ДВА МИРА штадта, но и на поддержку всех ростков нового, прогрессивного - всего, что спо­собствует возрождению единого демокра­тического германского государства. В эти дни Дитрих, наконец, познает, сколь воз­вышенны идеалы, которым оледовал его сын - коммунист Курт, и сколь подлую роль играют поддерживаемые американски­ми претендентами на мировое господство последыши фашизма, такие, как зять Дит­риха Эрнст Шметау и его единомышлен­ники. Профессор Дитрих долго не решается передать советскому командованию черте­жи и патенты важных оптических при­способлений. По заданию американской разведки, эти чертежи выкрадывают фа­шистские бандиты. При этом они обстав­ляют дело так, что Дитрих некоторое время считает, будто его сейф взломан майором Кузьминым. Потрясенный пропа­жей документов, которые он считал собст­венностью Германии, профессор Дитрих по­кидает город, где ему доверили пост бурго­мистра, и переходит на другой берег Эль­бы. Жуткие картины, увиденные им там, в американском секторе, - пьяное «ве­селье» в кабаках, кулачные расправы над неграми, черный рынок, неприкрытый грабеж художественных ценностей немец­кого народа, распродажа естественных богатств страны, наконец, откровенно­цинические предложения генерала Мак Дермота, из которых стало ясно, что чертежи и патенты Дитриха интересуют войскамориканцев только с точки зрения их использования для затеваемой новой вой­ны, все это заставило профессора еше раз продумать и осознать смысл происхо­дящего. Но решающее значение в опреде­деятельность советской военной адми­нистрации, деятельность, в которой отра­зились великие, благородные цели, стояв­шие перед советским народом во второй мировой войне. В образе майора Кузьми­нароль которого прекрасно исполняет впервые снимающийся в кино молодой артист B. Давыдов, нашли отражение лучшие качества советского воина-побе­дителя. Как великолепно разбирается он в сложной обстановке, как тактично, чутко и бдительно относится к людям, как забо­тится об их нуждах и требованиях и как умеет он, наконец, всем своим поведением раскрыть для окружающих величие души советского народа, его верность делу борь­бы за свободу и счастье всего трудового человечества. Таковы же и сержант Егоркина (арт. Б. Андреев), и все сотрудники совет­ской комендатуры, и их непосредственный руководитель - член Военного Совета генерал Маслов. В своей работе Кузьмин опирается на передовые, прогрессивные элементы Германии. Он поручает Курту Дитриху воспитание молодого поколения, сам уделяет много внимания и школе и юному Вальтеру, внуку профессора, иска­леченному фашистскими «наставниками». Он привлекает Отто Дитриха к управле­«Правда и в огне не горит и в воде не тонет» - гласит мудрая народная посло­вица. Правда, с которой пришла в Герма­нию могучая Советская Армия-освободи­тельница, еще ярче разгорелась в огне нию городом в качестве бургомистра и учит его правильно понять пути и задачи его родины. Он открывает глаза майору Джемоу Хиллу (арт. М. Названов), быть может, впервые широко посмотревшему те­перь на мир и ясно увидевшему расста­новку в нем противостоящих друг другу сил демократии и сил империализма. битв Отечественной войны, пе потонула на стыке двух миров - в водах немец­кой реки Эльбы. Осознание исторической

Дневник Шевченко К 135-летию со дня рождения Т. Г. Шевченко  тыми головами; они пришли просить ва­щиты от своего грабителя помещика Демидова. «А губернатор, не будучи ду­рак, велел их посечь за то, чтобы они искали управы по начальству, то-есть на­чинали со станового». Шевченко, как и Чернышевскому, ка­жется близкой крестьянская революция. Подобрав случайно листок «Русского ин­валида» и прочитав там, что в Китае вспыхнуло народное воестание против ман­даринов, он записывает: «Скоро ли во всеуслышание можно будет сказать и про русских бояр то же самое?»

