TORETCKOE rickycc TRS - ГОРЯЧИЙ ПРИВЕТ РОМЭЕ данин мира быть гражданином мира, On He MO жет отгородить себя от жизни баррикадамн книг, он должен жить се. ТтОДНЯШНиИИ днем и не уходить в ан. ТИчНосСТЬ, в средние зева, в прош. лов В письмах Густава Флобера есть ‘ясные и поразительно мудрые стро. «С античностью все покончено, 5 средневековьем покончено тоже Остается современность. Но сама основа очень колеблется, Где м найти опору фундаменту? Однако тольно такой ценой можно добыть себе жизненность, а следовательно и длительное существование», Вот почему были написаны «Сет, ана Воспитание» и «Мал ‘того. как для Флобера было покончь но с увлеченьем античностью и сред». невековьем. «Жизненность», «длительное суще ствование», иначе вечность, добы. вается не одними произведениями вв» ликого писателя. Вечность добывает ся всей его жизнью, работой для сча. стья человечества, мужественной борьбой с ложью, влом и мраком, CTHHHO великий писатель неё Woe жет быть не возмущен, «когда BSN: щена стихия». от почему Apye Вольтер выступил на защиту семья Каллас, которую сожгли заживо католические попы. Вот почему Вольтер взволновал своих современников страшной историей молодого де 1% Бара, которого попы божтли за 19, что он не снял шляпы неред «святы. › ми дарами», Наконец, старшее. поко ление и наша революционная MOO дежь помнит мужественное выстуг» ление Эмиля Золя в защиту невинно осужденного Дрейфуса и помнит alle могу молчать» Льва Толстого. И еще мир запомнит «В стороне от «ехват. ки» Ромэн Роллана, честные и се лые страницы, написанные в те ди, койла пушечный гром мировой войны будил громовое эхо в Швейцареки Альпах. Мир помнит дружбу, блам. желательность Ромэн Роллана в от ношении народов нашей страны и чувствие всем устремлениям вели чайшей в истории чеховечества рев JUDIE, я Вот почему путешественяик wa Co ветской страны с чувством ^ 060609 волнения пересекал осенью 1935 rojs ТИвейцарию. Он думал о деревушке Виллинев: этот уголок земли в веках будет иметь ту же славу, которую имеет дом Вольтера. И он думал о семидесятилетнем, ^ измученном 6 лезнью человеке, голос которого, ода нако, звучит на весь мир. Путешест венкик думал о недавней встрече ‹ Ролланом в Москве и вновь видел ет внимательные, пгироко раскрытые глаза, внезапно потухающие, когда собеседник говорил бледные и. мало. значительные вещи. Ромэн Роллан — великий послело ватель самой славной, самой высокой традиции мировой литературы, 01 был_и ‚есть тбажланин. мира. Оя.ло праву получил «жизненность», «дли тельное существование», иначе — Bet ность, о которой когда-то писал Фи бер. Л. НИКУЛИН «Кола Брюньон» (музыка “Кабалем ского, текст Брагина) исполнит артии ВРК Захаров и арт. Филармония Есвькова, Гпадкова и Московская itpome этого Теодор Гутман исполни пассионату» Бетховена и артист Подгорный — монолог Марата из pe МЫ «14 ИЮЛЯ». В фона. союз советских писателей и Дом ученых совместно с. Ленинской библиотекой организовали выставк «Творчество Ромэн Роллана», Союз советских композиторв полу чил от редактора французского жур» Hada «Ревю мюзикаль» известного му зыкального критика Анри Прюньера письмо, в котором он сообщает, что им подтотовляется к выпуску альбох произведений, написанных на темы сочинений Ромэн Роллана, и приглая шает советских композиторов при няТь в нем участие. Альбом буду преподнесен писателю в день 09 10-летия, Союз советеких композиторов 19 слал в Париж для альбома две пея Кабалевского из бперы «Кола Брю!» он» и увертюру Кочетова из радио композиции «Кола Брюньон?. 06 итальянской опере Роллан первый вскрыл придворно-аристократический характер так пазываемой «серьез» ной» оперы (орега seria) м указа на буржуазно-демократическую при“ ea итальянской комической оперы opera buffa). On замечательно про“ следил рождение немецкой СН ской оперы на рубеже ХУП— Vill веков и показал. что немецкий зинт‘штиль «был оперой немецкой мелкой буржуазии», В его прекрасных рабо“ TAX, посвященных французской при“ дворной опере ХУП столетия, в 060* бенности ‘творчеству Люлли, много подлинно научной зоркости. В преки традиционным взглядам we музыкальный театр Людовика Х\ на оперы Люлли, как на THOTT аристократическое явление, Р. Род