в. Париже
	дения такого рода там не практику­ren,

Балетные педагоги. `В Париже, дат.
ющие частные уроки, — преимущест­венно русские эмитранты. Конечно,
не в их силах и возможностях ‘©03-
давать художественные кадры. Их пе­даготическая практика чужла всякой
системы, преподают так, как пренпо­давали в старой балетной школе лет
30—40 назад.

Я вилела несколько балетных по­©становок: «Дафние и Хлоя», «Салял»,
«Икар». Первый балет — старая по­становка Фокина. Это  «еостаривший­бя» ‘спектакль, лишенный живой ху­дожественной идеи. Два раза я смот­peta балет ‘«Саляд», и для меня. все
же остался неясным его сюжет, хотя
он и рассказывается «хором», распо­ложенным по бокам сцены.

Лишенный идеи, ‘цельности, а, пол­Час и смысла, балет на парижекой
‘сцене, не имеет самодовлеющего зна­‘чения; он даже не имеет права на
самостоятельные спектакли. Балет ‘в
«Гранд-Опера» является придатком к
опере, дополняет оперный спектакль
одним или двумя актами. Между тем
У нас балет, только территориаотьню
об’единенный с оперой в одном зда­нии. является равноправным видом
искусства, у которого с каждым, днем
растут перопективы коллективного
творчества в соответствии с коллек­`тивным творчеством всей наитей стра­НЫ,

МАРИНА СЕМЕНОВА
	мои гастрол
	Иркем, оказацный мне в. Париже.
оказывает, насколько во ‘Франции
интересуются хореографией.

Весмотря на нападки белогвардей­ской печатн и холодное отношение ко
мне празых французских тавет (в
первое время моего пребывания в Па­рялое), вое же сразу почувотвовалея
еще до выступления моего ‘острый
интерес к советскому балетному ис­хусотву. Этот интерес рос от опектах»
дя к опектакаю, ; :

Как\ отнесся к моим, выступлениям
театр «Гранд-Опера» ?

Мне был оказан ‘исключительно ра­душный прием, для‘ меня были даже
нарушены некоторые традиции: да­вали оркестровые репетиции, OOH.
вые у нас„ но не принятые у пих для

уже игранных на этой сцене,
	Бозобновили для Меня балет «Яуи­ель», который не ставился уже we­сколько лет, Французские  бэлетмей­стеры и артисты балета были хо мне
очень иредупреднтельны. Бюссе, ди»
тижировавший «Жизель»; вел оркестр
соответственно с моими замыслами, а
Рульман провел «Лебединое озеро» в
стяле моего исполнения,
	Директор «Гранд-Опера» Руше пфо­являл исключительное внимапие к
монм выступлениям, ’ присутотвовал
ла всех репетициях.

Отношение к моим зыступлёниям
роех работников театра, начиная от
адиннистрации и кончая рабочими
сцены, показывает. повторяю, на­сколько, глубок иаторео к советской
‘хореографии.

зо
	Это мне особенно приятно отметить
потому, что танцевальное ‘нокубство
«Грапд-Опера» давно уже застыло в
традиционных формах. Классический
танец здесь давно уже остановился
‚В своем развитии.
	Мои выступления характеризовали
пути развития советокого балета, пу­тн, по которым это искусство может
продвигаться вперед и тде успехов
можню доститнуть, только У:
во отказавшись от рутины,
	Запад не имеет, предотавлейия 0.
машем коллективном творчестве; об’-
единенного ансамбля на сцене нет —
имеются отдельные фигуры  кордеба­лета, играющие в толпе, и солисты,
утра которых мало овязана-с игрой
остальных артиютов.  Творческого py­ховодства нет. Отсюда элемент слу­чайности в трактовке музыки, прене­брежение мыслью композитора в тан­це, дивертисментный характер спек­такля, в котором сольные номера
«вВыпЯчиваются», не будучи органиче­ски связанными с произведением
делом. и
	Исполнение танцовщицы во 60вре­монном западном балете не является
ве соботвенным творчеством и прояв­лонием 0 инициативы. Актриса сле­по следует в спектакле указаниям ба­летмейстера, никакого «учаютия в. вол­лектизном обсуждений плана пост8-
вовки она не прянзмает. Да-к обсуж­ДЕКЖКАДА.
СОВЕТСКОИ
УЗЫКИ.
	13  февраля в клуб6 им. Профинтер­на’ Московского. мясокомбината начи­нается докада” показа советского му­зыкального Творчества и советского
иеполнительском мастерства,  

