Акад, В. ОБРУЧЕВ Мысли в новом году Редко кто может, как я, оглянуться на более чем 60 лет деятельной жизни, вспомнить старые события и впечатления и сопоставить их с современностью. На моих глазах менялся облик городов, стран, менялась жизнь целых народов. Я начал свою геологическую работу в 1886 г., по окончании Горного института. Меня прикомандировали тогда в качестве аспиранта к строительству Закаспийской железной дороги. Изучая местность вдоль нее, я видел в маленьких оазисах у подножия Копет-дага и в дельте р. Мургаб старые глинобитные дома туземпев. За Аму-Дарьей железная дорога пере­секала земли Бухары; но бухарский эмир разрешил провести шайтан-арбу, т. е. чортову колесницу, к своей столице, поэ­тому станция была построена в 12 вер­стах от города. Улицы Бухары поразили меня. Немо­щеные, заваленные мусором, они были так узки, что для того, чтобы пропустить нашу арбу, пешеходам приходилось при­жиматься кстенам домов. Невероятная грязь, отсутетвие самых примитивных удобств и культурных навыков приводили развитию страшных, повальных болез­ней. Грамотность была редким явлением. ИсЕще раз посетить Среднюю Азию пришлось уже через 42 года, в 1928 году. Я приехал на третий Всесоюзный с езд геологов, который состоялся в Ташкенте, и вторично увидел Средиюю Азию - от Самарканда до Каспия. Но увидел ее уже сонершенно плой. За сутки до Ташкента поезд шел по сплошным оазисам. За окном мелькали пашни, баштаны, Фруктовые сады, вино­градпики. Из окна своего номера в гости­нице я видел широкую, обсаженную топо­лями, асфальтированную улицу, открытые трамван. Весь город утопал в зелени. Ме­ня поразило количество красивых, боль­ших зданий. На реке Чирчик строилась электро­станция. В школах и высших учебных заведениях училась узбекская молодежь. 0 прежнем напоминал только Старый город, т. е. та часть Ташкента, которая столетия существовала до революции. Там все было мне знакомо: узкие немощеные переулки, редкие женские фигуры в па­ранджах, темные торговые ряды. Все это как бы говорило о прежнем, как будто бы споциально существовало для сопоставле­Железная дорога шла за Аму-Дарьей че­большие пески. Все города вдоль нее имелиопейскийполько нацио­нальные костюмы части жителей - цвет­ные халаты, тюбетейки напоминали о том, что мы в Средпей Азии. Прошло еше 13 лет, В 1941 году мне пришлось побывать в столице Казахстана. Еще в первые годы после начала кол­лмадлабылагородом од­глинобитных и деревянных до­степени друг миков, до такой похожих на друга, что один трудно было отличить от другого. Во всем городе был только один фонарь - на базарной площади. Моще­ных улиц не было вовсе. В жаркую пого­ду центральные улицы топули в облаках пыли. После дожда глинистая почва размо­кала, с трудом вытиивали поги повиз-Сротпочтихо колен, вязкой грязи. дей. Сейчас большой, европейский город, весь залитый солицем, высится на склонах Тянь-Шаня, как сказочный дворец. Много-, этажные дома, широкие асфальтированные улицы, театры, трамваи, вереницы машин. Город изменился не только внешне, Люди не просто оделись в европейские платья. Они изменились внутренне. Создалась своя национальная интеллигенция, выросли своп ученые, артисты. Изменился быт семьи, от­ношение к женщине. Невольно напрашивается еще одно со­поставление. В 1888 году я поехал в Си­бирь в качестве только что назначенного первого штатного геолога, единственного на всю огромную территорию. Вся горная промышленность этой обширной области состояла из трех небольших железодела­тельных заводов, четырех солеваренных и неокольких групп золотых приисков. Иркутск - большой универси­тетский город. Здесь работают десятки промышленных предприятапеатры, кат бы, многочисленные медицинские и куль­турно-бытовые учреждения. сами.Наблюдая на протяжении более чом по­лувека жизнь отдаленных районов нашей страны, особенно ясно чувствуешь, как много изменилось именно за последние тридцать лет, как стремительно идет стра­на внеред, как стираются у нас грани меж­ду Азией и Европой. Особенно поражает то, что все, это произошло, по сути дела, в отень короткий кая истории народа срок. будет годом повых великих свершений, новых изменений на пути квеликой куль­туре коммунизма. ПЕРЕД ЮБИЛЕЕМ «КАЛЕВАЛЫ» ПЕТРОЗАВОДСК. (По телефону). В Карело-Финской ССР началась подготовка к юбилею «Калевалы». В феврале нынеш­него года будет отмечаться 100 лет со дня выхода в свет полного издания гениаль­ного эпоса карело-финского народа. В дни юбилея состоится сессия Карело­Финской научно-исследовательской базы Академии наук СССР. В ней примут так­же участие ученые-фольклористы Москвы, Леннграда, Эстонии.Сессия заслушает несколько докладов о «Калевале». Республиканский национальчый театр го­товит постановку пьесы финского классика Киви «Кулерво»; сюжет пьесы взят из «Калевалы». Со специальной программой выступит карело-финский ансамбль песни и пляски «Кантеле». Готовятся к юбилею композиторы, музы­канты, художники республики. Композитор МосковскогоПергамент написал одноактную оперу «Сампо» на текст поэта В. Гудкова, компо­зиторы К. Раугио, Г. Синисало, Л. Виш­карев - песни на тексты карельских рун К юбилею выйдет в свет иллюстрирован­ное издание «Калевалы» на финском и русском языках,