A. белецкии



Более девяноста лет прошло с того дня, когда, получив от одного из друзей пер­вую весть о свободе, рядовой солдат гарни­зона Ново-Петровского форта на Каспий­ском море, великий украинский поэт Тарас Григорьевич Шевченко начал писать свой дневник. «Сей журнал …в эти томи­тельные дни ожиданий, записывал - сделался для меня необхо­дим, как страждущему врач». «…Я, как сказал поэт наш, Пишу не для мгновенной славы, Для развлеченья, для забавы, Для милых искренних друзей, Для памяти минувших дней», цитировал он стихи Кольюва. Великий поэт писал свой «Дневник» по-русски. Шевненка сам удив­ляется, как ему удалось пережить все это. «Все это пеисповедимое горе,пишетон, все роды унижения и поругания прошли, как будто не касаясь меня. Малейшего следа не оставили по себе. Опыт, говорат, лучший наш учитель. Но горький опыт прошел мимо меня невидимкою, Мне затея,тооо постых, моем внутреннем образе не изменилась». Годы ссылки были тягчайшими в жиз-Но ни Тараса Шевченко. С детства он нена­видел солдатчину; его сделали солдатом, заставили затаить в себе всякое человече­ское достоинство, стоя навытяжку перед краспорожим командиром, который сще не очухался от вчерашней попойки. Мало то­го, Николай I собственноручно подписал на приговоре: «под строжайший надзор с за­Переплетенные в сафьян, сто две стра­ницы большого формата написаны четко, почти без поправок. Писавший, конечно, не предполагал, что его «записки» станут одной из замечательнейших книг, им созданных. Это не только биографический документ, по которому можно день за днем узнать жизнь Шевченко с 12 июня 1857 года по 13 июля слетующего готто свособрастыне ный автопортрет того, кого Некрасов на­звал зрусской земли человек замечатель­ный», автопортрет, раскрывающий нам чувства, мысли, философские и полити­ческие убеждения поэта. применилВглядимся же в этот облик. Мы при­выкли представлять Шевченко по самому распространенному его портрету Крамско­го. Немолодое суровое, с длинными сающими усами лицо, и в глазах светится тонкая в чуткая душа, губокая и разно­сторонняя мысль. капита-Обещанной свободы пришлось ждать долго. Последние месяпы в Ново-Петров­ском форту были особенно мучительны. Более чем когда-либо стала нестерпимойС «мрачная декорация и бездушные, грубые липедеи, с которыми привелось разыгры­вать эту десятилетнюю драму». русской, и украинской литературе первой половины XIX века по пензурным причинам нельзя было правдиво показать быт и нравы царского «христолюбивого воинства». Дневник Шевченко одно из немногих произведений, раскрывающих - то в тяжелых раздумьях автора, то в тра­гических и отвратительных эпизодах«Крещеную жизнь маленького гарнизона. Свинцовые мерзости жизни, на борьбу с которыми встал впоследствии Горький, вызывают не только негодование у Шев­ченко, они глубоко оскорбляют его веру в человека. Его мучает вид «вертепов-ка­зарм», его возмущают сливки гарнизонного общества, «заплесневшие, прокисшие сливки». жизнь могла бы быть иной! Как ра­дует автора дневника всякое проявление чувств в людях, всякое достиже­ние их творческого труда, великие созда­ния искусства, красота природы! Душа его

…Рушится от взрыва гигантская стена, и за нею обнаруживается широкая пано­рама города, из которого бегут отступаю­щие войска и охваченные паникой, одур­маненные фашистской пропагандой жите­ли. Протянулись вдаль гранитные берега Эльбы. В радостном марше победы хлыну­ли к ним советскле войска. На западном берегу реки прибывающие американские войска приветствуют победоносного совет­ского союзника. Так начинается новый фильм «Встреча на Эльбе», выпущенный па экраны страны. Тема и материал пьесы братьев Тури A. Шейнина «Губернатор провипции», по­ложенные ими в основу сценария фильма, широко известны советским зрителям по постановкам в ряде театров. Талантливый режиссер Г. Александров, использовав свой огромный кинематографический опыт, создал вполне самостоятельное произведе­ние искусства, отличающееся политической сстротой темы и свежестью ее режиссер­ского решения. Два мира предстают перед нами на берегах Эльбы: мир социализма - совет­ские люди, с их подлинным гуманизмом, , стремлением к справедливости, заботой о светлом будущем человечества; и мир ка­питализма -- американские генералы, биз­несмены и шпионы - людишки, бредовой идеей которых является борьба за миро­вое господство. Пе с честными прогрессивными наме­рениями прибыли американские европейский континент. Напрасно честный американский офицер Джемс Хилл безрас америванский обидер Джамо Хили безриз скими союзниками, США хотели разгромить и уничтожить фашизм, помочь торжеству демократии. Американская армая пришла