Концерты “будут проводиться в клу­бах и непосредственно в цехах круп­нейнгих ‘московских заводов и пред­приятий, Несколько концертов для
научных работников, ИТРовцев и ста­хановцев будет‘оргазизовано в залах
Консерватории, Дома ученых и Дома
союзов, Всего за декаду будет дано
около 40 концертов, в которых булут
исполнены произведения сорока co­ветских композиторов; Концерты по­сетит не менее 100 тысяч слушате­qett. a one

В декаде примут участие лучшие
исполнители ГАБТ, Консерватории,
ВРК и исполнительской секции Сою­за. композиторов. В концертах высту­пят профессора МГК Нейгауз, Игум­нов, Фейнберг, Гольденвейзер, Цыга­нов, Сибор, солисты ГАБТ. Златого­рова, Держинская, Обухова, Давыдо­ва, Козловский,  Батурин, Лемешев,
Acad и Супамифь Мессерер, лауреаты
конкурсов и другие исполнители, Кро­ме этого. выступят, самодеятельные
коллективы больших ваводеких прел­приятий и клубов, которые исполнят
произведения советских композиторов.

Всего будет дано 13 программ,
охватывающих симфоническую, опер­ную и хоровую музыку, музыкальное
творчество ‘наролов СССР, музыку
для камерных ансамблей и вокальное,
творчество советских‘ композиторов.

Для посетителей декады организу­ется большая передвижная выставка.
	ФИЛЬМЫ К ХУ
ГОДОВЩИНЕ
РККА
	- К ХУШ годовщине Красной ар­мии готовится выпуск двух фильмов
о красной коннице. Одна из них «Кра­сная конница» ставится режиссером
Боголеювым при консультации по­мощника = инспектора кавалерии
РККА комбрига Верховского. С’емки
этого фильма ‘производились на Се­верном Кавказе. В с’емках участвовал
кавалерийский полк в полном соста­ве. По ходу действия в фильме по­казана. массовая переправа через
Дон, подл’ем по крутому откосу, мас­свое спешивание и посадка Ha pa­лопе, совместная атака конницы, авн­ации и танков. С’емки производились
оператором Павловым. -

Озвучание фильма проходит с уча­стием композитора Книппера, давие­го три новых песни — походную, хо­роводную и лирическую. Песни ис­полняет краснознаменный ансамбль
красноармейской песни.  Сольную
партию исполняет артист’ Бурлак.
Текст песен написан поэтами Голод­ным, Сурковым и Островым.

Второй фильм о коннице снимает­ся режиссером Сутеевым при кон­сультации помощника инспектора ка
валерни РККА комбрига Микупина.
Тема фильма — работа кавалерийско­го раз’езда в тылу.у противника.
	ВЫСТАВКИ _
В КЛУБАХ
	В ближайшие. дни Всекохудожник
открывает в рабочих клубах ряд ху­пдожественных выставок. }

В клубе им. АвиахимаА  (Левин­градское шоссе) 13 февраля откроет­ся выставка художника К. К. Зефи­рова, на которой будет. показано око­10 40 живописных полотен.

Выставка художника Б. Е. Влади­мирского откроется 14 февраля в
клубе им. Микояна (при заводе
«Красный пролетарий»). Будет вы­ставлено 50 новых живойиеных ра­бот хуложника.

Выставка «Москва в живописи и
графике» открывается 15 февраля в
Центральном клубе финансовых ра­ботников. На выставке будут пока­заны работы художников: Куприна,
Кончаловского, Кравченко, Лентуло­ва, Павлова, Рыбченкова, Исорчева и
др.. всего около 70 произведений.
	ДВА СПЕКТАКЛЯ
	всеми своими движениями и мими*
кой. Жест — мелок, нервен и сует
лив, он позти непроиаволен. Улыбка
болезненна, в глазах робость и страх.
Федор Хмелева, несомненно, одно из
самых замечательных и глубоких 003-
даний этого талантливого артиста.

На «фоне» такою Федора, естест­венно, еще более выигрывает. уверен­ное спокойствие и государственность
Бориса, Борис занимает в спектакле
подобающее ему прогрессивное ме:
сто. Борие — сильная тосударствен­ная фигура с зорким взглядом и боль­щим кругозором. Новый Борис —
Бопдуман — создает ощущение твер­дости ‘и спокойствия отнюдь He
резонерскими средствами, за счет
темперамента. Наюборот, он ‘внутрен
не страстен, его темперамент бурлит
и он бурво прорывается в сцене о
Ириной. Борис Болдумана не декла­мируег и не резонирует, он животи­сен и театрален в хорошем смысле
слова. Он убедителен и силен в каж­дом своем жесте, в каждом своем
движении. в каждой своей паузе. В
минус аклеру нужно поставить то,
что он, законно желая избежать деч
кламащионности, временами слишком
«прозами», перестает говорить стиха­ми. Впрочем, в известной мере этот
недостаток овойственен’ большинству,
актеров МХАТ.