в технике!



дорогу

новаторству

Шире

с. лисичкин, директор московского крекинг-завода   ,сами по себе, а в союзе с жизнью В наших научно-исследовательских ин­ститутах успешно разрабатывается много интересных новшеств, изобретений, усовер­шенствований, но путь их от лаборатории до производства, как правильно указывает 3. Чуханов в своей статье в «Литера­турной газете», чрезвычайно сложен. В чем тут причина? Пора министерствам планировать внед­рение новых технологических процессов, уже апробированных и вышедших из ста­хиполупромышненных экспериментов, качественным показатемна ции. тем качественным показателям, на научныепологических приятий в целом, следует добавить и по­Опыт показал, что особенно успешно решают вопросы внедрения новой техники те научно-исследовательские институты, базируются на деятельности род­ственных заводов и представляют по сути дела новую комбинированную форму заво­да­научно-исследовательского института. сожалению, некоторые министерства до сего времени почему-то не имеют таких заводов-институтов, а потому и неудиви­тельно, что внедрение новшеств происходит там медленно. Пора поставить вопрос о том, чтобы каждое министерство имело несколь­ко заводов-институтов, чтобы и там велась исследовательская работа - начиная от лабораторных опытов и вплоть до про­мышленного освоения того или иного пов­шества. Исследовательские институты Академии наук СССР, институты крупных промыш­ленных министерств сплошь и рядом не имеют своей экспериментальной базы. В таких условиях вопрос о полупромышлен­ных испытаниях новых конструкций и но­вых технологических процессов вырастает в сложную проблему. Институты, лишен­ные необходимой экспериментальной базы, являются по сути дела лишь большими ла­бораториями. Своего же названия они не оправдывают. В то же время некоторые промышленные министерства, проявляя по­вседневное внимание к своим производст­венным об ектам, мало заботятся или, вер­нее сказать, совсем не заботятся о разви­тни опытных баз, исследовательских ин­ститутов. институтовкоторые Выполнение и перевыполнение произ­казатели внедрения технических нов­шеств. водственных планов каким-либо главным управлением министерства … несомненно большое достижение, но если этим главком мини-е новшеств, если лю­технических новшеств, ди не пролвили заботы о завтранінем дне своей отрасли, то это следует спитать серь­езным недостатком в работе и поставить главку в минус. пла-вого оими и лишь при особых увазаниях со стороны Выполнение таких заказов подчас педопу­стимо задерживается, Пора изменить эту порочную практику! Заводы должны нести полную меру ответственности за выполне­ние заказов научных институтов, такую же, как за выпуск основной продукции. Не менее остро стоит вопрос о проектиро­вании технических новшеств. Во многих отраслях проектные организании но распылены, они растягивают задапную им работу на длительные сроки. Небольших размеров теплоэлектроцентраль для москов­ского крекинг-завода проектировалась, на­пример, в продолжение… трех лет. За этот срок техника продвипулась далеко вперед, а проектировщики топтались на месте. Не­обходимо создать при каждом министерстве солидные проектные организапии, работа которых должна тесно увязываться с на­учно-исследовательскими институтами и заводскимилабораториями. Мне