7 марта 1948 г., воскресенье, № 56 (2850)



C ПАРТИЙНЫх КОНФЕРЕНЦИЙндттемСвято оп Nнстэв Под знаком большевистской критики  самокритики  От корреспондентов «Красного Флота»    боевые традиции Советской Армии Военно­Морского Флота. п Конференция уделила особое внимание вопросам борьбы за дальнейшее укрепление воинской дисциплины. Делегат т. Коньков указывал, что причиной нарушения устав­ных требований и воинского порядка под­чао является слабая политико-воспитатель­ная работа партийных организаций с лич­ным составом. Делегаты тт. Хинчин, Зубов и другие говорили, что неред­ко имеют место извращения дисциплинар­ной практики. Недостаточное внимание было уделено на конференции вопросам партийного руко­водства комсомольскими организациями. Между тем на некоторых кораблях и в частях деятельность комсомольских органи­заций не отвечает пред являемым требова­ниям. Делегат т. Некрасов, рассказывая о ра­боте комсомольской организации своего подразделения, резко критиковал инструк­торов политоргана, которые при посещении подразделения ограв ограничиваются сбором раз­личных сведений. Никто из них, - говорил т. Некра­сов, - н поинтересовался по-настоящему жизнью нашего подразделения, запросами и нуждами молодых воинов. А поинтересо­ваться было чем. Взять хотя бы культурное обслуживание молодежи. Оно поставлено рук вон плохо. Флотский театр и ансамбль редкие гости у нас. Журналы, предназна­ченные для молодежи, часто не доходят к нам. Новые кинофильмы не доставлитс в течение нескольких месяцев. Тов. Муравьев обстоятельно разобрал причины основных недостатков политорга­На конференции выступил начальник Политического управления Военно-Морских Сил генерал-майор Муравьев. Он подчерк­нул, что решения ЦК ВКП(б) по вопросам идеологической работы являются програм­мой действий флотских большевиков. Подробно останавливаясь на задачах полит­органов и парторганизаций, вытекающих из привал омунветов лить ниакопоклонотвоя перед иностранненой, решительно разоблачать буржуазные воен­ные теории и их последователей, воспиты­вать военных моряков в духе сталинской военной идеологии и преданности великим указы-флота», тов. Муравьев уделил в своей речи воспи­танию молодых офицеров и матросов на славных революционных и боевых тради­циях. О слабом партийном руководстве комсо­мольскими организациями подразделений говорили делегаты тт. Иванов и Баташов. Они указывали, в частности, на то, что отдел пропаганды и агитации Политуправ­ления флота не организует лекций и докла­дов для флотской молодежи. нов и партийных организаций в области внутрипартийной работы. Он отметил, что в воспитании коммунистов на Балтике еще слабо используется метод большевистской критики и самокритики, что коммунисты недостаточно еще вовлекаются в активную партийную и общественно-политическую жизнь кораблей и частей флота. Некоторые политорганы и парторганизации не прояв­ляют должной заботы о воспитании моло­дых коммунистов. Тов. Муравьев потребовал добиваться высоких результатов в осущест­влении любых мероприятий, проводимых партийными организациями, охватывая пар­тийной работой каждого коммуниста, По докладу тов. Зозули и отчету партий­ной комиссии флота конференция приняла развернутые решения. Тайным голосова­нием избран новый состав партийной комиссии флота. С огромным под емом партийная конфе­ренция Балтийского флота приняла привет­ствие великому вожлю товаришу Сталину ствие великому вождю товаришсто Подполковник В. Князев. Капитан