В Союзе советских писателей СССР Обсуждение произведений эстонской литературы пытались закрыть доступ молодым авторам в драматургию. После разгрома буржуазных националистов Союз писателей ведет интен­сивную работу с молодыми авторами Пьесы молодых авторов публикуются в приложении к журналу «Сталишская мо­лодежь». 0. Леонидов, А. Глебов, А. Алле, А. Крон, 3. Кедрина и другие подробно оста­навливались на драматургии Якобсона, от мечали остроту и актуальность его пьес глубину и законченность психологический отметиларазговороо оиленный сона «Строители» («Три капитана»). Эта пьеса, интересная по теме, направ­лена против пережитков калитализма в сознании людей. Однако, как отметил A. Глебов, драматургически она менее остра, менее удалась автору, нежели пре­дыдущие пьесы. Перемена, которая пронс­ходит с капитаном Мальмом в конце сы, не вытекает из логического развития образа. 0. Леонидов говорил о пьесе Хин­та«Куда идешь, товарищ директор?»улыбкой, Пьеса сценична, написана сочным Интересен образ директора Тыниса. Но есть в пьесе и недостатки. Отрицательные персонажи активнее, нежели положитель­ные. Автор не называет истинных хозяев врага народа Харальда. В некоторых эпи­зодах проскальзывают чуждые реализму влияния. Так, в эпизоде, предшествующем раскаянию Тыниса, народ играет роль символического хора,олицетворяет некий голос совести. Хинт поблаголарил выступавших за подробный разбор и критику его творче­ства. Он говорил о том, что критика дра­разрабо-саврсулике всегда бывает справедливой. Неплохпе пьесы, хоть и страдающие известными не­достатками, написали А. Саари А. Однако критика огульно разгромила их. Оживленный обмен миений вызвал рос о переводе эстонских пьес на русский язык. Л. Тоом сочла возможным осудить тот факт, что Л. Леонов сделал перевод пье­сы Якобсона «Два лагеря», a Н. Вирта (совместно с Л. Тоом!) - пъесы «Строито­ли». «Зачем прибегать к работе писателей, не знающих эстонского языка. - заявила Л. Тоом, - когда есть люди, переволящие Анепосредственно с эстонского без помощи подстрочника». Крон и А. Глебов справедливо указа­ли, что дело идет не о доработке или шательстве произведения талантливога эстонского драматурга, как выразилась 1. Тоом. Следует говорить о качестве и ности пероводов но нельзя осужлать са­мый принпип творческого содружества больших писателей эстонских и русских. В обсуждении приняли также участио: И. Фельдбах. A. Тулик, А. Саар, Б. Бас­саргин и другие. В заключение выступил председатель со­брания Б. Лавренев, подведший итоги вы­ступлений. В дни декады эстонской литературы в Союзе советских писателей состоялись об­суждения творчества эстонских поэтов, прозаиков, драматургов. В обстоятельном докладе эстонская пи­сательница и критик А. Кааль рассказала о демократических, революционных тради­циях советской поэзии Эстонии,о благо­творном влиянии на нее русской литерату­ры. Докладчиком была раскрыта тесная связь эстонской поэзии с жизнью, показа­на мобилизующая сила стихотворений, по­священных новой теме. В докладе содержя­лась и критика недостатков в последних произведениях эстонских поэтов. В центре внимания на обсуждении стоя­ло творчество Марта Рауда, Юхана Шму­ула, Деборы Вааранди, Ральфа Парве. A. Сурков на конкретном разборе поэмы М. Рауда «Деревня растет» и «Эстонской поэмы» Ю. Шмуула раскрыл некоторые черты эстонской поэзии. Оба произведения являются крупным достижением талантливых эстонских поэтов, показавших жизнь сегодняшней Эстонии. Но и у Ю. Шмуула и у М. Рауда заметно не­редко преобладание публицистики над худә- жественным изображением человеческих ха­рактеров, Для эстонской поэзии этот недо­статок является «болезнью роста». В позме М. Рауда, по словам А. Суркова, ощущается некоторая упрощенность в показе классовой борьбы и организации колхоза. Он указал также на преобладание в эс­тонской поэзии колхозной темы, недоста­точное внимание поэтов к рабочему клас­су, к производственной жизни. I. Антокольский охарактеризовал поэму М. Рауда «Деревня