СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО
	В; М: Максимов
	К двадцатипятилетию со дня смерти
	живописи в Петербурге, сначала у
богомаза Пешехонова — «придворно­го мастера, старшего начальника ико­нописного цеха», а затем в. мастер­ской богомаза Ярытина.

Послё*полученных урывками у ху­дожника Сметанникова уроков рисо­вания в школе при Технологическом
институте и в доме академика Забо­лотском, Максимов в январе 1863 г.
поступил вольнослушателем в Ака­демню художеств.

Записки Максимова об Академии
лишний раз дают возможность убе­ДИТЬСЯ в ТОМ, какое волнение вызвал
в Академии известный конфликт три­надцати учеников. ‘Младшие курсы
Академии горели теми же стремле­ниями, что и Крамской с его сверст­никами. Вместе с Максимовым учи­лись Репин и Савицкий, и «в­дни
экзаменов, когда осматривали эскизы
на библейские темы, стон стоял от
хохота над иными эскизами».

Велась . систематическая агитация
за реалистическую живопись, за оста­вление ‘Академии ‘по окончании кляс­©ных ванятий, за отказ от конкурс­ной работы и заграничных команди­ровок. Особое рвение в этом деле про.
‘являл’ Последователь Крамского П. А,
Крестоноюсцев, основавший вторую ар­тель художников, членами которой
были А. Киселев, П. Кушелев, В.
Бобров, А. Дамберг. В эту артель
вскоре вощел и Максимов, со своим
приятелем художником А. Шурыги­ным.

Просуществовав не более полутора
лет, артель эта распаласт. История ee
	статья ИЕ
	обширных чертогах картины В. М.
Максимова займут почетное место; и
из поколения к поколенидм будет
традиционно переходить к ним лю:
бовь‹и сердечный интерес‘ бедным
формам ‘бедного быта предков, а имя
автора будет вспоминаться и чество­ваться периодически и. будет 6ec­смертен скромный художник со всею
простою наружностью. И все реаль­нее и знакомее будут казаться воз­величившемуся потомству его доро­гие черты, и все дороже будут це­ниться его правдивые картинки. Их
будут любить и вечно будут ими лю­боваться.

> Вот — награда художнику,

И это не фантазия к случаю, уте­шение в горькой юдоли: Нет, счастье
художника, как художника, несом­ненно заключается в этой очастли­вой находке своей «зеленой палоч­КИ»; ТОЛЬКО ОЙ» и укажет ему путь
в ето «царство небесное».

Может показаться, что Максимову
просто и без. борьбы принлюсь доз
стигнуть своей художественной. веч­ности. Нет, в действительности на
пути его было много искусов и с0-
блазнов, много заманчивых дорог и
более блестящих перспектив.

В Академии художеств Мэксимов
шел олним из’ самых первых в 1-м
десятке. Профессора считали его’ ка­дидагом ча все высшие отличия
академического курса, серебряных и
золотых медалей; и наконец — ca­мое высшее — поездка в Европу, на
шесть лет, для окончательното усовер­шенствования в «искуестве», ‘чтобы
возвратиться достойным авания’и
деятельности профессора,

Как! Имея в виду такую блестя­щую художественную карьеру, Мах­симов отрекся от нее и остался в
России для своих бедных мужичков?!

— Вот простота..,

— Да, простота и правда, — мож­но ответить на это недоумение эсте­Ta... Эстет равнодушен и к России,
и к правде мужицкой, и даже к веч­ности... Кто там ее разберет... Искус­«Слава»
	(По телеграфу от нашег
	Город 00 явлен Ba угрожающем по.

ихении. На улицах люди всюду в
потивогазах, Фары автомобилей и ав.
обусов затемнены синим цветом. Ок.
ga Заклеены полосками › бумаги.
ры» угрожает Ростову с воздуха. В
ритове сейчас проводятоя большие
чения 10 проривовоздущной обороне,
од погружен в тьму. Напряженно
ялут ошинала воздушной тревоги. А
зи время Марья Петровна Мотыль.
1, мать героя—военного инженера
риллия произносит монолог, обра­далсь к своим сынам:

«ли промчится от края до врая
вить, Что подходят враги к `рубежу,
тм сама белье постираю, в поход.
188 СУМИ его уложу, открою окошко
‚, воей квартире, махну вам рукой,
провожая в бой...» .

Ont TOpsTie ClOBa Hecyrea B npH­ихший зал театра и вызывают бурю
заций. Селия в Ростовском театре
ri Горького премьера пьесы Гусева
Слава», которую ставит коллектив
юд руководством засл. арт. респуб­ик Завадокого. «Слава» — не толь­и 1568 0 доблести и подвигах со­тих героев, силе советского геро­виз, Это пьеса о любви к родине, о
практерных чертах советского чело­wees, его работе, его. привязанностях,
шо чувствах и мыслях. Пусть. «Сла­ш пыка еще со многими недоче­ми, пусть тема в ней разрешена
виколько схематично и ‘внешне, —
к же в ПБФСе есть искренность, све­хоть, пиричность, Это подкупает, Са­8 трудное в спектакле было соче­иль монументальность, ‘пгироту раз­узха — чего требует. сама тема «Сла­м» — с интимностью и лиричностью
евской пьесы.

