6 ноября 1948 года, №: 264 (7580),

 на пленарном 1. ПРЕДЛОЖЕНИЯ СОВЕТСКОГО ВПЕРЕД В БОРЬБЕ ПРОТИВ На рассмотрение Генеральной Ассамблеи представлен проект резолюции, одобренный большинством Первого комитета по докла­дам комиссии по атомной энергии. Советская делегация считает проект, представленный большинством Первого ко­митета, неудовлетворительным. Советская делегация возражала в подкомитете и в Первом комитете против этого проекта, она На рассмотрение Первого комитета, как и подкомитета, был представлен также проект резолюции Советского Союза, кото­ый был, однако, большинством комитета отклонен. Между тем, именно припятие ре­золюции советской делегации, содержащей в себе несколько ясных и практических предложений относительно дальнейшей ра­боты атомной комиссии, позволило бы вы­вести атомнуюю комиссию из тупика и добиться положительных практических результатов. возражает против этого проекта и сейчас. Проект большинства Первого комитета, однако, не молвет разрешить эту задачу вилу о, то ятот проект повернут сво­им лицом в другую сторону, является не­пригодным для решения поставленной зада­чи. В этом не трудно убедиться из со­поставления двух проектов резолюций - советского проекта и проекта, представлен­ного большинством Первого комитета. Обрашаясь к этим проектам, нельзя не указать громадную принципиальную раз­ницу между ними, бросающуюся в глаза всякому непредубежденному человску, вся­кому, кто действительно стремится к ус­пешному окончанию работы атомной ко­миссии в целях выполнения исторических постановлений Генеральной Ассамблен от 24 января и 14 декабря 1946 г. Совершенно также неправильно утвер­ждать, как это пробовал, например, делать французский делегат, что проект советской делегации не содержит в себе якобы ниче­го нового по сравнению с решением Гене­ральной Ассамблен от 24 января 1946 го­да и с решением Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1946 г. Такое заявление, как заявление представителя французской де­легации в подкомитете и в комитете, игно­рирует такой важный факт, что проектсо­ветской резолюции является шагом вперед по сравнению с резолюциями Генеральной Ассамблен, принятыми 2 года тому назад, задачи, стоящие перед комиссией по атом­ной энергии, могла дать лишь поручение разработать и представить Генеральной Ас­самблее предложения относительно из ятия из национальных вооружений атомного оружия и всех других основных видов во­оружений, пригодных для массового унич­тожения людей, дать задание подготовить предложения также и относительно обмена основной научной информацией в мирных пелях и относятельно контроля нах атом­Ассамблея, естественно, в 1946 году пойти не могла, Это было перлым шагом Органи­чи по запрешению атомного оружия и установлению международного контроля.подписания В проекте резолюции Советского Союза идет дело уже не об общем задании - подготовить предложения по из ятию из национального вооружения атомного жия и т. д. Здесь, в этой резолюции, дело идет уже о такой конкретной задаче, как пюдготовка конвенций о запрещении атом­ного оружия и об установлении эффектив­ного международного контроля над атомной энергией в целях ее использования лишь для мирных нужд. Одно это уже с доста­точной ясностью говорит о том громадном значении предложений Советского Союза. являющихся, я думаю, в праве это утвер­ждать, дальнейшим развитием постанов­лений 24 янзаря и 14 декабря. Таким образом, неправильно изображать торяет, но лишь другими словами резолю­ции Генеральной Ассамблеи 1946 года. Это, конечно, не так, но тем не менее со­ветский проект вызывает ожесточенное со­противление со стороны некоторых делега­дий. Чем же это можно об яснить? Такое сопротивление можно об яснить только тем, что предложения Советского Союза выводят проблему атомного оружия, я бы сказал, из тумана общих фраз и от­влеченных формул и ставят эту проблему  на почву практического решения, а этого­то больше всего и боится большинство, ко­торое голосовало против советских предло­жений в Первом комитете, и этого-то оно больше всего старается избежать, выступая против наших предложений. Советский Союз