растет» как вешь, хороно туманнто сториттыми зара терами. Конкретное изображение действя­тельностиприсуще поэме Ю. «Бригада парней из Арвесуу» стихам Вааранди, циклу стихов Р. Парве «Из фин­ского дневника». Указав на фрагментарность поэм М. Рау­да и Ю. Шмуула, вытекаюшую из неума­ния еформить новую тему в четком сюже­те. II. Антокольский несправедливо отнес этот нелостаток к проявлению декадент­ских, импрессионистических влияний. B. Друзин призвал поэтов Эстонии про­холжать плодотворную учебу у Маяков­ского. Он пожелал эстонским поэтам до­стичь органической слитности лирического и публицистического начал. В. Друзин от­метил также, что в творчестве М. Рауда наблюдается ряд непреодоленных противо­речий: его, в общем, сильная и действен­ная публицистика переходит иногла в ри­торику: а рядом с декларативными стиха ми можно найти стихи узкого, камерного звучания. О молодости, перспективности эстонской поэзни, о национальном колорите в стихах молодых эстонских поэтов говорил предсе­датель собрания С. Щиначев. Почти все выступавшие затрагиваля вопрос о качестве переводов стихов эс­тонских поэтов, отмечали неточности в отдельных переводах, напоминали об эт­ветственности переводчиков перед поэтами. В обсуждении приняли также участие J. Вааранди, Ф. Котта, М. Рауд. Э. Хийр, H. Тихонов, Н. Панов, А. Лейтес и другие.  Г. Леберехт рассказало значительных успехах эстонских прозалков за последнее время, отметив, что ими еще не изжиты многие недостатки - некоторая узость те­матики, композиционная растянутость, блеклость формы. Несмотря на эти недочеты, заявил Г. Леберехт, можно с уверенностью сказать, что эстонская проза стала на путь правди­вого, идейного отображения жизни. ходе обсуждения нанбольшее внима­ние привлек роман 0. Тооминга «Зеленое золото». иович темы этого произведения, которое расска­зывает о претворении в жизнь сталинского плана преобразования природы Подробно охарактеризовав художественные достоин­ства романа, E. Книпович вместе с тем указала, что писатель не сумел показать ведущих гороев книги в их развитии. О стиле и языке романа 0. Тооминга го­ворил М. Храпченко, II. Скосырев сравни­вая «Зеленое золото» с другими произведе­ниями писателя, отметил, что 0. Тооминг повторяет некоторые ранее использованные им ситуации, что обедняет его, как худә- жника. C. Кирьянов посвятил свое выступление качеству переводов эстонской прозы на русский язык. Из-за отсутствия квалифи­пированных переводчиков, эстонские книся мало издаются на русском языке. Обстоятельный обзор творчества Э. Мян­ника сделал Н. Панов. К декаде эстонской литературы был при­урочен выпуск двух сборников: «НовыеA пюди» и «Боевое слово». Говоря о первом сборнике, В. Василевский подчеркнул, что его участники сумели выбрать и тать жизненно важные темы. Однако мно­Шмууаимстне мастерства в изображении героев передко техника заслоняет пеловекаСаловстий сделал ряд замечаний о сборнике начинаю­щих писателей и поэтов «Боевое слово». Отметив талантливость многих молодых ав­торов, A. Садовский указал, что большин­ству очерков и стихов недостает острой бе­евой направленности, к которой обязывает название сборника. В обсуждении принял участие секретарь ЦК КП(б) Эстонии А. Кельберг. В своем выступлении тов. Кельберг говорил о пре­исках буржуазных националистов - Н. дрезена и его пособников, тормозивших развитие эстонской советской литературы.A. Заключая обсуждение произведений эс­тонской прозы, председательствовавший на заседании В. Кожевников отметил, что в жизни писательской организации Эстонии за последнее время произошли значитель­ные сдвиги. Появились произведения, рас­крывающие нозую действительность в ее главных проявлениях. Однако эстонские писатели мало обращаются к производст­венной теме, они не создали еше полно­ценных рассказов, повестей и романов о трудовых подвигах эстонского рабочего класса. Недостаточно отражена в эстонскай советской литературе роль пашей партии как воспитателя и организатора трудя­щихся масс. 