кажется, что у некоторых институ­тов Академии наук СССР нет связи с про­изводством. Они оторваны от жизни про­мышленных предприятий и существуют «сами по себе». Московский крекинг-за-не вод - крупное предприятие в течение многих лет упорно работает над одной про­блемой. Мы добились некоторых успехов в ее разрешении. Разрабатывая новую идею, мы, однако, узнали, что отраслевой научно­исследовательский институт также работа­В заключение мне хочется остановиться на одном практическом вопросе, имеющем Член-корреспондент Академии наук СССР 3. Чуханов (см. его статью в «Ли­тературной газете» № 99) не прав, пред­лагая подчинить исследовательские инсти­туты Академип наук СССР. Это привело бы к снижению ответственности мини­стерства за внедрение новой техники в производство. ет над решением этой задачи. Мало это­го, - оказалось, что ею же занимается Институт нефти Академии наук СССР. И все мы работаем «сами по себе», Ииститутк Академии наук нам ни в чем не помога­ет, с пашим заводом связи пе имсот, дя пю тому, что ученый совет института при обсуждении тематических планов не приглашает наших заводских работников, можно предположить, что работники инсти­тута и впредь не собираются сократить то почтительнее расстояние, ксторое отделяет их сегодня от завода. Нам думается, что институты Академии наук должны иметь связь с соответствую­щими промышленными предприятиями. В состав ученых советов отраслевых научно­исследовательских институтов и ипститу­тов Академии наук необходимо вводить ра­ботников предприятий. шеств. Речь идет об освоении новых техрез процессов на предприятии. Практически трудно предположить, чтобы сданная новая установка сразу зарабо­тата по новой технологической схеме с первых же дней безукоризненно. Всегда требуется некоторое время на наладку. А планирующие организации сплошь и рядом считаются с этим и с первых же дне планируют областитатся люпланируют получение товарной в полном об еме. продукципоэлажных При такой системе мы не получаем в свое распоряжение времени, необходимого для подыскания оптимального варианта но­техиологического режима. Подобный случай произошел в минувшем году на мо­сковском крекинг-заводе. Организации, стоящне над нами, не хотели учесть ли на том, чтобы сразу же от новой уста­новки была получена максимальная поль­за. Завод настойчиво проводил испытания сданной в эксплоатацию новой установки, и в результате пришлось внести свыше двадцати пяти поправок и изменений, Эта работа окупила себя, и установка, благо­даря внесенным изменениям, работает те­перь выше проектной мощности. чудовищ-Минимальный срок пускового периода, особенно для новых технологических про­цессов, внедряющихся в жизнь, должен планироваться заранее. Завод должен иметь и время и возможности, чтобы добиться максимальной пользы от нового в технике!

ректоров предприятий, работников ститутов, заводских лабораторий, конструкторов и др. Отатьями академика А. Винтера и директора московского кре­кинг-завода С. Лисичкина, мы открываем обсуждение предложений 3. Чуханова.

декабря 1948 года была  Академии наук СССР

В № 99 «Литературной газеты» от 11 помещена статья члена-корреспондента

8. Чуханова «Шире дорогу новаторству в технике». Статья вызвала многочисленные отклики деятелей советской науки, техники, ди­

