прем$нно быть великою пЪвицею, чтобы пользо-
ваться любовью публики; нётъ ужеболфе въ этой
оперз рыцарственнаго В1алетти, мужественнаго
Стеллера, оркестръ не ведеть уже капельмейстер-
окЙ жезль пламеннаго В1анези. ВмЪфсто ихъ пе-
peas Hama: г-жа Александрова, гг. Финокки, Вла-
диславлевъ, Шрамекъ. При всевозможномъ снисхож-
деши мы не можемъ быть довольны такою пере-
мъною. НерЪдко, я спрашиваю самого себя: зачЪмъ
критику надо прибъгать къ снисходительности въ
отношени артистовъ, являющихся на сценф? Отъ
	всякаго, кто беретъ на себя какое-либо обязатель- 115 то.
	ство, требуется, чтобы онъ исполнялъ его въ
точности. ПЮфвецъ, который беретъ на себя предъ
директею и предъ публикою обязательство пфть
первыя парти, долженъ исполнять эту обязанность
къ удовольствию, какъ той, такъ и другой. Или
долженъ критикъ приб®гать къ снисхожденно по-
тому, что наша теперешияя опера есть опера рус-
ская, а не итальянская? Но это быль бы совершенно
ложно понимаемый патр1отизмъ и я думаю, что всяк
лучше захочетъ слышать, какъ поетъ хорошо италья-
чець, чфмъ, какъ дурно поетъ русск. И притомъ,
Что это за русская опера, въ которой чаще другихъ
являющееся на сцену и почти самое важное лидо—
	акта оба извца были нЪеколько блфдны, но вообще
можно было удовлетвориться такимъ исполненемъ.

Bo второмъ актЪ, введене н хоръ студентовъ
«BCbMb намъ нужно» были опять вялы; эффектное
же 5010 горожанъ: «Въ дни полной отъ труда свободы»
публика и въ этотъ разъ, какъ всегда и прежде, за-
ставила повторить. Высоко художественъ —слфдую-
mii noroms общей хоръ со многими различными
и самостоятельно-характерно обрисованными  голо-
сами; въ немъ въ нынфшн! разъ мы не нашли р1а-
nissimo въ началЪ, доходящаго мало по малу до [юг-
Иззиио. Входитъ Валентинъ. По неим%н!ю въ нашей
опер} порядочнаго баритона, партно эту долженъбыль
принять на себя теноръ, г. Владиславлевъ. Какое
ясное доказательство бфдности нашей русской оле-
pu! Bh nei ABT ни одного порядочнаго баритона!
Чрезъ такую замфну баритона теноромъ партия Ва-
лентина должна была потерять совсфмъ свой коло-
ритъ. Г. Финокки пропзль пЪеню: «Злата Bors
очень вфрно, но безъ необходимыхъ оттЪнковъ; для
Hea BB голосз пЪвца недоставало мягкости, хотя
Форте въ этой пЪени было имъ исполнено удовлетво -
рительно, но въ пЪони этой должны быть пЪъты въ
Форте только первые два такта, а посл дующ!е
должны быть исполнены въ легкомъ, полутихомъ,
	‚`апьянець который, при всемъ своемъ старани и таинственномъ тонЪ до словъ: «Сатана ликуетъ там „№

an er teks wer wee) kek we
	трудз, не въ состояви говорить порусски, Hab
русскихъ словъ котораго русск человфкъ не
пойметъ почти ни одного. Мы хотимъь и должны
имЪть русскую оперу, но, чтобы достигнуть этой
ЦВли, критика не должна оставаться праздною ‚ си-
ABTbh сложа руки и находить все хорошимъ. Этимъ
мы дурно послужили бы хорошей цфли.

