ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА

ПРОЛЕТАрИИ ВСЕХ СТРАН, сОЕДиНЯЙтЕСЬ!

является наступатель­ным оружием против растленных книг, в ко­нографии, гангстеризма и философии отчаяния борются с передовыми идеями нашего времени». Орган прогрессивных французских писа­телей - газета «Леттр франсэз» печатает десятки подобного рода писем, в которых читатели газеты рассказывают, как помо­гает им прогрессивная книга в борьбе за мир, как укрепляет она их веру в воз­можность предотвращения войны. «Плох тот борец за мир, - говорится в одном из таких писем,-- который пренебрегает чте­нием… Книга является самым надежным оружием в руках борца за мир». Американские поджигатели войны от­дают себе ясный отчет в том, что прогрес­сивная книга, указывающая реальные пу­ти предотвращения войны,---их опаснейший враг. Они пытаются подорвать веру в на­дежность этого оружия. В те самые дни, когда бастующие докеры Марселя слушали на читательских конференциях выступле­ния Дуи Арагона и на свои скудные сред­ства, зачастую векладчину, покупали кни­ги прогрессивных французских и совет­ских писателей, зная, что в них они дут ответ, как бороться против войны,-- рупор американской реакции, журнал «Са­тердей ривью оф литерачюр» демагогически вещал: «Было бы напрасным трудом пе­рерывать всю мировую литературу, начи­ная от «Троянок» Эвринида и кончая «По кому звонил колокол» Хемингуэя, в по­исках ответа, почему происходят войны». Реакционные критики в США из кожи лезут вон, чтобы внедрить эту «истину» в сознание читателей. Лакеи американ­ских агрессоров, развязавших кровавую авантюру в Корее, они поднимают на щит именно такие произведения, где автор ста­вит своей целью «доказать» пепостижи­мость причин возникновения войн. показать мощь лагеря сторонников «Каждый человек, - говорил на рим­ской сеесии Постоянного Комитета Всемир­ного конгресса сторонников мира Фредерик лолио-Кюри, - должен проникнуться убе­ждением, что проблема войны и мира ка­састся его лично и непосредственно. Он не может испытывать чувства бессилия, ибо одновременно с ним на всех широтах зем­ного шара миллионы людей ставят перед собой те же вопросы, борются ва мир и способствуют его действиям в защиту ми­ра своими действиями». Характерно, что американская реакци­онная пресса подняла рекламную шумиху вокруг романа некоего Артура Филдса «Мир без героев», который был объявлен лучшей книгой о второй мировой войне потому, что автор, онисывая войну как «стихийное бедствие», стремится убедить в бесполезности борьбы за мир. Распространение таких взглядов - на­руку поджигателям войны, вставшим ныне на путь открытой агрессни. Они делают на пих главную ставку, надеясь посеять в рядах борцов за мир неверие в свои силы. Слово прогрессивного писателя призвано разоблачить эту тлетворную пропаганду и вскрываянапряженным вниманием следят сто­ронники мира в каждой стране за успеха­ми, которые одерживают их товарищи по борьбе, за успехами своих соратников в других странах. Роман, повесть, статья, Империалистический лагерь и его аген­тура отвечают на успехи движения сто­ронников мира усилением подрывной про­вокационной деятельности.х главным оружием являются ложь и клевета. Прав­дивое слово прогрессивного писателя по­казывает всем людям подлинное лицо их друзей и их врагов. очерк, публицистическая правдиво рассказывающие об этих усне­хах, разоблачающие поджигателей войны и их пособников, призваны сыграть шую организаторскую роль в мобилизации всех прогрессивных сил человечества на борьбу за обуздание агрессоров. Участие в борьбе за мир еще теснее сближает писа­теля с народом, с простыми людьми, ду­ховно, творчески обогащает его. Антихудожественным, декадентским, унадническим писаниям буржуазных «ли­тераторов», продавших свой перья поджи­гателям войны, прогрессивные зарубежные писатели противопоставляют свои высоко­художественные реалистические произведе­ния, выступая как подлинные мастера культуры, рост и развитие которой пемыс­лимы в отрыве от народа, от его кровных национальных интересов, от его борьбы за мир. На карту поставлена судьба человечест­ва. Долг прогрессивного писателя состоит в том, чтобы своими произведениями до­нести правду до каждого человека и на­править его по пути активной борьбы за мир.



