—— СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО ——
Контрактанионная канитель
	ко редкие художники устояли против
соблазна сдать по контрактации cot.
ходы» своей творческой работы?
	Но даже талантливым и добросо­вестным живописцам Всекохудожник
не был в состоянии обеспечить нор­мальных матерлально-бытовых усло­вий. В 1935 г. Всекохудожник меся­цами задерживал выплату причита­ющихея художнику денег. Художни­ки были. вынуждены браться за по­бочные  забазы, 9 ` неизбежно влек­10 за собой снижение качества пред­ставленных работ, а в ряде случаев
и, неисполнение художником взятых
на себя обязательств. “
	Опыт 1935 г, свидетельствует, что
контрактация стала He основным, а
побочным источником дохода для ху­дожника, Ведь те же самые живопис­цы, которые включены ‘в коптракта­ционный список Всекохудожника, вы­полняют  ответственнейшие заказы
для комитетов юбилейных выставок
«Индустрия социализма» и ‹20 лет
РККА». 2

В 1935 г. Всекохудожник законтрак­товал 250 живописцев, графиков и
скульпторов. Из живописцев к дото­ворному сроку только менее полови­ны исполнили свои обязательства.
Сейчас положение несколько улучши­лось, но и до`сих пор мнотие худож­ники еще не отчитались. К таким
художникам относятся: Корев, Бого­родский, Кацман, Лабас, Лобанов,
Модоров, Осьмеркин, Радимов, Шух­мин, В. Яковлев и многие другие.

Очевидно иные живописцы склонны
‘рассматривать контрактацию только
как особую форму государственной
субсидии, как дань их имени и за­служенности. Повышенный ‘спрос на
произведения ‘искусства, разобщен­ность организаций, работающих с
художником (Всекохудожник, комите­ты юбилейных выставок «20 лет
РККА» и «Индустрия социализма»)
способствует тому, что мастера искус­ства легко выдают векселя, явно пре­вышающие их физические возможно­сти. Результатом такого положения
является снижение качества работ и
невыполнение тех договорных обяаа­договорных отношений художников
являются контрактационные договора.

Казалось бы, Изоуправление Все­союзного комитета по делам искусств,
	приступив К работе. прежде всего: пе-.
	ресмотрит условия и методы кон­трактации. Ведь упорядочение . мате­риально-ортанизационной базы худо­жественного труда— дело: серьезное.
Неналаженность взаимоотношений с
художниками ставит под утрозу. под­TOTOBRY к 20-летию Октября. Вслед
aa Народным комиссариатом обороны
аркомтяжпромом самостоятельные
о. пытаются организовать и
другие наркоматы: Наркомеовхозов,
Наркомлегпром, Наркомвод. Ни одно
из этих последних начинаний не мо­жет обеспечить художников. полно­стью матернально на. договорные сро­ки работы. Иные организаторы вовле­кают художника в нездоровую атмо­сферу. ведомственой конкуренции и
выставочного ажиотажа.

Нужна авторитетная ‘инстанция, ко­торая решила бы все споры; руково­дила работой художников и в конеч­ном счете отвечала за качество и ор­танизацию художественного труда,
Такой инстанцией может быть толь­ко. Изоуправление Всесоюзного коми­тета по делам искусств.

С марта настоящего года в Коми­тете по делам искусств. решается судь­ба Всекохудожника и системы коп­трактации. Контрактацию предполага­лось дополнить системой  государст­венных заказов, однако, до сих пор
будущее Всекохудожника все еще не­ясно. Разноречивые указания Изоуп­равления только дезориентируют Все­кохудожник в его работе. Сейчас Все­кохудожник, н6 дожидаясь  оконча­тельного решения Комитета, присту­пил самостоятельно к новой контрак­тационной кампании. Несмотря на то,
что ‘в этом тоду взята более правиль­ная установка на охват контрактацией
по преимуществу молодых художни­ков, такое положение не может не
внушить тревогу.

Изоуправлению комитета надо по­кончить с ‘ведомственной суетой и
серъезно взяться за руководство ху­дожественной жизнью на одном из
ответственнейших ее участков.
	Опера
		Эа последние месяцы фабрикой зву­козашиси Всесоюзного радиокомитета
затисаны на пленку (тонфильм) опе­ра «Евгений Онегин» в исполнении
артистов Большого театра Союза ССР,
пьеса «Воскресенье» в исполнении
артистов МХАТ им. Горького, монтаж
оперы «Тихий Дон» в исполйении
артистов ВРК, «Каменный гость» в
исполнении арт. театра Мейерхольда.
	Записаны также арии, дуэты, хо­ровые номера и танцы из постановки
Казахского музыкального театра —
«Кыз-Жибек», Азербайджанский op­кестр п/у Иоаннесяна, ансамбль ук­раннеких бандуристов и др.
	В недавнем прошлом фабрика зву­козаписи не могла похвастаться вы­соким качеством своей работы. Толь­ко в последнее время фабрика при­обрела отличную аппаратуру, при­влекла квалифицированные техниче­ские и художественные силы,

Казалось бы, что именно сейчас
должны расшириться масштабы ра­боты фабрики звукозаписи. К сожа­лению, oTo He Tax. План записи на
1936 г. не°только не увеличен, но
сокращен, по «причине отсутствия
собственного производственного поме­щения. Отдельные цеха фабрики раз-.
броканы в 4—5 местах в разных рай­онах Москвы. бапись производится
в зале Дома ученых, мало пригодном
для этой цели. Несколько цехов
ютятся в тесном, темном подвале в
Брюсовском переулке.
	Фабрика имеет единственный зву:
козаписывающий аппарат «Human.
Ощущается острый недостаток пхен­кие для записи и размножения ко­Пий.
	Все эти причины мешают фабуи­ке развернуть свою  производствен­ную работу. Фабрика ждет деловой
помощи Всесоюзного радиокомитета,
и Комитета по делам искусств.
		Так называемая «контрактация»
должна была подвести под индиви­дуальный творческий труд художник
общественную материально-производ­ственную базу. Художник освобож­дался от заботы © хлебе насущном,
он уже не зависел от прихоти и вку­са отдельного, пусть даже предетав­ляющего общественную или государ­а
	езно проработанното пейзажа—этюд.   тельств, которые более всего обезли­Надо ли удивляться тому, что толь­чены. Такими обязательствами в цепи
	Выставка
В. П. Андерсона
	Вольдемар Андерсон, как и боль­шинство латышских ’ советских ху­дожников, — потомственный проле­тарий, бывигий краснотвардеец и 6бо­ец славных латышских стрелковых
полков. Теперь он давно уже квали­фицированный профессиональный
живописец.

На выставке тов. Андерсона в Ла-,
тышском клубе В Москве выставле­ны шестьдесят две работы. Самые
ранние из них отнобятся к 1919 г.

Первые уроки искусства В.` Андер.
сон получил еще в Риге у В. Пурви­та. Поэтому, придя во Вхутемас, он
довольно хорошо уже владел рисун­ком.

По своей тематике картины В. Ан:
дерсона довольно разнообразны. Мне
кажется, что его портреты (старей­шего революционного поэта Судрабу
Эджус, П. Дауге и др.) и индустри­альные полотна (особенно красочен
«Сталелитейный. цех») все же усту­пают пейзажам: Особенно удались ху­дожнику картины «Лесная  дорота»,
«Первая борозда», «Сыр-Дарья» и
«Березки». $

Андерсона отличает свое тонкое
чувство природы. Ето работы; сочные
	яркие по манере нисьма, исклю­чительно эмоциональны. .
Дарование Андерсона уже давно
	определилось это мастер своего де­ла. Хотелось бы его только предо­стеречь от увлечения стилизацией и

внешними эффектами колорита.
Р ПЕЛЬШЕ
		С 20 июля в Киеве начинаются
тастроли гос. театра им. B. Mettap­хольда, Театр покажет киевлянам
«Даму с камелиями», «Горе уму», «33
обморока», «Лес», «Свадьбу Кречин­ского», В Киеве начнутся репетиции
ближайшей премьеры «Как “закаля­лась сталь», а также будут продол­жены репетиции’ «Бориса Годунова»
		Пупкина.
	 

 

 
	эстрады
	> и метким Fra  
	т’ мти свосго «тр ,я» и
ром вышвыфнет его вон.
	Мастера
	Разговор о втором «туре» программ
рупнейших эстрадных театров Моск­gad

1х
ги
Re
aa

я ти ча упирается в дву
ие at CuupHopa-Conorbcxoro и Уте.
т Я но хочу этим сказать, что
ermine номера неинтересны.
1 Среди них воть ше мало приме­i щьваго и талантливого, но эти
№ мастера эстрадного ‘искусства,

ON A EY DU,

Свои фельетоны Смирнов-Соколь­ский выверяет

клик у любого слушатёля.

Cpott Паола

аа.

не только пофразно,
но и пословно. Оно и понят

н0, чтобы фельетоны наход

но; нуж­или от­orcs 5 у Г ос MMM AE, Весьма Й
уиолай Омирнов-Сокольский и Лео­ельетон­’ удачны
°’ Уласбв ПОивВлекают внимания фель тон +Отедло». Смирнов-Соколь.
	Да   Утесов, привлекают вниманиб в

я

Be
6+
04

 

ирвую очередь.

(мирнов-Сокольский — гордость
брутажа». Парк ЦДКА давно, а мо.
хм быть и никогда, не видал таких

яч бр в кассовых рапортичках и та­Cs
1х
Я

в  

ae

УВ
Re

Cq
ay
Ne
is
16
te
№

aye

Уч
Ae

№,

Lat
be
х
ai
da
re
[4

,
.

hd
Я
pat
x
Lé
it

№
[4
iq
4
ay
д
ft
a

 *

за ту оз ал а р-дл г

== SO ®._

а an  * mm €A 8&8 Bh RSPR OUCrRKUlUcrKUlCUCclUlUrhEememUmcrOKElhUcU TCU fA =

vw ea

2% ‚© 9 3 2

wae Wwwm £6@ fA

 

 
i
i

ух знатных людей в партере своего
хтрадного театра, как в дни вы­имений Утесова,

(мирнов-Сокольский выступает по­me «долгого раздумья». Утесов — ne.
ктраивается в процессе работы.
са» выходит из него медленно

  трудно, — как угар, как малярия.

=

A Ph A a RS
Sr errr rT 2
рр ЖЖ errs и ииинининиининииеи

(мрнов-Сокольский «молчал» почти
qutopa года, Он выступал WIN Ha aa.
увтых вечерах со старым­репертуа­уу или в качестве конферансье. На
хтрадной декаде он лишь «вел про­уму» первого вечера. Все пригла­ПЕНИЯ центральных эстрадных теат­уз Смпрнов-Сокольский упорно от­ронял, Какой-то длительный и слож­ый процесс переживал в это время
ии художник. Смирнов-Сокольский
тиленно «искал». Как чеховский
Трештев, он повторял, что «нужны
pane формы», Одиноким стал себя
чуютвовать Смирнов-Сокольский на
уюй сценической илощадке...
Лоследние полтора года в творче­ой жизни Смирнова-Сокольского от­учены тревогой, сомнениями, само­риическими размышлениями, иска­рун — словом, всем тем, что не­пуонно должно сопутствовать под­инно одаренному художнику. Воз­зрицение в мир совпало у Смирнова­(кольского с 20-летием его работы
Ha эстраде,

81916 т, тоже летом, тоже в июле,
или не оптибаюсь, в двадцатых чи­шх в Замоскворечьи, на тихой
ла Ордынке, на сцене Учи­влькою дома впервые выступил
ный куплетист Смирнов-Соколь­(кий. Для того времени его куплеты
туонологи прозвучали несколько не­(атданно, не на шутку взволновав
педотавителей власти. Новые, незна­юуые слова вызывали тревогу и лю­бутытетво, А время это было смрад­10, Эстрада, затоптанная чечеткой и
виханом, работала на специфическо­т аотребителя», на того гуляку пра­ного, который требовал от эстрад­ка утробного смеха, скабрезного
мекдота. Разговорный жанр был
представлен на эстраде куплетиста­XI лонными и босяками. Они име­ИСЬ «сатириками» и «бичевади»
пиимущественно гласных думы, не­врлых жен и кассиров... Смирнов:
(икольский резко порвал с традиция­и Сарматова, Сокольского, Войце­ивокото, Убейко, Бернацкото и их
‘ипарлонным  зубоскальством. He

ржстал он и к другому берегу — к
иалу рассказчиков и чтецов старо­№ времени в стиле Гралова-Соколова,
Никитина, Андреева-Бурлака, Горбу­118 с его юмористической эпопеей
№ерала ДитятиНа и др.

У Смирнова*Сокольского веть эпи­мы и нет предков. У Смирнова-Со­MOOKOTO есть’ подражатели и нет
А Ero many — политиче­вии юмор. Смех для него не цель,
1 средство, в
Смирнов-Сокольский артист-автот,
11 фельетонов написано им за двад­ть лет эстрадной жиани, Одни из
их больше удались автору, другие
MeHBOTG, но в каждом неизменно
(мирнов-Сокольский зло и метко бил
10 обывателю, мещанину, пошлости,
изгильдяйству и бюрократизму.
(мирнов-Сокольский воегла говорит ©
утрады о том же, о чем думает ари­ить, И в этом его сила, ето успех.
Смирнов-Соколький на сцену
Фыкновенно выбегает. На нем его не­вменные доспехи — черная бархат­тия блуза и белый галстук. Просты­ут, малозначащими фразами начинает
ип обычно свой фельетон Затем он
(ре обътвателя, мещанина, лодьря.
Hm бюрократа и, пепекилывяя 2л­с
Илони на лалочь, якобы говорит эт
#0 имени с нэхоторым пляже сочув.
(eneM к его жалэбем Но это толь­№ прием. лольхэ манлз”. Через ми­ПИ; оп разоблячрт галенкЕие мыс­Мы их отыщем, откроем,
„Мы понесем их в свет —
Нашу жизнь‘ строят
И те, ного уже нет...

Тод, прошедший со дня смерти На­на бархи, не заслонил глазам на­Шиу образ этого прекрасного челове­м, Но этот год вырисовал образ‘ Зар­художника, может быть, более от­ЧеиВЫЙ и яркий, чем тот, каким мы
анали ‘его раньше.

Зархи принадлежал к тому не так
}% уногочисленному у нас типу ху­MBHEROR, которые избегают деклара­ЦШЁ 0 своих намерениях и предполо­Жениях. Овромность была его отли­Зительной чертой. В ею дневниках

 

ое со чиач”. “мир новокКолЛЬ­кий также обрабатывал и отделы­вал несколько месяцев. В нем Смир­нов-Сокольский: грозно обрушился на

пошляков, мещан, обывателей, © ко­торыми он вел борьбу двадцать лет,
Не ортанавливаясь на «наболевшем»
вопросе, за что Дездемона полюбила,
Отелло, Смирнов-Сокольский восхища­ется полнотой и симой чувств черного
шекопировокого тенерала, умеющего
крепко любияь и так же ненавидеть,

Мастерски написанный Смирно­вым-Сокольским фельетон «Отелло»,
мастерски им и передается, .

Сейчас Смирнов-Сокольский
юбиляр.,Он вступает в третье деся­тилетие своего творчества. Пожелаем
ему дальнейших успехов.

Несколько иначе сложился путь Ле­онида Утесова. Он эстраде изменял
с опереттой, оперетте с фарсом и т. д.
Сейчас он стабилизовался: выступает
Уже который тод со своим джазом.

— 6 июля, в день Конституции, —
товорит Утесов, — песни, которые я
пою, пели тысячи молодых и старых
голосов. В этот день. я ощущал та­кую полноту радости и волнения ар­тиста, которую я еще не знавал.

Утесов перестраивается.

м По ходу действия я буду вам
об’яснять, петь, танцовать, но каких.
нибудь там «хохм» вы от меня не
ждите. Я последнее время стал очень
серьезным, так предупреждает
Утесов аудиторию перед выступле­нием. и

Однако даже это заявление в устах
Утесова звучит, как тирада о смире­нии и благочестии в устах Глафиры
Островского. Прежде всего Утесова
выдают глаза. Выдают также припля­—

сывающие ноги, В них, в глазах ив 

ногах, чувствуется веселый штукарь,
хороший рассказчик. Начинает Уле­сов свою программу с традиционного
«Ах, здрасте!», с которым, видимо,
нелегко ему расстаться. Затем сле­дует ряд новых вещей: «Полюшко»,
«Песня 0Каховке», «Семеро смелых»,
совершено замечательно сделанных
и всем ансамблем и самим Утесовым­залтевалой. У этого  прирожденного
смехотворца, проказника и буффя
есть в голосе, вообще крайне незна­чительном, две-три ноты, в которых
тепла и обаяния хватит на целый
театральный коллектив. Поэтому так
задушевно ‘спел он, сидя на дереве,
песенку о «сердце, не знающем по­KOH), поэтому так неистово аплоди­рует ему ежевечерне аудитория тедт.
ра ЦДКА, ненасытно требуя‘ повто­рений. Утесов перестраивается. Мед­ленно и трудно выходит Ha него
«Олесса». В ‘атмосфере и обстановке
ЦДКА этот процессе должен уско­риться. и .

Бок-0-бок с этими двумя мастера­ми эстралы выступает ряд артистов,
составляющих в целом программу эс­традных театров. В пархе ЦДКА,
кстати сказать, ставшем за последнее
время одним из лучших парков Мос­квы, подбор артистов делается более
чутко и внимательно, чем в «Эрмита­же», который в погоне за иноземными
аттракционами забывает о добротных
советских номерах. Конечно, джаз
Бианко — аттракцион. И неплохой.
Но его репертуар до тошноты, до оду­ри запет всеми патефонами и радио­передачами мира. He радуют и
«страшно культурные» и столь же
скучные австрийские куклы, так же
как и телеграммы Менделевича, кото­рые он начал читать еще в прош­лой пятилетке. Лучшим номером эр­митажной программы после Омирно­ва-Сокольского, несомненно, являют­ся голландские акробаты-экецентрики
Алекс. В ЦДКА, незнаю кото назвать
после Леонида Утэсова, но в целом
там всегла приятный и слаженный
эстрадный ансамбль. Да, да, в эстрад­ном театре тоже может быть ан­самбль, И именно им-то, умением его
создать, и силен эстрадный театр

парка ЦДКА, ,
AHC

coke ee ЗА

М. ЖИВОВ.

ВИКТОР ЭР

 

написал пьесу, зовут Киршона и го­FOpAT: правьте пьесу. Или Фадеев на­писал пьесу и зовут Олешу выправить
ее. А мы пишем художественные про­изведения, у нас находят ошибки, и
сценарий передаелся  Шкловскому,
Что же это такое?

Он протестовал против гегемонии
режиссера, который не умеет читать
сценарии, который сам старается сде­латься сценаристом. И Зархи спраши­вал: «Если бы все режиссеры, дей­ствительно, были сценаристами, TO
почему седня в кинематографии,

когда такой голод на сценарии, деся-х чувствую определенную а оп­ток режиссеров ходят без работы, а ределенную теоретическую базу.

    
 
  
  
   
   
   
 
  
  
  
  
  
  
 

  THARE.

EN NEE EE OES PN a ERE ВА ENE NF ph
ственную организацию ценителя. Его
труд авансировался Всекохудожни­ком, ему предоставлялась возможность
свободного выбора тем и жанров, от­вечающих характеру ето дарования.
лагодаря твердо‘ установленной и
периодически выплачиваемой сумме
контракщионного аванса, художник
мог отказаться 07 побочных, случай­ных заданий и посвятить все свое
время работе над значительным про­изведеннем. Все это делало кон­трактацию в идеале очень привлека­тельной. Казалось бы, это высшая,
совершенная форма взаимоотношений
художника с обществом, предусмат­ривающая все необходимые органи­зационные и  материально-бытовые
условия для роста живописи и скуль­птуры.

Однако. на деле контрактация не
оправдала возлатавшихся на нее на­дежд. Значительная часть полотен,
показанных на недавней отчетной вы­ставке контрактантов Всекохудожни­ка, была ниже среднего уровня любой
другой выставки.

Нуждается ли художник, который
легко штампует десятки полотен; как
две капли воды похожих руг на
друта, в контрактации? Конечно, нет.
Всекохудожник включил в 1985 г
очень многих таких производителей
«штучного товара» в свой список кон­’трактантов. Следует ли принимать по

контрактации вещи, явно недоброка­чественные, случайные в творчестве
художника, не соответствующие
всей силе его мастерства? Ясно, нет.
Уж лучше спибать в расход суммы,
выданные авансом, чем мириться с
такой недобросовестностью художни­ка, Между тем живописцы знают, что
Всекохудожнику можно легко вместо
картины «всучить» эскиз, вместо серь­езно проработанното пейзажа— этюд.
Надо’ ли удивляться тому, что толь­Музыка
в Ессентуках

Курортник, приехавший на лечение
в Ессентуки, не остается без музы­кального искуства: к ето, уёлутам га­строльные концерты, симфонический
оркестр, ралио. различные виды му­зыкальной самодеятельности.

В плохих акустических условиях
театра Еосентукского парка с неиз­менным триумфом выступал  гита­рист Сеговия. С большим успехом
прошел концерт юной скрипачки Жа­нет Нева. Серьезную музыкальную
работу проводит симфонический , OP
кестр Tocygapersennoh филармонии
Республики немцев Поволжья. В его
репертуаре большое количество про­изведений русской и иностранной
симфонической литературы, причем
на ряду с популярными произведени­ями есть незаитранные, малознакомые
нашим слушателям, например «Кедр
и пальма» Каменникова, ранние со­чинения Грига («Осенью») и др. *

Оркестр играеф два раза в день и
это конечно отражается на качестве
исполнения. — так, например, кон­церт памяти М. Горького, составлен­ный из траурных произведений
(«Смерть Азы» Грига, ‚отрывки из
симфоний Чайковского). был крайне
неудачен по исполнению. ^ .

Некоторые же концерты обнаружи­вают хорошие качества оркестра и
дирижера (т. Климов). Нужно отме­тить, что,-к сожалению, советская му­зыка в репертуаре оркестра почти
отсутствует. .

В быту санаторий одолевает Tap­мошка. Под ее звуки делают утрен­нюю гимнастику, танцуют, совершают
прогулки: репертуар самый примити­вный: преимущественно всякие поле­чки в варварском гармоническом из­ложении. Пора уже санаториям 1о­заботиться о патефонах, а Граммтрес­ту выпускаль соответствующие плас­М. КОВАЛЬ

 

Ессентуки.

_Невоплощенные мысли

В своем докладе он говорил,

что
только после постановки «Улицы ра­дости» он «впервые за все время ус­лышал, что-то, относящееся к нему
непосредственно». А

— Это интересно, — говорил Зар­хи, — в связи с ‘тем, что впервые

творческий работник получил возмож­ность встретиться лицам к лицу
е критиком, со зрителем, с теми, кто
воспринимает; принимает и оценива­ет им написанное произведение, В.
каждом из этих высказываний, за
каждым из этих высказываний _я

Я

не пишут сценариев? Почему они не   знаю теорию, которая лежит в основе

А an ar ore 7: wre

этих рипкаоттраний ТТ я эапарм poafia­ттт
		  1 Записках оказалось много неувяда­Elle Hoporo, Заметки в блокнотах,
`правленные стенограммы, незакон­ченные произведения, неопубликован­_Ные варианты, — все это говорит о
HM @ как о талаптливом драматур­18 которому не удалось осуществить
К много замыюлов, и о глубоко прин
Ципнальном борце за высокондейную

“светскую драматургию.
1 aie
	х

` До тою как нё сцене появилась
15а Зархи «Улица радости», он
(Mb лет проработал в кинематогра­‚ Фи, создав такие шедевры кинодра­(Marypruu, как «Мать» и «Конец
  Санкт-Петербурга». Итоги этих семи
ат он подвел в своем докладе. «По:
чму я перешёл из кино в театр?»,
сделанном им в 1932 г. по предложе­HIM редакции «Советского искусст­`84›, бархи был одним. из первых,
‘Который требовал признания сцена­‚ия, как литературного, художествен­10 произведения. Он решительно
  протестовал против тех, кто смотрел
` Ва сценарий как на литературу вто­boro сорта. Он, утверждал, что неизме­римо сложнее делать сценарий, чем
Пьесу. Он протестовал против. тех
ВВрхотлядов, которые, не понимая
Значения сценария как литературного
Произведения, допускали ‘переделки
бщенария одного автора людьми иных
Удожественных . воззрений.
	— Представьте себе, — говорил он.
	+  8 т0м докладе, — что `Афинотенов
	этих высказываний, И я задаю себе
вонрос: в кинематотрафии видим ли
мы что-либо подобное?..

Приходится удивляться, что  отот
замечательный доклад Зархи не был
опубликован. Он до’сих пор сохранил
свою и остроту.
	Зархи — лучший драматург совет­ского кино — всегда и неизменно 60-
ролея за достойное место сценария
в литературе. И он имел все права
на это — он сам пред’явлал к сцена­рию ‘высоко художественные требо­вания, он вкладывал в свои сцена­рии огромный талант, неподражаемое
мастерство. Он ненавидел равноду­шие в искусстве, презирал половин­чатость, требовал высокой идейности
и большой страстности от каждото
произведения советского кино.

Он, может быть, как никто другой,
понимал специфику кинематографа...
«Он манит художника к себе, — пи­сал он в одной неопубликованной
статье к 15-летию советского кино,—
обещая охватить своими возможно­стями весь мир, тогда как он может
дать поэту очень мало, ибо кинема­тограф. требует максимальното само­отраничения, невероятной экономики
выразительных средств, необычайно
скупых и четких реклам». Он фезко
отвергал «костюмно-бутафорские, лож­но исторические, поевдокласические
постановки, от которых веет худши­ми видами тедтральщины».-Он тре­пишут свов сценарии, Ose Vit
все равно будут писать, как только
им попадет в руки чужой сценарий?»..
	И для иллюстрации положения сце­нариста в кинопроизводстве Зархи
приводит убийственные факты:

— Я вам сейчас прочту один  про­токол литотдела: «В виду того, что
Ильинскому не удается роль Вальки­на, переделать роль для Марецкой».
Приведу случай из собственной прак­тики. У меня был сценарий «Мать»,
не было актрисы для роли матери и
мне сказали — актрисы нет, а Моск­вин ходит без дела, пишите «Отец».

Зархи высоко держал” знамя кино­драматургии.

— Пока не поймут, чте мы являем­ся драматургами кинематографии, до
тех пор мы из наших болезней не
выползем. -

Он не отрицал ‘и чувства личной
обиды по поводу того, что критика
обратила внимание на пьесу и не об­ратила внимания на семь лет ето
кинематографической работы, когда,
по его словам, он «работал неизмери­мо лучше, чем для театра». Он не
скрывал своего возмущения по пово­ду того, что «котда картина чтлохая,
товорят — плохой сценарист, а карти­на хорошая, говорят — прекрасный
режиссер». Но on раз’яенял и под­черкивал, что дело не в личной оби­де, а в безобрааной системе в отноше­нии к сценаристам, которая тормозит
развитие советской кинематографии,
	Горьковский драматический театр.
Юдин —
	«Мещане». Гундобин — доктор,
Тетерев,
		Горьковский краевой театр драмы
показал московскому зрителю еще
два своих спектакля — «Далекое»
Афиногенова`и «Мещан» Горького, ;

Спектакли эти подтверждают наше
первое впечатление о неблатополучии
с художественным руководством Tea­тра. От отсутствия большой и серь­езной работы с актером в равной ме­ре терпят ущерб и старые заслужен­ные мастера Горьковского театра, вро­де Н. Д. Муромцева, и молодые ак:
терские кадры (А. Н. Горянекая,
П. Глиноецкая, 0. П. Левкоева, и др.).
Тезис о силе и значении режиссера,
как воспитателя актера, подтверж­дается гастролями Горьковского теа­тра целиком. и полностью.

Очень хорошо, что Горьковский
театр открывает широкую дорогу мо­лодым. режиссерам, вроде постанов­щика «Далекого» Л. М. Еторычева,
который только год назад сошел со
скамьи театрального вуза. Но очень
плохо, что этот молодой режиссер це­ликом предоставляется самому себе и
сразу возводится в учителя, когда он
сам еще нуждается в хорошем руко­водстве, Только режиссерской неопыт­ностью Л. М, Еторычева можно об’яс­нить, что так бесцветен П. Б. Юдин
в роли Малько и так невыразитель­на М. Н, Преображенская, когда она
играет жену начальника станции.
Ведь сумели те же актеры ‚удовле­творительно сыграть в «Мещанах»
(постановка народного артиста Н. И.
Собольщикова-Самарина) более труд­ные роли Тетерева и Акулины Ива­HOBHHI,

Прямо удивляелться, что может сде­лать с труппой Н. И. Собольщиков­Самарин: какие возможности оно от­крывает в каждом актере, как он уме­ет «выжать» из актера все, что толь­ко возможно. .

Можно не соглашаться с подходом
Собольщикова к торьковской пьеее
(не будем вхолить в споры по этому
вопросу, тем более что постановка
«Мещан» имеет многолетнюю дав­ность). Нельзя отрицать одного — ре­жиссерской культуры постановки и
большой слаженности спектакля, где
разработаны. и осмыслены самые
сложные мизансцены и гле спектакль.
	рашей труди—орден за пролитую
кровь... Всю жизнь я кричала — до­лой войну. На пороге смерти я не
могу начать войну — да здравствует
война! Не надо. Кричите — долой
войну и да здраветвует революция!»

Вот ее сын Георг, который товорит:
«Яэхочу стать новым Принципом. Я
хочу стать. поджитателем новой вой:
ны, сеять неверие, которым подмени­ли мою веру».

Конфликт матери и сына, который
ведет к разладу двух поколений.

Вот старик Платон, бывший батрак,
в 40 лет пошел в университет, стал
заниматься медициной, изобретатель­Вяда призивок, видящий свой идеал
в лице Пастера и Пиротова. И его
дочь Варвара, работающая на заводе,
изобретающая средства уничтожения
и возражающая отцу: «Только смерть
для них — жизнь для нас, для мил+
лионов, для человечества». Конфликт
отца и дочери, завершающийся еня­тием противоречий, вызванным вдин­ством пути и дела.

Ленинские формулы о войне, слова,
Роллана o6 обреченном поколении
Запада, громкий возтлас Горького:
«Если враг не сдается, его уничто­жают» — оживают в этих набросках,
эблекаются в плоть и кровь.

И ночью 3 апреля 1934 года в ваго­не поезда Ленинград—Москва заду­мана новая тема «Москва-Вторая».
Нет, это та же тема =— счастье чело­вечества, радости труда, пролетарско­го героизма.

Новая жизнь создается во всех
уголках нашей страны. Новые люди
поднимаются на пьедестал тероизма.
Новым героям при жизни ставят па­мятники. Но в чем счастье? Ладузин
думает, что счастье‘ в бездействии.
Самсонов трудился, ему поставили
памятник, ноон нё понял, что он об­рел счастье в труде, а неё в памятни­ке. Ладузин влечет. его в свою сто­рону. 5ойка знает, что счастье в тру­де. И когда новые, люди встают Ha
пьедестал героизма, Зойка.не теряет
веры в Самсонова. Ей говорят — of
умер. Она возражает: «Умереть? ” За
что, за какой первородный грех? Сла­бый человек? Мы делаем слабых —
сильными, трусов —‹ героями, несча­отных — счастливыми. Он н@ смел
умереть. Он должен был жить и рало­ваться жизни. В нашей стране люди
не смеют умирать. На нашей родине
люди обязаны жить»... И Самсонов
оказывается, не умирает, «Шурка, бе­поднят на такой уровень, что о нем
можно товорить как о полноценной
работе. И как жаль, что в других
спектаклях Горьковского театра не
чувствуется контролирующей руки
этого больтного театрального мастера.
Единственное, что выпадало из обще­го ровного плана постановки, — это
рассчитанная на дешевый эффект
буффонада, связанная с приходом до­ктора, в третьем акте «Мещан».

Спектакль «Далекое» доставил Мо--
скве удовольствие увидеть во всю ве­личину прекрасный талант М. К. Вы­соцкого (Влас). Котда мы смотрели
его в «Славе», где он играл старого
актера, мы не могли ‘и подозревать,
до какой драматической силы может
подниматься этот артист. Когда ви­дишь такото Власа, какого дал Вы­соцкий, понимаешь, почему опытный,
видавший всякие виды командир
Красной армии счел нужным BCTY<
пить с этим суб’ектом в спор, преж­де чем оттолкнуть его в сторону.
М. К. Высоцкий сумел вскрыть и фи­лософскую сторону спора Власа ©
Малько — явление, не часто ветре­чающееся среди исполнителей этой
роли, предпочитающих итти по линии
дешевого гаерства.

В тех же «Мещанах» Москва могла
ознакомиться и с хрошим, культур­ным актером Н. А Левкоевым (Пер­чихин). Что касаегся В. И. Разумо­ва, то на этот р3з он слишком оче­ловечил старика Вессеменова, лишив
его той страшной силы, какой наде­лил его в пьесе Горький.

Горьковская труппа имеет фял пре­красных актеров. Единое художест­венное руководство, творчески об’еди­няющее работу режиссерского коллек­тива, может поднять этот ансамбль
Ha большую художественную высоту.

Еще несколько слов об аудитории:
зритель хорошо воспринимал старую
пъесу М. Горького, не потерявшую
свежести и через 3—5 лет после ее
первой постановки. Мощный горьков­ский язык, красочные горьковские
персонажи и прекрасные афоризмы,
вложенные автором в уста героев, не
раз вызывали среди действия шум­ные аплодисменты публики.

А. КУТУЗОВ
	ри меня в свою бригаду» — говорит
он новому человеку, поднявшемуся на
пьедестал геройства. И, когда он слы­пит в ответ: «Беру!», он восклицает:
«Счастье!». Бежит карусель, летят ка­чели, продолжается праздник побе»
‚ды, победы труда.

Музыкой победы начинается и за­_вершается сценарий «Самый счастли­РЫЙ». И опять перед нами не новая
тема, а та же, что владела автором в
течение последних лет — тема любви
_к родине, тема нашего геройства, те­‘ма перерождения людей.

«Страна, которая борется за Gece
классовое общество, за мир, за лик­видацию войн, борется за повышение
своей обороноспособности, усиливает
мощь своей армии во имя подлинно­то мира во вселенной» — так фор­мулировал Зархи в одной из своих
тетрадей тему ‹Августины Верфель»,
Может быть, отсюда идет стремление
‚показать мощь нашего воздушного
флота, которое он осуществил в «Сз­MOM счастливом».

Может быть его не удовлетворил
Самсонов из «Москвы-Второй», может
быть, ему показался необоснованным
внутренний конфликт его — ударни­ка, потерявшего сознание величия
и важности социалистического тру­да, и отсюда родился Александр Са­мойлов, чтобы тему о счастье, насто­ящем счастье поставить по-новому,
более убедительно и четко. Может
быть, схематичными показались ему
и Варвара из «Автустины Верфель»
и Зойка из «Москвы-Второй», a of
создал Аню, простую и прекрасную
девушку нашей страны. И Зархи на­писал сценарий, достойно. венчающий
его путь кинодрамтурга. Тему со­циалистической родины, до сих пор
не нашедшей в нашей драматургии
достаточно высокого художественно­го отражения, он осуществил с боль­шим мастерством.

 
	«Стратегия будущей войны будет
стратегией комбинированного удара...
Мы должны  поваботиться о том, что­бы столь же разнообразны были сред­ства нашего искусства, не последнего
оружия среди друтих средств войны
и победы».

Эти слова из речи Зархи на первом
всесоюзном с’езде писателей он под
крепил прекрасным произведением,
которое войдет в арсенал блестящего
советского оружия, готового отразить
аюбого врага.
	бовал от фильма «любви к реальной
жизни людей сегодня и утверждения
оптимизма», он считал, 910 «худож­ник должен брать подлинную реаль­ную действительность и своим талан­TOM, © помощью средств своего твор­чества звать человечество к построе­нию новой жизни». Он искал и нахо­дил пути самоограничения не в вы­холащиванйи или сжатии идеи, a B
полном раскрытии ее каждый раз но­выми средетвами. /

— Я не люблю чувств и омоций
средней степени, — говорил он в сво­ей лекции на сценарном факультете
ГИК в апреле 1934 т., рассказывая 9
своем творческом методе. — Я ‘счи­таю, что в искусстве, которое с мак­симальной” убедительностью, с огром­вой силой воздействия должно рас­крытьзкакие-то глубочайшие жизнен­ные „процессы, нужны и образы мак­симальной выразительности.

Я думаю, что для художника обя­зателен максимализм во всем, — ма­ксимализм чувств, мысли. К этому
надо стремиться. Это вопрос качества
‘каждого ив нас как художника.

Это отношение к своему творчест­ву дало ему право заявить с высокой
трибуны ©’езда писателей.

«Киноискусству 53° нужны варяги,
ему не нужны ни гости, ни филантро­пы, Ему нужны работники, квалифи­цированные мастера, владеющие все­MH тонкостями этого искусства. Пой­мите, что звание советского кинодра­матурга так же радостно, так же
творчески насыщено и так же ответ­ственно, как звание советского драма­турга и COBETCKOTO писателя».

2
	Зархи пришел в театр, но Зархи
не ушел из кино. В 1982 г, он зая­bua: «Я пишу пьесу и работаю над
сценарием, я пытаюсь двумя различ­HIME средствами выражения дать
тему в театре и кино. В 1935 г. он до­казал это на деле: он оставил почти
законченную пьесу «Москва-Вторая»
и взялся за сценарий «Самый счастли­вый>. Для него, действительно; были
равноценны средства выражения те­атра и кино, ему важно было какими
средствами можно лучше, более вы­разительно, более полно, более доход­чиво выразить данную тему.
	— Л уверен, — говорил он Вьцити­рованном выше докладе, — что та
свежесть приемов и подачи явлений,
которая отмечена в моей пьесе, поя­вилась у меня от моей кинематогра­фической школы, и если говорить о
взаимоотношениях драматурга и сце­нариста, я бы сказал, что кинемато­графия прекрасная и, может быть,
необходимая школа для драматургов,
и не случайно что драматург, прихо­дящий в кинематотрафию, вынужден
перевоспитывать себя и переучивать
себя в гораздо большей степени, чем
мы, сценариеты, приходящие в ge­Вр

Но в конечном счете для него важ­на основная задача — средствами
высокого искусства отразить важней­шие темы нашей действительности.

«Человеческий труд и человеческая
мысль, направленность к освобожд­нию всего человечества — вот тема
нашей эпохи», — писал он в одной из
своих тетрадей. «Если первый этап
нашей драматургии — знаменовался
темой политического. перерождения
то тема нового, сегодняшнего этапа—
перерождение характеров наших лю­дей под вляинием фактов советской
действительности. Сейчас мы 6y­дем сталкиваться © темами— преодоле­ние трусости, становление храбрых»:
: друтом месте, в неопубликован­ной статье он писал: «Капиталисти­ческий мир’ готовит войну. Страна
Советов утверждает мир! Это сопоста­вление наталкивает меня на мысль
о том, что я должен все свои бли­жайшие работы в кино посвятить
борьбе за мир, за нового человека, за
расцвет личности во всех ее лучших
проявлениях, за яркую, свободную
индивидуальность нашего общества».

Из этого комплекса идей, — ро­дились темы, зародились новые про­изведения, которым не суждено бы­ло заверптиться. ;

Десятки страниц. йсписаны вариан­тами пьесы «Война» или «Автустина
Верфель». Тема этой пьесы ®— это
тема краха пацифизма, краха бур­жуазного гуманизма, Это тема боть­бы против войны, это тема пролетар­ского гуманизма, это тема нашей мо­лодежи, это тема отнов и детей, это
тема жизни и смерти.

Уже вырисованы четко тлавные
герои пьесы. Вот Августина Верфель
произносит речь;

«Мир был единственной моей
мыслью, И слово было единственным.
моим орудием. Слезы вдовы стали
моей ‘кровью; плач сирот — моим го­nocom. А вы уже ждете сигнала, тру­бы, зовущей вас в бой. В вашей по­ходк8-+ритм пехотинца на параде. На