Такой была жизнь в буржуазной Эс­тонии, маленькой, несчастной, нищей стра­не для которой угодливые писаки приду­мали ласкательное имя - «бутербродная Закрывались, мельчали, расслаивались на серию кустарных мастерских пред­приятия, доставшиеся Эстоний в ство от царской России, ибо мизерные масштабы страны и угодническая, низко­поклонствующая политика пятсовской клики, отдавшей страну зарубежным мо-о нополистам, парализовали национальную промышленность. В цехах крупнейшего республика». Превращенная в свиноферму великодер­жавного Лондона, она в буквальном смы­сле слова зависела от аппетита британских колонизаторов. Жирный боров стал ее не­официальной государственной эмблемой. электротехнического завода «Вольта» рас­полагались мыловаренные,кондитерскио слесарные заведения. В цехах машинострои­тельного завода «Ильмарине» обосновался мукомольный бизнес. Завод, выпускающий водомеры с эстонской фирменной маркой «Хелиос», за все время своего суще­ствования не произвел ни одной де­тали, а только собирал приборы из при­возных частей; их везли сюда даже из Америки… В мастерскую господина Пинкуша «Ве­га» - изготовление и ремонт (главным образом, ремонт) базарных весов Эрих Паулюс пришел юнцом, не стылясь того, что он не знает и сотой доли секре­тов мастерства, которыми владели его отец и его дед. В обществе, где человек челове­волк, даже отец боялся, чтобы сын не выступил раньше времени его конку­раньше рентом на рынке труда или, пе дай бог, не посвятил бы кого-нибудь в секреты ето мастерства. И Эрих Наулюс - тот самый, который сейчас говорит со мною, человек с тяжелыми, выразительными руками ма­стера и молодым оживленным лицом, один из лучших слесарей нашей Советской Эс­вопро-тонии, стахановец, выполнивший свыше двадпати годовых порм, девять раз награ­жденный почетными грамотами Верховно­го Совета - Эрих Паулюс через замоч­ную скважину подглядывал когда-то за отцом, выполнявшим у верстака дешевые заказы таллинских горожан. Эрих был настойчивым юношей. В оди­ночку, без чьей-либо помощи, ощупью, недосыпая по ночам, овладевал он ма­стерством и в конце концов стал слеса­рем высшего разряда, слесарем микронных точностей, слесарем совершенных измери­тельных приборов. Однажды Эрих явился к хозяину. Давно уже молодой слесарь задумывался над тем, как ускорить трудоемкий процесс на­сенки балансов для весов. По вечерам он разрабатывал дома свой проект, делалчер­тежи. Теперь все было готово. Господина Пинкуша, владельца «Веги», очень обра-

 

Токаь участвует в обсуждений диссертации Ученый совет Московского станкоинстру­ментального института обсуждал кандидат­скую диссертацию ассистента Н. Киселева, посвященную исследованию деформации чугуна при резании. Тема дисссертации бы­ла близка токарю Б. Кулагину, пригла­шенному на заседание совета. И он под­держал идею диссертанта, который теоре­тически и экспериментально доказал, что хрупкость чугуна­это не свойство, а его состояние. - Правильность выводов, изложенных в диссертации, подтверждает - за яв своем выступлении практика, токарь. В доказательство Кулагин познакомил Ученый совет со своими методами сксро­стной обработки чугуна и продемонстриро­вал чугунную стружку, которая по своей форме напоминает стальную. Выступление стахановца помогло пра­выльно оценитьтрпомотно токарь Московского завода шлифовальных станков Б. Кулагин снова побывал в институте. На этот раз он чи­тал лекцию студентам третьего курса. Лекции передовых стахановцев и их ак­тивноеучаетие в научно-педагогической работе стали обычным явлением в станко­инструментальном институте. Перед сту­дентами выступают мастер стахановского участка завода «Калибр» Н. Российский, токарь-скоростник Московского завода шлифовальных станков П. Быков, мастер скоростного участка станкостроительного завода имени С. Орджоникидзе А. Гончаров, мастер завода «Красный пролетарий» В ближайшие недели в институте нач­нется защита дипломных проектов. Для участия в заседаниях государственных эк­заменационных комиссий будут приглаше­ны московские стахановцы, поддерживаю­щие постоянную связь с институтом. H. НИКИТУШКИН И. Белов и другие. Их лекции включены в учебный план института, a материал лекций-в экзаменационные билеты. 



