Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
	CORR
	Среда, 23 декабря 1936 г.
	На страже
	Цена номера 20 коп.
	Год издания седьмой
	№ 59 (345)
		\
			Орган Всесоюзного комитета по‘делам искусств при Совнаркоме Союза ССР.
	Умер писатель-орденоносец
НА ботровекй —
	22 декабря, в 19 часов 50 минут
в Москве скончался писёлель-ордено­носец Николай Алексеевич  Остров­ский.

Не стало талантливом художника.
большевика, чья героическая жизнь
и деятельность служат образцом для
всех советских писателей.

«Как закалялась сталь»—любимая
книга народов Советского Союза. В
ней воплощены высокие коммуниети­ческие идеалы, правдиво отражена
великая борьба трудящихся за социа­лизм.

Эта книга вдохновляет. миллионы;
она учит беззаветной преданности
делу коммунизма,

Всю свою жизнь Николай Остров­ский отдал революции. До последней
минуты он не прекращал творческой
работы, заканчивая свой новый фо­ман о гражданской войне «Рожден­ные бурей».
	Правлением Союза советских писа­телей ССОР создана комиссия по по­хоронам Н.-А. Островского в составе
тт. В. Ставского (председатель), Г. Ла­хути, Е. Файнберга, Н. Асеев, А.
Караваевой, Д. Фадеева, Вс. Heauopa
и Л. Леонова.

Комиссия по похоронам извещает,
что гроб с телом писателя
ца Н. А. Островского будет установ­лен в. помещении Дома Советского
Писателя (улица Воровского, 50).
Доступ к телу покойного будет от.
вкрыт сегодня с 12 часов утра. ,

Справки по телефону: Д 2-14-42 и
JE 2-14-21.
	В NR

сталинской

a ete eee © Глубоким прискорбием извещает о смерти
члена ВКП(б), талантливого писателя-орденоносца ^

Николая Алексеевича ОСТРОВСКОГО.

 
		Конституции
	10 всей необ’ятной нашей стране’
проходят сейчас демонстрации, wu­тииги, собрания, на которых^изэбран­ники советокого народа — делегаты
Чрезвычайного УТ Всесоюзного С’ез­да Советов — выступают с докладами
06 историческом С’езде, принявшем
великую хартию социализма — cra­линскую Конституцию СССР,

В ближайшие дни в Москве состо:
ится общегородокое собрание работ­ников искусств, на котором ¢ до­кладом выступит делегат С’езда и член.
редакционной комиссии народный.
артист Союза СОР И. М. Моск­вин, Вместе со всем советским наро­дом артисты, музыканты и художни­ки — счастливые граждане страны.
социализма — будут еще раз демон­стрировать свою беспредельную пре­даниость любимой родине, ее прави­тельству, ев переловому отряду —-
Всесоюзной коммунистической  пар--
тии, любимому и дорогому вождю,
учителю и другу трудящихся ‘всего
мира товарищу Сталину.

аботники искусств преисполнены
тордостью OT того, что в работе ре­дакционной комиссии Всесоюзного
с’езда, установившей окончательный
текст. новой. Конституции СССР, уча­ствовало четыре депутата — работ»
вика искусства. Кроме И. М. Москви­КП(б)У ^ и правительство
Украины со’ скорбью извещают
о преждевременной’ смерти вы­дающегося молодого писателя
Украины, автора известного. ро­мана «Как закалялась сталь»,

комсомольца-орденоносца
товарища Н. А. ОСТРОВСКОГО
	ИО

       

И ee
	Центральный комитет Всесоюзного
Ленинского Коммунистического Со­юза Молодежи с глубокой скорбью
извещает всех членов комсомола и
советскую молодежь о безвре­менной кончине пламенного боль:  
шевика, горячо любимого, та­лантливого писателя-орденоносца,
члена ВЛКСМ с 1919 года
Николая ОСТРОВСКОГО.
			Шет шрФделя шаяшиеюу пе?
	Фашистские пираты потопили советское
судно «Комсомол». Мерзавцы,
кровью поля Испании, безуспешно пытающие­ся невиданными в истории зверствами сломить
мужество испанского народа, позволили себе
наглую, беспримерную провокацию.

