четверг, № 35 (2829)

12 февраля 1948 г.,

КР А с н Ы Ф Л О т

to

ИСТОРИИ  кает

ФАЛьСИФИКАТОРЫ (Продолжение. Начало см. «Красный Флот» от 10 февраля) II.

(Историческая справка)эоониое ства на советскую ноту свидетельствовал о нежелании английского правительства соз­давать помехи этим планам гитлеровской агрессии.

кией, вытекавшие из договора о взаимной помощи. Но они говорили заведомую неправ­ду, ибо Советское Правительство публично заявило о готовности выступить за Чехо­словакию против Германии в соответствии с условиями этого договора,требующими одновременного выступления Франции в защиту Чехословакии. Но Франция отка­залась выполнить свой долг. Несмотря на это, накануне мюнхенской сделки Советское Правительство вновь за­явило, что оно высказывается за созыв ме­ждународной конференции для оказания практической помощи Чехословакии и для принятия практических мер к сохранению мира. Когда захват Чехословакии стал фактом и правительства империалистических стран одно за другим заявили о своем признании соверигившегося факта, Советское Прави­тельство в своей ноте от 18 марта заклей­мило захват Чехословакии, совершенный гитлеровской Германией при пособничестве Англии и Франции, как акт произвола, на­силия, агрессии. В той же ноте Советское Правительство подчеркивало, что действия Германии создали и усилили угрозу всеоб­щему миру, «нарушили политическую устойчивость в Средней Европе, увеличили элементы еще ранее созданного в Европо состояния тревоги и нанесли новый удар чувству безопасности народов»  ). Дело не ограничилось выдачей Чехосло­вакии Гитлеру. Правительства Англии п Франции наперебой спешили подписать ши­рокие политические соглашения с гитлеров­ской Германией. 30 сентября 1938 года в Мюнхене была подписана Чемберленом и Гитлером англо-германская декларация, в которой говорилось: «Мы продолжили сегодня нашу беседу и единодушно пришли к убеждению, что вопроо германо-английских отношений имеет первостепенное значение для обе­их стран и для Европы. Мы рассматри­ваем подписанное вчера вечером согла­шение и германо-антлийское морское со­глашение, как символ желания наших обоих народов никогда более не вести войну друг против друга. Мы полны ре­вшимости рассматривать и другие вопро­обеих стран, при сы, касающиеся наших помощи консультаций и стремиться в дальнейшем устранять какие бы то нп было поводы к разногласиям, чтобы та­ким образом содействовать обеспечению мира в Европе»  ). о Это была декларация Англии и Германии взаихном ненападении. текабря 1938 годабылаподисана луч-нко-термансаларнияБонна Риббентропа, аналогичная англо-терманской. В этой декларации заявлялось, что герман­ское и французское правительства едино­душно пришли к убеждению, что мирные и добрососедские отношения между Герма­нией и Францией являются одной из суще­ственнейших предпосылок консолидации отношений в Европе и сохранения всеоб­щего мира, и что сба правительства при­ложат все усилия, чтобы обеспечить под­держание таких отношений между своими странами. Декларация констатировала, что между Францией и Германией нет больше никаких спорных вопросов территориально­го характера, и что существующая граница между их странами является окончатель­ной. В заключение декларация заявляла, что оба правительства твердо решают, не касаясь своих особых отношений с третыи­ми державами, поддерживать контакт друг с другом по всем вопросам, касающимся их стран, и совещаться между собой в случае, если бы эти вопросы в своем дальнейшем развитии могли привести к международным осложнениям. Это была декларация Франции и Герма­нии о взаимном ненападении. По существу дела, заключение этих со­глашений означало, что и Англия, и Фран­ция подписали с Гитлром пакты о нена­падении. В этих соглашениях с гитлеровской Гер­манией совершенно ясно обнаруживаетсл стремление английского и французского правительств отвести от себя утрозу гит­леровской агрессии в расчете, что мюнхен­ское и другие подобные соглашения уже открыли ворота для гитлеровской агрессии на Восток, в направленииСоветского обще-Таким образом были созданы политиче­ские условия, необходимые для «об едине­ния Европы без России». Дело шло к полной изоляции Советсксго Союза,

