НАШ ПОЧЕТНЫЙ АКАДЕМИК Так был погашен очаг черного мора… Ноябрь 1918 года. На трибуну с езда Союза Северных коммун (так в то время называлась Ленинградская область) под­ученыйH. Ф. Га­малея, Он говорит, что за десять лет (1904-1913) в России болело оспой 4 миллиона человек, погибла одна деся­тая заболевших - 400 тысяч. Десятки тысяч людей ослепли. Царские власти ничего не сделали для борьбы с этим бедствием. Теперь пришло время для того чтобы начать поход против оспы. В ап­года Ленин подписывает декрет всеобщем и обязательном сспопривива­нии. чтобы имя человека, одержжавшего ее, было Па-C пе-Вся жизнь Николая Федоровича Гамалея была посвящена напряженной и опасной борьбе с болезнями. И в преображенной родной стране он увидел великолепные ре­зультаты своей работы. Это было награ­дой за усилия многих лет. Это было свет­лым, огромным счастьем. На глазах ученого в советской стране ушли в прошлое извечные и страшные болезни. В 1927 году был зарегистриро­ван последний случай холеры. В 1938 году в последний раз советский врач но­ставил диагноз - «оспа». Достаточно лишь одной из этих побед, занесено золотыми буквами в летопись отечественной науки. юношеской свежестью восприятия отдавался ученый каждой из своих работ. Эта черта не оставляет его и в преклон­ном возрасте. В соватские годы стары ученый энергично разрабатывает ряд жиз­ненно важных проблем профилактической и лечебной медицины, руководит крупней­шими научно-исследовательскими иисти­тутами страны. Передовые, новатерскле иден находят у него поддержку. Пе раз Николай Федорович выступал против реакционеров-биологов, подчерки­вал свою полную солидарность с учением Мичурина, со взглядами Лысепко. Не раз он говорил, что свое высшев творческое развитие дарвинизм нашел в мичуринском учении. Этот вывод ему по­могла сделать партия Ленина­Сталина, членом которой он стал в минувшем году. реакцияБодрым, полным веры в грядущее Роди­ны, встречает старейший ученый свой юбилей. Ранним утром, когда начинается трудовой день страны, подходит он к сво­ему столу псоледователя. Он продолжает трудиться над актуальнейшими проблема­ми советской медпцины; пзучает напра­вленную изменчивость бактерий; совер­шенствует свой способ лечения туберку­леза, восстановления ткапей. итти с партией большевикоз по верному пути - пути, ведущему в коммунистическое общество», так Ни­колай Федорович Гамалея заключил свое заявление о просьбой принять его в ряды партии Ленина-Сталина. Говоря словами Ленина, 90-летний ученый пришел к коммунистическим убеж­дениям «чарез данные сэсей науки». Пе­науке нового редовой материалистической миракоммунизму он отдает боль­шой труд своей большой жизни. Сеголня, накануне большого юбилел почетного академика Пикодая Фелоровича Гамалея, писатели советской стравы друзья передовой науки горячо по­жимают руку Николая Федоровича, неуто­мимого новатора, человека больших уст­ремлений. борца за приоритет отечест­венной науки. Жизнь Николая Фо­доровича Гамалея в образец его страстно­го, творческого служения Родине - это волнующая тема, котовая здохновляет пи­сателей. Радость больших свершений пусть не покидает вас. дорогой Пиколай Федорович! «В перпод исключительно напряженной борьбы двух систем на идеологическом фронте я хочу быть в партии Ленипа Сталина, чтобы в первых ее рядах бо­роться за торжество диалектико-материа­листических идей, за демократическое преобразование мира, против реакционных философствующих идеологий». С таким заявлением обратился в прош­лом году в партийную организацию Инсти­тута микробпологии старейший ученый страны, почетный академик Нико­лай Федорович Гамалея, 90-летие которого советская общественность. 