Расширять фрошт мира! Миллионы людей во всем мире, подписывая Стокгольмское Воззвание, протестуют против агрессии США в Корее

ВСЕХ

СТРАН,

СОЕДИНЯЙТЕСЬ!

ПРОЛЕТАРИИ



Очерк­большая

литературы о сельском хозяйстве еще не удов­летворяют читателя. Сплошная электрифика­ция целых областей

ИТЕРАТУРНАЯ Вторник, 25 июля 1950 г. орган праваения союза совитских писАтелей ссв

страны, таких, как Вин­ницкая или Свердлов­ская, укрупнение колхо­зов, начатое в Москов­лесов в степи на Дону и на Волге, агрогорода на Украине, народные стройки на Север­ном Кавказе и в Средней Азии, развитие племенного животноводства - можно ли перечислить все то, что требует своего изображения прежде всего в очерке? Заслужила всенародное признание очер­ковая литература, соединяющая научно­познавательный материал с практикой со­ветского народа. Книги Н. Михайлова о нашей стране и ее сказочно меняющейся географии, книга М. Шагинян «Путешест­вие по советской Армении», книга В. Са­фонова «Земля в цвету», книги Геннадия Фиша «Народная академия» и «Советская быль и американские сказки», - все эти большие очерковые произведения читают­ся по всей стране. Нельзя не отметить в этом ряду недавно появившуюся в печати книгу А. Шарова «Жизнь побеждает»- талантливый рассказ о борьбе русских ученых-микробиологов с тысячелетним врагом человечества - чу­мой. В дни, когда поджигатели войны из Вашингтона, идя по стонам Гитлера и Хи­рохито, готовят для человечества бакте­риологическую войну, очерк А. Шарова приобретает особое публицистическое зву­чание. Но если в международной теме, в темах сельского хозяйства и науки послевоен­ный очерк и насчитывает ряд песомнен­ных достижений, нельзя не выразить крайней неудовлетворенности, коль скоро речь заходит об индустриальном очерке, высокое назначение которого-рассказатьшли духовной жизни советского рабочего класса. В таких произведениях, как «Далеко от Москвы» В. Ажаева, «Сталь и шлак» B. Попова, «Водители» A. Рыбакова, со­ветский роман говорит первое слово, остав­ляя позади себя очерк, который принято считать самым оперативным жанром. К сожалению, те же суровые слова сле­дует сказать отряду советских литераторов и в связи с очерками на темы коммуни­стического воспитания. Имеются и здесь несомненные удачи, По их мало. И сегодня, в 1950 году, очерко­вая литература все еще считает своим по­следним достижением в этой области та­лантливую книгу Б. Галина «В одном на­селенном пункте». В самом деле, Борису Талину удалось увидеть в жизни и рас­крыть перед читателями прекрасный образ большевика-пропагандиста и показать в то же время тему восстановления Донбас­са. Но книга эта появилась свыше двух лет назад. В последнее время две книги порадова­ли читателя: «Мой класс» Ф. Вигдо­ровой - о школе и педагогическом тру­де и «Сталинский лауреат» И. Горе­лика - о Генрихе Борткевиче. И это, пожалуй, все! Очерковая литература держит серьезное испытание. Тема рабоче­го класса и тема коммунистического вос­питания должны рассматриваться нашими писателями, как ведущие темы эпохп. Союз советских писателей, редакции тол­стых журналов, в особенности редакции альманаха «Год XXXIII», должны напра­вить творческие интересы очеркистов. Надо помнить, что больше, чем какой­либо жанр литературы, очерк поддается организации и планированию. Серьезного внимания заслуживает недо­оценка очеркового жанра в издательстве «Советский писатель». Нельзя понять, почему, например, отклонена книга «За­манщина» I. Емельяновой, в которой пи­сательница-геолог рассказывает о переме­нах, происшедших на ее глазах в красно-воде ярской тайге. Неохота, с какой принимают к изданию иные издатели очерковую литературу, на­ходит некоторое объяснение в недопусти­мой позиции Союзопткниготорга (тов. П. Пе­кресть-еиваитов)ование наладить изучение читательского спроса по районам страны, огульно направляет книжный поток, затоваривает некоторые книги и, таким образом, оправдывая соб­ственные недостатки, творит своеобразную теорию о слабом, будто бы, интересе чи­тателя к очерковым книгам. Факты гово­рят о другом. Книгу И. Ирошниковой «На­дежда Егорова» напрасно ждут в тех местах, где прославлена героиня очерка; в книжных магазинах на юге Украины труд­но найти эту книгу.

