доторымъ у Мольера Алкидъ дЪлаетъ Оганарелю выЗовъьи убЪдительно колотить его палкой, не измЪняя
во всемъ этомъ тону вЪжливости и дружеской пр!язни:
Изъ остальныхь исполнителей Mente другихъ былъ
Удовлетворителенъ г. Владыкинъ, который толькотолько что читаяъ роль Алькантоера и потомъ по
лицу быль ровесникъ, если не младпий братъ’ своего сына. Въ течеше всей почти шэсы въ театр%
быль такой хохотъ, какого He запомнимъ мы съ
представленя въ третьемъ году другой мольеровой
комеди Мтьщанину-дворянинъ. Въ середин% пэсы
быль вызванъ` г. Ермоловъ, а по окончанш Гг.
Садовскй и Ермоловъ. Комед!я, какъ видно, съудовольстыемъ просмотрфлась публикою и имЪла усNbxp. Еще вкладъ.
Въ концЪ спектакля, посл Кожинхинки шла новая комическая оперетка Зучпе Ш/алуны. По содержаню, это такой пошлый Фарсъ, такая жалкая
Шутка, что о ней не стоить и говорить. Студенты,
лагодаря переряживанью, надуваютъ стараго скряГу, выдають ему дрянное мазанье за драгоцфнную
и рЪдкую картину, a Ha добытыя деньги устраиваOTE свадьбу молодой бЪдной четы. Все это ‘безцв№тно, нисколько не забавно, мфстами даже просто
глупо; а главное—безконечно длинно и потому утомительно. И на все это потрачена очень хорошенькая и характерная музыка Зупие, которая, уступая
музык». ‚Десяти невъсть, все-таки очень весела. Подобныя шэсы еще могутъ пользоваться нфкоторымъ
YcusxoMB wa TXB сценахъ, которыя могутъ выставить цфлую фалангу молоденькихъ, недурныхъ
собою актрисъ для главныхъ ролей Щэсы; наша же
‘цена этого сдЪлать не могла и пэса успфха никакого не имфла, не смотря на то, что г-жи Живокини, Карская, гг. Владиславлевъ и НикиФхоровъ
СЛЪлали все, зависфвшее отъ нихъ.
AEDIOTbD Г. ДУРНОВО.
Чрошлая недЪля ‘дала намъ цЪлый рядъ дебютанТовЪ; рядъ этотъ начался дебютомъ г. Дурново. НаЧало было хорошее. Г. Дурново —артисть со средЗтвами, съ опытностью п, главное, съ умфньемъ
Толково и серьезно взяться за дёло. Роль Краснова
(Гръак да бъда на кого не живеть), въ которой дебюТироваль онъ, одна изъ самыхъ неблагодарныхъ для
дебюта, во-первыхъ, потому, что въ этой роли мо‘ковская публика привыкла къ нгрф г. Садовекаго
и, кромЪ того, виджла въ ней двухъ другихъ исполителей, гг. Полтавцева и II. Васильева, которые
Cho dnagn эту роль съ большимъ или меньшимъ
Ус хомь; во-вгорыхъ, изъ семи картинъ шюосы
только Въ трехъ участвуеть Красновъ, главное лицо
MICH © ко горомъ, такимъ образомъ, зритель больше
олышить отъ других; чёмъ знаеть самъ изъ непосредотвеннаго наблюденйя надъ Красновымъ, т. е.,
Тало быть, ждеть оть Краснова гораздо большаго,
нежели сколько даетъ и можетъ самъ по себЪ дать
`расновъ. Вся роль скомкана’такъ сказать, въ три
мента. Въ первый изъ этихъ трехъ. моментов
‘Dacron, является теловзкомъ: будничиымъ, не BhIходящимь изъ нормы; во второй моментъ это. человЪкъ нЪеколько праздничный, разнфживиийся и pasмягченный подъ влянемъ не совсфмъ. обычной для
него ласки; наконець вь третй моментъ Красновъ
всецфло отдается впервые овладфвшей имъ ‘сильной
страсти, не сдерживается и дзлается злодземъ.
Первые два момента переданы были г. Дурново
довольно удачно. Безхитростная,: правдивая, честная
натура лавочника сказалась совершенно явственно
и въ сценахъ съ родней и въ сцен%. съ. Бабаевымъ
{3-я картина), хотя намЪъ казалось бы; что ‘елова,
которыми Красновъ провожаетъ непрошеннаго гостя, будучи уже слишкомъ непривФтливы: по самому
смыелу ихъ, не должны однако же выходить изъ
тона сдержаннаго разговора и отзываться явною
насмфшкою и намреннымъ оскорблешемъ, какъ
отзывались они веЪмъ этимъ у г: Дурново. Вопросъ
Краснова Бабаеву: скоро ли вы отсюда’ утдете?
является, правда, выражешемъ внутренняго настроея Краснова и срывается у него, такъ сказать; съ
языка, но все-таки онъ предлагается, имъ Бабаеву
въ такой ФормЪ, которая не только не задоритъ
Бабаева, но даже и не останавливаетъ на этомъ BOпросЪ его вниманя, какъ будто бы это было простое видоизмВнене очень обыкновеннаго въ елучаъ
проводовъ вопроса: долго-ли 6st ` здтьсь пробудете?
Еще. удачнЪе передалъь г Дурново ‘актъ pacкрыт!я всей любящей души лавочника; много
любезнаго и симпатичнаго было въ этой простосердечной откровенности, съ которою провелъ. онъ всю
сцену съ женой (5-я картина). Зато трет! моменть
положительно: не ‘удалея г. Дурново, и Красновауб1йцы, Краснова-преступника въ немъ не было;
въ то, что `Красновъ-Дурново на самомъ дфлЪ доканалъ жену свою,—плохо ‘взрилось: Лразвда,. что
тутъ авторъ, не сладивъ самъ съ тёмъ, чтобы нодготовить въ Краснов% будущаго убйцу, и въ послЪдней картинЪ поставивъ этого лавочника просто
на дыбы, слишкомъ много возложилъ на актера—исполнителя этой роли; но всетаки подобная подготовка не выходить изъ предфловъ возможнаго. Говоря
вообще, мы должны сказать, что. отношене г. Дурново къ роли Краснова было очень серьезное и
обдуманное; если мёстами въ его исполнен чтене
и брало нЪкоторый перевЪсъ wags игрою, то это
было только въ м№стахъ болфе спокойныхъ и должно быть объяснено понятною робостью дебютанта
быть на глазахь у незнакомой публики, чувотвомъ,
способнымъ самаго безотрашваго актера выводить
по временамъ изъ положення роли и обращать. къ
простому чтеню ея. За то все исполнене. было
чуждо всякаго разсчета на эфФектъ и имЪло харак--
теръ строгой простоты, стремлене къ которой
очень и очень не часто приходится замфчать не
только въ дебютантахъ, но и въ актерахъ опытных
и талантливыхъ. Мы, напр. не слыхали унего сло
ва: прелиудрость (5-я картина, сцена съ женой),
которое произносилось съ особенною силою и _Богь
знаетъ для чего выталкивалось изъ тона остальной
рЪчи вс%ми тремя другими исполнителями, которыхь
видЪли мы въ роли Краснова; у г. Дурново это
слово явилось простымъ присловьемъ и не. подчеркнутое, не оснащенное восклицательнымЪъ знакомтъ за -