Там остались наши лучшие вемли, показывает М. Мамишиши за реку. - Они пустуют, пропадают под кукурузой, кото­беднякам даже нехватает на весь год. Там по разводят чай, не интересуются цитрусовыми, потому что купцы в село заезжают редко. И случается, что гниют под деревьями чудесные плюды, зимние дожди смывают в море апельсины и лимо­ны, на которыю так и не нашлось поку­пателя в Хопо или Трапезунде. Государ­ству нет дела до бедняков из Сарпи, и бед­няки, чтобы не помереть с голода, мало сажают чай и цитрусовые, предпочитая им обыкновенную кукурузу. Там даже у купиз Али Вайли-оглы нехватит денет на такое рискованное и необычное для турецкого Лазистана предприятие, как по­сылка детей на учебу в Стамбул или Ан­гару. А у нас Автандил Наракидзе, сын рядового колхозника, закоичил еще до войны Одесский инженерно-строительный инсти­тут, дошел до Берлина, а демобиливовавшись, поступил в аспирантуру Института исто­рии архитектуры и искусства Грузил. Кончают медицинский институт его брат и двое земляков, многие учатся в техни­кумах и институтах Батуми. Все сарнин­цы с семилетнего возраста ходят в школу родного села. Есть лазы учителя и врачи, офицеры и строители, партийные и совет­ские работники. К нам подходит группа колхозников. том берсту живут у некоторых родные Колхозники смотрят на чужой флаг с по­лумссяцем, воткнутый у мостка через Тыбашни, на оборванных крестьян, соору­жжлющих плетень, на цитрусовые деревыя с облешными ветками. Стоят сады нультяпками вместо опушенных белым рас-том ветвей, сады, но приносящие даже в самые урожайные годы счастья своим владельцам. Там у людей нет надежды. Вся их страна, как сад с обрубленными ветка­ми, изнывает под гнетом помещиков и купшев. Село САРПИ, Аджарская АССР

крити-Арни - пограничное село на юге Ад­жарской АССР. Резко рассечено оно на две части государственнойграницей. И если стать лицом к морю по течению гор­ной речушки Тыбаши, слева будут ла­чуги захолустного турецкого поселения, справа - дома богатого советского колхоза имени Орджоникидзе. До чего не похожи друг на друга эти две половины одного дазского селения, находящегося на стыке двух миров! Лазы - народ, населявший в древности Колхиду. В турецкой энциклопедии напи­сано: «Лазы живут на юго-восточном по­бережье Черного моря, в Трапезундском вилайете… считаются кавказским народом и имеют родство с грузинами… Даже внешность их говорит об их кавказском происхождении и расе». Пожалуй, все в этой характеристике справедливо, за ис­ключением одного: теперь уже нужно пи­сать: «лазы жи ли на юго-восточном побережье Черного моря». Турецкое пра­вительство переселило их с лучших зе­мель, возделанных дедами и прадедами, на болотистью окраины Анатолии. Здесь, в пограничном с СССР районе, лазы оста­лись только в турецкой части Сарпи, кал вывеска на опустевшем и ограбленном до­ме. И. коночно, не по забывчивости мини­стра внутренних дел, а для обмана миро­вого общественного мнения. Мы въехали в Сарпи в полдень, оста­вив позади крутую, прорубленную в го­рах, дорогу, Неожиданно, как и сама то­ревня, появились у скалистого подножья бирюзовое море и заграница - старые ры­дека-пикидзә бацкие лодки пот драным навесом, мечеть без минарста, больше похожая на склад­ское помещение, единственный побеленный просторный дом, принадлежащий местному За узеньким ручейком, в нескольких шагах от нас-- Турция, охраняемая низ­корослым аскером в обмундировании, ши­том по американскому образцу, в пилотке и матерчатых крагах. Прижимая приклад

В

селе

арпи

мыло, спички - трагопен-рой ные вещи для турецвой окраины. Только у него

Семен винтовки к пыльному баш­маку, он стоит, чересчур широкораздвинув носки ног, как человек, страдаю­щий плоскостопием. Аске­ру явно не по себе: против него неторопливо беседуют капитан-погра­ничник и двое штатских - приезжие. По­хоже, турок боится, как бы мы не увидели все, что творится за его спиной, Стамбул, наводненный американскими советниками и инструкторами, тюремную камеру Назы­ма Хикмета, непреклонного борца и вели­кого писателя. Да, здесь пачинается мар­шаллизованная Турция. специальный И вспыхивает свет, разгораясь все ярче и ярче, вот уже и радно гремит в горном ушелье и слова знакомой всем жителям Сарпи песни доносятся до малых домиков на туредком берегу, Там, лишь плотно за­крыв окна и двери, могут гэворить и петь тазы на родном языке. Над границей -- тишина. Шуршит, пе­ребирая и перемывая камешки, Тыбаши; на той стороне реки перекликаются дере­венские ребятишки. Они ждут, когда оза­рится советский берег отнями колхозной электростанции и радио принесет на ту­рецкую сторону лазские народные песни. Свет! Свет! Сейчас будет свет! - кричат дети, хлопая в ладоши. Электричес ичество колхозу имени Орджо­дает собственная гидростанция, выстроенная после войны на одном из многочисленных горных потоков. Эпергии иполно хватает для веех нужд небельшо­го советского села. Хватило бы света и для другой половины Сарни, ввергнутой в кромешную тьму. Там до сих пор чадят коптилки с дельфиньим жиром и только купец Али Вайли-оглы может позволить себо такую роскошь, как керосиновая лампа. Только у него есть керосин, соль,