чальные англо-франпузские предложения и «спешно и серьезно взвесить» прежде, чем создавать ситуацию, за которую английское правительство не могло бы на себя принять ответственность. В заключение английское правительство подчеркивало, что оно не мо­жет поверить, чтобы чехословацкий проект об арбитраже был теперь приемлем. Оно не может полагать, указывалось в этой англий­ской ноте, чтобы «германское правительство считало ситуацию такой, какая могла бы быть разрешена арбитражем, как это пред­нагает чехословацкое правительство». В заключение английская нота угрожа­юще предупреждала чехословацкое прави­тельство, что, в случае отклонения англий­ского совета, чехословацкое правительство «должно иметь свободу каких угодно дей­ствии, которые оно сочтет соответствующи­ми ситуации, какая могла бы создаться позднее». Состоявшееся 29--30 сентября 1938 г. в Мюнхене совещание Гитлера, Чемберлена, Муссолин и Даладье явилось завершением той постыдной сделки, которая еще ранее б была полностью согласована между основ­ными участниками сговора против мира. Судьба Чехословакии была решена без вся­кого се участия. Представителей Чехосло­вакии пригласили в Мошкен лишь для того, чтобы они покорно ждали результатов сговора между империалистами. Все повеление Англии и Франции не оставляло никакого сомнения в том, что неслыханный акт предательства со стороны английского и француоского правительств по отношению к чехословацкому народу и его республике вовсе не был случайным эпизодом в политике этих государств, а яв­лялся важнейшим звеном в этой политике, преследовавшей цель направить гитлеров­скую агрессию против Советского Союза. Истинный смысл мюнхенского сговора был тогда же разоблачен И. В. Сталиным, который сказал, что «немцам отдали райо­ны Чехословакии, как цену за обязатель­ство начать войну с Советским Союзом»  ). Существо всей этой политики англо­французских правящих кругов в этот пе­риод было вскрыто в следующих словах И. В. Сталина на XVIII-м с езде ВКП(б) мерто года: «Политика невмешательства, - гово­рил И. В. Сталин, - означает попусти­тельст агроссии, развязываниевой­ны, -- следовательно, превращение ее в мировую войну. В политике невмеша­сквозит стремление желание не мешать агрессорам творить свое чер­ное дело, не мешать, скажем, Японииб впутаться в войну с Китаем, а еще с Советским Союзом, не мешать, ска­жем, Германии увязнуть в европейских делах, впутаться в войну с Советским Союзом, датьвсем участникам войны увязнуть глубоко в тину войны, поощ­рять их в этом втихомолку, дать им осла­бить и истощить друг друта, а потом, когда они достаточно ослабнут, -- вы­ступить на сцену со свежими силами, выступить, конечно, «в интересах ми­ра», и продиктовать ослабевшим участ­никам войны свои условия» 2). В демократических круах разных стран, в том числе в Соединенных Штатах Амери­ки, Великобритании и Франции, мюнхенское соглашение было встречено с возмущением и решительным осуждением. Об отношении этих кругов к мюнхенскому предательству англо-французских правителей можно су­дить хотя бы по таким высказываниям, как, например, высказывашия в вышедшей в США книге Сейерса и Кана «Тайная вой­на против Советской России». Вот что пи­сали авторы этой книги о Мюнхене: «Правительства нацистской Германии, фашистской Италии, Англии и Франции подписали мюнхенское соглашение, сбылась мечта об антисоветском «Свя­щенном союзе», которую мировая реак­по-ция лелеяла еще с 1918 года. Соглаше­ние оставило Россию без союзников. Франко-советский пакт - красугольный камень коллективной безопасности в Ев­ропе - был похоронен. Чешские Судеты стали частью нацистской Германии. Пе­ред гитлеровскими полчищами широко открылись ворота на восток»  ). Из всех великих держав один только Со­ветский Союз на всех этапах чехословацкой трагедии активно выступал в защиту неза­висимости и национальных прав Чехосло­вакии. Пытаясь оправдаться в глазах ственного мнения, правительства Англии и Франции лицемерно заявляли, будто бы они не знают, будет ли выполнять Советский Союз свои обязательства перед Чехослова-