предлагает продолжить работу атомной комиссии, чтобы добиться подготовки конвенции о запрещении атом­ного оружия и конвенции о контроле над атомной энергией. Принятием советских 2. АНГЛО-АМЕРИКАНСКИИ БЛОК ПРЕКРАЩЕНИЯ РАБОТЫ то время как проект советской резо­люции, как я сказал, является шагом впе­ред по сравнению с резолюциями Генераль­ной Ассамблеи от 24 января и 14 декаб­ря 1946 г., проект Первого комитета яв­ляется шагом назад, так как в нем одоб­ряется приостановка работы атомной ко­миссии без какой-либо перспективы на возможность ее возобновления не только в олижайшее, по и в последующее время. Конечно, expressis verbis - всеми, так сказать, словами это в резолюции Первого комитета не выражено, но неда­ром же говорится, что дипломатам дан язык для того, чтобы скрывать свои мысли. одесь делается попытка скрыть эту мысль, Которая в действительности кричит сама о Феое, выпирает из проекта резолюции Пер­ого комитета, т. е. мысль о том, что ра­боте атомной комиссии должен быть поло­жен конец, что на атомную комиссию дол­на быть наложена надгробная плита, и аромная комиссия должна мирно покоиться нод этой плитой до того момента, который не известно, когда наступит, до тех реше­ний, которые не известно, когда будут приняты, до решения тех органов, которые

воин

красный

Речь А. Я. ВЫШИНСКОГО заседании Генеральной Ассамблеи 4 ноября 1948 г. по докладам атомной комиссии СОЮЗА - ШАГ АТОМНОГО ОРУЖИЯ   Но именно это очень важное обстоятель­ство всячески стараются отклонить от се­бя сторонники резолюции, принятой боль­шинством Первого комитета, именно в этих пелях они стараются всячески показать и доказать, что их резолюция будто бы также предусматривает запрещение ис­пользования атомной энергии в военных целях. Но у них нет фактов, которые мог­ли бы помочь им справиться с этой зада­чей. Вот почему один из зашнтников втой резолюции, представитель США, вынужден был заявить, что в предложениях боль­шинства подразумевается идея запрешения атомного оружия. «Подразумевается». Раз­ве можно основываться на подразумева­ниях в таких важных случаях, когда дело идет об из ятии из национальных вооруже­ний атомного оружия, о вапрещенни ис­пользования атомной энергии в военных целях? Об этом нужно сказать ясно, точ­но, определенно, без всяких оговорок, а не говорить, что идея запрещения атомного оружия якобы сама собой «подразуме­вается». предложений Генеральная Ассамблея слела­ла бы сама шаг вперед в направлении реа­лизацин своих собственных исторических резолюций от 24 января и 14 декаб­ря 1946 г. Она, Генеральная Ассамблея, облекла бы ати свои постановления в жи­вую плоть и наполнила бы их живой кро­вью практической деятельности. Уже одно это об яснение является при­знанием того, что в резолюции, которая вам предлагается от имени Первого комите­та, нет идеи запрещения, она, оказывается, лишь подразумевается. Одно это призна­ние свидетельствует о том, что большинст­во не желает выразить эту идею лено и недвуемысленно, чтобы это могло удовлет­ворить встревоженную, взволнованную со­весть всех миролюбивых народов. Оно вы­нуждено поэтому говорить хотя бы о том, что запрещение атомного оружия «подра­зумевается». Столь же неудачную попытку доказать. что резолюция, фитурирующая здесь в ка­честве резолюции большинства Первого ко­митета, содержит запрещение атомногоство оружия, сделал и представитель француз­ской делегации. Не будучи в состоянии процитировать соответствуюшее место - из этой резолюции, он процитировал один из  торых он цитировал параграф 6-й, так и рекомендации, из которых он цитировал некоторые абзацы, излагают лишь основ­ные принцины, соблюдение которых необ­холимо для достижения поставленной цели. Это, конечно, не то же самое, что решение о практических мерах по реализации этих принципов. В самой же резолюции Первого комите­та, если внимательно ее изучить, это мож­но легко увилеть, нет никаких укаваний за-ние вапрешении атомного оружия, и в этом ключается одни нз крупных недостаткое помое указание на необходимость подготовки. и вступления в силу конвен­Таким образом, стремление сблизить со­ветский проект с проектом