И. ЦАРТ. и Закончила свою работу 21-я партийная конференция Балтийского флота. Делегаты обсудили доклад тов. Зозули о задачах по­литорганов и партийных организаций по обеспечению передовой роли коммунистов в боевой и политической подготовке и отчет партийной комиссии флота. Большевики Балтики подвергли глубо­кому анализу деятельность политорганов и партийных организаций флота в области политического обеспечения боевой подго­товки, укрепления воинской дисциплины и идейного воспитания военных моряков. Как докладчик, так и выступавшие в прениях отмечали, что после перестройки партийной работы в соответствии с условиями и зада­чами мирного времени партийные организа­цип флота усилили борьбу за примерность коммунистов в боевой учебе и дисциплине, стали конкретнее и лучше помогать коман­дирам в воинском и политическом воспита­нии личного состава. На Балтийском флоте немало партийных организаций сумело добиться авангардной роли членов и кандидатов партпи в несе­нии воинской службы, в выполнении тре­бований уставов. На конференции, в ча­стности, ставилась в пример делтельность партийной организации БЧ-V линейного корабля «Октябрьская революция». Комму­нистов этого подразделения отличают вы­сокая политическая сознательность, боль­шевистская активность, стремление добить­ся лучших результатов в воинском обуче­нии и воспитании матросов и старшин. Не случайно пятая боевая часть линейно­го корабля считается лучшей в соединении, На конференции приводилось много по­добных примеров органической связи пар­тийной работы с конкретными задачами бо­евой подготовки. Однако результаты, достиг­нутые в боевой и политической подготовке личного состава, в организации службы на кораблях и в частях флота, ни в коей мере не могут удовлетворить большевиков Бал­тики. Чтобы в текущем году полностью вы­полнить стоящие перед ними задачи, полит­органы и партийные организации должны прежде всего преодолеть серьезные недо­статки, тормозящие движение вперед. Делегаты конференции подчеркивали, пости оота неммелихо ренительного усаления идеологической работы партийных партийные организации флота сделали не­обходимые выводы из постановлений ВКП(б) по идеологическим вопросам. Резкой критике подвергли делегаты не­дочеты в марксистско-ленинской учебе ком­мунистов. Политическая учеба офицеров во многих случаях страдает формализмом, за­нятия проходят на низком идейном уровне и нередко срываются. У нас в базе, - заявил делегат т. Николаев, - вот уже почти год, как пре­кратилась политическая учеба в группе старшего офицерского состава. Политотдел долго не обращал на это внимания и вдруг решил в «пожарном порядке» наверстать упущенное. Нам предложили изучить в те­чение месяца не меньше двух глав «Крат­кого курса истории ВКП(б)». Такая спешка приводит к тому, что товарищи просто не успевают изучить весь материал, рекомен­дуемый руководителем, и занятия по суще­ству проходят формально. К сожалению, этот факт не единичен. На конференции выяснилось, что многие по­литорганы флота не проявляют должной за­боты об улучшении марксистско-ленинской подготовки офицерских кадров. Делегат т. Казаков указывал на равно­душное отношение политотдела и партийной организации к офицерам, которые месяцами не посещают занятий, не изучают теории. Он критиковал Политическое управление флота за плохую постановку и низкий идей­ный уровень лекционной пропаганды. Ту же мысль высказал и делегат т. Верхов­окий, который отметил, что на качестве