в Германию не для того, чтобы вырвать с корнем ядовитые деревья фашизма, создать демократическое государство и тем самым обеспечить мир народам Европы. Нет. Мы видим, как за спиной майора Хилла генерал Мак Дермот и ему подобные с помощью немецких социал-предателей, на­цистских агентов и шпионов осуществляют истинные цели своей оккупации. Они стремятся сохранить крупную промышлен­ность, прекращают демонтаж военных за­водов, бережно охраняют кадры матерых фашистов - все это понадобится им для превращения Западной Германии в мош­ную базу империалистической агрессии. Попутно генерал-капиталист Мак Дермот непрочь устроить и свои личные делишки: даровая рабочая сила - солдаты рубят вековой немецкий лес, который предпри­имчивый вояка продает на английской бирже, наживая круппые барыши. А су­пруга генерала выгодно торгует на черном рынке американскими сигаретами. …Два мира столкнулись в борьбе за судьбу послевоенной Германии, за судьбу немецкого народа. Лучшие, передовые лю­ди этого народа, сравнивая реальные дела американской и советской воепной адми­нистрации, находят в самой реальной дей­ствительности ответ на вопрос о том, на чьей стороне истина. Профессор Дитрих, например, считал, что новую Германию можно строить, оста­ваясь вне борьбы, разделяющей мир на два лагеря. Он прямо заявил советскому майору Кузьмину, что он - противник фашизма, по не приемлет и коммунизма. Однако он не может не видеть, что усилия советских людей направлены не только на восстановление его родного города Альтен­«Встреча на Эльбе». Сценарий братьев Тур л. Шейнина, Г. Алексаидрона. и постановка «Мосфильм», 1949 г.

правды того дела, которому служит совет­ский народ, побудило профессора Дитриха добровольно вручить майору Кузьмину чертежи и патенты, заставило майора Джемса Хилла, разжалованного за лойяль­ное отношение к русским сотозникам честное выполнение служебного холга заявить при прощании с БузьминымШевченко, он останется нашим другом и за океаном, в Америке. Мир социализма, показанный в фильме рядом c разворошенным муравейником И Александров и Тиссе «Встречей на Эльбе» показали, что они отнюдь не за­стыли на месте что их мастерство твор­метеобоаесть шается обращалстнемам советской действительности. Ваявшись ответственную, политически злободневную тему, Г. Александровудачно Режиссерская работа Г. Александрова в этом фильме приводит на память блестя­щие кадры «Стачки» и «Броненосца «Потемнина», сопостановщиком воторых он был вместе с йзенштейном,прененнем мастера нашего операторского искусства Эдуарда Тиссе. Германии первых послевоенных дней, ря­дом с откровенно агрессивным, антидемо­кратическим миром сегодняшних заправил Америки, предстает перед зрителем во всего идейном величии и моральной красоте и вызывает законное чувство гордости радости за нашу могучую державу. Безродные космополиты, антипатриоты от кинокритики стремились заставить наше искусство следовать гнилым тради­циям и канонам буржуазного Запада, кле­ветнически об являли советское кино бед­ным родственником Голливуда. Достойным ответом всем зримым и незримым аполо­гетам космополитизма, всем явным и скрытым адвокатам эстетствующего фор­мализма является выпуск за последнее время таких фильмов, как «Молодая гвардия», «Повесть о настоящем челове­ке», «Мичурип», «Суд чести», «Академик Иван Павлов». «Встреча на Эльбе» продолжает список побед нашей кинематографии. здесь многое из того, что так талантливо было найдено им в работе над жанром музыкальной комедии. Режиссерской вы­думкой, разработкой ряда остроумных по­ложений, характерных деталей отмечен его новый фильм. Это не только фигуры бессловесного пьяницы Томми - американской армии (арт. Э. Гарин) или сержанта Перебейноги (арт. И. Любез­пов), но и отдельные черточки и общий акцент в трактовке образов геперала Мак Дермота (арт. В. Владиславский), его су­пруги (арт. Ф. Раневская), журналистки­шпионки Джаннет Шервуд (арт. ЛюбовьИ Орлова). Главными и определяющими в фильме Удачная музыка Д. Шостаковича, на­шедшего своеобразные интонации для му­зыкальной характеристики каждого из по­казанных в фильме миров, талаптливые тексты песен В. И. Лебедева-Кумача и E. Долматовского, хорошая работа худож­ника А. Уткина также обеспечат новой картине широкую популярность у зрите­лей. А успех фильма «Встреча на Эльбе» еще раз покажет всем, кто смотрит на мир не через дымчатые очки космополи­тизма, как советский народ любит и ценитА произведения, с патриотических позиций являются ентральные образы майора Кузьмина и профессора Отто Дитриха (арт. Ю. Юровский). повествующие о самых животренещущихороших проблемах, произведения, раскрывающие правду нашей эпохи.