В соответотвии с новой трактовкой
Федора и Бориса по новому тракто­вана и Ирина. Тихомирова сумела с
большой теплотой и проникновенно­стью, нисколько не поютупаясь мяг­кой лиричностью‘ образа, дать все
же вместо васнецовской Аленушки
Ирину Годунову. В ней что-то есть
от государственного ума ее брата, и
	‘когда Борис в ‘заключительной кар­тине говорит Ирине; «Пути сошлися
наши», то в это веришь больше, не­жели в каком-либо другом спектакле.

Совершенно замечательную фигу­ру создал. молодой эктер Блинников
в роли Луп-Клешнина. Сочный, яр­кий, живописный, словно выхвачен­ный из тьмы времен, этот Луп-Блеш­нин в наибольшей  отепеви соответ­ствует образу «русском мошенника»,
который представлялся самому
А. Толстому. 1

Таковы новые исполнители Фелора.
Своей трактовкой заглавных ролей
они добились большей четкости в
расстановке социальных акцентов, не.
выходя за пределы телстовской тра­тедии.  «Историко-бытовая линия»
оботатилась социальным смыслом,

Этим новым отношением к истории
на сцене, казалось бы, должен был
быть еще в большей степени отмечен
последний исторический спектакль
МХАТ — «Мольер» Булгакова. Одна­ко самый материал пьесы настолько
нелостоверен, что все усилия мха­товцев создать спектакль социалыно­страстный не могли увенчаться успе­хом. В основу пьесы Бултажова поло­жено драматическое столкновение
Мольера с тайным обществом «Свя­тых даров» (по пьесе «Кабала») по
поводу «Тартюфа». Из-за доноса ак­тера труппы Мольера Муарона о том,
что Мольер будто бы женат на с0б­ственной дочери, «Кабала» получает
в свои руки сильнейшее орулие для
борьбы с ‘ненавистным писателем.
Мольер лишается милости короля и
трагически гибнет. ` я

Драматург ‚имеет полное право на
творческую фантазию. Он может, ис­ходя из проверенных исторических
фактов, созлавать различные драма­тические положения. Но все же из
проверенных. Весь же узел в пьесе
Бултакова завязан вокруг женитьбы
Мольера, якобы, на собетвенной доче­ри Арманде, Но это досужая версия,
никем абсолютно не доказанная и оп­ровергаемая даже буржуазными исто­риотрафами (см. например, книгу
Манциуса о Мольере)! Арманда в
действительности была сестрой пер­вой жены Мольера Мадлен Бежар.
«Кровосмесительная» версия, никем Б
пьесе не опровергаемая, придает ей
‘сугубо мещанский характер.

В пьесе почти вовсе отсутствует
Мольер — великий писатель, круп­ный реформатор театра, омелый про­тестант и обличитель нравов, но зато
обильно и весыма сентиментально по­казан Мольер, страдающий и ревну­ющий муж и любовник, В свете по­добной трактовки снижены другие
исторические фигуры. Например, ле­тописен театга Мольера, «регистр»
	 
	Итак, снова «Парь Федор Hoanno­вич». На сцене МХАТ один из нам­более блестящих образцов ‹историко­бытовой линии театра», как ее назы­вал К. С. Станиславокий: Тридцать
семь лет назад спектакль «Федор»
открыл новую страницу в истории
русского театра. В знаменательный
вечер 12 октября 1398 г. вое на clle­не выглядело необычно: и натураль­ная простота актерского исполнения,
и сугубая историческая достоверность
декораций, костюмов и прочих аксес­суаров, и мизансцены, и темнота в
саду у Шуйского, и массовые народ­ные сцены. Теперь многое обветшало.
Потускнели декорации, жалкой тряп­кой висит арочный лес в валу у
Шуйского, морщинят и пестрят ивва­MH задники, нет той организованно­CTH и живости в массовых сценах.
`Иные массовые сцены, когда-то соз­дававшие успех спектакля (например,
сцена на’Лузе), выкинуты вовсе. И
все-таки возобновленный «Царь  Фе­дор» 1935 т. является  знаменатель­‘ным этатом в жизни Художествен­ного театра. Нас. не поражает уже
‘То, что так сильно воздействовало на
зрителя первых представлений, ибо
МХАТ более не одинок в своих ре­жиссерских и актерских приемах, во
всей своей творческой методологии.
МХАТовекий психологический  ‘pea­лизм имеет последователей и верных
учеников в большинстве наших Tea­тров. Искусство ансамбля, историко­бытовое правдоподобие стали обяза­тельными при любой постановке.
МХАТ теперь уже не только театр,
но и школа и олно из ведущих на­правлений нашего театрального ис­кусства:

Значительность нынешнего  спек­такля в другом. В нем появилаеь от­четливая идея, которая раныше Gec­‘следно тонула и растворялаесь в до­‘кументализме постановки. И это бы­ла бела не только «Царя Федора», но
и лрутих исторических постановок
МХАТ. Вышивка на тоге Цезаря от­тесняла на задний план и мысль
шекспировской трагедии. ’Издыхаю­Mad на переднем плане лошадь В
битве под Севском заслоняла идею
пушкинского Бориса. — Историко-бы­товое правдоподобие становилось са­моцелью, распространяяеь не только,
на оформление и бутафорию, но.и на
действующих лиц. Свежесть, которой
повеяло от возобновлениого «Фелора>,
внесена в спектакль новым составом.
исполнителей главных ролей. Это не
просто дублеры. Это новые исполни­тели в полном смысле этого слова,
несущие за собой соверлненно иную,
новую. трактовку своих образов, а
вместе с ними и всей трагедии в це­лом.

Наибольший интерес представляет
собою Н. П. ЖХмелев в роли царя Фе­дора. Дарование Хмелева лишено той
мяпкой певучести и лиричности, ко­торые мы обыкновенно привыкли ви­деть в образе Федора. Сценический
образ Хмелева скорее графика, чем
акварель. Рисунок роли у Хмелева
почти всегда характерен и резов по
своим контурам. В образе Федора эти
качества Хмелева дали наиболее бле­стящие результаты. Он ‘больше He
икона и не «лик» — хмелевский Фе­дор, а живой, страдающий и больной
человек. Беспредельная доброта и
слабохарактерность Федора приобре­ли резкую, неврастеническую ‘окрас­ку. Неврастеничность. исполнения. в0-
видимому, приближает  хмелевский
образ Федора, судя по’ свидетельству
современников, к орленевскому. Но
Это только одна, хотя и немаловаж­ная трамь замечательно сделанной ро­ли. Глубина и значительность образа
созданного Хмелевым, заключается
прежде всего в том, что он ни на ол­ну минуту не забывает, что Федор
при всей его мягкости все же сын
Иоямнта Грозного. Ярость и тнев  Фе­дора (например в сценах с Луп-Клент­ниным и у Архантельского собора),
потрясавигие зрителей своей неожи­данностью в прежних ‘исполнениях,
в нынешнем спектакле закономерно
вырастают из ‘всего образа Хмелева­Фелора. Он, в сущности, в течение
всего спектакля находится в несколь­ко исступленном состоянии. Его до­брота и бесхарактерность столь же
болезненны. как и его приступы’ гне­ва. Федор, — блаженный. но они
  сын Грозного. Эту идею Федора Хме­лев воплошает всем своим обликом,
	«Царь Федор» ‘и «Мольер»
		СССР им. Еорького
		Арт. Яншин в роли Бутона («Мольер»)
	«Латранж, один из активнейпгих дея­телей и артистов мольеровской труп­пы, предстал перед нами в виде ме­лодраматического злодея, в виде бес­страстной «судьбы». Повторяем, мы
мирились бы со всякой творческой
«вольностью», если бы от нее выигал
и вырос ‘образ самото Мольера. Этого
не случилось. Мольер полностью
остаетея в круту семейных отнотие­ний, и его робкий бунт во второй по­ловине пьесы выглядит странным и
неубедительным.

Булгакову нельзя отказать в дра­MATYPTHYCCKOM таланте и сценической
опытности. Эта опытность не спасает
автора от примитива, который особен­но чувствуется в социально значи­тельных сценах пьесы (например, за­селание «Кабалы»).

В пьесе есть ряд хоропю сделанных
образов. например короля, Бутона,
ряд выигрышных и эффектных сце­нических положений. Литературён и
местами остроумен текст, но это не
может спасти пьесу. Она представляет
собой типическую ‹мещанскую мело­драму, в которой Мольер, в конце кон­цов, играет вполне’ второстепенную
роль. И если спектакль будет иметь.
успех, то только благодаря отромной
‘работе театра: Эта работа тем более
‚достойна уважения, ‘что перед теалт­`ром стояла задача если не в фактах,
`то’ хотя бы в обстановке, костюмах, во
‘всем стиле спектакля сохранить исто­рико-бытовое правдоподобие. Это те­атру удалось в полной мере, но зато
почти не оказалось в пьесе материала
ANA социально-психологических глу­боких трактовок. С  булгаковским
Мольером в конце концов «Кабале»
незачем так упорно бороться и моби­лизовать столько сил. Он нисколько
не опасен, Таким образом для режис­copa исчезает основной стимул, кото­рый мог бы придать спектаклю пол­линную страсть борьбы.