Учитывая огромные масштабы сце­ческой площадки Ростовского теат­н, режиссер Чистяков очень хорошо.

изился с этой трудной задачей. —
оный образ матери дает
исх арт. республики Полина Вульф.
№ образ во многом напоминает образ

Матери» Горького. Мягко. без mann
	«Похозкдения
	  Выло время, когда обозренческий
wip Ob подлинно ведущим жанром
arpa сатиры. Обоарением «Москва
  точки зрения» театр открылся, и
пирвые мды сатирическое ревю не
чодило с его репертуара, Когда же
тр вынужден был обратиться к
HICKAM новых жанров, он растерялся
  начал кидаться от водевиля к ко­уни, ot Салтыкова-Щедрина к
Вернейлю.
	_ С8ЁЧаю на двенадцатом ду суще­‘зования театра, его репертуарный
и замкнулся — он снова, каки в
{tub открытия, поставил обозрение.
Нзавается оно «Похождения Дон­Пузна», но, фактически это все та же
 Москва с точки зрения». Но более
‘цесная, беззубая, лишившаяся мише­Ши верности глаза. Наряду с откро­зной пошлятинкой обозрение изоби­WeT сентенциями, представляющими
омненную ценность для любого
‘итского театра,
	‘
  Нас уважать умейте, детки,
Ведь каждый может постареть...
	- оворит старушка на одной из. за­уовктированных (среди существую­щх такой пока нет) станций метро.
	Написано обозрение совсем недавно,

мне здравствующими авторами, но
к ео шутки, остроты, ситуации и
‹бекты» появляются и звучат на
дмостках 6 опозданием этак лет
1 8—10.
	Травленный молью Дон-Жуан из
тюмерного склада «ба новый ре­вртуар» попадает, чтобы смешнее
мл, на карнавал в Парк культуры
HW отдыха в Москве. В новой обста­‘0вке неотразимость и мертвая хват­‘\ Жуана теряют свою силу. Веками
юлытанные приемы не действуют.
Прдавщица воды и девушки в ко­‘томах парашютистки и троллейбуса
базываются куда более стойкими и
‘выскалельными, чем Шарлотты, Эль­ры я Анны. Севильский обольсти­‘ель, герой Мольера, Гольдони, Гоф­ака, Мюссе, Байрона и Пушкина,
Ихкураженный неудачами, готов
признать свой бесславный конец.
	Куда счастливее и удачливее опе­рут доморощенный жуан «прин-.
	  Шшальный» пошляк и бабник CTY­№17 архитектурного вуза Сергеев, по
  Тостой случайности, по недосмотру
  окуратуры открыто ‚и безнаказан­it продолжающий свою «полезную
  злтельность» по обольщению «деву­Шк нащей страны». Авторы обозре­Шя в уюду смешливым зрителям на­дают его «загсошлепом» и безза­foro, безлумно оставляют до конца
  Been на свободе и к тому же в сте­5; арунтектурног общежития. Ма­00, туда‘ же, в студенческое 06-
‚ Цежатие, приходят одновременно все
‚№ ‹жертвы»х — Вера, Маша, . Зина
т Таня. Они упрекают. дон-Жуана
`Фмеева в неверности и обмане. Здесь
& тосещает его «зеленая женщина»
& предрассудков — мечта пошляка,
	Песни
Кубани и’Дона
	  В gare Ростовской филармонии
 456 электриков) иду? последние
петиции перед поездкой хоров. дон­цих и кубанских казажов в Москву
  мя праздничных выступлений в Те­0е народного творчества. Едет дон*
  Кой государственный казачий. хор
\аевой филармонии в составе 70
\товек. Дирижер — Иванов. Хуло­®ственшый руководитель Листопадов
— большой знатдк донского фолькло­ум также донской хор Северо­онецком окрута, состоящий из 107
 №8Цов, 40 танцоров и 20 ‘тармони­0, Они будут исполнять зажига­ъные песни донских казаков.
’ Обединенный oxy Gunton хор (xop­‘Milotep, Kongesuy) состоит из хоро­ых коллективов разных кубанских
“аниц. Председатель Северо-Донецко­№ райиополкома казак Касилов уде­me хору огромную любовь и внима­te
	В Москве состоится  об’единенное
hictynaetime ‘всех этих хоров — OHH
дут петь привет Красной отолице
й пеню о Сталине, Tom поколения
	  зы
Чааков участвуют в этих хорах —
	‘летний  мальчугат замечательный
‘инцор Митта/ Калмыков состязается в
иске ¢ танпорами-стариками. Заме­Млельную песню «Дедушка-седая 60-
душка» поет донской хор, Об’ели­ENUM ансамблем всех хоров дири­&нрует Тушканов.

