[P4483 V3! O& релинский в борьбе с космополитизмом ^- ““бовския Я. ЭЛЬСБЕРГ > Александр ЖАРОВ В живой и нерзеторжимой связи со временем, с историей заключается сила и слава советской поэзии: Особенности и задачи всей нашей поззии в целом должны ясно вырисовываться перед читателем и по тем стихам, которые печатаются в областных альманахах. Вокруг альманаха «Сибирские огни» и журнала «Дальний Восток» cobpaлась группа интересных: и pasHoобразных поэтов. Они воспеваюЮют в своих стихах величие, богатство и строгую красоту своего родного края, его сильных и отважных людей, проставившихея на’ войне и в труде — геологов и строителей, охотников и лесорубов, исследователей и новоселов, людей трудного ремесла и нелегкой жизни. Важдый поэт делает это по-своему, внося в большую тему советского Севера и Дальнего Востока свой житейский опыт, свои наблюдения и впечатления, свою биографию и поэтический темперамент. Нели А. Ольхон, вапример, наиболее близок к фольклору, к былине и песне, то В. Лисовскому дороги 06- разы исторических герзев — Хабарова, Дежнева и др. Если талантливый поэт П, Комаров наиболее силен в лирических миниатюрах-зарисовках, составляющих в целом своеобразный дневник поэта, то молодой поэт С. Мельканов пытается нарисовать галлерею портретов своих земляков. Однако все эти стихи быют в одну точку, об°’единенные большой и единой идеей. Но и в своей областной сибирской теме поэты должны быть разностороннее и многограннее. Читателя утомляет однообразие в изображении людей Севера и северной природы. Очень часто в этих стихах живой человек с биографией, с именем, с характером подменяется названием романтической профессии и беглыми анкетными сведениями o repose, Иногда областные поэты совершенно теряются среди вековых сосен, непролазных чащоб, таежных троп, кедрачей. Читателю порою становится скучно от однообразия мертвенных, неодушевленных, не сотретых присутствием человека пейзажей. Молодой поэт А. Ивенский опубликовал RHR CTHXOB @ COBETCRHX золотоискателях. Я заинтересовался названием этого цикла. Вель очень же интересно узнать, как живут сегодня советские золотоискатели, кзков их быт и условия труда, чем они отличаются от золотоискателей старой царской России и от авантюристов Джека Лондона. Я внимательно прочел весь цикл, в этом цикле есть все — «кремнистые пороги», «голубые реки», «хмурые сопкя», «глухие берега», и нет HH одного слова 0 людях, ни единой живой души. Почему мы требуем от рассказа, от очерка обязательного присутствия в них жизненного, познавательного материала и почему разрешается поэтам бездумное чириканье? То, что чириканьепосвящено акту‘альной теме, никаким оправданием служить не может. Если в целом работу поэтических отделов «Сибиреких огней» и «Дальнего Востока» можно оценить положительно, 10 нельзя сказать того же самого о многих других областных альманахах. Убогой н бедной. ограниченной и неинтересной вытлядела бы наша жизнь, если бы пришлось судить о ней только по стихам областных поэтов, печатающихся ‘в альманахе Rpacноярекого края «Енисей», в молотовеком альманахе «Прикамье» или в альманахе «Томек». Много здесь можно встретить стихов, лишенных каких бы то ни было проблесков мысли или чуветва. Таковы стихи Г. Каратаева, опубликованные в «Енисее», или И. Степанова «Холодный включ» — в «Советском Приморье», или С. Зяблин‘KOH, которая нанцечатала в альманахе «Томск» абсолютно школьное стихотворение о тучках, в подзаголовке которого так-таки черным по белому и сказано: «Картинка». Bor rakix «картинок» водолаз доставил его на берег. Начинается весна. В речные порты прибывают первые караваны судов. Легкие и зодвижные caмолеты «У-2» впервые на Дону про изводят удобрение весенних полей 6 воздуха. Хирург Николзева летит 8a