Поэтическая комедия рю сельсовета Кандыбе измучившему всех своими стихами, писатель Батура со­ветует расстаться с лжепоэзией, лжеро­мантикой, «не выдумывать». закономерностяхВыуманная поэзия ничего н стоит: подлинная поэзия заключена в самой нашей действительности, в ее бул­нях, - надо уметь увидеть, понять ее, и тогда уже придет настоящая, творческая «вылумка», обобщение, свобода обращения с материалом жизни, фантазия! Чем реалистичнее, тем романтичнее! таков характер и самой нашей жизни, и нашего искусства, Падежда, в финале пьесы, поняв себя, свою любовь, говорит Ветровому, который прежл и привлекал ее и казался вместе с тем «недостаточно романтическнм»: «А знаете, Карп Корнеевич, я очень ошиблась… Вы больше, вы сильнее, чем образ моряка, который создал Батура в своей книге…» Так пересекаются, встречаются роман­тика поэзии и романтика жизни в нашей действительности. Естественно, что при­мат -- за живой действительностью! Но отношения между поэзией и жизнью сложны и богаты: рожденная действи­тельностью, поэзия, в свою очередь, воз­действует на нее. проживший месяц в Калиновой роще, почувствовал, что Надежда - это и есть его любовь, которую он «искал голы»… И, поняв это, он все же решает уйти с жизненной дороги Надежды и своего друга Ветрового, Художник Верба спрашивает его: а что, если он больше не встретит никогда в жизни любовь? «Батура. И все-таки не могу я выр­ва из своей души чувство дружбы, сол­датото ты, коророс во… налисал о нем книгу, в нее пове­рили. Сколько писем я получил. Сколько молодых читателей хотят быть такими, пей-какмой морякели жеизменю этой дружбе - кто знает, не упадет ли мое слово, как этот пожелтевший лист…» писа-Так всемНадо поднимать и себя самого и всю жизнь на высоту поэзии, на высоту ро­мантических, пельных образов искусства. Нельзя изменять поэзии, потому что это было бы изменой жизни. нельзя изме­нять жизни, потому что это было бы из­чепой поэзни. веселая комедия Корнейчука с ее добрым смехом оказывается связанной с серьезными вопросами эстетики. все из намеченных автором мотивов нашли свое полное художественное осушест­вление. В отдельных репликах Батуры, Ветрового, Надежды есть налет мелодра­протиматичности. С точки зрения сюжетной, пьеса делится как бы на два «сек­тора». на две параллельные линии: борьба с певерной позицией предколхо­за и линия любовная, одновременно ставящая отмеченные нами проблемы эстетики.Конечно, тематически, идейио, поэтически оба «сек­тора» глубоко связаны между собою: и там и здесь речь идет об утверждении светлой, большой жизни, о борьбе за нее, о духовном и душевном облике наших людей. Но эта идейная, тематическая связь слабо выражена в сюжете. Сла­бость нашей драматургии - недоста­точное умение авторов настолько тесно связать тему пьесы с сюжетом, чтобы сю­жет представлял собою реальное дви­жение и решение темы пьесы, - эта сла­бость комнозипиониого мастерст­ва в известной мере присуша и пьесе A. Корнейчука. Наши драматурги должны с особенной тщательностью работать над сюжетом, потому что степень убедитель­ности, правдивости сюжета, прочности и естественности его реальной, действенной связи с темой произведения означает для драматурга меру глубины и свободы овла­дения материалом изображаемой действи­тельности. Комедия A. Корнейчука порою теряет свою художественную пельность и в од­ном месте даже сбивается на «эстраду». такова сцена с рыбаками из рыболовецкой артели, Здесь много веселого и смешного (и очень талантлива, кстати сказать, игра Н. Светловидова в роли одного из рыба­ков), но все же