7

августа

1948

г.,

суббота,

№

186

(2980)

красны ф л о т ЗАБОТА О ПОДЧИНЕННЫХ - ПОВСЕДНЕВНАЯ ОБЯЗАННОСТЬ КОМАНДИРА

3

Чистота и порядок на корабле показатель морской культуры экипажа полнением такой приказ никогда не достиг­нет своей пели. Опратный внешний влд личного сосав на пашем корабле достигается с помощью ряда мер. В частности, у дежурного по кораблю имеется недельное расписание про­верок формы одежды. В один из дней неде­ли осматривается обувь на следующий еьрбочообратил и бескозырки, в один из дней прически личного состава. Это расписание позволило нам повсе­дневно следить за тем, как личный состав заботится о своей одежде, насколько тельно он соблюдает правила носки дирования. По субботам на корабле произ­водится полный осмотр всего обмундирова­ния экипажа К таким специальным про­веркам олежлыобобвитщевоо контроль офицеров и старшин за внешним видом подчиненных - на занятиях и рабо­тах, на вечерней поверке. Особое внимание обрашается на форму одежды при увольне­нии личного состава на берег. Следующим существенным вопросом, ха­рактеризующим степень морской культуры на корабле, являются быстрота, четкость и своем боевом посту. Воспитывать такие ка­чества у личного состава должны не только непосредственные командиры и начальники, по и служба корабельных нарядов. Очень приятно наблюдать за тем, как после команды «такому-то артиллерийскому ди­визиону наверх» весь его личный состав, словно по боевой тревоге, побежал к месту построения и через две минуты был вы­строен. Командир дивизиона т. Мирошни­ченко четко доложил об этом дежурному по кораблю. Матросы и старшины дивизиона получи­ли приказание выгрузить продукты с бар­жи. Работа началась немедленно. Матросы действовали быстро, бесшумно и четко. Присутствовавший при этом офицер с дру­гого корабля с удивлением спросил помощ­ника командира: «Как вы добились такой организации работы?». Ему об яснили, что на корабле проделано следующее: составле­на специальная инструкция по погрузке и выгрузке продуктов; там указаны - мини­мальное время для построения личного со­става, форма одежды и кто отвечает за по­рядок и наличие людей в строю. В этой инструкции также сказано о том, что после работы личный состав производит приборку своими силами. Вновь заступивший дежур­ный по кораблю заблаговременно строит де­журное подразделение. Он зачитывает ин­струкцию, об являет место построения форму одежды. Дежурный по кораблю ежедневно об яв­ляет по корабельному радио и во время ве­черней поверки о том, как работало сме­нившееся подразделение. Если оно дежури­ло плохо, при построении не уложилось в нормативы, выполняло работу шумно и суетливо, то об этом ставится в известность всь экипаж. С наиболее нерадивых взыски­вают. Мы считаем целесообразным об являть на каждой вечерней поверке о следующем: в какой боевой части в этот день образцово проводились занятия и как это было до­стигнуто; кто плохо проводил занятия или работы; какой кубрик и заведывание со­держатся в наилучшем виде; кто отличился на дежурстве и на вахте; какие шлюпка, барказ и катер особенно выделились в этот день своим видом. Рекомендуется также со­общать на вечерней поверке фамилии матросов, старшия и офицеров, прибывших служить на корабль. Все это позволяет ставить сразу весь личный состав в известность обо всем, что произошло за день на корабле, помогает воспитывать экипаж в духе высокой дис­циплины и организованности. Образцовый внешний вид корабля один из показателей высокой