65 лет назад, когда молодой микробио­лор начинал свою научную деятельность, думал посвятить себя единствепной иборьбе с инфекционными болезия­ми, которые всегда были бичом человече­ства. Он горячо и страстно начал эту борьбу Но вскоре увидел, что на этом пу­бой и другому ти ему придется давать врагу человечества - реакциовному мра­кобесию. Реакционеры в мантиях ученых всяче­ски пренятствовали развитию молодой ма­териалистической науки. H. Ф. Гамалея смело стал на защиту нередовых идей сво­его века. И когда 62 года наза1 в Париж­ской медицинской академии должен был состояться диспут, который мракобесы пы­тались превратить в суд над Луи Пасте­ром, энаменитый ученый вызвал из Одес­сы телеграммой именно Н. Ф. Гамалея, стер был болен, надломлен удіром, напе­сенным ему врагами, он нуждался в за­но не надеялся найти ес у своих ближайших учеников. Почему же он обратился за помощью к молодому русскому микробиологу? Почему не пекал подкрепления для научного бол л. белова ни в Париже, ни в Кельне, ни в Лейдене их хвалеными университетами? Потому что лучшие представители рус­окой пауки, вдохновленные идеями рево­люционных демократов, еще в прошлом ве­ке начали борьбу за передевое материали­стическое естествознание. Эта борьба шла и в стенах Одесского университета, и в уездном городе Козлове, и в столичной ме­дико-хирургической академии, и под Мо­сквой в Петровско-Разумовской академин. направленыНесмотря на то, что царская пагромождала множество препятствий на пути передовой науки, ни в одной стране идеи дарвинизма не получили такого раз­вития, как в России. Сеченов, братья Ко­валевские, Тимирязев. Мечников, Павлов, Мичурин были не только выдаюшимися псследователями, но п пламенными пропа­гандистами материалистического естество­знания. НаПеред нами простой, не аниотирован-«Хочу ный перечень работ юбиляра. Книги. по­следования, журнальные статьй, описанля опытов. Список занимает 20 страниц. Это отчет о большом труде боль­шой жизни. Он ищет и находит акттвные средства и методы борьбы с опасными инфекциоп­ными болезнями, исследует на себе и сво­их близких действие созданных им вак­цин. Он первым открывает явление бакте­рпофагип, которое дает еше одно радикальное средство борьбы за здоровье человека В 1901 году пностранные пароходы за­песли в Одессу чуму, В пабораторию в гамалея были доставлены взятые на вы­борку четыре тысячи крыс - разносчи­ков заразы. Их подвергли исследованию. Восемь оказались с чумными бубонами. Этого было достаточно для начала огром­пого бедствия. Гамалея брганизовал эпи­демический отряд. Власти оставались в стороне от этого противочумного похода Добровольцы из числа врачей, студентов, городского населения истребляли крысты­Гсячами, десятками тысяч.

 Учебник, который отстал от жизни И поэтому нам, сызранцам, очень обид­но читать в учебнике, что в Сызрани есть «значительная» пищевая, лесопильная и кожевенная промышленность. Эти сведе­ния давным-давно устарели, а названные в учебнике «значительные» отрасли про­мышленности представлены мелкими полу­кустарными заводиками. Мы надеялись, ти бдутпощите, правлены,но, как оказалось, все оста­Переизданный Учнедгизом в 1948 году учебник H. Баранского «Экономическая география СССР» по сравнению с прежним значительно улучшился: многие разделы в нем пополнены, цифры обловлены, учеб­ник хорошо оформлен, отпечатан на хоро­шей бумаге. есть в нем и недостатки. Учебник явно отстает от жизни. Я хочу выразить Учпелгизу претензии от имени городанашей рани (Куйбышевской области). Город наш, правда, небольшой. Ему отведено в учеб­нике на 169-й странице всего 5 строк, но и в этих пяти строках можно было бы сказать о городе точто в немдействи-он тельню имеется, а не то, что было в нем чуть ли не до революции. За годы советской власти город наш сильно вырое, стал крупным промышлен­ным центром. Липо города определяет сильно развившаяся машиностроительная и нефтяная промышлени-сть. Есть у нас также сланцеперегонный завод, два круп­нейших в Союзе асфальтовых завода, но­сколько крупных мельничных заводов и крупозавод, стеклозавод. лось попрежнему. Ученики, которые учат­ся по этой книге в сызранских школах, в болыной обиде на Учпедгиз за свой род­ной город.