Советский народ встретил этот вызов с гне­вом и возмущением. Звериная злоба совре­менных каннибалов, врагов культуры, разру­залившие

—

Работники искусств заверяют советское
правительство, что в случае‘ необходимости
актеры, музыканты, композиторы, мастера
кисти и резца вместе со всем советским на­родом грудью встанут на защиту своей ро.
дины и нанесут сокрушительный и последний
удар кровавым фашистским варварам.

Станиславский, Немирович-Данченко, Ка­чалов, Москвин, Леонидов, Блюменталь“
	на в редакционной комиссии Гота

шителей памятников искусства не имеет пре­Тамарина, Нежданова, Щукин, Лилина,
ли народные артисты Союза

1 В ike дела. Книппер-Чехова, Яблочкина, Держинская,
Эитвиненко-Больгемут и рчагина­:
Александровская, а также писатель  Мы просим наше правительство при­Степанова,  Гольденвейзер, Герасимов,
Алексей Толстой. Советский актер—

Юон, Эйзенштейн, Довженко, И. Альтман,
Грабарь, Захава, Билль-Белоцерковский,

HAT а f е­полноправный гражданин своего оте­^ Te ан PCUMHTeAHbIe меры против беше
	чества. Вместе со всем народом он
участвует в управлении страной, пе­ред ним открыты все возможности
	дыя выполнения овоего гражданского
долга.
	Навсегда ушло то время, когда про­соня актера считалась чем-то по­отыдным, кода на актрису‘ смотрели
как на женщину, недостойную зани­мать место рядом с «добропорядоч­ными» членами общества. В нашей
стране профессия актера впервые ста­1& почетной и уважаемой. Советский
народ умеет ценить своих талантли­вых артистов. Он окружает их исклю­зительным вниманием, заботами и
любовью. Имена крупнейших арти­стов советского народа прославлены
по всей стране. !
да делегация габотников ис­кусств с трибуны Большого. Кремлев­ского дворца приветствовала Всесоюз­ный С’езда Советов, ее тстретили бур­вой овацией, в которой были выраже­ны величайшее уважение и любовь
всей нашей страны к людям искусст­за. H ot понятно. Наши работники
искусств — полноправные члечы ве­ликой семьи народов Советского союза.
Артист м художник, музыкант. е пи­балель вместе с учеными и инженера»
ми, колхоониками, рабочими и крас­ноармейцами составляют единую мощ­ную армию социализма, У всех бойцов
этой армии единая воля, ‘единые чув­ства, единые помыслы и стремления:
процветание нашей социалистической:
родины, создающей новый обществен­ный строй, в котором нет места раб­ству, угнетению, эксплоатации и чи­щете. И если посмеют Ерати посят­вуть на нашу свободу, на великие. за­коевания социализма, вапечатленные
в величественных словах сталинской
Конституции, габотники искусств вме­сте со всем советским народом друж­HO встанут в ряды бойцов, готогых
жизнь свою отдать на защиту роди­ны.
Фантистские разбойники, поднявшие
свою кровавую руку на жизнь и сво­испанского народа, пытаются
сейчас разжечь костер новой импери­алистической войны. Несколько дней
казад эти оззверелые выродки совер­шили беспримерную и гнусную про­вокацию: они потопили юоветский теп­лоход «Комсомол», нарушив все ме­ждународные правила свободного
судовождения, Этот-наглый налет вы*
BRAN возмущение и тнев всего созет­ского народа. Работники искусств
присоединяют ской гневный протест
	к голосу всенародного возмущения
	бандитской выходкой фашистских пи­patos. Работники искусств, требуя
принятия самых рентительных мер для
пресечения преступных нападений
международных налетчиков, заверяют
правительство СССР, что они готовы
в любую минуту выполниль освящен:
вый долг каждого гражданина

— отдать все овои силы, способности
и даже жизнь защите сЕоей социа­дистической родины.

