3. ПАПЕРНЫЙ. Мих. ЗЕНКЕВИЧ ВЕЛИЧИЕ ВРЕМЕНИ Владимир Сосюра —— один из зачинателей советской украинской поэзии. Песня Сосюры родилась на фронтах гражданской войны. Уроженец Донбасса, сын шахтера, сам с детоких лет работавший в шахте, Владимир Сосюра юношей вступил в ряды Врасной Армии. Поселок над Донцом, где виснет дым завода, И музыка в саду, и поезд в семь часов... Как не забыть мне ввек родную Третью оту, Так не забыть мне ‘вас под бег consi годов. Зима. На фронт, на фронт!.. А провожатых много, И пенье «Чумака», теплушки и перрон... И с нами молодость, и радость, ий тревога... Борьба связала нас, собрав со всех сторон. Так вепоминает Сосюра ввое поэтическое рождение. Одним из первых обратил внимание на молодого поэта Эдуард Багрицкий; он с похвалой отметил революционную лириву книжки Сосюры «Красная зима». За «Красной зимой» последовали Новые сборники, и Владимир Сосюра вскоре по праву занял одно из первых мет в украинской советской поэзии. Первые годы сталинских пятилеток Coсюра приветствовал поэмой © Днепрострое. Он создавал живые образы строителей с0- циализма в таких стихах, как «Вриворежье», «Учительница», ‹Рабфаковка». В эти же годы поэт напиеал стихотворение о Сталине: То имя — как трубы призывный звук, В борьбе за свет всегда ты перед нами. Тебя до звезд взнесли мильоны рук, , Чтоб ты сиял, как знамя над веками. В годы Великой Отечественной войны В. Сосюра создал много боевых патриотических стихов и поэм, которые в разгар битвы за освобождение Харькова, Полтавы, Киева печатались во фронтовых газетах. Ситихи поэта, обращенные к землякам, He смиривиимея под пятой оккупантов, перепечатывалиеь и тайно распространялись украинскими партизанами. Послевоенные стихи В. Сосюры собраны в его недавно вышедшей книге — «Чтоб сады шумели». Проникновенная и задушевная книга эта звучит, как радостная симфония победы, завоеванной народом, как симфония счастья. защищенного от врага. Она воспринимаетея так, точно автор Bee эти стихи произнее одним дыханием. И хотя в книге собраны ‘стихотворения на разные темы, но ее стройность, ее взволнованная лиричность определяютея лейтмотивом — любовью в Родине. Поэт привететвует свою расцветающую Ролину, залечивающую раны войны: Укра!но моя, србний сшв солов’я, Шум завод, моя Укра!на!.. Г як сад-повеснь наче 30pi sexi, Розцытае моя Укра1на. Поэма «Огненные дороги» повествует о бойце, прошедшем все огненные дороги войны — от Сталинграда ‘до Берлина и е победой вернувшемея в родную донецкую шахту, где уже откачали воду и снова стали добывать уголь. С полей сражений человек вернулся строить свое счастье н счастье своего народа, Иной раз поэту нужна самая небольшая деталь, чтобы осветить целую картину; и белое вышитое полотенце в руках фронтовика, и шум возрожденной шахты — Bee отражает силу и радость восстановленной Жизни, Для стихов В. Сосюры характерно проникновенное ошущение исторического величия времени, нашёй стэлинской эпохи. Стихи 0б украинском народе перерастают в стихи. о народах всего Советского Союза, о радости всеобщего вдохновенного, созидательного труда. «Для тебя, мой народ, играю я на erpyнах моей души», — говорит Cociopa В одном из лирических произведений, мечтая о том, Шоб nicsi Moi стали достойн! Золотого народу мого. А. МАРЬЯМОВ Е М Помешиков М. Н. Смирнова СИЛА ЛЕНИНСКИХ ИДЕЙ «драку о махистами», — Помилуйтв, of этом смешно и заикаться. bod abconony неизбежен». публициста (и aTO хорошо показы В. Мейлах) является его постоянное ис пользование художественной литературы, как идейного оружия в борьбе ¢ Bparaxy, В тому, чю ВБ. Мейлах говорит 06 №. пользовании Лениным образов Грибоедова, Гоголя, Некрасова, Шедрина, хочется yp. бавить Чехова, — достаточно ^ вопомнить ленинокие елова о «политических «чел. веках в футляре» или © «еоциал-дон. кратической душечке»,‘ меньшевике (т, ровере, о котором Ленин писал; «Прив ствуемый «Освобождением» тов. Отари продолжает в новой «Искре» каяться з трехах, содеянных им (по поразумиу) участием в старой «Иекре». Тов. Стар вер очень похож на героиню чеховохоу рассказа «Душечка». Душечка жила ony чала е антрепренером и говорила: Мы Ваничкой ставим серьезные пьесы. 