санитарном самолете в станицу Цродетарскую, чтобы оказать срочную помощь колхознице Законалиной. В одном из цехов Ростсельмаша открылея филиал нзуч-/ ной библиотеки в большим выбором техниз ческой литературы. Так, страница за стра. ницей, листаем мы номера газеты «Молот»: кипучая и богатая жизнь одной из многих советских областей захватывает нас, и, честное слово, да не обидятся на меня ростовские поэты, короткие газетные с00бшения оказываются куда интереснее, чем многие стихи в их альманахе. Е 0 чем в это же самое время писали поз». ты-ростовчане? Поэт А. Рогачев рас» сказал сентиментальную историю 0 TOM, как он купил на птичьем базаре птичку в клетке и тут же, на глазах удивленных мальчишек, выпустил ее на волю. Поэт А. Фарбер предается воспоминаниям детства, он припоминает «младенческие годы «каравая», когда, дичась снотворной тишины, играл я, © колючки разрывая, залатанные матерью штаны». Г. Хорошунов создает очерелное лирическое стихотворение об очередном дожде. Многие альманахи продолжают печатать безидейные, альбомные, аполитичные стипе* KH, обнаружить которые былое бы более естественно в приложении к журналу «Нива», чем на страницах советского альманаха. Г. Милова, например, в костромеком ольманахе печатает стихотворение «Подснежник»” ЕЯ Мой милый мальчик, Среди зимы Мне показалось, Что это мы, Что наша пуща, Как сон, тиха, Что ты — подснежник, А я -— ольха ` Далеко не все современники Белинского до конца поняли глубокий смысл его статьи «Взгляд на русскую литературу 1846 года» и других работ, где великий критик со всей резкостью и последовательностью обрушился на космополитические, антинародные тенденции в занадническом лагере. Блестящая полемическая атака неистового Виссариона была вызвана острой политической необходимостью. Именно к тому времени. ясно ‘обнаружилось, что под флатом борьбы со славянофильством в Кругу «западников» пропагандируются идеи и взгляды, решительно враждебные демократизму, оскорбляющие чувство национальной гордости, присущее народу. Белинский и’ Герцен, стоявшие на демократических и социалистических позициях и боровшиеся за то, чтобы Россия стала передовой страной мира, отрицательно относились к таким либеральным западникам, как Корнг и Боткин, преклонявшимся перед западноевропейским буржуазным порядком и его, культурой. Герцен нззывал их «идолопокяонниками» буржуззной Европы. Белинский критиковал и космополитические взгляды Валерьяна Майкова. Эти западники недооценивали самостоятельность, богатство и своеобразие русской культуры и мысли. Эти, по выражению Белинского, «пустоголовые европейцы», «сторонники - фантастического космополитизма», послушные и робкие ученики каждой последней прочитанной WMH западноевропейской книги, в сущности, были представителями русского барства, раболепетвовавшего перед иностран_ щиной. В России они стремились лишь несколько ограничить самодержавие и установить буржуазный порядок, а Biloследствии открыто стали лакеями царизма. Ония не чувствовали биения пульва русской жизни. Русский народ, русское врестьянство они презирали. В творческие силы народных масс они не верили. В одном пз своих писем 1847 тода Белинский говорит: «Терпеть не могу-я восторженных ° патриотов, выезжающих вечно на междометиях или на кваеу да каше; ожесточенные скентики для меня в 1000 раз лучше, ибо ненавиеть иногда бывает только особенною формой любви, но, признаюсь, жалки и неприятны мне спокойные скептики, абстрактные человеки, беспачиортные бродяги в человечестве. Как бы ни уверяли они себя, что живут интересами той или другой, но их мнению, представляющей человечество’ страны, — не верю я их интересам», , Под «восторженными патриотами» великий критик разумеет здесь славянофилов с их громкими, но лживыми