Художники COBETCKOTO искусства,
мастера театра, музыки, резца‘ и ки­сти клянутся овято хранить верность
великому ‘делу социализма, верность
партии Ленина — Сталина, верность
своей родине, ее правительству, ее
вождям и тому, чье имя стало CHMBO­лом счастья всех угнетенных народов
земли, — любимому отцу и учителю
тогарищу Сталину.
		р ТЕАТРЕ им, РУСТАВЕЛИ
	’ Новая пьеса драматурга Г. Мдива­ни «Альказар» рисует тероическую
	——— ero le =

борьбу испанского народа против Фа-‘р
	шизма. 1

В основу сюжета взят один из яр­чанших эпизодов тражданской вой­вы — взятие республиканцами кре­пости Альказар, в городе Толедо, в
которой укрепились AITHCTCKHE MA
тежники,
‘ Перед зрителем проходит целая
галлерея лучших сынов и_ дочерей
испанского народа: Долорес Ибаррури
— пламенный трибун народного фрон­И ei ОИ ВР, О И
та: Педро Корилно — & ийский
ююрняк, коммунист; Перико `Новарро
— лучший тореадор и др.

  В борьбе против фашизма об’еди­пяютя люди различных партий,

аа
	профессий и культурного Уровня.
	ve il сх
Поэт, слесарь, астурийский горнят,
девупгка работница, артист — 868
они защищают независимость `еспу*
бтиканской Испании, сражаясь © Зин 
товкой в руках на передовых пози­циях, показывая  Чудес% героизма,
Мужества и отваги,

Премьера пьесы состоится и: театре
‚ Руставели 15 января. Постанов­боям мчс OMAN, Ua GUA па мощь,   Вишцевский, Попов, Финн, Славин, Кир­честь и достоинство Советского. Союза. Шон `Поголин. Рухетевский. Лентулов.
	Николай Алексеевич ОСТРОВСКИЙ

ВЫСТАВКА ХУДОЖЕСТВЕННЫХ РАБОТ ЖЕН
КОМАНДИРОВ КРАСНОЙ АРМИИ -
	В залах Большого времл
дворца, тде сейчас происходит сове­ацание жен славных ‘командиров
РККА, открылась большая художе­ственная выставка, иллюстрирующая
	живнь боевых подруг

командиров
	Краюной аруии, их творческие буд­пи.
Замечательно исполненные портое­ты Ленина Сталина и Ворошилова—
	в каждом зале.
Поражают на выставке не только
крупные вещи, как панно; тобеле­ны, ковры; Важдая расшитая сал­фетка, полотенце, шаль — проязве­дение больного, ‘настоящего искус­ства.
	’Вог  обрамленная рамой”  раоота
	жен комантиров Черноморокого фло­та «Отдых краснофлотцев». Живо и
талантливо изобгажена здесь пляска
	моряков. Рядом — работа коллек­TUBA xen командиров Особой Крас­нознаменной Дальневосточной Армии
	на тему «Морской 00й».
	На картине, исполненной тов. Мя-.
злорой ‘военой  команлира Киев­соедовой, женой командира hee
ского военного округа, тладью‘ изоб­ражены танки в лесу, стремительно
берущие препятствия. На пдрутом
панно —‘ «Артиллерийская оленья
упряжка» — жены командиров Ле­нинтралекюм военного округа тт.
Радченко, Сонина, Крысанова и Ба­лацкая сумели исключительно тонко
	передать северный пейзаж, своеобрам
зие и красоту оленьего бега. Больной
интерес вызывают картины «В me
рах» и «Сбор хлопка», выполненные
коллективом жен командиров Стали
миа тарнизона.

Посетители выставки подолту 00-
танавливаются у ‘декоративного пан=
но «Старая и новая Татария», one
ланного тов. Тляновой — женой лей“
тенанта Приволжекого военного окру=
га, у яркой картины «Крестьянки»,
расшитой тов. Глебович (МВО), «На
ша родина» — так названа женой
командира „Ленинтрадокого военного
округа тов. Немченок расшитая ею
карта CCCP.  
> Вытканных и расшитых карт мно».
го: на одной — цветной шелковой
нитью показан боевой путь Щорса,
на друтой — тероический паход 11-й
Красной армии, на третьей — Goe­вой путь легендарной Чапаевской
Дивизии.