сцена воспринимается скорее как «дивертисмент». Постановка Малого театра сама по се­бо заслуживает отдельного разбора. Театр верно нашел стиль спектакля, сумев со­четать точный бытовой рисунок с роман­тичностью и поэтичностью. Очень содей­ствует успеху спектакля талантливая ра­бота художника A. Петрицкого, создав­шего то ощущение красоты пейзажа, которое особенно важно для этой пьесы. Отличные образы создают Ф. Григорьев (Романюк), В. Пашенная (Наталья Ники­тична Ковшик). П. Оленев (подхалим при Романюке), С. Фалеева (сатирический об­раз бездельницы-тамочки, жены «крупного работника»). Талантливо нарисовала Роек образ Василисы: артистка передас и постичность, и молодую непосредствен ность. пылкость, романтическую чистоту героини. силу и красоту ее чувств. Прост, естественен М. Папев в роли-всегда тра­дипионно трудной! - писателя. Артист играет знимательного, скрамного, умного, хорошего человека, Надо только «почи­стеть» образ, совсем освободив его от на­лета «декламационности». Вызывает возражение Карп Ветровой Анненков. Артист еше не нашел про­стого, естественного жеста, манер, стиля поведения своего героя, он кажется нерв­ным, суетливым и даже иногда «романти­чески»-претенциозным. Над образом еще нужна работа. Гораздо более серьезные, принципизльные возражения вызывает И. Ликсо (Надежда Романюк): в ее исполнении нет непосредственности, сво­боды, нет того, что окрашивает всю пьесу Корнейчука и весь спектакль: народ­ности! Образ получается сухой и даже фальшивый, Повидимому, артистка играет ссво роль. Коллектив Малого театра порадовал зрителя в конне сезона настояшим коме­дийным спектаклем, посвяшенным нашим людям, нашей поэтической действительно­сти. и средним в нашей действительности, да и сами эти понятия подвижны: если передовое не становится еше более передовым, то оно быстро становится о т­сталым. При таких нашей жизни ориентировка на «среднее» есть ночто иное, как ориентировка на отсталое. «А отсталых бьют». Так поби­ла жизнь и Пвана Петровича Романюка, вместо которого колхозники избирают но­вого председателя. Карпа Ветрового, быв­шего матросом во время Отечественной войны. Характеризуя Романюка, Ветровой гово­рит своему фронтовому другу и команди­ру, писателю Батуре, что он, Романюк. тоже стремится к хорошему, но только это «его хорошее - узкое. маленькое» А на­ша действительность, устремленная в ком­мунизму, не терпит ничего узкого и ма­ленького! Равненне Романюка на звенья, не на постоянную производственную бригаду, его комически-важные рассужае­ния о «курском эксперименте» - все это тоже оказывается связанным с «филосо­фией стоячей воды», с плесенью собст­венничества, косности, узости, равноду­шия к великому обшему делу. настояще-Батура, В обрисовке отсталой и вредной пози­ции Романюка автор дает много запоми­нающихся сатирическия штрихов: в диа­логах много лукавого юмора и го комедийного мастерства. Корнейчук овладевает умением такого комедийного обмена репликами междуперсопажами, который можно назвать двуплановым: внепне люди говорят, спорят о совсем, казалось бы, посторонних, случайных, безличных вещах, не имеющих к ним ни­какого прямого отношения: и в то же писатель Батура восхищается зажем: «Невыразимая тишина у вас… величественный покой». Дочь Ро­манюка. Надежда, которой, как и передовым людям колхоза, давно надоел «покой» председателя колхоза, его неже­лание птти вперед, спрашивает: «Разве покой может быть величестренныч?» … а Романюк. чувствующий внутренний смысл вопроса дочери, «подвох» по свое­му адресу, торопится ответить за теля: «А почему не может быть? Они лучше тебя понимают, что может быть, а чего не может быть». Реплика РоманюкаНе смешна вдвойне: и сама по себе, и еще по своему внутрсннему смыслу Вот это и есть комелийное мастерство, востоящее внешнему.