тянется к родной Украипе, ее степям и са­дам. Он любуется красавицей Волгой. Еще до от езда из ссылки Шевченко заслуши­вается старинной уральской песней про атамана Булавина, в начале XVIII века поднявшего казацкое восстание на Дону, и записывает в свою тетрадь начало пес­ни. А на пароходе его очаровывает музыка крепостного скрипача Алексея Панова: «Благодарю тебя, мой случайный, мой бла­городный! Из твоей бедной скрипки вы­летают стоны поруганной крепостной души и сливаются в один протяжный, мрачный, глубокий стон миллионов крепостных душ». в Петербурге с восторгом он слушает «Ивана Сусанина»-гениальное произве­дение бессмертного Глинки. Всё, что со­здано с любовью к труду, с мыслью о народе, все, что естественно и правдиво, В лунную ночь он идет по унылой пу­Ново-Петровского форта и стихи Лермонтова «Выхожу одип я на до­рогу». и воспоминанияо невольничьей жизни перестают быть тягостными да, он просветляет и животворит его душу. прошел свой кремнистый путь, но не по­главное для него везде и всегда лю­ди. Не изуродованных жизнью людей мало в Ново-Петровском форту: солдат Скобе­лев, тяжко поплатившийся за попытку от­стоять свое достоинство перед обокравшим его командиром; ссыльные солдаты-поля­терял силы духа, не унизил своего челове­ческого достоинства. ки, рядовой Обеременко, славные девочки­дочери коменданта Ускова, Зато весь путь от Астрахани до Петербурга полон встреч со старыми и новыми друзьями, окружаю­щими исстрадавшегося поэта сердечной заботой. Тут и милый капитан парохода B. В. Кишкин, и новые знакомцы в Ниж­нем, и старый друг М. С. Щепкин, не поколебавшийся приехать к поднадзорному другу по первому его зову, и москвичи, встречающие Шевченко «с самым теплым радушием», - а в Петербурге семья Тол­титераторы, художники, прузя по  ский, о котором так тепло вспоминали не раз и Гернен и Чернышевский. человек.шим мечтающий о независимой Польше и дру­жественной с неювольной России. сви-Шевченко необычайно чуток к проявле­ниям дружбы, по поэт-революциопер умеет различать друзей подлинных и людей либеральной фразы и людей, дей­особым уважением относится он к де­кабристам. Поэт тщательно описывает встречисАнненковым, Волконским, отмечает в дневнике чтение стихов Гылее­ва в капитанской каюте на волжеком па­роходе. А когда в Нижнем П. В. Шумахер, педавно вернувшийся из-за границы, по­ствительно, как и он, ненавидевших са­модержавие и пламенно жаждавших сво­боды для народов своей родины. казал Шевченко номер «Колокола», он благоговейно поцеловал газету. Терцена Шевченко называет «нашим изгнанником­апостолом». С жадностью он прочитывает собственность»Герцена «сердечное, задушевное человеческое слово». В дневнике нет еще упоминаний о Чер­нышевском и Добролюбове, личная зость с которыми началась позднее. Не определено еще отношение к Некрасову. По, по существу, бывший крепостной Шев­ченко и сын захолустного помещика Не­красов одними глазами смотрели на жизнь. одно п то же любили и ненавидели. В 1858 году Некрасов написал «Размышле­ния у парадного под езда». А за год до этого Шевченко, проходя через пижегород­ский Кремль, видит у под езда губернатор­ского дворца толпу мужичков с непокры-



Наряду с записями о встречах с людь­ми, в дневнике отводится много места встречам с книгами. Много лет автору дневника не приходилось читать почти ничего, кроме официального «Русского ин­валида». Получив случайно эстетику польского философа Либельта, Шевченко в течение нескольких дней записывает свои возражения, противопоставляя идеа­листической системе материалистические воззрения на искусство, близкие к тем, что развил в своей знаменитой книге Чернышевский. вспоминаетШевченко ясно видит высокую задачу искусства. Оно должно служить интересам трудового народа, быть оружием в борьбе за его идеалы. Восторженно приветствует Шевченко «Губернские очерки» Шедрина, в котором видит продолжателя дела, нача­того Гоголем. И он обращается к писате­Таково лицо автора «Дневника», чело­века, исполненного твердой веры в