морской куль­туры экипажа. Каким же путем следует вибиваться такого вида корабля, что для этого необходимо делать? Как известно, опрятность, чистота и по­пядок на корабле зависят в основном от пребовательности, заботливости и энергии мощнников командира корабля. Немалая сой части, ибо, если их личный состав не будет обучен корабельным правилам, он не поймет, на­пример, к чему приводит выбрасывание за борт мусора, окурков и т. д. При таком от­иошении ени матросов и старшин к корабель­ным правилам - сколько раз ни мыть ко­рабль, все равно его борта будут грязными. Для контродя за состояцием бортов и падстроек нашего корабля помощник коман­дура выделил постоянных приборщиков, которые ежедневно по сигналу «начать поиборку» моют, а где нужно, то и под­крашивают, оба борта и надстройки. Для этого у дежурного боцмана к началу при­борки всегда имеются нужные краски, бе­д6/я чистая ветошь, щетки и т. п. Вще тщательнее должны поддерживаться чистота и порядок на верхней палубе. Здесь многое зависит от организующей роли каж­дого офицера в проведении приборки. И Из числа наших офицеров в пример можно по­ставить гвардии лейтенанта Гончарова. Он своевременно расписал всех своих подчи­ненных по приборкам, позаботился о том. чтобы у приборщиков имелись все необхо­димые материалы: исправные швабры, го­лики, сода, щетки, ветошь, песок, мел ит. п. Все числится по описи у дежурного приворщика. Он выделяется Гончаровым на каждые следующие сутки. Этот матрос пе­ред началом приборки выдает всем то, что им требуется, а после принимает, следя не только за количеством предметов, но и за их чистотой и исправностью. Подчиненные Гончарова не не бегают во время приборки в поисках материала. Ра­бота идет четко и быстро, Офицер Гончаров считает своим долгом лично присутствовать на приборке. Однако его нельзя назвать наблюдателем. Он часто лично учит моло­дых матросов, как правильно пользоваться шваброй и голиком. Все свои замечания он заносит в тетрадь. Записи помогают ему после каждой приборки поощрять усердных матросов, ставить их в пример остальным и взыскивать с тех, кто плохо относится к своим обязанностям. Район приборки, вверенный т. Гончаро­ву, весьма велик. Здесь есть механизмы, которые находятся в ведении других коман­диров групп и батарей. Но Гончаров навел образцовый порядок не только в своем за­ведывании, но и настойчиво добивается втого же от офицеров Аникина и Яковлева. Он одинаково тщательно следит за тем, в каком состояни тоянии содержится материальная часть у него самого и у его товарищей. Совершенно по-иному относится к борьбе за чистоту и порядок на корабле офицер Воробьев. Почти ежедневно в его заведыва­нии обнаруживается немало серьезных недо­статков. Это происходит потому, что подчи­ненные нныет, Воробьева крайне небрежно дела­ют приборку. Из приборочных материалов они располагают только одной грязной шваброй. Старшины Радионов и Ахметшин плохо руководят матросами. Во время при­борки - шум, сутолока. Офицер Воробьев на приборке почти не бывает и не требует устранения недостатков. Но только по чистоте и порядку на ко­рабле еще нельзя делать исчерпывающий вывод об уровне морской культуры экипа­жа. Немаловажным вопросом является так­же внешний вид личного состава. Офицеры и старшины обязаны повсе­дневно следить за соблюдением подчинен­ными формы одежды. Очень легко, конечно, издать приказ по кораблю о том, чтобы лич­ный состав строго соблюдал установленную форму одежды. Но без контроля за его вы-