В пределах возможного театр сле­пал все, чтобы поглубже осмыслить
поверхностно написанную семейную
мелодраму о Мольере.

Здесь прежде всего хочетея отме­тить великолепную ‘работу художника
Вильямса. С ‘поразительным вкусом
и тонкостью в манере очень яркой
  театральности и вместе с тем совер­шенно реалистичной он воссоздал ат­‘мосферу эпохи. Несколько лисгармо­нируют с легкостью и удивительной.
		 
	красочностью оформления Вильямса
слишком вещественные. натуралисти­чески «плотные» костюмы Ульянова.
Актерекое исполнение в общем на
большой высоте, ‚ но OHO неровно,
и это прежде всего относитея K HC­полнителю центральной роли Молье­ра — Станицыну. Он играет очень
хорошо, моментами трогательно, но
талантливому актеру в гораздо боль­шей степени свойственен комический
темперамент, нежели трагический.
Этого комического темперамента в
бултаковском Мольере проявлять вег­де. Поэтому фигура получается. недо­статочно насыщенная, недостаточно
импонирующая, образ суховат. Впро­чем, тут виноват не тблько актер, но
и автор, который, в сущноети гово­ря, не дал своему Мольеру никакого
материала для лепки глубокого и
большюто образа. Превосходно .игра­ет Маллену Бежар Коренева. Это под­линная французская актриса большю­го трагического темперамента, глубо­ко женственная и умная. Великоле­пен и Бутон — Яншин. Это, пожа­луй олна из наиболее мольеровских
фигур в спектакле. Яншин ведет роль
Бутона со свойственным ему серьез­ным и мягким юмором, Вместе с тем
он в разговоре с Мольером находит и
лирические ноты. Романтичен и обая­телен Муарон в исполнении Ливано­ва, но ему гораздо лучше удаются
сцены любовные. нежели последияя
сцена раскаяния, Это и неудивитель­но. так как самое раскаяние Муарона
в пьесе выглядит очень натянутым. В
сущности, Муарон — актерокое отре­бъе, беспринцииный ловелас и донос­чик, мало способный на глубокие чув­ства и переживания. С. тонкой ирони­ей, с несколько флегматичным холюд­ком играет небольшую роль Людови­ка — Бопдуман,
_ С правильным мелолраматическим
‘нажимом и аффектацщией играет Сос­‘нин архиепископа — главного «зло­дея» пьесы. Несомненно, отлично бу
`дет играть Арманлу Степанова. Мы
‘товорим будет, потому что сейчас еще.
` Степанова не нашла «равнодействую­щей» между обаянием и внутренней
пустотой и мерзостью Афманлы. В
первом акте Арманда слишком серь­езна и еще не дает поводов думать 0
том, какой она будет в последующих
актах. Как говорится, не найдена еще
«сквозная линия». Без достаточного
мушкетерского «блеска» ‘играет. Под­горный Л’Орсиньи. Он недостаточно
эффектея и малополвижен. Изо всех
	  сил старается хорошо играть атраж­жа Герасимов. Но из ничего ничего
не сделаешь. Лагранжу по пьесе ни­чего, кроме «роковых» слов, которые
можно не столько говорить, сколько
«ПООизНоСиТЬ», не отпущено.

Работа режиссера Н. М. Горчакова
культурна и влумчива. В ней есть. и
остроумные  режалзосерокие находки
(например сцена между Д’Орсиньи и
архиепископом ‘в покоях. короля), но
общий   режиссерский стиль спек­такля все же мало соответствует
жанру булгаковской пьесы. Театр «на­валил» на «Мольера» слийнком боль­шую илейно-пенхолотическую ‘нагруз­ку. Вму захотелось играть глубокую
драму ‚там, тде всего-навеето неглу­бокая историческая мелодрама. И раз
она поставлена, то уже и надлежало
бы придать пьесе мелодраматический
ритм и тональность. Впрочем; может
быть это придет со временем. А пока
что спектакль перетянут и перетяже­лен переживаниями и паузами.