На шелку вышиты портреты Пуш­Кина и Шевченко. Тончайшиие аква
рели по шелку исполнены тов. Забо­фовокой (Наркомат обороны).

Всего на выставке представлено
более 1.000 экспонеётов. .

Выставка свидетельствует © боль
пюм художественном вкусе боевых
подруг славных командиров Красной
армии, об их политическом и куль»
		РАБОТНИКИ ИСКУССТВ ПРИВЕТСТВУЮТ СТАЛИИСКУО KONG TITY
			А. Файко
	народный артист Союза ССР
	Отдать все силы
социалистической
	родине
	Искусство
побелившего
социализма
	На Чрезвычайном УШ всесоюзном
с езде советов товарищ Сталин с пре.
дельной четкостью охарактеризовал
положение интеллигенции в Совет­ском союзе:

«Изменился, наконец, и самый ха­актер деятельности интеллигенции.

аньше она должна была служить
богатым классам, ибо у нее не было
другом выхода; Теперь она должна
служить народу, ибо HO стало боль­me оксплоататорских ’ классов. И
именно поэтому она явлнетея теперь
равноправным членом. советского: ‹0б-.
щества, где она вместе с рабочими
и крестьянами, в одной упряжке с
ними, ведет стройку нового бесклас­вового социалистического общества».
	Буржуазные писатели, художники,
артисты любили толковать о’ своей
обособленности, 06 «исключительно­сти» своей профессии, о том, что
художник должен творить только для
себя, не считаясь с обществом. Вы*
рабатывались эстетические теории,
затщитцавтшие право художника «быть
непонятным толпе». Простота, ‘сила
и глубина — вот основные качества
советекого искусства. Вычурноеть,
затейливость, излишняя усложнен­‚ность в наши дни свидетельствуют
н6 о мастерстве, &`о недостатке ма­стерства. Быть доступным в наше
	время не значит быть примитивным,
	& оказаться непонятным, это вначиь
— отставать. Изменилось соотноше­ние сил в нашей стране, изменилаюь
роль и значение интеллитенции (в
том числе и художественной).

Где же здесь быть трагедиям от­рыва, беспочвенности и прочим «ин­теллитентоким» болезням? Жизнь
сметает их с пути, как пыль прош­лого, и ставит перед старшими ма­стерами искусства новые замечатель­ные залачи.
	 
	Великое
	2
мною ролей. Но этими чисто коли­чественными трудностями ‘не огра­ничивается сложность стоящей пе­редо мной задачи. В майоре НКожине,
бесстрашном и’ смелом бойце, стоя­щем на страже горячо любимой им
родины, я должен передать лучшие
черты героических летчиков совет­ской страны, готовых по первому 20-
ву партии и правительства ринуться
в бой с врагом. Вместе с тем лоз­матург отнюль не идеализировал сво­ето героя. В этом бывшем грузчике
боевое сердце не всегда ‚подчиняет­ся гасеудку. В нем еше дают себя
знать отголоски былой _ партизанщи­Вы. И ‘но-ныстоящему, 80 есь рост он
показывает себя в момент боевой
CXEATRH © неприятелем, пытающимся
ворваться в пределы нашей страны.
	Следующая работа — классика, Я
повидимому буду играть городничего в
«Ревизоре». Нелегко играть эту роль,
знающую ряд отличных. исполните­лей, роль, с которой связаны ompe
деленные сценические традиции. Не­которые из этих традиций перерос­ли в своего рода штамп. Преодолеть
этот штамп и сыграть горолничего
в своем собственном индивидуаль­ном преломлении будет, конечно, не
так легко. Но тем не менее эта ра­бота меня чрезвычайно увлекает. Я
хочу по мере сил и возможностей
дать не карикатурную маску чинов­ника а предельно реалистический
образ человека, который настолько
растерялея и обуян таким великим
страхом, что. несмотря. на то, чт0
On сам величайший  пройдоха ‘и
«трех губернаторов  налул», все. же
принимает «тряцку, о сосульку», за
BLICOROMOCTABTICHHOLO чиновника,
	Новидимому, я также буду играть
в той пьесе, ‘постановкой которой
тезтр им. Вахтангова отметит 20-ле­тие Великой пролетарской революции
и темой которой ‘очевилно будут Ок­тябрьские дни 1917 года,
	На мою долю выпало счастье
вместе с делегацией работников ис­кусств быть Ba заседании Чрезвы­чайного ‹УШ всесоюзного с’езда  со0-
ветов. ,  