лан © помощью замечательной соц ально-психолорической характерист“ ки Люлли и определения важней“ ших музыкально-стилистических че! его творчества указал пути для 1 торически более правильного закат” чения о социальной прироле 2109 композитора. Исследование Ролл! показывает, ^ что оперы Люлли 1 общем их придворном характере, COM данные по эстетической мерке вр стократического` искусствя в TO #8 время заключают в себе ряд приаям Ков ‘нового буржуазного -искусст8ы (некоторые — свойства речитатизы экспрессивность увертюр, ‘реализх комических эпизодов, драматические пантомимы вместо. оторванных от дей ствия танцев, использование в RAT стве тематического материала народ вых песенов и др.). Даже такая бетлая xapant@picm ка музыковедческой деятельности Р® мэн Роллана дает возможность 9% ключить, что в день его семидесят! летия мы можем приветствовать нем не только великого писателя ! «гражданина Европы», но вылающи гося музыкального ученого. MM. NEHER ‚ЮБИЛЕЙНЫЙ ВЕЧЕР Ромэн Роллан _ В «Кола Брюньоне» Ромэн Roatan исывает Бургундию ХУ века. Как описывает Бургундию ХУТ века. Как разв 4555 г. Карл У отрекся хот престола, и Бургувдия перешла к его сыну -— испанекому королю Филиппу П. Против Филиппа поднялось восстание, Бургундия стала. полем сражений, В этом же году в стране началась эпидемия чумы. В итоге всех этих потрясений культурнейMad, передовая страна, об’единяв» шая самые разнообразные части Европы, была раздроблена и превратилась в провинцию Французского королевства. Кола Брюньон — участник и свидетель военных походов ‘того’ време: ни, бунтов, чумы, страшных пожаров. Кола Брюньон — истинный буртунyen. Bee белетвия своей жизни он запивает простым бургундским вином и остается неисправимым оптимиетом. Оптимизм у Кола всеми корнями связан с художественным творчеством. Кола Брюньон не только столяр, бунтовщик, весельчак и храбрец, он прежде всего — художник. Кола родился в деревне Брюньоя около Кламси в 1566 г, а ровно через триста лет, в 1866 г. в семье нов нем свою собственную борьбу против цепей мещанства и рутинной жизни. Жан-Кристоф — фто вулкан, непрерывно кипящий внутри, но не дошелиий еще до окончательного взрыва. Вместе со своим героем Ромэм Роллан восстает против обывательщины, оплетающей, как паутина, жизнь художника, Вместе с ЖаномКристофом Ромэн Роллан бросает смелый вызов смерти. Он говорит: «Все радости жизни — суть радости творчества: любовь, гений, действие... творить — это значит убить смерть»... Убить смерть. Вот дальний прицел работ великого, остроо и CMeлого мыслителя наших дней. ‚ Служение Кристофа и ето автора искусству — революционное дело. По Роллану, подлинное искусство Beeraa революционно, Вот почему буржуазня и мещанетво, взявшие © любопытством первые только книги даня-Вристофа,. пришли в негодование от пятой части романа «Ярмарка на площади». Перед окончанием Жана-Кристофа писатель, идя все вперед и вперед за своим прекрасным тероем, вдруг оглянулея назад в 1913 г. и написал книгу «Кола Брюньон». ` В 1917 г. Ромэн Роллан написал тратикомедию «ГЛ». Затем «Р1егте её Гисе». В 1920 т. выходит его «СетатВраи» («Клерамбо»), в 19251. — «Игра любви и смерти». Затем исключительная по красоте и мастерству «Очарованная душа». В 1928 т. Роллан заканчивает «Leonides» — продолжение прерванного было им цикла трагедий в революции. Помимо этих главных работ, Ромэн Роллану принадлежит ряд статариуса` в TOM же ЁКламеи родился оглянулся назад в та я. гл mot оаматург-трибуи театральный комитет, декламируя с огромным пафосом отрывки из пьесы «Ниобея», он был встречен холодом недоумения. Отнюдь не историческая тематика ранних пьес Роллана отпугивала руководителей париж-ских театров. Нет: их пугали титанические характеры, которые обычно показывал Роллан в своих пьесах, Ибо вся боевая и творческая жизнь Ромэн Роллана была посвящена одной теме: поискам героев. Ето первые драматургические опыты тем и интересны, что они показывают, в каком направлении осуществлял Ромэн Роллан эти поиски (которые впоследствии нашли себе осуществление в «Жан-Кристофе» и «Очарованной луше»). Вокруг себя Роллан не чуветвовал ни героев, ни тероических поступков. Отсюда страстный интерес к