конеч­победу трудящихся масс пад их угне­тателями. Бывший крепостной, острей­вопросом дня Шевченко считал па­Революционные демократы в то время еще только начинали борьбу против бур­жуазных либералов. У Шевченко не могло быть колебаний между двумя лагерями. Для него ясно, что единственно правиль­ный тот путь, по которому шли «сдав­ные рыцари», вроде Степана Разина или Устина Кармелюка, а еще раньше восстав­ший на панов Богдан Хмельницкий. По этому же пути шли «первые русские бла­говестители свободы» - декабристы, а за ними Герцен. лям с горячим призывом: «Други мои, ис­кренние мои! Пишите, подайте голос за эту бедную, грязную, опаскуженную чернь, За этого поруганного, бессловесного смер­да!» дение крепостничества. Его идеи сродни идеям лучших передовых людей России­великих революционных демократов прош­лого века. мнимых,Шевченко не ощущал никакой границы между собой и передовой русской литера­турой. Ее и не было, стремления трудовых масс двух братских народов были едины. Смыслом жизни Шевчепко было то са­мое дело, за которое боролись Чернышев­ский, Белинский, Добролюбов. «Он вышел из народа, жил с пародом, и не только мыслью, по обстоятельства­ми жизни был с ним крепко и кровно свя­зан»-писал о Шевченко Н. А. Добролю­бов. Рисуя тяжелую, горестную жизнь крепостного крестьянства, бичуя неспра­ведливый социальный порядок и призывая народ к топору, Шевченко мечтал о тех днях, вогда падут «короны и троны». Обращаясь к будущему, поэт пророчески говорил: И меня в семье великой, В семье вольной, новой, Не забудьте, помяните Добрым тихим словом. В свободной великой семье советских пародов на всех языках ныне звучит слово Шевченко, идейного соратника великих русских революционеров-демократов. Веч­на и неизменна любовь трудящихся к его прекрасному поэтическому гению, вопло­тившему в себе лучшие, благороднейшие черты характера украинского народа.

 

 ных особенностей развития науки, отрица­ние национальной принадлежности ученых, якобы не оказывающей никакого влияния на развитие их научной деятельности. Но подобная трактовка интернационализма в корне расхозатоя подлианыяпрчаетар­ским интерналионализмом, который, как известно, отнюдь не отрипает националь­ных черт и особенностей, напионального характера развития культуры народов. Кедров, как мы видим, изображает Менде­леева вовсе не как интернацлоналиста, а как космополита. В действительности же то поклеп на великого Менделеева, кото­вый никогда не был космополитом, а был настоящим и пламенным патриотом своей Редины. теля произведений большой революцион­ной силы, оригинального передового мыс­лителя - Радищева Кедров «зачисляет» лишь в «отражатели» французских идей. Так же «залихватски» расправляется оп пусокой сйкой мыслью ко сороо­вых годов XIX века в пелом. Он понросту сбрасывает ее со счетов. «Развитие мировой философской мыс­ли - a до 40 х годов XIX века это и было по преимушеству то, что называют западноевропейской философией…»,пи­шет он. Одним росчерком пера Б. Кедров выбро­сил из историп русской общественной мы­сли Ломоносова, Радищева и многих дру­гих крупных мыслителей. Нигилистическое отношение к русской национальной культуре, пренебрежение)давал выдающимся деятелям науки своей стра­ны приводят Кедрова к крупнейшим поли­тическим опибкам. В своих работах он стал на путь отрицания значения приоритета в научных открытиях. В книге «Энгельс и естествознание» он прямо утверждал, что не считает «вопросы приоритета сущест венными для петории науки». Поже, пол давлением критики, Б. Кедров назвал это случайной обмолвкой. Однако это не так! Подобное же положение, слово в слово, повторено и в другой его работе. В статье «Атомистика Дальтопа и ее философекое значение» он еще раз утверждает, что спор о приоритете неимеет«особого инте­реса для истории науки». лено, что это не случайные описки или обмодвки, а точка зрения, теоретическое положение, последо­вательно проведенное им во многих кон­кретных вопросах истории науки. Наряду с отрицанием значения тета