литература

Новое рождается в нашей стране повсе­местно и ежедневно. Быстрее, чем в романе, повести или пьзсе, новое находит свое выражение в художественном очерке. Народу, познаю­щему себя в борьбе и труде, этот докумен­тальный и наиболее оперативный род ли­тературы дорог и нужен. Наш читатель любит хороший очерк - все равно в газе­те, в журнале или отдельной книгой он напечатан. Потому-то и необходима напряженная работа писателя-очеркиста и над содержа­нием очерка, и над мастерством слова. Потому-то недопустимо и вредно пренебре­жение к очерку со стороны литературной критики, со стороны некоторых изда­тельств, редакций журналов и газет. Русская класс классическая литература созда­ла вечно живые образцы очерка: «Путе­шествие из Петербурга в Москву» Ради­щева, «Путешествие в Арзрум» Пушкяна, «Записки охотника» Тургенева, «Петер­бургские углы» Некрасова, «Севастополь­ские рассказы» Льва Толстого, очерки Глеба Успенского, наконец, такое иеследо­вание, как «Остров Сахалин» Чехова. Бессмертное наследие русской очерковой литературы девятнадцатого столетия сохра­няет силу воздействия и для современного поколения читателей; и не только потому, что эти произведения проникнуты пафосом жизненности и правды, но и потому, что они являют собой пример высокохудожест­венного творчества. Русский очерк не уступал в литературных достоинетвах рус-о скому роману. Он был, как говорил тот же Горький, подлинным «искусством изобра­жения жизни словом». Борьба за глубокую содержательность и зрелое мастерство составляет непреходящее требование читателя и к большому отряду советских писателей-очеркистов. Никогда и нигде писатели не вели такой широкой разведки нового, какую осуще­сталяет с помощь художественного очерка советская литература, Влюбленный в дело партии большевиков, великий мастер очер­ка Максим Горький направил и вдохновил первые шаги советского очерка. Очерк стал испытанным оружием нашей литературы. В годы Великой Отечественной войны всенародную любовь заслужила оператив­ная деятельность писателей - военных корреспондентов. Ленинградские дневники Николая Тихонова, «Наука ненависти» Михаила Шолохова, сталинградские очер­ки Василия Гроссмана, «Письма к товари­щу» Бориса Горбатова были литературой народа-воина. Рассказывая о партизанском движении в глубоком тылу врага или трудовом вдох­новенни советских людей в тылу нашей Родины, очерки военных лет отвечали на вопросы, поставленные самой жизнью. Послевоенная мирная деятельность совет­ского народа выдвинула перед писателями­очеркистами новые, еще более сложные задачи. Никогда еще не были так зримы черты коммунизма. Никогда еще не было так ощутимо стирание граней между трудом физическим и умственным. Никогда еще не шли так бурно процессы уничтожения противоположности между городом и де­ревней. Великая роль советского народа­знаменосца мира в борьбе за мир и демо­кратию - никогда еще не была так оче­видна. В эпоху, когда сотни миллионов людей на земле ведут борьбу за социа­лизм, неоценима роль художественного очерка, своевременно улавливающего опыт труда и творчества, распространяющего пример трудового и научного подвига, вос­питывающего читателя в духе коммунизма. Как же обстопт дело с послевоенным очерком? Как своевременно и глубоко на­ходят наши писатели новые явления в жизни рабочего класса, колхозного янства и советской интеллигенции? Было бы певерно недооценивать извест­ные достижения очерка в послевоенные годы. С благодарностью принял читатель пуб­лицистически-страстное изображение кар­тины послевоенного мира - отчет перед народом о зарубежных внечатлениях в пу­тевых записках И. Эренбурга, II. Павлен­ко, В. Василевской, С. Герасимова. Значительных успехов достиг в после­военные годы очерк на темы социалисти­ческого сельского хозяйства. «Рассказы разных лет» Алексея Колосова, «Человек в степи» В. Фоменко, очерки Г. Николае­вой, С. Антонова, ИI. Рябова, В. Величко, E. Дороша, К. Львовой и многих других помогают народу увидеть и понять красо­ту подвига нашего колхозного крестьян­ства, которое, до конца осознав всепобеж­дающую мощь сопиалистического земледе­лия, каждый год увеличивает урожаи и в то же время преобразует природу страны. Однако в нашей живии такое много­образие нового, что достижения очерковой ＿