общем получился пафадный и
культурный спектакль, но; к сожале­нию, на весьма’ слабом материале. 0
том, ‘что Художественный театр Я
своими «стариками», своими. срельи*
ками и молодежью может даль исго­рический опектакль большюй соцталь­но-психолюгической HACh eH OCTH,
видно по «.Вратам», видно и по «Ца­рю Федору», тде материал не только
не вступает в противоречие с больши­ми тлубокими замыслами театра, но
всячески помогает их выявлению.

Невольно напрашивается вопрос,
стоило ли мобилизовать всю  огром­ную махину Художественного театра,
	весь замечательный его коллектив для
	того. чтобы после многих лет работы
(хотя бы с перерывами) «родить»
	т о И
Три поездки
	Украинский драматический теат 
им. Шевченко на-днях выезжал В.
полном составе в село Тростянен
Театр показал колхозникам «Платона
Кречета» с ‘участием А. Бучма,
И. Марьяненко и др.

На следующий после спектакля
день в Тростянце состоялась встреча
работников театра с лучшими стаха­новцами-колхозниками.

Из Тростянца бригада актеров теат­ра во тлаве с режиссером Веселовым
и арт. А. Бучмой выезжала в г. Ах­тырку, где также был провелен спек=
такль и встреча со стахановцами,
		БИРОБИДЖАН
В ЖИВОПИСИ И ГРАФИКЕ.
	Новые города, вырастающие в сте­пк я тайге, новые люди еврейских
районов в Крыму и Автономной eB­рейской области ва Дальнем Booto­ке в Биробиджане, вот чему посвя*
щена выставка, открытая в клубе
Наркомфина. На выставке предетав­лено около ста пятидесяти работ,
‘принадлежащих тривалщати хулож­гнозный карнавал в степи», Аква­рельные портреты Аксельрола по
выразительности могут быть ипостав­лены в ряд © лучитими образцами
этого жанра в советской станковой
графике. \

Следует также выделить две: рабо­ты Гершаника» особенно очень TOH­‘кую по цвету картину «Переселен­Wh, . . .
  B целом выставка посвящена. нуж­HoH теме, и ‘все же она не вполне
удовлетворяет! зрителя: слишком  по­верхностно показана на ней жизнь и
борьба еврейских колхозов. Нобела
колхозного строя, торжество сталин­ской национальной политики не OTO­бражены на выставке. Создается вие­чатление, что художники искали в ев­рейских районах прежде всего живо­пионую приролу, интересный типаж,.
я толко A слеповрало чтобы эта
	и только. А следовало, чтобы эта
выставка прозвучала как страстный
и неопровержимый агитационный до­кумент, огромной силы воздействия.
Очевидно, к этой‘ теме художникам
еще придется вернуться.

Е КРОНМАН
	Какой это. теплый, хороший, вол»
нующий и увлекательный опектакль—
спектакль о `летях старой гимназии,
захваченных благодетельным вихрем
революции и вступающих на первых
робких шагах своей. жизни в борь­. a
  бу за новый мир, мир новых отно­шений, -—— спектакль о становлении
советской школы. киа .

В пьесе — исторня одной гимназии
и внутренняя борьба учеников с ста­рым казарменным режимом, с хазен»
‚яыми учителями, страшными инсиек­‘горами’ и’ преследованием «инорол­цев», борьба и в своей собственной
среде’ © враждебными YepHogoTeHHo­кулацкими настроениями некоторых
детей и их отцов. В захваченном пъе»
сой уголке домашней жизни мелко“
буржуазной интеллитенции с ее 00+
язнью невзгод, жилищных уплотне­ний и прочих «неудобств» революции,  
	—. во всем этом (пусть неполно, эс>
киано, эпизодично) находит свое чвы­ражение классовая борьба, идущая
там, ва етенами тимназии и дома. Все
это запечатлевает неповторимый ис­торический ‘момент первых дней рево­люции. ‘ 7

В пьесе, которую написали‘ талант­ливые писатели С, Ауспендер и Кас­Cub На материале известных книг
Кассиля («Швамбрания» и «Кон­дуит»); подкупает правдивость слож­ных отношений, завязывающихся
межлу Ястьми’ школы и теми собы­тиями и людьми, которые за стена­ми ее. Правдивость в изображении
такольных буянов, маленьких «дика­рей» и их борьбы ¢ учителями и
всей системой старой тимназии —
без обычной сусальности и ‹сюсюка­ния», — н этого первого расхождений

ОА фа me YT EE _
	внутри семей детей со своими роди­телями; и этой искренней порывието­сти детей во взаимных отношениях и
жажды борьбы за новое, борьбы, в
которую так легко и просто ушел

3% _ < oO!
	Crena T Tappa. «А он вернется назад $»
	-- спрашивает у брата милый Ma­ленький наивный Ося, и сердце) у.
	зрителя невольно сжимается, потому