большинства Первого комитета и представить дело так. как это пробовали сделать некоторые де­легаты на предыдущих стадиях обсужде­ния этих проектов, что оба проекта гово­рят об одном и том же, но разными только словами, лишены всякого оснсвания и дным жны быть отвергнуты в виду своей пол­Французский делегат заявил, что разпо­гласие между большинством и меньшинст­вом в вопросе о запрещении атомного ору­жия сволится якобы к вопросу, должно ли это запрещение предусматриваться в том же договоре или в той же конвенции, или же оно должно предусматриваться в другом договоре или в другой конвенции, которые должны вступить в силу одновременно с договором о контроле. Это тоже неверно, ибо основное разногласие заключается во­все не в вопросе об одной или двух кон­венциях, а в том, чтобы решение о запре­шении атомного оружия было принято ол­шения одновременно вступили в силу. цип по запрещению атомного оружия одно­временно с конвенцией по организации контроля нал атомной энергией.  ной несостоятельности. Главный недостаток проекта резолюции Первого комитета заключается именно в том, что он обходит важнейший вопросо необходимости добиться успеха в деле под­готовки и заключения конвенции о запре­шении атомного оружия, как и заключения конвенции об организации международного контроля. Этого в резолюции нет, и для того, чтобы отыскать в ней что-либо по­добное этим важнейшим положениям. ДОБИВАЕТСЯ пользования атомной энергии в военных целях. Наоборот, искусственными и очень хитроумно сплетенными комбинациями, которые воплощены в этом т. наз. «плане»Вот и в рекомендациях, содержащихся в пер­вом докладе атомной комиссии, преследу­ются совершенно другие цели. В этих ре­комендациях задача запрещения атомного оружия отодвигается на совершенно не­определенное время, которое может никогда и не наступить. С другой стороны, эти рекомендации создают блатоприятные ус­ловия для тех государств, в руках которых окажется этот международный контроль, которому фактически отдается под конт­роль и на полное усмотрение вся эконо­мика и хозяйственная жизнь других стран, их экономическое и культурно-хозяйствен­ное развитие. Я повторяю, что эти рекомендации отда­ют всю экономику, а следовательно, и все сульбы государства на полное смотрение этого т. н. международного контрольногоэто органа, что представляет опасность именно тем, что этот орган, как он сейчас плани­руется Первым комитетом, будет фактически находиться целиком в руках одного госу дарства - Соединенных Штатов Америки. Вместо международного органа контроля добиваются создания американского органа, какого-то сверх-треста по атомной энергии. Этот орган будет диктовать свою воло всем другим государствам с еще большей ре­шительностью, настойчивостью и прене­брежением к их суверенным правам, чем это делают США в настоящее время. А что получается от этого американ­ского диктата для народного хозяйства и для судеб тех государств, которые оказа­лись в сетях маршалльского плана, кото­рые, не стесняясь, называют маршаллизи­рованными странами, это видно каждому. Я не хочу отвлекаться в сторону этой темы и при случае охотно изложу совет­скую точку зрения на этот вопрос, как мы ато делали уже нераз. Вот корень вещей, мы не можем согласиться с выводами и рекомендациями, которые представлены Первым комитетом в резолюции большин­ства, в основе которой лежит канадское предложение в резолюции, которую мосил, но нааваьполным спеком анло-аме­рикано-канадской резолюцией, в резолю­ции, одобрения которой домогается боль­шинство Первого комитета. Отвергая дру­гие возможности иного решения и настой­чиво пребуя принять баруховско-ачеконов­канского контроля, большинство Первого комитета отдает под неограниченный кон­Со-ароногосторожности дагарнеосторолнопредсмотрительнотолитические  согласилось бы с этим неприемлемым пла­пом так называемого «международного» контроля. Вот в чем дело, г. Остин. Что же представляют собой, действи­тельно, эти общие выводы и рекомендации, в также преложения, упокинаемые в 1-м пункте резолюции жет быть, мы, советские делегаты, не ны? Может быть, мы видим в этих прех­опре-правильно понимаем