Слово

Есть в музее ‘нашей армий реликвия,
перед которой ¢ волнением останавли-
ваются штатекие люди, а военные зами-
рают в молчании, еловно в этот миг про-
звучала для них строгая команда: «Смир-
но!» Реликвня эта == простое полковое
знамя с серпом и молотом в углу; нет на
нем ни тяжелого алого бархата, на евер-
кающих золотом кистей, но sto — Ha-
стоящая воинская святыня, о нем говорил
Сталин, предвешая близость нашей побе-
ды, его древка касались руки отважных
и славных людей; различимое в самых
дальних уголках земли, оно прошумело на
весеннем ветру Незабываемого девятьсот
сорок пятого года. Его ноднял на крышу
дымящегося рейхстага воин Советской Ар-
MAH, годовщину которой мы отмечаем те-
перь.

Эпический тридцатилетний путь прош-
ла наша армия со дня своего’ первого
крещения огнем и железом на вьюжных
снегах Нарвы и Иекова. Выетоял” ‘против
всей интервентекой сволочи красноармей-
ский паренек в остроконечном суконном
шлеме со звездой, деливший поровну с
друзьями последнюю пачку патронов, пб-
следнюю  горстку  махорки. — Выстоял
вопреки угрозам и предсказаниям, выето-
ял наперекор смерти и холоду, тифам и
блокадам. «Мы армию нашу растили в
сраженьях» — так мы поем в Гимне
Советского Союза.

Тюбовно и заботливо создавал советекий
народ свою армию. (Так кирпич за кирпи-
чом строится здание, так глава за главой
пишетел великая книга. И когда в 0е3-
облачном июньском небе виервые заревели
сирены воздушной тревоги, подняласв иа
бой эта ненсчислимая и сокрушительная
сила. Многие из нас тогда надели жесткую
сврую шинель, в честь которой поэты сло-.
Жили не одну песню, и фуражку с ма-
ленькой красной звездой, по которой узна-
вали нас во всех государствах и землях,
me Ob ни побывали: Богатырекая 060ро-.
на нашей столицы и ни © чем не сравни-
мое мужество голодного  блокированного
	Ченинграда, грозная и святая стойкость
сталинградеких  твардейцев и отвага ce-
вастолольских матросов,  побежлающтая
	смерть, — одних этих страниц было бы до-
статочно, чтобы сделать историю нашей
армии бессмертной. А сколько еще на па-
мяти у каждого из’ нас исторических ера-
жений, стремительных штурмов,  в3л0-
манных и разметенных внрах рубежей,
форсированных рек и поверженных  кре-
постей! Как в сказке, — чем spocTHee
бъется богатырь, тем он становится силь-
нее, — мужала и крепла наша армия.
Она не только воевала, она беспрерывно
училась в ходе сражений, в этой  огром-
ной военной академии, создавая свою но-
вую стратегию и тактику на стылом хо-
ладу, по колено в гиблой болотной воде,
под осколочными снарядами врага. И ве-
aie, куда бы нас ни забросила военная
судьба, мы твердо знали; что полевые про-
Bola, проложенные пол огнем нашими
	связистами, сходятея в Времле, в кабине-
те человека, которого народ назвал отцом
наней побелы.
	«Трогательны и сердечны. солдатские: ле-
генды, рассказывающие ‘о появлении
товарища Сталина в самые трудные дни на
опаленном огнем правом берегу Волги. В
этих окопных преданиях есть большая
			_М. МАТУСОВСКИЙ

<
	народная правда. Да, бойцы чувствовали
товарища Сталина всегда рядом, у самого
плеча, впереди себя, в том месте, где ре-
шалея успех сражения. В этом пробитом
навылет доме, который отстояли твардей-
цы Родимцева, уже была предрешена суль-
ба Берлина. С этой, сто раз перепаханной
H зассянной железом. сталинградской зем:
ли начала наша армия свой путь, о’ кото-
ром чуть не каждый лень говорила всему
миру Москва голосами двухеот двадцати
орудий. _ ;

Сейчас, в дни тридцатилетия наших
доблестных восруженных сил, с особенной
любовью припоминаешь всех своих фрон-
товых друзей, замечательных людей, с ко-
торыми сводила тебя бродячая доля вовн-
ного корреспондента. Вспоминается мне
молодой летчик Василий Олейник. олин из
	лучших штурмовиков — Северо-Западного
фронта. Познакомилиеь мые ним п не-
	большом  привалдайсвом селе  Градо-
бить. Здесь жили наши штурмовики, за-
бивали «морского козла» в туманную п
нелетную погоду, писали письма незнако-
мым девушкам, приславшим из тыла по-
дарки, отсюда же вылетали они — B Me-
ховых унтах и комбинезонах, © полной
бомбовой нагрузкой, на свою отчаянную и
славную работу. Вася Олейник был не-
большим,  светловолосым и коренастым
парнем, как будто бы собранный весь на.
одном железном стержне, На фронте.
рассказывали о нем немало интересных.
историй. Это он, возвращаяеь из развед-
ки, был внезанно атакован из-за тучи.
немцами. С последними снарядами в пин
ке принял неравный 60%, вбил двух
«мессеров» в землю, а сам донолз до ево-
ей площадки на такой машине, что она
тут же после посалки буквально  разва-
лилась на части. Латать и ремонтировать
ве после этого полета: было уже невозиож-
но. Штурмовал он танка Гудериана и By-
ша, штурмовал зло, стиснув зубы, до пол-
ного израсходования 60мб и горючего. Это
ему принадлежала фраза, которую, по-
моему, MOP свазать только советский
летчик: «Нели я вижу цель, уже ничто
меня не остановит». Вася Олейник погиб
в хмуром облачном небе нал озером Иль-
мень. Перед одним из своих штурмовых
полетов он и показал мне евои хневники;
Некоторые записи из этих дневников мне
хочется сейчае привести здесь.

Вот что пишет Олейник о своем детст-
	ве: «Семья Олейника Якова’ Родионовича
жило в маленьком хуторке в Луговицах,
входившем в село Горбово. Зимой хутор
заносило снегом, весною заливало  волой
разлившейся Десны. Отеп всю жизнь. бат-
рачил. Вее члены семьи обычно ходили
оборванные и толодные;, работая день и
НОЧЬ ЛИШЬ для того, чтобы прожить как-
нибудь. В этой семье 22 января 1917 го-
да и родилея сын — лишний человек, и
без того семья была большая. назвали
	его Баськой, вот этот Василий и пишет
сейчас 0б0 всем пережитом». Летчик опн-
сывает свое детство, рассказывает о своих
университетах. Так постеленно мы знако-
мимея с несладкой и трудной жизнью це-
ревенского паренька, восьмого по счету в
большой батрацкой семье. «Отец мой был
инициатором раздела земли межлу белная-
	Тьеса о полководие
	га В бою, беззаветно верящего в непобе-
AUMOCTh гениального сталинского плана.

Ватутин знает, на какой риск оч идет,
выдвигая в разгар боев за Виев дерзкий
план овладения городом. Он прекраено по-
нимает, какую серьезную ответственность
несет он в этот решающий момент перед
Родиной, и все-таки сознательно выбирает
наиболее сложный и смелый путь для pe-
шения стратегической залачи. Это и яв-
ляетея основным драматургическим кон-
фликтом пьесы J. Дмитерко.

Есть в драме и поотиводействующая
сила: академик, геперал-лейтенант Касья-
HOB всемп способами отговаривает Ватути-
на от осуществления его «безумного»
плана. Ho полководен-новатор верит в
свою правоту, не отетупает перед не-
погрешимыми будто бы аргументами веемя
признанного авторитета.
		ками. Кулак Лукашенко поджег нашу ха-
ту, а перед этим позавязывал все. двери.
Мы только в окошко повыскакивали. Отец
успел вытащить только. сленого коня и
один в03. Я был пацаном, но помню ясно.
как обгоревший отец старалея спасти‘ хотя
бы что-нибудь, а я сидел в кустарнике и
плакал». Вот в какой школе начинал свое
знакомство с жизнью лейтенант Олейник!
С признательностью говорил пилот о своих
первых учителях, о роли сельского комсо-
мола в его жизни, о годах учебы в педа-
готическом ‘институте, о своей матери:
«Мать была’ больная, неграмотная женщи-
на, но ве же в жизни разбиралаеь непло-
х0, понимала нами. стремления ‘и все вре-
мя советовала нам учиться. Мы ее слутиа-
ли и следовали ее советам. Она хотела
сделать из нае людей, и родина и наша
армия помогли ей в этом. Ho не дожда-
лась она этого времени. Мама, насколько
вы были правы! Мама, почему Bac нет
сейчас? Дорогая наша мама, вы бы п0-
смотрели на своих сыновей, вы бы их не
узнали, чем они были раньше и кем ета-
ли сейчас, как они из забитых хлопцев
стали настоящими людьми!» Вот послед-
ние строки, на которых обрываются так и
не законченные записки Олейника: «Очень
много думаю о родине и родных. Где мой
отец, братья, сестры и племянники?” Где
Шура? А Григорий — что е ним? Ведь
он был такой молодой и неопытный в
жизни. У меня никого нет, кроме себя са-
мого, человека, который готов жизнь от-
дать за освобождение родины. Родина, как
ты звучишь тромко! Родина, за тебя я
дерусь с фашистами, за тебя и готов уме-.
реть кажлую минуту...»

Я снова перечитываю эти листки, и
снова встает передо ‘мною’ деревянное село
Градобить, нелетный дождливый денек и
маленький светловолосый лейтенант с_тре-
мя орденами на гимнастерке, ‹ читающий
нам свою последнюю исповедь. Вот каки-
ми людьми крепка и непобедима наша-ар-
мия. Лейтенант. Травкин -— разведчик. из
повести «Звезла» Казакевича и штурмо-
вик Василий Олейник -— это фронтовые
	братья, люди разных родов оружия, HO
одной цели и одной веры.

Нана армия вырастила целое поколе-
ние людей высокой дисциплины, сыновней
верности Родине п гражданского лолга. Эти
оли, прошедшие многолетнюю школу ар-
мейской выучки, навсегда сохраняют орли-
ную выправку, непреклонность в каждом
споре и решительность в каждом деле!

Вот он стоит на снежном февральеком
ветру, солдат нашей тридцатилетней ap-
мни, которая одним свопы существованием
укрепляет дело мира и справедливости на
земле. Вот он стоит с автоматом на ремне,
Человек, отшагавший в керзовых сапогах
половину планеты.

Твердой и зоркой, сильной и справед-
ливой нашей Советской Армии — слава!
	Ты на знаменах евоих хранила
Грозную память воениых дней.
Ты, как железо, пройдя горнило,
Стала выносливей и сильней,

В час, когда TH в города вступала,
Шла через площади в полный рост,
Столько салютов тебе сияло,
Сколько на небе бывает звезд.

Ты наступала на горных склонах, .
В самых тяжелых прошла меетах
	С образом денина на знаменах,
(( именем Сталина на устах!
	Действующих лин в пбесе много, не-
которые из них появляются ненадолго.
Но вее они очерчены точно и четко, их
He сметаешь в памяти после того, как
закроешь книгу или уйлешь из театра.
Поллинным обаянием проникнута как бУд-
то незначительная Фигурка девушьи-
синоптика, которая скрывает свой юный
возраст и плачет с досады что не может
ничего поделать е проклятой оттепелью,
мешающей боевым операциям Ватутина.

«Тенерал Ватутин» —— э70 пьеса, на-
писанная с искренним волнением. Она уже
‘выдержала испытание на сцене Харьков-
ского театра имени Шевченко, зритель ее
принял и полюбил—и за искреннее, иду-
шее к сердцу слово, и за прекрасный об-
	раз освободителя Бияева —— генерала Вату-
ТИНА.
	РЕЙХСТАГ ВЗЯТ.
	 
	Худ.

Tl.
	КРИВОНОГОВ (студия имени Грекова).
	МЫ С ВАМИ. _
		Михаил ЛУКОНИН
	Долг дружбы

В дни Великой Отечественной вой-
ны стихи были  неотемаемой › ча-
‘стью фронтовой печати, ‘они He сходи-
‚ли со страниц «Врасной звезды». Во всех
газетах Действующей армии работали с0-
ветекие поэты. Никогда ее поэзия ‘не
жила так близко к своему читателю, He
тровожила серлиа так. пак в военные го-
	ды! Советская Армия была для поэтов не
простой темой, а повседневной жизнью, де-
ла бойцов были их делами. поэтому и
творчество их также врастало в мысли ий
чувства воинов. Василий Теркин  стано-
вилея незаменимым собеседником и другом
по `блиндажу, Фома Смыслов-—бойцом co-
седнего взвода. Все это живет в памяти
народа. И сегодня, в дни юбилея нашей
славной армии, надо честно признаться:
поэты в большом долгу перед Советской
Армией мирных дней: —

Посмотрите газеты и журналы 1947 года.
Редко, редко встретишь в них стихи о после-
военной армии. Но виноваты в этом сами
поэты. Они порвали связь © армией, пе-
рестали писать о ней. Окружные и а]-
мейские газеты и журнал «Советский
воин», зная запросы своих читателей, уде-
ляют большое место стихам. В сожалению,
произведения, появляющиеся там, не от-
вечают главной задаче Советской Армии
послевоенкого времени-—воспитанию моло-
дых воинов. Стихи, в основном, посвяще-
ны юбилеям или воспоминаниям о &-
нувших днях». Такие стихи нужвы, но
они не исчерпывают всего круга тем,
требующих внимания поэтов.

Тридцатилетний юбилей Советской Ap-
мии по-родственному близок нашей поэзии,
й в этот день особенно остро чувствуется
наш долг перед армией. Государство жи-
вет величайшей героикой мирчого созида-
тельного трула пед  неусыпной охраной
наших вооруженных сил; Армня несет
свою службу, совершенствуя боевое ма-
етерство. В нее придет новое пополнение,
не закаленное боевым опытом. Поэзия
должна помочь воспитанию молодого еол-
дата. Пусть он почувствует в стихах ро-
мантику и суровую правду боя, пусть
полюбит свое оружие, принятое изо рук
славных воинов. Нужны стихи и песни
о ветеране и допризывнике, о солдате и
офипере. Советская поэзия с асобым чув-
ством долга должна служить делу укрен-
ления боевого могущества нашей Родины.
		НА

ОДНОМ ФРОНТЕ СВОБОЛЫ
	Беликий чешский поэт, народный ху-
дожник Станиелав В. Нейман написал в
1919° году стихотворение «Привет. совет-

ской России», которое заканчивалось сло-
вами:
	Ты -— наша мать,

Республика Советов,

зашитница, надежда всего света!.:
Грабители клянут тебя повсюду,
предатели язвят тебя лукаво,

ты свет несешь трудящемуся люду.
Над миром утверждайся величаво —
пусть Красной Армин и мощь’ и слава
гремит по свету!

Страна Советов,

здравствуй!
	Это было во время пресловутого  чет-
чиллевекого «похода 14 государств», ко-
тда на молодую Советскую республику на-
ступали вооруженные. до зубов армии ин-
тервентов, ‘когда продажная журналистика
и официальная пропаганда буржуазных
правительств извергали потоки  трязной
клеветы о первой, только что рожденной
стране социализма, когда из разрозненных
красногвардейских отрядов, с невиданным
тероизмом защищавтих Великую Октябуь-
скую революцию, родилась славная Совет-
ская Армия.

Мы можем гордиться тем, что луч
шие деятели чешской литературы, искус-
ства п. науки, как, например, Станислав
В. Нейман, Антонин Сова, Иван Ольбрахт,
Мария Майерова, Зденек Неедлы, Иозеф
Гора, Иржи Волькер, Витезелав Незвал п
десятки других, тогда уже поняли, что
созетекий народ, под водительством боль-
шевистекой партии, героически борется за
светлое будущее всего человечества.

Нозле мюнхенского предательства и
ужасов шестилетней гитлеровской оккупа-
ции для всех нас пророчески зазвучали
слова открытого письма поэта Станислава
В. Неймана «Легионерам-коммунистам», на-
писанного еше в 1920 году и опублико-
ванного в журнале «Червен»:

«Сохраните евои убеждения во что бы то
ни стало! Верьте, что только социалисти-
цеское государство может спасти пролета-
риат, а также и наши, народы.

Держитесь крепко за эту веру и посту-
пайте  всегта только так, как вам подска-
зывают ваши ‘убеждения.

Зы боретесь за свободную Чехослованкую
республику, вы знаете, что если не’ по-
бедит революционный социализм, то наши
народы станут вассалом международного
капитала, и наша республика будет в
ближайшей войне разгромлена».

Я мог бы привести десятки подобных
примеров из книг чешских мастеров
культуры. Понимая, что союз с новой, со-
циалиетической Россией обеспечит буду-
щее Чехословакии, они стали достойным
авангардом своего народа.

Нелегко им приходилось в те времена.
До 1935 года за возгласы: «Да здравет-
вует Красная Армия!», «Да здравствует
Советский С0ю3!» рабочих судили по зако-
нам 0б охране республики.

В течение семнадцати лет были нод за-
претом доброжелательные сообщения 0
СССР, рабочим и прогрессивной интелли-
генции не давали возможности” езлить в
	Советский (0ю3. В заграничные паспорта
	полиция даже вписывала, на всякий елу-
чай, фразу: «Во все страны Евроны, кро-
ме СССР».
Сколько раз Юлиус Фучик попадал в
тюрьму за свои доклады о силе СССР и
его’ значении для нашей безопасности!
Истерия показала, что правда была на
стороне наших мастеров культуры, наших
рабочих, нашего народа. История показа-
ла, что наш народ осуществал боевой союз
с СССР ип Советской Армией задолго до
того, как этот союз был подтвержден до-
говорами. История показала, что честные
люди, которых тогда сажали в тюрьмы. 38
возглас «Да здравствует Красная Армия!»,
были истинными патриотами, так как они
предвидели предательство = собственной
буржуазии, стовор. ев с мюнхенцами и ве-
рили в дружбу Советского Cotsa.
Единетвенной любовью, опорой п надеж-
KOH A нашего народа в дни Мюнхена был
Советский Союз и его героическая армия.
В 1939 году, после оккупации нашей
страны, гитлеровцы расклеили  пропаган-
дистекие плакаты с изображением немеп-
кой автострады, которая будет проходить
из Вены через Прагу до Берлина. Ночью
чешские патриоты написали на этих пла-
катах: «Вее равно, по ней пойдет Красная
		 

Это написали те, кто всегла славил Врас-
ную Армию. Это сделали люди, которые
давно уже мысленно представляли себе
советские танки, стоящие сейчас на вы-
соком предестале на олной из площадей
Праги, как памятник победы.

Советский танк на пражской плошади!

Ченские отцы и матери благоговейно BOAT

сюда своих детей; танк этот является
символом не только героизма Советской
Армии в б0р5бе против фашизма, — он
говорит о том, что благодаря победе совет-
ских войск наш! народ емог по своему же-
ланию свободно строить жизнь на 60б-
ственной земле.

Только благодаря тому, что  «освобож-
дение наших народов и восстановление
нашей государственной независимости
пришло © ‘востока, что нашу националь-
ную свободу и государетвенную незавиен-
мость принесли нам Советская Армия и
Советский Cows под водительством тени.
ального полководца и государственного дея-
теля Сталина» (Готвальд), наша родина из-
бежала «заботы»  чёрчиллей, бевинов и
маршаллов, результаты которой мы се чув-
ством ужаса и отвращения наблюдаем в
Греции.

Однако, к сожалению, и у нас еще на-
холятся людишки, которые вероломно пы-
таются унизить в глазах народа и пре--
уменьшить исключительную заслугу Co-
‘ветского Союза и его армии в деле оево-
вождения Чехословакии. a

Это—гнусные клеветники из различных
грязных бульварных листков; главным 0б-
разом из национально-социалистической пе-
чати, которая, не задумываясь, публикует
статьи вроде: «Бевин за свободную Евро--
пу> или «0 советском  империализме».
Заодно с ними выступает Фердинанд ПШе-
роутка, старый антидемократический зубр,
скрывающийся ныне под маской де-
мократа. В момент, когда Чехословакли
угрожала непосредственная опасность ‘со
стороны гитлеровской Германии, эта «зна-
менитость» писала’ в одной из своях ста-
тей: «Вакие бы внешнеполитические и
внутренние потребности и интересы ни
сближали Советскую Россию с некоторыми’
демократическими государствами на поле:
дипломатии, на фронте свободы мы не
стоим вместе...» т > oO

Этот, с позволения сказать, публицист,
оскорблявший в течение многих лет (0-
ветскую страну, пылавший злобной не-
навистью ко всему советскому,  Печатав-
ший статьи любых предателей и ренега-
тов, сейчас счел возможным опубликовать
в журнале «Днешек» подлую статью, в ко-
Topol оспаривал роль Советской Армии в
освобождении Праги.

Влеветническое выступление Пероутка’
вызвало отпор со стороны всей  прогрес-
сивной чешской общественности и заста-
вило четырех советских офицеров, yaact-
ников освобождения Праги, написать пись-
мо в журнал «Днешек». Но «Днешек»
письма не напечатал. Когда же письмо
советских офицеров было опубликовано в
других журналах, «Днешек» разразился
грубой бранью. Таковы нравы  «демокра-
тов» из «Днешека», всегда и веюду кри-
чатцих, что они — «защитники свободы».

Bea эта история принесла все же
свою пользу: она помогла народу раз-
глядеть, кто его враги, что они замышля-
ЮТ И Ето этим врагам помогает.

‘fla, Ham народ отстоял свою любовь к
СССР, как и в те времена, когда реакция
держала власть в своих руках, когда пре-
следовали людей, открыто выражавших
восхищение Советским Союзом и его ар-
мией.

Тридцать лет существует Советская Ap-
мия. В какого победоноеного гиганта пре-
вратилась она за эти голы! Нет уголка на
земном шаре, откуда не были бы к ней
устремлены глаза, полные любви и вос-
хищения. -

Наш народ любит Советекую Армию,
свою освободительницу. Эта любовь вы-
росла в борьбе, на олной линии бронта, в
одних и тех же окопах, в одних и тех же
атаках против общего врага—империализ-
ма. И на этом фронте. мы остались вместе.

Пусть живет и крепнет Советская Ар-
мия на радость всем честным людям и на
горе поджигателям войны, угнетателям на-
родов и их приелужникам!
	ПРАГА,  
а
	ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА
		В ночь на 6 ноября 1943 года тенерал
армии Ватутин разговаривает по телефону
с Москвой,

— Ночему ты не епить? — спраши-
вает он свою Маленькую дочурку.

— Весь дом не спит, — отвечает де-
вочка, — ждут освобождения Киева.

Чудесному подвигу, которого с нетерпе-
цием ждала в те лни вся наша страна, и
его герою, сталинскому полководцу Вату-
тину, посвящена пьеса украинского поэта
Любомира  Диитерко. Автор сам был
свидетелем и Участником исторических
боев за Киев, и нужно отдать ему долж-
Hoe — сумел передать читателю и зрите-
лю непосредетвенное ошущение историче-
ских событий, сумел создать правдивый,
обаятельный образ полководца и больше-
вика, скромного и душевного в личной
жизни, влохновенного и отважного страте-
	 

   
		БЕССМЕРТИЕ
	Под ударами врагов” родилась . наша
армия: Мы все вышли из ее рядов. и
	пусть каждый вепомнит сеголня своих
	товарищей, с которыми плечом к плечу
начинал свой знаменитый трилпатилетний
	поход от оимнего дворпа ло дворца ‘тер-
	манского рейхстага. Но своим дарованиям
и заслугам они тоже могли бы стать
нынче маршалами, разгадчиками  приро=
ды, мастерами’ и полководцами социали-
стической индустрии. Они не  отзовутея
на нашей перекличке, они никогда He
увидят своей преображенной Родины, они
пали на полпути к великой славе... То
была пора гнева и предельной материаль-
ной скудости, но’ мы ‘былая богаче всех:
неразменные червонцы юности звенели в
наших песнях. На восемь человек, печат-
ников и ездовых ‘в моей крохотной по-
ходной типографии приходилось две та-
чанки, три шинели да кожаная куртка,
одна; остальные шли пешком, кутаясь во
что придется или даже накрывшись
одеялом от морозного снвашекого сквозня-
ка. Но нам было тепло, — люди грелись
тем зноем, который несли в себе; его
хватало и Ha 10, ч10бы  отогоеть
уставших... Я
	9х, если бы тот скромный, милый и
веселый Егор Мильков, ¢ которым в но-
мянутое розоватое зимнее утро мы пере-
ходили Сиваш, мог вот так же, плечом в
плечу, проетоять со мною торжественный
московский парад Победы, котла боевые
знамена старого мира, самые злые — со
свастикой, упали к подножью мавзолея;
когда тысячевольтная дрожь восхищения
пронзила” душу и в июньский полдень
вдруг холодно стало на Красной площади
от количества  быстроходной, ‘отовеюду
нахлынувшей военной стали!:. Это чув-
ство выше любого ордена, который может
украсить простреленную грудь солдата
Революции. * Но страна шла вперед, на
каждом победном рубеже расставаясь с
теми, кто пал на поле брани. Они остава-
	лись лежать, обхватив руками родную
землю, которую так любили. Они умирали
не напрасно, — из каждой кровинки их,
как в сказке, поднялось но новому солда-
ту. Вот ваша родословная, победители
Хасана и Халхин-Гола,  Кенигоберга и
Берлина. Вспоминая легендарные имена
Фрунзе и Чапая и тех командиров совет-
ского государства, чей прах погребен в
стене кремлевской; мы не забыли и тебя,
безвестный рядовой Егор Мильков!

Это были сильные, отборные, › волевые,
закаленные в лишениях бойцы. Они дра-
лись так, словно тела их были изо льда
й камня, а сердце из солнца, Они знали
и передали своим сменщикам таинетвен-
ные секреты победы, из которых первый
состоит в том, Что в войне жестокая
суровость к себе нужна в той же степе-
ни, как и ненависть к врагу, а второй—
что каждая большая схватка кончается
рукопашной, и в. ней одолевает тот, в ком
жарче пламень веры: есть нечто посиль-
нее урановой руды... Они умирали не
напрасно: кровь героев занимает первое
яесто среди тех благородных, веществен-
ных и духовных материалов, из которых
строится величие страны. Подобно тому.
	как добавка редчайшего металла придает
	0600ую прочность стали, так и кровь эта
вошла в нашу нынешнюю ‘армию и м0л0-
дую  мускулистую технику. Дыханием
тероев пропитан наш’ ветер и самая вода
налих рек; их верность Родине влилась
в клетки нашето разума и стала мудростью
советской молодежи. Она живет, чтобы
продлить их’ бессмертную жизнь ий
довершить их дело, охранить на земле
источник жизни, Й в тоды, когда в 07т-
далении погромыхивает гроза и антрепре-
неры смерти. хотели бы затеять матч бокса
в атомных перчатках, воспоминание о
мертвых‘ героях имеет действие присяги.

Вечная слава тероям. павшим за честь.
	свободу ий независимость нашей непобеди-
мой Родины.
	мали таке, что ссли разум не вмешается
в стихийный ход вещей, произойдет само-
возгоранье цивилизации. Очередной пора-
ботитель на следующей фазе технического
могущества просто подымет в воздух рас-
прекрасную, беззащитную мирскую красо-
ту вместе со всей ее начинкой. Молекуляр-
ной пылью, новым  теологическим слоем
она осядет на морщинистую кожу земли,
и будущему. археологу, если такой заявит-
ся в чужой планеты; легче будет найти
позвонок мамонта либо топор питекантропа,
чем даже ничтожное напоминание о несо-
стоявшихся полубогах двадцатого столетия.

Этого завершающего пессимиетичееко-
то апофеоза не случится, Неистребима
жизнь,  бесстрашен ‘и’ зорок человек,
Смотрите, еле приметные тропки вьют-
ся в поисках  натравленья, на 10-
ризонте. Следы зачинателей, каждый по-
рознь, еще различимы на них. Они ши-
pares WH сливаются в одну столбовую’ до-
рогу. Она все прямее, по ней идут яюди,
их много. Горстка смельчаков  превра-
шается в лавину энтузиастов. Их пытают-
ся остановить угрозой и диверсией, интер-
венцией и блокадой, —Сквозь все это они
проходят с песней, как сквозь дым. Их
с каждым годом становится больше; после
каждого потрясенья все новые отряды при-
мыкают к ним-——областями, державами и в
будущем, кто’ знает, может быть, даже
целыми материками, если народы позво-
лят злодейству напоить себя из адской ча-
ши заключительной войны, Все чаще люди
будут обрашатьея в единственному, сопи-
алистическому якорю спасения. Живое
хочет жить. Мечта делается исторической
цеобхолимостью. . Человечеству. надоело
быть рикшей богачей, которые куском
хлеба, хлыетом и проето выстрелом в за-
тылок гонят его в самую бездонную из
безли.
	Мы стоим на гребне. Отсюда ленинская
мечта в расстоянии одного перехода. Ca-
мые гордые вершины истории представ-
ляются лишь холмами с такой высоты...
Там, внизу, парят орлы, рождаются ручьи
и зреют грозы: Еше ниже вся, нод нами,
обтирная, из края в край пройденная, до-
лина, — старый мир, распаханный
траницами, изрытый траншеями былых
сражений, усеянный  кладбищами погибших
творений и неосуществленных порывов.
Старый мир... Одинокие святыни высятся
среди этого вызывающего скорбь и размыш-
ления пространства. Онлаченных такою
кровью, их не так ужо много сохранилось
для потометва. Поражаясь количеству
трудодней, затраченных хотя бы морем на
обточку прибрежного голыша, люди веег-
да забывали, сколько их еобственных уси-
ций и творческого вдохновения вложено в
любую, привычную руке и глазу, обиход-
ную мелочь, не говоря уже о высочайших
созданиях человеческого духа. Они плохо
берегли свое, самое дорогое на свете. Бак
часто вслед за гением и творцом приходил
варвар и хам, угонявший человечество
назад, к Атилле; тараном, железом ‘и ог-
нем он крушил хранилища людской вуль-
туры, ярясь на живучесть. мыели и кре-
пость камня, которых его бешенство не
умело раз’ять на атомы, обратить в пер-
вородную. целину. На протяжении веков
постоянно в какой-нибудь части этой до-
тины вился в небо дымок погрома. Наву-
холоносор стирает древний Тир с лица
планеты. и две © половиной тысячи лет
спустя Гитлер обрушивается на pyccralt
Новгород. Дикарскую дубину сменяет меч,
на смену толу торопится атом.

Светлейшие умы давно заметили, что
возрастающие производственные возмож-
ности человека при капитализме становят-
ся арсеналом самоистребленья; они пони-