поверхностному. «одноплановому», порою просто словес­пому. каламбурному остроумию, столь еще распространенному во многих наших комедиях, время этот спор внутренне, - «во плане», в «подтексте», - оказы­вается спором о самом нажном, о самом главном для этих людей. совсем не безнадежен, он по­правится! И хотя после собрания, на ко­тором его основательно раскритиковали освободили от председательства онгово­рит Надежде: «Доченька, не кричи на меня. и так закричаный. Весь закрича­ный» - все же этот «крик» ему пошел на пользу: он в самом деле глубеко и для нял всю себя переу­необходимость

в. евмилов

веселую и поэтическую пьесу, давшую возможность Малому театру (постановщик A. Дикий) создать интересный спектакль. «Калиновая роща» свидетельствует дальнейшем росте и о жанровом разнооб­разии творества одного из наших попу­лярнейших драматургов. A. Корнейчук является автором и драм, в собственном смысле этого слова, и комедий с преоб­ладанием острого сатирического начала («Фронт») и комедий со своеобразным добродушным сатирико-водевильным коло­ритом («Приезжайте в Звонковое!»). В «Калиновой роше» драматург предстает перед зрителем и читателем (пьеса печа­тается в шестом номере журнала «Новый мир»), как автор ясно очерченной в сво­ем жанровом своеобразии лирической комедии. языком.Юмор Лирическая комедия отличается сочета­нием открытого, звонкого смеха с внут­ренним, заключенным в «подтексте» серь­пье-езным поэтическим раздумьем; это делает своеобразными и лирику и юмор: сама лирика предстает в лирической комедии в форме юмора, самое раздумье освещено лирической комедии может быть и радостным и печальным. В гениальной лирической комедии великого основопо­ложника этого жанра, в пьесе «Три се­стры». юмор был проникнут скорбью о гионущей красото жизни, попираемой гру­бой силой торжествующей пошлости. «Какие красивые деревья и, в сушпо­сти, какая должна быть около них краси­вая жизнь!» В этих словах одного из героев пьесы раскрывалась вся ее тоска-мечта. точ-Жизнь нашей современной колхозной деревни, ее передовые люди, с их увле­чением творческим трудом, с воспитанной партией неприми­римостью ко всяческому застою, успоко­енности, с постоянным страстным стрем­лением к новому, все более прекрасному.Романюк вот о чем рассказывает пьеса. Она рисует и старшев поколение колхозной деревни, Советская драматургия стремится вы­разить иную, свою поэтическую тему.втором «Какие у вас красивые люди», го­ворит один из героев «Калиновой роши», Тулик.уложник Берба. приехавший в колхоз.Вот Как они, эти люди, красиво поют, краси вои-Покой. бят. какие у них красивые мысли и чув­ства! «Здесь такая чудеоная природа». - говорит другой герой «Калиновой роши», писатель Ватура. Автор пьесы сумел донести до нас живое ошущение красоты пеизака своей алиновой роши. из всего этого вождается поэтический мотив. пьесы мотив, который можно было бы выразить в словах: укра-Именно это и определяет всю светлуу романтическую художественную атмосфе­ру пьесы А. Корпейчука, весь ее пафос. Как красива эта земля, и какая красивая жизнь расцветает на ней! и молодежь; автора инторесует духов­ный облик новой сельской интелли­генций, работаюшей после окончания высших учебных заведений в родной де­ревне,-такова одна из двух главных ге­роинь пыесы, сельская учительница На­дежда Романюк, дочь председателя