истории в ранних пьесах Роллана, Об’ясняя историческую тематику своей драматургии, Роллан неоднократно вспоминал слова Шиллера о «слабых эпохах», которые ищут для себя. в далеком прошлом образцы героизма. Ho. Ponda никогда не ставил своей задачей восстанавливать в пьесах историческую перспективу, ‘ «Я искал больше правды моральной, чем правды анекдотической, — писал Роллан в 1901 г, в`предиеловии к своей пьесе. — Для картины «Буря на море» вовсе не нужно выписывать каждую волну, надо изобразить взбаломученное море. Добросовестная передача частностей имвет при этом гораздо меньше ‘вначения, ‘чем стремление передать дух, правду целого. Есть что-то лживое, что-то оскорбительно-мелочное в несоразмерном преобладании факта, анекдота, всей этой пыми истории над духом событий. «Главная наша задача — быть великими», — говорит один герой пьзсы Роллана «Торжество разума». Вот эту задачу Роллан старается по мере возможности выполнить. Надо отдать ему справедливость — Роллан сильнее всего в обрисовке сценических характеров! Здесь он многому научился в «Исторических хрониках ЦТекепира». Особенно великолепно обрисованы характеры в пьесе «Дантон» (1900 г.). Дантон показан полнокровным человеком, пылко влюбленным в природу, в жизнь и в борьбу. Пускай на’ совсем правдоподобна. фигура роллановского Дантона с точки зрения исторической, ню в пьесе она выписа на очень жизненно и страстно. Эта страстность в обрисовке характеров «Театра революции» Ромэн Роллана не только сообщает жизненвость его героям, но и является своеТри месяца назад мне случилось проезжать через. Швейцарию. После живописного Тироля, после хрустальных горных ручьев, полуразрушенных замков, повислтих над пропастью, ПТвейцария we производила особого ° впечатления. И все же что-то дрогнуло во мне, когда в полукруге снежных вершин вдруг открылось голубое, тихое и, казалось, беспредельное озеро. Городок, отраженный в чистейших. голубых водах, одинокий белый парус в отдалении. Затем был Цюрих, фабричный большой город, каменноугольный дым, повисший над шиилями домов, рекламы шоколадных фабрик и гостиниц. Как это было далеко от Швейцарии, какой ее видели вольнодумцы н8ч8- ла прошлого века. Как это было далеко от свободной Гельветической республики, вольного союза пастухов и крестьян, который прославляли русские. мечтатели-либералы. Ночью Я оставил Австрию, страну князя JJIraренберга и майора Фея, Вену и квартал Флорисдорф, дома, на которых штукатуры еще не успели замазать следы февральских ПУЛЬ, Червяки У: = ХА а № Тк мы: ТОЧ свастики извивались НА. отрадах 0с00- няков, красный клочок кумача, ПЭ” висший на проводах, напоминал о крови рабочих, пролитой в Флорисnope, и призывал K мщению. Какое странное затишье было в Швейцарии после Вены и Австрии, какая обманчивая и лживая тишина. Свивцовые, грозовые облака клуперсобились на север, со стороны гермавпьесы ской границы, На западе у границ (впервые! Франции, настороживиись, лежал ый 7? приникший к земле бельфорский лев, крепость Бельфор, закрывающая путь во Францию. И путешественник думал о том, как схоже это время с 1 августа 1914 тода и началом мировой войны. Осенний день 1935 года казалея душным и сумрачным днем, предчувствия. близкой грозы тревожили путешественника. Он охотно погружался в пронглое, он думал об истории этой маленькой страны, об освободительной войне пастушеското народа < австрийским рыцарством и © том, что по славной традиции в этой стране находили приют революционеры-изгнанники. В те давние времена еще не было такой непримиримости и остроты в борьбе классов, и швейцарские торгаши кичились хорошими традициями ©вободолюбивого народа и это время было славными страницами истории Швейцарской: республики. И путешественник вспоминал тостя Швейцарии — великого Apy3 Вольтера и другого обитателя этой маленькой страны, имя которого Ромэн Роллан. И путешественник задумался о другой прекрасной традиции человечества, еще более прекрасной, чем давно забытое право убежища. OTR традиция относится к великим поэтам и писателям человечества. Она. —. страстный призыв и завет истинно великим писателям всех времен и народов. Ве смысл заключается в стихах Некрасова: «Писатель не может быть