беречь хiабоевые традиции ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ, 6 марта. По ини­циативе помощника начальника политотде­ла по комсомолу лейтенанта Каплунова в П-ской части проведен вечер встречи мо­лодых матросов с участниками Великой Оте­чественной войны. Первым выступил мичман Долиновский. Пятнадцать лет служит он на флоте. В го­ды войны он плавал на торпедных катерах, был участником набеговых операций на Керчь и Новороссийск. Мичман Долинов­ский рассказал об этих операциях. Терентьев.Внимательно слушали собравшиеся вы­ступление главного старшины Маца - уча­стника торпедирования немецкого линейно­го корабля «Тирпиц». Он рассказал о том как подводная лодка под командованием Героя Советского Союза Н. Лунина атако­вала немецкий линейный корабль, шедший под усиленной охраной. Беззаветная любовь КГодине, коммунистической партии, к ве­ликому вождю и учителю И. В. Сталину Рдохновляла моряков на подвиг От имени молодых бойцов на вечере вы­ступил матрос васильков. Он заверил коман­тование и своих старших товаришей,тшие молодые матросы будут крепить и множить боевую славу, будут свято беречь славные традиции части.



Заслуженный авторитет часто посещал занятия, проводимые опыт­ным преподавателем Шубиным, заимствуя все ценное в его методике обучения. Серь­езное внимание старший лейтенант уделя­ет расширению своего военно-морского кру­гозора. Помимо изучения документов об опыте Отечественной войны он пополняет свои знания на летних стажировках, чер­пая из бесед с офицерами, старшинами и матросами большой фактический материал, который затем широко использует в обу­чении матросов. Высокой успеваемости в своих сменах преподаватель Сидоренко помимо всего до­бивается путем хорошей организации ве­самостоятельных занятий учеников. В своей работе по обучению и воспита­нию матросов преподаватель Спдоренко опирается на помощь комсомольской орга­низации. Он присутствует почти на каж­дом комсомольском собрании, выступает с докладами. На одном из собраний, напри­мер, он сделал доклад об авангардной роли комсомольцев в учебе и дисциплине. Отме­тив, что наряду с передовиками учебы в смене есть и отстающие, преподаватель по­рекомендовал организовать им помощь. А когда такая помощь была организована, офицер Сидоренко не пустил это дело на самотек; важно было, чтобы под видом ее не проявлялась вредная опека. Поэтому он провел несколько бесед с передовиками учебы о том, как организовать работу с отстающими. Много времени преподаватель Сидоренко уделет воспитанию молодых морявов любви в своей специальности. Узнав, что среди некоторых матросов существует мне­ние, будто специальность трюмного менев важна в сравнении с торпедистами, комен­дорами и мотористами, преподаватель про­вел ряд бесед о важности работы трюмно­го на корабле. Яркими и содержательными рассказами, изобиловавшими многочислен­ными примерами, он сумел увлечь моло­дежь и доказать ей важность специально­сти трюмного. Офицера Сидоренко часто можно видеть в матросских кубриках за беседой на са­мые различные темы впутриполитической жизни нашей Родины и событий за рубе­жом. Большим, заслуженным авторитетом пользуется преподаватель Сидоренко среди личного состава учебного отряда. Недавно он получил письмо от своего воспитанника матроса Гевлича, который ныне служит на Черноморлого флота «Сердечное спасибо, вам, тованищ старший лейтенант,-говорится в письме,-за то, что вы не только обучили меня специаль­ности, но привили любовь к службе. Я и мои товарищи часто вспоминаем о вас». Таких писем офицер Сидоренко получает немало. aиsE. СЦЕПУРО. В учебном отряде немало хороших пре­подавателей, имеющих многолетний опыт педагогической работы. Но вогда речь заходит о лучшем из лучших, командир отряда называет старшего лейтенанта Михаила Макаровича Сидоренко. Некоторые преподаватели, - говорит командир отряда,- ограничивают свою роль лишь чтением лекций по специально­сти, ошибочно считая, что воспитание ма­тросов - дело строевых начальников. По­иному подходит к этому офицер Сидоренко. Он умело сочетает обучение с воспитанием матросов. Старший лейтенант Сидоренко препода­ет устройство корабля в сменах трюмных.черних На государственных экзаменах ученики этих смен неизменно получают высокие оценки. На последних выпусках подавляю­щее большинство матросов закончило учебу специалистами первого и второго разрядов. Высокой подготовки специалистов офи­цер Сидоренко добился правильной орга­низацией учебного процесса, неустанным повышением своей педагогической квали­фивациивагода навад он прочел свою первую пробную лекцию. Присутствовав­на ней преподаватели единодушно от­метили глубокое знание молодым препода­вателем материала, умение методически правильно вести урок. Двенадцать лет назад Михаил Сидо­ренко с отличием закончил этот же учеб­ный отряд, плавал на корабле, затем как лучший специалист был назначен инструк­тором той же смены, в которой раньпе учился. Через гот он был уже старшим инструктором. В годы Великой Отечественной войны предстоя-Силоренко был на фронте. В грозные дни обороны Ленинграда он сражался в мор­ской пехоте, был командиром взвода, по­том-роты, В боях был дважды ранен. Пос­ле второго ранения Сидоренко, получив­ший на войне офицерское звание, вернул­ся в учебный отряд. Четыре года он командовал подразделе­нием, упорно готовясь к педагогической деятельности. Высокая оценка, данная пробному уро­ку, не успокоила Сидоренко. Он больше при­слушивался к критическим замечаниям, чем к похвалам. Советы опытных препода­вателей молодой педагог стал вводить в практику на первых же уроках. Офицер Сидоренко постоянно контроли­русттоооноизкораблей структора свены старшего матроса Деит­риева. Он каждый раз внимательно знако­мится с его конспектами и допускает к занятиям лишь тогда, когда убедится, что инструктор хорошо подготовился к их проведению. Заботясь о росте своего педагогического мастерства, старший лейтенант Сидоренко