Седня ансамбли выезжают в Мо,
р.
	м. соколов
Ростов-на-Дону
		В Ростове
	о специального корреспондента).
	ма, с большой лирической задушевно­стью играет Григорий Леондор старо­го артиста Медведева. у
Немного смешной, трогательный об­ga профессора Черных дает артист
еонтьев,
Трудная, неблагодарная роль Мая­ка досталась артисту Чеснокову. 06-
раз этот, несколько надуманный н хо.
дульный, в трактовке артиста прноб­ретает правливость, жизненноств. Хо­роши в спектакле также Елена (По­лонская), Очерет (Грей). Менее улал­ся образ Василия отылькова арти­сту Фивейскому. Артисту мешает ка­кая-то общая скованность, нелоста­точная гибкость интонаций, однооб­разие сценических приемозв’
Превосхолна работа мозодого -
дожника Варпех, совладавшего с боль­шими размерами сценичесрой пло.
		«рогатыр и»
	Камерного театра
	№
Новая постановка
	Талантливая музыкальная шутка­пародия замечательного русского ком­позитора Бородина до сих пор, в
сожалению, была под спулом. А ме­жду тем в этом произведении имеет
CH, помимо известных оперных и
опереточных мотивов, и много совер­шенно самостоятельной музыки Боро­дина. Кроме того и сама бородинская
оркестровка в достаточной мере инте­ресна и остра, чтобы привлечь к ней
внимание современных музыкантов.

Однако этой опере-шутке или
		композитор, так и суждено было бы
остаться только в клавире, если бы
Камерному театру‘не пришла удач­ная мысль «освежить» ее новым тек­стом. Старый текст Виктора Крылова, ;
	помимо того, что он был литературно
неинтересен, был узко театрален и
	%

рассчитан на злобу тоглашнего дня. :
	Этот текст естественно был отбро­шен: Новый текст был написан Демь­яном Бедным.

Качества текста оказались таковы,
что, в сущности говоря, из скромной
попытки обновить старое либретто,
	вырос в конечном счете принципи.  
	ально значительный стектакль.
Задачи, которые стояли перед Де­мьяном Белным, были необычайно
трудны. Он должен был «подтексто­вать» готовую музыку. Весьма умело
справившись с этой технической за­дачей, Демьян создал совершенно но­вую, органически целостную народную
сатирическую пьесу, написанную ве­ликолепным языком 2 прекрасным
знанием фольклорного и сказочного
материала. В пьесе, насколько это по­Первого декабря исполняется. двад­цать пять лет со дня смерти В. М.
Максимова. `

Максимов был одним-из тех немно­гочисленных «передвижников», кото­рые всю свою художническую жизнь
10 конца посвятили служению наро­ду и потому были надменно окреце­вы А. Бенуа презрительной кличкой
«лапотников», :

Сын государотвенного крестьянина,
он все детство и юность провел в де»
ревне, был страстно привязан к ней,
ненавидел ее  мучителей,

Внимательно — прислушивавшийся
еще в юности к студентам, которые
«так много... говорили & Французских
революциях, о движении в Польше,
	совершенно не освещена в научно­критической литературе.

Максимов остался верен, идеям
Крамского и Крестоносцева: он вы­шел из Академии и отказался от кон:
курса. Немалую роль в этом решении,
по словам самого художника, выгра­ло знакомство с современными за­падноевропейскими живописцами В
знаменитой Кушелевской галлерее,

Самый выбор будущего художест­венного пути поставил Максимова
перед необходимостью в корне пере­ивонопиоными мастерскими и жест.
кой академической рутиной. Но даже
поняв всю его непригодность, худож­ник долго не мог от него избавиться,
Его ранние «Больное дитя» и «Сказ­ки бабушки» и более поздний «Се
мейный раздел» носят еще следы ака­демической выучки.

Вскоре же после смерти В. М. Мак­симова в журнале «Голос минувше­го» (1913 №№ 4—7) были опублико­ваны «Автобиотрафические залиски»
художника. Несмотря на свой значи­тельный интерес для характеристики
общих тенленций раннего «передвиж­ничества», записки эти оказались до
сих пор незамеченными. Незамечен­ной осталась и публикуемая ниже
статья о Максимове И. Е, Ретина
«Художник-наролник», также ‘пред­ставляющая большой интерес, так
как здесь, кроме обрисовки творче­ского облика Максимова, нашли вы­ражение и ` идейно-хуложественные
принципы самого Репина,

И. В. ГИНЗБУРГ
	Репина
	Rn on а АА   gg Haley скверном правительстве»,
щалки и давшего яркое красочное пытливо притлядывавиийся впослел­оформление спектакля. ствии «к жизни рабочих, получаемо­нео равительна музыка композитора   му ими вознагражлению». и в лич.
ечаева.
	ных посещениях деревень знакомив­mulch ¢ «горькой» крестьянской
Жизнью, Максимов. всегла понимал
разницу межлу действительным ana­Ростовчане успели уже полюбить
свой тезтр. Они принимают спектакль
с искренним восторгом.

