3 (2194)
	 
	15 января 1946 г., вторник, № 1
	КРАСНЫЙ ФЛОТ
	Судебный процесс по делу виновников
‘’_ 1 войны в Финланлии
	ХЕЛЬСИНКИ, 12 января. (ТАСС). Огла­шенный вчера канцлером юстиции Тарьянне
на суде по делу финских военных преступ­ников отчет гитлеровского генерала Бушен­хагена об его переговорах © финскими вла­стями в 1940 и 1941 годах привлекает все­общее внимание.

В приведенном Тарьянне отчете генерала
Бушенхагена говорится:

«Из статьи, опубликованной 20 декабря
1945 года в газете «Известия», я узнал о
судебном процессе против лиц, виновных в
вовлечении Финляндии в войну, и о том,
что генерал Силасвуо заявил на этом про­цессе, что я, Бушенхаген, тогда полковник
германских вооруженных сил, приезжал в
Финляндию до начала войны между Гер­манией и Советским Союзом. Так как это
соответствует истине и я по поручению
германского генерального штаба до нападе­ния Германии на Советский Союз невхолько
	раз посетил Финляндию, то я считаю нуж­ным изложить то, что мне известно отноеи­тельно истории событий, предшествовавших
вступлению Финляндии в войну между Гер­манией и Советским Союзом.

1. В конце декабря 1940 года (приблизи­тельно 20 декабря) мне в качестве началь­ника штаба находившихся в Норвегии гер­манских войск было приказано явиться на
несколько дней в Верховное Командование
сухопутных сил в Цоссен (вблизи Берлина),
где имело место совещание начальников
штабов германских армий, На этом совеща­нии начальник германского генерального
штаба генерал-полковник Гальдер изложил
план «Барбаросса», предусматривающий на­падение на Советский Союз. В то время в
Цоссене находился начальник финляндского
генерального штаба генерал Хейнрикс. Он
вел переговоры < генерал-полковником Галь­дер. Хотя я и не принимал в них участия,
но полагаю, что они касализь германо-фин­ского сотрудничества в войне между Гер­манией и Советским Союзом. В это вре­мя генерал. Хейнрикс в Верховном Комав­довании сухопутных сил прочитал для выс­ших германских офицеров. доклад о русско­финской войне зимой 1939 г. В своем докла­де он особенно подчеркнул боеспособность
финнов. После совещания в Цосвене послан­ник Финляндии в Германии Кивимяки дал

инляндской миссии в Берлине на Фон-дер­Хейдт-штрассе ужин, на котором присутство­вали генерал Хейнрикс, военный атташе
Финляндии в Берлине, полковник Кинцель
из. отдела изучение иностранных армий»
верховного командования сухопутных сил,
а также некоторые другие высшие офицеры
верховного командования германских воору­женных сил, фамилии которых я забыл. В®-
чер прошел под знаком традиционного
братства по оружию между Германией и
Финляндией. 1

Я хо своей стороны вел переговоры в
декабре 1940 года или в январе 1941 года
в верховном командовании вооруженных сил
с генералом Иодль и генералом Варлимонт
с возможном взаимодействии германской ар­мии в Норвегии с финской армией < началом
войны между Германией и Советским Сою­зом. Во время этих перегогоров был наме­чен план наступления на Мурманск.

2. Для выполнения этой моей работы мне
было поручено верховным командованием
вооруженных сил в фезрале 194] года войти
в контакт с финским генеральным штабом
с целью ведения переговоров о совместных
операциях против Советского Союза. В сере­дине февраля 1941 г. вместе с начальником
отдела разгедки германских войск в Нор­вегии майором генерального штаба Хри­стианом Мюллером я выехал через Сток­гольм в Хельсинки. На аэродром? нас встре­тил помощник германского военного атташе
и отвез в отель «Сеурахуона». Вечером в
этом ‘отеле меня принял начальник финско­го генерального тнтаба генерал’ Хейнрикс,
который при этом от имени своего прави­тельства. вручил мне командорский крест
Финского ордена «Белая роза». Я был изу­млен получением этого знака отличия пе­ред началом моей деятельности в Финлан­дии. На приоме присутствозали начальники
отделов финского генерального штаба пол­KOBHHKH Тапола, Меландер и некоторые
другие, а также германский военный атташе
в Хельсинки полковник Россинг. В течение
следующих 2—3 дней в здании финского
генерального штаба велись переговоры
между мной, полкозником Россинг и майо­ром генерального штаба Мюллер, с одной
стороны, и генералом Хейнрикс, генералом
Аиро и начальником оперативного отдела
финского генерального штаба полковником
Тапола, с другой. Были изучены оператив­ные возможности проведения военных опе­раций из средней и эеверной Финляндии в
	нии вынуждены работать, чтобы жить. в
отличие от немцев в американской зоне, ко­торые имеют возможность забирать вклады,
находящиеся в банках».