Цена 40 коп.

№ 60 (2651)

АНГЛИЯ письмо шона о кейси Накануне открытия Всеанглийской кон­ференции сторонников мира известный ирландский драматург Шон 0 Кейси при­слал письмо Английскому комитету защи­ты мира. Выражая сожаление, что он не сможет присутствовать на конференции, Шон О Кейси пишет: «Я не встречал ни одного человека, который хочет войны. Но есть тип по фамилии Черчилль, который, повидимому, считает, что война была бы неплохой вещью. Это была бы скверная штука. Долой войну, выгодную спекулян­там». индонезия и В ГОРОДАХ селах страны В городах и селах Индонезии с большим B числе подписавших Воззвание 64оезийской республики Ас­сат, мишистр информации республиканско­венный деятель Чоа Сик-инь, профессор университета Сардьито, руководитель проф­союза железнодорожников Судерсано. успехом проводится сбор подписей под СтокгольмскимВоззванием.Поддерживая призыв к миру, индонезийцы решительно протестуют против интервенции амери­канских поджигателей в Корее. дело».Один из руководителей индонезийской рабочей партии, член парламента, инже­нер Сукарни со страниц газеты «Кедьюа­латан ракят» призывал индонезийцев под­писаться под обращением Постоянного Комитета и выразить симпатии народу Кореи, мужественно борющемуся за свою свободу. АВСТРИЯ в корее Движение протеста против американ­ской агрессии в Корее, развернувшееся по всей страше, встречает преследования со стороны властей. На-днях венская полиция арестовала стужащего Руша в момент, когда он пи­сал на мостовой лозунг, призывающий к прекращению американской агрессии Корее. Арестованный был передан в рас­поряжение американской разведки «Си­Ай-Си». Однако, несмотря на репрессии, подобные лозунги каждое утро появляют­ся на домах и мостовых Вены. По ука­занию американцев, австрийская полипия поручает замазывать эти надпси спе­циальным командам. которые19июля в Вене состоялась демонстра­ция, организованная борцами за мир. Де­монстранты несли плакаты с надписями: «Сегодня Корея, завтра Австрия?» «Руки прочь от Кореи!» «Подписывайте Воззва­ние против атомной бомбы!» На одной улице американского сектора Вены полицейские разбили витрикы, за которыми были вывешены Воззвания в защиту мира. 