Расширять фронт мира! Миллионы людей, подписывая Стокгольмское Воззвание, протестуют против агрессии США в Қорее

ИТЕРАТУРНАЯ г. 1950 Цена июля орган праваения союза совтскох писАтелей ссер 19

ПРОГРЕССИВНЫХ ПИСАТЕЛЕЙ «Слово - полководец человечьей силы!» писал великий мастер боевой, действен­ной поэзии Владимир Маяковский. Огром­ные силы объединились в армии борцов за мир. Писатели, как виднейшце предста­вители прогрессивной общественности, иг­рают исключительно важную роль в деле сплочения рядов этой великой армии. Всю­ду, в каждой стране, простые люди с гор­достью и благодарностью называют имена лучших мастеров художественного слова, отдающих свой талант священному делу борьбы за мир. В странах Запада прогрессивным писа­телям принадлежит почетная роль в дея­тельности комитетов защиты мира и мно­гочисленных общественных организаций и органов печати, отстаивающих интересы простых людей. «Задача углубить и расширить нашу борьбу за мир, пишет немецкая писа­тельница Анна Зегерс,- налагает серьез­ные обязанности на каждого человека… Для пас, писателей, эта задача является основной. Она должна определить всю нашу деятельность». Ясно и точно говорит о своем долге лите­ратора молодой талантливый французский писатель Андре Стиль: «Мы должны бо­роться не только как общественные деяте­ли, но и как писатели. Мы должны рас­сказать о том, что происходит в уме и в сердце рабочего, который отказывается производить оружие, в уме и сердце де­вушки, бросающейся на рельсы, чтобы остановить поезд с военным грузом… Толь­ко тогда мы сможем создавать произведе­ния, способные волновать и приводить в движение широкие народные массы». Писатели - борцы за мир создали уже целый ряд таких произведений, которые помогают людям, придерживающимся са­мых различных взглядов, правильно оце­нить уроки недавнего прошлого, ясно осо­знать нависшую над миром угрозу войны и увпдеть реальные пути ее предотвраще­ния. Только за один истекший год библио­тека зарубежных сторонников мира попол­нилась такими ценными произведениями, как первые выпуски романа Луи Арагона «Коммунисты», как роман Анны Зегерс «Мертвые остаются молодыми», роман Джеймса Олдриджа «Дипломат», сборники рассказов Андре Стиля и др. Разнообразна тематика этих книгно все они имеют одну общую черту их ав­торы сознательно руководствовались в сво­ем творчестве стремлением создать такие произведения, которые помогли бы чита­телям правильно оценить опыт недавнего прошлого и уроки настоящего, для того, чтобы напряженная борьба народов за мир увенчалась успехом. Роман Арагона на примере предвоенной истории Франции по­казывает французскому народу, что только в лице французской компартии он имеср истинного защитника своих интересов, Ро­ман Анны Зегерс, охватывающий историю Германии с 1918 по 1945 год, корни немецкого фашизма, вооружает бор­пов за демократизацию Германии и об­личаст англо-американских империали­возрождающих ныне фашизм в Три­стов, оия, Происки британской дипломатин плетущей заговоры против дела мира разоблачены в новом романе Олдриджа. В последнем сборнике рассказов Андре Стиля кпорабль уходит в море» читатель знако­мится с мужественной борьбой франнуз­ских трудящихся за мир на современном этапе движения сторонников мира. Актуальность и острота проблем, постав­ленных в этих произведениях, завоевали им самую широкую читательскую аудито­рию. Это особенно хорошо видно на при­мере развернувшейся во Франции кампа­нии за распространение прогрессивной книги. Менее чем за десять дней в одном только охваченном забастовкой докеров Марселе и его окрестностях было продано на 1.200 тысяч франков книг прогрессив­ных писателей Франции и произведений советских авторов, переведенных на фрац дузский язык. Один из участников этой кампании, мо­лодой крестьянин Гастон Вьен из деревни Сен-Реми-де-Прованс, рассказывает: «Мы начали продажу книг в нашей деревне в 9 часов утра, и к 12 часам мы прода­ли их больше чем на 55 тысяч фран­ков. Крестьяне любят хорошие книги, и нужно, чтобы они у них были… Мы не отделяем битву за книгу от нашей борьбы с поджигателями войны, так как мы зна­чем, что каждое прогрессивное произведение

№ 58 (2649)

Среда,

40

коп.