Нам думается, что заставить немцев ра­ботать, чтобы жить, запретив им получать
проценты с награбленного, — это лучший
с1060б перевоспитания, нежели вручить им
чековую книжку с напечатанной на ней
сентенцией, что грабить — нехороню.

Корреспонденты категорически отрицают
провокационные измышления, будто бы в
советской зоне проводится «советизация»,
«коммунизация» и чуть ли не «коллекти­кизация». «Советский (0ю3, — пишет
Хилл, — не устанавливает в своей оккупа­ционной зоне ни советских институтов, ни
советской политической системы... СССР
выполняет потсдамское решение, не трогая
частной собственности в промышаенных
районах, исключая те случаи, когда эта
собетвенноетвь принадлежит нацистам».

Вартина, складывающаяся из этих опи­саний, принадлежащих перу английских и
американских журналистов, явно опровер­Tae? всяческие вымыслы ‘клеветников и
не нуждается в комментариях. За мифиче­ским «железным занавесом» не оказалось
никаких страшных тайн.

Кто же и зачем выдумал их? Ero орга­низовал клеветническую кампанию против
советекой оккупационной политики? Чтобы
ответить на этот вопрое, нужно вспомнить
известное криминалистам всех стран прави­л0: если хотите найти преступника, ищите
его среди тех, кому выгодно преступление.
Кому выгодно было клеветать на Советский
Союз, одновременно поопатандируя «еостра­дание» к Германии? Только тем кругам. ко-.
	торые не хотят на деле ликвидировать до
‚конца германодий фашизм и милитаризм и
пытаются поэтому скомпрометировать тех,
кто честно, последовательно и неуклонно
проводит в жизнь решения Берлинской кон­ференции. Теперь клеветники разоблачены
своими же соотечественниками.
		полагалось использовать одну немецкую лл:
визию. Финские войска должны были окку­пировать Аландские острова.

По всем вопросам, обсуждавшимся в фин>
ском генеральном штабе, было достигнуто
единодушное решение, Полковник генералу.
“oro штаба Кинцель, кроме этого, догово­рился с начальником финской военной раз.
ведки полковником Меландер об обмене
информацией в отношении Красной Армин,
С начальником финского управлёния Boe.
	 

ных перевозок было подписано соглашени»
	об использовании финских транспортных
средств в предстоящей войне. Со стороны
Финляндии были пред’явлены требования
стносительно поставки оружия и военных
материалов, (орудий, самолетов, танков, сна.
рядов). .

Насколько мне известно, генерал Хейн.
puke информировал фельдмаршала Маннер­гейма и министра обороны генерала’ Валь­дена о ходе переговоров, Во время моем
пребывания в Финляндии происходили так­же переговоры между представителями гер­манских военно-воздушных сил и фикнами
о передаче аэродромов Финляндии герман.
ским военно-воздушным силам и о сотруд.
ничестве между военно-воздушными силами
Финляндии и Германии. В последний день
переговоров фельдмаршал Маннергейм при.
нял меня и полковника Кинцель в своей
вилле в Хельсинки. При этом также пра­сутствовали генерал Хейнрикс и ад’ютант
Маннергейма. Маршал выразил свое удовле­творение достигнутым соглашением между
германским и финским генеральными шта­бами и подчеркнул старое братство по ору­жию между Германией и Финляндией, По
возвращении в Берлин я составил: протокол
соглашения с финским генеральным штабом
и представил его верховному командованию
вооруженных сил (ОКВ) и верховному
командованию ‘сухопутных сил (ОКХ).

4. В мае 1941 года начальник финского
генерального штаба генерал Хейнрикес был
приглашен в ставку фюрера — в. Берхтесга­ден. Туда же вызвали и меня. На аэродроме
Бранденбург я встретил генерала Хейнрикс,
которого сопровождали полковник Тапола
и ад’ютант, Вместе с ними и начальником
иностранного отдела верховного командовз­ния вооруженных сил капитаном Бюркнер я
вылетел в Мюнхен. Оттуда мы продолжали
путь в Зальцбург на автомашине,

Генерал Хейнрикс не был принят Гитле:
ром. В одном из привокзальных отелей
Зальцбурга состоялись окончательные пере­говоры относительно участия Финляндии в
предстоящей войне между` Германией и Со­ветским Союзом. В созещании участвовали:
от финнов генерал Хейнрикс;, полковних
Тапола и от немдев — фельдмаршал Кей­тель, генерал’ Иодль, генерал Варлимонт,
капитан Бюркнер и я.

На основании‘ предыдущих переговоров

германского и финского генеральных штабов
были окончательно утверждены планы ‹-
‘вместных операций, сроки мобилизации н
наступления. После совещания состоялся
обед в Зальцбурге в специальном поезде
верховного командования. В связи с имез:
шими место ‘переговорами я выехал вместе
с генералом Хейнриксе в Берлин, ‘где
состоялось совешание в министерстве воен­ного снаряжения на Курфюрстенштрассе по
вопросу о предоставлении Финляндии ор:
жия и снаряжения. В результате совещания
было заключено соглашение о германских
военных поставках.  