пед

ног

занятий отрицательно сказывается частая смена руководителей семинаров. Отдел про­паганды и агитации Политического упраав­ления флота, возглавляемый т. Ольштин­ским, слабо реагирует на эти недостатки в марксистско-ленинской подготовке офице­ров. Выступавшие товарищи правильно ука­зывали, что пренебрежительное отношение некоторых офицеров к повышению своего идейного уровня ведет к срывам и прова­лам в их работе, к превращению их в деляг­крохоборов. Делегат т. Возный рассказал конференции об офицере Варкове, который не заботится о своем идейном росте, что сказалось на его практической работе. Большое внимание конференция уделила состоянию политических занятий с матро­сами и старшинами. За истекший год поли­тические занятия на флоте стали проходить значительно лучше, чем прежде. Офицеры добросовестно руководят политическими за­нятиями, стараются всячески улучшать их идейное содержание, увязывать их с жизнью и конкретными задачами своего подразделения. Однако не все политорганы оказывают руководителям занятий помощь, b, учат их методике, передают опыт лучших Ряд политорганов, а также отдельные коман­диры и руководители партийных организа­ций ослабили контроль за политзанятиями. Делегат т. Свистов справедливо заметил, что такое положение не может быть терпи­мо, Он сказал: нам в подразделение часто звонит по телефону офицер Галичий, Он спради­вает обо всем: как поставлено материально­техническое обеспечение, в каком состоя­нии техника? А вот о людях, об их полити­ческой учебе он никогда не спросит. И не случайно, что у нас часто отрывают матро­сов и старшин от политзанятий на всякие хозяйственные работы, нередко срываются и самые занятия. Политотдел же мирится с этим. Говоря о недостатках в руководстве по­литическими залятиями, хелогаты отмеча­нствостинтураннено ое  литературой. Многие выступления были посвящены деятельности политшкол и кружков по изу­чению истории ВКП(б). Делегаты вали на то, что отдельные политорганы не контролируют содержания занятий, не ру­ководят подготовкой преподавателей, не оказывают должной помощи слушателям в их самостоятельной работе над материалом. Плохо еще контролируют учебу коммуни­стов в политшколах и кружках партийные бюро. В партийных организациях редко об­суждаются вопросы учебы коммунистов. Делегат т. Жаров в своем выступлении обратил внимание на то, что обучение флот­ской молодежи в школах учебного отряда имеет очень серьезные недочеты. Молодежь занимается по учебникам, в которых игно­рируется передовая роль русских ученых в мировой науке и технике, не показываются достижения советских ученых. Вопросам изучения и пропаганды сталин­ской военной науки, разоблачения буржу­азных военных теорий посвятил свое вы­ступление делегат т. Деревянко. К изучению военного дела, заявил он. -- мы должны подходить с партийных позиций, воспитывать у наших офицеров умение тщательно анализировать каждую боевую операцию, которую мы изучаем на наших занятиях. Необходимо широко раз­вернуть пропаганду по подвигов советских мо­ряков в годы Великой Отечественной войны. Это поможет воспитанию у матросов совет­ского патриотизма, воинской чести, стрем­ления бережно хранить и умножать славные