в научных открытиях, Б. Кедров книге «Энгельс и естествознание» пропо­ведует… «великий принцип международ­ной солидарности среди ученых»(!) и од­вовременно ратует за «единую пауку»! «…Менделеев, пишет Кедров, посторонние науке соображения, вроде на­a циональности данного ученого и т. д., строго об ективный критерий». Выходит, по Кедрову, что интернациона­в науке - это отрицание пациональ-№ Эти враждебные марксизму-ленинизму взгляды оказали известное влияние на на­ши кадры, засоряли головы молодых на­учных работников. мешали развитию фи­лософской мысли, обобшению новейших до­стижений кепостийнаня грому идеализма в различных областях пауки. Антимарксистские, ошибочные взгляды Б. Кедрова в области философии могут быть сведены к следующим основным мо­ментам: 1) Космополитизм, 2) схоластическое, в духе гегельянщины, изврашение материа­листической диалектики, 3) изврашение философского наследства В. И. Ленина. В чем выражались вредные космополи­тические воззрения Б. Кедрова? доОн об явил понятие «национальной само­бытности» буржуазным припципом, «Игно­рировать факт международного характера классовой борьбы и ен отражения в филосо­фии, - писал он, - значит жертвовать марксистским принципом классового ана­лиза ради частичного удержания буржу­азного принципа национальной самобыт­пости и огравиченности развития философ­ской мысли». Б. Ке Кедров, как мы видим, противопо­ставляет классовое пациональному, Его воззрения отличаются явным нигилизмом по отношению к национальному. Вопреки ленинско-сталинскому учению о напиональном вопросе, он отстаивал «идейку» о некоей абстрактной мировой науке, не знающей якобы никаких на­циональныхи государственных грапиц. «Развитие мировой философской мысли… следует рассматривать, в первую очередь, не по отдельным странам, а по определен­ным сопиальным эпохам. Ибо мировую фи­лософию, представляющую собой мысль человечества, нельзя представить как про­стую сумму отдельных национальных фи­лософий, развивавшихся более или менее самобытно, автономно одна от другой» идеоло-Делая выводы из всех этих ошибочных пример, до того, что философию Ра­дищева называет лишь «откликом» франиузской революции. Величайшего рус­ского материалиста XVIII века, мужествен­ного борца против крепостничества, созда-лизм Акад. М. МИТИН 66 космополитических, теорий в философии Против антимарксистских, 1. «идей». В Уолл-стрита этом обрашении ученые лакеи заявляли, что все они фронт, по праву может быть назван Б. Кедров. В «научной деятельности» Кедрова кос­мополитизм в области философии нашел свос законченное «теоретическое» выражение. За последние три года Б. Кедров выпу­стил в свет четыре книги: «О) количест­венных и качественных изменениях в при­роде», «Энгельс и естествознание», «О путях развития есгествознания» и «Раз­витие понития элемента от Менделеева наших дней». Кроме того, им было опу­бликовано несколько статей в различных теоретических журналах. Во всех его работах затрагивается боль­шой круг вопросов: здесь и проблемы ис­тории развития естествознания в XVIII и XIX вв., и апализ взглядов Энгельса и Ленина по основным теоретическим про­блемам естествознания, и рассмотрение ос­новных чертматериалистическойдиалек­тики, и многое другое. эти книги В. Кедрова, за исключе­нием одной, опубликованы после философ­дискуссии покпиге Г. Александрова «История западноевропейской философии». утостественно было полагать, что автор их замечательные указания партии в развития философской мысли, сде­ланные на этой дискуесии. Не тут-то было. Изучение работ Б. Кед­рова говорит о том, что он не только не учел итогов философской дискуссии, но по риду кардинальных вопросов нашей теории сделал шаг назад. Фактически Б. Кедров выступил в своих работах как выразитель пастроений и «идей» наиболее отсталых слоевнашей интеллигенции, зараженных тлетворным влиянием буржуазной работе, речь идето системе порочных взглядов, об определенной антимарксист­ской концепции, неуклонно и настойчиво проводившейся Кедровым в его выступле-