Из писем

в редакцию

Навести

порядок

Обеспечить моряков всем, что положено им по уставу E вам обращались подчиненные с тща-ам обращаст­обмун-надлежностей?Постльных при­Поздней ночью, когда на корабле все уже спали, капитан-лейтенант Мокрозуб обхо­дил жилые помещения. Он тихо проходил по кубрикам, останавливаясь возле каждой койки. Помощник командира проверял, как отдыхают после напряженного дня боевой учебы матросы и старшины. У коек, на ко­торых спали матросы Еротниченко и Сыт­ников, капитан-лейтенант задержался. Он внимание на то, что один матрос спит без подушки, а у другого нет простыни. Офицер сделал в блокноте помет­ки. Утром он вызвал к себе старшин отде­лений и спросил их: Старшины ответили отрицательно. А сами вы проверяли у матросов ве­сами вы пповератимапрудовлетворен имущество? Почему у матросовне ныхпр ных при принадлежносте ностей? Не знаете? Плохо вы заботитесь о своих подчиненных, строго заметил помощник командира ко­рабля. Он приказал старшинам выяснить и до­ложить, почему у матросов нет положенных им вещей. Оказалось, что матросы их не получили. Мокрозуб приказал хозяйствен­Много самых разнообразных дел у по­мощника командира корабля. Но за всеми делами офицер Мокрозуб всегда видит жи­вых людей. Несмотря на занятость, он все­гда находит время побеседовать с моряка­ми, выяснить, что их интересует, обстоя-На тельно ответить на вопросы. Такие непри­нужденные беседы помогают помощнику командира вникать во все мелочи жизни и быта личного состава, правильно руково­дить его службой. Такого же внимательного отношения к нуждам подчиненных т. Мокрозуб требуст от всех офицеров и старшин. Не случайно на корабле нет жалоб на недостатки в обес­печении моряков. Повседневно чувствуя за­боту со стороны начальников, личный со­став прилагает все свои усилия к тому, чтобы как можно лучше освоить боевую технику и повысить боеспособность своего корабля. К сожалению, на некоторых кораблях еще встречаются офицеры, которые мало вникают в быт подчиненных, по-казенному относятся к их потребностям. Вот один из примеров. На корабле Н. в жаркое летнее время матросы и старшины но могут найти холодной кипяченой воды. До обеда лагуны вовсе пустуют, а после обеда заливаются крутым кинятком. Чай здесь кипятят в той же посуде, в которой варятся первые блюда. Такой чай непри­ятно пить. Все это происходит на глазах у командира корабля, его помощника и рабельного врача т. Поспелова. втоНедавно на одном из кораблей матросы и старшины при опросо пожаловались на нехватку кружек. Выяснилось, что нехва­тает и обыкновенных столовых ложек и по­стельных принадлежностей. А за день до этого заместитель командира корабля по политчасти т. Никифоров доложил старше­му начальнику: «Личный состав полностью всем необходимым и ни в чем нуждается». Комментарии, как говорит­ся, излишни… Немало на кораблях Н-ского подразделе­ния претензий к довольствующим органам. B Корабельном уставе сказано: «На каждом столе, покрытом клеенкой и приго­товленном для принятия за ним пищи, пол­жны находиться бачок для супа, суповая ложка, блюдо для второго, чайник с кипя­ченой водой или чаем, кружки для питья, лоток с нарезанным на нем хлебом, солонка, перечница, горчичница, тарелки, ножи, вилки и ложки, причем последние четыре предмета - по числу краснофлотцев, при­крепленных к данному столу». флоте имеются все возможности для того, чтобы строго соблюдать эту устав­ную статью, Речь здесь идет не только об элементарной заботе о матросах, но и о при­витии им навыков культурно принимать пищу. Но некоторые работники тыловых органов не понимают этого и считают вы­полнение уставных требований ненужной роскошью. Надо ли доказывать, что все эти недо­статки но так уж трудно устранить? Но для этого необходимо, чтобы командиры и жозянственники на кораблях, а также офи­перы довольствующих органов прониклись чувством ответственности за удовлетворе­ние всех законных нужд моряков, строго выполняли бы то, что требуют от них на­ши уставы. Капитан 3 ранга В. ПРОЦЕНКО.

в работе КЭч

Внешний вид этого служебного помеще­ния вполне соответствует и тому непри­глядному стилю, который за последнее вре­мя укоренился в работе этого учреждения. Жалоб на КЭЧ очень много, и большинство из них справедливо. Приведем примеров, характеризующих заведенные здесь порядки. Непригляден внешний вид помещения, в котором разместилась квартирно-эксплоата­ционная часть H-ской части. Просветы оконных рам заделаны фанерой, стены и двери ободраны. За наскоро ко-переборкой на досчатых нарах сидит де­журный. Перед ним на ветхой тумбочке - телефон и несколько потрепанных, залитых чернилами журналов. В них он записываетды телефонограммы и заявки жильцов на ре­монт в квартирах. Предположим, что вам потребовался спе­циалист-ремонтник. Вы можете его вызвать либо лично, либо по телефону. Вашу прось­бу запишут в журнал, пообещают удовле­творить ее немедленно, и на этом все за­кончится. Напрасно прождав несколько дней, вы снова обращаетесь в кач. После второго или третьего раза к вам на кварти­ру придет ремонтник, выяснит ваши пре­тензии, скажет, что идет за инструментом, и исчезнет. Через несколько дней вы сно­ва обратитесь в КЭЧ, и снова вашу заявку записывают в журнал, обещают и т. д. Чтобы прочистить канализационную ра­ковину и исправить водопроводный кран, мне пришлось обратиться в КЭЧ четыре раза, а на пятый раз разговаривать с самим начальником КЭЧ офицером Афанасьевым. Только после этого была выполнена весьма несложная работа. Много странного в работе квартирно-экс­плоатационной части. Когда получаешь счет за квартиру, то всегда удивляешься сумме платежа: то она слишком большая, то очень малая. Каждый месяц за одну и ту же квартиру с вас взи­мают самые различные суммы. Никто не может заранее сказать, сколько ему придет­ся платить. Исчисление квартирной пла-