колхо­за; автора интересует рост интеллигент­пости в массе колхозников: об этом сви­детельствует образ другой героини, юной звеньовой Васплясы Ковшик, весь облик которой пропикнут внутренней культур­постью. Этот метив пьесы - стирание противо­положности между городом и деревней - подчеркквается тем, что в сюжете боль­шую роль играет «встреча» высококвали­фицированной городской интеллигенции известный писатель, лауреат Сталинской премии, и художник, приезжающие в кол­хоз со своими художественными замысла­ми) с людьми колхоза. При этом вскры­вается присущее нашей стране единство мыслей, интересов, духовное родство пере­довых людей города и деревни. Естественную близость межлу советской городской интеллигенцией и людьми кол­хоза А. Корнейчук рисует всем ходом сво­пьесы, а также и множеством деталей, мно-шому Так, предсельсовета Наталья Никитична овшик, мать Василисы - девушки, в которую влюбляется художник Верба, - говорит ему. по-материнскл посмеиваясь над его недогадливостью в отношениях с любимой девушкой: «Вот уж мне эта ин­теллигенция!» Зрительный зал встречает добродушным смехом эту улыбку над ис­черпанностью некогда столь драматиче­ловеком.скойеретодраматиче-ом ской, нередко трагической темы «интел­лигонции и народа». Вот такой содержа­тельный, умный юмор, утверждающий но­вое в нашей социалистической действи­тельности, освещает пьесу. Есть в ней и другое - сатирическое начало. Социальный конфликт заключается в столкповении колхозников-передовиков с руководством колхоза в лице его председа­теля Ивана Петровича Романюка, который становится тормозом в колхозной жизни. В жизненно-верных сатирических крас­ках обрисована позиция, на которую ска­тился Романюк некогда заслуженный ру­ководитель, человек одаренный, с энергиейМогут и работоспособностью. Он постепенно облю­бовал себе, так сказать, «середняцкую» установку, утвердился на такой «филосо-Но фии», которую в прежнее время, пожа­луй, назвали бы философией «золотой се­ролины» и которая оказывается несовме­стимой с законами нашей жизни. Не без основания Романюка назвали на собрани районного актива оппортунистом. Когда ему говорят о необходимости равнения на передовые колхозы, Романюк возражает: «Они, конечно, передовые, но мы, сред­ние колхозы, - есть основная сила… По­тому они и герои, что мы не герои, а ка­бы мы стали героями, то тогда это слово не имело бы такого значения». Таков перл сбывательской, - «моя хата с краю», - предельщической премудрости.

Обсуждение творчества эстонских писа­телей было плодотворным. В нем приняли активное участие ведушие московские пи­сатели. За справедливой, дружеской кри­тикой чувствовалась подлинная заботао росте эстонской литературы. Многочислен­ные встречи в дни декады взаимно обога­тили гостей столицы, читателей и писа­тельскую общественность Москвы. Это творческое общение, несомненно, поможет эстонским писателям в осуществлении их  литературных замыслов.

Эстонской драматургии был посвящен доклад 0. Ургарта. Докладчик подробно ос­тановился на творчестве A. Якобсонаи пьесах А. Хинта «Шхуна тагараннаских рыбаков» и «Буда идешь, товариш дирек тор?» Буржуазные националисты стремились помешать появлению подлинно советских пьес. Они клеветали на советских людей, показывая их скучными, примитивными, 

Обсуждение прозы открылось содержа­тельным критическим докладом Г. Леберех­та. Докладчик осветил пути исторического развития эстонской литературы, особо вы­делив ее прогрессивные демократические тенденции, которые складывались под бла­гетворным влиянием русской литературы.