эти предпожения и думаем, что этими хорошими пожеланиями вымощена дорога в ад, в действительности же эти хорошие пожелания ведут в рай? Нет, советская делегация имеет все ос­нования для своей критики, и в своих утверждениях советская делегация опирает­ся на непреложные факты, которые доста­точно убедительны, которые говорят сами за себя. Об этих фактах можно судить по самому содержанию так называемых «вы­водов» и «рекомендаций». Сущность этих «выводов» и «рекомендаций» схематически, мне кажется, можно изложить таким обра­зом: В центре выводов стоит вопрос о т. н. системе международного контроля. По это­му американскому плану должен быть функции, как инспекция, наблюдение, от­четность, управление и выдача лицензий в различных стадиях производства с мо­мента извлечения руды урана и тория из педр земли до превращения их в ядерное горючее и использования этого горючего в тех или других целях. В другом месте этого доклада также говорится, что «единственным собствен­ником всего исходного материала, не со­положениедержащего других существенных компо­нентов, становится международный ор­ган». Эти положения развиваются также в главе 4-й этого же доклада, озаглавлен­ной «Обработка и очистка исходного ма­териала», эти же соображения развивают­ся также в главе 5-й, озаглавленной «0 внакоплении запасов, производстве и рас­пределении ядерного горючего». Мы видим в числе функций контрольно­го аппарата и такие, как управление и выдача лицензий. Что это за функции и только ли это функции? Что касается «управления», то на этот вопрос ответ дает второй доклад атомной комиссии. Гла­ва 3 этого доклада, озаглавленная «Место-Так рождение руд и их разработка», посвяще­на попытке доказать невозможность, я пю­вторяю и подчеркиваю это, невозможность эффективного контроля без того, чтобы контрольному органу не было предоставле­но право собственности как на исходные материалы после их извлечения из природ­ных залежей, так и на предприятия по обработке этих материалов и производству ядерного горючего. В этом докладе прямо говорится: «…Было решено, что …ни одно госу­дарство или лицо не смогут владеть или распоряжаться на законном основании исходным материалом по его извлечении из природных залежей. Владение материалом пли перенесение его из одно­го места в другое явится явным доказа­тельством нарушения договора или кон­венции». Так ставит вопрос доклад большинства атомной комиссии. содер-Таким образом, международный конт­рольныйорган получает право собствен­ности на все ядерное горючее, на все опасные предприятия, могущие произво­цить ядерноегорючее, и на целый ряд других опасных предприятий, связанных не может дать. Она является лишь который!крытием отказа от всякого отодвигаются в сторону, об этих вопросах го ничего не говорится в п. 4-м, предлагает атомной комиосии возобновить свою работу и рассмотреть различные воп­росы. Нет, в резолюции большинства реко­мендуется рассмотреть не эти, нашболее важные и животрепещущие вопросы, а лишь второстененные вопросы. К чему же, в таком случае, сводится это пожелание, эта рекомендация, выра­женная в четвертом пункте? Она сводится к голой фразе. Атомной комиссии предла­гают заняться тем, что на парламентском языке называется вермишелью. Атомной комиссин предлагают устранить из своего зрения те вопросы важнейшего, принци­пиального порядка, по которым уже обра­зовались серьезные разногласия, к устра­нению которых Генеральная Ассамблея не принимает сейчас никаких мер, становится на путь оттягиваниия решений, предоста для этот вопрос самотеку и не делая ких поныток найти средства к устранонию образовавшихся разногласий внутри атом­ной комиссии. Центральным пунктом проекта ции большинства комитета является, сомненно, пунит 3-й, сущность сводится, коротко говоря, кстеОрганизации Шесть инициаторов резолюцииделегациями, ральной Ассамблеи от 24 января да должны решить, имеется ли базис дая соглашения о международном контроло над атомной энергией, чтобы обеспечить пользование ее лишь в мирных целях. Имеется ли базис для исключения горужия из вооружений отдельныхпшинство сударств? Шесть инициаторов а,Бе