ты - тайна бухгалтеров из КЭЧ. Они вы­дают квитанцию, где указана общая сумма платежа, а из оплаты каких именно услуг эта сумма получилась -- никто не знает.   сколоченнойПредставители КЭЧ не контролируют, как выполняются ремонтные работы. В ре­зультате качество их пизкое. На них рас­ходуется больше времени, чем надо. Однаж­мне пришлось отремонтировать окно. На это КЭЧ затратила два рабочих дня, а по нормам на такую работу полагается один час. Жилые дома плохо снабжаются электро­энергией. Причина -- безграмотная экс­плоатация электрического хозяйства. Поте­ри энергии здесь достигают 20-30 проц. несколькоПепользование проводов различных ний, плохая изоляция, отсутствие пайки, установка «жуков» вместо пробок, большое количество временных подключений - та­ков неполный перечень нарушений экс­плоатации электрохозяйства. Вместо того чтобы навести в этом деле порядок, нака­зать конкретных расхитителей энергии, кЭЧ пошла по другому, более легкому и неправильному пути. Ток выключается сра­зу во всех домах, как только начинают по­лагать в КЭЧ,что норма эпергии израсхо­дована. Причем это определяется на-глазок, вследствие чего свет иногда горит круглые сутки, а чаще всего его выключают в 22 23 часа. Офьцеры не могут рационально использовать свое свободное время, заранее запланировать на вечер какую-либо до­машнюю работу или учебу, поскольку каж­дый из них постоянно думает о том, что сейчас вот погаснет свет. Отсутствует технический надзор за дома­ми. Их ремонтируют только тогда, когда в них создаются невозможные условия для жилья, например, через крышу заливает квартиру и т. п. Такова неприглядная характеристика дел­тельности КЭЧ Н-ской части. Давно пора навести в этом учреждении должный поря­док, заставить работников КЭЧ добросовест­но выполнять свои служебные обязанности, Капитан 2 ранга Б. СЕВЕРОВ.