и пустыми патриотическими фразами и восклицаниями. Сам же Белинский был именно «ожесточенным скептиком», т. е. революцион: ным демократом и патриотом. Ненависть Белинского ксамодержавно-креностническому порядку проистекала из его нламенной любви к русекому народу, Е будущей: свободной России. Вместе с тем Белинский был настоящим интернационалиетом. Оп глубоко н страстно переживал судьбы: народа Франции — страны, ‘которая играда тогда роль мировото центра революционного движения. Как поллинный патриот, Белинский беснотад-! Из последней понты НА КНИЖНОЙ ПОЛКЕ... В Киеве вышел очередной номер украинского журнала «Блокнот амтатора» № 6 (84), издаваемый Управлением пропаганды и агитации ЦК КИ(б)У. В отличие от предыдущих номеров, в очередном «блокноте» редакция ввела полезный раздел «Книжная полка агитатора». Но... первый блин вышел комом. Редакция сообшает агитаторам, что популярная повесть лауреата Сталинской премии В. Пановой «Спутники» — это «роман о советских людях — борцах за выполнение сталинской пятилетки на производстве». На книжной полке большинства агираторов есть повесть В. Пановой, есть ли она у т «Блокнота ariratopas? it В развитии всех сильных сторон национального характера русского человека, свойственных ему «здравого: смысла, ясности и положительности в уме», «инетянкта истины», «широты и силы», <бодрости, смелости, находчивости, еметливости, переимчивости», Белинский ни видел путь. Е тому, чтобы русский народ выразил «в своей национальности наиболее богатое и многостороннее содержание». Белинский 60= релся за то, чтобы Россия стала «идеалом человечества», и он надеялея, что Россия одна из первых стран мира станет социалистической. Говоря о роли русского поэта, Белинский спрашивал: «Если он поэт поэт истинный, то не должен ли сочувствовать своему отечеству, разделять его надежды, болеть его болезнями, радоваться его радостями?» А холодного нисателя-коемополита, лишенного крепкой ‘связи со своим народом, оригинальности, самобытности, страсти, Белинский сопоставлял с человеком, который говорит о себе, что он «его-; рает любовью к человечеству, но что, не. смотря на то, он никого в жизни своей не любил в особенности, что никогда не было у него ни друга, ни приятеля, ни брата, ни сестры...» Такой писатель «веетда готов писать о чем угодно и что хотите, но обыкновенно пишет всегда под чьихнибудь влиянием». Анализируя же произведения великих русских писателей, критик решительно отметал попытки Космополитов об’яснить русское литературное развитие западноевронейскими влияниями. Борьба, которую Белинский вел с космополитизмом, получила дальнейшее развитие з русской революционно-демократической литературе. Напомним только выступление Герцена против «немецких русских», щедринскую сатирическую характёристику «желудочно-полового космополита», как типа русских бар за границей, изображение в романе Помяловекого «Брат и сестра» космополитического, обезлячивающего воспитания Андрюши Чебанова, напомним, как разоблачал Добролюбов «ранний космополитизм» того «образованного общества», которое «разорвало связь с народом и потеряло смособности даже понимать основные черты его характера». Эти традиции имеют большое принципиальное значение и для развития советской литературы и искусства. Tos. А. А. Мданов на совещании деятелей советекой музыки в ЦА ВЕП(б) говорил: «Интернационализм в искусстве рождается не на основе умаления и обеднения национального искусства. Наоборот, интернационализм рождается там, где расцветает национальное искусство. Забыть эту истину — означает потерять руководящую линию, потерять свое лицо, стать безродныNH космополитами... Нельзя быть интернационалистом В музыке, каки во всем, не будучи подлинным патриотом своей Родины». Читая