Знайте презренные имена врагов мира во Франции! Клод МОРГАН  До начала кампании сбора подписей под Стокгольмским Воззванием работа врагов мира была сравнительно легкой. Их газеты (а большинство газет Франции принадле­жит врагам мира) и радио (которое лжет так же, как лгал парижский передатчик, немпев) попросту замалчивали движение сторопниковмира. Но успех кампании по сбору подписей положил конец этому заговору молчания. Как могут они молчать, когда под Воззва­нием поднисывается большинство населе­ния многих деревень и городов, когда в движение защиты мира включились муни­ципальные советы, мэры, кюре? Все боль­ше священников и видных католиков, пос­лушных голосу совести и сердца, поддер­живают Стокгольмское Воззвание, еписко­ны и кардиналы Франции осуждают атом­ное оружие. И сразу от молчания вра враги мира пере­к волчьему вою. Вся милитаристская пресса - от «Фигаро» до «Попюлер», от «Об» до «Эпок», от «Фран-тирер» до «Орор» наполнена криками ярости, испу­скаемыми врагами мира. Весь мир должество знать презренные имена врагов мира во Франции. Франсуа Мориак истерично обрушивает­ся на служителей церкви, которые пошли навстречу требованиям реальной обстанов­ки и посчитались с движением сторонни­ков мира, вовлекающим в последнее вре­мя и религиозные круги. От прежнего Мориака не осталось и следа -- Мориака, «христианскую совесть» которого возмути­ла бомбардировка Герники, Мориака, кото­рый во время движения Сопротивления следил по карте за успехами Красной Ар­мии, ибо от нее зависела судьба всех бодных людей. Сегодня он стоит за атомную бомбу и за массовое упичтожение населения. Фран­суа Мориак заодно с военными преступни­ками и, подобно де Голлю, говорит, что атомная бомба необходима, дабы покончить с созидательным трудом Советского Союза. Он дошел до такой низости, что призыва­ст, как в свое время призывал организатор архиреакционной групнировки Аксьон Франсез Шарль Моррас, к убийству вождей коммунистической партии Франции. II эта низость души привела его к литературному бесплодию, подобному бесплодию другого бывшего писателя-ренегата Андрэ Мальро. Господин Этьен Бори, редактор газеты «Об», также является подающим надежды убийцей. Он написал: «Жизнь возрождает­ся скорее на почве, опустошенной атомной бомбой, чем свобода на родине, разорен­пой «тоталитаризмом». Когда господин Бори говорит о свободе то необходимо учесть: речь ни в коей мере не идет о свободе, столь драгоценной для каждого человека, - свободе жить своим трудом и развивать свои способности; речь идет только о капиталистической свободе - сво­боде эксплоатировать ближнего. Только она одна может интересовать господ нодобного рода, краспоречиво провозглашающих «не­зыблемые права личности», по приветству­ющих избиение рабочих отрядами респуб­ликанской безопасности - этими француз­скими последователями эсэсовцев. В пере­на простой язык это означает: «Луч­ше атомная бомба, которая уничтожит миллионы мужчин, женщин и детей, чем конец капиталистического строя». Характерно, что эти люди не верят в возможность развития своето собственного строя. Они боятся, что мирное сосущест­двух систем - социализма и ка­питализма -- неизбежно приведет к пора­жению капиталистической системы. И поэтому они --- за атомную бомбу. Им сле­довало бы подумать над словами, которые произнес Илья Эрепбург в Стокгольме от имени советской делегации: «…будущее вы не остановите сверхбомбами. Вы спо­да, - сказал великий датский писа­тель, - можно сравнить с чиновниками, которые видят свое призвание и свой за­работок в управлении пародом на пользу своих хозяев». В капиталистическом об­ществе их задача-задержка хода истории. выНечего скрывать, что среди некоторой части писателей очень трудно собрать под­писи под Стокгольмским Воззванием, кото­имеет колоссальный успех среди боль­шинства населения и способствует вклю­чению в борьбу за мир множества арти­стов, людей науки, педагогов. Это объяс­няется тем, что буржуазные писатели в большинстве принадлежат к тому сорту людей умственного труда, определение ко­торым дал Нексе. Не так-то просто выйти из этой колеи. одном доме я ходил по квартирам; поджигателейтажителей дома подписалось под писателей. Один из них имя которого я не назову, так как он, возможно, изменит мнение, посоветовавшись со своей сове­стью, сказал мне: «Это не мое Другой заявил: «Я не хочу, чтобы това­рищи насмехались надо мной» (он являет­ся членом одной академии). Доржелес телефону ответил мне, что не знает ни о каком Стокгольмском Воззвании, но это была только увертка. Когда мы познако­мили нисателя с обращением, он отказался подписаться. Стараясь объяснить свой от­каз, он привел жалкие доводы. Понятно, автору «Деревянных крестов» - книги, написанной против войны сразу после рез­ни 1914-1918 годов, не легко признать­ся в том, что он согласен сегодня с под­жигателями ужасной атомной бойни. Таковы последствия приверженности ан­тикоммунизму. иногда думаю о влюб­тенных в свой покой писателях, к кото­рым еще не обращались с призывом под­писать Стокгольмское Воззвание и которые каждый раз, когда раздается телефонный звонок или стук в дверь, со страхом спра­шивают себя - не попросят ли их при­соединиться к требованию запретить атом­ное оружие, занять четкую позицию. За исключением Пьера Бенуа (он под­писал Воззвание без колебания, заметив следующее: «Я совершенно не понимаю, как можно отказаться подписать это Воз­звание»), нескольких молодых литерато­ров, а также писателей менее известных, большая часть представителей буржуазной литературы еще не поднисала Стокгольм­ское обращение. Конечно, и другие известные писатели присоединятся к прогрессивным деятелям, коммунистам и беспартийным, подписали Воззвание. Разъяснительная ра­бота только началась. Во Франции, как и во всех странах ста­рого капиталистического мира, - я не го­ворю о новом, лучезарном мире, свободном от эксплоататоров и торговцев смертью, каким является вашмир, - происходит широкое объединение честных людей всех мнений, всех религий, готовых совместно бороться за мир. Объединение это произой­дет и уже происходит по Стокгольмскому призыву в таком широком масштабе, что опо охватит и многих из тех, кто сегодня еще колеблется, но кто не хочет, чтобы его принимали за преступника. Сторонники мира широко откроют объя­тия и тем, кто явится в последний час, ибо к лагерю мира присоединиться никог­да не поздно. А действия, цель которых разоблачить перед лицом общественного мнения сторонников применения атомной бомбы, помогут этому объединению. И только детоубийцы, высказывающиеся за бомбу, за всемирную резню, сами себя исключат из национального единения. труПАРИЖ