Соревнования на первенство Вооруженных Сил 8 августа в Москве начнутся соревнова­ния на первенство Вооруженных Сил по вод­ным видам спорта, фехтованию, легкой ат­летике. В них будут участвовать лучшие спортемены военных округов, групп войск иолотов. По обширной и разнообразной программе предстоит состязаться легкоатлетам. Они бу­дут участвовать в бего на дистанцию от ста до десяти тысяч метров, в прыжках в высо­ту, длину и тройном с разбега, в метании диска, конья, гранаты, молота, толкании ядра. Кроме того, будут проведены соревно­вания по ходьбе на 20 и 50 километь в. Пловцы покажут свое искусство в пла­вании на короткие и длинные дистанции разпыми стилями в эстафетах, прыжках в воду с вышки и трамплина. Фехтовальщики проведут штыковой бой, бой на эспадроне, рапире, шнаге, С 22 ав­густа включатся в соревнование на первен­ство Вооруженных Сил 1948 года гимнасты. борцы, боксеры и штангисты. Звание чемпионов Вооруженных Сил по фехтованию, в числе других, будут оспари­вать моряки Балтийского и Тихоокеанского флотов. В составе команды балтийцев-пер­воразрядник старший лейтенант В. Михай­лов, мастер спорта старший лейтенант H. Ситников, старшина 2-й статьи И. Сва­рич, тихоокеанцы-майор К. Староверов, мичман И. Андреев, старшины 2-й статьи A. Анжиганов, В. Борисенко и другие. Сильную команду легкоатлетов выстав­ляют на соревнования балтийцы. В ее со­ставе чемпион и рекордсмен Военно-Мор­ских Сил в беге на короткие дистанции и прыжках в длину инженер-лейтенант В. Котенков, чемпион Военно-Морских Сил по метанию гранаты главный старшина II. Карпов, один из сильнейших бегунов на длинные дистанции старший матрос Н. Але­ксеев. Спортивную честь Тихоокеанского флота будут защищать чемпионы ВМС 1948 г. старший сержант И. Авруцкий, пробежав­ший недавно с рекордным результатом 110 метров с барьерами, С. Волков, выше всех среди моряков прыгнувший с шестом, чем­пион и рекордсмен Военно-Морских Сил в беге на длинные дистанциилейтенант H. Попов. Последнему предстоит померять­ся силами со своим давнишним соперни­ком, победителем марафонского бега офи­цером Ваниным. Острой обещает быть борьба на водных дорожках. Военно-Морские Силы будут пред­ставлены сильнейшими пловцами, завоевав­шими недавно звание чемпионов,-офицера­ми А. Либелем, Г. Дойкиным, Л. Кокориным, старшиной 2-й статьи Ю. Шутовым, чем­пионом РСФСР 1947 года черноморцем старшиной 2-й статьи А. Тюрихиным, силь­ным молодым брассистом младшим сержан­том В. Шустовым и другими. Звание чем­пиона Вооруженных Сил по прыжкам в во­ду в числе других спортсменов будут оспа­ривать старший лейтенант В. Гайковой и чемпион Военно-Морских Сил главный стар­шина 0. Шостак. Соревнования по легкой атлетике будут проводиться на стадионе Московского воен­ного округа, по плаванию и прыжкам в во­ду­на водной станции «Динамо», по фех­тованию-в ЦДКА.

Комсомольская инициатива На одном из собраний комсомольны Н-ской части обсудили доклад о моральном облике советского воина. Разговоры и даже испоры продолжались и после собрания так заинтересовала всех острая постановка вопроса о правственных качествах совет­ских воинов, о сущности советского патрио­тизма, о героизме в труде и в боях с вратом, Родилась мысль провести собрание, по­Собрание сыграло в жизни комсомоль­дев и молодежи большую воспитательную роль. Повысилась активность молодежи в боевой и политической подготовко, укрепи­лась дисциплина, глубже прониклись бойцы чувством войскового товарищества. Полезную инициативу в деле коммуни­стического воспитания молодых моряков проявили и в комсомольской организации,

священное одному из любимых героев на­шей ро­мана закалялась сталь». К собранию готовились долго и где секретарем старший матрос Григорьев. Здесь интересный и поучительный для мо­лодежи доклад сделал на комсомольском тщательно. Члены бюро комсомольской ор­ганизации устроили громкую читку рома­нов «Как закалялась сталь» и «Рожденные бурей». Потом было организовано группо­вое обсуждение книги «Нак закалялась сталь». Это позволило ознакомить с содер­жанием книги тех матросов и сержантов, которые не успели ее прочитать. Редколле­гия вышустила специальный номер стенной газеты. Оборудовали витрину на тему «лизнь и деятельность писателя-больше­вика Н. Островского». Накануне собрания были написаны лозунги, призывающие личный состав жить и служить Родине так, как Павел Корчагин. На собрании перед духовным взором мо­лодых воинов наряду с Павлом Борчаги­ным встали образы пламенных патрио­тов - Александра Матросова, Юрия Смир­нова, Зои Космодемьянской и многих дру­гих воспитанников большевистской партии и ленинско-сталинского комсомола.  собрании заочник педагогического ин­ститута старшина 2-й статьи Лапин. На образах Павла Корчагина, Олега Кошевого и других он показал славный путь борьбы и побед ленинско-сталинского ком­сомола. Это не был отвлеченный литера­турный обзор. Докладчик рассказал и о лучших воинах корабля, подвергнул кри­тике отстающих бойцов. Недавно комсомольцы одного из подраз­делений по инициативе члена бюро В. Суп­рунова провели коллективную читку романа Фадеева «Молодая гвардия». Комсомольпы послали письмо матери пе­роя Олега Кошевого. «Олег Кошевой,-- пи­шут они,- всегда будет служить для нас ярким примером беззаветной любви к со­циалистической Отчизне». Проявляя разумную инициативу, комсо­мольцы оказывают большую помощь коман­дованию в воспитании личного состава. Старший лейтенант Д. ДРОБОТ.