гениальные, неумпрающие статьи Белинского, мы видим, что он не только был нашим прямым предшественником, по до сих пор остается живым участником нашей борьбы, с. раболением. Hepes . нностранщиной, с «безродными. космонолитами» и «беспачпортными бродягами в человечествехПоэзия в областных журналах и альманахах < % но разоблачал отсталость царской крепостнической России по сравнению с 3aпадной Европой и боролся против этой отсталости. Но вместе с тем он был рещительным противником некритического отношения к Западу. Он не хотел ‹ установления в России господства буржуазии по западноевропейскому образцу, а стремился в коренной революционно-демократнческой переделке русской жизни. Ноэтому так резко обрушивалея Белинский на «спокойных скептиков», на русских космонолитов, — тех, что насмешливо и с холодной иронией, без всякой’ горечи, болтали 06 отсталости России и восхищалиеь западноевропейским буржуазным порядком и его культурой. Это были бесхарактерные, бесстрастные, терпимые ко всякой подлости господствующих. п эксплоатирующих классов люди. Судьба французского пролетария была им так же безразлична, как судьба русского крестьянина. Нозднее они проповедывали moKopность перед Кавеньяками и Тьерами. «На свете много людей, известных под именем «пустых»,—писал Белинский, — они умны чужим умом, ни о чем не имеют своего мнения, а между тем и учатся и следят за всем на свете. Пустота их в TOM и состоит, что они заимствуют целиROM, и их мозг не переваривает чужой. мысли, а передает ее через язык, в том же самом виде, в каком принял ее. Это люди безличные, потому что чем человек личнее, тем способнее. обращать чужое в свое, то-есть налагать на него отпечаток своей личности». Выступая против безличных, пустых космополитов, далеких от русской народной mun, Белинский-критик заявлял: «У себя, в себе, вокруг себя, вот где должны мы искать и вопросов и их решения». Он учил «мыслить самостоятельно, порусски». Прогресс нации великий демократ рассматривал, как рост народных масе, овладевающих культурой, передовой мыслью. По словам Белинского, <... прогресе... соверизется национально. Иначе нет прогресеа. Когда народ поддается напору чуждых ему ндей н обычаев, не имея в себе. силы перерабатывать их самодеятельноетьюсебственной национальности, в собственную ве сущность, — тогда он гибнет политичеCRM, . Белинский решительно возражал против противоноставления «национального» — «человеческому». «Человеческое» он рассматривал как высшее развитие нацибнального, пародного. Именно только полное развитие национальности, только духовный, идейный рост народных масс спосорен, по убеждению Белинского, придать той или иной нации прогрессивное всемир`но-историческое интернациональное зкачение. Критик писал, что «чем многостороннее, всеоб’емлютщее, глубже, общее содержание народной жизни, чем больше в ней истинного, разумного, действительного, — тем чаловечественнее такой нарох, тем он более бывает представителем человече. ства». CH Te ee deer TS зльманахах. А ветер, ластя ‘Лицо любимой, Шептал о счастье, Что пронесли мы В буйстве страсти Неутомимой На вешнем насте Родной земли. (Д. Лившиц. «На Запад», альманах «Томсн»), В одном из стихотвореняй тот же автор онисывает дорогу, идущую в фронту, и почему-то говорит о ней: Эти дороги, должно быть, меряны Мерным шагом сивого мерина. Очень часто в стихах, посвященных трудовым подвигам советских людей, поэтическое изображение отношения мастер» к своему труду и творчеству подменяется суХИМ, схематичным описанием того или иного производственного процесса, перечислением технических терминов и деталей. Так составаяется техническая смета, а не пишутся стихи! 