не возмущен, когда возмущена стихия». , Истинно великий писатель должен Сегодня в Большом зале Консерватории состоится торжественный вечер, посвященный 70-летнему ° юбилею Ромэн Роллана. Вечер организован союзом советских писателей и московским Домом ученых. Вечер откроется выступлением т. М. Е. Кольцова. Доклад о творческом пути Ромэн Роллана прочтет профессор И. Анисимов. Академик Н. И. Бухарин выступит в приветствием от советских научных работников. На, вечере будет зачитано письменное приветствие Максима Горького Ро“aH Роллану. Советские писатели Л. Никулин и М. Шагинян расскажут о своих встречах с юбиляром, Немецкий поэт Эрих Вайнерт и китайский поэт Эми-Сяо будут читать свои стихи, посвященные Ромэн Роллану. Французский. писатель Пьер Эрбар прочтет. «Прощание с прошлым». Во второй части вечера народный артист В. И. Качалов прочтет письмо Ромэн Роллана Сталину и отрывокпамфлет 06 искусстве из. «Ярмарки ‚на площади». Засл. арт. Симонов прочтет отрывок из «Кола Брюньон» — «Ласочка». Засл, арт. Мансурова прочтет отрывок из «Очарованной души». Фралменты из музыкальной драмы «Сожженный дом» по материалам об’яснял значение этой пьесы Жав Жорес, выступив в 1900 г. со вступительной речью к ее постановке, спе. циально предназначенной для парижской рабочей аудитории. Какую же энергию пытались в03- будить пьесы Ромэн Роллана (как известно, распределившиеся по _ двум циклам «Трагедия меры» и «Драмы революций»)? На этот вопрос не. так легко ответить. Положительная программа драматургии Ромэн Роллана, — это проповедь, сильных xapaRTepoB и страстного отношения к идее. Но эта положительная программа, опиравшаяся на неправильно понятое прошлое, была чересчур абстрактной. С великолепным искусством показывает Роллан страстное отношение тероев 3 тем или иным идеям. Но схшество этих иным идеям. fy существо этих идей обычно, не вскрывается В пьесах Роллана, Более того, Роллан сознательно — подчеркивал, что он мало интересуется существом тех идей, которые определяли величие его героев, «Я ary unex. Но существует нечто повыше их, MOральное величие», — говорит — персоHam его пьесы «Аэрт» (впервые -поставленной в Париже в театре «Творчество» $ мая 1898 года). Это неизменно ослабляло драматургические позиции. ‘Роллана. `_ НасыMak свои пьесы политическими страстями, он в то же время проявлял абсолютную Bepoтерпимость к идейно-политическим событиям своих тероев. Лозунги абстрактного тероизма, Которые выдвигахись Ролланом в его пьесах, могли наполняться каким угодно содержанием. С горечью убедился в этом сам Ромэн Роллан, когда трянула империалистическая война и милитаристывсех воюющих стран использовали абстрактные призывы героической жертвенности для того, Чтобы мобилизовать на войну цвет. молодежи во. всех странах, Со страстным ‹арказмом равоблачает Ромэн Роллан свои былые иллюзии. Вся ето славная послевоенная деятельность развивается в этом направлении. «Спеши же думать, прежде чем горнист заиграл атаку»,—в05- клицает терой «Очарованной души» Марк Ривьер. «Спеши же думать!» — с этими словами обращается Ромэн Роллан к новому поколению, призы-] вая это поколение западной интеллитенций дать отпор империалистским проискам, стать на зящиту той страны, откуда веет на весь мир «дыханием героев». «Мало создавать идеи — говорил когда-то персонаж его пьесы «Волки» якобинец Телье. — Надо обеспечить их существование, водворить их царство нА земле». Вот отчего с таким восторгом обращает свои взоры Роллан-в» страну социализма, где великие идеи нашли свое осуществление, тде родилось, наконец, то племя героев, которое. он безуспешно пытался воспитать в своей драматургии. Пьевы Роллана воплотили подлинный демократический пафос Роллана, его страстную мечту о героических характерах, которые не противопооставляются массе, ‘& составляют с ней неразрывное единство, Пьесы его‘выявили с предельной яркостью отвращенйе великого гуманиста к затхлому болоту буржуазного общества. Немудрено, если драматургия Роллана не.