А А р ЧА
	перёд детьми стоит уже. во. всей сво­ль ааа
	ей жестокой правде сама жизнь —
серьезная. и геронческая ‹ страница
	Для солнечных сухих крымских
степей и для буйно, плодородия
Биробиджана художник М, Горшман
	наацел особые краски, передающие
	характер природы, присущен вальто­му из районов. В живых зарисовках,
окрашенных подчас теплым юмором.
художник показал сценки колхозного
быта и типы переседенцев,

Е. Львов дал несколько. ны
пейзажных этюдов маслом. сожа­лению, художник, в противополож­мость Горзиману, не’ налиел ‘того. `й0-
кального колорита, который отличал
бы ето Биробиджан от любой части
средней России. м

Л. Зевин дал серию лаконичных и
выразительных карандашных портре­тов. В этюдах маслом его привлекают
ецены ‘труда. Он стремится заюелить
природу люльми. перелать. бодрый
	ритм“ трудовой страды. Привлокватель“.
	зы емо пейзажи, скромные, искрен­ние, очень серьезно проработанные;
По-новому прозвучали на. выотазв­хе работы В. Перельмана. Художник,
видимо, пытался облегчить цвет сво­их картин, И с этой целью решился
поучиться у импресононистов. Пока
этот опыт не вполне удачен, так Kak
при почти пуантеллистической мане­ре’ наложения краски BCT B его кар­тинах все еще вял и. ненасыщен., Но,
этот недостаток искупается  значи­тельностью избранных художником
еюжетов. Почти все участники вы­ставкй ограничились зарисовкой пей­защей и случайвых жанровых. сц
нок, Перельман основное внимание
уделил росту культуры советского
форпоста на Дальнем токе! — «Яс­ли в  к0лх04е»,  «Фельдшерокий
пункт» и т. д. .
Наиболее ocrphe, . skcupeccHEAHe
рисунки принадлежат Н, Аксельроду.
Аксельрол всегда обобщает и умело
подчеркивает выюазительные штрихи
молёти, отбрасывает ненужное. Be­бельем и болростью заражают такие
его работы, жак «Начальник политот­дела срели доярок» или «Антирели­овердловекого
TRAN °°...

15 февраля Свердловский театр раз
бочей мололежи имени «Комсомоль­ской правды». отмечает свой“ десяти­летний юбилей. В: этог день театр
покажет свою новую постановку —
«Грозу» Островского. т

Свердловский облисполком, учиты­Ban большое хуложественное н поли­Тическое аначение Театра рабочей мо­лодежи, постановил создать оргкоми­тт по проведению ‘десятилетнего
юбилея театра.

С 15 февраля об эвлета юбилейная
декада ТРАМ.

На юбилейные торжества овердлов»
кого ТРАМ предполагается выезд в’
Свердловск предотавителей ЦК ком­ооола, = теолрюв, ’ «Комсомольской
ТрРаолы», .
	ужо юшоая
	свмой истории...

O60 Boom этом
товорит трогатель­ный и яркий ‘спек­такль Московского
театра юного зри­теля, — сиектакль

не только для де­тей, вю  и дя
взрослых.

Нужно ли, Бак
думают некоторые
педагоги, ревизией
старых, давно; из­житых доктрин ря­дить в мишуру 30-
лотото обмана эти
кусочки  правди­вой жизни? Нуж­но ли скрывать от
наших ребят He­кий героический
ореол, который в
пьесе невольно по­лучают все шало­сти Икольников
над ненавистными
им учителями, все
нарушения . AHC­циплины? Но ведь
это вовсе не, одно
буйное озорство, в
этих  непосредст­венных движениях
детских душ  на­ходила свой есте­ственный выход
их тята к правде,

 

