НЕСКОЛЬКО Сколько может работать токарный ста­пок без капитального ремонта? Еще в начале прошлого года техниче­ские справочники утверждали: 3-4 года. А справочники последнего выпуска приво­дят уже повые показатели: 10--15 лет. Что дало основание так резко увеличить межремонтный цикл оборулования? Какое­либо выдающееся изобретение пли корен­ные изменения в конструкции станков? Нет, ничего такого не произошло. Широ­кое, с каждым днем растушее движение стахановцев, борюшихся за высокую куль­туру эксплоатации оборудования, за дол­голетие станков, сломало старые нормы и утверждает повые. Лично я за последние пять лет выпол­нил на своем станке без капитального ре­монта 19 годовых порм. это нисколько не отразилось на станке. Он сейчас в хоро­шем состоянин. Несколько дней пазад паш завод встал на вахту мира. И я взял обязательство выполнить еше пять годовых норм, не останавливая станок на капитальный ре­монт. не один. Уже на многих заводах стахановцы, как настоящие советские хо­зяева, создают новые прогрессивные нор­мы межремонтного цикла, добиваются не­виданного раньше долголетия станка. Хорошо ли это? Всякий скажет - хо­рошо. А вот мне кажется, что сделано еще далеко не все для культурной эксплоа­тации станка и продления его жизии. Больше того, я лично считаю, что сделанэ очень мало. И вот почему. Борьбу за долголетие стапков, за высо­кую культуру эксилоатации ведут стаха­новцы, не получая пока достаточной помо­щи от наших ученых-исследователей. А мы уже столкнулись с многими вопросами, ко­

Борис ЛАСКИН Дело Перед нами письмо, написанное круп­ным детским почерком. Письмо короткое, взволнованное. На конверте осторожная пометка - «секретно». Автор письма - московская пионерка обращается за помошью в редакцию. «В доме № 11, в квартире 8, по Треть­ей Мешанской улице проживает Тоня Го­робинская. нее четверо детей и муж, дядя Ваня, который жестоко избивает де­тей и жену. Четырехлетияя Верочка все времи избита до синяков. И вот недавно дядя Ваня напился водки, и он бил свою жену и детей в квартире, а потом они вы­скочили на улипу и ужасное было зрели­ше. Он, как зверь, кидался на жену и детей. Когда жильпы дома стали зашищать их, то он схватил нож и стал гоняться за всеми с ножом. Пришлось обратиться в 8-е отделение милинии, куда его отпра­вили, а потом обратно отпустпли, и он опять все начал сначала. Детей он бьет и трезвый. У него имеется плетка, и ен всегла порет их. Прошу принять Письмо страшное, беспрецедентное. Фак­ты, приведенные в нем, требовали про­верки. Дяля Ваня - Иван Михайлович Горо­бинский, шофер Бауманской конторы «Главутильсырье» - крайне удивился на­шему приходу, Он даже обиделся. Все это нахальная выдумка и кле­вета. Детей я не бью. Я их учу. Как го­ворится, воспитываю. Я человек тактич­ный… Вскоре жильцы дома, заполнившие двор, волнуясь и перебивая друг друга, познако­мили нас с методами «воспитательной ра­боты» Ивана Михайловича. В семье Горобинских четверо детей. Бо­ре - 11 лет, Наде - 9. Верочке - 4 и млалшей Оле - чуть больше года. Боря, Надя и Верочка -- дети Горобинской от первого брака. Итак, младшая «своя», а те трое «чужие». Жестокие побои и угрозы сделали жизнь детей совершенно невыносимой. Воспользовавшись отсутствием жены, Го­робинский нелавно избил до потери созна­ния четырехлетнего ребенка. Заплаканная. с разбитым ябом. Верочка на вопросы ма­тери и соседей: «Кто тебя так?» - робко отвечала: «Это я сама, я на кочережку на­ступила». Только путем длительных рас­спрогов удалось установить, что отеп за­претил ей жаловаться: «Если матери сло­во скажешь, хуже будет!» Издевательства и побои Горобинский превратил в некую систему. Для распразы с детьми он смастерил увесистую плетку. скромно названную им «пужалом». Одна из женшин вынесла нам это позорное во­шественное доказательство, которое кому­то из соседей с трудом удалось вырвать из рук разбушевавшегося «воспитателя», Мы увидели плетку-треххвостку, вырезанную из приводного ремня. Довеленная до отчаяния, Антонина Степа­новна Горобинская не раз пыталась обра­зумить мужа. Каждая такая попытка при­водила к тому, что ей с грудным ребенком приходилось почевать у соседей. Па Горобинского боялись жаловаться. Сфера его действий вышла за пределы квартиры. Он тероризировал весь дом. Теперь нам становится понятной причи­на, по которой на письме сделана припис­ка «секретно», Понятно, почему девач­ва побоялась полностью подписаться под своим письмом. Подростку можно простить эту паивную осторожность. Но как могло случиться, что в большем московском доме но нашлось человека, движимого чувством гражданского долга, который по попытался бы воздействовать на этого урода в советской семье? Кто-то из жильнов дома в разговоре с нами пытался объяснить зверское отноше­ние Горобинского детям тем, что, де­скать, они ему не родные. Они - чужие. Наша жизнь, весь ее строй, множество примеров из нашей действительности убеждают в том, что слова «чужой» при­менительно к детям у нас не существует. 