Сбор связистов жзН-СКАЯ БАЗА, 6 марта. (Корр. «Красно­го Флота»). Закончился трехдневный сбор старшин-связистов Н-ской части, посвящен­ный итогам боевой и политической подго­товки за 1947 год и задачам на щую летнюю кампанию. Офицеры Свириденко, Мирошниченко и Каменский прочли для участников сбора не­сколько лекций по вопросам связи. Главные старшины Гринин, Бобров, Филатов, Нечаев и другие поделились опытом своей работы.

Сборники исторических документов ЛЕНИНГРАД, 6 марта. (Корр. «Кр «Красного Флота»). Коллектив научных сотрудников Центрального государственного военно-мор­свого архива составляет ряд документаль­ных оборннков, Закончон оборник довумон­тов о ледовом походе Балтийского флота. Подбираются материалы для сборников «Военные моряки в борьбе за власть Сове­тов и за строительство социалистическогомолодой «Моряки русского флота - творцы минного оружия», о деятельности русских флотоводцев - адмиралов Макарова и Ла­зарева. курсантов Спортивные успехи В специальном приказе начальник учи­лища отметил организатора и участников похода. Курсанты Бойцов, Шалин, Куль­ницкий и другие награждены ценными по­дарками. На-днях курсанты Военно-морского ин­женерного училища имени Дзержинского провели лыжный поход из Ленинграда в Вы­борг. Весь маршрут длиной в 150 километ­ров лыжники прошли за 15 с половиной хо­довых часов. Недавно состоялись стрелковые соревно­вания частей Ленинградского гарнизона, в которых приняла участие команда училища в составе курсантов Башкирова, Пешкура, Макавеева, Добрякова и Королева. В стрельбе из боевой винтовки на 300 метров команда училища заняла третье ме­среди частей Ленинградского гарнизона. За личные достижения по стрельбе из пи­столета инженер-капитан-лейтенант Сычев награжден грамотой.

Навести порядок в Доме офицеров  B Доме офицеров, которым руководит майор Жебровский, работа идет кое-как. Планы составляются, но выпюлняются не всегда. Особенно запущена военная пропа­ганда. Нередко в течение двух-трех меся­цев не бывает ни одной лекции по военным вопросам. Начальник политотдела ставит свою ут­верждающую подпись на планах работы Дома офицеров, но не замечает при этом, что многие весьма важные вопросы работы с офицерами упущены. Не контролирует на­чальник политотдела и выполнение плана. А между тем намечаемые мероприятия часто срываются. С этим свыклись. Так как на­чальник Дома офицеров заранее знает, что многое из намеченного не будет выполнено, он и не посылает планработы Дома офице­ров на корабли и в части. Мы спрашивали у многих офицеров их мнение о вечерах отдыха, которые время от времени организует Дом офицеров. Ответы были единодушными: программы вечеров отдыха настолько непривлекательны, что ходить не хочется; покажут какой-нибудь старый фильм, и этим исчерпывается вся художественная часть. Есть картины, ко­торые демонстрировались до… 20 раз! Нет внимания и к художественной само­деятельности. В свое время здесь существо­вал драматический коллектив, но вот уже полгода он не работает из-за отсутствия руководителя. Конечно, можно было бы найти среди офицеров и членов их семей организаторов и руководителей самодеятель­ности, но работники Дома офицеров даже не пытались это сделать. На сцену Дома офицеров просачиваются халтура, пошлость,мы имеем в виду один из концертов, на котором конферансье по­зволял себе «шутки», которые ничем дру­гим, как пошлятиной, назвать нельзя. Негде работать кружкам. Несколько ком­нат занято под квартиры. Несмотря на протесты начальника парт­кабинета, лекционный зал долгое время ис­пользовался для танцев. Пора политотделу всерьез заняться рабо­той дома офицеров, навести там должный порядок, сделать его подлинным центром культурно-просветительной работы в базе. Е. ВОЛОДИН.