Гвардии капитан-лейтенант и. ГОЙлов.

Александр ГОНЧАР

ближалась. Такого удивительного летучего боя разведчики еще никогда не слышали за всю историю своего полка. Это было неч­то большее, чем атака. Держа насторожившихся коней за повод, разведчики впились глазами в дорогу. Рес­ницы у Козакова нервно дергались. Стрель­ба нарастала все сильнее, все громче. И вот из-за леса вылетели, наконец, первые всадники, за ними показалась зна­комая голова колонны, и разведчики все вместе… ахнули. Полк шел какой-то об­новленный, торжественный, сияющий. Над колонной, развеваясь на ветру, ярко пламенело полковое знамя, с которого был снят чехол. Почему? По какому поводу? Разведчики переглянулись, еще словно не веря своим глазам, не доверяя той догад­ке, которая пропизала их одновременно. Неужто настало, наконец, то мгновение? Никто не мот вымолвить и слова. А полк приближался, и развернутое зна­мя сверкало роскошным огнем. Из края в край колонна весело палила в небо из карабинов и автоматов, ошалев в неудержимом ралостном экстазе. Взлета­ли в воздух солдатские пилотки, мелькали на солице белые голуби листовок, подхва­тываемые всадниками на лету. Разведчики кинулись друг другу в об я­тия. Победа, товарищи! Победа! Победа! поздравляли друг друга этим ча рующим словом. Каким безопасным, надеж­вым, просторным сделался сразу свет! Та­кая сияющая, всепроникающая весна еще никогда не шла над землею! Вконец переполненные счастьем, раз­ведчики вновь сели на коней. А теперь… куда? - спросил Павлю­га Козакова. Кони сами уже поворачивали назад, на­встречу полку. Словно опомнившись, Коза­ксв дернул повод к себе, снова направив своего скакуна на запад. Разведчики при­гнулись в седлах, крепче натягивая пилот­ки, чтоб не сбило их ветром. - Вперед! - воскликнул Козаков. На Прагу! …А в Прагу уже на рассвете с другой стороны вступили советские бронетанко­вые части, посланные Сталиным. Перевод с украинского Т. СТАХ.

Товарищи с недоверием глядели в веле­ные провалы незнакомых лесов. Проехали так с километр, до следующего поворота, и здесь Козаков, наконец, дал команду остановиться. Слезли с коней, разминая ноги. Даю голову на отсечение, что с ни­ми ничего плохого не случилось, - уверял Павка Македон, оптимист и красавец, за­душевный друг Козакова. - Вы же энае­те, как мое сердце в таких случаях сигна­лит? Безошибочно. Козаков не раз убеждался, что павкино сердце и в самом деле обладает странной способностью - предчувствовать на рас­стоянии беду или счастье полка. Просто какая-то очередная замин­Воспользовавшись случаем, Архангель­ский сразу направился обследовать подби­тый поблизости немецкий броневик. Пав­люга, достав из кармана плитку пивных дрожжей, принялся кормить ими своего скакуна, лакомясь ваодно и сам. Тем вре­менем Козаков и Македон, скинув пилотки, расстегнувшись до отказа, направились к ближайшему дубу умываться. Умывались они своим давним способом: с дерева. Тряс­ли на себя густые, поросшие листвой вет­ви, обрызгиваясь обильной росой, стано­вясь на глазах свежее, борясь и шаля под своим развесистым зеленым душем. ВскореОни ка, весело пророчил Македон. -Ну, если уж твое сердце сигналит, то… загорай, братва! Может, быстрей по­явятся на горизонте! к ним присоединился и Славик. Македон, встряхивая мокрой черной чуприной, уве­рял, что эта росистая купель, особенно при восходе солица, придает разведчику силуи кросоту В это время они и услышали шальную беспорядочную стрельбу где-то позади, за полуостровом. Без сомнения, эта имела какую-то прямую связьс залержкой полка. Бой!-воскликнул Козаков, серея. Слышите, бой! Развелчики, вешая на грудь автоматы, стремглав бросились к коням. На бегу Ко­заков метнул уничтожающий взгляд на Македона и яростно схватил своего рысака за гриву. Уже занеся ногу в стремя, Козаков вдруг остановился. Товариши тоже застыли возле коней. Стрельба была какая-то необыч­ная. Она быстро, с каждой минутой при-