Наряду с указанным общественным конфликтом, в пьесе развертывается и любовная тема, п, кроме того, большую роль играет особая, редко разрабатывае­чиваться с азов. мая в драматургии, тема взапмоот­ношения искусства и жизни, иоэзии и действительности. Належда Романюк, как это бывает с юными девушками, романтически влюби­лась в героя книги, матроса, чудесного, большого человка,геройскиспасшего жизнь своему командиру. И вот опа встре­чается с автором этой, так глубоко взвол­новавшей ее, книги, со знаменитым писа­телем, запросто приехавшим в их село. Уже это одно является событием в ее жизни. Понятно, что она с огромным ин­тересом относится к писателю; кажется даже, что между ними может возникнуть серьезная близость. Но писатель наблюда­телен, чуток: он понимает, что по-настоя­Належда любит моряка Ветрового только сама еше по понимает себя. Ветровой скрывает от всех в деревне, в том число и от Падежды, которую оч страстно, глубоко любит. что именно он и является тем моряком, который опи­сан в книге писателя Батуры, Он хочет заработать, завоевать и авторитет в кол­хозе, и любовь Належды своим тру­лом своимс своим серднем, не прибегая в помощи таких сильно действующих эф­фектов, как свой литературный портрет, который кажется ему преувеличенным, ложноромантическим. И вот происходят «чудеса». Писатель Батура, оказывается, описал в своей кни­ге и самого себя: он является тем самым командиром, которому спас жизнь матрос Ветровой, Писатель считал Ветрового по­гибшим, - и вот они встречаются в се­ло Калиновая роша! А затем и Надеж­да узнает от Батуры, что Ветровой и есть тот матрос, в которого она влюби­лась «по книге», «как в живого». сказать: цепь «случайностей», редкие, небывалые встречи, «нереали­стично»! искусство изображает то, что во з­можно, что может произойти в жизни; а в на шей жизни могут прои­зойти вое те чудесные встречи, которые происходят вэтой романтической Кали­новой роще, потому что сама наша дей­ствительность романтична. поэтична! И потому-то все «случайное», «необыкно­венное», романтическое в пьесе ворней­чука не производит впечатления фальши, выглядит естественным и реалистическим. Вот эта тема - красота нашей реальной действительности, оказывающейся еще бо­лее поэтической и романтическей, чем ма поэзия,-эта тема и составляет источ­ник лирического юмора пьесы.

Повесть о Зое и Шуре   М. АЛИГЕР «Писать эту книгу мне было и радост­но и горько. Я писала ее, и мне казалось, что я снова качаю колыбель маленькой Зоп, снова держу па руках трехлетнего Шуру, снова вижу их вместе, моих де­тей, - живыми, полными надежд». Память -- одна из удивительных сил человека, одна из тех сил, которые подчас делают его непобедимым, а память беспре­дельно любяшего сердна поистине способ­на делать чудеса, и вот рукой этой памя­ти и написана книга Любови Тимофсевны Космодемъянской «Повесть о Зое и Шуре». Великая любовь матери сумела припомнить всю, начиная от первых шагов и слов, короткую и ясную жизнь ее детей. су­мела рассказать о пей светло и спокойно, не забыв ни одного хорошего дня, ни од­ной ребяческой радости. Любовь матери так трепетно оберегает счастье ее де­тей, их простое и солнечное советское дет­ство, что, читая книгу, порой ловишь себя на смутной надежде: что-то еше произой­дет, что-то помешает врагам, и на атот раа все будет не так, как было на самом деле.  «Но чем меньше остается рассказывать, тем мне тяжелее, тем зримее близкий, не­отвратимый конеп, тем труднее находить нужные слова…» Эти строчки лишают нас той призрач­ной надежды, которая мелькнула на мгно­вение, и заставляют признать, что она была минутной слабостью, на которую нам не дают права ни наше суровое время, ни эта книга, ни ее неотвратимый конец, ко­торый и концом-то не назовешь, ибо он стал началом бессмертия, началом вечной жизни героев советского народа Зои и Шуры Космолемьянских. И Любовь Тимо­феевна, достойная мать своих детей, пре­одолевает боль своего сердца и находит ? нужные слова. Что помогло ей в этом? поняла: дать горю сломить себя­значит оскорбить память Зои. Нельзя сдаться, упасть, нельзя умереть. Я не имею права на отчаяние. Надо жить. Надо бороться во имя будущего, во имя счастья своего народа. Выступать перед людьми, говорить с большой аудиторией мне было очень труд­но. Но я не могла отказать, когда меня просили приехать, а это бывало все чаще. Не смела отказать, потому что поняла: если мое слово помогает, если оно доходит л. Космодемьянская, «Повесть о Зое и Шуре». Литературная запись Ф. Бигдоровой. Детгиз, 1350 г. 256 стр.