Балтийский флот:

Семья майора Мажарова  новна родила в тюрьме второго своего сы­на - Володю. Сплошным кошмаром были для Зинаиды Мажаровой следующие четыре года. Она стойко переносила собственные физические страдания, но тревога за жизнь и судьбу детей неотступно терзала душу. Для маленького Володи скоро стало не­хватать материнского молока: сказывался голодный тюремный режим. Мальчик прэ­вращался в обтянутый кожей скелетик и от слабости переставал подавать голос. Мама, посмотри, Вова, кажется, уже не дышит, в ужасе шептал Славик. Фашистские тюремщики глумились над страдающей матерью. Когда Мажарова про­сила пищи для спасения ребенка, ее изби­вали и сажали в карцер. и если Вова вы­кил, то только потому, что соседки по ка­Года два тому назад, вскоре после окон­чания войны, мне встретился за рубежом один английский журналист, деятельно со­биравший по всей Европе сведения о «сча­стливых семьях с интересной военной судьбой», члены которых считали друг друга погибшими и после этого вновь со­брались в полном составе у старого домаш­него очага. В блокнотах журналиста уже хранились записи о родителях, чудом вы­рвавшихся из немецкого концлагеря и на­шедших живыми и здоровыми сыновей, смерть которых удостоверялась официаль­ными справками. Была у него зафиксиро­вана история мужа, выбравшегося с зато­нувшей подводной лодки, и жены, которая провела педелю замурованной в подвале рухнувшего дома. Список «счастливых се­мей» пополнялся, однако, медленно, пото­му что семья, потерявшая кого-нибудь за годы войны, уже не интересовала этого журналиста. Он искренне огорчался, обна­руживая подобный из ян в чьей-нибудь «интересной военной судьбе», но в общем не унывал и неутомимо продолжал поиски и расспросы. Мне не была известна конечная пель этого коллекционера счастливых случайно­стей. Я не знаю и сейчас, выпустил ли оп где-нибудь сборник записанных им «сча­стливых историй», который при всей своей «документальности» и независимо от наме­роний автора неизбежно был бы одной на самых лживых книжек о войне. Сейчас я вспомнил про того англичанина просто потому, что познакомился с семьей, «военная судьба» которой вполно соответ­ствует строгим требованиям британского журналиста и в то же время более поучи­тельна, чем упомянутые выше истории. Да, это действительно счастливая семья! Из четырех человек, входящих в нее, каж­дый имел основания считать остальных троих погибшими. И тем не менее все чет­веро собрались, наконец, в своей прежней квартире в доме № 19 на тихой улице Кришьяна Барона в Лиепае. Правда, сбор песколько затянулся. Счастье вернулось время второго ребенка, уговаривала согла­мере такие же советские женщины и та­н­Однажды тюрьму посетило какое-то не­мецкое начальство. - Почему здесь дети? Это беспоря­пулемет-ских о, кром пажаро вой, было еще четверо мальчиков. кие же матери - делились с подругой по­следним куском. Через несколько дней всех мальчиков, кроме самого маленького - Володи, увели неизвестно куда. На тревожные вопросы о сыновьях надзиратели отвечали матерям пощечинами. Именно в это время подруги заметили в темных волосах Мажаровой по­явившуюся за одну ночь белую прядь. Наконец Зиналда Степановна случайно увидела сына во время прогулки в тюрем­ном дворе. Прильнув к маленькому светло­му пятнышку на закрашенном окне под­вального этажа, Славик подавал матери знаки. Потом выяснилось, что там и ос­тальные мальчики. Их поместили в отдель­ную камеру, так был наведен угодный немецкому начальству «порядок». Полтора года немецкие власти не утру­ждали себя пред явлением каких-либо об­винений схваченным ими женщинам. На­конец Зинаиду Степановну вызвали на шаться на продление отпуска, если врачи найдут это необходимым, обещала встре­тить мужа с новорожденной дочкой… Когда Федор Семенович читал эти стро­ки, Зинаида Мажарова вместе с другими женами офицеров уже набивала ные ленты для моряков, занявших оборону на подступах к городу, Федор Мажаров был далеко и не успел вернуться в Лиепаю до ее захвата врагом. Все, что ему удалось узнать в ближайшие недели о судьбе жены и сына, сводилось к двум, одинаково не­утешительным, версиям: первая гласила, что они сели на пароход, который затем был потоплен немецкими самолетами; вто­рая - что они погибли от бомбежки на пути к Риге. На самом деле Мажарова и несколько ее подруг, мужья которых пали в первых бо­ях, добрались тогда до Риги, но слишком поздно: половина города уже была в руках немцев. Женщины, сделавшие отчаянную попытку переправиться на другой берег Даугавы, где закреплялись советские вой­ска, были схвачены гитлеровцами. Славик, которому как раз в этот день исполнилось шесть лет, вместе с матерью оказался за решеткой. В начале июля Зинапда Степа-