гра» актеров сеголня вечером по­on we Mt

 

 
	> aap опала. ом   THEM Народа «не сквозь чужие очки
особенному настраивает ee shee

‹ Зрительный   и не по детским воспоминаниям, а
зал, перекликается с. тем,. что проис­a )

холит за стенями teamma Wars xn,  .20 всей полноте... подготовленности
	7 ‚ ко  9” BPR цдапотс.. Подтотовленности
ходит за стенами театра. Наша `бди­`И любви» — и а ны
тельность. наша noTropmnacre вл tas.
	чаньем +0 своболе за стаканом па
	< ем

Биография Василия Максимовича
Максимова, так же, как и его хуло­жественная деятельность, мало из­вестна.

Родился Максимов в-деревне Но.
вая Ладога в 1844 г., ‘умер 18 `нояб­ря 1911 г, Учился он рисованию и
	Забытая
	Кремень «передвижничества»—<са­мый несокрушимый камень ето осно­эружии вотретихь и отразить врата А а
а
Проявляет я паллета А разить врага Га   в шумном общества».
	проявляется сеголня на учениях по
противовозлуигной ‘обороне. Сегодня
STq пока только итра. Но‘мы прекрас­но знаем, что если завтра от края до
края промчится весть, что враг под­ходит к рубежу, — наши летчики,
инженеры Мотыльковы, Очереты, Ма­яки, наши доблестные сыны, наши ге­роические матери — сумеют отразить
врага, защитить страну и счастливую
радостную жизнь ее людей,

этом повествует’ пьеса Гусева,
0б этом: ховорит спектакль Ростовского
	радостный. - вания — Василий Максимович Мак»

М. ГРИНБЕРГ симов не мыслим без России. не от­Ростов-на-Дону делим от своего народа.
	Даже судьба В. М. всю жизнь ко­лотила 60, как злая мачеха, —
точно так же, как она беспощадна
к исключительно даровитому народу
русскому и с какой-то тайной зави­стью не дает ему ни отдыху, ни еро­ку — дубасит его в самые больные
места его жизни. Так^и наш быто­писатель — в живых картинах, пол­ных любви и смысля, — весь свой
век был затлушаем за беззаветную
преданность, кровную любовь и не
изменную службу своему великому
народу. Г :

В этом служении своему идеалу
было единственное счастье Максимо­ва, и его назначение определилось в
самой ранней юности. В самом иск­реннем искании веры в свое дело, он
встретил ‘учение о величии и значе­нии своего обездоленного народа и
уверовал в эту идею, и она стала его
религией. — Где же правота? Гле
награда за эти добродетели? Поду­майте, читатель.

Картины его можно назвать перла­ми народного творчества по характер­ности и чисто-русскому  миросозер­цанию. Они скромны, не эффектны,
не кричат своими красками, не во­пиют своими сюжетами; но пройлут
века, & эти простые картины только
чем-то сделалотся свежее и ближе зри­телю будущих времен и интересов.
А чем? — Это вовсе не загадка и
	не таинственный символ: это самая
простая фусокая правла. Она светит
	из невычурных картин Максимова:
из каждого лица, типа, жеста, из каж­дото местечка его бедных OOCTAHOBOR,
бедной жизни.

Какой бы культуры чи достиг `В
будущем русский тражданин, каких
палат ни понастроит он впоследствии
для развлечений, обучений и обще­житий своим молодым орлятам, во
всех этих великолепных хоромах и
	Дон-Жуана»

эротомана, правонарушителя и вра­Я.
	Кроме этих центральных фигур в
обозрении имеется бесконечное ‘мно­жество персонажей, вызванных к
жизни лишь для того, чтобы препод­носить зрителю старенькие, «борода­тые» анекдоты о кепках Мосторга, ко­стюмах Москвошвея, рыжем Мотеле
и ватейниках Парка’ культуры и от­дьха (находчивые авторы делают вил,
что. не помнят «веселящейся елини­цы» Ильфа и Петрова и фельетонов
Зощенко).

В Театре сатиры, как известно, от­личный актерский состав. Таковым
он остался и в этом спектакле.   Ар­тисты самоотверженно боролись ©
многопудовым остроумием — авторов,
но их, как известно, трое — Byxbs,
Рудин и Лебедев-Кумач — и они то
и лело брали верх.

Вот талантливая Путачева, Мы зна­ем ве по ленинтрадскому ТЮЗ, по
«Меркурию», в котором’ она отлич­но играет, Этим воспоминанием при­ходилось предаваться зрителю, глядя
на Пугачеву — Люсю

Талантливый Кара-Дмитриев, вы­несптий на своих ‘плечах великое мно­жество. обозрений, на этот раз неваж­но себя чувствовал в глупейшей роли
Дон-Жуана — неудачника. И только
под финальный занавес, когда из-под
скинутого парика Дон-Жуана гляну­ли седые кудри Кары. и послышался
его настоящий голос, — один из луч­ших артистов Театра сатиры появил­ся на подмостках точно впервые за
целый вечер, а вся пьеса поверну­лась вдруг какой-то новой и единст­венной своей гранью; эту сцену, да
еще, пожалуй, эпизол Милютиной
(старупгка) только и можно было смо­треть без досады.