Путь к новому демии наук была разработана усовершен­ствованная схема важного аппарата, кото­Вначале паши неоднократные запросы о ходе работ по изготовдению образцов во­обще оставались без отвста. А месяца три назад нами было получено письмо, крат­кая сущность которого сводатся к сле­дующим требованиям: Энергетический ин­доахсн почсыу выдать закажны изготовление двух образдов, словно рас­поряжение высших инстанций не есть поручение заводу. Стоимость двух прибо­рый имеет большое значение для многих научных исследований в области физики, механики, электротехпики и удостоен Ста­линской премии. Первый экземпляр пово­го аппарата был собрап средствами нашей лаборатории и успешно фупкционировал. Я лично докладывал о значении и важно­сти этой работы в правительственных ин­станциях, после чего было издано специ­альное распоряжение, где указывалось, что такой-то завод должен изготовить два опытных образца прибора, а затем партию в 100 или 200 таких приборов. Но прошсл уже пелый год после описанных событий, а дело не двигается. Почему? ров определена была в этом письме в 300 тысяч рублей, причем, очевидно, для боль­пей убедительности, в эту сумму вкло­чеы 20рублей, которые долны Мастер-поломуулачены поредачу изготовленных образцов» (?!). справ-воздержусь от комментариев по этому поводу, Укажу лишь, что по моему разпо­ряжению в лаборатории Энергетического института рядовыми мастерами был по­строен кустарным способом в неурочное время вполне доброкачественный образец прибора, который обошелся всего… в тысяч рублей, считал в том числе и пре­мию в 5 тысяч рублей! Назначение пены в полтораста тысяч рублей за каждый эк­земплир прибора является, по меньшей ме­ре, недопустимым самоуправством со сто­ропы специализированного предприятия п, машины,ции,ем шества в практику, лишив многие азуч­ые учреждения возможености воспольз» ваться плодами новой техпики. В истекшем году был удостоеп Сталин­ской премии ветродвигатель, имеющий важное зпачение для энерговооруже­ния сельского хозяйства. Несмотря на то, что существуют готовые рабочие чертежи этой машины, сделаны нец, изготовлено даже несколько таких ма­резуль-никого к серийному производству привлечь не удается. В последпее время конструкторы ввели некоторые улучшения в премированный тип машины. Техническая экспертиза одоб­рила эти изменения. Но когда мы на од­ном из московских заводов попробовали заказать образец пового ветродвигателя, то ответ был получен такой: строить одну машину невыгодно, завод, мол, согласен принять заказ только на две однотипные машины, причем оценивает их -- не мно­го, не мало - чуть ли не в миллион руб­лей. Использованием энергии вегра я зани­маюсь уже много лет и встречался со мно­гими крупными теоретиками и конструк­торами этих машин. Все паши подсчеты неизменно приводили к тому, что их стои­мость может быть во много-много раз меньше. Почему же завод установил домо повышенную цену? Из каких расче­тов исходил он? Член-корреспондент Академии наук 3. Чу­ханов в статье «Шире дорогу новатор-

Акад. А. ВИНТЕР

ству в технике» («Литературная газета» № 99) предлагает итти по пути создания мощной производственной базы для ава­демических ипститутов. Сейчас едва ли уместно видеть в этом выход из положе­ния; такая база может разрастись в огром­пое, громоздкое, многообразное машино­строительное и приборостроительное пред­приятие. По моему мнению, необходимодля начала базироваться на существующих предприятиях, создав, однако, там наибо­лее благоприятные условия для внедрения новой техники. Что для этого нужно сделать? Государственная организания по внедре­нию новой техники в народное хозийство должна стать в полной мере руководящим, оперативным ответственным органом в борьбе за высокие темпы внедрения этой новой техники. При этой организании не­обходимо создать ученый или техниче­ский совет с секциями по отдельным спе­циальностям. Членами такого совета дол­быть квалифицированные и компе­тентные ученые, профессора, инженеры и т. д. Предложения, рассмотренные и утверж денные чеными совстами бо техническими советами министерств, поступают па окончательное рассмот­рение в эти секции со всей докумен­тацией. Пи одно предложение по внедре­нию повой техники не может быть пере­Темпы внедрения новой техники зави­сят во многом от предприятий и Государственная оргализация по внед­рению новой техники должна осуществаять фактический контроль за реализацией дап­по использованию отнущенных ею средств Авторы открытий и изобретений, работники, участвовавшие в его разработ­ке, должны непосредственно наблюдать за ходом работы, не вмешиваясь, копечно, в административные распоряжения заводско­го руководства. дано промышленности без прямого фор­мального предписания государственной ор­ганизации по внедрению новой техники. В ее же распоряжении находятся все де­нежные средства, необходимые для покры­тия расходов по внедрению новой техни­ки, в том числе и расходы по командиров­кам авторов изобретений, конструкторов, консультантов на предприятия, осваиваю­щие. новую технику. стерств, осуществляющих первую промыш­енуюреализации лее четко определить их ответственность за это дело и всемерно поощрять за­воды и министерства за внедрепие повой техники. В производственных годовых нах предприятий и отраслей промышлен­пости пеобхолимо предусматривать особый план внедрения новой техники. Невыпол­непие этого плана должно расцениваться, как срыв государственного задания. При любых высоких показателях работы пред­приятий по выпуску основной продукции невыполнение задания по освоению новой техники должно лишать предприятие пра­ва быть премированным. Труд инженеров, мастеров, техников и рабочих, участвую­щих в реализации нового предложения, под­лежит, по моему мнению, повышенной оп­лате, а в случае досрочного и успешного выполнения салаия особому премиро­заванию. Таковы мои предложения в связи с опубликованием в «Литературной газете» статьи «Шире дорогу новаторству в тех­нике».