В те моменты думалось о том, что
вот здесь, в этом зале собрался цвет
нашей страны — лучшие стаханов­цы, ударники социалистической ин­мустрии, колхозных полей, бойцы
назней славной Красной армни, вид­нейшие представители трудовой ин­теллитенции. И все они в едином
порыве, гмрячо, и, как это чуветво­валось, от всего сердца, амлодиро­вали нам, людям искусства. Эти ап­лодисменты были для нас наглядным
свидетельсттом того, как ценит и лю­бит. искусство советский народ. Эти
аплодисменты лишний раз напомнили
0 том, насколько почетно и зместе о
тем ответственно выступать на сце­не советского театра, Они напомнили
о том, что советский актер играет пе­ред самым благодарным и вместе с
тем перед самым чутким зрителем в
мире, врителем, который с огромной
радостью принимает все то большое
и хорошее, что мы ему несем своим
мастерством, и вместе с тем не про­щает ни малейшей фальши.

Со своими лучшими достижения­ми мы должны притти к этому на­шему зрителю в дни велияо на­родного торжества — в дни празд­нования 20-летия Великой октябрь­ской революции. Тот неполный гл,
который остался до этих дней, лич­во для меня будет тодом большого,
напряженного -творчедкого’ труда.

  В настоящее время я всецело пог
лощен работой над образом майор&
Кожина, ‘тлавного repon пьесы
В. Киршона «Большой день», кото­рую наш театр предполахает показать
в начале будущего тода. Роль Ко­жина по своим размерам (она за­нимает около половины всего TeR­ста пьесы), будет, пожалуй, самой
значительной ‘из ‘всех  сыгравчых
	С небывалым подемом прошло
на-лнях собрание руководителей ху­дожественной самодеятельности Мос­квы, посвященное итогам Чрезвычай­ного УШ всесоюзного с’езда советов.

После доклада т. Вилимас один за
друтим выходят на трибуну руково­дители московских коллективов, что­бы рассказать о большой радости и
тордости за страну, утверлившую ве­ликую сталинскую Конституцию.
	— Мне уже 60. лет, — говорит клуо­ный работник т. Смирнов, — боль:
	шую часть жизни я провел в старой  
	революционной России. И нё могу ее
добром вспомянуть, До революции я
не ощущал фадости творчества. Сей­час сознание пользы, которую при­эту ра­дость.

С торячей, взволнованной речью
выступил на собрании один из ста­рейших руководителей музыкальной
самодеятельности лов. С. М. Новиц­КИЙ. :
	— Я поляк. Октябрь 1917 тода, —
говорит т. Новицкий, — аастал меня
моряком в Балтийском флоте. В пер­вый год революции я был избран
членом Ленинградского совета. Я нес
красногвардейскую вахту у Омоль­ного, чтобы Дать возможность спокой­но работать Владимиру Ильичу. Пом­ню, в те бурные дни находились ли­ца, уговаривавшие меня вернуться в
Польшу к «спокойной» жизни. Я от­казалея наотрез. Сейчас я особенно
полно ощущаю, как был тогда прав.
Моя новая социалистическая родина и
ее великий учитель дали мне лучшую
в мире Конституцию. .