5. 12 или 13 июня 1941 года, когда герман­ские военные транспорты уже находились на
пути в Финляндию, я выехал вместе с назиа­ченным для связи с финским генигтабом ге.
нерал-лейтенантом Эрфург и начальником
его штаба подполковником Хельтер из Бер­лина через Кенигсберг в Хельсинки. Там
нас встретили германский военный атташе
и финский полковник Виламо, © которыми
мы поехали в отель.

На следующий день мы встретились в
финском генеральном штабе’ с генералом
Хейврикс. Я представил ему протокол наме­ченных ранее совместных мероприятий, с
которыми он согласился; изменив лишь один
второстепенный пункт. Тогда же я передал
свои функции офицера связи с финским ге­неральным штабом генералу Эрфурт. На­сколько я помню, в этот день началась в
Финляндии всеобщая тайная мобилизация,

На следующий день я вылетел из_Хель­синки в Рованиеми для руководства насту­плением германо-финских военных сил ар­мейской группы Фалькенхорста. В качестве
офицероз связи от финского генерального
штаба туда же прибыли полковник Виламо
и майор Ахонен.

В заключение хочу отметить, что со сто­роны верховного командования вооружен:
ных сил Германии и германского генераль­ного штаба не было оказано никакого дав­ления на финский генеральный штаб и что
последний с самого начала наших перего­воров проявил большую готовность участ­вовать в войне против Советского Союза
на стороне Германии и добровольно принял
предложение Германии.

Подтверждаю, что все выше приведенные
факты полностью соответствуют действн­тельности, за исключением отдельных дат,
в отношении которых память могла мне из­менить. Относительно приведенных фактов
я готов выступить в качестве свидетеля на
суде, и в интересах установления историчс­ской действительности согласен на опубли­хование их.
	Бывший генерал от инфантерии гер­манской армии БУШЕНХАГЕН»,
	слишком примитивной, второй защитник Рю­тия — адвокат Олссон гопросил суд устро­ить трехнедельный перерыв. Его поддержа­ли остальные защитники, мотивируя это тём,
что перерыв необходим защите не только
для ознакомления с документами, но и для
подготовки других защитительных речей.
После совещания, которое продолжалось
около полутора ‘часов, суд постановил от­срочить свои заседания ло 23 января.
Обвиняемые, кроме Кукконена, направле­ны в губернскую тюрьму. Им предоставлена
возможность ознакомиться со всеми мате
риалами, поступивитими в суд в январе.
	направлении Белого моря и Мурманска. Со
стороны финского генерального штаба про­явилась полная готовность содействовать
Германии В будущей войне против Совет­ского Союза.

В связи с этими переговорами имела ме­сто 8—10-дневная разведывательная поездка
из Хельсинки по маршруту Каяяни— Хюрюн­сальми—Суомуссальми—Куусамо—Рование­ми—Кемиярви (Салла)-—Петсамо— Рование­ми—Торнео. В этой поездке, кроме меня,
принимали участие майор генерального шга­ба Мюллер, финские полковники Тапола и
Викла, а также помощник германского во­енного атташе. На участке Хюрюнсальми к
нам присоединился командир финской брига­ды, расположенной здесь, на участке
Куусамо— Рованиеми — финский полковник
Виламо, на участке Инари— Петсамо — фин­ский майор Ахонен. На вышеупомянутых
пунктах мне были показаны укрепленные
пограничные Участки дороги, обсуждались
возможности сосредоточения и размещения
войск для наступления на Советский Союз.
В Рованиеми я встретился с генералом Си­ласвуо, командующим финским армейским
корпусом, который пригласил меня на обед
в отеле «Похьянхови». во время которого
произнес речь о братстве по оружию между
Германией и’ Финляндией. Во время заклю­чительного совещания в’Торнео {в привок­зальном отеле) в качестве итога результатов
разведывательной поездки было установле­но, что наступление из района Куусамо в
направлении на Киестинки и из района
Кемиярви в направлении на Кандалакшу
является наиболее удобным, с оперативной
точки зрения, в TO время как наступление
из Петсамо на Мурманск представляло
болыпие трудности. Я со своей <тороны
указал на необходимость дальнейших сове­щаний между германским и финским гене­ралыными штабами. Как германские, так в
финские участники этой поездки обязались
держать в строгом секрете содержание пе­реговоров и результаты разведывательной
поездки.