Говоря о новой технике, мы имеем в виду научные и исследовательские рабо­ты, внедрение которых приводит в интен­сификации производственных процессов, их автоматизации, к повышению коэфици­ента полезного действия отдельных агрега­тов, росту производительности труда рабо­чих целого предприятия, отдельной отрас­ли промышленности. Мы обязаны приложить все силы пауч­ных и конструкторских коллективов, что­бы рационально использовать силы при­роды. Я считаю, что буду весьма далев от преувеличения, если выскажу следующее мнение: большинство научно-исследова­тельских институтов Академии наук СССР, а также большинство научно-исследова­тельских институтов промышленности весьма плодотворно и достаточно успешно работают пад созданием новых, более со­вершенных схем и конструкций. Но как же внедряются эти работы в жизнь? Чтобы не быть голословным и не ссы­латься на бесчисленные жалобы по поводу сложности внедрения нового, я ограничусь только практикой, мне лично доподлинно извеслной и касающейся академических научно-исследовательских институтов. В системе академических учреждений нет специального завода для изготовления опытных промышленных образцов. ские институтов обычно оборудованы да­леко не совершенно. Они с трудом ляются с ремонтом лабораторного оборудо­вания и, конечно, не в состоянии выпол­нять более сложные и трудоемкие работы. Естественно, что при таких условиях ин­ституты Академии наук вынуждены обра­щаться за помощью и содействием в раз­личные министерства, отдельные научно­исследовательские промышленные институ­ты и Т. д. Там им приходится выступать в качест­не пресителей, таже в тох случаяь, когка имеется спе нальное решение вышестоя­щих организаний об изготовлении прибора, технологической схемы, подчас ота оа на или иная работа признана важной и удостоена Сталинской премии. Незавидное положение «просителей усугубляется тем, что у них сплошь и рд­дом пет необходимых материальных средств: сырья, специальных сталей и других материалов. Совокуппость всех этих факторов приводит к длительной пе­вимным придиркам. В тате то, что можно было бы сделать за несколько месяцев, затягивается на годы. Полностью винить в этом, однако, ми­нистерства и заводы, видимо, пельзя, ибо для них задания по впедрению повой тех­пики, пред являемые академическими ип­ститутами, являются почти всегда неожи­ланными, непредусмотренными производст­венными планами. Вот почему работы эти и откладываются на последнюю очередь, а зачастую и не выполняются вовсе. Нашбольшее зло заключается в том, что исполнители, стремясь отделаться от «на­зойливых» заказчиков, пред являют ин­ститутам такие требования, которые ина­че, как рваческими, назвать пельзя. Я пре­красно понимаю всю свою ответственность за те тяжелые обвинения, которые мною высказаны, и потому не могу ограничиться одним лишь упоминанием о том, что та­кие факты возможны. Я приведу и са­мые факты. Около двух лет тому назад одним из со­трудников Энергетического института Ака-