Но перейдемь къ исполненйо оперы «Фаустьъ»
въ бенефисъь г-жи Александровой. Интродукщя съ
ея тревожнымъ ходомъ и страстными гармон1ями
превосходно приготовляетъь Hach къ уразумё ню
лушевнаго состояня доктора Фауста. Но темпо, при
нсполнеши этой интродукци въ бенефись г-жи

лександровой , было совершенно вяло, а также и
введене къ речитативу—слишкомъ медленно. Тутъ
должно быть tempo шойега\о, а не апдаще. Речита-
Tana: «Hrs! мой умъ напрасно» г. Раппортъ про-
Иль очень хорошо. Олфдующее потомъ, за кули-
‘ами, аЙестейо было опять исполнено слишкомъ мед-
	при которыхъ голосъ пфвца долженъ разразиться со
всею силою. Дивно-прекрасный хоръ: «Зачфмъ ты
къ намъ явился, бЪсъ, изъ ада?» былъ очень хорошо
проп $тъ и сопровождался замЪчательно-хорошею
выразительното игрою г. Финокки. Входить помоло-
дъвший Фаустъ, но не такой, какимъ рисуетъ намъ его
наше воображене: сильный, гордый, свободный, рыцар-
ственный, ищущ наслажден!!! Въ г. РаппортЪ мы не
видали ни одного изъ этихъ качествъ, столь необходи-
мыхЪ для изображен!я Фауста. Это подЪйствовало на
насъ очень непр1ятно.Миленькое темпо вальса обозна-
часть приближеше хора «Какъ будто в5тромъ подня-
тая».Впрочемъ, это темпо было исполнено опять слиш-
комъ медленно. М%®ето въ этомъ вальсЪ при словахъ:
«Льются громко, стройно», первые восемь тактовъ
котораго должны быть пЪфты легко и р1ап158 то, на-
противъ было выкрикнуто сопранистками самымъ
ужаснымъ образомъ. Является Маргарита. Мы были
очень поражены, когда услыхали, что г-жа Алек-
	EEE ED NEES ES EES ENS ve af $ оо A

Л : 7
CHRO; вступлеше MBOX инструментовъ предтЯсандрова появится въ парти, которая совершенно

А ПА
	oe [olan Sia
Словами: «Чтобъ смерть меня не обопгла» было слабо,
HO все-таки г. Раппортъ передалъ всю эту сцену
Зыразительно, а также и речитативъ, начинающийся
словами: «Богъ! Но Богъ мн% возвратитъ-ли» и проч.
до словъ «Ко мнЪ, злой духъ, ко мнЪ» совершенно
Улался пфвцу и былъ переданъ имъ съ надлежащею си-
10ю. Является Мефистофель. Г. Финоккн загрими-
Ровался очень каррикатурно. Дв% огромныя черныя
Лии покрывали у него об щеки, дв другя так!я-
—`@ огромныя лини были проведены на лбу для обо-
Значен]я бровей. Дуэтъ Фауста съ Мехистофхелемъ
Пропьть также очень хорошо; только при словахъ:
“ЭЪ душф обнови минувигую радость» г. Раппорту
о1фдовало бы выказать Gombe страсти и чувства,
Kan’ этого требуетъ и самъ композиторъ, выразивъ
“акое требованшеупотребленнымъ имъ въ этомъ м\сть
“Tescendo, доходящимь до Гоге. Въ окончаши этого
	противор$читъ ея Физическимъ свойствамъ. Резуль-
татъ вышелъ тотъ самый, какого мы и ожидали за-
ранЪе, т. е, неудачный. Даже въ пиши г-жа Алексан-
дрова не попала въ тонъ, свойственный простой,
чувствительной Гретхенъ. Уже первый коротк от-
вЪтъ, который она даетъ Фаусту былъ болуе сухъ,
чёмЪъ мягокъ, а между тфмъ Гуно требуетъ именно
MATKOCTH BE STOMB ОТВЪТЪ.

Третй актъ начинается столь же прекрасно на-
писаннымъ, какъ и прекрасно исполненнымъ г-жею
Оноре романсомъ «ЗдЪсь въ царствЪ красоты». Околь-
ко чувства, какая глубина, какая сердечная жалоба
звучали въ пни этой артистки! Какъ каждая нота
была прочувствована! Какъ благотворно, какъ ц®ли-
тельно дЪйствовали эти звуки на нашу душу! А
между тЪмъ эта не большая какая нибудь apia, a
только куплеты, какъ ихъ назвалъ и самъ компози-