Исторические решения ЦК ВКП(б) по идеологическим вопросам, начиная с ре­шения о журналах «Звезда» и «Ленин­град» и кончая недавними выступления­ми партийной печати против антипатрио­тической деятельности группы театраль­ных критиков, - это единая, последова­тельная цель мудрых указаний партии, паправленных на борьбу с буржуазными пережитками в сознании людей, Эти ука­зания партии повышают идейную боеспо­собность советских людей и поднимают на новый уровень советский патриотизм великую движушую силу нашего общест­венного развития. В современной борьбе двух лагерей империалистического и демократического, в борьбе двух миров особую политическую актуальность приобретает сейчас разобла­чение космополитизма и решительная борь­ба с ним. Проповет осмополитизма служит шир­мой для разнузданной деятельности са иоилангло-американ-илюди, ои идеоло­омооторого они осабитьолю народов защи­Космополитизм недаром воспевается все­ми лакеями американского империализма, ползаюшими на брюхе перед «всемогущим» долларом. Стремление американского имперпализма закабалить народы Европы получает пол­ную поддержку у реакционных буржуаз­пых партий, правых социалистов, остат­ков старых фашистов и у неофашистов. Эти предатели, готовые продавать оптом и в «мирового гражданства», «гражданства Ев­ропы» и т. д. В прошлом году группа американских ученых обратилась к ученым всего мира c новой проповедью космополитических

«граждане мира», что для них существует только одна - единая мировая наука. Они предлагали создать «мировое правительст­во», «Соединенные Штаты мира» и при этом считали, что необходимо организо­вать такие вооруженные силы, которые смогли бы подавить всех, кто пожелал бы выступить против мирового правительст­ва. Таков неприкрытый агрессивный смысл этих вредоносных космополитических «тео­рий». Безродные космополиты у нас - это та антипатриотическая группа, которая стремилась подорвать основы социалисти­ческой культуры, вела свою подрыв­ную работу против всего нового, советско­го, коммунистического в нашей литерату­ре. музыке, театре, кино. Они ничего об­щего не имели с нашей советской действи­тельностью, охаивали с буржуазпо-эстет­ских позиний произвеления пскусстваВсе литературы, в когорых изображались на­их горойам, их трудолюие,ской преданность советской одине. превоз носии уадочное браное находяшуюся в состоянии маразмаучтет оговернитетауюобласти удобное идеологическое прикрытие для деятельности шпионов и диверсантов. Первейшая обязанность наших философ­ских кадров - активно бороться за пол­ное разоблачение этого космополитического отребъя. но успешной эта борьба мо­жет быть лишь при условии полного очишения своих собственных рядов от всякого рода безродных космонолитов, конт­рабандистов буржуазной идеологии, со­3. Каменский, М. Селектор, И. Арывелев, B. Гоффешпефер, Я. Черняк и др.). «Идейным вдохновителем» группы лиц, протаскивавших космополитические взгля­ды и подтачивавших паш философский ниях. 

Кедров далее пишет: «Он (Менделеев. решительный отпор тем, кто нарушал велиние принципы международной солидарности среди ученых; он боролся на дале за то, чтобы наука была в полном смысле слова интернациональной». (Под­черкнуто мною. - М. М.). Эти рассуждения Б. Кедрова чудовишны и ничего общего с марксизмом-ленинизмом пе имеют. Мирксизм-ленинизм учит, что в классовом обществе пет и не может быть «единой мировой науки», нет и не может быть «единого мирового естествознания». В науке провсходит бо риализмом и идеализмом, борьба прогрес­сивных и реакиионныхтендения разговор родной сол бредни выгодне змер кам. приори-Пепкими зубами вцепился американский вимпериализм в такое научное открытие, как пспользование атомной энергии, Раз­ве американские ученые в порядке «прин­пипа международной солидарности среди мировуюных» сделали это открытие всеобщим достоянием? Или, например, пенициллин. Ведь ни американские, ни английские уче­окончание см. на 4 стр. ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА 20