Больше
бумаги стране!
			анспорта, за Woy eM
КУЛЬТУРЫ и улучшение
	быта в городах и носел­ках бумажных комбина­тов.
На Балахне и на
«Соколе», на Камском
	По следам выступлений
«Литературной газеты»
	«Радиоприемники или...
полированные ящики»
	Помещенная в «Литературной газете»
№ 2 от 7 января с. г. статья «Радиоприем­ники или... полированные ящики» правильно
ставит вопрос о снабжении сельских по­требителей источниками радиопитания и ра­диолампами. .

Заводами Министерства промышленности
средств связи было выделено для откры­той продажи населению радиоприемников
на батарейном питании: в 1946 году — 89
тысяч штук и в 1947 году — 125 тысяч
штук, а источников радиопитания соответ­ственно 112 и 203 тысячи комплектов.

В 1948 году намечено выпустить 110 ты­Cau штук радиоприемников и источников
радиопитания 350 тысяч комплектов.

Таким образом, все находящиеся в
эксплоатации и намеченные к поставке в
1948 году радиоприемники обеспечиваются
источниками радиопитания с годичным сре­ком сохранности батарей.

При этом условии важнейшей задачей
торгующих организаций и в первую очередь
Центросоюза, как основной товаропроводя­щей организации на селе, является правиль­ное распределение получаемых изделий по
районам потребления.

Для обеспечения сохранности источников
радиопитания при транспортировке для се­ла необходимо производить отгрузку бата­рей в жесткой таре. Это зависит целиком
от Главлесоснаба, который в прошлом году
сорвал поставки лесоматериалов нашему
министерству.

Необходимо признать, что население в
прошлом году плохо снабжалось раднолам­пами, Министерством промышленности
средств связи приняты меры к резкому уве­личению выпуска радиоламп в 1948 году,
	План выпуска детекторных — приемни­ков на этот год установлен в количестве
160 тысяч штук, наряду с ростом выпуска
ламповых приемников в полтора раза по от­ношению к выпуску 1947 года, Следует
учесть, что для удовлетворения потребно­сти населения в детекторных приемниках
производство их, как это предусмотрено
решением правительства, должно быть ор­ганизовано в массовом количестве и на
предприятиях местной промышленности со­юзных республик и нромкооперании.
	Министерство промышленности средств
связи ставит перед собой неотложную зада­чу — обеспечить колхозное крестьянство в
1948 году качественными детекторными,

ламповыми приемниками и источниками ра=
диопитания.
	Министр промышленности
средств связи СССР
	+, АЛЕКСЕНКО.
a
		В Вестминстереком аббатетре
	Полумрак в Вестминстерском аббатстве.

Мертвый блеск тысячелетних плит.

Бритый пастор о христовом братстве

И о вечной славе говорит.

С выдержкой английской внемлет паства,
туристы, головы задрав,

Сравнивают готику аббатства

С дугами величественных арф.

В кружки опускается валюта,

Дань цивилизованных людей

Месту, где лежит под камнем Ньютон,

Где лежит под камнем Фарадей,

«Впрочем, уж_на иного пи им чести

Тут лежать и превращаться в тлен

С высшими чиновниками вместе?» —

Думает солидный бизнесмен.

Тут же, в гордом храме, похоронен,

Как легенды утверждают в лад,

Просто некий «неизвестный воин»,

Первой мировой войны солдат,

На могилу воина приходит

Женщина, беднейшая в приходе.

Обратив тускнеющие очи

К сводам, запыленным дотемна,

С раннего утра до поздней ночи

С богом пререкается она:

«Если ты велик — реши иначе!

Одного солдата воскреси!

Он был добрый мальчик, умный мальчик,

У тебя ведь тоже — сын

Целый день стоит она упрямо

Перед разукрашенной стеной.

«Паства» выбирается из храма,

Обходя старуху стороной.

Бритый пастор произносит сухо:

<Жаль, конечно, что солдат убит,

Но мадам — безумная старуха,

Господу — не до ее обид!»

И бредет по переулкам старость,

Отдыхает в чайной, поутру,

Где навес, как будто рваный парус,
	хлопает и плещет на ветру.
В чайной — запах мокрого каната.
Лица здесь суровы и темны.
Здесь друзья убитого солдата
Говорят о будущем страны.
		ОРГАН ПРАВЛЕНИЯ СОЮЗА
СОВЕТСКИХ ПИСАТЕАЕЙ СССР
		© УУВЧиО у на дцамовом

В годы второй сталинской пятилетки с   комбинате и Ленинградской фабрике имени
хрибуны Всесоюзного с’езда советских пи­Горького, на предприятиях Калининграда
сателей, которым руководил Алексей Ма­и Барело-Финской ССР, на фабриках имени
кеимович Горький, раздался призыв к рабо­Володарского и имени Ворошилова, работа­чим и инженерам бумажных фабрик: ют ныне прозаики, поэты, очеркисты, по­«Уважаемые товарищи, — говорилось В  казывая труд передовиков, будя отстаю­обращении с’езда к ним, — основная цель щих, разоблачая косность и консерватизм,
нашей партии, нашего правительства —  поднимая людей на борьбу за пятилетку
	в четыре года.

«Больше бумаги Родине», — призывают
листовки, специальные выпуски печатных
газет, плакаты, «Больше бумаги Роди­н6»— это тема литературных вечеров и
встреч, которые проиеходят в эти дни на
бумажных предприятиях. Чтобы обеспечить
получение большего количества бумаги,
писатели устраивают’ встречу балахнин­ских бумажников с энергетиками — а ведь
восемнадцать лет живут бумажники и
энергетики рядом, восемнадцать лет 60-
рются за общее дело бок-о-бок, сталки­ваясь с трудностями, побеждая их, прео­долевая препятствия, — но только впер-.
вые встретились они по инициативе при­бывшей бригады писателей, чтобы наме­тить пути дальнейшей совместной борьбы
`за пятилетку в четыре года.

Порядок и чистота в` цехе, выпускающем
бумагу, — залог высокой производитель­ности. Кажется, это должно быть понятно
всем. Олнако лишь приезд писателей на Ба­лахну и комбинат «Сокол» помог по­ставить в порядок дня вопрос о борьбе за
культуру производства. На комбинате «(о­кол» бригада писателей выяснила, что де­сятки предложений рационализаторов и
изобретателей лежат без движения.

Хорошо сказал на встрече партийно­хозяйственного и профсоюзного актива ком­бината «Сокод» с Участниками писатель­ской бригады мастер тов. Зайцев:

— Особенно мешает нам то, что нет
отражения нашей работы... А ведь у нае,
у советских людей, заведено так: если мой
товарищ сделал больше, надо не отстать.
Нужно показывать лучших людей, чтобы
народ знал, по кому равняться.
	Правильно, тов. Зайцев! Слаб, еше очень
слаб обмен опытом на предприятиях бу­мажной промышленности, —в этом убеди­лись писательские бригады. И министер­ству, и Центральному комитету профсоюза
рабочих бумажной промышленности много
нужно поработать, чтобы достижения се­точника Камского комбината тов. Рогачева
стали известны на Балахне, чтобы в Je­нинграде равнялись по стахановцу Вишер­свого комбината тов. Митранову, чтобы по­чнн варщика Соломбальского завода тов.
Лобановой был распространен как можно
шире, чтобы тысячи людей работали так,
как бригадир тов. Буслаев на «Соколе».
Передовые стахановцы не делают секретов
Из своих достижений, — почему же мини­стеретво и профсоюз не переносят любовно
и бережно достижения с одного предприя­тия на другое, чтобы множилось число но­заторов на бумажных комбинатах?

Ознакомление е большой жизнью пред-.
приятий, вторжение в будни пехов, которое
совершают сегодня писатели Ha бумажных
комбинатах, нужно расематривать лишь
как начало большой и слаженной работы
творческих бригад прозаиков, поэтов, очер­кистов на заводах и фабриках. Опыт, кото-.
рый приобретают сегодня писатели на Ба­лахне и на Каме, в Архангельске и Ленин­граде, в Калининграде и Вологде; может и
должен быть перенесен на шахты Донбасса,  
на рудники Горной Шории и в цехи «За­порожетали». Ilycth появятся и там
бригады советских литераторов, кото­рые в общении со строителями и сталева­рами, с бурщиками и. прокатчиками, ©
горновыми и забойщиками найлут новые
иеточники творческого вдохновения. Пусть
познакомятся писатели на производстве с
будущими героями романов, повестей, очер­ков и поэм — с теми стахановцами и
инженерами, которые под руководством
партии Фенина -— Сталина осуществляют
		гущество нашей Отчизны.

Поездки бригад писателей на бумажные
комбинаты следует рассматривать как
	Поднять всю массу населения Союза Совет­ских Сопналистических Республик на вы­соту современной промыпгленности, техни­ки, культуры, чтобы с этой высоты
открыть передо каждой единицей  сво­бодный и широкий путь к безгранич­ному развитию ее разума. ге способ­ностей и талантов... Вы знаете, товарищи,
что книга — это основное орудие развития
человечества и что для создания книг нуж­на бумага, и, кстатн сказать, хорошая’ бу­мага... Всесоюзный с”ездо литераторов (9-
ветских. Социалистических Республик 06-
ращается к вам, товарищи, с просьбой
усилить ваш труд...»

Более тринадцати лет прошло с тех пор,
как на с’езде советских литераторов была
закренлена дружба писателей се рабочими
и инженерами, изготовляющими бумагу.
Эти годы были периодом роста и развития
бумажной промышленности среди других
отраслей советской индустрии. Сотни мил­лнонов рублей отпустило государство на
строительство новых бумажных комбинатов
и полную реконетрукцию старых. По’ воле
партии Ленина—Сталина мы строили Ha
Урале металлургическую Магнитку и одно­временно воздвигали корпуса Какского бу­мажного комбината. Мы сооружали гигант
автостроения на берегу Оки, и невдалеке ‘от
него вырастали цехи Балахны. Восемнад­цать новых гигантских предприятий 6у­мажной промышленности создал в годы
сталинских пятилеток наш народ, который
в развитии бумажной промышленности
видел путь к новым высотам культуры.

Советский писатель находил свое место’
на стройке гигантов сталинских пятилеток
— будь это металлургический завод или
бумажная фабрика. Памятниками той эпохи
остаются «Время, вперед!» В. Катаева-—ро­ман о стройке металлургического гиганта—
и «Соть» Л. Леонова-——0 сооружении бумаж­ного комбината. «Бумага спорила за первен­ство с металлом, кожей, энергией и обнару­жила несомненное равенство сил», — 10-
ворится в «Соти», написанной в первый
год первой пятилетки.

Варварское гитлеровекое нашествие на­несло большой урон бумажной промышлен­ности—оно вывело из строя около полови­ны производственных мощностей в этой.
отрасли. Первый послевоенный сталинский
нятилетний план восстановления и разви­тия народного хозяйства определил —наря­ДУ с металлом и углем, трактарами и
нефтью, автомобилями и текстилем — также.
и пути под’ема производства бумаги. «Вос­становить в 1948 году и развить дальше
бумажную промышленность, — товорится
в плане новой пятилетки, — увеличить в,
1950 году производство бумаги на 65 про­центов по сравнению с довоенным уровнем,
обеспечив при этом более значительный
рост выпуска белёных качественных бу­Маг».

В те дни, когда по почину славных
ленинградцев началось среди миллионных
масс трудящихся всенародное движение за
выполнение пятилетки в четыре года,
вновь встретились стахановцы бумажных
комбинатов и советские литераторы. Писа­тели обратились с боевым призывом к ра­бочим, инженерам, техникам и служащим
бумажной промышленности — мобилизо­вать все резервы и дать больше бумаги Ро­дине. Продолжая горьковскую традицию
дружбы между писателями и бумажниками,
дружбы, заложенной на Всесоюзном с’езде
писателей, ныне работают на предприятиях
в качестве активных участников борьбы за
пятилеку в четыре года посланцы Союза
советских писателей. В ближайшее время
на бумажные фабрики выезжают новые
бригады писателей и журналистов. г

Активное писательское слово помогает
предприятиям бороться с препятствиями,  
мешающими выполнению плана. Вместе с
бумажниками воюет писатель за внедрение

 
  
  
  
 
 
 
 
 
 
 
 
  
   
   
  
 
 
 
 
    
   
    
   
 

ae eet a eee eel]
	новой техники на самом предприятии, за   начало большой работы на предприятиях,
всемерную поддержку новаторов, и вмеете   начало большого пути, На этом пути нуж­с тем борется он за лучшую работу постав­но пожелать товарищам серьезных удач,
щиков леса и мапин, запасных частей и значительных успехов, крупных творче­механизмов. за улучшение деятельности! еких свершений!
	ГАЗЕТА,
	Среда, 14 января 1948 г. Цена 40 коп.
	поваторы и консерваторы
	> Любители тихих скоростей не склонны,

ВИДИМО, и в НОВОМ ГОДУ использовать ко­Л. КАРПОВ, В. ПЕТРОВ лоссальные возможности увеличения выпу­2 ска стекла, открытые новаторами. Расхраб­вых», «не увлекающихся» людей. Нет, они
не отрицали значения высоких скоростей!
Но они сразу нашли множество причин,
якобы пренятетвующих внедрению скорост­ных методов на других заводах... На что
только они не ссылались?! Кто-то пустил
слух, что у рижан есть екорости, но нет...
стекла. Другие пытались уверить, что 0бо­рудование у рижан, мол, не такое, как на
остальных предприятиях. Третьи  пред­упреждали, что высокие скорости неиз­бежно вызовут большое количество брака.

Громче всего раздавались эти голоса
там, тде новаторы, казалось бы, вправе
были рассчитываль на крепкую поддерж­ку, — в штабе стекольной промышленно­сти, в Главстройстекле Министерства про­мышленности строительных материалов
СССР. Причем наиболее последовательно и
упорно защищали эту точку. зрения заме­ститель министра, который одновременно
является начальником главка, — тов. По­танин и главный инженер тов. Литваков­ский.

Из месяца в месяц рижекие скоростники
совершенствовали свой метод, добиваясь
скоростей в 130 метров в чае. Бой и брак
стекла — бич многих заводов. А рижане
непрерывно сокращали брак, увеличивали
выпуск высоких сортов. И тем временем,
несмотря на почин передовиков, стеколь­ная промышленность в целом продолжала
работать на старых скоростях.

Но не может в нашей стране затеряться
стахановский почин. Небольшой стеколь­ный завод под Москвой — в Мишерони,
оснащенный таким же оборудованием, как
и все другие наши предприятия, успешно
перенял опыт рижан. Машины Фурко на
этом заводе стали работать со скоростью
в 99—100 метров в чае. Никогда за всю
историю завода в Мишерони не выпускали
столько стекла. На новый путь вышли и
стекольщики Лисичанска. Повышение ско­ростей помогло им добиться систематиче­РОГ ’ ПРПОРЕЕТОТНОЕНИС торхттлеапатратиталА

рившись, они планируют теперь на 1948
год — на третий решающий год пятилет­ки — среднюю скорость... в 67,5 метра
в чае;

Напомним, что приказ министра, опре­деливший задачи промышленности на
1947 год, когда высокие скорости не по­лучили еше широкого распространения,
обязывал стекольщиков работать на маши­нах Фурко со скоростью 65 метров в час
ий подчеркивал, что при всех условиях эта
скорость не должна быть ниже 60 метров.
Сегодня руководители  Главстройстекла
тт. Шотанин и Литваковекий ориентируют
работников стекольной промышленности на
движение... вепять.

Не так давно на совещании Техническо­то совета Министерства промышленности
строительных материалов CCCP обсуждал­вя очень серьезный вопросе. Речь шла о
том, что в течение долгих лет научные
открытия советских ученых, имеющие для
стекольной промышленноети исключитель­ное значение, не внедряются в произвол­ство. На этом совещаний выступил тов.
Титваковский. И вот как он обосновал
эту меллительность.

— Мы — не авиация, для авиационной
промБинленности такие темпы, может
быть, и не высоки. А для нас они естест­венны.

Это чушь, тов. Литваковекий! Скоро­сти — революционизирующая сила. Onn
присущи всем отраслям нашей индустрии.
Большие скорости — это стиль нашего
продвижения вперед.

Революционизирующая сила стаханов­ских скоростей ярко проявилаеь в стеколь­ной промышленности. Нод влиянием уепе­ха фуркистов-скоростников уже найдены
практические пути для ускорения варки
стекла, чтобы дать машинам Фурко до­статочное количество сырья при работе на
высоких скоростях.

Планируемая скорость в 657,5 метра в
чае ни в коей мере нё соответствует ны­ского о перевыполнения
плана:

государетвенного

Победа стахановцев в Лисичанске и Ми­шерони вновь развеяла

в прах теориз

AGU FD в ва моро BU UVVUIDOLOUIBYOL nin
нешним возможностям CTCKOALHOM MpPOMEIM­ленности и стоящим перед ней задачам.
Руководители Главстройстекла продолжают
	«медлителей», обнажив весь их консерва­РИАеР\иИвВаться своеи консервативной точ­TH3M : _   ВИ зрения. _ L. ~
Tk 6 2 В преддверии 1947 года министр про­ротло больше тода © тех пор, Как 67е­иътиленности строительных ни

Te Te CIV ee Tn? ATATATPF A Wr ant OBA ITATTaARmATE ня
	A MIRAE WE SRE VIPVUR LUND DA NGLU PA avi US

кольщики Риги одержали свою замечатель­СССР в своем приказе дал весьма меткую

стл whore Е рае плеч Рае.
	 

ную нобелу. Много месяпев TOMY назах
	стахановцы Лисичанска и Мишерони дока­зали, что высокие скорости доступны лю­бому стекольному заводу. Немало месяцев
прошло с тех пор, как специально послан­ные на предприятия бригады Веесоюзного
научно-иселедовательского института сте­Ela единодулено пришли к такому же вы­воду и заявили, что высокие скорости при­менимы повсеместно.

Может быть, после этого руководители
Главстройстекла оеознали свою серьезную
ошибку и решили, наконец, поддержать
инициативу стахановцев,  по-большевист­ски взяться за широкое распространение
стахановекого опыта?! Увы, нет.

И если тт. Потанин и Литваковекий те­перь заявляют, что они за высокие ско­рости, то позволительно спросить их: чем,
кроме слов, они доказали свою готовность
внедрять высокие скорости в руководимой
ими области промышленноети?

Приведем факты. За минувший год сред­няя скорость вытягивания стекла на ма­шинах Фурко отнюдь не увеличилась. дна
осталась почти на том же уровне, что и в

Эа мона тЬь AVE DIG оли врисущ
некоторым работникам стекольной промыне
ленности. В этом приказе указывалось, чт
передовые люди стекольной промышленно:
сти проявили инициативу в повышени?
скорости вытягивания стекла. Минист!
указал, что когда дело дошло до примене
ния новых методов, то обнаружилась прак:
тическая слабость некоторых работников,
отрыжка старого консерватизма, боязне
нового.

Не в бровь, а в глаз! Прошел год, & ета­рые пороки еще живут! Скоростные методы
в стекольной промышленности не’ внедря­ются и поныне. Дело огромной государст­венной важности замерло.

Не впервые на суд советской обществен­ности выносится консерватизм технической
политики Хозяйственников стекольной про­мыиленности. Однако положение не из­менилось. Очевидно, и в главке и в мини­стерстве большевистекое отношение к кри­тике не культивируется.

Будем надеяться, что министр промыш­ленности строительных материалов. СССР
	начале года. В то время как на рижеком   тов. Гинзбург прислушается к голосу co­заводе скорости составляют 120—130   ветской «общественности, которая хочет
метров в час, почти все остальные стеколь­знать, что же предпринимается в 1948 го­ные предприятия’ работают на скорости   ду для быстрейшего распространения опыта
ниже 60 метров! мастеров высоких скоростей.
	Б годы сталинских пятилеток в нашей
стране была создана мощная стекольная
промышленность. Производство стекла бы­ло механизировано. Построены крупные
предприятия, удовлетворявшие потребность
народного хозяйства. Часть из них постра­дала в годы войны. Ныне все довоенные
производственные мощности стекольной
промышленности восстановлены. Заводы
могут и должны работать полным ходом!

Движимые благородным патриотическим
стремлением —— помочь Родине как можно
быстрее ликвидировать последствия войны,
передовые люди стекольной промьышленно­сти поставили перед собой задачу найти

новые пути использования богатой техни­EW, чтобы выжать из нее все, что она мо­жет дать.

Беспредельна творческая сила советских
людей, работающих для блага всего народа.
‘Стахановец Горьковского стекольного за­вода тов. Карасев, лучшие мастера Гусь­Хрустального тт. Новский и Янтарев и
многие другие ` искали способов yre­личения выпуска стекла. Уже первые
их успехи показали, как велики производ­ственные резервы. Велед за ними на не­большом рижеком стевольном заводе «Cap­кандаутава» («Красная Даугава») rpyana
стахановцев под руководством энергичного
инженера, потометвенного донецкого ете­кольшщика Павла Чередниченко сделала за­мечательное открытие, положившее начало
новой блестятней главе в истории стеколь­ной промышыенности.

Основным агрегатом современного ете­кольного производства является машина
Фурко. Она пришла на смену стеклодуву.
Машина делает стекло. Машина тянет из
печи ленту густой расплавленной массы
сырья и превращает ее в светлые, прозрач­ные листы. Чем быстрее движется огнен­ная лента, тем больше дает машина`стекла.
Много раз зарубежные ученые и инжене­ры-практики пытались ускорить движение
ленты, но никому не удавалось добиться
существенных результатов. Средняя ско­рость вытягивания стекла на лучших за­водах мира не превынтает 70-75 метров
В час.

Стекольщики «Ёрасной Даутавы» по­ставили перед собой смелую задачу — во
что бы то ни стало перевести машины Фур­ко на более высокие. скорости. Труден был
путь новаторов. ‘  

Павел Чередниченко и его друзья не по­боялись пойти на смелые эксперименты.
Они много работали, они пошли на тех­нический риск и, наконеп, блестяще осу­ществили свой замысехт. aoe

Советская печать отметила выдающийся
успех людей «Красной Даутавы», добив­пихся рекордных, неслыханных в историй
мировой стекольной промышленности ско­ростей вытягивания стекла на машинах
	 Фурко.
	(0 метров в чае! 1201...
	В продолжение всего 1947 года «Враеная
Даугава» работала на средней скорости—
120 метров в чае. Ее стахановцы удвоили
скорости вытягивания ленты и превзотли
средние темпы, достигнутые на других за­водах, более чем в два раза. Уже в 1947
тоду рижане работали на производственном
уровне 1950 года и выполнили програм­му первых трех лет пятилетки.

Общеизвестно, с какой быстротой рас­пространяется стахановекий почин в Ea­тей стране, с какой энергией подхваты­вают советские люди все новое, что спо­собствует ускорению темпов выполнения
государственного плана. Co всех концов
Советекото Союза начали поступать вести
0 стремлении лучших фуркистов работать
на высоких скоростях. На рижекий завод
началось паломничество с других пред­приятий для обмена опытом.

Но не смолк еще гул одобрений, как уже
	прозвучали голоса так называемых «трез­ниже 60 метров!
	 
 

   

   
	заметки
писателя
	Бригада приняла учаетие во многих меро­приятиях, имеющих целью усилить крити­ку и самокритику. Бригада подняла на
щит героев производства и обрушилась
на тех, кто мешал выполнению плана или
срывал его. Был начат поход за чистоту
	‚В. Цехах, за культуру произволетва. Дирек­тор комбината издал детально  разрабо­танный приказ. о наведении и соблюдении
чистоты. Были мобилизованы вокруг этого
задания вее силы заводских организапий,
Вомсомольцы взяли шефство над чистотой.
Впервые за всю историю предприятия бы­ло созвано собрание уборщиц.

После нашего посещения общежитий и
квартир, детских яслей и больницы возник
вопрос о возрождении движения жен инже­нерно-технических работников комбината.
06 этом надо будет рассказать отдельно,
ибо факты, побудившие создать совет жен
инженеров и техников, достойны всяческо­го внимания.

Состоялись и собрание врачей поселка
Правдинск, собрания интеллигенции посел­ка и комбината, вечера поэзии, лекпии.

3 = *
m
	четырнадцатый раз работаю я с 1930 то­да на заводах и стройках страны в выезд­ных бригадах.

Творческой радостью наполнены были и
эти дни на бумажном комбинате.

На Балахнинском бумажном комбинате
нами сделано еще немного. Впереди мопе
работы. Но ясно уже, что эта работа почет­на и радостна для писателей, что она даст
результаты и для страны и для писатель­ского творчества. Напта бригада желает всем
писателям почаще испытывать то велико­лепное ощущение результативности своей
строки, своего устного слова, своего дела,
своей инициативы, какое испытываем мы
ежедневно здесь, на комбинате. Какая ра­дость — вторгаться в жизнь, видеть и
учиться, мыслить ‘и планировать, и дей­ствовать, действовать, действовать!
ПРАВДИНСК. Горьковской области.
	суждения выявилось; что на Балахнинском   График работы-—незыблемый закон. I pa­комбинате вообще не привыкли называть   фик ремонта-—тоже закон, столь же твер­дый, незыблемый.
	имена конкретных носителей зла. Лишь в
выступлениях рядовых рабочих были за­клеймены постунки членов партии ПШитова
и Евсеичева, не раз уходивших с работы
без предупреждения. Вскрыты были «до­машние отношения» на производстве неко­торых мастеров, боязнь критиковаль.

Это партийное собрание было большой
школой.
		А. БЕЗЫМЕНСКИЙ

 
	на помощь дорогим для вас людям, преобра­зить все, что здесь происходит.
  Во весь рост встанут перед вами большие
проблемы малой механизации. Не думайте,
что для полной механизации трудоемких
процессов необходимы 06060 сложные ма­шины. Нужны сотни метров передвижных
транспортеров очень простой и легкой кон­струкции. Они дешевы, они требуют малого
количества электроэнергии; они просты в
эксплоатации. Тогда можно будет механизи­ровать ссыпшку дровяных и балансовых куЧ,
загрузку балансов в шахты дефибреров, по­дачу опилок на узкоколейные платформы
и вагонетки, отгрузку отходов из щеполо­вок, подачу щебня и песка на автомашины,
улаление огарков от колчеданных печей
кислотного завода, удаление золы из золь­пиков паровых котлов. Великую больше­вистекую задачу освобождения людей от
тяжелого физического труда могут релить
также недорогие и несложные  под’емно­транспортные устройства: тельферы, элек­трокары. Исключительную роль может сы­грать пневматический трансверт, узкоко­лейки.

Все это можно легко внедрить. Все это
надо сделаль!

+
*„

Техникой управляют люди. Программу
выполняют люди. Людей выращивают люди.

Вот они перед вами, У бумажной машины
или тримбея, у дефибрера или варочного
‘котла, в паккамере или на рейде. Вот они
в дирекции, в комнатах начальников смен,
в парткоме и фабкоме; в клубе и дома, на
«зарядках» перед сменой и на совещаниях
У главного инженера. Вы входите в мир
высокого ‘нравственного достоинства и про­изволетвенного энтузиазма.

В большинстве случаев кристально чи­сты взаимоотношения людей. А порою бы­вают они так сложны, что необходимо ОЧЕНЬ
	Производственные будни — это поток
событий, больших и малых. Это целеустре­мленная воля  многотысячного  коллекти­ва, выполняющего программу. Это’ широкий
фронт, на котором ведут наступление Рз­зум, Воля, Страсть, Упорство, Энтузиазм,
Изобретательство, Расчет, Дерзание, Пред­видение. Это сотни замаскированных крун­ных окопов и мелких траншей, которые
надо уничтожать вместе с засевшими в них
ленью, равнодушием, зазнайством, грязью,
косностью. Это величественная и трудная
битва, в которой участвуют большевистская
Любовь и большевистекая Ненависть,
	Писатели включились в производствен­ные булни Балахнинского бумажного ком­бината. Мы стали соратниками его инже­неров и рабочих, участниками жизни, пол­ной творчества, труда, исканий.
		точное знание жизненных и производствен­чых фактов, чтобы во всем разобраться. и
сделать правильный вывод. В поток высо­кого и радостного душевного напряжения
врываются подводные течения самолюбий и
честолюбий, устарелых привычек, залежа­лых бытовых традиций. Каждое совещание
на комбинате—это школа для распознава­ния людей, их замыслов, достоинств, при­вычек, темпераментов.

Очень полезно писателю почаще бывать
в таких школах.
		«дал, где стоит отромная; кажется в
70 метров длиною—машина, выпускающая
готовую бумагу, просторен, светел и похож
	На танповальный зал...».—еказал Алексей
	Максимович Горький в 1929 году о Балах­нинском комбинате. Вряд ли повторил бы он
	Эту фразу сегодня... Огромный зал захлам­лен донельзя, он дико грязен. Окна не мы­TH года полтора. Вто же в такой обстановке
	будет носить чистую спецовку или переста­нет бросать грязные обрывки бумаги кула
попало?

— Мы здесь программу делаем, а не чи­стоту соблюдаем!—сказал один из масте­ров.

Он не понимал страшного смысла своей
фразы. Ведь как раз в его емену. кто-то
бросил на пол инструмент, неожиданно
ударивший по крючку-—-незаметному среди
труды хлама,—а этот крючок понал на сет­ку и порвал ее. Машина простояла семь
часов.

В других цехах грязи еще больше, чем
в бумажном зале. Она страшна. Но равно­душие к ее существованию даже страш­нее, чем сама грязь,

* х *

Писатели побывали и в квартирах, клу­бе, Доме пионеров, столовых, общежитиях,
больнице, детских яслях. Сколько людских
характеров наблюдали мы! Вникая в жизнь,
мы учились у нее. Учились для того, что­бы вернее действовать.

То, что удалось сделать писательской
бригаде на комбинате, было началом
похода на 0б’ективные причины, мешаю­шие балахнинцам выполнять программу.

Стены цехов запестрели плакатами, сти­хотворными лозунгами и «молниями». Га­зета комбината, в которой писатели прини­мали активное участие, заговорила острым
языком, особенно в отлеле «Бракомолка».
	Стиль производственной и общественной
работы слатаетея из многих компонентов.
	  Их надо уметь видеть, понять, оценить.
	У комбината есть бесспорные достиже­Достигнуты довоенные скорости мз­шин, Есть много изобретений, нововведе­ний, есть замечательные люди во всех це­хах; Однако ход социалистичёекого  сорев­нования, состояние критики и самокритики
сигнализируют и о крупных вывихах в сти­ле работы комбината.

Побудьте всю смену у машины. Что бро­сается в глаза? Мастер не является хозяи­ном участка. Он не является центральной
фигурой на производстве, хотя об этом ясно
говорят указания Пентрального Комитета
ВЁП(б). Слишком часто начальники цехов
пли даже ‘тлавный инженер подменяют
собой мастера. Они сами берут на себя тот
или иной ремонт, заявляя: «Это я сделаю!»
Такие действия снимают с мастера ответ­ственность и глубоко обижают его. Мастер
не имеет права остановить машину хотя бы
на десять минут.

Но дело тут не только в десяти минутах
и даже не только в положении мастора на
производстве. Возьмите график планово­предупредительного ремонта, сверьте пифы
с фактами, и вы поймете, что этот гра­фик-—самый неуважаемый документ на
комбинате. Сколько клятв произнесено­над
графиком! Сколько дано обязательств
соблюдать ‘его до секунды! А на деле— все
наоборот.

Менять надо этот стиль. искоренять!
	Rak поставлено соревнование на комби­нате? Как. показывают героев и наказывают
	виновных!
	Имена стахановцев не называются на
собраниях, об их трудовых подвигах почти
не говорят ни страницы газеты, ни плака­ты.

Наказания виновным в тех или иных
проступках смехотворны и мизерны: их,
видите ли, «не хотят обидеть», их фамилий
не произносят с гневом. Вокруг их «деяний»
не мобилизуются общественное И
и презрение.

Мастер Волганов по cobcrnemoit халат­ности «запорол» две сетки. Как его нака­зали?.. Снизили премию... Только после. то­го, как он запорол третью сетку, партком
бумажного цеха вынес ему строгий выговор
с предупреждением, с-занесением в личное
дело. а дирекция сняла мастера с работы.
	В первый раз применили такую заслу­женную кару! Однако на партийном cobpa­нии цеха секретарь парткома т. Бугров. не
только не приковал внимания’ коммунистов
5 вынесенному важному решению, но и во­обще не сказал о нем ни слова. Понадоби­лись резкие выступления парторга ЦА
ВЕНСб) т. Волкова и представителя брига­ды писателей, чтобы поставить на обсуж­хение вопросе о Волганове. В процессе об­Великолепна техника на комбинате...
Когда следишь за работой бумажной маши­ны, испытываешь’ подлинный восторг пе­ред величием человеческого разума, создав­шего такой сложный и умный организм. Не
менее удивительны агрегаты целлюлозного
и древесномассного заводов. Строго согласо­ванная работа сотен людей и многочислен­ных агрегатов создает нужную «компози­цию» древесной массы и целлюлозы. Мо­лочно-белый поток мчится с поразительной
скоростью по сетке, роликам и валикам
восьмидесятиметровой громадины, похожей
на соединение тигантекого танва © гран­диозным паровозом,—и вот поток этот пре­вращастся в могучие ролы бумаги.

Великолепна техника на комбинате...
Но пройдите на лесную биржу и рейд, и вы
увидите только несколько цепных разбороч­ных передвижных транепортеров и тощий
магистральный конвейер. И сразу вам захо­чется вторгнуться в этот мир примитив­‘ных приспособлений, мобилизовать технику