могла вместиться в душных театральных коробках буржуазного Запада, так же как вся мощная фигура этого французского писателя-трибуна не вмещается в рамках капиталистической литературной современности, Ок с нами — и Роллан. . ЛЕЙТЕС. «Л бы не ударил пальцем о палец, чтобы написать произведение, в котором нет ничего, - кроме художественных достоинств» — под этими словами Бернарда Шоу охотно подписался бы великий Ромэн Роллан, Начав свою литературную деятельность на драматургическом поприще, Ромэн Роллан сразу стал в бипозицию к вялому, бездейственному и пресыщенному ‘театральному искусству Третьей республики и его `‘эстетическим принципам. «Долой усложненную психодогию, тонкие насмешки, темные символизмы, искусство салона и алькова» — восклицал Роллан в предисловии к одной из своих пьес, Работая над: первыми своими пьесами, Роман Роллан прот и войоставлял их и по содержванию и по форме изящной пролукции парижских драмоделов, которые в тысячу первый раз варьировали на сцене одHY Hw Ty me «двухспальную» тему. Каждая его пьеса звучала дерзким вызовом против ловких драматургических `закройщиков, приспособлявших сюжеты своих пьес к требованиям акт‘рис и актеров или ко вкусам несколь‚ких сотен пресыщенных завсегдатаев парижских премьер. Роллан как драматург видел В своих мечтах совсем иную зудиторию. Если Бернард Шоу мечтал о том, чтобы на постановках его пьес партер состоял сплошь из философов, то Роман Роллан мечтает 0 подлинно народHOM партере, 0 партере, cocToaРоллан считает Кола своим предком. В предисловии к этому произведению Ромэн Роллан говорит: «..Побывка в родных краях, которых я не видал с дней моей юности. дала мне снова соприкоснуться терству с родимой землей Неверской Бургундии, разбудила во мяе прошлое, которе я считал уснувшим навеки, всех Кола Брюньонов, которых я ношу в себе». “Таковы истоки творчества Ромэн тей. Из них одна особенно замечаРоллана. Вот где корни его силы и тельна — это о Ленине. Она опубостроты его великого ума, его тлубокого ощущения жизни. Кола Брюньон — резчик по дереву. Пра-правнук его Ромэн Роллан — резчик сердец и умоя. Первые литературные опыты Роллана — ряд итальянских трагедий, которые, однако, нё были опубликованы, так как автор был недоволен ИМИ. В 1895—98 тг. Роллан создал цикл «Тратедий веры». Уже в этих произликована в юбилейном сборнике Ака. демии Наук, Для правильного понимания творчества Ромэн Роллана, глубины его тения необходимо прочесть его дневник. Частью он опубликован в журнале «Октябрь». Его страницы дыпгат глубокой интимностью, огромным пониманием мира, жаждой понять суть нашей жизни и борьбы, ведениях читатели увилели в авторе лана — Пеги, ушел к фашистам, борца жаждущего подвига во имя Когда черной тучей нависла и ваК 1902 г. Роллан закончил цикл сдного из лучших французских солработ, об’единенный названием «Те. дат, погибшего на войне, писала Ролагр революции». В этом цикле так же, как и в Роллана, как призыв погибнуть за оей книге «Народный театр». РоФранцию, тогла в тяжелом смущении и тоске великий писатель спросил — неужели но найдутся люди, которые восетали бы против войны? Тогда он своей книге «Народный театр», Роwan Роллан показывает себя настоя-. щим внуком Кола Брюньона, бургунлекого столяра-художника. Он трещем из зрителей, умеющих страстно мыслить, ‹ искренне чувствовать и энергично действовать. Он жаждет зрителя, который приходил бы в театр не для того, чтобы позабавиться наЯ развлечься, а для того, чтобы получить болыную воспиталельную зарядку. Так возникают призывы Ромэн Роллана к «народному театру». В 90-х голах ХТХ века Ромэн Роллан с присущей ему. страстностью пытается организовать «театр для народа». Стремясь созвать международный конгресс, посвященный вопросам ‘народного театра, Роллан В 1899 т, составляет циркулярное при: тлашёние на этот б’езд, «Искусство, — пишет Роллан в этом приглашении, — сделалось жертвой корысти и анархин, Небольшое число лиц монополизировало его и отстраняет от него народную массу. Наиболее многочисленные и жизнеспособные слои народа не находят отражения. в искусстве: для спасения искусства нужно отказаться от бессмысленной изоляции, его губящей, и широко раскрыть для него ‘врата жизни; ‘оно должно стать доступным для всех людей. Надо, наконец, предоставить слово ‘народу и основать в каждой стране «театр для всех»} где общее творчество будет обращено на общую ралость». Само