собны только причинить огромный ущерб всей человеческой цивилизации. Если действительно убеждены в правоте ваших идей, почему вы не хотите убрать бомбы и сверхбомбы? Вы должны доказать жиз-рое ненность канитализма вашим трудом, а не угрозами». Истина заключается в том, что они не верят более в правоту своего дела. Они яростно дерутся, отступая шаг за шагом. Они потеряли чувства чести, националь­ного достоинства, все человеческое. Разоб­лачая этих преступников, сторонники ми­ра осуществляют общественное оздоровле­ние, либо помогают честным, по наивнымВ людям увидеть приспешников войны в настоящем свете, чтобы затем с ужасом от них отвернуться. И господин Габель из газеты «Круа» тоже встал на сторону убийц. Его нахаль­и лживый апломб напоминают перлы гитлеровской пропаганды. «Самым серьезным покушением на мир, - рассуждает господин Габель,яв­ляется эта махинация, называемая Сток­гольмским Воззванием, это насилие над со­вестью и свободой людей… Вопрос упро­щают до крайности. Внимание отвлекается от настоящих проблем и настоящей опасно­сти. Мир делят на поджигателей войны и на сторонников мира». Какой страх сквозит в этой последней фразе! Господа габели думают безнаказан­но продолжать свои подлые маневры, меч­сво-тают посадить нашу страну на цепь аме­риканского империализма и втянуть ее в агрессивную войну против Советского Сою­за, сохранив при этом выражение честно­сти на лице. Стокгольмское Воззвание де­лает этот вопрос ясным и понятным для каждого. Оно обязывает каждого мужчину и каждую женщину открыто заявить своем отношении к войне и миру. Это - обращение к совести и сердцу каждого. Оно вынуждает и поджигателей войны, вроде Мориака, Борна и Габеля, показать свое настоящее лицо, лицо детоубийц. ИI вот свет, который бросает на весь мир Сток­гольмское Воззвание, господин Габель на­зывает «насилием пад совестью». Правые социалисты, разумеется, тоже не отстают. Их орган «Попюлер» занимает­ся ремеслом провокатора войны, как и газета «Фран-тирер», которая с такой же рабской покорностью повинуется приказам Вашингтона, идущим через Белград. Врагами мира является большая часть членов комиссии по инострапным делам Национального собрания. Ослепленные све­том из Стокгольма, они пытались произ­вести омерзительную диверсню, одобрив план Баруха, предусматривающий амери­канскую гегемонию над всем производством атомной энергии. К числу врагов мира принадлежат депутаты Ле Бай, Даниель Мейер и Виолет, которые в кулуарах пар­ламента признались, что они за атомную бомбу. Враг мира­главный редактор «Фигаро» Пьер Бриссон, предоставивший страницы своей газеты гитлеровскому ге­нералу фон Кольтицу и фашистскому па­лачу Скорцени, чтобы показать нам, что в новой войне можно сотрудничать и C этими «джентльменами». Сторонники мира должны доводить до сведения широких масс имена этих пре­ступников, для того чтобы каждая мать, каждая жена могли их проклинать. Паряду с откровенными убийцами су­ществует другой вид врагов мира, встре­чающийся в кругах интеллигенции и, частности, среди литераторов. Мартин Ан­дерсен Нексе дал им очень меткое опреде­ление. «Этих работников умственного