нее разливаясь световыми потоками из-за кряжистых спин разведчиков, било лучами вверх, било вширь, опережая полки, выс­тавляя им свои утренние румяные вехи. Разведчики неслись, попутно с лучами, по вехам солица - вперед, вперед… Изредка озираясь, видели вдали полк. Он двигался колонной, подминая автостра­ду, которая то изгибалась, то поднималась между невысокими холмами и широкими до­линами… На расстоянии весь полк казался серым, одноцветным. Едва заметное, слов­но тонкая антенна, древко знамени все вре­мя колыхалось над головами всадников. Знамя, как всегда на марше, было в чехле. Справа над автострадой нависал лес. Спускаясь с далеких гор синими оползня­ми, крутыми зелеными обвалами, он сгру­дился, остановился у дороги, будто сове­туясь, переступить ему ленту автострады, спускаться ли ниже, в просторы полей, или уж стоять на месте, насквозь промыто­му росой, насквозь пропахшему травами… Пока колонна полка была у разведчиков на виду, они скакали вперед уверенно беззаботно. Но вот уже прошло с четверть часа, как полк, исчезнув из глаз за пова­ротом леса, до сих пор не показывался от­туда, не мелькал сквозь деревья силуэтами передних всалников. Козаков обладал острым чувством расстояния. ипо его расчетам, полк, идя заданным темпом, уже должей был обязательно вынырнуть из-за леса, огибая влали его зеленый полуостров. Но на блестяшей изогнутой дуге автостра­ды было тихо, безлюдно. Козаков приклаал товаришам пустить коней шагом, В лесах уже облитых солн­пе стояда тишина Она не нравилась Во­- закову, ему чудилось в ней что-то ковар­нос. Как на грех, никто не попадался на­встрочу - ни военные, ни штатские. Дале­естествен-егоризонтееийблесным ым горели какие-то скирды Прислупальба дым, говели какие-то скирды. Прислу­шавшисьКозаков отчетливо услышал мерный стук пулемета, долетавший оттуда. Кони ступали медленно, разведчики все тревожнее оглядывались назал. - Что это значит? - не удержался высокихсраскраспевшийся от скачкл. Поцему их до сих пор не видно? Павлюга поднялся на стременах и, огля­нувшись, установил факт. Не видно. Может, и вправду что-то случилось…

р а с с ве

те

Козаков, завидуя танкистам, был, одна­ко, искренне доволен тем, что они так бы­стро пошли вперед. ведники оспорсваку словами, раз­вали окрессльно ослизы­чего не угрожало, там уже действоваливо танки. Опасность могла возникнуть только с флангов, откуда-то слева или справа. Туда танкисты, конетно, не в состоянии были заворачивать, оставляя эти просторы Но и на флангах какой-либо види­мой опасности не было. Хоть и отбивают у нас хлеб, но за­то в Прагу поспеют, -- утешал он своих ребят. - Не дадут братам задохнуться! А, может, там уже союзники? выразил предположе тожение Славик, самый младший из разведчиков. - Союзникам ту­да, кажется, даже ближе, нежели нам… Могут, конечно, и они успеть, согласился ефрейтор Павлюга. Козаков скосил на него свой зеленова­тый глаз: На союзников надейся, а свой разум имей. Ясно? Но ведь Прага и к ним обращалась? - Обращалась… А надеется, я думаю, только на нас, аллюр три креста. Все больше светало. Тугой ветерок веял разведчикам щекочущей свежестью в разго­ряченные лица. Белые туманы в предчув­ствии солица заколыхались по низинам. Холодноватая даль еще голубела во мгле, но все вокруг уже становилось прозрач­неевырисовывалось, принимало ные, завершенные формы. Уже далеко пра-й вее меж лесными массивами на верхушках гор рдели голые камни. Облученные соли­цем вершины сразу словно приблизились к разведчикам. Уже далеко слева, перебегая в волнистых нивах от села к селу, солице золотило маковки перквей, кроны деревьев, пропеллеры ветродвигателей на холмах. Раскиданные в степном раздолье поселки и фермы сверкающе забелели сте­нами, радостно заиграли с восходом солнца ясными окнами. А оно, могучее светило,- все больше наполняло собою мир, все силь-