ликобритания, СССР, Франция, Китай Канада должны проконсультироваться, чтобы решить, имеется ли базис для того, На этот вопрос уже можно сейчас ответить: такого базиса нет и, в сущности говоря, консультироваться не о чем, все консультации уже проведены. В тече­ние 30 месяцев шли консультации в атом­чтобы принять то решение, на котором на­стаивает Советский Союз. ной комиссии, которые показали, что этого базиса нет, ибоольшинство и меньшин­стоят на припципиально позицияхв этом вопросе. Большинство стоит на основе американского плана т. н, международного контроля, плана, который этот контроль превращает по существу, ля. Оно выступает против плана большин­ства комиссии, потому что этот план не уловлетворяет основным требованиям, кото­рым должна соответствоватьорганизация органа действительно международного кон­троля. Поэтому, когда предлагают поручить щести инициаторам резолюции проконсуль­тироваться по поводу того, имеется ли основа для соглашения о запрещении атом­ного оружия и организации международно­на пустом месте. Такая рекомендация не имеет вивакого практичческого япетения, дальнейшей разработки мероприятий по за­прещению атомного оружия. Следовательно, вывод должен быть ясен Шести инициаторам, о которых идет речь в резолюции Первого комитета, говорят: можете еще год потоптаться на од­ном месте, a. через год придете сюда и скажете о результатах, которые, однако, лИцо. Далее. Инициаторы должны будут доло­жить Генеральной Ассамблее о результатах своей консультации не позже, чем на сле­дующей сессии. Значит, год отерочки уже налицо. Год отсрочки для чего? Говорят: для консультации. Для какой консульта­ции? аналогичной той, которая велась в течение 30 месяцев? С какими же пер­спективами?--С такими же самыми? А какие были перспективы?--Никаких. Но нам могут сказать: резолюция Перво­го комитета предлагает атомной комиссии возобновить стои сессии и приступить к изучению тех остающихся в ее программе вопросов, изучение которых комнссия счи­таст практически осуществимым и полез­по какие же вопросы атомная ко­миссия может признать практически осу­ществимыми и полезными?- Таких вопро­малозначитель­тех­характера, реше­необходимость важ­осталь­сов пет, если не очитать ных, второстепенных вопросов более нического, чем политического которые мало кого интересуют и над нием которых едва ли есть биться, пока не будут решены более ные вопросы, определяющие всю ную работу и направление этой работы. Что же, я спрашиваю, дает такая люция и не в праве ли мы ответить на одним словом - ничего. Действительно, такая резолюция не ничего. Вот почему мы говорим, что проект Первого комитета является даже паллиативом, потому что паллиатив не яв­ляется каким-то средством, хотя и эффективным, а является набором пустых фрз, набором пустых слов, ничего не зна­чащей пустышкой. Такая резолюция ниче­при­решения. Мы не можем пойти по этому пути, ибо это оз­начает, в сущности говоря, скрестить в бездействии на своей груди руки и отойти в сторону, предоставив ход событий само­му себе. исКогда будет итти речь о народах, то бу­дет ясно, что меньшинство в Генеральной Чем же вызвана такая резолюция? Я хотел бы показать те действительные при­чины, которые явились основой этой резо­люции, которые породили эту резолюцию, и те перспективы, которые могут иметь место, если эта резолюция, действительно, будет одобрена Генеральной Ассамблеей. Впрочем, мне кажется, что этот последний вопрос уже предрешен тем соотношением сил, с которым мы уже не первый ваз сталкиваемся в работе Генеральной Ассам­блеи, где систематически проводится метод майоризирования меньшинства сколочен­м, спввшимся большинством, командую­ой Асеамблее, как и в других ор­ганах Организации Об единенных Наций, при полном пренебрежении мнением мень­шинства, при игнорировании общественного резолю-тоо тромалного большинства, боль­не-которое стот в котороголи соотношение сил, которое имеется здесь, в Об единенных Наций между между большинством и мень -46гошинством делегаций попытаться расшифро­вать, то это соотношение будет выглядеть совершенно иначе. атомноАссамблее -- это в действительности боль­народов