человек полжен спросить себя: «Что я де­лаю сегодня в защиту мира?» … мать лвух юных героев ответила на этот ва­прос самой себе:

«л расскажу о своих детях. О детях, которые родились и росли для счастья, для радости, для мирного труда, - и погибли в борьбе с фашизмом, защищая труд и счастье, свободу и независимость своего народа». Так родилась эта книга, птаменнаяей страстная книга, которая может дать го и юноше и взросдому читателю. Юно му она дает возможность увидеть те пря­мые пути, по которым пришли к сверше­нию подвига советские школьники Зоя и Шура, раскрывает истииную сущность ге­роизма, который воснитывается вместе с силой воли, с требовательностью к себе, с большой чистотой и принципиальностью; взрослому она поможет советом, подскажет пути к сердцу ребенка, которого он дол­жен воспитать полноценным советским че­«Они должны быть счастливыми! будут счастливы!» - говорит Любовь Ти­мофеевна о других, бесконечно дорогих ей детях. Да, советские матери могут быть спо­койны, Наша великая, страна, се могучие хлеба, ее неисчерпаемые недра, ее силь­ныю люди и ее гениальный кормчий дают нам возможность быть спокойными за судьбы наших детей. еще плачут матери Греции и Вьет­нама, матери Франции и Англин, Бейрута и Токио выходят на улицы с плакатами: «Дайте нам мир, свободу и хлеб», Исовет­ские женщины, советские матери, всегда при всех обстоятельствах являющие со­бой пример героизма и мужества для трудящихся женшин всего земного шара, идут согодня в первых рядах борцов за мир. Они выходят на эту борьбу, полные решимости победить, готовые принять лю­бое сражение, и к ним не надо обращаться с призывом «вооружайтесь!», ибо матери никогда не безоружны. Они - солдаты мира, в совершенстве владеющпе горячим оружием, которое не ржавеет и не отказы­вает, с которым они не расстаются ни днем, ни ночью. Это оружие - великая материнская любовь, та самая, которая провожала детей в бой и давала им силы быть достойными детьми своей Родины, это оружие - стремление матерей выра­стить своих детей прекрасными, людьми для жизни в новом счастливом мире.

до людей, до молодежи, если я могу внести хоть небольшую долю в великую борьбу с врагом, -- значит, я должна это сделать». И мать Зои выступает перед молодежью заводов, колхозов, шахт, учашимися вузов и шко Появляются воинские части имени Зои, бригады и звенья имени Зои, пиэ­нерекие дружины имени Зоипервые в бою, первые в труде. первые в учебе. И в первых рядах Советекой Армии шел к победе брат Зои, танкист Александр Кос­модемьянский. Он погиб смертью героя под Кенигсбергом в апреле 1945 года, на пороге победы. «А 9 мая я стояла у своего окна и смотрела, как текла мимо людская река: шли дети и взрослые, все -- как одна семья, ликующие. счастливые. День был такой яркий, такой солнечный!… Мои дети уже никогда не увидят ни голубого неба, ни пветов, они никогда больше не встре­тят весну. Они отлали свою жизнь за дру­гих детей - за тех, что шли в этот долго­жданный час мимо меня». Всю свою жизнь посвятившая детям как советекий педагог, мать Зои и Шуры стя­ла большим и дорогим другом всех детей нашей Родины и всего советского народа. Ве дети отстояли для Родины мир, счастье строить государство, на которое с надежжНо дой глядят все простые и честные люди мира, все, кто помнит, что такое война и что такое фашизм. И когда в этом послево­енном мире вновь зашевелились темные си­лы, когда вновь нашлись человеконена-и вистники, которые с вожделением произ­носли слово «война», когда в свежем воз­духе весны 1949 года вновь запахло ды­мом и гарью, Советский Союз послал де­легатом в Париж на Всемирный конгресс сторонников мира мать Зои и Шуры. Ибо кто мог больше, чем она, ненавидеть тех, кто решается снова начать войну? Кто смел с большим правом, чем она, спросить: «…неужели кровь наших детей пролилась напрасно? Неужели мир, добы­тый ценою жизни наших детей, ценою наших слез - слез матерей, вдов и си­рот. - будет вновь нарушен по воле злобных и гнусных сил?». И когда в зале Плейель раздался голос другого советско­го делегата Алексея Маресьева: «Каждый



са-тАТУРН АЯ Г АЗЕТА № 45 3