0 поэзии, воспевающей труд и мастерство, уместно поговорить на примере альманаха «Литературный Донбасс», издаваемого лонецкой организацией Союза советских писателей. Мне совсем недавно снова пришлось побывать в Донбассе. Насколько все-таки жизнь донецкой земли содержательнее и полнее, чем то, что рисуют моnombre поэты Донбасса. С кажлым лнем возрождается и восстанавливается этот край — родина краснодонских ° молодотвардейцев, земля непокоренных. Почему же донецкие чоэты, за отдельными исключениями, ограничиваются поBTOpeHHeM старых и привычных мотивов шахтерской поэзии и довольствуются рифмой «копра — на-гора»? Почему они не учатся у своих земляков донецких шахтеров— всегда искать новое и не останавливаться на достигнутом? Сейчае в Донбассе появилась целая группа мололых 1109- тов. Среди них — Б. Радевич, В. Горяинов, В. Труханов. Однако руководство донецкой организации не работает с ними, предпочитая без особого отбора печатать все то, что они пишут. В результате люди не могут толком разобраться, что у них хорошо, что плохо. Е. Кузнецов пишет о Донбассе стихи расплывчатые ‘и ‘общие. Если убрать из них кое-какие названия южных населенпых пунктов, то можно смело. адресовать эти стихи и Кузбассу, и Уралу, и Московскому утольному ‘бассейну. Я говорю of этом так резко и пристрастно потому, что ведь нечатает «Литературный Донбасс» неплохие стихи И. Беспощадного, украинского woata М. Упеника, М. Фролава. Прочитав стихи в ростовском альманахе «Дон», я взял подшивку газеты «Молот» за то же время, в какое писались ий нублЛиковались стихн, и начал листать газету. Разнообразнейшие события происходили в эти дни в Ростове, Шахтах, Батайске и других городах и стэнинах. Шла зима coрок седьмого года: Ростовская облаеть готовилаеь выбирать своих прелетавителей в правительство Российской Федерации: колхозники области, не досыпая ночей, отстроили и восстановили более двадцати трех тысяч домов; Ростовский механический завот пустил в ход первую в области станцию высокой частоты для закалки инструментов и деталей машин. Ожил, разбуженный пронзительными голосами паровозов, Батайский железнодорожный узел, на который немцы сбросили сорок четыре тысячи тонн фугасных бомб. Снова сзажженными лампочками в руках спустились в шахту № 15/10 молодые забойщики. Водолаз Костюк, работая на дне Азовекого Моря, обнаружил увязший в тине немецкий реактивный снаряд большой разрушительной силы. Рискуя жизнью, советский Не ‘обошелся без лирического щебетания в альманахе «Алтай» и способный молодой поэт М. Юдалевич, завершающий свое стихотворение 0 загранице следующими романеными строчками: И песня без конца завянет, И болью защемит в груди, Чего-то и куда-то тянет, Осталось что-то позади. «Чего-то и куда-то тянет» многих моло. дых поэтов. В ряде журналов, альманахов и поэтических сборников до сих пор продолжают печататься военные стихи, в большинстве своем переневающие и повторяющие мотивы нашей фронтовой ноэзии. Многократно повторяются стихи о котелках, кисете, шинели и о прочих интендантеких пред* метах. Писать о войне сегодня нужно уже поиному, глубже осмысливая п обобщая вее явления и события. И смотреть нужно нз весь путь наш с высоты победы, с высоты трех послевоенных трудовых лет, прошедших в нашей стране. В этом — секрет удачи книг 9. Вазакевича, А. Гончара, М. Бубеннова. Поэтические отделы наших альманахов должны обрести свее лицо, они должны CH стематически руководить творческой работой поэтов. А сделать это можно только тогда, когда они будут хорошо знать и чувствовать насущные заботы своей облаети, жизнь всей страны. Нам дано жить в те годы, котдз свершается, воплощается в жизнь, становится явью многолетняя, веепобеждающая мечта человечества о коммунизме. С нас, соврененников, поэтому многое и спрашивается. Мы живем и мечтаем, работаем и пишем, твердо