Монумент Победы ЕРЕВАН. (Наш корр.). Широкий, кра­сивый проспект Сталяна - центральная м магистраль столицы Армении. Строй­ные ряды домов, сады. В перспекти­ве -- зеленый пояс канакерского плато. Когда-то канакерское плато было самым неприглядным местом Еревана: голые кам­на, сухая земля, опаленная жарким, южным солнцем. Но вот несколько лет назад тру­дящиеся армянской столицы решили преоб­разовать эту местность. Были посажены первые деревья. Вскоре плато ожило. Вме­сто паляших ветров оттуда повеяло про­хладой. Сейчас на канакерском плато среди зеле­ни поднимаются высокие леса. Через не­сколько месяцев, в ноябре 1950 года, в дни, когда трудяшиеся Армении отметят тридцатилетие своей республики, леса сни­мут, и взору откроется монумент Победы, символизирующий безграничную благодар­ность армянского народа великому вождю­товаришу Сталину. Монумент (автор архитектор Р. Иераз­лян) стоит у бровки плато. Он виден со всех концов города, и весь город отсюда. как на ладони. Ереванский туф послужил основным строительным материалом. Он придает всему сооружению особенную кра­соту и прочность. Высота постамента - 33 метра, он имеет форму большого четы­рехугольника, плошадь которого равна трем тысячам кв. метров Вокруг постамента, в нижней его ча­сти, - каменные кронштейчы, на ко­торых изображены знаки родов войск Со­ветской Армии. Здесь же ниши для знамен, которые будут украшать монумент в празд­ничные дни. Внутри сооружения - центральный ве­стибюль, а вокруг него -- три зала. Здесь будет размещен музей. Из вестибюля лест­ницы ведут вверх, к галлерее. Отсюда мож­но будет выйти на угловые башни для обо­зрения местности. Все сооружение увенчается скульптурной фигурой товариша Сталина, работы скульп­тора С. Меркурова. «Высота ее-16,5 метра. Уже завершено строительство постамента и начаты работы по монтажу скульптурной фигуры. Разработана специальная система освещения монумента. Монумент Победы будет лучшим архи тектурным памятником Еревана.