китай

воля Народа Старик-крестьянин из провинции Цзяп­су, ставя свою подпись под Воззванием, заявил: «Я первым в моей деревне сдам натуральный налог с летнего урожая для найдутого,чтобы помочь Народно-освободитель­пой армия Китая освободить Тайван». После начала американской агрессии в Корее и на Тайване темпы сбора подписей под Стокгольмским Возаванием в Китае значительно ускорились, В Северном и Во­сточном Китае, а также во Внутренней Монголии подписалось уже свыше 13 мил­дионов человек. За первую неделю июля число подписей только в одной провинцип Шаньдун возросло с двух до почти четы­рех с половиной миллионов. У крестьянина Чжан Фу-кен из деревни Буцзячай мать была замучена японскими захватчиками. Он сказал: «Я ненавижу японски и американских милитаристов, которые действуют сейчас заодно. Поэтому я ставлю свою полпись под Воззванием». сша

Кербблевд знаменем мира Безменн расположен в сорока километ­рах от границ Ирана, стонущего под игом английской и американской «номощи». Тысячи наших колхозников, как и мах­тум Гаипов, понимают, что каждая территэ­рия, которая граничит с Советским Сою­зом, оценивается империалистами, как тратегическая площадка новой войны. Мировые хищники готовят новую бойню, несмотря на сопротивление всех племен земного шара. Но и Ганпов и его друзья твердо верят, что народы мира средство для обуздания поджигателей новой войны. ** * ли иранскую молодежь. За веревку для виселицы им платят сами приговоренные к смерти», «Иранцы больше не желают, писала та же газета 24 февраля, - что­бы их дочери носили платья американ­ских проституток. Иранцы готовы по­жертвовать своей кровью, лишь бы не на­ходиться под властью жестоких империа­листов». В еженедельнике «Трибюн де насьон» в мае мы читали о том, что американцы объявляют Афганистан, как и Иран, «эко­номически отсталой страной». Вывод ясен: американцы хотят «помогать» Афганиста­ну так же, как Ирану. Мы вспоминаем о черном песчастье па­ших соседей, пролетая над территориями колхозов, которые цветут так же, как земля Безмеина. Эти земли кажутся ков­ром, вышитым ярким шелком, - садами, бахчами, виноградниками. В безмеинском колхозе «Двенадцать лет РККА» тысяча гектаров одного лишь виноградника, где «узюм» сменяются лозами благо­уханного «тербаш». Все до последней ви­ноградины принадлежит народу Туркме­пеНет прекрасней новых, колхозных та­бунов элитных ахалтекинских коней Безмеина. Их называют у нас четвероно­гими лебедями. Огромны доходы безмеин­цев, велико их богатство, созданное за годы советской власти. пы-человечество. жал от англичан в пустыню, Он спал на горячем песке, окруженный ядовитыми ящерицами и змеями, предпочитая этих гадов британцам в хаки. Там, в пустыне, он мечтал о свободе для своего народа, о ом, что его брат и его русские друзья из отрядов туркменского полка прогонят «инглисов». Могучая сила всемирного грабежа расстреливают женщин и мужчин, работающих в полях. Я выступал тут во многих колхозах, клубах, выступал в полях, где нас слуша­ли крестьяне, оторвавшиеся на короткое время от работы, выступал на строитель­стве плотин… Во многих крестьянских речах звучала глубокая скорбь по тем, кто пал в про­шлых битвах за дело человечества, кто не увидел и не увидит крепнущего благосо­стояния здешних мест, кто не слышит ре­ва тракторов, идущих на поля, кому не суждено было принять участие в великих трудах наших великих времен. Но эти ноты скорби не заглушали гнева и страсти народа. Если бы только слышали наши враги, сколько пенависти, сколько презрения у русского колхозника к тем, кто начал кровавую бойню в Корее и кто затевает бойню всечеловеческую! Был воскресный день, когда я рассказы­вал крестьянам Большой Лазовки о том, что делается в Корее и во всем мире,оНарод том, как неизмеримо страшна для империа­листов каждая подпись, поставленная под Воззванием. Молодежь собиралась на во­лейбольные соревнования. Старики говори­ли о будущем, о слиянии трех колхозов села в одно сильное хозяйство. Председа­тель одного из колхозов - Дмитрий Пет­рович - собирался в Москву по делам

