ГРУСТНОЕ И ТРАГИЧЕСКОЕ.
(Статья Ретшера *).
Котда прекрасную, подающую больпия надежды
дЪвушку похищаетъ какая нибуль повальная болфзнь
и лишаетъ такимъ образомъ ея семейство истинной
‘радости и утъшеня, когда какое нибудь землетря:
сеше или наводнене опустонгаетъь и разрушаетъ
ЦЪлые города, то это грустно, очень грустно, но
‚не трагично. Но когда мужественная дЪвушка (какъ
Антигона у `Софокла), не смотря на sanpemenie,
принимаетъь геройское рёшеше похоронить своего
возлюбленнаго брата и исголняетъ это съ опас‘ностью лишиться жизни, то это трагично. Что же
слфдуетъ изъ сказаннаго? Простое страдане викогда не бываетъ трагично, какъ страдан!е; для этого
необходимо еще ночто, налагающее печать трагизма
п это нлимто заключается въ нравственной правотф%.
Насъ можетъ трагически тронуть только нравственно оправданное чувство, котда оно уничтожается
‘борьбой и смертью, потому что наша душа обращаетъ все свое вниман!е только на то, что глубоко трогаетъ ее. Изъ сказаннаго елфдуетъ, что въ
насъ долженъ возбуждаться нравственный и, вмЪсть съ тьмъ, духовный интересъ тамъ, гдф въ искусство входитъ трагическ!й мотивъ. Простая невинность, какъ невинность, лежитъ вн трагизма, если
она ощущаеть страдане, какъ простое страдаше.
Вотъ почему невинность остается для трагед!и самымъ непроизводительнымъ, самымъ плохимъ дзя‘телемъ. Тотъ, кто выражаетъ нравственный элементъ,
становится трагичнымъ только тогда, когда стремится
провести его со всей энергей духа и чувства и
весь отдается ему. Такимъ образомъ, очень естественно, что отъ каждой трагически-трогающей
насъ личности прежде всего потребуется энерг!я
въ желашяхъ и дЪИйстНяхь и что ничто такъ не
противор$читъ трагизму, какъ слабость воли и шаткость помысловъ, Все трагическое непрем$нно
должно вступать въ борьбу съ другими силами, потому что трагическ паеосъ всегда исключителенъ
и стремится только къ тому, чтобы сдЪлать по
своему. Все трагическое вступаетъ въ борьбу, Tans
какъ оно He признаетъ и не можеть признать никакого другого права, кромЪ права своего собственнаро паооса. Слздовательно, съ понятемъ о трагическомъ такъ же неразлучно понят!е о правственной
правотв, какъ понят{е о виновности. Вообще, кто, не
обращая ни на что вниман!я, стремится къ какой
нибудь цъли, тотъ уже этимъ самымъ приходитъ въ соприкосновен!е съ другими силами, которыя тоже
имъють право на существоваше. СлЬдовательно,
каждый трагическ паеосъ вызываетъ непремнно
другой, съ которымъ онъ вступаетъь въ борьбу. Поэтому нельзя еще назвать трагичнымъ то, что любящая дфвушка или влюбленный юноша не могутъ
соединиться съ избраннымъ ими предметомъ; трагичною эта певозможность становится только. тогда, когда влюбленнымъ приходится вступать въ
(*) M35 «Dramat. Blaettero 1865. IV’.
«Да съ урЪзжами Жизнь за Царя;
«И Мазепы ‘живыя красоты
«Будутъ снова идти на показу;
«И, пожалуй, опять. Гугеноты
«На одинъ возстановятел разъ;
«И опять тфже крики и стоны,
«И остатки былыхъ голосовъ...
«Теноровъ возведутъ въ баритоны,
«И полдюжины будетъ басовъ;
«И опять изъ пфвцовъ-исполиновъ
«Вее пропЪть будетъ каждый готовь,
«Лаже Дмитр!евъ и Константиновъ,
«Радонежск1й, Лавровъ и С%товъ;
«ВЪдь у всфхъ у нихъ сильныя . груди;
«ПосмотрЪть, вс они молодцы
«И, должно быть, премилые люди,
«Незавидные только пЪвцы.
«И въ балетахъ опять завертятся
«Массы въ группахъ болышихъ и рядахъ;
«Танцы будутъ опять исполняться
«На скамейкахъ, столахъ, зеркалахъ;
«А, пожалуй, дождемся мы скоро
«(Къ акробатству любовь такъ слфпа),
«Что танцоръ на плечахъ у танцора
«Исполнять будетъ хитрое па....
«Въ Фельетонахъ откроются щели
«И опять (хоть тутъ крикомъ кричи)
«Изъ нихъ вылфзутъь всЪ Азонели
«И невносные всЪ Москвиии;
«Будетъ такъ же ихъ хоръ интересенъ:
«И въ разладъ запоютъ, и не. въ тактъ;
«И споетъ рядъ назойливыхъ пЪсенъ
«Этотъ гадкй, противный Антракт...
«Да и какъ передать тебф словомъ
«Все, что останется, будетъ опять
«И чего жду въ сезонЪ я новомъ?
«Ты едва-ли все можешь понять?»
Маска руку мнЪ крфико такъ сжала.
Все въ ней было печали полно
И изъ глазъ крупной каплей упала
Вдругъ слеза на ея домино.
— Что-жъ мнЪ дЪлать съ тобой, горемычной?
Я сказаль ей.— Олезу оботри
И душою, къ страданьямъ привычной,
ХладнокровнЪй на вещи смотри!
Лучше, право, махни-ка рукою!
ВЪдь твой плачъ—мн»% знакомый, родной:
Мы тоскуемъ одною тоскою
И болфемъ болзнью одной.
Не избыть вфдь слезами намъ горя!
Что искать то, чего не найдемъ!
Посидимъ-ка пока мы у моря
И погодки иной подождем.
Ввдь за горемъ ‘и радость дается!...
А во мнЪ тебЪ помощи нЪтъ.
И теперь мнЪ жалЪть остается
Объ одномъ лишь, что я —