Артистка Невс

их ненависть к бессмыеленному ре­жиму школы, который на всю жизнь
у варослых людей — мы знаем это —
оставался кошмарным сеном, который
снится в тяжелые ночи, — сон ©
тимназических голах учения.
	Все это озорство будет воспринято
нашими детьми только по отношению
к «чужой» старой тиколе; в «своей»
никто не подумает этого сделать, если
он свою’ уважает. и юбит.
	Учителя старой гимназии иоданы
режиссером в сатирическом разрезе—
в некотором расхождении с методом
подачи остальных действующих ли,
— в плане гротескового шаржа (ое0-
бенно резко сделана фитура надзира­теля «Нап-цараи»). Здесь вина отча­сти и исполнителей, которым надо­Артистка Невская в роли Лёли и артистка Бурцева в роли Оси
	подавать свой образы Marve, Ges тезт­рального «наитрьюша», без нажима,
& ближе к внутреннему содержанию
образов, к их психологической прав­де. Это будет убедитёльнее. Но в стз­рой школе, особенно на глухих
окраннах — ‘действительно, попада­лись «монстры», с другой етороны, в
пьесе дан я образ хорошего педаго­ra...
Поставлен спектакль талантливым
режнссером А. Лобановым ярко и ув­лекательно. Подкумает общий метод
внутреннего разрешеняя сценических
залач в плане психолотичеоком, пере­живаний, игра в «образе», — отсюда
интимность спектакля, сего правди­воСТь, 00 доходчивость до зрителя.
Превосхолна внутренняя динамика
спектакля, которая. при отсутствии
		“CRBOGHOTO дейст­вия» (пьеса состоит
из отдельных эпи­нако, в напряже­нии внимание зри­теля. Очень остро­умен ряд  мизан­сцен: например,
игра девочек и
мальчиков в кру­жок на партах, иг­ра в ладоши ко­миссара © детьми
и доктором; кон­цовка спектакля:
дети, выглядываю­щие в окна велед
уходящим на
фронт отрядам
ит, д. Хоропю по­ставлен на ма­пенькой спене тим­назический бал.
Просто, удобно и
очень ‘Типично
оформление CHEK:
такля художника
Р. Распопова,
	Но в6сь  сиек­такль движется
прежде всего жи­BOW силой актер­ского исполнения.
При яркости раз­работки каждого
образа в отдельно­ро1ио, на редкость правдиво, просто
и мягко играет Деревицкий своего
Чубарькова. Впечатление такое, что
здесь совсем нет ‹игры», «театра», —
	так это все естественно, натурально.
Вот таков был в лействительности
	этот первый комиссар тлухой уезд­ной гимназии, на цыпочках своих тя­желых солдатских сапог входящий в
класс, такой трогательный, со. своим
‘мягким простым юмором, < лукав­ством, со своей внутренней серье®-
ностью, мягкий скромный человек, не­ожиданно умеющий вопылить, когда
он. чувствует сопротивление «револю­ционному порядку», и крепко припе­чатывающий свое «ша и точка».

Образ Биндюка, кулацкого сына, в
ярком. социальном плане; но и с не­которой резкостью передает Стручко­ва. Дублирующая ей Фунсина делает
это менее остро, как будто бледнее,
HO в этом еще неотделанном рисун­ке роли есть и своя хорошая черта—
убедительной сдержанности и мягко­сти, которыв утверждают правдивость
образа. .
‹Приятны Невская — Леля, Черны­шева (Лобанла) и Мазинг (францу­женка), в меру пользующаяся прие­мом гротеска.

И наконец Бурцева — подлинное
очарование. спектакля. Вот это’ чудес:
ный образ, Оси, маленького бутува,
«пыжика», очевидно, баловня семьи,
холеного ребенка, выросшего в теп­лом уходе, в своей «детской». Наив­ный и прямодушный образ — уди­вительно мягкий и трогательный, с
	вительно мягкий и трогательный, с   «Мольера»?
большой инепосредственностью ( чув­ства, внутренней наполненностью, ©
настоящим артистическом мастерет­вом. Замечательна сцена разтовора
Оси ®.братом в постели, приход Оси
в школу и последняя сена, когла
бутуз провожает в окне ‘уходящего,
товарища и пальчиком все вертит пе­ред носом. Здесь больше чем хоромее
исполнение роли, которое мы отме­тили у лругих актеров спектакля:
	здесь НАЛИИО Несомненная яркая ap
	тистическая индивидуальность,  Сла­городвая MATROCTD сценических
срелетв, тонкая артистичноеть и то
чаруютщее обаяние, которое ‘в конеч­ном счете решает все дело актера. на
	Д. ТАЛЬНИКОВ
	сти, здесь налицо
подлинный ансамбль. Персонажи
пьесы -— все эти тимназисты и
девочки — вместе ес общей жизнью
	спектакля живут и своей жизнью ка»
ждый по-своему. Очень хорошо, . что
все «травести», — а их много в этом
спектакле, ибо все роли гимназистов
исполняются артистками, — прини­маются зрителем, как мальчики, и
каждый в своем своеобразии, в своей
личной интонации — и движений, и
грима, и костюма. Хуже оботовт ¢
образами «взрослых»,

Ив отдельных ‘исполнителей надо
выделить Наварскую, очень просто,
правлизо и выразительно создающую
	яаруттенно убедительный образ Оте­пы, —— будущего героя гражданской
войны. Эта роль «положительного»
	персонажа пьесы очень трудная, 20-