П. ТРОФИМОВ Конвейер диссертаций Я. ФРЕНКЕЛЬ, лаурсат Сталинской премии, член-корреспондент Академии BAYE iP Э. КОНЮС, доктор медицинских наук & вую плату на литературную обработку одной журналистке. Подученную в резульТате этой литературной операции работу! И. Ф. Попов «защищал» в местном медиЦиНском инотитуте, в городе, где он ведал Областным отделом здравоохранения. Коечто, как сообщалось в печати, послужило & большому конфузу диссертанта, но «искомую степень» он все-таки получил. ` «Два часа позора, зато степень на всю ЖИЗНЬ», — гласит на этот счет распространенная поговорка. И любители «етепени на всю жизнь» идут © готовностью Ha «два часа позора»! Почему стали возможны такие факты? Прежде всего потому, что в большинстве случаев диссертация является единственным основанием для присуждения ученой степени. Если бы в основе лежало всестороннее рассмотрение деятельности и личности кандидата, Оболенский, Попов и др. не могли бы «проскочить» в ученые. _ Одна диссертация не может быть основанием для присуждения ученой степени. Человека нельзя сводить к одной работе. Такой подход порочен в корне. Конечно, бывают случаи, когла одна работа, как, например, «Рефлексы головного мозга» И. М. Сеченова, может составить переломную эпоху в науке, Но мы говорим не об всключениях. Как правило, одной работы недостаточно для суждения о научном рзботнике. Надо рассматривать все ero работы в совокупности, не изолированно, а в. сопоставлении со всей деятельностью, которая бывает. нередко важнее, чем представленная рукопись. Полделать жизнь 96- ловека невозможно, а подделать одну дис сертацитю, написать ее чужими руками или пс чужим мыслям оказывается возможным, Даже внешняя сторона диссертационной процедуры не может благоприятствовать серъезной проверке достоинств диссертанта. Защищающий диссертацию, так называвмый «соискатель ученой степени», подает свою работу в трех или четырех экземпаярах. Один из них остается в 0иблиотеке, остальные раздаются офипиальным оппонентам. Практически в заседанию ученого совета в подавляющем большинстве случаев с диссертацией знакомятея только оппоненты. Никто из чденов совета, за едким исключением, не только не читает диссертации, но даже не видит ее. Они знакомятся обычно ¢ paботой либо во время зашиты, из ет самого диссертанта, которому на изложение ее, согласно инструкции, предоставляется 20 минут, либо путем перелистывания ее во время доклада. Своего личного мнения 0 диссертации члены ученого совета, таким образом, обычно не имеют и не могут иметь. При заполнении баллотировочных бюллетеней они присоединяются обычно к мнению официальных оппонентов. Таким образом, полдержка опевки, данной опВ РОЛИ ТРУБАДУРА — РУРЖУАЗНОГО ИСКУССТВА Перед нами небольшая, любовно издан” ная Музеем изобразительных искусств книга «Шарден» =— монография проф. В. Лазарева о творчестве французского художника-реалиста XVI в. Жана-Батиста Симеона Шардена. Нельзя сказать, что в этой работе проф. Лазарев не уделил внимания эпохе, в Которую жил и создавал свои произведенуя художник, или забыл 00 окружающей его среде. В книге очень большое место замимает описание быта н нравов французской мелкой буржуазии ХУШ века, титичным представителем которой, с точки зрения проф. Лазарева, был Шарден. Однако, отношение автора и кБ этой среде, и к самому Шардену таково, что книга может в горазло большей степени называться восторженным панегириком французской буржуазии, чем очерком советского искусствоведа, Шарден представляется проф. Лазареву неким кладезем всевозможных добродетелей: идеалом труженика, человека, гражданина, семьянина, художника ит, д. и т. п, Расточая по его адресу неумеренные похвалы, проф. Лазарев утверждает также, что все перечисленные добродетели украшали почти любого среднего франнузекого буржуа XVII] века, были, так сказать, типичным, массовым явл?” вием, Быт и нравы, господетвовавиие в этой среде, описываются проф. Лазаревым в илиллических тонах. Ровное и неторопливое течение жизни, заботы матери о деa тях, воспитапие их в духе здоровых нравственных устоев, скромные семейные трапезы, обеды и ужины, TPH в гуська, пасьянс и т. п.