Он гласил, что конференция для принятия «согласованных действий против агрес­сии не обязательно окажет, по мнению правительства Eго Величества, благо­приятное воздействие на перспективы европейского мира»  ). бледующим звеном в цепи германской Следу агрессии и подготовки войны в Европе был захват Германией Чехсловакии. этот важнейший шаг к развязыванию войны в Европе мог быть осуществлен Гитлером только при прямой поддержке Англии и Франции. Еще 10 июля 1938 года германский посол в Лондоне Дирксен сообщил в Бердин, что английское правительство «сделало поиски компромисса с Герма­нией одним из существеннейших пунктов своей грограммы» и что «данное прави­тельство по отношению к Германии про­являет такой максимум понимания, ка­кой только может проявить какая-либо из возможных комбинаций английских политиков» 2). писал, что английское прави-

Не борьба с германской агрессией, на 21 февраля 1938 г., что Великобрита­ния никогда не давала специальных гарал­тий независимости Австрии. Это была заве­домая ложь, ибо такие гарантии были даны Версальским и Сен-Жерменским договорами. Тогда же британский премьер-министр Чемберлен заявил, что Австрия не может рассчитывать на какую-либо защиту со сторопы Лиги Наций. «Мы не должны пытаться, заявил Чемберлен,- вводить себя в заблужде­ние и тем более мы не должны обманы­вать малые, слабые нации надеждами на то, что они получат от Лиги Наций за­щиту против агрессии, и что можно бу­дет соответственно действовать, раз мы знаем, что пичего подобного не может быть предпринято» 1). политикиДирксен Так руководители ббитанской тельство подбадривали Гитлера к захватническим действиям. Дальнейшее развитие событий еще более отчетливо показало, что правящие круги Англии и Франции своими уступками и по­блажками фашистским государствам, об еди­нившимся в 1936 году в военно-политиче­ский блок, известный под именем «Ось Берлин - Рим», только подбадривали и толкали Германию на путь захватов. Отвергая политику коллективной безопас­ности, Англия и Франция перешли на пози­цию так называемого невмешательства, о которой И. В. Сталин говорил: «…политику невмешательства можно было бы охарактеризовать таким образом: «пусть каждая страна защищается от аг­рессоров, как хочет и как может, наше дело сторона, мы будем торговать и с аг­рессорами и с их жертвами». На деле, олнако политика невмешательства озна­чает попустительство агрессии, развязы­вание войны,-следовательно, превраще­ние ее в мировую войну»  ). И. В. Сталин указывал при этом, что большая и опасная игра, начатая сторонниками политики невмешательства, может окончиться для них серьезным провалом» *). Уже в 1937 году было совершенно ясно, что дело идет к большой войне, затеваемой Гитлером при прямом попустительстве Вели­кобритании и Франции. Захваченные е советскими войсками после разгрома Германии документы германского министерства иностранных дел раскрыва­ют подлинную сущность внешней полити­ки Великобритании и Франции того пери­ода. Как видно из документов, сущность англо-французской политики заключалась не в об единении сил миролюбивых госу­агрес­дарств для совместной борьбы против спи, а в том, чтобы изолировать СССР и направить гитлеровскую агрессию на Во­сток, против Советского Союза, использовав Гитлера как орудие в своих пелях. При этом правители Англии и Франции хорошо знали основное направление гитле­ровской внешней политики, которая была определена Гитлером следующим образом: ны, национал-социалисты, созна­тельно подводим черту под направлением нашей внешней политики в довоенное время. Мы начинаем с того, на чем оста­новились шесть веков тому назад. Мы приостанавливаем вечное стремление германцев на юг и запад Европы, и обра­щаем свой взор на земли на востоке. Мы порываем, наконец, с колониальной и торговой политикой довоенного времени и переходим к территориальной полити­ке будущего. Но, когда мы сейчас в Ев­ропе говорим о новых землях, то можем в первую очередь думать только о России и подвластных ей пограничных государствах. Кажется, что сама судьба указывает нам путь» *). До последнего времени принято было считать, что вся ответственность за мюн­хенскую политику предательства лежит на правящих кругах Англии и Франции, на правительствах Чемберлена и Даладье. Тот факт, что американское правительство взя­ло на себя опубликование немецких ар­хивных материалов, исключив при этом из сборника документы, относящиеся к Мюн­хенскому соглашению, свидетельствует о заинтересованности правительства США в том, чтобы обелить героев мюнхенского предательства и при этом попытаться сва­лить вину на СССР. Основной смысл мюнхенской политики Англии и Франции был достаточно ясен уже и раньше. Имеющиеся в руках Совет­ского правительства документы из архива германского министерства иностранных дел дают, однако, многочисленные дополнитель­ные факты, раскрывающие действитель­ный смысл дипломатии западных держав в предвоенный период, показывая, какая шла игра судьбами народов, как беззастенчиво торговали чужими территориями, как втай­не перекраивалась карта мира, как подбал­ривалась гитлеровская агрессия и какие делались усилия, чтобы направить эту агрессию на Восток, против Советского Союза. Об этом красноречиво говорит, например, немецкий документ, содержащий запись а политика изоляции СССР    беседы между Гитлером и английским ми­нистром Галифаксом в присутствии герман­ского министра иностранных дел фон-Ней­рата, имевшей место в Оберзальцберге 19 ноября 1937 г. Галифакс заявил, что