в греция пОдпОлье

Радиостанция «Свободная Греция» сооб­щает о том, что нелегальная деятельность борцов за мир в монархо-фашистской Греции принимает все больший размах. Подпольные комитеты сторонников мира в Афинах собрали тысячи поднисей под Стокгольмским Воззванием о запрещении атомного оружия. Все подписывавшиеся заявляли резкий протест против американской агрессии на Дальнем Востоке.

За последние дни в Афинах борцы против угрозы новой войны распростра­защиту нили 40 тысяч листовок в мира.

Советские ученые стоят за мир!  Все откровеннее и циничнее становят­ся слова и дела правителей Соединенных Штатов Америки - новоявленных претен­дентов на мировое господство, одержимых алчным чувством наживы на страданиях и бедствиях народов. Гарри Трумэн, подоб­олопьоупуовотскить ства миром». Ему вторит геперал Эйзен­хауэр, открыто объявивший на заседании комиссии по делам вооруженных сил пала­представителей: «Наша страна, будучи объединена, может господствовать над ми­ром». В гневном протесте против попытки разжечь повый всемирный военный пожар голоса советских ученых сливаются с го­лосами всего советского народа. Никогда еше не было столь отчетливо ясно, какую роль наука играет в зависи­мости от того, кто и для чего ею пользуется, каким целям служат достижения науки. Величайшее открытие новой физики, ко­торым владеет мир, - использование атом­ной энергии - в руках американских им­периалистов превращено в средство массо­вого уничтожения людей. Реакционные ученые - лакеи капитала заняты подсче­том возможных прибылей от военного при­менения атомной энергии. Они озабочены проблемой, во сколько следует оценить атомную бомбу, если исходить из стоимо­сти объектов, которые она может разру­шить. Математические выкладки дают ог­ромную сумму, и холопы империализма хладнокровно заключают: военное примене­ние атомной энергии выгоднее мирного… ского поезда. Аппаратура некоторых хими­ческих заводов работает под давлением, многократно превышающим режимы давле­ния, которые еще не столь давно счита­лись предельными. Многие десятки научно-исследователь­ских институтов и сотни конструкторов постоянно заняты у нас созданием новых совершенных механизмов. технический прогресс ярко прояв­ляется и в применении автоматики для управления агрегатами и при контроле ка­чества продукции. От отдельных автомати­ческих станков мы перешли к автоматиза­ции целых участков, цехов и целых пред­приятий. Советским металлургам удалось достиг­нуть таких коэфициентов использования мощных металлургических агрегатов. ка­ких не знает капиталистический мир. Ос­воено производство сплавов, обладаюших значительной стойкостью. Изготовленные из них детали работают при высоких тем­пературах, не подвергаясь коррозии при соприкосновении с продуктами сгорания топлива и другими разъедающими газами. Все это создают советские ученые в тесном общении с людьми практики для жизни и счастья своего народа. Советские ученые стоят за мир. Военная агрессия органически чужда нашему миро­любивому, творческому народу. Никто из нас, людей науки, не может сейчас стоять в стороне от борьбы за мир, не может до­пустить, чтобы плоды его творческих уси­лий служили смерти, а не жизни. Академик Н. ГУДЦОВ производим выделение металлов из солей, электрорафинировку, плавку и сварку ме­таллов и сплавов, механическую и терми­ческую обработки металлов, очистку газов. Больших достижений добился наш ин­ститут в разработке вопросов теории ме­таллургических процессов: химических и физических.Мы проверяем существующиеНаш гипотезы и открываем законы природы, управляющие процессами, происходящими в металлах и сплавах при самых разнооб­разных условиях промышленного производ­ства и научного исследования, разрабаты­ваем методы контроля и испытания метал­лургического сырья и продукции по всему металлургическому циклу­вплоть до вы­пуска готовых изделий. Наша страна вступила в эпоху высоких скоростей. Это относится к химическим и металлургическим заводам, к предприятиям машиностроения, к социалистическим строй­кам. Скоростные плавки в мартеновских печах стали повседневным явлением на таких предприятиях, как московский за­вод «Серп и молот», Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты, «Азовсталь» и др. Ленинградец Борткевич, москвичи Быков и Угольков, тысячи дру­гих рабочих-поваторов достигли скорости обработки металла свыше тысячи метров в минуту. А ведь еще недавно скорости, в десять раз меньшие, считались рекордными. На современном отечественном тонколисто­вом прокатном стане лист металла выходит из последней клети со скоростью курьер­Но передовые, прогрессивные деятели науки противостоят апостолам империализ­ма так же непримиримо, как свет - тьме. Наша советская наука потому и является передовой, что она служит счастью наро­да, прогрессу человечества. Самым гуманным целям призвана у нас и атомная энергия. «Мы постави­ли атомную энергию на выполнение вели­ких задач мирного строительства, мы хо­тим поставить атомную энергию на то, чтобы взрывать горы, менять течение рек, орошать пустыни, прокладывать новые и новые линии жизни там, где редко ступала человеческая нога». Эти слова министра иностранных дел СССР академика A. Я. Вышинского прозвучали на весь мир в те дни, когда психоз атомной войны был воз­веден в Америке на уровень государствен­пой доктрины. День за днем, месяц за месяцем мы на­стойчиво и вдохновенно трудимся. В на­ших учебных заведениях многие сотни тысяч юношей и девушек овладевают вы­сотами науки. Плоды всенародного труда мы видим и в цифрах стахановских рекор­дов, и в сообщениях о перевыполнении плапов, во всей нашей повседневной жиз­ни. И в каждом новом факте нашего про­движения к коммунизму имеется доля твор­ческого труда советских ученых. Работы крупного народнохозяйственного значения ведутся и в нашем Институте металлургии Академии наук СССР. Недав­но в пем скопструирован оригинальный прибор для изучения строения и свойств металлов, нагретых электрическим током в