мира, которые поддержи­вают идею мира и которые разоблачают поджигателей новой войны, которые тре­буют таких усилий, которые обеспечили бы мирное существование во всем мире и ко­торые поднимают свои гневные голоса про­тив всяких попыток поколебать решение этой основной задачи, записанной в Уста­ве Организации Об единенных Напий, но к сожалению, до сих пор не выполненнДа, так, как этого требует Устав и сознание своего долга. Тем не менее, здесь имеется и действует большинство, которое, как я уже говорил, разснныпренебрегает мнением меньшинства. Тем больше на меньшинстве лежит долг изло­жить свое мнение так, чтобы из стен это­го зала народы мира узнали правду. Прав­ления работы атомной комиссии, пока со­ветская делегация не примет безоговорочно тот план, который пытается навязать ветскому Союзу англо-американский В самом деле, согласно этой резолюции, возобновление работы атомной комиссии поставлено целиком и полностью в зависи­мость от усмотрения так называемых ини­циаторов резолюции от 24 января, то-есть от усмотрения большинства этих так называемых инициаторов, в числе которих сто­ронниками американского плана. Определе­нне основы для сослашения о междунаред­направление работы иницпаторов не делены, в резолюции нет даже на это ни­какого намека, если только не считать то­го, что через год они должны о своих ре­зультатах консультации доложить Гене­Ясно, что пункт 3-й резолюции Первого комитета, в основу которой положен про­ект канадской делегации, не дает и даже не намечает никакого выхода из тупика. Он, как и вся резолюция, просто отмахи­вается от этой задачи, оставляя, как я ска­зал, дальнейший ход событий на произвол судьбы. Между тем, советская делегация полагала бы, что было бы правильным, и единственно правильным, если бы Гене­ральная Ассамблея, внимательно отнесясь весьма серьезным соображениям ряда делегаций, находящихся в меньшинстве, поручила бы атомной комиссии со внима­нием отнестись к этим соображениям и внушила бы большинству необходимость построить свою работу не на принципе майоризирования меньшинства, не на по­Не ясно ли, что такая резолюция не серьезна, что она ни к чему не обязывает, если но считать, что инициаторы через год должны притти сюда и доложить о про­веденных консультациях. Кроме того, как это усиленно подчеркивали в Первом ко­митете представители большинства ини­пиаторов в лице США, Великобритании и Канады, разногласия по поводу основы работы атомной комиссии остаются в полной силе. Бак же можно при таких уемниях расечитывать на успех консуль­возможно при таких условиях самое возоб­новление деятельности атомной комиссии ставить в зависимость от консультации шести инициаторов? ральной Ассамблее. пытках механически навязать меньшинству волю большинства, а поискать пути к воз-

с производством ядерного горючего или его обработкой со всеми вытекающими из этого права собственности последствиями. что означает это «управление» на английском языке в американском смыс­ле, о котором говоритсл как об особой функции, какой наделяется международ­пый контрольный органнаряду с такими функциями, как отчетность, инспекция и наблюдение. Проект резолюции Первого комитета предлагает одобрить эти ре­вомендации, как основу для установленчя международного контроля над атомной энергией. Эти рекомендации предоставля­ют международному контрольному органу все те права, какие принадлежат всякому частному собственнику. По мнению авто­ров этой рекомендации, эффективный меж­дународный контроль несовместим с го­сударственной собственностью на недра с исходными материалами и на предприятим по производству атомной знергии, так кав будет представлять собой угрозу для межлународной безопасности. Отсюда и требование того неограниченного права собственности, которое по плану большин­ства предполагается предоставить между­народному контрольному органу. Однако при этом совершенно не учиты­вается, что право собственности, предостав­ляемое международному контрольному ор­гану, могло бы потребовать и соответст­вующих средств и соответствующиз воз­можностей для защиты этого права соб­ственности. Это, в свою очередь, могло бы