-—вот что, оказывается, характеризовало жизнь франнузекой буржуазии ХУШ века. Узость, ограниченность, порочность буржуазного быта, морали, мировоззрения оказались незамеченными 00- ветским искусствоведом. Находясь целиком муаристов, некритически списывая У НВА характеристику буржуазного быта, слеп” веря буржуазным апологетам, предетязляющим свой класс, только как класс честных тружеников, проф. Лазарев не заметил самого главного, характеризующего буржуазию во все эпохи ее существования: ненасытной жажды буржуа к наживе, к экоплоатацпии чужого труда, ее эгоизма и корыстолюбия, систематического обмана, процветающего в этой среде. Не заметив всего этого, автор выступил в неблагодарной роли умиленного восхвалителя буржуазного быта и морали. Проф. Лазарев игнорируст яркие, глубово научные, критичеекие характеристики, которые давали буржуазии классики марксизма-ленинизма. Проф. Лазарев всячески стремится прикрыть, замаскировать эксплоататорскую сущность среды, к которой принадлежал Шарден. На стр. 34 он питет; «В буржуазных кругах предреволю‘ционного времени выработалось.. свое с0бственное отношение к работе, в корне отличное от отношения к ней со стороны церкви и дворянства. Для последних работа была проклятием, ниспосланныйм на человека за его грехи. Для буржуазии, являвитейся в ХУПШ веке передовым классом, работа заключала в себе момент лолженствования, она несла с собой радость, она, ‘заверщалась успехом и материальными благами». Taree ит соответствующие ‘цатеты из буржуазных авторов. Основная неверная установка, естественно, привотат автора к искажению истопической поэвты. Он, в сущности. превращается в трубадура «добродетелей» фрачпузской буржуазии и маскировшика ее пороков. В. Н. Лазарев. «ТПарден», Изд-во Гос. музея изящных искусств пм. А. С. Пушкина. Москва. На стр. 4 «шарденовский» стиль ити деляется проф. Лазаревым как «безупречный», обаянию которого трудно Fe Toy даться (подчеркнуто нами.—П.Т.). Воеторженными характериетиками THOPTECT IA ‘Wapaesa opop. Лазарев, в СуШности, пы. ‘тается внушить читателю мысль, что про изведения, © которых идет речь, имеют но только относительное, HO абсолютное познавательное значение. Аполитичный, неклассовый, об’ективистекой Подход к анализу творчества художника привел автора к ложному преклонению перед во произведениями. Проф. Лазарев пытается навязать советскому читателю глубоко опибочную мыель, что буржуазный художник в состоянии пе. редать миру полную правду о своем клаего, Он стремится всячески доказать, будто бы Шарден совершенно точио, без всяких Opn крас и идеализации отразил действительность. Такого рода стремление абсолютно несостоятельно, так как буржуазный xyдожник, даже прогрессивный, будучи отраничен мировоззрением своего класса, не в состоянии быть до Конца правдивым в беспристрастным. He желая знать этот, проф. Лазарев не смог понять, что в TeODEниях Шардена дано узкое, однесторонкее, идеализированное отражение быта буржуазии, что в них подчеркнуты прежде воето положительные стороны. В книге разбросаны рискованные аиалогяи, претендующие на научность. Так, Fa стр. 18—19 автор утверждает, что имеет. ся известная близость между рассуждения. ми французского философа Робина о всеоб. ей одухотворенности материи и Взгаялом Шардена на веши, как на некоторого рода одушевленные сущности. Аналогия проводится Таким образом, что у читателя е0здается впечатление, будто бы точка зрения Робина правильна. Экскурсы проф. Лазарева в область истории философии и общественно-политической мысли совершенно неудовлетворятельны. На слр. 39-40 он излагает сво понимание сущности этического учения Руссо. Не замечая никаких противоречай, Бикакой узости и ограниченности в STON учении, проф. Лазарев умиляется п восхпшается им. Он всячески стремится пред ставить Шардена и Руссо цельными, 21- шенными каких-либо недостатков социальными типами. Такого рода работа по лакировке