собой ‚разумеется, эти утопические мечтания Ромэн Роллана не могли найти себе осуществления на почве буржуазного общества, среди ТОЙ «ярмарки на площади», которую представляли собой тогдашние театры. Не случайно первые драматургические опыты Ромэн ‘Роллана были встречены бойкотом буржуазвых режиссеров. Ранние пьесы Роллана, посвященные исторической тематике («Эмпедокл», «Калигула» «Осада Мантуи», «Святой Людовик») так изне увидели света рампы. Они слишком дисгармонировали с репертуаром буржуазных театров, Когда по рекомендации историка Габриэля Моно на эти пьесы Роллана обратил внимание известный парижский акбует, чтобы театр воспитывал массы, Понял, что держаться в стороне от чтобы он обрацтался к реальной жизборьбы нельзя, что хотя всякое исни, а не занимался щекотанием нер-.тинное искусство революционно, AMOS BONY революционно, HO кроме искусства нужно еще и непоостро средственное практическое дейетвиа, Ромэн Роллан приветствует нашу революцию и переходит на ее сторону. Его дерзкий, глубоко проникающий взтляд внимательно наблюдал октябрьский разлив нашей офеволювов у дармоедов и паразитов. Ромэн: Роллан напряженно, остро всматривается в такие фигуры; как Микель Анджело, Л. Толстой, Berховен. 0 каждом из них Ромэн Роллан пишет глубокие исследования. Книги Роллана о Бетховене и Ми„кель Анджело не только заражают кель Анджело не только заражают HHH, уничтоживший до основания читателя любовью к искусству, они здание русского капитализма. Ромэн Роллан понял, что в далеЭТОМ кой России возник источник будучеловеческой культуры. При этом Ромэн Роллан не ограничивается эстетическими оценками, он дает социальную характеристику культуры прошлых столетий. Ромэн Роллан, который напряженно мыслит © существе искусства, о В его значении для народных масс, был поражен фигурой Толстого, в особенности его высказываниями 06 искусстве. Чтобы разрешить свои сомнения, он обратился к Толстому © письмом (в 1887 г.) и получил пробтранный ответ на 38 страницах. Мысли Толетого произвели на Роллана глубочайшее впечатление. В 1899—1908 гг. Ромэн Роллан питет ряд интереснейших исследований O музыке и великих музыкантах. Эти работы Ромэн Роллана и. по сей день служат прекрасными источниками для изучения историй музы: Как мыслитель и художник, Ромэн Роллан в нашей революции искал ответа и на вопросы искусства. И он нашел этот ответ у Ленина. вожде мирового пролетариата тов. Сталине. Роллан увидел и понял величайшего и лучшего продолжателя Дела Ленина. В прошлом году Ромэн Роллан был у нас принят Сталиным. Пишущему эти строки посчастяивилось быть переводчиком при этой беседе, которая спаяла Роллана теснейшими узами дружбы. с народами СССР — страны, где он почитаем и любим, как ни в одной другой стране мира. Сегодня Рофэн Роллану исполнилось 70 лет... Но еще совсем недавно Ромэн Роллан говорил мне, что он ки и. её вилнейних представителей. Работает, как 17-летний юноша. Мозт Одновременно с работами по музыке, Ромэн Роллан начал зарисовывать созданный им образ Жана-Кристофа. Жан-Кристоф, художник звука, компознтор. Его образ проходит в десяти книтах Роллана, из которых первая выила в 1904, а последняя в 1918 году. Давая исключительно тонкий и острый психологический анализ своего героя, Ромэн Роллан показывает фр что Ромэн Роллан близок музыкальному искусству, знают у нас самые итирокие читательские круги. Жан Кристоф — герой одного из любимейпих советским читателем произведений Роллана — музыкант. «Жизнь Бетховена», издавна пользующаяся популярностью его молод, все духовные силы активны. Поездка в СССР, беседы с людьми советского искусства и советской науки, с молодежью, 6 рабочими, с литераторами воодушевили его, влили в него новые силы. Сегодня, пересемидёсятилев Шагнув порог своего тия, Ромэн Роллан приступил к изучению русското языка. Привет нашему великому и дорогому другу! тер Муне-Сюлли и представил их в го рода возбудителем энергии — так тора, печатает множество этюдов, ярко и проникновенно обрисовывающих отдельные стороны его жизни. В результате’ многолетнего трудЯ вырастает монументальное исследование © «великих творческих эпохах» Бетховена. Бетховен, представление об ето месте в истории