ЗЕМЛИПча ского» мракобесия Рудольфа Штейнера, прачная проповедь возврата к библейским методам земледелия. Нам припомнилось недавнее фарисейское письмо англичанина Генри Дэйла, посмев­шего упрекнуть нае в том, что в нашей стране якобы нет «честного и открытого конфликта научных мнений». Впрочем, сар Г. Дэйл, очевидно, разделяет убежде­ния своего соотечественника лорда Альбер-Но та Говарда, который, будучи имперским со­ветником по сельскому хозяйству, заявил: «Сельскохозяйственное исследование на­столько трудно, что оно доступно только избранным личностям». Что бы, интересно, сказал лорд Говард, если бы он послушал ораторов-колхозни­в Сальских степях. Эти люди говорили о факторах жизни растений, о структурной и бесструктурной почве, о лущении стерни, о «мертвом го­ризонте», производственно полезных подпочвенных водах… Они выступали, как хозяева освобожденной, расцветающей зем­ли, как истинные творцы, глядящие впе­ред и видящие коммунизм. Для нас, участников совещания, выдаю­щиеся успехи колхоза имени Сталина не были неожиданными. Мы знали этот чу­десный колхоз, превративший дикую стопь в сказочный оазис. Мы, конечно, интере­совались живыми плодами того, что ра­стили умные и деятельные руки сталин­пев. Мы внимательно, затаив дыхацие, слушали речь каждого оратора: звеньевого,  происходино в волхозном влубе в те минуты, когда председатель об являл: - Перерыв на пятнадцать минут! Во время перерыва делегаты обменива­лись впечатлениями, подходили к киоскам, в которых покупали сотни книг, неболь­шими группами стояли у колхозной вы­ставки. У витрины с саженцами деревьев стоял шировоплечий коренастый мужчина в бар­хатной толстовке, на которой сверкала звезда Тероя Советского Союза. Мы позна­комились, заговорив о семенах татарского клена. - Клименко Пиколай Сергеевич, пред­седатель колхоза имени Ворошилова Алек­сандровского района, хрипловато ска­зал мой собеседник… Четыре года тому назад майор Климен­ко одним из первых провел свой танковый батальон через Шпрес, круша последних гитлеровских солдат, промчался по бптер ден Линден ив сорока метрах от рейхстага был тяжело ранен осколком в горло. Пос­ле войны он вернулся в родные места, был избран председателем колхоза и отлично повел хозяйство. - Хорошо сталинцы работают, - удов­потворенно протянул Николай Сергесвиослист у них есть чему поучиться… Глядишь на их дела и ка будто книгу про коммунизм читаешь… Он тронул меня за рукав и сказал, хит­хит­шурясь: ровато вы, между прочим, ежели будет время, приезжайте в наш колхоз, погля­дите, как мы хозяйнуем… План посева озимых мы перевыполнили, зябь поднялиже всю, лесополосы насадили, закладываем свой лесопитомник, реку углубляем на протяжении пятисот метров, к первому мая пускаем влектростанцию Государству мы не доджны ни одного зернышка… Мясо­поставку за год вперед сдали… Приезжай­те, поглядите, как мы живем… Он поднялся и взял меня за локоть: Здорово мы живем… Дорога у широкая… Сталинская дорога… плодҚолхоз им. Сталина, Сальский район Ростовской обл.