После моего возвращения в Осло 2 или
3 марта 1941 года результаты разведыва­тельной поездки, произведенной в Финлян­дии, подверглись обработке и в виде опера­THBHOTO плана командования германских
войск в Норвегии были представлены вер­XOBHOMY командованию германских воору­женных сил. На его основе возник позднее
оперативный план «Голубой песец», который
представлял собой поедварительный план
нападения из района Куусамо—Рованиеми—
Петсамо на Мурманскую железную дорогу.
План операций в районе Киркониеми—Пет­само получил название «Северный олень».
План операций в районе Рованиеми получил
название «Чернобурая лиса».  
’ 3. В конце апреля или в начале мая 1941.
года (более точной даты я не могу назвать)  
меня сноза направили в Хельсинки для про­должения переговоров между тенеральными
штабами Германии и Финляндии, уже после
того, как верховное команлование воору­женных сил рассмотрело и одобрило опера­тивный план, предложенный командованием
германских войск в Норвегии. Вместе со
мной в Хельсинки через Кенигсберг вылетел
полковник генерального штаба Кинцель, быв­ший тогда начальником отдела «изучения
иностранных армий Востока» верховного
командования сухопутных сил. На аэродро­ме в Хельсинки нас встретили германский
военный атташе полковник Россинг и пред­ставитель финского генерального штаба,
вместе с которыми мы направились в отель
«Сеурахуона». На следующий день имели
место переговоры в финском генеральном
штабе с генералом Хейноикс, генералом
Аиро и полковником Тапола, во время ко­торых было установлено, что ‘финский гене­ральный штаб готов полностью принять уча­стие в поедстояней войне < Созетским Сою­зом. С финской стороны было высказано бес­покойство по поводу того, как бы Германия
уже после того, как Финляндия полдготови­лась бы к войне, не отказалась от этого
предприятия, что поставило бы Финляндию
в чрезвычайно тяжелое положение. Точной
даты начала войны протиз СССР я, несмотря
на повторные запросы финского генерально­го штаба, не мог сообщить. Во ваемя пере­говоров были обсуждены следующие во­просы:

а) Время, нсобходимое для проведения мо­билизации в Финляндии, и маскировха мо­билизационных мероприятий. Мобилизация
должна была проводиться в форме учебных
сборов для резервистов и офицеров запаса.

6) Сосредоточение финских и германских
сил. В связи с этим в качестве линии, раз­граничивающей финские вооруженные силы,
подчиненные фельдмаршалу Маннергейму, и
германо-финские войска под командованием
генерал-полковника фон Фалькенхорста, бы­ла намечена река Оулуйоки. Все финские
войска, находившиеся к северу от этой ре­ки, должны были находиться в подчинении
верховного командования германских сил в
Норвегии.

в) Планы нападения. Верховное командо­вание германских сухопутных сил должно
было подробно разработать план совмест­ното наступления финских вооруженных сил
и северной группировки германских армий
на Ленинград. Наступление войск пол
командованием Фалькенхорста предполага­лось произвести в следующих трех направ­лениях: из района Куусамо на Киестинки,
из района Кемиярви через Салла на Канла­лакшу и из района Петсамо на Мурманск.

Для овладения полуостровом Ханко пред­ХЕЛЬСИНКИ, 14 января. (ТАСС). Пред­ставленные суду показания германского ге­нерала Бушенхагена опровергли лживые
заявления обвиняемых, утверждавших в ево­их речах, что Финляндия вступила в войну
на стороне Германии якобы вследствие на­падения Советского Союза. Защитник Рю­ти адвокат Прокопе сделал явно неудач­ную полытку поставить под сомнение пра­вильность показаний Бушенхагена. В ответ
на это государственный обвинитель Тарьян­не заявил, что факты, указанные Бушенха­геном, подтверждаются другими свидетеля­ми. Учтя, что попытка Прокопе оказалась
	‚ состояние войны в Атлантике, подчеркивая,
что наиболее важной задачей он считает
сильно развернувшуюся войну подводных
‘лодок. Однако фюрер указал, что сколькс
бы судов ни строили Соединенные Штаты,
одной из самых больших проблем будет не­достаток команд для этих судов. По этой
причине даже торговые суда должны тс­питься без предупреждения ‘с намерением
истребить как можно болыше членов команл,
что вызызает трудности B наборе новых
команд. Подготовка членов экипажа требует
очень’ большого времени. Фюрер говорит,
что наши отношения не должны руководст­воваться человеческими чувствами. По этой
причине он должен отдать приказ, что в
случае столкновения с ивостранными моря­кёми их не следует брать в плен, а, наобо­рот, после того, как судно торледировано,
подводные лодки должны всплывать на по­верхность и расстреливать спасающихся лю­дей. Посол. Осима искренне согласился с
высказыванием фюрера и ‘заявил, что’ япон­цы также должны применять подобные ме­тоды». _

Обвинитель цитирует совершенно секрет­ный приказ, ‚посланный всем командирам
подводных лодок из штаба Деница 17 сен­тября 1942 года. В приказе сказано: «Не
следует предпринимать никаких‘ поныток
для спасения членов команд потопленных
судов. Спасение комавд противоречит ос­новным элемевтарным требованиям ведения
войны, т. е. уничтожению вражеских судов с
их командами». Приказ заканчивается при­зывом к жестокости. В одном из следую­щих приказов Деница, на который ссылает­ся обвинитель, говорится о желательности
уничтожения спасательных судов, следую­щих с каждым караваном.