С достоинством и мастерством бо­ролись с драматургическим материз­лом Холодов (Тимофеев), Лепко (сто­pom) и Эенин (Сергеев).

Все так странно,
Все так туманно.
Что бы сказала
Сейчас донна Анна!
	Этот рефрен куплетов дон-Жуана
из Театра сатиры как нельзя лучше
характеризует впечатление от сшек­такля,
ВИКТОР ЭРМАНО.
		«святого эгоизма». Из всех этих штри­она ненавидит свое окружение —
чников, мошенников, столпов
Она готова

хов Бирман создает образ той типич­ваято
ной преступницы, какой она видит   государственного строя. Она
	дать прокурору взятку, но ни ва WY
не будет кланяться ему. Она мечтает
о том, чтобы сам губернатор кланял­ся ей в ноги. .В этом — сходство
Вассы с ее дочерью Натальей. Но ки­пучая энергия Вассы направляется
на 19, чтобы приумножить свое бо­талство, залцитить во что бы то ни
стало свою собственность — и, тем
самым защитить тот гнусный. строй,
который охраняет эту собственность.

В постановке театра МОСИС меж­ду Вассой и Натальей нет совершен­но никакого сходства. Артистка Co­колова просто и правдиво воплощает
строгий девический облик. Натальи,
но она совсем не похожа на свою
мать Вассу — Бирман. У Бирман ‘нет
тех элементов протеста, которые оп­ределяют характер Натальи и кото­рые в какой-то мере свойственны
Вассе. Васса — Бирман  замучена
жизнью, обстоятельствами, силами
буржуазното строя — но она нико­пла не восстает, не бунтует. Бирман
не замечает этой решающей и. глу­бокой черты, придающей реалистич­Вассу Железнову. Ве лоб, в котором
таятся гнуоные, преступные мысли и
планы, прикрыт локоном; губы сжа­ты то зло, то язвительно’ ее рот не
становится веселым даже -в смехе.

Сложность этото образа для Бир­ман в контрасте между преступными
поступками м подлинным материн­ким чувством, Вся ее деятельность
проникнута внутренним противоре­quem, Она накапливает богатотво —
но для кого и для чего? Ее богатство,
как вода, утекает у ней между паль­цами. Сильнее ‘всего показано это в
финале пьесы: мертвая Васса лежит
на ливане, прошлю всего несколько
минут с тех пор, как жизнь покину­ла это тело, — а вокруг нее уже идет
разлел ее имущества.

Бирман произволит почти величе­ственное впечатление. Она носит свое
старомолное платье совсем 10-00000-
му — как исторический костюм, она
расхаживает по своему кабинету, как
воплощение (хочется сказать — BHE­времеяное воплощение) идеи оемей­тоизма.
	«Богатыри», Эскиз костюма кня­›
жича Задиры < ры
	В трактовке «Богатырей» Камерный
театр (постановка А. Я. Таирова)
прежде всето отошел от соблазна дать
чисто пародийный, несеръезный спек­такль кривозеркального тнпа. В 6в0-
ей работе он отправлялся от текста
Демьяна Бедного и так же, как и
последний, стремился создать синте­тическим мастерством своего театра
наролно-комическое представление.
Таиров — признанный мастер музы­кально-комедийных представлений.
Эти представления едва ли не самая
примечательная сторона работы Ёа­мерного театра.

Однако «Богатыри» для театра, яви­лись материалом непривычным. ‚ В
Камерном театре  — это первое музы­кальное представление на фусские
народные темы. Если так можно вы­разиться, «руссификация» Камерного
театра в этом спектакле проведена
с большой сдержанностью и вкусом,
И прежле всего театр избежал самой
главной опасности — пресловутого
пыщного и сладкого стиля  «рюс»,
Здесь Таирову необычайно помог 3a
мечательный палехский мастер Ба­женов. Разумеется, его. декорации не
претендуют ни на реальность, ни н&
историчность. В них есть известная
стилизация, какая вообще свойствен­на всем работам палешан, но эта
стилизация в спектакле полностью
оправдана сказочными мотивами его.
И оформление, и костюмы удались
Баженову блестяще. Можно подолгу
любоваться его сказочными интерье­рами (терем эабавы, шатер) и выго­Говоря об исполнении, хотелось бы
‘прежде всего отметить, что такой на­сквозь заполненный музыкой и пе­нием спектакль, как «Богатыри»,
прозвучал в Камерном театре с точки
зрения музыкальной в высшей сте­пени доброкачественно, пожалуй, не
хуже, чем в иных наших музыкаль­ных театрах. Ряд отличных голосов
(3. Смирнова), стройные хоры, впол­не уловлетворительно звучащий ор­кестр (дирижер А. Метнер) — все
это придает спектаклю и. большой
музыкальный интерес. Музыку Bopo­дина слушаешь с отменным удоволь­ствием,