уверенные, что советская н6э-. SHA, а значит, в том числе и. областная поэзия, справится с задачами, поставленными перел ней самой жизнью. Придется отвепиить, тов. Чаи! Однако это предположение ° опровергается письмом директора издательства «Советский писатель» тов. Ярцева. «В первом квартале текущего года типография отиечатала 1.200 тыс. оттисков вместо 6. миллионов по правительственному заданию. Заново типография набрала лишь.15 листов вместо 910. «Московский рабочий» всячески уклоняется от заключения договора на 1948 год с издательством «Советский писатель». Значит, ни письмом в газету, ни делом тов. Чагин не хочет отозваться на резкую и справедливую критику. Кто же дал право тов. Чагину игнорировать постановление правительства и относиться ‘пренебрежительно к советским читателям, к писательской общественности? В № 12 <Литературной газеты» от 11 февраля было напечатано письмо писателей Н. Вирты, В. Инбер, Л: Никулина, П. Замойского и Т. Семушкина, в котором говорилось о систематических нарушениях директором издательства «Московский ра‘бочий» тов. Чагиным постановления Совета Министров СССР, обязывающего печатать в типографии «Московского рабочего» 2 миллиона листов-оттисков в. месяц для издательства «Советский писатель». На вопрос сотрудника «Литературной газеты», когда же собирается ответить тов. Чагин, он со своей стороны задал вопрос: : — А стоит ли отвечать? . Может быть, не находя в себе достаточно мужества, чтобы признать критику справедливой, тов. Чагин рашил ответить не письмом, а делом? контрреволюции и интервентов: «Марш Буденного» композиторов Покрасс на слова Д`Актиля, песня «Красная Армия всех сильней» Дм. Покрасс на слова Н. Горина, «Песня Воммуны» А. Митюшина на слова Енязева и др. Эти несни положили начало одной из главных традиций нашего песенного творчества—традиции выражения изтриотического духа советского народа, его готовности к защите социалистической Родины. Этот идейный мотив живет в неснях всех периодов нашей жизни, — ив песнях героических и в песнях длиричеСКИХ. Шли годы, всенародную любовь и признание завоевали «Как родная мать меня провожала» Демьяна Бедного, «Молодая твардия» A. Безыменского. Поэтам в ту пору нередко приходилось писать песни 06з композиторов, используя старую революционную или народную музыку. Так делали Д. Бедный и А. Безыменский, так делал и автор этих строк, когда мариг пионеров «Взвейтесь. кострами, синие ночи» пришлось ‘писать на классический оперный моTHB. : Вскоре, однако, и композиторы стали заявлять о себе. В канун первой пятилетки родилось несколько звучных несен композитора А. Давиденко (лучтая из них—«Вонница Буденного» на слова Н. Асесва). Но всему Союзу прокатилась оборонная песня «Полютико-поле» 1. Ёнипнера на слова В. Гусева и, наконец, торжественно прозвучала «Широка страна моя родная» И. Дунаевского на слова В. Лебедева-Кумача, прославлявшая новый быт, труд и отдых нашего народа, радость новой Жизни. Страна росла и крепла, все шире и звонче разливалась советская песня. ‘Taлантливое содружество поэта М. Исаковского и композитора В. Захарова открыхо новую’ страницу в истории советской песни. Появились также «Партизан Железняк» М. Блантера на слова М. Голодного, «Каховка» И. Дунаевского и М. Светлова, «В путь дорожку дальнюю» М. Базнтера С. Ваца и В. Дыховичного, «Махорочка» К. Листова и М. Рудермана, «Смуглянка» А. Новикова и Я. Шведова и другие, на фронте и в тылу бытовала и советская песенная лирика. В 1941—1944 гг. появились новые имена композиторов-несенников. Некоторые из них работали и раньше, но заявить 0 себе громким творческим голосом они смогли лишь в военное время. Тут прежде всего можно назвать В. Соловъева-Седого, Б. Мокроусова, Л. Бакалова и