«он (лорд Галифакс) и другие члены английского правительства проникнуты сознанием, что фюрер достиг многого не только в самой Германии, во что, в ре­зультате уничтожения коммунизма в своей стране, он преградил путь послед­нему в Западную Европу, и поэтому Гер­мания по праву может считаться бастио­ном Запада против большевизма» ). От имени английского премьер-министра Чемберлена Галифакс указывал на то, что имеется полная возможность найти реше­ние даже трудных проблем, если Германии и Англии удастся достигнуть соглашения также с Францией и Италией. «не должно быть такого впечатления, политическаяахорошиеским пострадают в результате германо-англий­ского сближения. После того, как в ре­зультате германо-английского оближения будет подготовлена почва, четыре вели­ких западно-европейскихдержавы2 должны совместно создать основуна которой может быть установлен продол­жительный мир в Европе. Ни одна из четырех держав ни в коем случае не должна остаться вне этого сотрудни­чества, так как в противном случае не будет положен конец теперешнему не­устойчивому положению»  ). Галифакс говорил, что Таким образом, Галифакс от имени ан­глийского правительства еще в 1937 г. сделал предложение Гитлеру о присоедине­ги Антлии, а вместе с тем и Францип к «оси Берлин-Рим». Однако на это предложение Гитлер отве­тил заявлением, что такое соглашение ме­жду четырьмя державами ему кажется очень легким, если речь идет о доброй воле и любезном отношении друг к другу, но ело усложнится если Германия не будет расематриваться «вак государство, не не­сущее больше на себе морального или ма­териального клейма Версальского догово­ра». В ответ на это Галифакс заявил согласпо записи: «Англичане являются реалистами и, может быть, больше, чем другие, убежде­ны в том, что ошибки Версальского дик­тата должны быть исправлены. Англия и в прошлом всегда оказывала свое влия­ние в этом реалистическом смысле. Он мыуказал на роль Англии при досрочной эвакуации Рейнской области, при разре­шении репарационного вопроса, а также при реоккупации Рейнской области»устранить Из дальнейшей записи беседы Гитлера с Галифаксом видно, что английское прави­тельство одобрительно отнеслось к гитле­ровским планам «приобретения» Данцига, Австрии и Чехословакии, Обсудив с Гитле­ром вопросы о разоружении и Лиге Наций и заметив, что они нуждаются в дальней­шем обсуждении, Галифакс заявил: «Все остальные вопросы можно харак­теризовать в том смысле, что они каса­ются изменений европейского порядка, которые, вероятно, рано или поздно про­изойдут. К этим вопросам относятся Дан­циг, Австрия и Чехословакия. Англия заинтересована лишь в том, чтобы эти изменения были произведены путем мир­ной эволюции и чтобы можно было избе­жать методов, которые могут причинить дальнейшие потрясения, которых не же­лали бы ни фюрер, ни другие страны»  ). Как видно, эта беседа представляла не простой зондаж, прощупывание собеседни­ка, что иногда вызывается политической необходимостью, а сговор, тайное соглаше­ние английского правительства с Гитлером об удовлетворении захватнических аппети­тов последнего за счет третьих стран. В этой связи следует отметить заявление в парламенте английского министра Саймо-