Хорошо играют и актёры, большин.
ство которых впервые выступает в
подобных ролях. Прекрасная подлин­но русская речь Демьяна, сочные сти­хи и проза доносятся исполнителями
отчетливо и верно, в хорошо най­денных интонациах. Совершенно пре­восходна пятерка  торе-богатырей
(Фелоровский, Антимонов, Холодов,
Каменев, Хмельницкий). Однако из
этой равной пятерки хочется вы­делить Хмельницкого, давшего забазв­ный образ Алеши-Чулило (именно
«чудило», самодовольный франтова­тый и глупый), и Антимонова, дав­шего очень выразительную маску
«богатыря» купецкого склада. Хоро­шо поет и играет (0с0обенно — сцена
в тереме) 3. Смирнова. бадорно и
сочно играет Спенлиарова княжича
Задиру. Несколько в ином. стиле, 00-
лее подчеркнуто паролдийном, но так­же очень хорошо играет Аркадин —
Владимира, Ефрон — Рогнеду и
Фенин — Стриту. К этому нало до­бавить, что и Фенину, и Ефрон при­ходилось также и много петь, с чем
OHH 0 своими скромными голосо­выми данными справились очень не-.
плохо. Обаятелен Фома — Алексан­дров. К нему сразу обращаютея сим­татии зрительного’ зала, положи­тельность его образа доносится через
шутку, улыбку, через лирические
сцены и задорные скоморощьи песни.
Но в изображении всего остального
разбойного лагеря следовало бы до­стигнуть гораздо ‘большей вырази­тельности. «Разбойники» не всегда
производят достаточно импозантное
впечатление. А ведь в их лице пред­ставлена народная стихия.

Весь спектакль поставлен на’ дви­жении. Сцена ни одной секунды не
находится в покое. И здесь Таирову
удалось достигнуть значителыных ре.
зультатов. Все якро, зрелищно и ра­достно. Хороши и эффектны танцы,
поставленные Лашилиным. Особенно
хорош последний — финальный ta­нец, поставленный на вихревом ка­русельном движении.

Разумеется, в спектакле имеются
недостатки. К этим недостаткам сле­дует отнести и затлнутость отдель­ных мест. Но следует иметь в виду,
что это все же первый опыт’ русской
наролно-комической оперы в совет­ском театре.

Вчера рабочий зритель впервые
смотрел спектакль «Богатыри». Ус­пех, который имел спектакль, лиш­ний раз подчеркивает большую удаз
чу опыта Камерного театра.

—aT В

Вчера спектакль «Ботатыри» смо
трели рабочие и инженерно-техниче­ский персонал автозавода им. Стали­на. Опера имела большой успех. В
одном из антрактов зав, BTMACOO#
зым отделом завода т, Апфельд прич
ветствовал автора и участников спек
такля от имени первых эрителей eT,
C OTReTHLIM COBOM BECTyIHI Jlempe
ян Бедный и народный артист реса
публики А. а,
	ство для искусства, совершенство =—  зволяет оперная условность, имеются
одно всем. И наконец: эта «бедность   и образы и характеры, и, что весьма
	да бедность, да несовершенство на­шей жизни»... Все это так тяжело...
	Так рассуждает. эстет, катаясь, как
сыр в масле, в героических исто­риях Горациев и Куриациев, Му­чеников в колизеях и Юлиев Цеза:
рей ит. д.

>.
	OCTET опьянеф этим абсентом: он
	существенно, совершенно стройно раз­вивающийся сюжет и вамыюловатая
интрига,

[емьян Бедный, великолепно учи­тывая пародийный жанр, все же не
пошел на идейное «облегчение» пьесы.
Из столкновения двух сказочных ла­герей — княжеской челяди, возглав­давно уже алкоголик этих холодных   ЛяЯемой Влалимиром-«Врасным сол­экзерциосов на исторические темы,
	Что ему, что ролина иронически не­нышком» H народа, олицетворен­ного удлалыми разбойниками во главе
	ма на его долголетние ухишрения в  © Фомой, — рождается и мораль пье­PUAN BRAGA Фноследного слова» искус­ства... Он никогда не задумывался,
	сколько „стоили народу все эти шви­кчемные сбвершенства...
	Да — никчемные. Разверните «Вой­ну и мир» Л. Н. Толетого, начните
	сы: подлинные ботатыри — это на­рол. Именно этот народ и ето терой
Фома окружены наибольшими симпа­тиями автора. У них вся удаль, от­вата, ум и сметливость. Влалимировы
ботатыри ничтожны и жалки, Именно
	они олицетворяют слабую и отсталую
	Демьян обектом для салиры взял
не подлинных сказочных народных
героев ` ботатырского эпоса — Илью
Муромца, Добрыню Никитича, Мику­I

читать эту великую книту жизни, И  древнюю Русь.
	вы невольно сконфузитесь, когда, хоть
на минуту залумаетесь серьезно, что
может сделать искусство своими сред­ствами.