ХОЗЯЕВА РАСЦВЕТАЮЩЕЙ  В глубине Сальских степей, в ста пя­тидесяти километрах от города Ростова-на­Дону, есть колхоз имени И. В. Сталина. Па-днях сюда с ехались сотни людей: секретари райкомов партпи, председатели колхозов, агрономы. В колхозе состоялось совещание, посвященное передаче опыта по освоению травопольной системы земле­делня. Огромный зал был залит ровным светом электроламп в матовых абажурах. На сте­нах, окантованные рамками, красовались досятки диаграмм, рисующих путь колхоза имени Сталина за четверть века. На сто­лах и стендах было выставлено то, что взрастили колхозники в 1948 году. Раскрыв блокноты, люди ходили от сто­ла к столу, всматривались в скупые пиф­ры диаграмм, быстро записывали нужные сведения, погружали пальцы в сыпучес податливое зерно, перебирали пеницу на ладони, пробовали на зуб… Во втором часу дня секретарь Ростов­ского обкома ВКП(б) тов. Добрынии открыл совещание. За большой стол уселись чле­ны президиума - лучшие коммунисты, знатные колхозпики Дона. С докладом () травопольной системе земледелия высту­пил начальник областного управления сельского хозяйства тов. Хорошилов. Потом у кафедры стал старый агроном колхоза пмени Сталина Алексей Михайло­вич Мальцев, неторопливый, спокойный человек в черном костюме. Он начал гово­рить о жизни и трудах родного колхоза. Включенный монтером прожектор осве­ныеосадойсним увидели на огромном ватмане прямоугольники полезащитных лесополос. прочным заслоном охраняющих каждый участок земли… Впрочем, сидящие в зале люди, повер­нув головы, могли, не сходя с места, ви­деть за окнами то, что изображалось на схеме: совсем близко, за двухатажными коттеджами центральной усадьбы, выде­ляясь на темном фоне степи белой кром­кой нетающего снега, высились ровные линии лесополос… Агроном Мальцев негромко рассказывал о колхозе, вступившем в двадпать седь­мой год своей истории… - Теперь нам не страшны никакие суховеи, - сказал, подняв очки, Маль­цев, все наши поля закрыты от вст­ров зеленой стеной. У нас уже есть мас­сивы акации десятиметровой высоты. За­матерели дуб,я ясень, гледичия, алыча, абрикосы… И когда по стени песлась вет­ровая мга и сила ее достигала тридна­ти метров в секунду, у нас не было выду­вания зерна пи на одном клочке, потому что вырашенные нами лесополосы навеки преградили дорогу ветрам… Он шевельнул листки бумаги и сказал, волнуясь: У нас уже создано то, что мы назы­ваем «леспой обстановкой»: достаточная влажность воздуха, снегозадержание, изо­ляция ветров. Мы сами руководили вод­ным режимом нашей земли и этим изба­вили себя от капризов погоды… Теперь уже можно сказать, что колхоз заложил основы для планамерного роста урожайно­сти… Агроном стал обстоятельно докладывать обо всем, что делал колхоз и что в сово­купности составляет травопольную систе­му земледелия. Это был живой отчет. в котором цифры раскрывали замечательные успехи сталиппев во всех областях кол­хозного производства. Все это в колхозе Сталина уже стало явью: и лесополосы, и пахота с предплужником, и лушение стер­ни, и опыление подсолнухов, и два пруда с водяным зеркалом в десять гектаров, и­как результат всего - ежегодные высо­кие урожаи. После агронома выступил председатель колхоза Серафим Пикитич Зимовец. Он рассказал собравшимся о том, что колхоз,

Виталий ЗАКРУТКИН, специальный корреспондент «Литературной газеты» 