«приблизилось к пониманию наиболее существенных пунктов основных требо­ваний, выставляемых Германией в отно­шении отстранения Советского Союза от решения судеб Европы, отстранения Папий в этом ко смысле, пелесо­образности двусторонних переговоров договоров». Дирксен также сообщил в Берлин, что английское правительство готово принести большие жертвы во имя «удовлетворения других справедливых требований Гер­мании». Таким образом, между английским пра­вительством и Гитлером действительно установилось далеко идущее согласие во  внешнеполитических планах,о чем так выразительно сообщал Дирксен в своем допесении в Берлин. Нет нужды напоминать всем известные уже непосредственно к факты, относящиеся мюнхенской сделке. Но нельзя забыть, что 19 сентября 1938 года, т. е. спустя 4 дня после свидания Гитлера с Чемберленом, при­летавшим для этого в гитлеровскую рези­денцию Берхтесгаден, представители британ­ского и французского правительств потребо-тельства вали от чехословацкого правительства пере­дачи Германии чехословацких районов, на­перритселенных главным образом судетскими нем­безше цами. Они мотивировали это тем, что этого якобы невозможно поддержание мира и обеспечение жизненных интересов Чехо­словакии. Англо-французские покровители гитлеровской агрессии свое предательство пытались прикрыть обещанием международ­ной гарантии новых границ Чехословацкого государства в качестве «вклада в дело уми­ротворения Европы»  ). 20 сентября чехословацкое правительство ответило на англо-французские предлеже­ния. Чехословацкое правительство заявило, что «принятие предложений такого харак­тера равнялось бы добровольному и полному искалечению государства во всех направле­ниях». Чехословацкое правительство обра­щало внимание английского и французского правительств на то, что «паралич Чехо­словакии имел бы в результате глубокие ан-политические перемены во всей Средней и Юго-Восточной Европе». «Равновесие сил в Средней Европе и Европе вообще,-заявляло чехословацкое Не-правительство в своем ответе,- было бы уничтожено; это повлекло бы за собой далеко идущие последствия для всех остальных государств, а особенно для Франции». Чехословацкое правительство обращалось к правительствам Англии и Франции «с следним призывом» пересмотреть свою точ­ку зрения, подчеркивая, что это в интересах не только Чехословакии, но и ее друзей, в интересах «всего дела мира и дела здорово­го развития Европы». Англо-французские правители оставались неумолимыми. На следующий день английское прави­пельство посладо чехословацкому прави­пельству ответную ноту с предложением ваят обратно свой ответ на первона-