Берлы

Среди товарищей, провожавших меня наэродром в Ашхабаде, когда я летел в Москву на пленум Советского Комитета защиты мира, был председатель колхоза­миллионера из аула Безмеин, Герой Со­циалистического Труда Махтум Гаинов. Он передал мне номер газеты, где круп­ным шрифтом шла наднись: «Матери и дети требуют мира!» Мне запомнилась на­най-печатанная в газете фотография малень­кой французской девочки, участницы де­монстрации мира на стадионе «Буффало», на груди девочки плакат: «Мама, защити меня!» Махтум Гаипов дал мне эту газету, как члену Советского Комитета защиты мира, как напоминание о моем долге. Провожая меня, Махтум рассказал мпе о многом. В конце 1918 и начале 1919 года его родным селением Безмеин «уп­равляли» англичане. Они вывели из аула всех породистых скакунов, вывезли все ковры, увезли решительно весь запас хлопка и всю шерсть до последнего кило­грамма. А неподалеку от Безмеина, из древней столицы Туркмении Анау увезлозы облиповочную майолику с древнего архи­тектурного памятника редкой красоты. В этом нет ничего удивительного. Ан­гло-саксы обоих материков никогда пренебрегали чужим добром, начиная от древних обелисков и кончая дорическими колоннами. Но теперь они стяжают пред­меты более фундаментальные: не так уж давно им приглянулись нефтеносные территорни Ирана, а сейчас эти вояки таются присвоить Корею… 9 февраля этого года иранская газета «Паетахте ма», давно опенившая таланты мираангличан, писала об их преемниках американцах: «Американцы дают нам оружие для того, чтобы посылать под пу­＿

В Москве, в Комитете защиты мира я встретил казахского писателя Сабита Муканова, которого в прошлом году при­гласили в Пакистан на конференцию пига­телей; пакистанские власти, руководимые англичанами, отказали Муканову в визе. В этом году повторилось то же самое. Му­канов был опять приглашен в Пакистан, и ему снова отказали в визе. Пожимая плечами, он сказал мне: - Не я страшен англичанам и амери­канцам, а страшна та правда, которая перестала быть тайною для Накистана. Они уже понимают, что древко знамени мира в руках честных людей грознее всех пушек Трумэна, всех речей Черчилля. Стремление к миру в эти дни укрепляет­ся миллионами поднисей, оно охватит все Трумэны, ачесоны и их под­ручные скоро узнают, что голос человече­ства, его мнение сильнее всех угроз. Нолесо истории движется мирными людьми, чью силу не превзойдут никакие сверхбомбы. Мир защитит Корею и все уголки земли, где трудовые люди от кровавых бесчинств располсавшихся гангстеров:

АТОмНУЮ БОЙНЮ В США усиливается движение за мир против вооруженной интервенции Уолл­стрита в Корее. На-днях в Нью-Йорке состоялся митинг, на котором выступил секретарь Националь­ного комитета комнартии Холл. Он преду­предил, что «у Макартура хватит наглости приказать сбросить атомную бомбу на Дальнем Востоке, если силы мира не пред­отвратят это. Ноэтому движенио за запре­щение атомной бомбы должно сочетаться с широкой кампанией за прекращение интер­венции в Корее и других странах Тихого океана». На митинге было объявлено, что в Бруклине под Стокгольмским Воззванием уже подписалось более 170 тысяч человек. стонутПравдение союза пенсионеров птата Вашингтонасчитывающего 15 тысяч членов, единогласно решило собрать в штате не менее 50 тысяч подписей, а так­же приняло резолюцию, в которой требует прекращения интервенции в Корее. Мэрилендский комитет борьбы за мир направил Трумэну послание, в котором требует прекращения войны в Корее и за­являет о необходимости заключить согла­шение между Советским Союзом и США о запрещении атомного оружия. колумбия зА МИР мЕЖДУ НАРОДАМи рабо-Народы Латинской Америки, гиевно про­тестуя против американской агрессии в Корее, усиливают борьбу против поджига­телей войны. В манифестах Конфедерации трудящихся Колумбии говорится: «Наше движение за мир тесно связано с борьбой против войны на всем земном шаре, от которой ни один народ не должен нахо­диться в стороне. Мы считаем, что своим участием в этой великой борьбо мы ещэ больше усиливаем борьбу за мир в своей стране, борьбу против торговцев оружием и поджигателей войны, стремящихся уве­личить свои бесчисленные прибыли прибыли от спекуляции -- за счет мил­лионов невинных человеческих жизней… призываем колумбийский народ бо­роться в защиту мира во всем мире, за запрешение атомной бомбы, за миролюби­вую внешнюю политику Колумбии, направ­ленную на мир между народами, на усп­ление всемирного движения в защиту мира».