носящий имя всличайшего человека со­временности, сделал неприютную, дикую степь чудесным краем золотых урожаев. - В районе шестьдесат восемь колхо­зов, - сказал Зимовеп,- их доход ра­вен 22.589.000 рублей. Из этой суммы колхозу Сталина приналлежат 3.156.000 рублей, то-есть четырнадцать процентов всех колхозных доходов в Сальском рай­оне… нас в колхозе из селгисот трудо­- Наши колхозники получают по ин­дивидуальной подписке триста экземпля­ров газет и журналов, доложил Смы­ков.ы подключили четыреста с лиш­радотокозповом яркозеленыеок стаднон. Только матной соклии при нащем клубе состонт пятьдесят колхозников. В колхозе много велосипедов, есть личные мотопиклы, мно­способных колхозников пятьсет получаювв дополнительную оплату за высокий уро­жай… Мы освоили травопольный севообо­рот, занялись живогноводством, птицевод­ством, виноградарством, оборудовали меха­нические мастерские, пустили электростан­пию, построили кирпичный завод, мельни­пу, водопровод протяженностью в четыре тысячи метров… Из выступления секретаря парторгани­зации тов. Смыкова делегаты узналио том, как коммунисты колхоза борются за сталинские урожаи и как колхозники ра­ботают над повышением своей общей и агрономической культуры. вшах-о гие имеют баяны… Потом выступали бригадир тракторной бригады Герой Социалистического Труда Васильченко, дважды награжденная орде­ном Лепина звеньевая Мария Янчук, лесо­мелноратор Иванча, конюх Федоренко, Они рассказали, как трудно было им восстанавливать разрушенный вдин ок купации родной колхоз, как они работа­ли не покладая рук и добились высоких урожаев… Белокурая Маша Янчук, шурша наряд­ным платьем, стала у кафедры и загово­рила так непринужденно, точно она была онытным доцентом с большим стажем и читала привычную для псе лекцию в зна­комой аудитории. Каждому известно. что семя требует света, тепла, воды и пиши, - сказала Маша. - Наше звено особое внимание уделило подкормке озимых. Мы решили удобрить поля навозной жижей. Оборудо­вали длинный деревянный желоб, а в нем просверлили триднать восемь дырочек. Этот паш агрегат двигался по полю, а B него наливали навозную жижу, смешан­ную с водой. Товарищи уже знают по дпаграммам, какой урожай мы получили… Правительство наградило меня за этот урожай вторым орденом Ленина… Совещание в колхозном клубе длилось два дня, и вряд ли есть необходимость по­дробно излагать содержание всех докладовА и выступлений. Нас в данном случае ин­тересует другое. Прежжде всего интересно то, что важней­шее совещание областного масштаба про­даже не а в одном из глубинных колхозов Дона. Тут люди увидели завтрашний день нашей де­ревни, причем увидели «весомо, грубо, зримо». Когда мы слушали докладчиков-звенье­вых, рядовых советских колхозников, нам припомнились псевлоученые Америки и стран буржуазной Европы: пресловутый «закон прогресспвно убывающего родия», кривляния идеолога «атротеософ-

Нетерпимое отношение к молодым мастерам В Москве имеется шесть ремесленных училищ, готовящих мастеров художествен­но-отделочных работ для городского хо­зяйства столицы. Осенью минувшего года училиша выпустили более пятисот человек. Около 400 выпускников были в управления и тресты Московского Сове­та. И вот, как ни странно, в этих органи­зациях молодые специалисты, на обучение которых государство затратило десятки тысяч рублей, используются не по назначе­нию. В тресте передвижки и разборки зданий из 18 лепшиков-модельшиков художествен­ной лепкой и моделированием занимались только двое. В Управленин дорожно-мосто­вого строительства 26 резчиков по камню были направлены на дорожные работы. стройзаводе треста «Мосремонт» лепщики­модельшики и краснодеревцы грузили шлак, работали конюхами. В самом тресте «Мос­потонитлаконичный росписи потолков и стен (альфрейщики) в течение пяти недель вообще ничего не де­лали, а затем грест откомандировал их на базу «Машиностройпрокат» Мосжилуправ­ления, которая занимается лишь механиче­ской покраской фасалов и прока. кровель и том строительных механизмов. Для чтобы чем-нибудь занять альфрейщиков, руководство базы поручило им расписать стены и потолки своих кабинетов. Когда это задание было выполнено, управляю­щий базой тов. Фадеев и его заместитель тов. Сладков посоветовали альфрейщикам… уйти в долгосрочный отпуск за свой счет. Молодые мастера разбрелись по различным артелям, где расписывают всякие безделуш­ки, делают куклы. Пройдет несколько месяцев, и ремеслен­ные училиша выпустят еще сотни живопис­цев, резчиков по камню, лепщиков - лю­дей, способных выполить побне насархипектора работать, если первые выпускники не мо­гут найти себе применение? И. ремизов, А. милявскии