идеологов буржуазии не имеет ниче го общего ве марксистокими иселедованиями. И Руссо, и Шарден были сыновьями своего времени и своего класса и, несоуненно, восоприняля все пороки своей эпохя. Говоря о морали Руссо, праф. Лазарев должен был бы помнить, что эта мораль не отрицала и не осуждала «чувства почти отвратительной скупости» (см. «Исповель» Руссо), которая, как известно, He может быть основой поллинно человеческих отношений. Проф, Лазарев не понимает внутренней противоречивости и огруниченности соцпиально-этических взглядов Руссо. Там, где проф. Лазареву по ходу изложения. материала представляется ‹ во можность остро и решительно выскадаться против современного буржуазного искусства, он ограничивается только сопоставлевием Шардена с Сезанном (одним из. представителей формалистичесвого направления эпохи империализма). Он пе находит пухным высказаться против деградирующей буржуазной культуры. Книга проф. Лазарева прочизана некри* тическим отношением к буржуазному ис RYCCTBY и не может принести пользы в. ветскому читателю, Удивление вызывает позиция журралз «Искусство», напечатавшего на свовх страгицах в осяовиом хвалебную рецензии И. Цырлина 08 ami книге. ‚Современник Под июньским Hecom, на исходе ‹ Боевых - сороковых годов, “Юноша по городу проходит Мимо ясной зелени садов. Рядом с нами улицей тенистой ‚Юн. проходит, И над ним шумят “Липы, что московскую прописку Получили шесть недель назад. -.Человек простой, не легендарный, Пресненской, заставы старожил, В цех вошел он‘ и` станок” токарный, Как Машину Времени включил, ‘Создана она не по Уэллеу/ -В дни больших свершений и работ _В будущее парень. sarannencn, Е “Времени скомандовал: — Вперед! И, послушны воле человека, Замелькали станции-года, И вторая половина века Распахнулась перед ним тогда. Он стремится ‘в завтра, на разведку, Открыватель новых скоростей. И ему с вершины Пятилетки Станция конечная видней, — Догоняйте!—он кричит соседям, Одиночной славы ‚не. люблю. Вместе’ долетим, дойдем, доедем. Кто отстал, давайте, подсоблю! Одного желает он, по чести, Чтобы с полным напряженьем сил Каждый на своем рабочем месте” Ту Машину Времени включил. Он сердцами родственными понят — Человек с открытою душой. Бсли кто-нибудь его догонит, Это—праздник для него большой. Мчится, сроки сокращая вдвое, Паренек из цеха токарей, Движимый давнишнею мечтою — Коммунизм увидеть поскорей, Влумчивый, вихрастый, угловатый, Пресненской заставы старожил. Здесь он голубей гонял когда-то, В комсомол не так давно вступил. В бликах листьев и дневного света, Сквозь московский гуд и: переззон По проспектам. нынешнего: лета Юноша проходит, окрылен. Он—в строю. И, как шестое чувство, Будущее поселилось в нем. труд с искусством, Миллионы, сблизив Движутся В дозоре. головном, Социалистический строй открыззет небывалые возможности для расцвета науки. Наша отрана вырастила огромную армию талантливых ученых. Имена многих из них известны всему культурному человечеству. Нигде в мире научные работники 36 пользуются таким почетом, как в СЕСР, и ни одна страна в мире не 3аб0- TUTt# об ученых так, как наша. Советское государство предоставило людям, занимающимса научной работой, все возможности для творческого роста. Мы накопили уже большой и многообразный опыт по подготовке научных кадров. Этот опыт позволяет нах подводить Итоги и делать выводы. Приходится, в сожалению, отметить, что существующая ныне система присуждения ученых степеней, отбора и воспитания научных кадров имеет много недостатков, Путь ученого до енх пор еще пытаются определить тремя стандартными вехами: астафантский минимум, кандидатская диссертация, докторская диссертация. Поэтому нерёдьи случаи, когда то, что должно быть тишь внешним показателем, превращается в самопель. = AM ae ` Аспирантура комнлектуется путем раз“ верстки мест по вузам и научно-исследовательским институтам. Для зачисления в асинрантуру требуется сдать ветупительные экзамены. Затем в течение трех лет аспирант готовятся к сдаче кандидатского минимума и к защите