первый допрос и тут же потребовали под-

Поддержка подруг и мысль о сыновьях

Но при уточнении относящихся к делу об­стоятельств ему пришлось бы со столь же искренним огорчением отказаться от этого намерения, обнаружив, что данная история не подходит под его правила, ибо не извест­на еще судьба Володи, младшего сына. в те дни о Володе было известно лишь то, что детский дом, в котором он содержался, вывезен немцами из Риги ку­да-то в Германию. Советские офицеры свя­зи безрезультатно искали Володю по всей Европе, На след этого мальчика и большой группы других советских ребят, насильно посаженных вместе с ним на немецкий па­роход, в том числе сыновей сослуживцев Мажарова - павших в боях балтийских артиллеристов Сердюкова,Мухамедова, Рахвалова и подводника Гуртового, ни­как не удавалось напасть, Первую весточку принесла в начале 1947 года вырвавшаяся из английской оккупационной зоны рижанка Ирена Фи­этаж,липпова. Она сообщила, что детский дом из Майори после долгих странствований по Германии осел где-то под Любеком, в бри­танской зоне, и находится ныне под конт­ролем британского Красного Креста. Ирена Филиппова хорошо помнила многих воспи­танников и среди них Юрика Сердюкова, Болю Гуртового, Володю Мажарова… Взволнованные этим известием, Федор Семенович и Зинаида Степановна в тот же вечер написали письмо в Москву с просьбой помочь в возвращении им сына. Ответ, при­шедший через несколько дней, гласил, что местопребывание мальчика сообщено совет­ским органам репатриации, которые полу­чили указание принять срочные меры для возвращения Володи Мажарова на Родину. доме № 19 по улице Кришьяна Баро­на, в той самой квартире, где шесть лет назад все было готово к появлению Вовы на свет, стали готовиться к его приезду. Поставили ему кроватку, покупали игруш­ки… Родители, возмутившиеся в первый момент тем, что британские власти ничего не давали знать о советском мальчике, на­ходящемся в их руках уже почти два года, на радостях готовы были об яснить все каким-нибудь недоразумением (Окончание на 4-й стр.).