 

H. ВИрТа

На-днях я был в Двориках, не раз опи­санных мною в «Одиночестве» и других сочинениях; настоящее пазвание села - Большая Лазовка. Это в южной части Тамбовщины. Взбе­решься на древний курган, поросший тра­вой, иперед тобою вокруг необъятные да­ли, поля да овражки, да редкие кусты, да плывущие миражив жидком воздухе Зреет золотистая рожь, тяжел колос величай-пшеницы, клонящийся долу, кипенно-белой стоит гречиха, омытая последними дожди­ми, высоко поднял свои плоские, густо­зеленые шапки подсолнечник. Скоро страда, скоро великаны-комбайны, плавно покачиваясь находу, придут на эти про­сторы убирать то, что дали земля и чело­век, работающий на ней. жаркого солнечного дня… По пути в Большую Лазовку видел я, сходили с товарного состава два но­вых гиганта, жнущие, молотящие, отве­вающие, сортирующие зерно и прессующие сотому. Весело посвистывая, комбайнеры вели мирные самоходки в МТС, и красные флажки на корме машин тихо трепетали, и все вокруг, куда бы ни упал взгляд, дышало мирным, глубоким покоем, и стран­по было думать, что где-то далеко-далеко, на самом конце света, в Корее, грохочут выстрелы, рвутся американские бомбы и холеные людоеды хладнокровно, во имя

колхоза. Женщины обсуждали свои дела. Дети играли на лугу. Около пколы суети­лись маляры и штукатуры. На всей этой картине лежала печать мирных забот и мирных развлечений. Но я вспоминал, как девять лет пазад из этого села ушли на фронты многие мужчины иные из них дошли от Волги до Берлина. Женщины, подростки, старики, дети тали, не жалея сил, и они сохранили свое хозяйство. Я вспомнил, как в войну, вот в этих местах, началось громадное всена­родное движение - сбор средств в помощь фронту. Сейчас поднялось на Тамбовщине могучее движение за мир, потому что лю­ди здесь, как и везде, любят свой мирный труд, свой покой. Я жил в этих местах до войны, бывал в годы войны, побывал и теперьНарод многому научилсяти годы, многого достиг, хочет достигнуть еще большего, он хочет мира и полон решимо­сти отстаивать его. не зря поставил свои подписи под Стокгольмским Воззванием. Мы знаем,Мы что в каждом имени - сочетание храб­рости, мужества, упорства. Каждая под­пись - это еще один солдат фронта мира. Пусть этого не забывают господа тру­мэны и черчилли. СЕЛО ГОРЕЛОЕ Тамбовского района

 