Полковник Филимор ‘оглашает документ,
из которого следует, что в период с 1939 по
1945 г. немецкие подводные лодки потопи­ли 2,775 британских, союзных и нейтральных
судов общим водоизмещением в 14.572.435
TOHH, _

Затем юн просит Трибунал допросить
двух свидетелей. С разрешения Трибунала в
зал ‘заседания вводят свидетеля, бывшего
лейтенанта германского военно-морского
флота Петера Хайзит. Обвинитель предлага­ет ему рассказать о выступлении подсуди­мого Деница перед дивизионом, в котором
обучался свидетель. Излагая перед Трибу­налом содержание того, что было сказано
адмиралом  Деницем в речи осенью 1942 го­да, Хайзиг сообщил:

— Гросс-адмирал и говоря о морской
войне, сделал заключениз, что у американ­цев возникнут трудности ‘с формированием
команд. Чтобы усилить эти затруднения,
гросс-адмирал Дениц дал’ понять, что по­терлевших кораблекрушение американских и
союзных моряков следует ‘уничтожать.

Допрос свидетеля был прерван в связи
с желанием председателя Трибунала лорда
Лоуренса сделать до перерыва некоторые
об’явления. Прежде всего Лоуренс сообщил
о том, что вечером 14 января открытого
заседания не будет и Трибунал об’являет
перерыв до утра 15 января. Кроме того,
Лоуренс сообщил, что Трибунал желал бы
получить от обвинения ответ на ряд во­просов правового порядка, связанных. с опре­делением понятия преступной организации,

На этом утреннее заседание Трибунала
14 января заканчивается.
	маршалу Чойбалеаку
	Утрениее заседание 14 яиваря
	заявил, что он является приверженцем УЛАН-БАТОР, 12 января. (ТАСС). и
«идеологического воспитания» своих подчи­мьер-министр и министр иностранных де:
ненных, . Монгольской Народной Республики а
	юлковник Филимор раз’ясняет, что тер­мин‘ «идеологическое воспитание» в устах
Деница означал воспитание бесчеловечно­сти. В доказательство обвинитель приводит
приказы Деница о методах ведения мор­ской, особенно подводной, войны.

— Война, которая велась на море под
руководством подсудимого Деница протиз
нейтральных и союзных торговых судов, —
говорит обвинитель, — представляла собой
войну, которая сопровождалась все боль­шей жестокостью. Она проводилась без со­блюдения установленных правил ведения
войны и требований человечности.

Обзинитель цитирует отчет о нападении
немецких подводных лодок на торговые су­да в период между сентябрем 1939 г. и сен­тябтем 1940 г. В этом отчете говорится, что
в течение первых 12 месяцев войны немцы
по пили 508 союзных судов водоизмеще­нием в 2.081.062 тонны. Кроме того, было
	 
	Нойбалеан получил 7 января от министер­ства иностранных дел Китая следующую
телеграмму:

«Получили Вашу ноту об итогах плебисци­та, проведенного народом Внешней Монго­лии 20 октября 34 года Китая, что свиде­тельствует о подтверждении народом Внеш­ней Монголии сзоей независимости.

В соответствии © постановлением Высшего
	ВАШИНГТОН, И! января. (ТАСС). Высту­пая на пресс-конференции, исполняющий
обязанности государственного секретаря
США Ачесон отказался комментировать ста­тью известного обозревателя дальневосточ­ных событий Сноу, напечатанную в газете
«Сатердэй ивнинг пост», В этой статье Сноу
резко критиковал усилия, предпринимаемые
англичанами для установления своего гос­НЮРНБЕРГ, 14 января. (ТАСС). Начале
утреннего заседания Трибунала 14 января
было посвящено. окончанию допроса свиде
теля Франца Блаха.

‘Отвечая на вопрос защитника СС и СД
Бабелла, свидетель Блаха отвечает, что в
1941 г.в Дахау содержалось от 8 до 9 тыс.
заключенных, в 1943. г. число заключенных
колебалось между 15 и 20: тыс. а в начале
1945 года их было уже 70—80 тыс.