 лутопах», а в другом представляет собой «линейно-штриховой рисунок». Не видя принцициального идейного различия меж­ду работой советских и американских ки­номастеров, автор статьи клевещет на со­ветских художников. Неужели достаточно какому-нибудь американскому киноремес­леннику, вроде архиреакционного Диснея, воспользоваться «бело-серо-черными тона­мп», чтобы он сразу же достиг уровня советских фильмов! На страницах журнала за 1947 и 1948 гг. опубликован ряд статей о зарубежном кино американском, английском, италь­янском, французском. Вместо острой, раз­облачительной критики современного бур­жуазного киноискусства, взятого на воо­ружение империалистической реакавей, паходим злесь нейтральные, безубые «об­зоры» с об ективистским изложением со­держания фильмов. А тон некэторых обо­зревателей нельзя назвать пначе, как ре­это.ктамным.штрем, например,о, что советского читателя может в какой то мере внтересовать то, что «нгрил Берг ман, безусловно, самая популярная звезда Голливуда, сменила пышные костюмы авантюристки в «Соратогатранк» на мона­шеское одеяние в «Колоколах св. марии» и на халат врача-пеихиатра в «Заколдо­валном» (№ 2. 1947) и т. д. и т. п. F. Авепариус в статье «Оргтнизания ссмочного процесса в Голливуде» (№ 3, 1947) пишет: «На почве такой системы в Голливуде воспитались своеобразные (!), высоког» класса (1) специалисты-про­фессионалы, в совершенстве (!) овладевшие техникой мастерства…» Так обективизм уступаст мести разну наыки«масти ров». Вредная, непроходимая путалина отли­чает статьи H. Оттена,одного из самых плодовитых сотрудников журнала. В статье с характерным заголовксм «За­коны жизни и законы жанра» (2в 1947) оп пытается сопоставить американ­ские и советские спортивные фольмы. В оски мериканского фильма, канаем мы лежит конфликт межлу талаптом спортеме на, его жизненным призванием и необко­димостью бороться за существовацие. в. «конфликт сопиальный, а потому и ми­значительный и вырастающий до больших обобщений»; советские же спенаристы от­ражают действительность, где подобный враждебному нашему искусству, которое одухотворено и вдохновлено нашей совет­ской действительностью. Приведенных примеров вполне достаточ­но, чтобы убедиться, что редакция «Ис­кусства кино» не должна была и близко подпускать подобного лжетеоретика к жур­налу. Вместо этого она любезно предоста­вляст ему место. На страницах журнала Н. ТарабукинИ проповедует декаданс. Он ориентирует со­ветских художников на Врубеля и упре­кает авторов советского фильма «Камен­В другой статье неуемный Оттен вы­смеивает критиков, связывающих боль­шие успехи нашего документального филь­ма с теми реальными явлениями действи­тельности, которые в нем запечатлены. Такое представление опасно, поучает От­тен, ибо в данном случае «подлинные яв­ления реальной действительности как бы заслоняют (1) и профессиональные дости­профессиональные «болезни» до­мыментальнойкинематографии»( 1948). конфликт не имеет места, и поэтому, де­скать, им приходится строить конфликт, основанный на мелких недоразумениях. Трудно понять, чего больше в этих рас­суждениях - глубокого невежества или злепыхательства против советского социа­листического искусства? Как видим, Оттен даже не считает нуж­ным скрывать свою прямуто пелюбовь к нашей дейстинельности, Атот бездушный опустошенный эстет договаривается до то­что современная жизнь советского рода - народа героев, тружеников, со­зидателей - может «заслонить» профес­сиональные достижениякиноискусстваубликовала Разве в наших лучших современных доку-свой ментальных фильмах не запечатлены с аг-рой ромной художественной сплой и волную­шей правдивостью красота, богачетво и мощь нашей Родины! Только безнадежный формалист и космонолит, которому не до­роги замечательные достижения, геропче­ские