Произведения очерковой литературы, выходящие в областях и республиках, ред­ко находят оценку на страницах всесоюз­ных журналов. Очерк - большая литература. Писате­лям следует не жалеть творческих усилий и вдохновения, чтобы делать каждый очерк произведением подлинно большой литературы и по идейности­и по зрелости художественного мастерства. Помочь очерку занять подобающее ме­сто в нашей литературе -- прямой и не-ты отложный долг писательских организаций, издательств, редакций журналов и газет.



мирмухсин

ТАК ГОВОРЮ Я, СТАВЯ ПОДПИСЬ Стропила счастья мной возведены. Я славлю труд, народов единенье, Мне нужен мир. Я не хочу войны, Кровопролитья, горя, разрушенья! Я мира требую. Он мне важней всего. Оп нужен был всегда. он нужен мне и ныне. Моя Москва­вот главный штаб его! Моя Отчизна - бот его твердыня! Да здравствует советская земля, Борьбы за мир бойцы и командиры, Могучий стяг московского Кремля И мудрый Сталин знаменосец мира! Перевел с узбекского А. безыменский Мой голос тверд. Престы мои слова. Да здравствуют бойцы и командиры Борьбы за мир! Да здравствуют Москва И мудрый Сталин - знаменосец мира! Я ставлю буквы подписи моей. В ней - мой приказ, могучий, точный, сжатый. Я - воля всех трудящихся людей, Я - всех народов пламенный глашатай. Мне нужен мир. Но страха нет во мне! Коль враг придет, я ринусь в битву смело, И если я логибну на войне, То только, как Матросов и Гастелло!