`На этом допрос свидетеля Блаха заканчи­вается. . ;

Затем представитель американского обви­нения Додд просит Трибунал приобщить к
делу приговоры, вынесенные ‘американским
военным судом по делу немешких военных
преступников из лагеря Дахау в декабре
1945 г. После удовлетворения его просьбы
обвинитель Додд делает следующее сооб­щение:

*14 декабря прошлого года Трибуналу
были представлены в качестве доказатель­ства преступлений напистских заговорщиков
экспонаты из человеческой кожи и челове­ческая голова. Тогда защитник Кальтен­бруннера заявил, что доказательства, кото­рые были представлены, не соответствовали
действительности и что те зверства, о кото­рых игла речь, не имели места в Дахау, где
комендантом был Кох. Тем не менее, гово­prt далее Додд, в тот же день защитник
подсудимого Бормана в своем обращении к
Трибуналу говорил, что германские власти
знали о поведении коменданта Коха и про­тестовали против него. В связи с этими за­явлениями мы произвели расследование и
нашли, что комендант Кох был под судом
не зато, что он снимал человеческую кожу,
а за то, что он присвоил деньги, ‘а-также за’
убийства в личных интересах и по обвине­нию в общей испорченности. Однако пока­зания доктора Блаха, который видел та­туированную человеческую кожу и голову в
канцелярии Коха, не оставляют сомнений в
нодлинности представленных нами по-этому
поводу доказательств».

После заявления Додда выступил пред­ставитель английского обзинения полковник
Филимор, который представляет докумен­ты, касающиеся преступлений подсудимого
Карла Деница. Обзинитель напоминает Три­буналу, что Карл Дениц в 1935 году коман­FORA подводной флотилией «Веддиген», в.
1943 г. был назначен гросс-адмиралом и за­нял место подсудимого Редера в качестве.
тлавнокомандующего германским  военно­морским флотом, оставаясь в то же время.
командующим подводным флотом. 1 мая
1945 г. Денин занял мезто Гитлера в каче­стве главы Германии. Полковник Филимор о
напоминает также, что усердие подсудимо­то Деница в строительстве германского
флота и в подготовке его к фашистскому
разбою было высоко оценено гитлеровски­ми заговорщиками.

В дневнике германского морского флота
за 1944 г. подчеркивается, что Лениц был
«вождем и вдохновителем» всех тех сил и
всех людей, из которых состоял германский
военно-морской флот во время подготовки
и проведения войны. Обвинитель указывает,
что, будучи участником гитлеровского за­говора, Дениц всеми силами внедрял в гер­манский флот гитлеровские методы ведения
войны. В качестве доказательства Филимор
приводит выдержки из речи Деница на со­вещании командующих флотами, произне­сенной им в декабре 1943 г. в Веймаое. В
этой речи Дениц в категорической форме

 
	потоплено 253 юкудна водоизмещением в
869.213 тонн, принадлэжавших нейтральным
странам. Большинство этих судов было по­топлено во время их законных торговых
рейсов. При их потоплении погибло 2835
союзных торговых морякор. Обвинитель на­поминает, что эти разбойничьи методы при­менялись гитлеровцами, несмотря на то, что
Германия присоединилась к договорам, по
которым надводные или подводные корабли
не имеют права топить. или причинять по­вреждения торговым судам, пока с них не
будут сняты пассажиры, команда и доку­менты и н> будет обеспечена безопасность
команде и пассажирам. Вопреки этим дого­ворам, продолжает обвинитель, немцы с са­мого начала войны не принимали в расчет
международного права.

В ноябре 1939 года немецкие подводные
лодки начали топить нейтральные суда, как
‘правило, без предупреждения. При этом
немцы не обращали никакого внимания на
безопасность команд.

Обвинитель представляет документ, из
которого следует, что 39 января 1941 г.
Гитлер. об’явил о необходимости торпеди­ровать кажщое судно. с охраной или без
схраны, которое попадется навстречу не­мецким торпедоноецам, Как выполняли гер­манские подводные лодки под командова­нием” Деница это преступное указание
Гитлера; обвинитель иллюстрирует докумен­том, в котором описывается потопление нем­цами парохода «Сити оф Бенарес». Это по­топление было созершено , 17 сентября
1940 г. На судне находилось большое чи­сло женщин и детей. Судно было потоплено
без предупреждения, причем погибло 258
человек, в том числе 77 детей.

Далее обвинитель указывает, что прика­зы, которые подсудимый Дениц и его сэ­общники отдавали свойм подчиненным, бы­ли направлены на нарушение международ­ного права. Обвинитель называет Трибуналу
серию приказов, в которых гогорится, что
подводные лодки не только не должны
оказывать помощи командам судов, кото­рые они уничтожают, но должны уничто­жать эти команды. В частности, он цити­рует выдержку из приказа № 154, подли­санного Деницем. В этом приказе гозорит­ся: «Не подбирайте спасшихся и не берите
их с собой. Не заботьтесь о спасательных
лодках торговых судов. Условия погоды и
расстояние до берега не играют никакой
роли. Заботьтезсь только о своем собетвен­нэм корабле и боритесь только за то, что­бы достичь следующего успеха так скоро,
как это возможно. Ничто другое не имсет
	значения. Мы должны быть жестокими в
	этой воине».