АЧЕСОН У КОСТРА ВОЙНЫ  было бы на этом и закончить статью об Ачесоне, если бы не необходи­мость сегодня сказать несколько слов о пекоторых из его подголосков­старых знакомцах советского читателя. Речь идет о премьер-министро Швеции Эрланде­рә и министре иностранных дел государ­ства Израиль Шарете. агрес-Несколько месяцев назад «Литературная газета» разоблачила клеветнический выпад Шарета против движения сторонников мира. Реакционная израильская печать пыталась отрицать тогда, что Шарет лакействует перед американскими поджигателями вой­ны, лицемерно ворковала о «нейтралитете» Израиля. Ныне Шарет, видимо, уже не считает нужным продолжать игру в «нейтралитет» Несколько дней назад он сделал открытое. заявление о присоединении к «концепции западной демократии» (другими словами, к «концепции войны») и лакейски угод­ливо поддержал незаконное решенне Сове­та Безопасности по корейскому вопросу. Шведский премьер недавно «протесто­вал» против «злоупотребления» именем го­рола Стокгольма в Стокгольмском Воззва­нии о запрещении атомпого оружия. Эрлап­дер заявил, что это Воззвание имеет со Стокгольмом так же мало обшего, как рапее принятые обращения с Парижем п Воз-Нью-Йорком. Мы, советские деятели культуры, при­сутствовавшие недавно на Всеавстрийском конгрессе мира, слышали выступленче подлинной представительницы шведского народа Гудрун Гавеаус. «Шведский народ гордится тем, что исторический документ о борьбе за мир носит название Стокгольм­ского»,- сказала она. Лсно, что Эрландер никоим образом не представляет шведский народ и Стокгольм. Не является и Шарет подлинным предсга­вителем народа государства Израиль. Тачно так же Ачесон не представляет американ­ский народ и Нью-Йорк. ярогоПеред нами охрипший от речей адвокат его неуклюжие помощникииего взбешен­ные хозяева. Печальные итоги корейской авантюрыМожно заставляют Ачесона подкладывать сучья в костер войны. Он лихорадочно ищет но­вые объекты для поджога. Справедливо еготметила французская газета «Се суар»: «Победы, одержанные корейской Народной армией, ставят американцев перед необхо­димостью предпринять диверсию в другом районе». И факты показывают, что соры усиленно к этому готовятся. Ино­страпная печать указывает, что среди дипломатов, находящихся в Белграде, соз­далось внечатление, что Тито непрочь предпринять вооруженную провокацию против соседних с Югославией стран на­родной демократин: Как бы ни старались Ачесон, его по­мощники п его хозлева нападками на Стокгольмское Воззвание повернуть обще­ственное мнение в пользу поджигателей войны, как бы они ни клеветали и лгали, идея защиты мира охватывает и привле­кает на свою сторону все большее коли­чество американцев. Председатель Информационного центра сторонников мира в СШа доктор Дюбуа опубликовал 15 июля открытое письмо Ачесону, в котором резко осуждает выпа­ды, сделанные государственным секрета­рем ГШа против организаторов кампании по сбору подписей под Стокгольмским званием. Дюбуа пишет: «На сегодня более одно­го миллиона американцев подписало воз­звание. В ближайшие несколько недель его подпишет еще несколько миллионов, так как подавляюшее большинство аме­риканского народа желает мира. Пока еше есть время, сообщите миру, г-я Ачесон, что в будушем правительство Соединенных Штатов никогла первым не использует атомную бомбу, будь то в Корее пли в какой-либо другой части земного шара». Но то сообщение, которое Ачесон хотел сделать миру, он уже сделал. Он лишний раз подтвердил, что его репутация поджигателя войны и впредь остаетсл незыблемой. ми защищающий своего хозяина. Он ис­пользует и фальсифицированные факты, и наивное притворство, и легкий вымысел, и злостную клевету. Если бы политика Аче­сона не терпела столь частых провалов, можно было бы назвать виртуозом лжи. Однако Ачесону, как юристу, должно быть понятно, что его деятельность давно уже переросла рамки простой защиты ин­тересов Уолл-стрита в пределах адвокат­ского оффиса. Он стал прямым и актив­ным соучастником всех кровавых престу­плений американских агрессоров. Ачесон не только греет руки у костра войны, по и весьма усердно его раздувает. Как политическому деятелю, Ачесону должно быть также известно отношение американского народа к авантюрам пра­вящей клики. Более чем убедительно гово­рит о том, каково это отношение, следую­щий факт. За первые несколько дней после приказа Трумэна об агрессии в Корее и Китае в Соединенных Штатах было соб­рано более пятисот тысяч новых подписей под Стокгольмским Воззванием! И это в об­становке открытых преследований сторон­ников мира и атомной истерии, достигшей фантастических размеров. Что же осталось делать Ачесону? Оста­лось искать оправдание применению атом­ного оружия и оснаривать (да, да, оспари­вать!) красугольное положение Стокгольм­ского Воззвания о том, что правительство, которое первым применит атомную бомбу. будет рассматриваться, как правительство военных преступников. Поправляя галстук, словно уже ошушая петлю на шес. Ачесоп заявляет, что сэто явно лицемерный подхол к вопросу», что применяемое оружие якобы «не имеет ни­какого отпошения к преступлению». Этими словами Ачесон дал пнять, о Америка оставляет за собой возможность неограниченного пспользования атомного оружня. Длинная тень нюрибергской ве­ревки легла через океан. Со своей стороны, мы можем сказать, что народы мира оставляют за собой неограниченную возможность предотвра­тить преступление людоедов XX вска,