М. Фрадкина, В. Сорокина, Б. Терентьева, С. Туликова, М. Табачникова. Инерцией песенного творчества военного времени живут и многие сегодняшние песни, не только по тематике, но и 0 использованию приемов. Мы никак не можем еще по-настоящему приблизиться к темам мирного труда, к темам социалистического созидания. А это давно пора сделать. Было бы неверно думать, что темы Великой Отечественной войны уже’ исчерпаны в песне. Наоборот, монументальные произведения о подвиге советского народа могут быть и должны быть созданы именно сейчас, когда время помогает наивысшему осознанию героизма страны и ве победы. Разве не так было с лучшими песнями о тражданской войне, родившимися в перпод первой пятилетки? Военные песни нужны нам как постоянное напоминание 00 окружении, в ко-. тором живет страна. Но вместе © этим народу необходимы несни, выражающие пафос мирного ‘труда, дела, думы и мечты советских людей. Над coзданием таких песен и должны работать сейчас ‘наши поэты и композиторы. Народные песни выдерживают испытание многих десятилетий. Песни на стихи. классиков неё забываются. Живут сегодня. и лучные из советских песен, среди которых можно назвать «Каховку», «Москву майскую», «Песню о Чапаеве». Ho есть песни, которые не звучат, не приняты народом, хотя и написаны совсем Heлавно, и С. Острового, «То не тучи, грозовые 0б-. лака» братьев Нокрасе на слова А. Суркова, «Орленок» В. Белого и Я. Шведова, «Тачанка» В. Листова и М. Рудермана, «В. бой за Родину» 3. Вомпанейца и J. Ошанина, «Как у дуба старого» С. Каца на слова А. Софронова. Замечательно обработал музыку Атурова в песне «По долинам и но взгорьям» (слова С. Алымова) А. В. Александров. Советская песня стала активным участником жизни, одним из орудий воспитания широких народных Macc. Накануне Вежикой Отечественной войны многие наши песни оказалиеь на вооружении народа. в его идейном арсенале: Если завтра война, если враг нападет, Если темная сила нагрянет, — Как один человек, весь советский народ За свободную Родину встанет! 3 — утверждал Лебедев-Вумач вместе с братьями Покрасс. Далеко не все предвоенные песни были безупречны, и с сожалением приходится вонстатировать, что в своем профессиональном кругу мы никогда об этом не говорили во весь голое, Новый нод’ем испытала советская песня в годы Великой Отечественной войны. Песня стала другом фронтовика. Она помогала ему сражаться е врагами, защимать Родину. Сразу завоевали популярность и любовь лучшие песни военного времени: «Священная война» А. В. Александрова и В. Лебедева-Кумача, «До свиданья, города и хаты» М. Блантера и М. Исаковекого, «Вечер на рейде» В. Соловьевя-Седого и А. Чуркина и многие другие. Наряду с боевыми песнями, как «Морская гвардейская» 10. Милютина и В. 1ебедева-Кумача, «Песня артиллеристов» Т. Хренникова и В. Гусева, «Песня 0 Днепре» М. Фрадкина и В. Долматовского, «Шумел ‘сурово брянский лес» C. Rana a А. Софронова, «Разведка» В. Чистова и . Ошанина, песня 0 пулеметчиве Hama композиторы часто бывают не-. взыскательными в выборе стихотворных текстов. Приходится слышать и жалобы композиторов на существующий якобы недостаток песенных текстов. Думается, что это утверждение не имеет под. с0б0Я почвы. Следует чаше и внимательнее знакомиться с книгами наших поэтов. Так` сделал И. Ильин, создавший несколько романсов на слова С. Щипачева. В сборнике того же С. Шиначева К. Листов чалиел непесенный, на первый взгляд, текст стихотворения «По дороге в 08х03» й написал очень хорошую зетрадно-лирнческую песню «Дождь». Тексты дая несен надо искать в поэзии. Только не в той поэзии, в какой искал их. например, композитор Н. Мясковекяй. писавший po-- мансы на. стихи... 9. Гипниуе. Из мастических, декадентских стихов Гиппиус, кэнечно, не может возникнуть ни созетекая песня, ни советский романс!.. 