В 1942 году, продолжает обвинитель, ког­да США вступили в войну, гитлеровцы ре­шили шире применять методы борьбы с
флотом союзников, указанные в приведен­ном приказе Деница. Обзинитель приводит
документ, из которого следует, что об этих
бесчеловечных методах борьбы знали не
только Гитлер и Дениц, но и подсудимый
Риббентроп. Обвинитель цитирует протокол
бэседы между Гитлером и японским послом
в Берлине Осима, состоявшейся в присут­ствии Риббентропа в январе 1942 года, В
протоколе говорится: «Фюрер с помощью
карты об’ясняет японскому послу настоящее
				Нота министерства иностранных дел Китая
	АЧесон оо английском договоре с Сиамом
		Совета Обороны Китайское правительство
об’являет о своем признании‘ с сегодняшине­го дня независимости Внешней Монголии,
о чем уведомляет настоящей нотой.
	Министерство иностранных дел».
	Вашему корреспонденту стало известно,
что правительство МНР в ближайшее время
направит в Китай своего представителя для
установления дипломатических отношений
между Монгольской Народной Реслубликой
и Китайской Республикой,
	подетва в Сиаме. На вопрос о том, действи­тельно-ли английский договор с Сиамом со­держит статью, дающую право англичанам
восстановить свои экстерриториальные пра­ва, которые были отменены Сиамом несколь­ко лет назад, Ачесон заявил, Что это соот­ветствует его пониманию создавшегося там
положения.
	преследующую цель уничтожения не гер­манского народа, а германского фаптизма
и милитаризма.

Все корреспонденты с уважением отзы­ваются о твердой и неуклонно проводимой
советскими оккупационными властями по­литике денацификации Германии. «Рус­ские очистили свою оккупационную зону от
эктивных нацистов», — пишет корреспон­дент Бритиш Юнайтед Пресс. «Русские по­дошли к проблеме оккупации с реализмом и
умением, в противоположность распроетра­нявшимся немцами слухам о хаосе», — за­являет Арно.

Вопреки клеветническим слухам, коррес­пенденты подчеркивают достойное поведе­ние Ерасной Армии. Тот же корреспондент
Юнайтед Пресс Арно, отмечая дисциплини­рованность советских солдат, заявляет, что
провокационные антисоветские слухи злост­но распространяют. немецкие фашисты.
«Цветущая, пышущая здоровьем немка за­явила нам, что «погибаэт с голоду»...

(Само собой разумеется, активные наци­сты, связанные с ними прусские юнкера—
помещики и крупные промышленники,
мечтавшие прибрать в рукам весь мир, не
могут быть довольны.

Земельная реформа, проведенная в со­ветекой зоне, передала землю прусских по­мещиков в руки 282 тысяч крестьян, бе­женнев и батраков, каждый из которых, как
констатирует журнал «Нью стэйтемен энл
нейшн», получил от 12 до 20 акров земли,
сольскохозяйственный инвентарь и скот.
«Эта реформа, — признает журнал. — наря­ду с чисткой среди нацистеких чиновников
и промышленников, фактически ликвили­рует социальный класс, в котором нацизм
пустил наиболее глубокие корни».

Недовольны и гитлеровцы, составившие
с8бе состояние грабежом и не успевшие за­брать награбленные капиталы из терман­ских банков. Корреспонлент «Нью-Йорк
таймс» Хилл сообщает из Галле, что Совет­ский Союз заморозил банковские вклады
гитлеровцев. Поэтому, как заявляет поези­что скрывалось
	за «келезным занавесом»?

 
	В последнее время-ряд английских и аме­риканских журналистов посетили советскую
зону оккупации Германии и изложили на
страницах газет свой внечатления. То, что
увидели корреспонденты Рейтер, Юнайтед
Пресс, Ассошиэйтед Пресс, «Нью-Йорк
тайме», «Нью-Йорк  геральд  трибюн»,
резко расходится е тем, что писали и пи­INYT о советской зоне некоторые не выез­жавиете из своих столиц корроспонденты.
` Как известно, несколько месяцев назад
ряд газет и атентетв (в том числе и неко­торые из перечисленных выше) развернули
систематическую кампанию клеветы на со­ветские оккупационные войска в Германии.
Олновременно началась организованная
реакционными кругами кампания за реви­цию решений Берлинской конференции.
Целью этой кампании было добиться пере­смотра решений о ликвидации германского
военного потенциала, но облечена она была
в форму «кампании сострадания» к «бед­ным», «пострадавиим от войны» ‘немцам.
Авторы статей о положении в Центральной
Европе, имея в виду сохранение оборудова­ния германской военной промышленности,
писали о сохранении «элементарного жиз­непного уровня германского народа». Для
того, чтобы оправдать вопли © «гуманно­сти» (почему-то в первую очередь раепро­страняющейся на население Германии, а не
на население пострадавитих от германекой
оккупации стран), такие органы печати,
как «Обсервер», «Нью-Йорк тайме» и др..
всячески расписывали  царящие  яко­бы в советской зоне хаос, голод. и прочие
страсти. Любопытно, что одновременно те
ще газеты жаловалиеь на советскую адми­нистрацию, которая  отде; тет-де  совет­скую оккупациончую зону от остальной
Европы непооницаемым для иностранных
журналистов «железным занавесом».
	Издатель: НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ
ВОЕННО - МОРСКОГО ФЛОТА СССР
		Представители английской и американ­ской прессы, побывавшие сейчас в совет­ской зоне оккупации Германии, своими
статьями подтверждают, что источником
вдохновения ‘упоминавшихея выше антисо­вотских опусов были, во-первых, злостно
распускаемые немецкими фашистами слухи
и, во-вторых, собственные пальцы.