музыкальной‘ культуры определил и круг научных интересов Роллана. Область изузаемых им исторических явлений. чрезвычайно широка и разнообразна. Но в прошлом Роллан ищет тех ручейков, потоков, которые, стекаясь. соелиняясь воедино, дают в конце концов жизнь той могучей и полноводной реке, имя которой — Бетховен, История, музыкальное прошлое для Ромэн Роллана не застывшие письмена и образы, а живая, пульсирующая жизнь. Ему абсолютно чужда мелочная, «археологическая» работа многих музыковедов, не видящих изза деревьев леса. Как характерно для Роллана замечание, оброненное им в одной из его работ: «Насколько история обращается в измену под руками добросовестных ученых, ищущих жизньер архивах, & не в ‘человеке!»... И из этого вовсе не следует, что Ромэн Роллан чуждается архивов и документов. Им открыто множество новых материалов, в том числе опера Луиджи Росси «Орфей», Но ‘никогда эта часть научной работы не приобретает у него самодовлеющего зна чения. еи живого, современного искусства сохраняют всегда свою руководящую роль. Первая музыковедческая работа Р. Роллана, ero университетская диссертация написана на тему: «Истоки современного лирического театра» (История оперы до Люлли и Скарлатти). Уже в сзмой формулировке темы отразился утол зрения автора интерес к далекому прошлому в свете современных судеб лирического театра, Все последующие работы Ромэн Роллана сохраняют эту. более или менее . от четливую связь. с искусством, которое ‘ему представляется сёмым жи: вым, актуальным, с творчеством Бетховена. Ибо «самое новое В этом последнем — человен cht home. factus est!>, Myabina вочелозечилаь, сделалась человеком нового времени, Вот в чем тайна этой революции!», Вот почему подавляющее большин: ство научных работ Ромэн Роллана (помимо бетховеноведческих) ‘посвящено музыке ХУП-—ХУИГ столетий, кода формировались стилевые черты нового искусства. Опера — важнейшая область музыкального творчества этих веков — ванимает в работах Роллана центральное. место. C особым пристрастнем-Р. Роллан останавливается на тех авторах, в творчестве которых он видит проявление мужественной силы, большой человеческой страстности и великого могущества оргтанизующего разума, присущих его богу — Бетховену, Tar возникает монография о Гёнделе, Ho живость, жизненность работ Роллана заключается не только в их тематике. Художник-ученый воспринимает давно ушедшие времена со всей силой своего художественного воображения. Для него музыкальное творчество неотделимо от композито: ра-человека, композитор же ортанически связан со своей средой, ее укладом, нравами, миром вещей, красок и запахов. Отсюда такой интерес Роллана к музыкальному быту различных эпох, его ‘характерным деталям, отсюда же и его страсть к портретным зарисовкам композиторов. С огромной проницательностью, изобразительной. силой и в то же время ‘© большой ‘научной точностью, опираясь на современные композиторам источники, Ромэн Роллан воссоздает образы различных композиторов. Таковы замечательные литературные портреты Люлли, Генделя, Телемана, Глюка, Моцарта, Бетховена и др. Это стремление к живым изображениям, к конкретности научных пред. ставлений порождаев чрезвычайное пристрастие Роллана к документам эпох: письмам, дневникам, мемуарам, литературным произведениям, статьям и исследованиям современников. На таких материалах построено множество интереснейших, живых и запоминающихся статей Роллана («Гретриз, «Моцарт», «Комический роман одного музыканта ХУП века», «Музыкальная жизнь одного английского любифеля музыки времен Карла П», «Автобиография одной знаменитости», «Музыкальное путешествие по Европе ХУШ века» и др.). Однако Роллан не ограничивается только портретными изображениями и красочными картинами музыкального быта. Основное место в ето крупных работах занимает, конечно, характеристика музыкального творчества, его содержания и стилистических особенностей. Причем — в 06б‘стоятельных ли монографиях. посвященных Генделю и Бетховену, в статьях ли об итальянской, немецкой или французской опере, — везде Ромэн Роллан проявляет превосходное знакомство с огромным, подчас малодоступным музыкальным материаHOM и свежее, тонкое и ярко индивидуальное