Участники собрания, руководители
художественной самодеятельности
Москвы послали наполненное горячей
любовью и благодарностью письмо ве­ликому Сталину.
	Конференция в Театральном обществе
	Сегодня в 6 часов вечера в новом
помещении Всероссийского театраль­ного общества — в Доме актера (ул.
Горького, 42) — открывается конфе­ренция, посвященная. 50-летию со дня
смерти А. Н. Островского. Тема кон­ференции — «А. Н. Островский на
		На конференцию сехались © мест
Не режиссеры и актеры. Из
Ленинграда приезжают народные ар­тисты Бабочкин, Горин-Горяинов &
Юрьев, ряд заслуженных артистов и
труппа театроведов. В работах кон­ференции примут также участие ре­жиссеры тт. Громов (Тула), засл. арт.
Курский Иваново), Литвинов
(Минск), засл. арт. Надеждов (Яро­славль), засл. арт. Славянова (Смо­ленок), Стратонов (Энгельс), Юренев
(Горький), из Одессы приезжает
проф. Варнеке м др.
	Сегодня mo 8B залах Дома. are
открывается выставка памяти. А. -
Островского, организованная Всерос»
сийским театральным обществом F
Гос. театральным музеем им. Бехру­шина при участии музеев и театров.
На выставке свыше 2.500 экопонатов.

Огромная выставка открывается экс.
позицией, дающей  предотавление 96
эпохе Островского: В травюрах, пор
лретах, зарисовках, картинах и. т; Л.
рисуется быт, давший ‹ Островокому
богатейший материал для его драма­тических образов. ‘

‚ Следующий зал посвящен жизни ®
творчеству ‘Островского. и его лите»
ратурным современникам. Здесь же
документальный материал об Остров.
оком и серия живописных полотен,
‘рисующих имение Щелыкево’ (пастели
худ. Н. Арапова).

‚ Большой зал Дома актера посвящен
теме «Островский на дореволюцион­‚ной русской сцене». Целая стена от­ведена Малому театру. Тут экспонаты
группируются в основном вокрут та­ких ярких фигур, являющихся пред
ставителями двух поколений исполни»
телей Островского, как  Пров Садов­ский (с Шумским и другими) и 0. 0.
Садовская (в окружении Ермоловой,
Федотовой и др.). :

Друтие стены этого зала посвяше­ны постановкам Островского в старом
Алёксанлривоком театре, в Хуложе­ственном и в ряде провинциальных
театров. Посредине зала — витрины,
показывающие исполнение одной #
той же роли разными актерами. Здесь
показано 16 Катерин, 8 Снегурочек,
(во главе с В. Ф. Комиссаржевской),
8 встреч Счастливцева с Несчастлив­цевым и т. д.

В следующем, полукрутлом зале
собраны работы выдающихея рус
ских художников — эскизы декорв­ций Головина, Кустодиева, Симова и
др. Тут же и красочные зарисовки
A. IL Ленского.

Наиболее широко на выставке пред­ставлен отдел «Островский на совет­ской сцене». Экспонаты этого отдель
занимают все стены отромного кой:
	ференц-зала,
	Вюнференция открывается докла-.
дом «Народность искусства и мотивы
	творчества Островского»,
	Признания господина Геббельса
	«входить в детали». Взамен этого
Геббельс изобличий перед изумлен­ными слушателями нового и.о <траш­ного врага фашистокою искусства.
Этим врагом оказались — подумать
только—свои же фашистские критики.

«Одной из проблем обеспечения еди­ной культурно-политической линии
является художественная критика, —
провозгласил Геббельс.— Однако, не­смотря ‘на все наши усилия, она все
еще несет ‘на себе черты того либе­рально-еврейского времени, которое
мы стремимся преодолеть». Как же
пособить горю? Геббельс разрубил
этот гордиев узел одним ударом: за­претил всякую критику вообще.

С солдатской прямотой Геббельс
решил проблему критики излюблен­вым в нынешней Германии путём:
издал циркуляр о немедленной отме­не критики в Германии.
	Пожалуйста, не улыбайтесь, доро­гой читатель! И не делайте такого
недоверчиво лица. Все это говорит­ся совершенно всерьез. Я’ цитирую
пеббельсовский приказ:

«Co дня прихода к’ власти Яя
предоставил немецкой художествен­пой критике четыре года сроку,
чтобы перестроиться по национал­социалистским принципам»,
Отмечая далее, чтб этого он не

лождался, Геббельс продолжает: .