В захваченном советскими войсками в Берлине немецком архиве имеется также запись беседы между Гитлером и британ­послом в Германии Гендерсоном, про­прсутетыи -побентропаити марта 1938 года  ). самого начала этой беседы Гендерсон подчеркнул ее до­верительный характер, оговорив, что содер­жание беседы не будет сообщено ни фран­пузам, ни бельгийцам, ни португальцам, ни итальянцам, которым будет лишь сказано, что беседа состоялась как продолжение пе­реговоров между Галифаксом и Гитлером и была посвящена вопросам, касающимся Германии и Англии. Выступая в этой беседе от имени анг­лийского правительства, Гендерсон под­теркнул, что «дело идет не о торговой сделке, а попытве установить основудая встилной и сердечной дружбы с Германией, начи­ная с улучшения обстановки и кончая созданием нового духа дружественного понимания»  ). Не возражая против требования Гитлера об «об единенити Европы без России», Ген­дерсон напомнил, что Галифакс, который к этому времени стал министром иностра ных дел, уже сотласияся с теми риальными изменениями, которые Германия намерена произвести в Европе, и что «целью аштлийского предложения яв­ляется участие в таком разумном урегу­лировании». В этой же беседе Гендерсон, как значится в записи, заявил, что Чемберлеп «выказал большое мужество, коглане обращая внимания ни на что, сорвал маску с таких интернациональных фраз, как коллективная безопасность И т. П. …» «…Поэтому,- добавил Гендерсон Англия заявляето своей готовности все трудности и спрашивает Германию, готова ли она со своей сторо­ны сделать то же самое»  ). Когда в беседу вмешался Риббентроп, обратив внимание Гендерсона на то, что глийский посланник в Вене в «драматиче­ской» форме сделал заявление фон Папену по поводу событий в Австрии, Гендерсоп поспешил отмежеваться от заявления свое­го коллеги, заявив, что «часто он сам, виль Гендерсон, высказывался за аншлюсс». Таков был язык английской дипломатии предвоенного периода. Вслед за этим сговором, уже 12 марта 1938 г. Гитлер захватил Австрию, не встре­тив никакого противодействия со стороны Англии и Франции, В тот момент только Советский Союз поднял свой предостерега­ющий голос и снова обратился с призывом организовать коллективную защиту неза­висимости стран, которым угрожала агрес­сия. Еще 17 марта 1938 года Советское Правительство направило державам ноту, выражая свою готовность «приступить не­медленно кобсуждению с другими державами в Лиге наций или вне ее практических мер», которые «имели бы целью приостановить дальнейшее развитие агрессии и устранение усилившейся опасности новой мировой бойни»  ). Ответ английского правитель-1)



) «Политическое донесение 10 июля 1938 г., в дополнение к донесению А № 2589 от 10 июня с. г.», из Архива гер-) манского министерства иностранных дел. Нота британского министерства ино­странных дел от 24 марта 1938 г. фонCorrespondence respecting Czechoslova­kia, September, 1938, London, 1938, ctd 5847. Р. 89. Переписка, относящаяся к Чехословакии, сентябрь 1938 г., стр. 8--9, Лондон.

1) «Таймс», 23 февраля 1938 г., стр. 8. 2) «Записка о беседе между фюрером (и рейхсканцлером) и брит. королевеким послом, которая состоялась в присутствии г-на рейхсминистра иностранных дел Риббентропа 3 марта 1938 года в Берлине», из Архива германского министерства ино­странных дел. Там же. 4) Там же. ) «Известия» от 18 марта 1938 года.

1) «Запись беседы между фюрером и рейхсканцлером и лордом Галифаксом в при­сутствии г-на рейхсминистра иностр. дел в Оберзальцберге 19.XI. 1937 г.», из Архива германского министерства иностранных дел. ) Имеются в виду Великобритания, Франция, Германия и Италия. *) См. цит. «Запись беседы». 4) Там же. *) Там же.

XVIII с езд ВКП(б), стенографический) отчет. ОГИЗ, 1939, стр. 14. ) XVIII с езд ВҚП(б), стенографический отчет. ОГИЗ, 1939, стр. 13. ) М. Сейерс и А. Қан­«Тайная война против Советской России», 1946, Бостон, стр. 324-325 .

«Известия» от 20 марта 1939 года. 3) Архив внешней политики и странсведс­ния, стр. 483. «Archiv für Aussenpolitik und Länderkun­de», September, 1938, s. 483. (Продолжение следует).

1) Стенографич. отчет XVIII с езда ВҚП(б), ОГИЗ, 1939, стр. 13. 2) Там же, стр. 14. °) А. Гитлер, «Майн кампф», Мюнхен, 1936, стр. 742.

Советское Информационное Бюро