И художнику, желающему стать
	и художнику, желающему стать  лу Селяниновича, а тех самых «бога­живым, сбросить весь хлам и пош­тырей», нал которыми народ изде­лость, прививаемые методически кур­вается в своих былинах. Если рус­сами авторитетных учреждений, пред­ский эпос вообще сатиричен, то в
станет колоссальный, самостоятель­отношении таких персонажей, став­ный и трудный путь искусства прав­ших литературными символами ‘от:
	ды и жизни; самое беспощадное от­речение от усвоенной пошлости 06-
щих мест, готовых форм (как в лите­ратуре — от литературности до ску­ки) должен [он] одолеть как подвиж­тыреи», над которыми народ изде­вается в своих былинах. Если рус­ский эпос вообще сатиричен, то в
отношении таких персонажей, став­ших литературными символами‘ от­сталости и трусливости, как Аника­Воин, Купило, Авось, Небось, —
влвойне. Разумеется, не следует пре­увеличивать социального символа
«Богатырей». Это все же опера-фафс,
	ник (как одолевал это А. А, Иванов! опера-нтутка со многими пародийны­ми моментами (издевка Бородина
нал псевлонародностью, над стилем
гранд-опера).

Из сочетания очень слитного и

органического пьесы Демьяна Бедно­то и музыки Бородинь получилась
подлинная народно-комическал ‘опе­ра, т. е. получился тот жанр, кото­рый в русской музыкальной и драма­тической ‘литературе ‘представлен
очень слабо. Само по себе это уже
немаловажная заслута и автора и теа­тра.
‘ Успешность­этого опыта должна
послужить уроком для наших теат­ров музыкальной комедии, для нашей
оперетты, которые годами топчутся
на затасканном  заладноевропейском
современном материале, не делая ни­каких попыток обратиться к русским
народным источникам, к богатым
фольклорным родникам всех народов
СССР.
	После «14-й дивизии» «Богатыри»
— это дальнейший и очень важный
шат для создания народно-комиче­ского и феерического врелища, кото­рому Демьян, нарялу со своими зло­бодневными актуальными политиче­скими фельетонами и стихами, уде­ляет большое внимание.
	 

 

 
	ческих мотивов давы немногие, но
значительные и четкие по своему со­держанию. В постановке этот класси­ческии стиль выдержан прежде всего
в декоративном оформлении Вик­тора Шестакова. Оно ясно (за исхлю­чением окна во втором этаже), про­сто и в 10 же время разнообразно,
Насыщена и концентрирована также
постановка третьего акта. В. осталь­ной же постановке заметна чрезмер­ная пристрастность к деталям; по­отановщик жадно бросается на офор­млевие отдельных эпизодов, исполь­зуя свою богатую творческую фанта­зию, и дает сотни замечательных от­дельных моментов. Но единство  по­становки исчезает: иногда наблюдя­ется слишком усиленное подчеркива­ние второстепенных мотивов (сцена
Рашели и Прохора во втором акте).
Инотда становится неощутимой вну­тренняя связь эпизодов с общим пла­ном постановки — один эпизод сме­няет другой, как в калейдоскопе (на­пример, в начале второго акта, до по­явления Ралиели).
	Первый эжт у Горького — закон­ченное, завершенное, самостоятель­ное целое (можно привести второй
такой ‘пример в мировой драматур­гни — первая картина «Короля Ли­ра»). Но в то же время этот первый
акт является составной частью всей
драмы, потому что и в’ нем ‘показа­HO, как Васся, со всей своей ‘Энер­тией, защищает основу всей своей
жизни — семью. В изображении это­то акта следовало бы поскупее ис­пользовать сценические возможности,
во имя большей действенности сле­дующих ‘актов. Бирман ‘же не упу­скает ни одного сценического эффек­та, сразу берет самую высокую ноту.

& дает в первом акте’ целую пьесу.
Так первый акт становится самосто:
ятельным - представлением, элемента:
ми «Гран-Гинъоля». Во втором акте
начинается настоящая ‘драма, & в
третьем уже совершенно забываешь
о первом акте.
	В постановке театра МОСПС сказы­вается подлинная творческая фанта
зия. Мы видели одну из репетиций
пьесы, и мы уверены, что если театр
будет продолжать свою работу на ос­нове искренней самокритики, тогда
«Васса Железнова» станет. одной из
	‘Лучших постановок не только театра
МОСПО, но и всей театральной Мо­CRBE.
		Й Василий Максимович Максимов! Зал псевдонародностью,
	понял с юных лет этот путь правды