0 песнях не принято писать лаже коротких репензий. С этой дурной тралицией нало бороться. Такой вывот вытекает” и из постановления ЦЕ ВЁП(б) о музыке, и из указания партии на значение крнтики и библиографии в советской печати. _ Много хороших песен поет советский народ, но в свете тех требований, которые пред’яваяет к искусству наша партия, композиторам и поэтам предстоит еще очень большая работа. Мы обязаны создать и создадим новые песни, красивые и сильные, песня, достойные сталинской эпохи. Великий Горький © трибуны I peeсоюзного с’езда писателей в 1934 гоу Поставил перед нами именно эту задачу: «Мир очень хорош и благодарно услышал бы голоса поэтов, если б они вместе с музыкантами попробовали созлать песни,—новые, которых не имеет мир, 10 которые он должен иметь». ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА № 31 soem tiene Q есня—наше оружие родным переживаниям — горестям, Вадостям, надеждам. 0б огромном значении песни товорил в свое время и Владимир Маяковский: Сеть ли наших золот небесней? Нас ли сжалит пули осаг Наше оружие — наши песни. В другом, более позднем стихотворении он снова поставил рядом, как два вида идейного оружия, песню ий стих: И песня, и стих — это бомба и знамя. И голос певца полымает класс. Ближайшими предшественниками советской песни явились песни революционното подполья. Незадолго до революции 1905 года народ начал петь «Варшавянку», «Беснуйтесь, тираны!» (слова этих песен принадлежат старому болышевику Г. ржижановскому), «Смело, товарищи, в ногу» (текст Л. Ралина); «Смело, друзья, не теряйте...» (текст М. Михайлова), бессмертный «Интернационал» (русский текот А. Коца). Авторы этих песен не были 1п0этами-профессноналами, так же как создатели «Дубинушки», «Варяга», «Раскивулось море нитроко». Но именно они явились предвестникамя и зачинателями с0- циалистической песенной поэзии. Под влиянием песен революционного подполья возникли «Мы кузнецы» Ф. Шкулева, «Дерзости слава» Е. Тарасова, «Комаринская» Демьяна Бедного и другие песни рабочих“ поэтов, созданные до революнии. Голос народа широко и свободно зазвучал после великого Октября. Появились песни в честь воинской доблести советской страны, в честь ее вооруженных зашитников, громивних черные силы Большой разговор о советской песне наврел давно. Мы ждали, что его Фчнут критики, литературоведы, музыковеды. dain и не дождались. Это происходит Только потому, что до сих пор жанр песни недооненивается как в музыке, так и в ноэзни. Мы часто слушаем доклады п читаем статьи о проблемах поэзии. И, как правило, песня замалчивается. Бак будто за тридцать лет своего развития советская песня не достигла определенных результатов, как будто в этой области поэзии нет своих насущных жизненных задач. Tye истоки подобного. пренебрежения критиков-и литературоведов жанром песНИ? Нам кажется, что оно является следствиех не изжитых до конца тенденций «чистого искусства». Эстеты и декаденты сознательно ограничивали мир своего исвусства, игнорируя запросы и интересы народных масс. Они презрительно зачеркивали п песню, которая всегда была связана с жизнью, с общественными и моральными стремлениями народа. Отрицалась песня — первоисточник поэзии, забывалось 060б0е родство музыки и поэзии, в особенности поэзии лирической, хотя в последней, выражаясь словами В. Г. Белинского, — «почти уничтожаются границы, разделяющие поэзию от музыки». Творпами русской песни были Пушкин, Лермонтов; Рылеев, Баратынский, Дель“ влг, Языков, Некрасов, Никитин, Кольпов. Многие их стихотворения стали еше более популярными, будучи положены на музыку. Дело не только в мел0- дичности, в музыкальности этих стихотворений, — дело в их идейном содержании, в близости Е тем или иным Н4-