понимание музыкального языка. потдивым исследованием музыкальных произведений» Круг моральных идей, питавших В методологических основах исследований Роллана отразился тот сложный путь идейных противоречий, связанности буржуазными иллюзиями и наличия ярко прогрессивных демократических тенденций, которые были характерны для Роллана художника-мыслителя. . И несмотря на это работы Ромэн Роллана представляют для нас большую научную. ценность. Общественная прогресоивность, демократизм, высокие моральные достоинства, отсутствие национальной ограниченности в сочетании с реализмом, конкретностью выдающегося художника и отмеченными уже выше научными достоинствами его работ превратили музыковедческие выступления Роллана в события большой значимости. В *0 время, когда национальные музыкально-научные направления замыкались в ограниченном круту исторических явлений своей страны и, фальсифицируя исторические фак. ты, стремились в шовинистических целях представить свою национальную культуру незавноимой, cation передовой и господствующей, Ромэн Роллан с присущей ему прямотой, честностью, птиротой ваглядов пишет статьи 0б итальянской опере, о немецкой опере и инструментальной музыке, наконец, о французской опере. И`в каждом национальном направлении он показывает характеризующие его черты, способствовавшие развитию общеевропейского музыкального искусства, Научные заслуги Роллана чрезвычайно велики, и молодое наше марксистское музыкознание обязано ему очень многим. Так, в свовх работах книжка Р. Роллана, дополняет зна* Литературное творчество Р. Роллана, пристра`’ быть, комство с музыкальными 1 стиями писателя. Но. может определил направление, характер его музыковедческой деятельности, широкому читателю не столь хорошо `Поэтому далеко не все в музыкальHOM искусстве привлекает внимание Роллана-ученого. С юности его душой овладевает художник, чей суровый, могучий, волевой образ так гармонирует с.формирующимся внутpena строем Роллана, — Бетховен. же в 1902 г. Роллан нишет «Жизнь Бетховена» — первое литературное зыражение своего поклонення «этому величайшему поэту’ революции я империи, ставшему самым страстным выразителем всех бурных. потрясений наполеоновской поры, ее волнений, смут, воинственного пыла, упоительных восторгов свободной души»: В этом жизнеописании Бетховена Р. Роллан не ставил перед собой научных задач, Эта книжка” была «актом любви и веры», тимном, песнью уязвленной души-своему спасителю», в ней Роллан дал образ. тото нравственного величия, которое поддержало и укрепило его в трудное время. } Бетховен для Роллана — непревзойденная вершина музыкального творчества, Сочетание огромной человеческой страсти с колоссальной волей, правдивость и чистота жизненных побуждений, мужественность в преодолении трудностей, в завоевании жизненных высот, пылкое стремление к свободе и независимости — BOT те свойства Бетховена, которые покорили Роллана. После «Жизни Бетховена» Ромэн Роллан на протяжении ряда лет детально изучает биографию‘ композиизвестно, что замечательный худож» ник Ромэн Роллан является так же н вылающимся ученым музыковедом, много лет и © большой продуктивностью работающим над различными историко-музыкальными вопросами. _ Историк по образованию, Р. Роллан после защиты музыкально-исторической диссертации читал с начала текущего столетия лекции по исчорни музыки в парижской Нормальной школе, а затем с 1903 г, в Парижском университете, С этого времени и начинается его интенсивная музыкально-научная. работа. Роллан пишет ряд книг и статей по истории музыки, сотрудничает в различных периодических изданиях, выпускает большое количество работ по Бетховену, среди которых центральное место яанимает его замечательное исследование, вышедитее в 1927 г. к столетию CO дня, смерти KOMпозитора. Это лишь первый том 3aдуманного большого труда по творчеству самого любимого Ролланом музыканта. И сейчас Роман Роллан продолжает работать над Бетховеном. Его внимание особенно занято вершиной симфонического творчества компоаитора — IX симфонией. Ромэн Роллан — не просто музы: кальный ученый, добросовестно собирающий различные исторические материалы, неустанно роющийся в пыльных архивах, поглощенный кро.