писать заготовленные заранее «показания» давали Мажаровой силы не упасть тогда, когда упасть означало быть пристреленной на месте или отправиться в газовую камеру. С мыслью о детях и ради них она и ее подруга Евдокия Сердюкова бежали, нако­нец, из лагеря, когда заключенных угонялиДа, от приближавшегося фронта. Рискованный побег удался. А через два дня женщины встретились с советскими бойцами. Это произошло 4 мая. Три недели спустя Мажарова и Сердюкова были уже в Лиепае. Минуло еще несколько недель, и в дом № 19 на улице Кришьяна Барона вошел капитан в пропыленной шинели. Медлен­но-медленно поднялся оп на второй как человек, который знает, что каждая ступенька приближает крушение светлой надежды, не покидавшей его долгие годы. На площадке перед дверью третьей квар­тиры он остановился на мгновение и потом решительно нажал кнопку звонка. рус-Дверь распахнулась… Дома Зинаиду Степановну встретил… Славик. Он тоже совершил побег, когда немцы вывозили детский дом в Германию через Лиепаю, и нашел приют у соседки­латышки, которая полгода прятала у себя сына русского офицера. Зина! Встречай мужа! - закричала, Евдокия Сердюкова, жившая у Мажаровой. Со странным ощущением, будто он вот­вот должен проснуться и боясь этого про­буждения, которое, как ему казалось, сра­зу обнаружит какую-то ошибку и развеет нахлынувшую на него невозможную ра­дость, Федор Семенович неуверенно шагнул в переднюю. Но живая Зина уже бросилась ему навстречу. И капитан Мажаров, при­готовившийся минуту назад мужественноВ встретить самое худшее, как встречал он все эти годы смертельную опасность, за­рыдал от счастья, целуя зинины молодые седины, * Я не сомневаюсь, что упомянутый выше английский журналист, окажись он при этой встрече или узнай он случайно о ней, преисполнился бы искренней симпатии к супругам Мажаровым и, умилившись, за­хотел бы включить их историю в свою коллекцию «счастливых военных судеб». о ее «коммунистической деятельности про­тив германских вооруженных сил». Мажа­рова отказалась. Угрозы не помогли. Тогда, отняв Володю, ее бросили на две недели в темную камеру без нар, где обычно содер­жались ожидающие казни. Вдоволь поглумившись над своими жерт­вами, тюремщики передали всю группу женщин в концлагерь Салспилс. Никто из женщин тогда не знал, где находятся их де­ти. Трудно передать, каких усилий стоило бинаиде Степановне дознаться, что стар­ший ее сын отправлен в приют в Талси, а младший - в детский дом в Майори, И сколько находчивости, изобретательности, упорства потребовалось затем, чтобы сооб­щить это оставшимся на свободе знакомым. Зинаиду Степановну ужасала мысль, что в случае се смерти,- а этого можно было ожидать в лагере каждый день,- дети после освобождения Латвии не найдут ни отца, если он жив, ни друг друга. 1 мая 1944 года Зинаиду Мажарову и группу ее подруг вывели ко рву за лаге­рем, где производились расстрелы, Потом выяснилось, что комендант просто хотел лишний раз поглумиться над ними в день первомайского праздника. «Все равно не увидите! -- заявил он после того. как поставленным у рва женщинам было, наконец, сказано, что сегодня их еще не бу­дут убивать. - Если не успею вас расстре­лять, взорву с бараками!». Их все-таки не расстреляли, когда Со­ветская Армия подошла к Прибалтике, а увезли в Германию: агонизирующая гитле­ровская империя испытывала слишком большой недостаток в рабочей силе. Зинап­де Мажаровой суждено еще было пройти через Равенсбрук и Бельциг­страшные места, где людей, согнанных со всех кон­цов Европы, доводили до полного изнемо­жения непосильным трудом, а не способных больше к труду строем отправляли в кре­маторий. Жены балтийских офицеров, державшие­ся вместе еще с отхода из Лиепаи, не па­дали духом и в этом аду. Все понимали, что терпеть осталось уже недолго: близкий крах Германии чувствовался даже за ла­герной проволокой.

От специального корреспондента «Красного Флота» 

в эту квартиру намного позже, чем умолк­ли в Европе орудия. И тут одна из при­чин, по которым об этой семье стоит рас­сказать. Балтийский артиллерист-зенитчик по­литрук Федор Семенович Мажаров расстал­оя с женой Зинаидой Степановной и сыном Славиком в конце мая 1941 года, отправ­ляясь на курорт после болезни. 22 июня ему вручили в санатории последнее дошед­шее до него письмо из дому. Жена просила не беспокоиться за нее, ожидавшую в это