деяния советского народа, может про­тивопоставлять эту великую правду в кра­соту нашей жизни «професспональным до­стижениямпрофессиональным «болез­ням» искусства». В этой же статье, рассуждая о жизне­утверждающем характере наших фильмов, Оттен торопливо оговаривается, что «речь идет о «пафосе утверждения», как об ито­е решения хуложественной, а не только пропаганднетской задачи». Так эстетствующий формалист Оттен презрительно отводит от себя «подозрение» том, что он имеет в виду вопросы идей ного содержания! Так Оттен пинично про­тивопоставляетидейно-воспитательную, пропагандистскую роль могучего советско­го искусствы силе его художественной вы­ступает против самых основ нашей марк­спстско-ленинской эстетики, утверждаю­щей неразделимое елинство идейности и художественности, правды п красоты, Тем самым он расписывается в своей полной приверженности формализму, в корне вторяет человек, именующий себя совет­ским критиком, а люди, называющие себя советскими редакторами, охотно печатают его. Все эти факты свидетельствуют о том, что редакция журнала «Пскусство кино», «теоретики», подвизающиеся на его стра­нипах, стоят на вредных, антипатриоти­ческих, антипартийных позициях. поэтому глубоко вредным, порочным от начала до конца является редакцион­ный обзор журнала, опубливованный в га­зете «Советское искусотво» от 12 февралн

 Космополиты в кинокритике и их покровители

Правда, в одном случае все-таки усмо­Воль-о аси Говоря о той или иной формальной осо­бенности киносненариен, он в один ряд ставит и советские фильмы и продукцию буржуазной ямериванской и английской кинодраматургии. пое, был бы конфликт, что с чем «конфликтует» - это вопрос «второств­пенный». И неудивительно, что под обез­личивающим пером формалиста в одном ряду оказываются в вражда Петра Алексеем (кипофильм «Петр Первый»)и борьба коменданта Матвеева диверсан тами («Ленин в 1918 году»и кон­фликт Чапаева с Фурмановым («Чанаев» хотя и ребенку ясно, что меж всеми эти, ми «конфликтами» по существу нет ничего общего. Иавестно, что формализмродной брат пизконоклонства. Статья В. Волькен штейна лишний раз подтверждает Автор не только не желает видеть ни­какой привцинпальной разницы между со­вотским и буржуазным киновскусством, но откровенно исходит из порочнейших кос­мополитических представлений о «единой мировой кинематографии». канскими фильмами По его мнению американские фильмы больше тяготеют к драме,диному сконцентрированному действию, а советские картины посят бо­крет успеха автор вилит только в «дра­матизме», то сам собой напрашивается «вывод», вполне постойныйвсейтой космонолитической странни: с точки зре ния В. Волькенштейна, американские филь­мы ближе к «истинному» типу киноис­кусства. И подобные бредни раболенствую­щего пизкопоклонника журнал выдает за теоретические работы! Гвилым коемонолит политическим душком от­дает статья П. Вало «Искусство мульта пликации» (№ 6. 1947), Если верить ав­тору, отличие советских художников-муль­типликаторов от американских состоит лишь в том, что в одном случае картина делается «в бело-серо-черных тонах и по-

В газете «Советское искусство» от 12 февраля опубликован редакциэнный обзор журнала «Искусство кино». Обзор назы­вается: «С позиций стороннего наблюдате­ля», Авторы стремятся уверить, что един­ственным серьезным недостатком журнала «Искусство кино» является описательный, недостаточно активный, «регистраторский» характер его статей. Они пишут о «теоре­тической бедности» журнала, называют его «случайным собранием случайных ста­тей». Весь обзор налисан с таким расчетом, чтобы создать у читателей впечатление, будто бы никаких идейных ошибок или искажений у журнала не было. Все дело, мол, только в том, чтобы стать «актив­нее». Однако, обрашаясь к деятельности «с­кусства кино», мы видим, что журнал до статочно активно проводил свою линию антипатриотическую, враждебную совет­ской культуре. Журнал «Искусство кишо» стал