«Так как 1936 тод также не принес
‚ сколько-нибудь! достаточного улуч­шения художественной‘ критики, —

я категоричеоки запрещаю с 0е­тодняшинего дня продолжать худо­жественную критику в ее нынеш­ней форме». «На место нынешней
художественной критики отныне
ставится отчет о произведении ис­кусства. Художественный отчет
должен быть не столько суждением,
сколько описанием. Публике долж­на быть предоставлена возможность
	судить самой».
Выступивший. волед. 28 Геббельсом.
	актрисе. Эти «критики» стыдились
даже  полписывать свои писания
иначе, как A, Б., Ц--читатель даже
не знал их по имени, да и сам Геб­бельс не назвал ни одного из них в
своем докладе, .

Г-н Берндт немножко передернул,
упрекая евреев во всех грехах rep­манской критики именно последних
лет. За годы пребывания фашизма у
власти весь состав критических «кад­ров» был тщательно отсеян. Начиная
с весны 1933 г., ни в одном немецком
журнале, ни в одной немецкой га­зете ни одному еврею, ни одному
«марксисту», ни одному ‹«либералу»
не было ходу. К этой профессии
допускались исключительно люди,
высочайше одобренные и аппробиро“
ванные палатой печати. «Критика»
была «очищена» и фашизирована,
но от этого она не стала лучше: вот
какой вывод нало было сделать из
вчерашнего заявления Геббельса.

Конечно, фабская, пресмыкатель­ская «критика», лишенная каких-ли­60 руководящих прииципов. кроме
жадности к деньыам и желанья уго­дить, неспособна ни воспитывать ав­торов, ни помотать театру или ху­дожникам. Действительно, пользы OT
нее ни на трош-—в этом вероятно,
признавался себе в тиши кабинета и
сам Геббельс. Напротив, такая, с поз­воления оказать, критика приносила
лишь вред: она равжитала борьбу
честолюбий, сталкивала между собой
различных крупных и мелких сатра­пов, плодила склоки, учила читате­ля презирать приютившую эту грязь
фаптистскую печать. Что же осталось
Геббельсу, как не сделать в конце
концов того вывода, который он
сделал? Ведь заменить-то их некем?

Геббельс не убил немецкой крити­ки,—та, которая еще живет, находит­ся, «слаза богу», гене пределов досягае­мости его подручных, & то, что печа­талось теперь в германской печати,
	(Пасьмо. из Берлина)
	другой «культуртрегер» министерский
советник Альфред .Берндт вз на
себя... неблагодарную задачу—подве­сти «идеологическое обоснование» пол
упомянутый прикаа, Берндт заявил,
что, собственно, немцам критика чуж­да, что в Германии она введена про­оветителями (Jleccunrom au Готтше
	дом) сравнительно недавно и что во­обще самое слово «критика» заимст­ворано из французского языка. Для
вяницей убедительности оратор wHa­помнил, что художественная критика
запрещается в Германии не в пер­вый раз и еще в 1819 г. (свежей
примера не нашлось) газетам и жур­налам было запрещено критиковать
	постановки королевского театра В
Берлине. Но самый веский совой ре­зон Берндт приберег под конец: во
всем виноваты, конечно, евреи. Ока­зывается, за последние полвека тер­манской критикой во всех отраслях
иокусства‘ потихоньку завладели ев­реи, а чего хорошего можно ожидать
от неарийской критики? Еще через
50 лет,—великодушно пообещал ора­тор в заключение, —когда   вырастут
несколько новых национал-сощиали­стских поколений, пожалуй, мож.
	но будет снова разрешить в Tepma-.
	нии художественную критику.
Иностранные буржузаные журнали­сты, сидящие в Берлине, сделали из
этого сенсацию: «Геббельс убивает
германскую критику». Это неверно:
терманская критика была убита го­раздо ранышне-—она мертва с тото дня,
как фашизм  дорвался до власти.
Лучшая ее  часть рассажена по кон­центрационным лагерям, немногие
счастливцы могут поднять голос за
рубежом, в эмиграции, Ко в самой
	Германии все это время ни о какой
	свободной критике He могло быть и
речи. Лучшим, «критиком» считался
тот, кто умел подпустить потуще фя­мам чинорному драматургу или сто­inet под высоким покровительством
	меньше всего было критикой, в е00-
ственном смысле этого , слова. Геб­бельс никого не убил, он лишь пуб­лично признал, что нахажденная им
с&мим критика — смердящий труп.
Геббельс расписалея в собственном
провале, самому себе, выдал  свиде­тельство ‘в несостоятельности, в TOM,
что при фашистоком режиме невоз­можна никакая честная художествен­ная критика. Таков политический
смысл последнего шата‘ германского
министра пропаганды. —