ВОПРОСОВ Б. КУЛАГИН, токарь завода шлифовальных станков 

УЧЕНЫМ бует, чтобы эта нагрузка равномерно рас­пределялась на его рабочие части. Стаха­новпы с помощью простейших средств так называемой малой механизации ста­раются уравновесить силы, действующие в станке, и переключать в процессе рабэ­ты напряжение с одних механизмов на другие. Много нового, интересного, умного придумали цеховые рациопализаторы. Се­рьезное изучение этого стахановского творчества учеными и конструкторами подскажет далеко идущие выводы, на ос­нове которых можно будет создавать более производительные и жизнестойкле станал. Я ставлю эти вопросы потому. что их ставит жизнь, потому, что от своевремен­ного решения этих вопросов зависит дол­голетие оборудования. Хочется, чтобы наша научная общест­мною вепность ответила на поставленные мною вопросы. Они ведь волпуют большую ар­мию машиностроителей. ОТ РЕДАКЦИИ: Автор публикуемого выше письма токарь Московского заво­да шлифовальных станков Борис Кула­гин - один из зачинателей движе­ния стахановцев, борющихся за долго­летпе станка. Это движение получило широкое распространение, имеет мно­гих последователей на предприятиях всей сграны. Выдвигая перед учеными важную проблему большого народнохозяйствен­ного значения, тов. Кулагин исходит из своего опыта многолетней вдумчи­вой работы, глубокого изучения режи­мов эксплоатации станка. В пелях бо­лее близкого ознакомления читателя с работой товарища Кулагина редакция ниже публикует очерк «Чудесное дол­голетие».

семейное Дети испанских республиканпев, пав­ших в боях за свободу под Уэской, стади родными в советской семье. Наши дети, потерявшие родителей в годы Отечественной войны, нашли приют и ласку в семьях советских людей, бота­тых душевной добротой. В нашей стране, идущей в авангарло борцов за мир, Заб та о счастье детей стала государствен заботой, заботой коммунистической парти заботой всего народа. II понятна с вость, с какой осуждает общество тех, ки позорит высокое имя отца. В том, что происходит в семье Горобин­ских, виноват но только глава семьи, недоразумению называющийся отцом, Ви. новаты и те, кто своим безучастным отно­шением обрекли детей на страдания. Бытует у нас еше кое у кого, к сож­лению, «теория» невмешательства в так называемые семейные дела. Когда о возмутительном поведении Г­робинекого сообшили участковому уполно­меры».моченному, младшему лейтенанту мил ции К. В. Шавырину, он, бегло оцениз обстановку. меланхолически определил: «Дело семейное». B 89-м отделении милиции (которое кстати сказать, помешается на той Третьей Мешанской, в трех минутах ходь­бы от дома № 11) нас встретили весьма любезно. Начальник отлеления капитан милиции II. II. Гурков на наш вопрос Горобинском пожал плечами: -Горобинский?… Иван Михайлович? Первый раз слышу. Пришлось напомнить, что в мае этого года Горобинский привлекался в 89-ео­деление милиции. -Говорите -- привлекался? Сейчас проверим. Дежурный принес «Книгу регистрации доставляемых в 89-е отделение милиции за нарушение общественного порядка», Начальник перелистал страницы. Да, дей­ствительпо, 20 мая в 9 часов вечера был доставлен гражданин Горобинский И. М. Ну, и что же было дальше? Сделали предупреждение. А потом? А потом отпустили. Мы просматриваем запись в книге: «доставлен в 9 часов, отпущен в 9 часов 10 минут». Таким образом, понадобилось всего 10 минут, чтобы покончить з этим делом. Не разобраться, не принять срочные меры, а именно покончить, Формально. С полным равнодушием. По-казенному. Знаете, - говорит пачальник, - ко­нечно, имеют еще место иногда подобныю явления. Вот был как-то случай. Прибетает женшина. Зовет на помошь. В соседней квартире, говорит, муж жену избивает. Послали мы человека. Тот приходит, в у них уже мир. Как говорят, дело семейное. Вметаваться не приходится!… Вспоминается давний юмористический рассказ. К постовому милиционеру подко­дит прохожий: «Товариш милиционер, обра­тите внимание, там беспорядок», И мили­пиопер с попстине олимпийским спокойст­вием отвечает: «Мы следим за порядком, гражланин. Беспорядок нас не касается». Этот скорее грустный, чем смешной рас­сказ невольно пришел на память во время беселы в 89-м отделении милипяя. Пи наш приход, ни дополнительные под­робности хулиганского поведения Горобин­ского не вызвали на лице у начальника ни заботы, ни тревоги. Позволительно будет спросить, почему пиоперку, написавшую письмо, задела до глубины души эта безобразная, уже долие время продолжающаяся история? Почему люди, которым государство поручило высо­коответственное дело зашиты общественно­го порядка, закрывают глаза на вопиющие, абсолютно нетерпимые в нашем обществе факты грубого нарушения этого порядка? То, что происходит в доме № 11 на Третьей Мешанской, не семейное дело. Пет. Это наше дело. И никто не имест права оставаться равнодушным!

торые не можем разрешить без помощи науки. Я назову лишь несколько таких вопросов. Всем известно, какое большое значение для продления жизни машины имеет смаз­ка: как нужно смазывать, чем смазывать, когда смазывать. Но в этом деле полный застой. И скорость резания мы увеличили и станки изменили, а смазка остается та­кой, какой была много лет назад. Неуже­ли нет ничего нового в этой области? Про­сто не верится, что может быть у нас та­кая отрасль техники, где за долгие годы не найдено ничего нового. Когда стахаповцы перешли на скорост­ные режимы резания, советские ученые крепко помогли пм. Они так улучшили качество твердых сплавов, что в нашей стране удалось добиться невиданных еще нигде темпов резания. Почему же ничего нового не предлагают нам ученые, рабо­тающие над проблемами смазки? Такое же положение п с охлаждающи­ми жидкостями. Сколько я помню, рабо­таем на одних и тех же эмульсиях, содовых растворах, Но мы слышали и читали, что наши ученые создали повые охлаждаю­щие жидкости с чудесным свойством: они уменьшают усплие резания, то-есть сни­жают рабочее напряжение станка. Где эти жидкости? Почему они не вышли еще за пределы лабораторий? Дайте нам их, и мы продлим сроки работы станков до капи­тального ремонта еще на несколько лет! Нагрузка на стапки у нас непрерывно увеличивается. Станок, как человек, трс-





Чудесное долголетие  Людмила УВАРОВА ускользнет от придирчивого взгляда. Это устранение малейшей царапины: в буту­щем она может разрастись и стать причиной ремонта. Это добросовестная смазка всех частей п деталей, пелая сп­стема смазки, изобретательной, умной, умелой. Это, наконец. - равномерная от­ладка, станка, спокойная остановка маши­ны, когда все детали ее четко, без рывков прекрашают работу. Пемпогословный и сдержанный по при­роде, токарь Кудагнв, говоря об этом, ни-

Впервые эта мысль пришла ему в гэ­лову в то время, когда он ехал домой с войны. Вспыхивали и гасли искры, летевшие от паровоза, деревья догоняли друг друга, солнце горело в озере, заросшем кувшан­ками… А в купе поезда, мчавшегося от войны к миру, солдаты говорили о том, что ждет их, - о семье и доме. о при­вычном, мирном труде. Лежа на полке, вчерашний солдат Кулагин вновь и вновь представлял себе знакомый пролет цеха. Он думал о том, что ждет его па за­воде. Станки, наверное, поизносились, да и весь инструмент, падо думать, не стал повей. Беречь надо станки. Неполных пять лет пропло с той по­ры, как токарь Кулагин вернулся к себе на завод шлифовальных станков. Все эти годы он проделжал работать на одном и том же крупном токарно-випторезном станке № 71 и выполнил девятиад­цать годовых порм. В цехах появлялись все новые и повые машины. Конструкторы продолжали совер­шенствовать их. Страна в небывало ко­роткие сроки преодолевала последствия войны. Появилясь стапки, которые позво­ляли рабочему резать металл со скоростью до 1000 метров в минуту, станкл­автоматы, совершавшие за человека весь производственный цикл, целые автомати­зированные липии. Однако, когда Кулагину предлагали но­вые, последнего выпуска машины, оп нс­изменно отказывался: - Зачем? У меня совсем еще хороший станок. Кулагин не хотел расставаться со сво­им первым послевоенпым станком, о ко­тором мечтал по дороге домой. Это стало делом его личной, рабочей чести - снять со старого станка столько же продукции и такого же качества, как с пового. Есть законы техники, которые издавна принято считать незыблемыми. Так, па­пример, полагали, что в течение пяти лет токарный станок должен, кроме капиталь­ного ремонта, пройти текущий и средний и сверх того несколько профилактик так называются просмотр, чистка и промывка узлов станка. Токарь Кулагип решил опровергнуть это правило. Его станок, выполнивший за неполное пятилетие 19 годовых норм, ви на один день не останавливался на ре­монт - ни на средний, ни на текущий, ни на капитальный. Стахановец добился того, что станок его, «постарев» на че­тыре с половиной года, успел прожить вчетверо больше. Кулагина часто спрашивают: - Как вы добились продления жизни станка? Почему эта мысль пришла вам в голову? - Наши станки заслуживают внима­ния и заботы, - отвечает Кулагин. Су­дите сами, с каждым годом они обрабаты­вают все больше и больше металла. даже самый отличный уход за станком - да­леко еше пе полная плата за его работу… Что такое отличный уход? Это уборка рабочего места, внимательная, кропотли­вая, когда ни одна стружка, случайно царапнувшая поверхность станины,

Новый облик заводов

…Чем быстрее, чем стремительнее бе­жит человек, тем спльнее устает его серд­це. Базалось бы, спортсмены - футболи­сты, бегуны, копькобежцы - должны бы­стрее выходить из строя. Па деле полу­чается иное: благедаря правильному ухо­ду, равномерному и точно соблюдаемому режиму спортсмен дольше сохраняет здо­ровье и силы. Так или примерно так токарь Кулагин разъясняет молодым рабочим принцип ухода за станком. в этом образном сравнении, которое кажется искусствен­ным на первый взгляд, есть очень много верпого, точно подмеченного. Действитель­но, долголетие кулагинского станка воз­растает вместе со скоростью его работы. Советские рабочие-скоростники люди. государственно мысляшие, с присущим им новым, коммунистическим отношением к труду, на всех предприятиях страны ведут борьбу за долголетие машин. На весь Союз прославилась молодая ра­ботница Уральского автозавода пмени Сталина Нина Назарова. предложившая закрепить за рабочими и передать им обо­рудование на социалистическую сохран­ность, чтобы обеспечить долголетие стан­ков. Механик теплохода «Чкалов» Бурла­ков удостоен Сталинской премип за экс­плоатапию механизмов в течение четырех навигаций без заводекого ремонта. Ком­плексная бригада высокого качества стаха­новца Филиппова на Московском машино­строительном заводе обеспечила гарантий­ный срок работы станков без ремонта в те­чение года вместо 6-8 месяцев. Можно привести десятки и десятки имен новато­ров, которые и в промышленности и в сельском хозяйстве борются за продление жизни п отличную работу орудий произ­водства. Увеличение межремонтного перпода на московских предприятиях лишь на один месяц равносильно дополнительному вво­ду в эксплоатацию свыше 15 тысяч агре­гатов и сокращению расходов по ремон­ту на полмиллиарла рублей. Это всего лишь за один месяп! Можно совсем просто, так, как это де­лает Борис Кулагин, определить причины возникшего и аспространяющегося сей­час по стране движения. Это - широчай­шеевнедрение новой техники, совпадаю­щее с неустанной борьбой за повышение производительности труда. Это -- забота своем цехе, о своем заводе, мысли о могу­шествеи процветании своей великой Роли­ны, к которой устремлены надежды всех борпов за мир. Бывший солдат гвардееп Борис Кулагин, закончивший войну под Прагой, хорошо сознает, что мир можно отстоять только во всенародном сплочении, в труде и борьбе за правое дело. И не случайно в эти июль­ские дни, когла весь завод встал па вахту мира, токарь Кулагин, одним из первых по­ставив свою подпись под Стокгольмским Воззванием, обязался давать до 500 про­пентов пормы. Это слово рабочего челове­ка, как и обязательства миллионов, несу­ших свою трудовую вахту,- верный залог доблестной борьбы советских людей за мир во всем мире.

Мы идем по аллее больчого сквера. Зе­левые кроны молодых тополей в лап укры­вают нас от лучей палящего солаца. По­всюду на клумбах голубовато-васильковые лобелии, нежная бархатка, белые петуньи, табак. астры, Это один из двенадцати скверов, разби­тых на территории завода «Красное Сор­мово» имени А. А. Жданова. В пяти изних бьют фонтаны. За короткий срок помощью общественности завода было вы­сажено около 5.000 различных деревьев, более 13.000 кустов акации, сирени жи­молости. Заводская оранжерея вырастила сто тысяч корней цветочной рассады, я вся она уже высажена в клумбы газонов, обрамляюших здания цехов. Общая плошаль, занятая теперь под зе­леные насаждения, превышает десять гек­таров. Только в прошлом и текушем году завод израсхоловал на озеленевие своей территории около полумиллиона рублей. Всемв работами по зеленому строитель­ству на заводе оуководит текник-садовних Б. Теплицкий. Раньше он был рабочим. После войны вместе с другими раболими его послали учиться в школу зеленого строительства, И вот рабочий стал завод­ским садовником. В прошлом году на многих заводах г. Горького появились новые профессии: агроном по озаленению, техник-садовник, пветовод. На автозаводе имени В М Молотова есть и свой агровом, и техник­садовник, и специалист по пветам. Весной вынешнего года на терряторив завода по­сажено до 2.000 деревьев 30.000 кустов акаций. Да и не только на сормовском и горь­ковском заводах появились специалисты по зеленому строительству. На заводе «Красная Этна» тоже работает агроном. Там в этом году посажено 100О лип, то­полей и кленов, до 4 тысяч кустов акаций, г. ГОРЬКИИ Вик. МОНАСТЫРСКИЙ

Б. ҚУЛАГИН

когда не скажет о главном - сокровенном и задушевном, что владело им, когда он начал борьбу за продление жизни станка. Ведь для этого требовалось не только уме­ние использовать все его возможности. Пужны были глубокая хозяйская любовь к своему делу, стремление поднять свое мастерство на новую высоту, сознание важности и ценности своей работы - все то, чем определяется подлинно комм у­иистическое отношение к труду. …Шли недели, месяцы, годы. И вот уже токарь Кулагин достиг мирового ре­корда - 470 метров в минуту при реза­нии чугуна. Только за последний год он выполнил задание всей пятилетки. Впя­теро больше! Поистине можно задуматься, выдержит ли станок подобную нагрузку, справится ли с этим грузом лет, разом нахлынувших на него? Еше недавно паходились люди, считав­шие, что скоростные методы работы­увеличенная подача и высокая скорость ре­зания - много раньше срока выведут из строя оборудование. Жизнь решительно опровергла эти опасения предельшиков. Станок Бориса Кулагина «чувствует» се­бя превосходно. Скоростное резание и дол­голстие станка не противоречат, а сопут­ствуют друг другу!

МуЗЕЙ­Это жиЗНЬ! Пикаких следов юбилея театра здесь нет. А между тем можно было бы найти в фондах портреты середины XVIII достать гравюры, изображаюшие русский театр того пли хотя бы более позднего времени. дать портреты сподвижников Федора Волкова. коних иМузей не собрал повых фонлов, не на­шел ничего, чтобы отразить юбилей театра. Это не только невнимание к юбилею, но и признак неправильной рабо­ты ярославского музея и его руководи­телей в Комитете по делам культурно­музеев,просветительных учреждений при Совете Министро РСФСР. друга. Похожи они рисунками, диаграмма­ми и макетами, а настояшие веши чаше всего оказываются в фондах музея: их не умеют выставить: то, что выставлено, не всегда интересно. Ярославле музей сделан узко, пеинте­ресно - он не ярославский, в нем нет отдела ярославской керамики, не собраны систематически фотографии ярославских зданий, не выделено народное искусство и нет людей Ярославля. Не пытайтесь искать следы театра и в Ярославеком областном художе­ственном музее. Этот музей расположен на берегу Волги, в злании конна XVII века, окруженном молодой рошей. Здание в хоро­шем виде, и так как гражданских сооруже­ний этой эпохи сохранилось очень немно­го, то само здание уже драгопенно. В му­зее представлены произведения русской живописи, скульптуры, графики, приклад­ного искусгтва, начиная с XIV века и до наших дпей. Здесь хорошая иконопись ярославских, московских и нижегородских мастеров, есть пенные картины Брюллова, Кипренского, Тропинина, Крамского. Лева­тана: много произведений советских худож­ников - столичных и местных. В театре им. Волкова, в одном из верх­залов, назодится театральный В музее есть маветы театральных постано­вок, есть документы о праздновании 150- летия русского театра, есть проекты памят­ника Федору Волкову, но эксповипия обновлена. Имея превосходных макетчиков, театр мог бы провести исслеловательскую работу и попытаться восстановить какую-нибудь из постановок волковского театра. Кроме случайных книг XVIII века можно было бы - и это нетрудно - достать статьн Дмитревского и Новикова о Федоре Вол­кове. В этих статьях есть описание реали­стической игры первого русского актера. В театральном музее можно было бы показать в гравюрах и рисунках театраль­ные костюмы XVIII века, напомнить омно­гих попытках группы Новикова создать народный театр, вспомнить о предшествен­нике Фонвизина - драматурге Лукине и провести таким образом демократическую линию русского театра, с самых своих вс­токов стремившегося к реализму. Ничего этого в музее нет. Прошедший юбилей -- это всепарод­ный русский праздник: это не 200-лет­ний юбилей Ярославского театра,- это 200-летний юбилей русского театра. обилеяНеудача ярославских музеев, их нежела­е принять участие в праздновани юбилея показывают, что музейная работы эдесь по живет еше обшей жизнью со страпой. Экспозиции делаются по-старпн­ка мы за последние десятилетия далеко ушли вперед: то, что лавно понято в лите­ратуре, в театре, в живописи, новое ошу­шение пстории, чувство новой гордости за свое прошлое - до мувеев еше не дошло. Музеи выглялят странипами из старых, по ошибке переизданных учебников исто­Падо не только пожалеть о том. что юбплей не был отмечен музеями, по и помочь музеям: обновить эвспозипию, боновить и оживить метод показа прошло­го и настояшего. века.узейная работа выпала из обшего пла­на. Отрана движется, музеи иногда стоят на месте. А межлу тем музей - это жизньг это место живого прошлого и живого насто яшего. Пастала пора для серьезного разговора музей.содержании экспозипий и структура краеврдческих музеев -- правильной, отве­чающей потребностям неизмеримо вырос­ших культурно советских людей. неоя статья не претендует на сколько­нибуль исчерпываюшее решение этого вопроса. Им должны заняться спепиали­сты, работники музеев, ученые, Но занять­сянезамедлительно. ЯРОСЛАВЛЬ

В. ШКЛОВСКИЙ, спепиальный корреспондент «Литературной газеты»

В древнем Ярославле недавно было отпраздновано двухсотлетие первого рус­ского театра -- театра имени Федора Вол­кова. музее нет масштаба современного строительства. У посетителей его создается ложное впечатление, что сегодняшний Ярославль производит только полотно, дитерские изделия, стандартные дома. Вот дом, сохранившийся со времен Екз­терины. Этокраеведческий музей. Здесь есть подлинные веши: старая русская набойка, пушки - современники Минина Пожарского, резьба, русская мебель. По все это сильно разбавлено довольно плохо псполненными картинами на исторические темы. Музейные работники Ярославля - самоотверженные, изобретательные люди, но, как и работники многих других они злоупотребляют макетами, За стекла­ми на фоно раскрашенных задников стоят чучела зайцев, волков среди деревьев ржи. В эти дни жители Ярославля и области ошутили особый интерес к великому про-В шлому города, к замечательному его на­стояшему. Радуешься трем маленьким чистеньким медвежатам, которые живыми попали в музей: все-таки это экспонат не традипи­онный. В отдельных залах-портреты Мичури­на, Докучаева, Вильямса, Лысенко, Но что сделали в Ярославекой области последова­тели Мичурина и Лысенко, не показано. Отдел современного Ярославля сделан нарядно, но неполно. В нем есть хорошие витрины, фотографии, боевые революпион­ные знамена. Злесь же можно посмотреть узкопленочный фильм, снятый на Рыбин­ском водохранилише работниками музея. Сама иниплатива эта очень пенна, но в фильме показаны птипы на повых берегах, рыболовепкие колхозы, и ничего не ска­зано об энергетическом значении водо­хранилиша. Музей показывает прошлое и настояшее, но показывать он должен все это на под­линных вещах, связанных с родным краем. В музеях должны быть отражены жизнь и история не только народа, но и той обла­сти, в которой находится музей. Между тем, акспозипии различных обла­стных музеев чрезвычайно похожи другна