Анетома софронов

Каждый день приносит сообщения дальнейшем продвижении корейской На­родной армии. Далеко в тылу осталась 38-я параллель. По улицам Сеула и Пхень­яна бредут пленные американские солдаты. Выступая по радио, эти солдаты говорят: «Мы ясно поняли, что американское пра­вительство проводит в Корес вооруженное вмешательство, мы верим, что корей­ский вопрос будет разрешен самими корей­цами». Плененные американские солдаты как будто бы разобрались в обстановке. Они требуют прекращения агрессии Уолл-стри­та в Корее. Иначе думают Ачесон, его помощники и его хозяева, В дни, когда американские воздушные пираты варварски бомбарди­руют мирные города и селения Северной Кореи, государственный секретарь США на очередной пресс-конференции зачитал за­явление: «Я уверен, что американский на­род не даст одурачить себя так называе­мым «Воззванием к общему миру» или «Стокгольмской резолюцией», которая сей­час распространяется в нашей страпе с целью сбора подписей. Его следует прини­мать за то, чем опо является, - за улов­ку пропаганды в ожесточенном «мирном наступлении» Советского Союза». По-русски это называется «припекло». До сих пор Ачесон, его помощники и его хозяева старались «не замечать» того огромного движения в зашиту мира, кото­рое развериулось на всем земном шаре. Но когда Стокгольмское Воззвание собрало бо­лее двухсот миллионов подписей, когда агрессора начали изобличать трудящиеся Соединенных Штатов, Ачесону пришлось пустить в ход свое адвокатско-клеветниче­ское красноречие. Юрист, в прошлом обладатель адвокат­ской конторы в Вашингтоне, набивший руку на зашите интересов крупных амери­канских фирм, он пеликом применяет ны­не этот опыт во внешней политике. Труд­но уловить разницу между Ачесоном адвокатом Уолл-стрита и Ачесоном - ди­пломатом Уолл-стрита. И в дипломатии он ведет себя, как адвокат, любыми средства-



НОЧЬ ПЕРЕД БОЕМ Сидел бы дома. - А тот: - У гиева дома нет! -Страшпа, старик, войны наука… - Мой страх под палками забыт… - Тебе бы дома няньчить внука… - Внук не рожден, а сын убит. Уважь седины и печали, дай мне оружие. - Бери! Как мутный блик в остывшем чае, над морем проблески зари. И, жизни трудную науку в порту постигнув лет с пяти, мальчишка тоже тянет руку к ружью. Эй, мальчик, отойди! - Дай мне. - Винтовок больше нету. - Я подожду. - Что ж, подожди. А дело близится к рассвету, а корабли трубят беду, и слышен дикий вой снаряда, и пламя прыгает кругом, и кто-то падает, и рядом трещит, в дыму качаясь, дом. Но, над огнем и громом рея, крик, начавшись издалека, все ширится: - Воп из Кореи, американские войска! Так ночью в улицах Иесу, кромешный мрак взорвав и взрыв, штыки взошли, подобно лесу, и прозвучал борьбы призыв, и толпам всяческого сброда, что в трюмах шлют, как сытый скот, не преградить пути народа, что смело двинулся вперед! Вольный перевод с корейского н, грибачева

теги чен

Над городом - тумана клочья, соленая густая тьма; придавленные лапой ночи к земле сгибаются дома, деревья ежатся от страха; как пасть кита, стены пролом. И вдруг огонь мигнет из мрака, и выстрел грянет за углом и, как лавина вырастая, летит и тьму в лоскутья рвет… Здесь порт Иесу. Здесь восстанье. Здесь за свободу встал народ. И в небе, словно уголь, черном на ярко-огненных крылах, народной кровью освященный, республики взлетает флаг. Встань и прислушайся, не веря тупой всесильности свинца, здесь пеплом мести вся Корея стучит, стучит, стучит в сердца и, затаившись, ждет сигнала, чтоб с этим мраком заодно убийц, наемников доллара, отправить в землю и на дно! Гремевший чуть не сутки кряду, храпит у школы грузовик, торчат из кузова приклады, к ребру ребром притерся штык из полицейского участка они. Испробует вдвойне южнокорейское «начальство» ту сталь на собственной спине! Рабочий, командир отряда, из кузова грузовика дает бинтовки. Тут бы надо состав, да нет его пока. И сотни грузчиков портовых стоят. покачиваясь в лад, они хоть сутки ждать готовы, чтоб ощутить в руках приклад. И одному из них, седому, придавленному грузом лет, советуют: