СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО
	М. Гринберг
	АЛИ
Рес er
	НТЫ
	К. Березов
	ARC

м.

РА
	СЕТЕ ПАНЕе<СЬТЕ
	ee
называться  

ко дождя».

fea  зотел  

большие иден,
большие темы:
Ракезников перешел
от натюрмортов,

 
	EpAaTD B Be  
обтое впечат­yy OF летнего
or просы­yomel земли, от
ижей зелени, Но
изо 28 было в  
	) ды  ПНсать
(иоящий» дождь
узы,  З6млЮ?
удой  худож­пейзажей и порт­ретов к большим
сюжетным  полот­нам, и круг инте­ресов художника
расширился, ‚ 

Его первая боль.
ая комгозиция—
«Карл Маркс Ha
Гаатском конгрес­се». Кудожник ра­ботал над этой
	картиной с огром-.
	вым под’емом. Кар­тина эта сыграла
особую’ роль в
творческой биогра­фии художника, —
. она приблизила ето
к большой  соци­альной тематике,
Друтая большая
работа Ржезникова
в новом для него
жанре — «Удар­_ ник». В центре
	панно и RACH.   картины — рабочий изобретатель,
амое ‘изощренное   склонившийся нал станком. Хулож­склонившийся над станком. Худож­нику удалось передать и напряжен­ную мысль в тлазах изобретателя, и
	Ш, паходивитийся в самом начале   стремительный ритм работы цеха.
	юрческом пути,. безуспешно пытал­и выразить волновавшие ‘его чувст­в Выход был один — учиться у
амуры», учиться реалязму. ОМ
ризников ищет выход из тупика
, свойственной ему убежденноотью
`астойчивостью. Его мастерская’ за­пахотся десятками натюрмортов. Та­(раки, столы, холсты, лимоны, чай­Ш — В самых неожиданных ком­цициях, в самых причудлявых co­уплиях. Художник училея техни­WIM приемам реалистической жи­ured.

(днако, содержание картины, пред­#1 паображения интересовали его при
и мало. Многочисленные натюр­вы, написанные в этот период,
WIN и безжизненны. Аэбука ис­ит давалась ему! нелегко. Он
зизлял табуретки стоять на одной
11, переворачивал вверх дном
юхиканники. Ради ложно понятого
муз композиций, чтобы  сохра­IMD линию круга, он заставил ол­«Сталелитейный цех Краматорско­го завода». В этой картине есть все,
	EEE

^^ УЧИТЬСЯ У1увлекающее Ржезникова, — и Фоль­no Tere tt
	шая композиционная залача, и четкий
ритм, и красочная перспектива чекан­ных конструкций цеха Ржезников
считает эту картину эскизом будущей
монументальной композиции, Это. его
ближайшая Дель — большая мону­ъ‘ментальная фабота. Папки художни­ка полны эскизов к этим работам —
здесь наброски портрета Бетховена,
материал для большой картины «Уз­бекистан» и др.

Недавно художник приехал из’ Чер­витова, Он привез ©\<0бой около трёх
‘десятков чернитовских пейзажей —
это, пожалуй, лучшее из всего, на­писанного им, Широкие просторы,
быстрые реки, могучие деревья —
цветущую жизнь украинской земли
запечатлел в своих пейзажах худож­ник. Все пейзажи написаны в. фов­ном, радостном настроении, в той
		Самосуда с Ханаевым— замечательный
пример того, как может и как дол­жен работать оперный дирижер с
певцом. Но сценически Ханаев еще
весьма плох. Оперный трафарет,
штампованная жестикулация, опер­ные «переживания» попрежнему за­меняют ему перелачу. подлинных
чувств, подлинных драматических
эмоций. Недостаточно выразительно
поет и неудачно играет и Сливин­ская (Лиза). Много ложного драма­тизма и у Петровой, в чисто вокаль­ном отношении очень культурно и
музыкально исполняющей роль тра­фини. Музыкально очень. вырос Ва­турин (Томский). Но сценически он
	все также обеспомощен, также неуклю­же размахивает руками и не умеет
двигаться, Для всех исполнителей
характерно именно это расхолеление
между вокальным исподнением и ис­‚полнением чисто драматическим. В
	результате — некоторая двонствен­ность и противоречивость чувствуется
во всей обновленной постановке «Пи­ROBO дамы», Эти противоречия в
спектакле со всей ясностью отражают
и вскрывают огромные трудности и
претиворечия той перестройки, кото­рая идет сейчас в Большом театре.

Эта творческая перестройка ГАБТ,
которую столь успенно начал и 66а
сомнений завершит Самосуд, должна
коснуться всех звеньев художествен­ной работы Большого театра. Начатая
© музыкальной: части, она одновремен­но должна распространиться и захва­тить и область драматического воспи­тания актера, и работу художника
по художественному оформлению
спектаклей и т. д. Что же касается
«Пиковой дамы», то мы должны быть
блатоларны Самосуду за возрождение
в этом спектакле музыки. А кроме то­то, перефразируя слова Станислаз­ского, мы в этой обновленной поста­новке находим «хорошее новое уже
то, что в ней не допущено многое
старое плохое»,
	Редакция «Советского артиста» He
позаботилась даже о том, зтобы 9с­ветить творческую  дискувсию, воз­никшую среди художественных работ­ников Большого театра в связи с но­вой трактовкой «Тихого Дона» и «Пи­ковой Дамы».

Не может такая тазета вести за ©0-
бой коллектив!

«Ко всему этому следует добавить,
что газета страдает обилием грамма­тических ошибок и безграмотных вы­ражений», так пишет «Советский ар­тист» 0б одной из цеховых стенных
тазет Большюго театра. То же самое
можно сказать и © самом «Советском
		«Пиковая
	СЧАСТЛИВЫЙ ПУТЬ

Сетодня на Дальний Восток уезжа­ет тевтр Ленсовета. Московские
организации не случайно посылают
именно’ этот театр на смену МРХТ,
закончившему свою работу на Даль­нем Востоке, Коллектив театра Лен­совета выров и развился из неболь­шой труппы выпускников Цететиса,

начавшей свою ‘деятельность 10 лет.

назал в бывшем Замоскворецком теа­тре. ;

Работая в центре крупного проле­тарского района, театр естественно
стремился удовлетворять насущные
запросы рабочего зрителя района.
Широкий круг интересов этого зри»
теля определял и репертуарную по­литику театра. Доминирующим было
‘стремление дать полноценное совет
ское произведение. Но и классика
не оставалась за пределами внима“
ния коллектива. Известная самостоя

тельность, стремление к поиску cobs.

ственных путей всегда ощущались 8
театре Ленсовета и сказались в ряде
оригинальных ‘и самобытных поста
HOBOR.

Та же связь с рабочим зрителем
определила стилевые тенденции теа“
тра, как театра целиком реалистиче­ского. Эта тенденция нашла свое
выражение в работе художественного
руководителя К. А. Зубова, выдаю­щегося актера советской сцены, ру­коволящего театром на протяжении
последних пяти лет. При его ненпо­средественной помощи труппа театра
выросла и воспитала ряд весьма
талантливых артистов, в том числе
Левыкину, Белоусову, Лабунскую,
Кашинову, Орлову, Плотникова, Чау­сова, Любимова, Морского, Евстигнее­ва, Треплева, Мапгкова, Кузовкова.
Особо должно упомянуть Матисову,
артистку несомненно яркого дарова­ния, возможности которой, как ка­жется, еще целиком не раскрыты.

Перед своим от’ездом на Дальний
Восток театр показал свою новую ра­боту «Герман» по Пушкину.

Самое. название пьесы ‘вызывает
двоякое ощущение — острый ннте­рес и известную настороженность.
Интерес -- пятому, что это первая
«пушкинская постановка» в серии
готовящихея работ в связи с юби­леем великого поэта. «Герман»—
стало-быть, «Пиковая дама». А как
же поставить в драматическом театре
«Пиковую даму», уже обретшую со­вершенно определенную театральную
традицию в гениальной музыке Чай­ковского и оперных постановках?
Естественна и настороженность: «ин­сценировка» слишком часто. стано­BUTCH синонимом халтуры. Могло’
случиться и так, что Пушкин пред­станет в искаженном, изуродованном
виде, как в св0е время оказался
изуролованным Бальзак («Человече­ская комедия»),

НО

 

=

+; Плотников в ропи Германа

кратов, перед которыми открыты в
пути в жизни. ^

В полном соответствии © Пушк
ным обрисована авторами пьесы
Лиза. Зритель чувствует, как «гори
чужой ‘хлеб» Лизе, как для нее «т.
желы ступени чужого крыльца».

Столь же выразительны, жизнени
оказались и другие образы -повесб!
— Томский, Полина, графина. Гора
до менее убедительным вышел Ми:
ский. Попытка воплотить в этом о
разе идеи отгремевитих «декабрис
ских бурь» оказалась несостоятел!
ной. Основные события пьесы пр
ходят мимо этой темы. Можно п
нять намерения авторов, но нель:
признать их осуществленными. Ми!
ский бродит в пьесе блелной Ten!
fla это и неизбежно: Минский
Пушкина не декабрист и не Чацки:
Активность чужда ето натуре. Стр
сти утасли, молодость миновал
Если признать закономерность это!
образа в пьесе, то именно толь
хак образ холодного ироническо 
наблюдателя и комментатора cod:
тий светской жизни,

В своей постановке театр стреми:
ся слеловать за текстом. Он хот
	Всего этого, к счастью, нё случи­лось. Перед нами не лишенное, прав­да, некоторых нелостатков, но все же
целостное художественное произвеле­ние, в котором образы Пушкина наш­ли необычное, но живое воплощение.

В основе пьесы — «Пиковая да­мах Пушкина. Но стремясь расши­рить, сделать более живописным,
ярким HW значительным обществен­ный фон, на котором разыгрываются
основные события повести, стремясь
Е обогащению введенных в пьесу
характеров, авторы (М. Гус и К. 3у­бов) использовали целый рял пуш­кинских произведений в прозе, тлав­ным образом ряд незакояченных
произведений и набросков. «Роман в
письмах», «Гости  езжались на
дачу», «На утлу маленькой площа­ди», «Мы проводили вечер на даче»,
черновой вариант «Етипетских но­чей», «Гробовщик» из «Повестей
Белкина» использованы авторами,
Материал выбирался с необычайной
тщательностью. Благодаря этому` ряд
персонажей, которых Пушикн лишь
вокользь упоминает в «Пиковой: да­Ме», в пьесе оказался конкретным и
реальным,
	Наиболее органичным“в пьесе ока­залея образ Германа. Он именно та­ROB, каким нарисовал его Пушкин.
Он «скрытен и честолюбив», имеет
«сильные страсти и огненное вообра­жение». Это человек, который не
останавливается ни перед какими
средствами для достижения своих
целей. Он жаждет славы и денег. Ов
в этом смыеле напоминает зауряд­ный‘ обряз` «молодого человека ХХ
века», правда, в его весьма своеоб­_ [разном русском обличии. Железной
	стеной стоят на его пути Томские,
богатые потомки роловитых аристо­Центральную роль Бойтре играет
	В своей постановке театр стремил»
ся слеловать за текстом. Он хотел
воссоздать на сцене трагедию Гер­мана, воссоздать тот фон холодной
и пустой светской жизни, который
нарисован пьесой. Это удалось теа­тру лишь в основном, в главном.

олодой коллектив никогда еще не
ставил и не играл подобных пьес,
Это сказалось на исполнении ряла.
ролей. Блестящие гвардейские мун»
диры сами по себе не могли воссо»
здать характеры эпохи. Не нашел
театр соответствующих исполнителей
‘для некоторых. ведущих ролей. Не
находит нужного тона, например,

Лиза, слишком сильны навыки, при»
  обретенные в бытовых ролях. Тот
же грех сказывается. в. игре Любимо*
ва (Томский). Это милый,  добро­душный персонаж из «Поднятой цв»
лины», шутки ради напяливший BB
себя мундир гварлейского офицера.
Это не тот надменный богач, кути»
ла и вивер, которому так завидует
и которого смертельно ненавидит
Герман.

Наиболее интересным образом спев»
такла оказался Герман в исполнений
Плотникова. «Огненное. воображение»
Германа, о котором говорит Пушкин,
Плотников доводит до степени ма»
ниакальности. И против этого не при»
ходится спорить, ибо современный
эритель не может воспринять Гер»
мана иначе, как человека MAHHAe
кального, одержимого. Но одержи»
мость эта, дьявольское стремление во
что бы то ни стало добиться цели,
разбогатеть и выслужиться, встать
в один ряд`или даже впереди Том»
ских, Нарумовых, вызвано совершен»
но определенными ‘обстоятельствами
— беспросветностью, бесперспективь
ностью жизни Германа. В этом смы­сле Герман — носитель том проте»
ста, который вскоре в иной форме в
иными средствами выразят предста»
вители русского «третьего сословия»,
Вот эта сторона пьесы и пушкин­ской повести ощущается менее яв»
ственно. И не столько может быть
по вине Плотникова, сколько потому,
что зрителю трудно установить, ощуз
тить, воспринять разницу между Гер­маном и Томсвим.

Бесспорно интересный характер
создает Матисова в роли Полины.
Это холодная, надменная кокетка, Не
лишенная, правла, и черт обаятель­ности. Но в сцене с Томеким Мати»
сова также сбивается на тон быто­‘вой комедии, чуждый той среде, пред­ставительницей которой является По­лина. Очень трудная задача выпала
na долю Левыкиной (графиня). Не­легко в наити дни играть «привиде­ние» и нё менее трудно ‘преололеть
десятилетиями утвердившийся опер­ный штамп этого образа. И все же
Левыкина справляется co своей з4-
дачей. Зритель верит в резльность об»
раза старухи.

Большое место в спектакле зани­мает художник Пименов, может быть
даже слишком большое. В его офор
млении ощущается внутренняя борь­ба самого Пименова, иллюзорное со
четазтся © реальным. призрачное @
‘вещным, Реалистические интерьеры
‚и павильоны и иллюзорные залники
‚и кулисы, Петербург кажется фанта»
‘стическим, То же относится к кули­сам, в какой-то мере _ воспроизводля­щим стиль пушкинских рисунков на
полах рукописей. Это может быть
хорошая живопись, сама по себе
интересная, но. она привносит в
спектакль чрезмерный элемент ус­ловности, чуждый характеру поста.
новки и пьесы. Пименов талантли­вый художник, но его стремление
обособиться, стремление к. независи­мому от текста решению. не может­быть признано закономерным.

Указанные нами нелостатки спёк­такля нимало не умаляют его суще:
ственных и реальных достоинств. За­дача коллектива заключается в том.
чтобы повысить общий уровень ис­полнения, сделать спектакль более
строгим и стильным. Новый’ замеча­тельный зритель, который будет смо--
треть и судить спектакль театра, до­CTOHH самых совершенных, самых
ярких художественных проиавёлений.
В борьбе за новые достижения поже
лаем театру удачи.

  
	дама» В
	ки Самосуда мы должны сделать
‘одно замечание, Освобождая Чайков­` ского от ложнодраматических штам­‚пов, Самосуд, нз наш вагляд, уда­рился в друтую крайность, — он все
внимание свое’ сосреяоточил на’ ли­рике «Пиковой ламы». Спектакль идет
сейчас в несколько замедленных тем­пах, он весь выдержан в сугубо ли­рических, порой даже сантименталь­ных тонах. Нам кажется это недоста­точно мотивированным. При всей ли­рической наполненности и напря­женности музыки Чайковското, в «Пи­ковой даме» ‘все же ведущим и опре­леляющим является ее ярчайший и
тлубокий драматизм. В этом смысле
«Пиковая дама» — не «Евгений Оне­тин», и попытка трактовать ев просто
как «лирические сцены» (а именно
так по существу двет ее Самосуд) ве­дет к тому, что спектакль моментами
теряет свою динамичность, свою
внутреннюю единую линию музыкаль­н0-драматического развития,
`Подчеркнуто лирическая ‘интерпре­тация «Пиковой дамы» на этот раз
оказалась особенно спорной.

Дело в том, что начав с коренного

и решительного пересмотра музы­кальной стороны спектакля, Самосуд
в значительной мере этим и ограни­unica. Правда, — как уже было ска­зано, — в двух еценах изменено ху­дожественное оформление. Но вопрос
идет не только о декорациях спек­такля, хотя нужно сказать, что за
‘исключением спены на канавке все
оформление в «Пиковой даме», сде­ланное Дмитриевым, по своему стилю
противоречит Чайковскому, 8 сей­час при, лирической трактовке «Пи­ковой дамы» находится с музы­кально-драматическим содержанием
спектакля просто з кричащем проти­воречии. Но, повторяем, дело не
только в оформлении. Важно то, что
и сценичебки спектакль еще недоста­точно освобожден от штампов, от
крикливой мелодраматичности. 9т0 в
первую очередь сказывается на игре
главных персонажей.

Укажем на Ханаева (Германа): он
поет сейчас в «Пиковой даме» неиз­меримо лучше, чем раньше — работа
	Вместо обзора печати
	Этому спектаклю сейчас возвра­щенв музыка, тениальная музыка
Чайковского. Трудно назвать друтую
оперную постановку, в  которой бы
так цинично и откровенно были по­праны права музыки: в ГАБТовской
постановке, в свое время сдёланной

ежиссером Смоличем и художником

митриевым, все было отдано в уго­ay дешевой красивости и пышности,
внешнему блеску  гранд-оперного
спектакля. Среди малахитовых ко­лонн, в ‘складках тяжелых драпри
затерялась. поникла, исчезла музы­ка. Ныне — хотя некоторые недо­статки этого спектакля еще не пре­ололены — в «Ннковой даме» в

ГАБТ вновь слушаешь Чайковского,
Это большое и серьезное достижение
дирижера Самосуда.  

Hise сцены в этом спектакле сде­ланы заново, им дано новое оформле­ние — это сцена у графини и сцена
в казарме, — она происходит сейчас
действительно в казарме, а не Ha
Улице, возле сторожевой будки, как
это было в первоначальной редакции
спектакля. Перестановка эта имеет в
данном случае большое принципи­альное и, если утодно, символиче­‹кое значение: спектакль’ сейчас
музыкально полновеснее, он стал ка­мернее,  напевнее. Дело злесь не
только в. той плодотворной работе,
которую провело Самосуд © орке­стром, эвучащим сейчас как поллин­но симфонический ансамбль (прекра­сно звучат струнные, деревянные
духовые, приглушена медь, ‘рельеф­но и тонко передаются все характер-.
ные особенности — инструментовки
Чайковского). Стихией музыки пы­тается Самосуд пронизать и окутать
весь спектакль, все драматическое
действие. Интерпретнруя Чайковско­то, Самостл прежде всею ‘хочет
снять с «Пиковой’ дамы» тот налет
ложного оперного драматизма, ту де­шевую патетику и оперный штамп, ко­торые «освящены традицией» и ко­торые искажают подлинный образ
этого ‘замечательного творения Чай­ковското. Во мноюм 910 Самосуду
уже улалось.

Однако, по поводу самой трактов­Никогда еще Большой театр не жил
такой напряженной творческой жи­знью. Назначение нар. арт. респуб­лики Самосуда художественным ру­ководителем внесло решительные из­менения з систему и стиль работы
театра. Вместе с т. Самосудом в. театр
пришаи новые художники и режиссе-\
ры. Новые задачи встали перед му­зыкальной частью театра, новые худо­жбственные требования пред’явлены.
зедущим артистам.  

Казалось бы, что многотиражка
Большого театра «Советский артист»,
выходящая три фаза в месяц, имела
время и возможность осветить на
своих страницах самые жизненные во­просы творческой работы театра, по­1, в первых с30-
дученических р8-
(их, Целиком на.
удался под влие
илом «беспред­{tTHEROB?, nite
етих м.
ауру». deers
в сонми сверст­guy и едино­никами
маников изтонял
в (0нх картин
кий реальный
всякое соде manne ’ идею.
был тупик. Самое Яо
янлирование абстрактными форма­ин к чему не приводило. Худож­и из ватурщивов в «портрете че­‘прозрачностью и чистотой рисунка,
	вех художников» стоять в ©овер­io фантастической позе, ‘© заки­т0й ва голову рукой. Может быть,
	которые так характерны для дарова­ния Ржезникова. Это настоящая ‘ра­В стороне от жизни
	мочь новому художественному руко­BOACTBY B ломке косных традиций,
помочь руководству превратить ГАБТ
в передовой театр. Однако, вышедигие
в сентябре и октябре номера. «Совет­©кого артиста» убеждают нас в пол­нейшем равнодушии редакции ко всем
этим вопросам. Газета подробно и об­стоятельно, из номера в номер; пи­шет о «решительной борьбе с пылью
на сцене», о нёиоправной бутафории
и нерадивых пожарных. Нашлось ме­сто даже для «Извещения Управле­ния почтовой связи г. Москвы», Но
ни одной статьи о художественной
линии театра, © работе над новыми
спектаклями, © творческом профиле
артиста Большого-тезтра тазета, не по­местила..
	(000 художника эти эксперименты   ДОСТЬ, 063 излишнего  ®расноречия.
wie OW в сторону от реализма, к  Здесь получило форму то, что когда­Софья Стругова
	умалистическим трюкам. Но талант­пый Ржезников избежал этой уча­1 В емо творчестве победило здо­\\ реалистическое начало. Дейст­1еЛЬНосТЬ Подеказывала художнику
	то безуспешно пыталея выразить ху­дожник в своей юношеской картине
«После дождя».

  Л. ДОМБРОВСКИЙ
	«Слава» в Малом театре!
	уаеные полотнища четырех ог­мых — на всю высоту сцены —
ив образуют торжественный ga­wes, Легкие, воздушные декорации
уожника Оцхели, дающие на фоне
-\0 московского пейзажа, то суро­№ природы Кавказа — только кон­Ты сценической обстановки, при­HEN подчеркнуть обобщенность ха­мтеров пьесы и снять со спектакля
и какой бы то ни было буднич­зи, Малый театр’ воспел скром­NM семью советских людей, — «бое­№ подразделение», в любую минуту
вое для счастья родины вышол­Im свой долг, и тех, кто эту семью,
млившую одну шестую мира, вы­№тнл и воспитал.

тр видимо не занимала «про­а славы», как она намечена в
м} В, Гусева. Тема противостоя­ш друг другу «простака» Мотыль­№ и «вспышкопускателя» Маяка
№118 в опектакле второстепенное
ит, Ведущий его идеей стали:
рая чуткость большевистского
Моводства и советский патриотизм,
рых пронизана наша жизнь. Так,
\пральными фигурами спектакля
ди начальник Очерет и Мария Мо­IBKOBG. у

№ конфликты пьесы (Мотыльков
> Маяк, Мотыльков = Елена) ока­мись здесь нужными раныше всего
\ тою, чтобы наиболее полно рас­Тыь основные черты характера.
рута: зоркое умение распознавать
№11 п ставить их на соответствую­№8 места” непреклюнную твердость
©, чувство величайшей  ответ­Пинности за принимаемое решение,  

ую любовь к человеку и, глав­1% сложную большевистскую про­try поведения всегда и со всеми.
ижтяский, играющий Очерета, не
Лускает  буквально ни одной предо­Ъпавленной ему текстом возможности,  
	№ том, чтобы ее до конца не ис­\Щыовать для всесторонней харак­Нристики образа. Мы бы не сказали,
(нахо, что актер уже завершил свою
hry, Менжинский порою еще
Ther простоту, в его исполнении то
До мелькает «поза простоты», В
мМыейпих спектаклях  талантли­актер несомненно найдет иско­1 им в образе Очерета ортаниче­37, мудрую простоту начальника—
уиийца, и тогда Очерет Менжин­tM по праву войдет в таллерею
ших на советской сцене образов
cmennea. м
	4im Мотыльковых на премьере
ла Турчанинова. Актриса иска­\ простых и сильных изобразитель­№ средств, Она’ стремилась ©0-
Ut реалистический образ, насы­\иный мощным романтическим по­№, Очастливо избегнув сентимен­\ности, она не преодолела, одна­h вовоторой риторичности монбло­№, Аплодисменты врительното зала
И упоминании в пьесе имени ве­ий Юрмоловой ‘ясно сказали о
\ акие пламенные чувства хотел
Чон «ейчас познать в стенах Ма­tno театра, 3

О пламенных чувствах, находящих
Мижение в простейших поступках,
‘Roper вель пьеса Гусева. Эти
ВА рудоволят не только инже­Олимпиада чтецов.
_ пушкинских
_ Произведений
	у вольная комиссия при Всесоюз­, Ушкиноком комитете проводит
mitkany чтецов пушкинских про­дений,

рый вечер состоится семдня в
Гоозском городском Доме учителя.
„Слит учащиеся ю педатоги опыт“
‘I Mxor ay, Радищева и им. Ле­“J0ckoro, а тякже школы № 899
	Вх района,
	пером‘ Мотыльковым, но и проф.
Черных, но и актером Медведевым,
любовно воспитывающим на  старо­сти лет советскую вктрису. Поэтому­то Медведев и существует в данной
пьесе. Поэтому-то он член «бемьи
Мотыльковых». Его актерская, вос­торженная «театральная» лиричность
движима большим сердцем советско­го человека и поэтому-то она не­сколько иного свойства, чем это уви­дел и очень арко показал Н. Яков­лев. Медведев кажется нам тише,
скромнее, проще, глубже. Он, ‚веро­ятно, много думает, не все еще по­нимает, хотя все новое принимает и
тотов ему всемерно служить. Яков­лев же’ чрезмерно подчеркивает ак­терский жест Медведева. Весною, на  
	генеральной репетиции, Н, Яковлев
сыграл роль Медведева теплее, ио­креннее, без важимов. Анненков (Вз­силий Мотыльков) стремится вопло­тить в создаваемых им образах воле­вые черты командира Красной армии,
обаяние скромности, выдержки,
умного юмора и сильных чувств.
значительной мере это ему удается;
Хорошо и умно играет профессора
Черных Нароков, вызвавший одобре­ние ‘зрителей.

Каковы бы ни были недостатки ®
исполнении отдельных. ролей (Белев­цева, Слободинская), новый  спек­такль Малого театра— это культурное
и со вкусом сделанное театром пред»
ставление. Спектакль полон любви
к налпим дням и людям, и будет
несомненно хоропю принят врителем,
			8 KOS октября. в­Кемерион-тезтре состоится премьера музыкального представления «богатыри»; шузы.
ка А И Боролина. текст Лемьяна Bensoro. mocrcvonwa: натопного ботиста Республики А. с @Koos2,
	Как мы уже товорили, в отдельных
	И. Бородина, текст Демьяна Бедного, постановна’ надодного артиста Республики А. Я.
‚ -, оформление художника  П. Д. Баженова (Палех), дирижер — засл. арт. А. Метнер.
		» [2 № осет

ВЫЕлАЛЯТ в слевтакле итога роди.
вымн масками.  

Не подлежит никакому coxtenmn,
что в лаком искажении исторической
действительности в аначительной Wee
	ре. повинен. художник о Ттышлер,
оформлявший опектакль; Слишком
разительно противоречие между
	правдивостью пБесы и мертвой cxo­сценах режиссер невольно тянется к   Зускив. ‘Ему трудно было создать
		художнику, а через него к изжитым
дурным традициям театра. Таково,
например, начало первой лесной сце­ны, которая своей медлительной на­пряженностью, неподвижностью,. со­вершенно метерлинковской тревотой
напоминает плохой мистический
спектакль Госета «Ночь на старом
рынке», :
Безусловно, надо ненавидеть про­шлое, необходимо к нему критически
относиться, но He BCe B пронлом
плохо, не все было так уродливо и
деформировано, И в прошлом еврей­ского народа, как и в прошлом дру­образ сильного и мужественного,
‘эмоциональното человека. Вся талле­рея ранее ебзданных им образов
угнетенных, забитых, трагикомиче­ских людей противоречит образу
Бойтре. Зускин нашел выход в мяг­кой лирической трактовке Бойтре.
Это вполне законный выход, и в
этом плане Зускин © честью cupa­вилея с ролью, Но все же Бойтре
хотелось бы видеть более сильного
и мужественного.

В роли Арн-Волфа мы видели двух
актеров: Гольдблата и Шидло. В об­щем хорошее исполнение Гольдблата
встречает то. возражение, что оно
слишком «интеллигентно» и сугубо.
театрально. Шидло создает гораздо
более правильный образ грубоватого
и сильного человека еврейского «го­родского помещика»,
	Очень хорош бадхен — Финкель­краут, но в нём еще мало доброду­шия и простоты, которые должны
притти и несомненно придут после
нескольких спектаклей.
	Своенравный и резкий характер
Старки отлично воплощен Шапиро.
Ее угловатость, ее порывистость пре­восходно передают характер образа,
который вместе с тем остается и глу­боко лирическим в сценах с Бойтре.
	Интересно играет возницу Хазак,
Грубоватое добродушие, юмор как
нельзя лучше ‘передают типические
черты еврейского балатулы.

Прекрасый музыка Пульвера, хото­рая представляет собою тармониза­цию подлинных еврейских народных
мелодий. Гармонизация эта сделана
без всякой изошренности и с боль­шим мастерством. В упрек Пульвеэ
все me следует поставить ТАН
разное’ вступление ко второй карти­не. № чему эта модернизация?
	Спектакль «Бойтре» несомненно
войдет в репертуарный фонд театра,
и поэтому необходим ряд коренных
переделок — прежде всего измене­ние оформления и костюмов.
	И в заключение: почему бы рус­скому театру, который из перевод­ных еврейских авторов ставил тол$-
ко Гордина, не поставить хорошую
пьесу Кульбака?
	«Разбой Ройтое»
	Пъеса Кульбака — ето подлинно
	народная пьеса, написанная © глубо­ким проникновением в характер эно­хи и еврейский быт николаевской
Pocenu 30-x дов прошлого века. Ев­рейское местечко He окружено’ ро­мантическим флером, как это было в
прошлых ‘пьесах, ставившихся Госе­том на «местечковую» тематику.
Социальные грани’ не’ стерты, —
Кульбак показывает различие между
ботачами, захватившими власть В
общине («катал»), действующими B
своих классовых интересах совместно
с польскими и русскими угнетателя­ми-помещихами, и  обездоленной
тородской и ‘деревенской беднотой,
изгнанной правительством Николая 1
с насиженных вемель. Бездомные,
лишенные крова и пищи, они ски­таются по лесам. «Катал» не пускает
их в город. За бедноту вступается
летендарный еврейский разбойник
Бойтре. Его имя приводит в содра­`ание богатых евреев и руководите­лей релитиозной общины — «Еатале>.
В этом «калале» как нельзя лучше
показано opacranie религии © ком­мерцией. Священный «катал» слу­жит лишь лицемерным прикрытием
для хищнического накопления и грв­Oema. —
Не трудно узнать в разбойнике

Botttpe — черты шиллеровского. Кар­aa Moopa. Ho это только отдельное
сходство. У Бойтре нет никакой осво­бодительной программы. Его соци­альный протест формируется в про­цессе его личной борьбы за порутан­ную жизнь, ва горькие обиды, ва все
издевательства, которым он подвер­тался, Он мстит, и так как он мстит
богачам, беднота инстинктивно ТЯ
нется к нему. Бойтре борется и за
личное счастье. Он любит дочь руко­водителя общины, и она отвечает ему
нежной взаимностью. -
Пьеса ‘овеяна романтическим ду­хом, что нисколько не мешает ве
образам быть реалистическими, Это
ив маски или социальные иерогли­фы, но подлинно живые люди $0 ©во­ими характерами, со своими страстя­ми и типическими чертами,

В одинаковой мере хорошо показа­ны и положительные и отрицатель­ные герои пьесы. Очень скупо сде­ланный образ Бойтре очаровывает
какой-то внутренней стихийной си­лой. Очень ярко ‘написан автором
Арн-Волф —\ руководитель общины.
Это изворотливый, хитрый и уверен­ный в себе врат, & не гротескная ма­ска врага, которую мы привыкли
видеть на еврейской сцене.

Разнообразны по CBOHM характе­рам и другие образы пьесы, Прекра­сно написаны эпизодические роли, в
особенности музыкантов, во главе
со своим «дирижером», еврейским на­родным шутом — бадхеном. Лесная
беседа музыкантов, построеннал н8
остром диалоге, состоящем из шщу­ток, прибауток, юмористической фи­лософии, сделана с живописностью,
напоминающей лучшие шекспиров­ские сцены в этом роде (например,
разговор могильщиков в. «Гамлете»).

‘Boa пьеса написана сочным, коло­ритным языком, © великолепным
знанием быта, с проникновением в
дух народа. В «Разбойнике Бойтре»
много народных песен и мелодий,
значительная часть которых собра­на самим Кульбаком.

Все эти качества делают пьесу
Кульбака не только лучшей пьесой
еврейского репертуара, но и одним
из лучших достижений советской
	драматургии вообще,
ля ‚Юврейското театра спектакль
«Бойтре» является  чесомненной
	удачей. В основном режиссер спек­такля Михоэле понял сутубо pea­листическую структуру пьесы, почув­ствовал народность ее стиля и 00-
держания. Но’реалистичность и на­родность показаны театром сквозь
дымку. старых, и, надо. признаться,
дурных тралиций. Блатодаря этому,
вполнбё реалистические образы пьесы
	ластикой тышлеровских. декораций.   тих народов’ нашей ‘великой родины,
	Подобно Акимову, Тышлер несомнен­но обладает. внутренней режиссер­ской мечтой. В то время как для
Театра ключ к. пьесе. лежал в ее
историчности, в. ее «народности, жи­вой, бодрой и оптимистической, для
Тышлера она оказалась предлогом
для невото варианта местечковой
фантасмагории.
	Кривые падающие стены, выпуклые
потолки из дерюти, якобы должен­ствующие дать образ еврейского ме­стечка, жалкие, бедные и уродливые
зксессуары и бутафория, даже когда
действие происходит в богатом доме,

тесковые, грязные, уродливые, де­рмированные и зверообразные, 38

небольшими исключечиями, тримы—

таков внешний облик спектакля. Кон­цепции ‘автора и режиссера настолько
отличаются от художественной кон­цепции Тышлера, что невольно в0з­никает вопрос, понял ди художник
пьесу, прочитал ли он ее как следует?
Вероятно, понял, вероятно, прочи­тал, но вместо того, Чтобы искать
художественное решение в самом
тексте, он, очевилно, желая преодо­леть ее «бытовизм», ударился в дру­тую крайность. В результате получа­ется вполне «последовательный» фор­мализм, своими корнями связанный с
шаталовским «периодом» в театре.
Дымка, которая окружает спектакль,
— надо прямо сказать, — это шага­ловско-гранювская дымка, от которой
театру давно уже пора избавиться.
Прра понять, что шагаловские тради­ции ни в какой мере не отражают
еврейского народного быта.
	 
	было много такого, чем слелует DOpP--
	дитьсл. И в грязных местечках, в
обездоленных еврейских кварталах,
и в душных «тетто» текла живая
жизнь, била ключем человеческая
протестующая мысль. Лучшие пред­ставители еврейского народа рука об
	‚руку с революционными трудящими­ся других народов боролись за прэ­красное будущее. Правильно пока­зать прошлое — это значит показать
его во всех противоречиях и во всем
его разнообразии, & не прибегать
только к крайним полярным крас­кам: идиллии и гротеску. Это отно­сится не только к данному спектак­лю, но и ко всей дальнейшей работе
Еврейского „театра. Пора уже отка­заться от нигилистического, интелли­тентско-барского отношения к своему
прошлому, в чем бы это отношение
ни выражалось, — во внутренних
или во внешних чертах спектакля,

Шумный успех «Бойтре» у зрите­ля надо целиком отнести за счет са­мой пьесы, выдающегося актерского.
исполнения и талантливой режиссер-.
ской работы Михоэлса, которая, од­нако, не всюду является эффектив­ной, исключительно благодаря 6ес­престанной внутренней *борьбе ре­жиссера с художником, Все, что от­носится к трактовке образов, сделано
Михоэлсом тлубоко и хорошо, Что
же касается мизансцен, которые в
известной мере связаны с простран­ством сцены, ее оформлением, то
здесь Михоэлс чаще всего попадает
в тышлеровские об’ятия.