 «ЧИ ТАЯ по следам выступлений «литературной газеты»

ДАЛЯ…»

Под таким заголовком в № 39 «Лите­ратурной газеты» был опубликован фелье­тон М. Матусовского, рассказывавший том, что вышедшая в издании «Молодой гвардии» книга С. К. Герасимова «У Ти­хого океана» изобилует «заимствования­ми» из книги Н. Михайлова «Земля рус­ская», из очерка Г. Ефремова, из работ Г. Гора, В. Лешкевича, A. Соловьева других авторов. В связи с этим фельетоном редакция получила письмо автора книги «У Тихого океана». С. К. Герасимов сообщает: «Из­дательство «Молодая гвардия» признало необходимым литературно доработать моюю рукопись и поручило это внештатному ре­дактору, писателю П. Лопатину, за что он получил половину авторского гонорара». По утверждению С. К. Герасимова, все за­имствования сделаны П. Лопатиным, на коего он и возлагает всю ответственность. Со своей стороны II. Лопатин подтверж-

дает, что им лично (?!) заимствовано не­сколько фраз из книги П. Михайлова и из очерка Г. Ефремова. В «Литературную газету» поступило также письмо директора и главного редак­тора издательства «Молодая гвардия», в котором отмечается, что «поступок автора C. К. Герасимова и редактора-литобработ­чика книги П. П. Лопатина обсуждался на заседании Главной редакнии издатель­ства» и что «вторая часть тиража книгп вышла в исправленном виле». Совершенно ясно. что ни одно пз упо­мянутых трех писем не может быть при­знано удовлетворительным. Следует напом­нить, что объем псправлений оказался ра­веп двум печатным листам, Спрашивает­ся, мог ли С. К. Герасимов, предоставив­ший П. И. Лопатину все свои материт­лы - газетные вырезки, выписки т. п, не заметить при подиисании книги к пе­чати двух печатных листов «запметвова­ний»? (Очевидпо, это могло иметь место только в том случае, если тов. Герасимов вообше не читал своей книги). Если II. Лопатин -- автор плагиата, то кто же,

в конпе конпов, авторвсей книги? С. К. Ге­расимов сетует на то, что он доверился рекомендованному издательством литобра­ботчику I. Лопатину. Выходит, что С. К. Ге­расимов, погнавшись за литературной сла­вой, охотно «купил» чужую работу, но не­годует на то, что покупка оказалась неулачной, педоброкачественной. Удивительнее всего, что «произведе­ние» С. К. Герасимова и П. Лопатина никто не ренензировал, читал его лишь заве­дуюший редакпией географической лите­ратуры A. Логинов. Пенормальность та­ких порядков очевидна. Тем поразитель-В ней равнодушие к этому случаю со сторо­ны издательства, под вывеской которого имела место порочная практика делания книг за авторов, да при этом еше нечисто­плотными руками. Падеемся, что изда­тельство «Молодая гвардия» вновь, на этот раз на должном припнипнальном уровне, рассмотрит дапное дело, разберет­ся до конца, кто же и в какой мере ви­новен в плагиате, и. главное, примет меры в устранению возможности повторе­ния в дальнейшем подобных фактов.

ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА 2 № 61