откровенным рупором презренных идеек буржуазного космополитизма и эс­тетства. Перед нами статья одного из самых ва­ядлых приверженцев формализма В. кенштейна «Драма и эпос в кино» («Ис­кусство кино» № 2, 1947). Так же, как и в своем основом стеоре тическом» труде. в киигрматур лет тому пазад, автор совершенно игнори­рует вопросы содержания, считая единст венным признаком драмы и спенария аб­страктный «драматизм», протитоборство различных сил. Этот пресловутый «драма­тизм», пленивший уже пе одного форма­листа и эстета, - вспомним хотя бы не­давние «изыскания» Д Данина,по­нимается В. Волькенштейном вне всякой связи с конкретным содержанием, Глав­Журнал «Искусство кино», №№ 1-7 1947 г. и 1-6 1948 г. Г АЗЕТА № 14 ЛИТЕРАТУРНАЯ АЯ 2

ный пветок» в том, что им «не удалось 1949 г. согласно которому весь «гре Можно ли удивляться, что журнал «Пе­кусство кино», став рупором космоподи­тизма и формализма, не делал ни малей­равняться по Врубелю» (№ 1, 1947).журпала против формали­стических вывертов в теории и практчке кино. Мало тего, редакция даже попыта­лась, так свазать, «теоретически» оправ, на-нилую, примиренческую пози­цию. После постановления ЦК ВКП(б) об опер «Блика пружба» B. Мурадели она статью Шварца «О соке­киномузыке» (№ 3. 1948), в кото­черным по белому написано, что ато постановление не имеет никакого отноше­ния к киномузыке, которая якобы «не могла быть сильно заражена формалисти­ческим влиянием» в силу своей обязатель­кой программности. Отсюда вывод об «от­носительно благополучном положении му­зыки в кино». Статья Л. Шварца-это уже ничем пе прикрытое, наглое и возмутительное вы­ступление об искусстве, циничная защита форма­лизма в киномузыке В ряде «теоретических» статей, опубли­кованных в журнале «Искусство кино». мы встречаемся с политически вредными, откровенно идеалистическими «концеп­циямп». . Вайсфельд, например, формулирует ленинские положения в таком чудовишно искаженном виде: «Ленин учил, - без­апелляционно заявляет он, - что созна­ние чоловека не только отражает об ектин­вый мир, во и творит его» (№ 7. 1947) поднисался бы любой пдеалист, махист. Ведь это именно они пытались «доказывать», что не бытие определяет сознание, а, наоборот, жизнь порождается сознанием, возникает «из идеи». И подобные идеалистические бредни по­состоял лишь в его пассявности, «нейтральпости», серости. Нет, у группы кинокритиков, окопавшихся в жураа «Искусство кино», своя определенцая ли­ния, своя «система взглядов», враждебная по всему своему духу и смыслу искусству советского народа. Это - взгляды эстетов, смаковавших мельчайшве «изгибы» фор­мы, мертвой, оторванной от жизненного со­держания, взгляды космополитев, тосковав­ших по единой и нераздельной «мировой» кинематографии, пресмыкавшихся перед последними «достижениями» американско­го кино. Это вагляды людей, не имеющих ничего обшего с могучим искусством на­шего великого народа, тшетно сплящихся остановить победную поступь советской культуры, кино, драматургии, литературы. Примиренческая статья газеты «Совет­ское искусство», не увидевшей в деятель­ности журнала никаких серьзных илей­ных ошибок, является не нам попыткой защитить, ваять пот свос покр­вительство порочные взгляды редакторов п сотрудников журнала «Искусство кино». Дело не только в том, что журнал мало помогал нашим киноработникам, но в в том, что статьи В. Волькенштейна, I. От­тена, Л. Шварпа и других мешали разви­тию советского кино, неверно ориентирова­ли наших кинодраматургов, режиссеров, операторов, актеров. Об ективный смысл теоретической «дея­тельности» этих лжекритиков сводился к тому же, к чему сводилась подрывная ра­бота в драматургической критике гурвичей и юзовских, в литературной притике су­любойНаша партийная критика разгромит все тайные и явные гнездовья и убежиша эстетов и безродных космонолигов, рас­чистит широкую дорогу могучему совет­скому пскусстну, достойному великой сталинской эпохи.