  Няколай ВИРТА В Художественный совет Комитета по делам искусств, когда там рассматривается проект, обычно являются два члена Архи­тектуного совета - Чернышев и Гельф­рейх. Они уполномочены главным архи­тектором Москвы т. Чечулиным определить отношение Моссовета к тому или иному проекту с точки зрения общего плана ре­конструкции столицы. Но, как правила, т. Чечулин никогда не соглашается даже с первоначальным решением Художествен­пого совета Комитета по делам искусств. Более того, т. Чечулин с большой неохстой знакомит авторов проектов сгнеральным планом реконструкция Москвы, не указы­другой памятник, и, естественно, связыва­ет творческую мысль скульптора, прп­пужденного работать без представления в том ансамбле зданий, на фоне которых должен стоять памятник. От учасгия в за­седаниях Художественного совета сам т. Чечулин упорно отказывается… вот результаты. Художественный со­вет утвердил проект памятника Чкалову. Председатель Комитета по делам искусств решился и тоже утвердил проект. Прави­тельство также одобрило его, предложило вакончить отливку фигуры в июне 1943 года и обязало Министерство авиапионной промышленности 1 октября этого же года памятник поставить. Но тут вмешался т. Чечулин, Ему не поонравился постамент, проект которого в свое время он не пожелал рассматривать. Он запретил установку памятника, а нистерство авиационной промышленности сочло возможным подчиниться не решению правительства СССР, а решению главного архитектора Москвы… Так обстоит дело с монументами. Займемся вопросом о постаментах. Коми­тет по делам искусств утверждает проек­ты и изготовляет фигуры. Московский со­вет соружает постаменты и открывает памятники (он пепосредственно отвечает за это, ему же ассигнуются на это опре­деленные средства). Он ведет перегэворы столицы?! вание. Конкурсы, как правило, об явля­лись закрытыми, вернее, заказными, в ко­тарых участвуют всего лишь 5-10 ма­стров-скульоров. Врезультате у каждо­го скульптора накапливается по 35 за­казов. Нсно, что над тремя проектами одно­временно работать невозможно, а если и приходится работчть, то за счет качества, за счет идеи памятника, который воздви­гается на столетия. Комитет по делам искусств почему-то избегает открытых творческих конкурсов, хотя открытые конкурсы иногда дают хоронные результаты. Так было, папрамер, проектом памятика с. м. ирову в был утвержден проект молодого, дотоле малоизвестпого автора. А недавпо получи­ли первые премии молодые скульпторы в конкурсе на тему - «Ленин и Сталин­вожди советского государства». Комитет по делам искусств обязан ис­пользовать все возможности, практиковать открытые и закрытые конкурсы, влекая и воспитывая наиболее способные молодые сплы. со строительными организациями. В каком же положении находится дело с памятни-Теперь ками в Моссовете? Начальник дорожно­мостового управления Моссовета отка­зался информировать настом, чго происходит вокруг открытия памятни­ка А. Толстому. Мы выяснили это Вот что мы узнали: фигура А. Толстого, отлитая в бронзе, давно прибыла с завода и ждет своего места на городской площади, В 1947 году Московский совет по­ручил сооружение постамента­отделупо охране памятников. Постановление Мос­совета продежало без всякого двйжения три месяда. Затем оно перекочевало в уп­заключило договор на установку памятни­кс управлением строительства Дворпа Советов. Строительство Дворда Советов приступило заготовке материалов, к шлифовке плит и блоков… Но деньги, ас­сигпованные на строительство памятника, не были во-время переведепы и в конце 1947 года были сиисаны как неис­пользованные. Работы прекратились. В прошлом году потребовалось вторичное ассигнование средств, строительство же лению памятника было поручено Управлени дорожно-мостового строительства. Ми-Не пора ли ликвидировать тот раз­рыв, который образовался между проекти­рующими организациями и строительны­ми! Не пора ли подумать о том, чтобы дело по сооружению памятников от на­чала до конца передать в одни руки - в руки Комитета по делам искусств при Со­вете Мипистров или в руsц Казалось бы, чего проще - продол­жать начатую строительством Дворца Со­ветов работу и довести ее до конца! Но тут вавязывается междуведомственный торг, и дорожно-мостовое управление Мос­совета начинает все сначала… совета?