имеется катер, на котором корреспондент можно доехать до Трапе­зунда; закупив там това­ры, купец продает их втридорога своим односельчанам. Купец торгует, ходжа молится и врачует, есть еще в селе четырехклассная школа, где учат лазских детей турецкому языку. И это все, чем облагодетельство­вала Анкара жителей Сарпи. За тридцать лет по ту сторону границы выстроен всего один дом, да и тот отдан под казарму аскерам.нас вырос­ли тридцать новых крестьянских домов из крепкого каштанового дерева и каменные здания: амбулатория, где есть врач, фельд­шер и две медсестры; сельмаг, полный товаров; школа-восьмилетка, в которой преподают семеро педагогов, в том числе супруги Тандилава, уроженцы Сарпи, за­кончившие Батумский педагогический ин­ститут. Есть в Сарпи библиотека, дома радиофицированы. ивсе это кажется несчастным белнякам с левого берега Ты­баши чудесной сказкой. Мы обходим колхозные владения: девят­надцать гектаров чайных плантаций, дав­ших в прошлом году 76 тонн чайного ли­ста; семьсот шесть гектаров цитрусовых садов, которые приносят колхозу большие доходы и славятся своими сочными и ду­шистыми плодами; четырнадцать гектаров, занятых под посадки тунга,-из него вы­рабатывается ценное масло для лаков. Председатель колхоза М. Мамишиши сказывает, как возникла артель, как труд­но было в горном малоземельном районе создавать передовое высокопродуктивное хозяйство; как впервые стали разводить в Сарпи чайные кусты, улучшать сорта апельсинов и лимонов.



Декада эстонской литературы газета «Коммунист», один из «Тюремный луч» зеты политзаключенных и другие. Эстонский народный эпос «Калевипоэг», собранный и обработанный известным поэтом и знатоком фольклора Кренц вальдом, выдержал 22 издания. На выстав­ке экспонируются первое издание эпоса, вышедшее при жизни Ф. Крейцвальда, и последнее, выпущенное на русском языке к декаде эстонской литературы в Москве, Внимание привлекают отлично оформлен­ные издания художественной литературы. Республиканское государственное издатель­ство выпустило на эстонском языке с 1944 по 1950 год 245 книг русских писателей и 42 праизведения писателей братских рес­публик. На выставке также представлены произведения эстонских писателей на рус­ском языке. В последних залах выставки размещены самые старинные издания. В проведении прошедших вечеров ды наряду с эстонскими писателями Эри­стом Хийром, Паулем Руммо, Феликсом Котта, Деборой Вааранди, Айрой Кааль, Юханом Шмуулом, Манивальдом Кесамаа, Валерией Вилланди, Максом Лаосоном,богатею. Владимиром Беэкманном и другими участ­вовали литераторы Москвы и поэты-пере­водчики: Н. Грибачев, М. Дудин, П. Же­лезнов, В. Звягинцева, Б. Кежун, В. Ко­жевников, А. Софронов, А. Твардовский и другие. 24 мая состоялся вечер эстонской лите. ратуры во Дворце культуры машинострои­тельного завода. Зал дворца, вмещающий около полутора тысяч человек, был запол­нен доотказа. На следующий день эстон­ские литераторы были приглашены, в Военно-пюлитическую академию имени B. И. Ленина, а вчера - в Академию об­щественных наук при ЦК ВҚП(б). Москвичи радушно принимают эстонских писателей и деятелей искусств. За время, минувшее со дня открытия декады, состоя­лись три встречи гостей с московскими читателями. 25 мая открылась выставка эстонской книги и книжной графики в выставочном зале Союза советских художников СССР. Новые и древние издания, иллюстрации, выполненные художниками реслублики, диаграммы роста тиражей и количества книг, выпущенных за голы советской вла­сти, показывают небывалый расцвет духов­ной жизни народа в новых, социалистиче­ских условиях. Болес двух миллионов экземпляров тру­дов Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина вышло на эстонском языке за десять лет советской власти. На выставке экспони­руются первые эстонские издания «Мави­феста Коммунистической партии» и «Қа­питала». Большой интерес представляют легальные и подлольные издания компар­тии Эстонии, выходившие в годы бур­жуазно-фашистского режима: листовки.