зни/в живописи. Ничто не дается
даром. И ему долго надо было разу­чиваться от необходимых, шаблонных
условностей — и работать; трудить­ся наново: видеть, чувствоваль, ис­кать и, что всего важнее, уметь пе­ренести на холст свое новое излюб­ленное. Много было труда, и бессмер­тие не легко достигнуто иим.
				Васса змелезнова:
Teatpe MOCKHC
	Промадная эжизненность, богатство
актерской выдумши — BOT WM Xa­ражтеризуетоя < постановка «Вассы
Железновой» в театре МОСПО. Это
облщее впечатление в большой мере
определяется той творческой шедро­стью, с которой Бирман ипрает Вас­су. В каждом слове горьковского тек­ста она находит возможность пока­зать новую характерную черту обра­за Вассы; с каждой новой фразой от-`
крываются ‘новые повороты её жиз:
ненного пути,

Она показывает в Вассе боязливую
нежность женщины, и мощную волю
капиталиста-предириниямателя,  гор­дость тлавы крупного «дела» — и за­ботливую, внимательную любовь ма­тери семейства. Ее Васса обманывает
и лжет самым циничным образом и в
то же время с самой наивной верой
в свою правоту защищает интересы
	«Васса Железнова» в тбатрё mocnc. ‚Заслуженные ‚артистки. `республини
	 
	. В ролях Вассы и Рашели
	ность этому образу. Путь к реализ­му она видит в подчеркивании тах
называемых «человеческих» чувств—
материнской любви и материнских
страданий. Идя по пути слишком
резкого итротивопоставления «челове­ческих» чувств и преступных дея­ний, Бирман приходит в абстрактной
«монументальности».

У Горького Васса Железнова зани­мает в пьесе господствующее место.
Театр МОСИС в своей постановке
старается более полно показать и вто­ростепенные фигуры. Творчески в0с­создан образ. слабоумной дочери Вас­сы Людмилы (артистка Викландт) и
страдалицы торничвой Лизы (арти­стка Шиллингер).  

Ванин прекрасно показывает ди­кие нравы и внутреннюю пустоту ти­пичното поволжекого купца Прохора
Хралюва. В пьесе имеет большое зна­чение Рашель. Это, в сущности, пер­сонаж, противопоставленный RBacce.
Toppromy ofa роль He вовоем удла­лась, но значение ее для пьесы гро­мадно, и театр МОСПО правильно еде­лал, поручив эту трудную роль од­ной из лучигих артисток коллектива
— Гиацинтовой. Гиацинтова и режис­сура сделали очень много для того,
чтобы придать облику Рашели иетин­ную человечность. Гиацинтова дей­ствительно настоящая мать. Сцена,
где она целует игрушку своего маль­чика, который так ‘далеко от нее, ко­торого она никогда не увидит, полна
тлубокото жизненного чувбтва. Но ис­полнение Гиацинтовой вызывает и ве­которые возражения. Ее Рашепь —
это очень культурная и утонченная
дама, о большим душевным тактом
и честностью. И ничего больше! Та­С. Г. Бирман и С. в. Гиацинтова
	Кое толкование фитуры Рашели в сце­не между Вассой и Рашелью, в тре­тьем акте, превращается ‘в поединок
культурного Запада и варварского
азиатского Востока. А по с©мыслу
пьесы алесь противостоят — с одной
стороны революционерка и с другой
— охранительница буржуазной с0б­ственности/.Во втором акте, когда пе­ред Рашелью раскрывается картина
человеческой опустошенности, /Гиа­цинтова проявляет невыразимое пре­зрение, утнетение, отчалние, кажется,
она доведена ло моральной тошноты.
Все это понятно, но Ралмель испыты­вает не только такие чувства. ВИней
прежде всего разгорается‘ непобеди­мая ненависть к этим выродкам. По­сле этого вечера Рашель с удесяте­ренными силами будет бороться про­тив старото мира, лишающего людей
человеческого облика.

Постаповщик «Вуссы Железновой».
— Бирман. В ев постановке чувству­ется большая театральная культура,
своеобразный пластический театраль­ный стиль. Но постановке не пошло
на пользу то, что артистка, исполня­ющая главную роль, была в то же
время режиссером. Актрисе Бирман
нехватало контроля режиссера, Ре­жиссер не допустил бы тремоло и де­тонирования в голосе актрисы, не до­пустил бы, чтобы она перегружала
игру деталями, мелочами, подробно­стями. р

Второй вариант «Вассы Железно­ВОЙ», Который лег в основу поста­новки театра МОСПС; переработан
Макоимом Горыким в классической  
форме — то есть вместо многочис­ленных, чаюто. перепруженных мело:
чами, ярких до пестроты  сцени­Бирман понимает, что этот образ
Горького нельзя играть’ натуралистя­чески, но иногда ‘она отходит при
этом от правильного, реалистического
изображения.

У Горького индивидуальная ‘проти­воречивость образа Вассы заключает­ся тлавным образом в контрасте ме­жду: ее неплохими задатками, возмож­ностями и жестокой действительно­стью ее жизни. Васса по природе —
честный человек. Она гневно проте­стует против тяжелой женской дюди,