1. том жила она © торговцем лесом и мн. рила: Мы с Васичкой возмущены выюозни тарифом на лес. Наконец, жила с вему, наром и говорила: Мы с Количкой лечлу потадей, Так и тов. Отаровер;: «My ¢ Лениным» ругали Мартынова, «Мы с Ма. тыновым» рутаем Ленина. Милая социзлдемократическая душечка! в чьих-то 094. тиях очутишься ты завтра?» ° Книга В. Мейлаха насыщена Sommy конкретным историко-литературным Mateриалом. Автор стремитоя итти за Лениныц, указывавшим, что «весь дух марколуми, вся его система требует, чтобы каждое по. ложение рассматривать лишь (а) ист чески, (в) лишь в связи с другими, (6) лишь в связи е конкретным опытом ит, рии». Есть‹ в книге 5B. Мейлаха и нм спорного, & кое-что и просто неверно. В предисловии автор правильно говорит 0 том, что «ленинокая периодизация 1 тожена в основу построения истории рус екой литературы». Но в самой книге ane важнейший для всей нашей историко-дттературной науки вопрос не освещен. Зозражение вызывает характериотит А. Н. Веселовокого, которого автор пр водит в качестве примера... «бессознатель: ного приближения к историческому мам риализму», о Недосталком работы является т, чм толое исследователя звучит порой сухо т акалемично. Отрывки из ленинових бот — изумительно яркие, живые, игра» щие всем богатством интонаций и от ков — еще больше подчеркивают эт, Книга ВБ. Мейлаха «Ленин и проблем русекой литературы», бесспорно, являет лучшей работой на эту тему. Виерв проблематика ленинских работ, овязаниы прямо или косвенно с вопросами pyccril литературы, раскрыта так глубоко и № следовательно на конкретном историк литературном ‘материале. Эта книга — шаг вперед нашей совет ской литературной науки, свидетельство # %\ вилы и роста. Буржуазные литературоведы, любители, по выражению Ленина, «пустых казенно» либеральных, избито-профессорских фраз», немало потрудилиеь над тем, чтобы оторвать историю нашей отечественной литературы от общественной жизни и борьбы. «Отвлечение внимания OT... конЕретных историко-экономических и политических вопроеов» —вот, по словам Ленина, характерная черта либералов-литературоведов веех мастей. Против подобного буржуазно-либерального подхода к литературе направлена BCA книга Б. Мейлаха «Ленин и проблемы русской литературы конца XIX — начала ХХ вв.» — от нервой до последней етраницы. ее «Ленин, — пишет иселедователь, —— ..разрешал в своих работах многие. из тех вопросов, которые выдвигались и в КЛАС” сической художественной литературе». В. Мейлах тщательно и вдумчиво прослеживает, как отразились жгучие вопро“ сы социальной жизни, жестокая классовая борьба, жаркое предгрозовое дыхание приближающейся революции Ha всей идейно-философекой и литературной ботьбе 90-х—900-х годов. Автор живо в06- создает борьбу Ленина с народниками, Он показывает полную противоположность подхода к действительности марксистов, которые прямо ©мотрели в глаза правде жизни, трезво изучали законы развития капитализма в России, упорно готовили народные массы к революционному штурму, и народников, «боровшихея» с капитализмом истерическими заклинаниями, маниловскими ламентациями и призывавших писателей «перевоспитывать» , вулаков и буржуазных хищников. Б. Мейлах раскрывает далее отражение этого исторического спора в литературе того времени — в произведениях Глеба Успенского, Вересаева, Каронина, Златовратекого и др. При этом автор показывает, как по-разному преломлялись общие вопросы, выдвигаемые эпохой, в тТворчесве различных писателей. 1ем самым он. опровергает и не изжитое до CHE пор У некоторых ученых представление о литературе, как о едином напиональном потоке. Глава «Статьи Ленина © Толетом» —- лучшая в книге. Б. Мейлах глубоко paскрывает гениальные ленинекие мысли 0 кричаших противоречиях Толетого. Интересны сопоставления ленинокой конпеппии сю взглядами на Толотого и на русскую литературу Чернышевекого. Новые — по привлекаемому историко-литературному материалу —— содержательные комментарии дает автор к энаменитой статье Ленина «Партийная организапия и партийная литература». Анализируя ту или иную работу, высказывание Ленина о литературе, В. Мейлах стремится к обобщению, намечает основные прин» ципы подхода Ленина к литературе. Вместе с автором вниги мы вновь перечитываем страницы знаменитых работ, слушаем «набатный ленинский язы», видим, как Ленин последовательно расправляется со всеми, вто пыталея исказить, оклеветать руескую литературу, использовать ее для борьбы против революции. Невольно вспоминаются ° слова И. В. Сталина о «горном орле, He знающем страха в борьбе», о непримиримой ленияской критике противников партии и революции, о его простом и ясном, сжатом и смелом стиле, —— «когда каждая фраза не говорит, а стреляет». , Читая книгу ВБ. Мейлаха, мы видим, как последовательно проводил Ленин принWut партийности, большевистокой принциниальности в анализе литературных явлений. «Раз человек партии пришел к убеждению в сугубой неправильности и вреде известной проповеди, то он обязан выетупить против нее». — писал Ленин T[opsROMY. Вюгда Горький выступил против вредной и реакционной популяризации «Бесоз» Ф. Достоевского, Ленин выразил ему в письме свое одобрение. В то же время Ленин прямо и честно указывал Горькому Ha ero ошибки, 3аблуждения, настойчиво учил его революционной непримиримости, Т. МОТЫЛЕВА впоре двух главных действующих лиц — профессора Лаврова и ирофесвора Милягина. Они не только сослуживцы по научноисследовательскому институту. Они евязаны многолетней дружбой, общей сульбой. Советская власть для обоих открыла возможности широкого творческого научного труда. Без этого оба не смогли бы притти к науке. В тому же Лавров и Милягин-— сверетники. В списке действующих лин автор обозначает велед за обоими именами — «48 лет». Й все же, это совершенно разные люди. Павел Степанович Лавров — подлинно советский. ученый, в чистейшем смысле этото слова. дн — человек, государетвенHO и притом социалистически мыелящий. А Трофим Игнатьевич Милягин заражен ‘многими вредоносными бактериями, оставшимися от старой, буржуазной науки, Олна из таких бактерий поселила в чем рабское угодничество перед всем «заграничным». Другие — развратили ero 3aботами о личной елаве, поставленной нревыше заботы 06 общем благе, алчным своекорыстием, стремлением к маленькому домашнему благополучию... Два этих образа выражают два противоположных, непримиримых Bardia a самое еушество советской науки, на 0е цели. Дом Лавровых пронизан свежим ветром жизни, для которого равно гостеприимно открыты и окна комнат, и сердца людей. Этот ветер жизни привел Лаврова к его работе. Он окунул в живое дело молодого Виктора Лаврова и разжег огонь тверческих стремлений в душе дочери прафессора — Любы Лавровой. . Окна милягинской дачи были открыты навстречу иному ветру, идущему от зака-. та. с гнилых, зараженных болот. В конфликте передовой, неустанно ищушей, подчиненной великим задачам человеческого блага советской науки с наукой буржуазной, косной, ° извращенной, — одерживает победу передовая, творческая советская мыель. 06 этом и написал 68010 яркую, страетную пьесу Б. Ромашов. Она завоевала признание и благодарность многих тысяч зрителей, и блатодарность эта выражена в выешей награде писателя — в Сталинокой премии, присуждленной драматургу. После окончания спектакля бархатный шнур задержал в фойе часть зрителей, Остановившиеь у мраморной лестницы, люди продолжали оживленный спор о только что показанной пьесе. — А вы полагаете, батенька мой, у нас в институте такого не наблюдается? — густо гудел, по-волжеки напирая на «0», грузный седой человек в необыкновенно живо поблескивающими молодыми глазами. — И Милягин веть, и Медынцев, батенька мой, имеется. И вот уже где, изволите ли знать, они У меня сидят... Внезапно раз’яривитиеь, он похлопал ceбя крупной рукой по затылку. А кто-то, скрытый толною, обращался к девушке, одетой в военную гимнастерку GO следами недавно споротых погон: — Гипербола? Ла какая же это гипербола? Послушайте-ка разговор диссертантов в курилке Фенинской библиотеки. Иной только и вынлет; «Джонс..», «Жано...», «Иоганнес...х. Этаких авторитетов и у них на родине ни во что не ставят, а для нашего заучившегося пижона, что ни вякнет этакий джоне со своего насеста, то и окажется непререкаемой истиной, Нет, нет, это не гипербола, 06 этом давно подумать пора... —- «Просквозило...» — повторял позади женский голое реплику из только что виленной пьесы. — Вот верно сказано. «Ло сих пор простуженный ходит...» Спектакль шел в Малом театре. Шьева, которая вызвала такую оживленную реавцию зрителей, называлась «Великая сила». Б. Ромашов написал эту пьесу векорз после войны. Он долго, кропотливо’ работал над нею, и от варяанта к варианту большая правха жизни вытесняла из пьесы мелкие личные конфликты и вводила на их место опор идей, впор проО: В пьесе решались кардинальные проблемы, волнующие советекую интеллигенцию, и она остро захватила зрителей. Положение нашей’ науки з» поеледние два десятилетия достигло небывалых высот. Возможности, открытые в. нашей етране перед ученым, работающим во имя четовеческого блага, поистине безтраничны. Й тем важнее как можно быстрее освобохить научную среду от веяких пережитков капиталистичеекого прошлого. Основной конфликт пьесы воплошен в СМЕЛОСТЬ ИСКАНИИ Награждение Веры Пановой Сталинской премией за «Кружилиху» — событие ра1 доетное и поучительное. энергии фистопада, но и в осознанном трудолюбии семьи Веденеевых, и в мальчишеском задоре Тольки Рыжова, и в душевной чистоте Саши Воневского, и в отзывчивости Анны Ивановны, и в трудовой .неугоMOHHOCTH, B широте кругозора старой украинекой колхозницы — матери Листопада, и во многом, многом другом... Панова не ставила себе задачи воплотить духовный и моральный идеал советского человека в каком-либо одном образе. Но частицы этого идеала присутетвуют во многих ee героях. Каждый из них потсвоему сви». детельствует о громадном облагораживаюшем влиянии, которое оказывает социалистический строй на многие миллионы людей. Писательница очень осмотрительно обращаетея с большими словами. Она видит и стремится показать, с каким трудом, какими нелегкими путями осуществляется превращение больших слов в большие дела. Она видит дистанцию, которая нередко отделяет действительное от желаемого. Именно поэтому в состоянии она создавать книпи, которые волнуют читателя верностью непосредственных жизненных наблюдений, -— создавать образы людей, в воторых читатели узнают соседей и знакомых. Иные критики ставили в вину Пановой, что она вывела в своем о9дмане несколько персонажей, явно отталкивающих, таких, например, как Уздечкин. Эти упреки неосновательны. Разве не ветречаютея еще в нашей жизни уздечкины, которые мешают работать и итти вперед? Недостаток произведения не в том, что в нём намечены реальные жизненные конфликты, а в том, что конфликты эти порою искусственно сглаживаются. Илиллическая сцена примирения Листопада с Уздечвиным, стремительная «перековка» „блатмейстера Мирзоева; прощение передовым рабочим Веденеевым (а заодно и автором) кулака Мартьянова, который «отробил» свои грехи; снисходительная интонация в описании эгоистического, мешанского поведения Лидочки — ‘вот что звучит в повэсти диссонансом. Писательница наглядно, на ряде примеров показала живучесть буржуазно-индивидуалиетических навыков, вредноеть пережитков прошлого, сказывающихся в поведении иных советских людей. Именно ноэтому читатель вправе был ждать от автора «Вружилихи» большей непримиримости по отношению к пережиткам пропьтого, большей последовательности в изображении борьбы нового ео старым. Но все-таки важно видеть, что не эти недостатки — сколь бы значительны они ни были ‘— определяют внутренний паoc и сущность «Вружилихи». Вера Панова создала увлекательную и честную книгу, которая дынтит любовью в советекой Родине и во многом удачно воссездает правду советских будней. «Кружилиха» не только воспроизводит настоящее, но и устремлена в будущее. Разве не проникнут романтикой будущего заключительный, лиpUdeCRH-BSBATHOBAHE HH монолог lucronaqa? «...Вудет ли день, когда человек скажет: « веем доволен, премного благодарен, мне. больше ничего не надо»? Никогда не будет такого дня. Всегда раскрыта земля для новых семян, и никогда не сняты лева для строителя. А кто произнес тавие слова, тот мертв, от него нечего ждать живым», Эти строки имеют ближайшее отношение и в нашей литературе. Читатель — какое бы талантливое произведение он ни прочел — не скажет; «Я всем доволен, мне больше ничего не надо». Советский читатель имеет право на недовольство тем, что достигнуто художником, даже если достигнуто многое. Однако страна наша умеет ценить и награждать талантливого художника не только за бесспорную удачу, нон за смелость исканий, за выбор трудного ПУТИ, О «Пружилихе» немало спорили. Вогда книга вызывает желание поспорить, когда о ней наперебой стремятся высказаться не только профессионалы-литераторы, ни читатели, — этот факт сам по себе доказывает, что писателю удалось поднять реальные, жизненные вопросы. В романе не осталось почти ни одного действующего лица, по поводу которого не были бы высказаны те или иные с00бражения «за» и «против». 0 людях, созданных воображением художника, спорили, как о живых. Развё не было это своеобразной формой читательского признания? В романе нарисован коллектив советских людей. Идет война. Перед лицом тяжких испытаний простые, рядовые. советские люди — разного душевного склада, разных поколений — совместно делают большое, полезное народу дело. Й oro дело — главное, что есть в их жизни. Таково было содержание «Спутников». Таково и с0- держание «Кружилихи». Однако в «Спутниках» эта идея морально-политического единства советекого народа была раскрыта на материале, хорошо знакомом и близком автору. В «Кружилихе» писательница столкнулась с кругом явлений, несравненно более сложных. Рассказать о большом заводе оказалось ва мното раз труднее, чем о людях санитарного поезда. Но в самой попытке освоить ноный, важный жизненный материал проявилось мужество писательницы, ее новаторекая смелость. Уже много говорилось в критических статьях о портретном мастерстве Веры Нановой, о ее психологической наблюдательности, поразительной зоркости в деталям, умении выбрать нужное, точное слово. Все это есть в «Кружилихе». Но есть в ней не только это. Роман проникнут любовью Е советскому человеку, гордостью за него. Большинетво персонажей «Вружилихи» по евоему общественному положению — те, кого в современном буржуазном мире принято считать «маленькими людьми». Co страниц западной литературы емотрят на нас рядовые люди капиталистического мира, отданные во власть страха, подавленные жестокой бессмыслицей подневольного своего бытия, отравленные ядом реакционных предрассудков. Взгляд на. человека, Kak Ha беспомощное и от природы своей порочное существо, имеет самое широкое хождение в литературе Запада. В диаметрально противоположном Haправлении развивается советская литература. Все более полно, разносторонне, уверенно раскрывает она процесс роста рядовых тружеников — строителей и хозяев социалистической Родины, типические черты простого советекого человека — чувство достоинства и товарищеской солидарности, любовь к труду, деятельное, творческое отношение к жизни. Особенноеть В. Пановой в том, что она стремитея показать “героику советской жизни, выбирая самые будничные, внешне неэффектные характеры и ситуации. Она хочет показать скромных, рядовых говетских тружеников в сложном, противоречивом перенлетении разнообразных качеств— и тех, которые привиты советским строем, и тех, что унаследованы от проптлого. Она хочет расеказать о хороших людях, He умалчивая 00 их слабостях, о превратностях и осложнениях их жизни, В «Кружилихе» идет речь о людях, которые во многом несовершенны, которые далеко не во всем могут являться примером для подражания. И вее же почти каждый из героев романа несет в себе частицу того новото, что воспитано в человеке советеким укладом жизни. Мы чуветвуем это новое не только в кипучей творческой iD: воспоминаниях Горький приват свой разговор е Лениным в первые № революции о советском литературоведени, «Я говорил, — пишет он, — ON.. считаю совершенно необходимым ори зацию Титвуза с кафедрами по языкозиь нию, иностранным языкам — Западыт Востока, — по фольклору, по ист всемирной литературы, отдельно — pytской. — Гуты, — говорил он (Ленин) пе шуриваясь и похохатывая. — Широко п ослепительно! Что широко — я не прот а, вот — ослепительно будет, д? Своих профессоров у нас нет по этой части, $ буржуазные такую историю покажу. Нет, сейчас нам этого не поднять, Год три, пяток подождать нало». Жак много завоевано с тех пор советы: ми литературоведами! Ёеть y Hac Teng наши советские вузы, где идет глубоки, напряженное изучение и фольклора, и язы: кознания, и истории всемирной литера ры, и отдельно — русской, Есть у теперь свои советекие профессора, которы двигают вперед литературную науку}! беспощадной борьбе с эпигонами буржуи» ного либерализма, с которыми Berta Att вал Ленин -— без пощады и снисхождения, От души написанные патриотические «Какое же тут «примирение» может стихи, песни В. Сбосюры достойны его з0- быть, милый А. М.? — отвечал он Горьлотого Народа. кому, попытавшемуся было омягчить : - ААА I М_ ПАПАВА WENT Радостно видеть, что каждый од все новые и новые имена появляются среди писателей, отмеченных Сталинской премией. Это свидетельство здоровья и неуклонного движения вперед нашей советской литературы. `Среди лауреатов 1947 года — молодой писатель Виктор Авдеев. Он получил премию третьей степени за повесть «Гурты на дорогах». Сюжет этой повести, казалось бы, очень несложен, Это рассказ о том, как в дни наступления немецких полWH животноводческий совхоз «Червоный херсонец» был переброшен из украинеких степей в донские. Движение гуртов скота по дорогам войны, степь, меняющая свой понров от летнего убранетва до первых заморозков, и люди, советские люди, самоотверженно выполняющие свой долг перед Родиной, — показаны в’этой повеети. Авдеев нигде не переходит в авторские. ремарки и рассуждения, но в еамом развитии повествования, в этом неувлонном и успешном продвижении гуртов из украинских степей в донские рождаетея образ направляющей и организующей воли гову`дарства, Именно поэтому так спокойно и уверенНо могут выполнить люди «Червоного херсонца» свой долг. Эвакуация в изэбражении Авдеева = не паника, не отчаяние, это — осуществление веветоронне продуманных и разработанных планов. «Турты на дорогах» — так назвал свою повесть В, Авдеев. Однако мы не случайно озаглавили нашу етатью «Люди в степи». Именно люди и составляют предмет ‘пристального внимания молодого писателя. Поставив их в труднейние o6- стоятельетва, Авдеев правдиво и поэтично показывает крепость и_ внутреннюю хушевную ч«нстоту наших людей, 6е10606- ность их до конца, 0ез остатка отлать сеOa служению Родине, выполнению долга. Старший зоотехник Веревкин, директор Козуб, совсем еще юная ветфельдшерица Галя Озаренво, один из табунщиков Омелько, старуха-скотница Параска,— все они как бы внутренне раскрываются перед нами, прогоняя свои гурты по дорогам войны. В повести нет ни тени дидактизма или декларативности. Но как превоеходно использует Авдеев каждое происшествие и случай, возникающие на пути движения стада, чтобы рассказать о внут реннем мире своих героев, и как взыекателен и по-хорошему придирчив автор в ним. Высокое чувство ответственности за судьбы Родины и личная ответственность каждого за порученное ему дело — вот требования, которые пред’являет писатель своим персонажам. Хмурый и немногословный Веревкин становится подлинным героем повести йе потому, что автор решил наделить его тьмой положительных качеств, а потому, что каждый раз, когда Веревкин что-то ретает и что-то делает, мы соглашаемся с ним. Он работает и живет во время войны с максимальной требовательностью к себе. Кривонотий и неказистый на вид табунщик Омелько Бажется нам удивительно красивым, когда он отвлекает на своей лошади погнавшеГося за ним немецкого acca, TeM самым отдаляя его от стада, Отаруха Прасковья, рискнувшая отетать от движения гуртов; чтобы выходить нового бычка, рождающегося в заброшенной балке, движима тем же чувством высокой личной ответственHOCTH каждого в дни величайших испытаний, пережитых народом, Родиной. В ` Веревкине; в директоре Ковзубе, в Омельке, Прасковье мы вилпу подлинную душевную красоту советского человека. А вот Кулибаба — другое дело: если бы не воина, может быть, мы и не узнали бы 40 конца его настоящую цену, A cele мы видим, как едет дорогами войны obs ватель, для которого личное благополучие и покой превыше всёго. Оказывается, и ЛИШЬ служил при социализме, а ве CTD ил его. И не случайно он ео своей рых лой женой, бросив стада, исчезает в HOM вестном направлении. И читатель в презрением отвернется И этой фигуры, Он отбросит и потребитель скую философию Упеника, уверенного 1 себе снабженпиа, который оказывается ле шлявом, вебялюбивым человеком. Может показаться, что в повести 20% ные отношения. Веревкина, Гали Озаренм и Упеника — лишь обычный любов треугольник. Нельзя же, дескать, все ПИ стада. Но это не так. Внимательно пи смотревшись к этой линии, мы види что и здесь взыскательный автор испытье вает свою молодую героиню, испытывает пристраетьем, как бы она ему ни нрав лась. Ее временное увлечение находчивых дерзким и красивым Упеником сменяет в конце пути брезгливостью к во № ленькому и пошлому внутреннему миру Чувство, возникающее под конец у [4 ны к Веревкину, основано на восхищения перед большим и принципиальным cone ским человеком, перед его душевной чи сотой и силой. Галя научилась отличие сорняки от настоящих людей, Она в леет в этом путешествии, Рождается я вый советский человек, Степь, на фоне которой идет 1п0вест80“ вание, — тоже своеобразное действующее лицо. Пейзажи степи, отлично удающием писателю, органически входят в 10880. Этот фон степи, неторопливо меняющей свои уборы, придает какую-то особую # эпическую достоверность повести о веди Ком подвиге простых советеких люлей,