Картина была бы не полна, если
бы мы не рассказали советскому чи­тателю о конце этого замечательного
	приказа.
Итак, отныне в Германии критика
в искусстве отменена. Вместо нее
	вводится новая разновидность репор*
Tama. Это не все: представители по­0   следнего образуют особый цех в па:
	лате печати и после занесения в не­го требуют в. каждом отдельном слу­‘чае «особого разрешения». От пишу­meno по вопросам искусства Геб­бельс требует «уважения, приличного
	мировоззрения и национал-социали­стских убеждений». Отдалим Геб­бельсу должное: он все-таки и’ тут
внес нечто свое; новое в’ проблему
художественной критики. До введе­ния возрастного  ценза для всякого.
желающего писать об искусстве, если
не опгибаемся, до Геббельса еще: ник­то, нигде и никогла не долумывался.
Когда Геббельс предписывает в сво­ем приказе, чтобы впредь пишущему
об искусстве было «не   меньше
30 лет от роду»,—то мы признаем
элесь за г-ном Геббельсом пальму
		На-днях в Берлине закрылось 38-
седание так называемого имперского
культурсената. В Германии, где все
поставлено на военную ногу, культут
ра не составляет исключения: она
втиснута в мундир армейского по­кроя и марширует по команде свы­ше; подазать эту команду и при­тлядывать за равнением в культур­ном строю призван «культурсенат»,
состоящий из фельдфебелей, данных
Германии в. Вольтеры Гитлером и
Геббельсом. Сенат состоит из 7 ma­лат (по делам музыки, изобразитель­ных искусств, театра, литературы,
печати, радио и кино). Каждая из
палат в свою очередь распадается на
множество секций и подсекций. Ра­бота этих секций сводится к тому,
чтобы ни одно проявление культур­ной деятельности не могло усколь­внуть от бдительного ока’ сенатских
	надзирателей.
Пленум сената собирается не чаще
	ааа в год-из` этого одного явствует
	= си мо АА:
его значение,—на нем ставятся лишь
самые важные, принципиальные воп­росы. С докладом выступил  <амо­лично Геббельс, он же председатель
сената. он же министр, он же высо­кий покровитель искусства. Положе­ние его, было не из легких: истек­о ЗО ща ла ANTHM 72 CaMBix
	ший год.оказался одним из Caitbia
черных для. поверженной в прах гер­манской культуры, В своем _ отчете
Геббельс не емог привести ни одного
имени, ни одного действительно круп­ного художественного произведения.
Германские драматический и оперный
театры за неимением новинок  про­бавляются почти исключительно Те:
ставрацией. В литературе 3% год ‚не
появилось ни одного романа, ваютавив­mero о себе говорить, & для терман­ских художников единственной в08-
можностью  применить свои силы остё­лось оформление новых  военно­стратегических автострал. Геббельс
довольно неуклюже  ускользнул от
тяжелой необходимости доказать фак­тами существование фашистской
‘культуры, сославшись #& ненужность
	До какой степени, однако, нынеш­ние властители Германии сродни щел­ринским тероям: если один из них,
как Гитлер, мечтают «закрыть Аме­рику>, то маленькому Геббельсу явно
не дают спать лавры рлуповекого пом­падура, прославившегося тем, что. он
«сжег гимназию и упразлнил науки>.

и Ипполит