-Ворреспондент агентства Ассошиэйтед
Пресс Касишке вынужден признать, что
хотя ежедневные нормы продовольствия в
советской зоне весьма строго нормированы,
но по количеству калорий они не меньше,
чем в американской зоне. Корреспондент
Вритиш Юнайтед Пресе, совершивший восъ­мидневную поездку по Саксонии, пишет, что
«вобстановительная работа проводится Крас­ной Армией в полном соответствии с прин­ципами Потедамекого соглашения... Русские
вновь открыли большинство промышленных
предприятий, выпускающих предметы тти­рокого потребления... 83 процента саксон­ских заводов, не имеющих военного значе­ния, уже работает... В то же время воен­ные заводы закрыты и находятся под охра­ной или же демонтируются и конфискуются
в счет уплаты репарации...».

Корреспондент газеты «Нью-Йорк ге­ральд трибюн» сообщает: «Русские остави­ли в Германии достаточное количество обо­рудования и материалов для Toro, чтобы
полдержать пониженный, но допустимый
жизненный уровень». Корреспондент амери­канекого агентства Юнайтед Пресс Арно пи­шет, что советские военные власти «тща­тельно осуществляют свою главную цель—
полное уничтожение германской военной
машины».

Не похоже на «хаос» и «анархию»! Ско­рее похоже на твердую, продуманную и по­слеловательную политику, принятую тремя
	Совместное заявление пяти корейских партий
		НЬЮ-ИОРК, 11 января. (ТАСС). Как пе­редает сеульский корреспондент газеты
«Нью-Йорк таймс», пять основных политиче­ских партий Кореи — новая корейская на­родная партия, демократическая партия. на­ционалистическая партия, народная партия и
коммунистическая партия — опубликовали
совместное заявление, в котором они дают
высокую оценку решению Московского co­Президиум Верховного Совета СССР
удовлетворил просьбу Заместителя Предсе­дателя Совнаркома СССР тов. Берия Л. П,
06 освобождении его от обязанностей На­родного Комиссара Внутренних en CCCP
	 

 

: для справок — доб. 1-73; отв. секретарь редакпии —Д 1-08-03;
‚ иностранный стдел — доб, 1-20; отдел культурьт лоб. 8. отдел
	7440 OA eee ee а Se rR EE TEN. Oy OTARA
Д 1-12-60; бухгалтесия — доб. 95: отдел подлписки—Л 1-62-91
	вешания относительно Кореи и заявляют о
своей «искренней поддержке гарантий в от­ношения суверенности и независимости Ко­реи и намерении помогать развитию демо­кратии». Заявление настаивает на том, uTO­бы корейское правительство, копда оно  бу­дет организовано, разрешило вопрос об опе­©, согласно духу суверенности и чезави­CHMOC TH.
	эвиду перетруженности его другой цен­тральной работой.

Народным Комиссаром Внутренних Дел
СССР назначен тов. Нруглов С. Н.
		Ответственный редактор
П. МУСЬЯКОВ.
	державами на Берлинекой конференции и; дент Саксонии Хубенер. «немцы в Саксо­АЛРЕС РЕДАКЦИИ и ИЗДАТЕЛЬСТВА: Москва, Сущевская ул., 21, Коммутатор
отдел боевой подготовки—доб. 29, 36, Д 1-08-29; отдел пропаганды-Д 1-11-45; отд
информации — доб. 1-35; отдел писем — доб. 93: иллюстранионный отде
	таза  о УщЩевская Yi Ot, поммутатор редакции; Д 3-20-90 до Д 3-20-96. Телефоны: для справок —
-08-29; отдел пропаганды—Д 1-11-45; отдел нартийно-к‘мсомольской жизни — доб; 8; иностранный ал
исем — доб. 23; иллюстрационный отдел —доб. 99; начальник излательства — Л 1-19-60: бъхгалтеви
	Типография газеты «Правда» имени Сталина.