 сентября 1938 года было вынесенр решение о сооружении памятника основа­телю МХАТ К. Стапиславскому. Проект, представленный скульптором Гавриловым, отвергнут, а о продолжении проектирова­ния пока еще пет и разговоров. В прошаом году должны были быть еоо­ружены памятники А. I.Чехову и А H Толегому. О пвмятнике А. П. Чехову пра­тельствоное решение было вынесено в стому--год спустя, Фигура Чехова, сва­зали мне, будет отливаться ииз бронзы, Проект памятника А. Толстому, сказали мне, уже выполнен скульптором Мотови­ловым. Но монумент ждет постамента! Восемь лет тяпется проектирование па­мятника Маяковскому, семь лет … Лер­монтову, четыре года-Репину, три года-и Грибоедову. Работа над памятником В. Чкалову про­должается десять лет. Скульптор II. A. Менделевич сделал проект. Отлили фигу­ру… И не поставили до сих пор. Почему? Потому что, отвечают мне, произошла задержка в постройке постамента. Но почему произошла эта задержка? История эта длинная, она полна возму­тительной медлительности, равнодушия, а подчас прямого бюрократизма и междуве­домственных склок. Комитет по делам искусств при Совете Министров СССР, на который возложены две задачи - проектирование и утверж­дение проектов памятников, пикогда не проявлял склопности торопиться с этим важным и общенародным делом. Скажем, решения правительства об установке па­мятников Дзержинскому и Куйбышеву бы­ли опубликованы в 1935 и 1936 годах. И только в 1941 году Комитет по делам искусств дал указание начать проектиро-на Древнейший и вечно юный город наш-2 Москва - породил, воспитал и прославил многих великих людей нашего отечества, чып труды являются гордостью всего че­ловочества, чья деятельность озаряет путь многим тысячам борнов за правду, за про­гресс, за свободу, за социализы, чьи имена живут в сознании нашего парода и наро­дов него мира сотни лет и будут жить вечно. Правительство вынесло ряд портановле­ний о сооружении памятников великим аюдям нашей сграны, Более пятидесяти дорогих советскому человеку имен наших соотечественников должны быть увековече­ны в мраморе, в бронзе, в граните, на­мятники им устаповлены на площадях столицы. 4 февраля 1936 года Советское Правительство выпесло решение об уста­новлении в Москве памятников Добро­любову и Чернышевскому. Уже двенад­цать лет ведется проектирование па­мятников; оно должно было закончиться в 1947 году и не закончено, насколько мне известно, до сего дня. Гогда же пра­вительство СССР решило воздвигнуть Москве памятник Белинскому. Лишь в 1946 году (через десять лет!) был об яв­конкурс. Срок конкурса лен закрытый был установлен годичный. Начался 1949 год, а принятой модели памятника Белин­скому нет. тельство 19 июля 1936 года Советское Прави­решение памят-

…Но вот проект памятника, наконец, изготовлен. Начинается второй тур воло­киты и бюрократизма. Проект надо утвердить. И спова начи­нается печальная история, Проект про­сматривается Художественным советом Комптета по делам искусств… Председа­тель Художественного совета (он же и председатель Комитета по делам искусств), выслушав замечания и мнения членов со­вета, должен произнести свое решающее слово… Легко сказать - произнести ре­шающее слово! Зачем рисковать? Зачем опережать время? Подождем - увидим… И ждали содами, боясь сказать свое слово, определить свое отношение к про­екту. Однако я был бы неправ, возлагая всю ответственность за возмутительное отноше­ние к установлению памятников только Комитет по делам искусств.

нике Феликсу Дзержинскому. Проектирова­ние тянулось двенадцать лет. Теперь ре­об явить закрытый  конкурс!

Не пора ли позаботиться о том, чтобы памятики тем, кто назван в правитель­ственных решеннях, украсили площади

 литературная гАзетА 2 № 2