повлечь за собой необходимость предостав­дения в распоряжение международного конт­рольного органа таких полицейских и во­оруженных сил, которые могли бы противо­стоять опасностям, какие предвидит само большинство атомной комиссии, говоря о тайной деятельности в области атомной энергии, о всякого рода утайках атомной энергии, наконец, даже о захвате атомных предприятий страной, которая в тайне подготовляет свои агрессивные планы. Но не может быть никакого сомнения, что постановка такой задачи, как пре­доставление в распоряжение международ­ного контрольного органа вооруженных которые были бы способны противо­действовать на территории суверенного государства этому государству, его тайной так наз. деятельности, если бы таковая имела место, является совершенно нере­альной и мифической. Сама атомная комиссия, рассматривая Сама атомная комисння, рассматривая гих средств производства в ранних стадиях обработки ядерного горючего, подчеркивает, что самым главным в вопросе мер предо против захвата являются по­соображения. По этому поводу в первом докладе мож­но прочесть, папример, следующие выводы: «Никакие технические меры, повидимо­му, не могут предотвратить захват стра­кой, которая решилась на агрессию, Ни­вакшемероприятия, которые могут быть проведены междунароным контрольным Но значит ли это, что решение найдено, что вот этот самый тезие о «праве соб­ственности» со всеми вытекающими из пего последствиями, которое нужно предо­ставить международному контрольному ор­гану, и есть настоящий путь решения этой задачи? Нет, это не способ решения задачи, обеспечивающий безопасность, а это способ создать новые и новые поводы, которые могут угрожать безопасности на­родов и быть источником новых и опас­ных конфликтов. точки зрения пра-яс Отсюда атомная комиссия приходит к такому резине: «Гавные вопросы, связп­ский, чем технический характер. Представ­ляется возможным, однако, читаю я в этом месте доклада, что технические меры могут уменьшить военное преимущество и, следовательно, опасность захвата». Только уменьшить. Конечно, необходимо принять самые решительные меры против всякого нарушения будущей конвенции запрещении атомного оружия, против этой т. н. тайной деятельности, против попыток захвата в агрессивных пелях. И никто больше, чем Советский Союз, не требует гарантии и не добивается принятия эффек­тивных мер против агрессии, мер, гаран­тирующих возможность задушить агрессию в самом ее начале, а не этих полумер и даже лжемер, которые в действительности не способны служить делу выполнения этой задачи и воторые, наоборог, опасны сакей нам. этимПонимая абсурдность такого предложе­ния, большинство атомной комиссии пы­тается смягчить остроту этого тезиса, озна­чающего беспрецедентное вторжение во внутреннюю жизнь суверенных государств, юридической фикцией доверенности со сто­роны подписавших договор государств, в силу которой якобы международный конт­рольный орган и получает это право собст­венности. Большинство атомной комиссии в своем втором докладе прямо заявляет, что «нельзя ожидать, чтобы государства согла­сились на предоставление контрольному органу неограниченной дискреционной вла­сти». ставит вопрос делегация СССР. Она видит, что и атомная комиссия, которая планирует образование международного контрольного органа, колеблется. Об этом говорят те выводы, которые я огласил из резюме большинства атомной комиссии. Такое резюме, в сущности говоря, выби­вает почву из-под ног защитников права собственности, да еще неограниченного, международного контрольного органа на предприятия по производству атомной энергии и разоблачает несостоятельность этого тезиса о праве собственности в деле борьбы с возможными злоупотреблениями отдельными государствами своими государ­ственными правами и полномочиями. Позвольте, если нельзя этого ожидать, то как же вы предлагаете теперь одобрить эти рекомендации, заранее зная, что они неосуществимы? Сама атомная комиссия признает, что нельзя ожидать согласия этими предложениями, но в то же время вам предлагают одобрить эти рекомендации, зная варанее, что они неприемлемы. Это  (Окончание на 4 странице).