Все были проникнуты мыслью о вос­ставщей Праге. Для Козакова чешская столица не была просто стратегическим пунктом, важным военным об ектом или «узлом дорог». Прага для него прежде всего была гордым, непоко­енным городом, а пражцы представлялись точти в образах героев Парижской Комму­ны, Козакову мерещились улицы в задым­ленных баррикалах, братья-повстанцы, ко­торые обливаются кровью, женщины и дети с корзиночками патронов. Разве мож­но было не спешить им на выручку? И полк, выполняя боевой приказ, без отдыха торопился вперед, к Праге. Для каждого бойца, для разведчиков, для Козакова вы­полнение этого приказа стало вместе с тем и личным делом. Вообще, если бы спросить Козакова, где кончаются его чисто служебные, официаль­ные дела и где начинаются личные, он бко пожал бы плечами. Однополчане лиему кровной родней, оружие - ре­елом, знамя - родной святыней. В бою Козакову чаще всего приходилось действо­совершенно самостоятельно, и в таких случаях, не колеблясь, он принимал нуж­орешения на свой страх и риск. При том его не пугало, что он может вдруг ступиться, ошибиться. Ведь за овой про­мах ему пришлось бы поплатиться перво­му, может быть даже собственной головой. Козаков беспошално изгонял из разведки людей, которые стремились получать санк­тлю начальства на кажлый свой шаг, что­ны потом, в случае неудачи, иметь какое­то оправлание таким людям Козаков от­посился с презрением. Сам он был готов нера отвечать и за себя и за действия всей части. Зато сейчас он принимал при­петотвия гостеприимных чехов непосред­ственно и на свой счет. Он был ухом и оком полка и понимал почти буквально. Разве могло это ухо или глаз не отвечать ва другие части орга­низма? Разве могли они равнодушно отно­ситься к поступкам своего тела? Вот поче­выполняя любой боевой приказ, Коза­ков не отрабатывал его, как поденщину, а каждый раз вкладывал в него душу, обога-

Отрывок из третьей части романа «Знаменосцы» 

щал его своей инициативой, своим наход­чивым умем. Выходя в разведку, Козаков как бы поднимался сразу над простыми смертными. И ему все удавалось, всюду его сопровождала гвардейская «везучка». Повинуясь дисциплине, Козаков, конеч­по, выполнил бы всякий приказ командира, даже такой, который не пришелся бы ему по душе. Но сейчас он шпорил коня осо­бенно немилосердно, торопясь на Прагу, рвался, за врагом. Невидан­ная Прага взывала к нему издалека чело­воческим голосом. Скорей, скорей! Если вы не выручите, то не выручит никто! Но ночью немцы оказали неожиданное упорное сопротивление. На несколько кило­метров по фронту разгорелся тяжелый бой с участием танков и самоходок. Бсс полки дивизии вынуждены были развернуться в боевые порядки. Офицоры водили нохоту неоднократные ночные атаки.Козаков вел своих разведчиков втемолуопехоте. «Даешь золотую Прагу!». Лишь перед рассветом удалось сломить противника, и полки, снова зачехлив теп­лые стволы орудий, двинулись в путь. Ко­заков, выскочив на рассвете со своими раз­ведчиками вперед на звонкую автостраду. надеялся, что будет лететь по ней первым. Но, вопреки его ожиданиям, оказалось, что автострада уже была освоена: незадолго перед тем по ней пронеслись га Прагу донимала «тридцатьчетверки». Козакова не ревность, он уже считал себя чуть ли обозником и незаслуженно обижал своего коня, А танкисты оставляли, словно в укор разведчикам, свежие следы своей работы: разбитую немецкую артиллерию, лотлевающие по кюветам машины, табуны фрицев, которых конвоиры гнали назад, в тыл, по обочинам автострады. Пленные брели молча, понуро, вымокнув по пояс в росистых травах.