можному сочетанию тех или других взгля­этот дов и точек зрения, тех или других меро­приятий, предложений, способов решения задачи, как вы­работка конвенции или конвенций по за­прещению атомной энергии и по междуна­родному контролю.

АТОМНОЙ КОМИССИИ не известно, когда примут соответствующее решение. И, несмотря на это, г. Остин взял на себя вчера право здесь заявить, что резо­люция Первого комитета призывает якобы атомпую комиссию возобновить свою рабо­ту, перейти к дальнейшему изучению раз­ных вопросов, остающихся в плане ее ра­боты, если она сочтет это целесообразным и полезным. Но если обратиться к плану работы атомной комиссии, то можно уви­деть, что, в сущности говоря, эти остаю­щиеся для дальнейшего изучения нере­шенные вопросы - это вопросы второсте­пенного характера, Известно, что все во­просы, рассмотренные комиссией, это во­просы, отмеченные в т. н. выводах и реко­мендациях комиссии по атомной энергии. Это наиболее важные вопросы о запреще­пии атомного оружия, о конвенции, об услсвиях ее подготовки, об организации международного органа контроля, ой его Функциях, полномочиях, о той основе, на которой должен быть построен этот между­народный орган контроля. Эти важнейшие вопросы, по которым и образовалась пропасть между большинст­вом и меньшинством, остаются под спудом,

3. ПОД ВИДОМ МЕЖДУНАРОДНОГО ОРГАНА ҚОНТРОЛЯ -- АМЕРИКАНСКИЙ СВЕРХ-ТРЕСТ Проект резолюции Первого предлатает одобрить общие выводы в части 2 «С» и рекомендации в части 3 первого доклада и конкретные предложения во вто­рой части второго доклада комиссии, как Но дело вовсе обстоит не так. Советский Союз никогда не отказывался участвовать в общей для всех государств деятельности в этой области, и утверждать так - зиз­чит извращать действительное

си­вещей, Дело вовсе не в том, что Советский Зоюз не желает участвовать в определении основу для установления эффективной стемы международного контроля над атом­Представитель США Остин здесь вчера сказал, и он в данном случае тоже допу­стил ошибку, повторив пущенную в оборот версию о том, что тупик в работе атомной комиссии образовался якобы в результате того, что СССР отказался принять характер и предел участия каждого в этой общей для всех государств сфере деятельности. ной энергией с обеспечением ее использо­вания только для мирных целей и для ис­ключения из национальных вооружений атомного оружия. характера и предела участия государств в их общей деятельности, чего нет в дей­ствительности, а в том, что по своему су­ществу этот характер деятельности, иначе говоря, те выводы, которые представлены докладах Первого комитета по этомной ко­миссии, те рекомендации, которые жатся в докладах атомной комиссии, - являются неприемлемыми. Они, эти реко­мендации, не решают той задачи, которая стоит перед атомной комиссией, и не при­ближают к решению о запрещении ис-