диссертации, He секрет, что благополучно, е защитой диссертации. заканчивают аспирантуру дазеко не все в нее поступивише. И эт0, к сожалению, не самый худmai вариант. B этом случае 4eловек, не имеющий данных для научной работы, не получает ученой степени. Но бывают и такие случан, когда аспирант всв-таки «благополучно» защищает диесертацию и, получив на основании одной только, в большинетве случаев первой, научной работы пожизненное звание уче-. ного; никогда уже больше к исследовательской деятельности не возвращается или имеет к ней очень отдаленное отношение. Случайные в науке люди получают ученые степени не только путем аспярантуры. Ученые советы многих наших вузов и исслеловательских институтов перегружены рассмотрением канлилатеких и докторских диссертаций. Вместо обеуждения научных или методических вопросов, заседания ученых совемв на 170— 80 проц., а иногда и на все 100 поевяшаютея диссертационной процедуре. ` «Взять тему для диесертации» -— как часто слыших мы эту формулу. «Взять тему» так же легко, как переменить н9- совой платок или приобрести новый костюм, даже не заботясь особенно © TOM,. чтобы он был по мерке. Вонсультациовноее бюро Центрального института усовершенетвования врачей получает много писем с просьбами оказать содействие в написании диссертации. Вот что пишет, например, врач из г. боче «Рекомендованная Вами клиническая тема меня не устраивает, она не соответствует моему больничному материалу. Экспериментальная тема, которую Вы мне потом предложили, срывается из-за недостатка собак для опытов, поэтому (1!) я склонен азять тему по диалектике в медицине и жду от Вас новой консультации». Это, к сожалению, не анекдот, а факт. Известны случаи, когда ученые степени не только Бантидатекие, Но и докторские присуждалиеь за слабые, не имеющие научной пенноети работы. На странипах печати специальной и общей за последнее время описывались случаи недобросовестного отношения в диссертацияхм, присвое-- ния целиком чужого труда или широкого использования посторонних услуг. Начальник областного отдела технических культур В. И. Оболенский представил как свою диссертанию работу, которая была сделана большим коллективом агрономоего сотрудников и помощников. Бывнеий заведующий Воронежским o6- ластным злравотлелом И. Ф. Попов, не обладая не только умением излагать свои мысли, но даже, как потом выяснилось, элементарной гоамотностью, решило все таки обзавестась ученой степенью. Матерналы (блздрава. собранные, конечно, от нюхль ие лично Ноповым, 0 санитарных последствиях Войны ин немецкой оккупапни в области были ланы за опрехеленВ ПОРЯДКЕ ОБСУЖЛЕНИЯ Присвоение ученой степени входит B CHлу только после утверждения решения’ ученого совета Высшей аттестационной комиссией (BAK) при Министерстве высшего образования СССР. На эту. процедуру ухолит обычно не менее одного-двух лет. Bee благополучно защищенные” доктор“. ские диссертации ВАЁ, как правило, отправалет на заключение трем специалистам и, лишь получив их отзывы, ‚ окончательно решает ор 06 утверждения. докторской степени. зачем же нужна предварительная публичная защита на ученых советах вузов, если все равно. Вопрос ре-. шается тремя специалистами? : Пора, наконец, посмотреть . открытыми глазами на диссертационную практиву и. назвать вещи своими именами. Диссертажионный метод квалификации научных калров, задуманный 12 лет назад с наилучшими целями и сыгравший в первые годы положительную роль, в настоящее время требует значительных коррективов. Существует проект улучшить нынепгнее положение при помощи. введения еще допознительных (кроме кандидатоких и докторских) диссертапий-—матистерских илие иными, извлеченными из средневекового реквизита, наименованиями. Но это, конечHO, не вносит ничего принципиально нового в существующую систему, Мы думаем, что суждение о научных достоинетвах отдельных работников должно выносить компетентное жюри из нескольких авторитетных ученых, признанных специалистов в данной области. Никакой театрализации здесь ные требуется. Такие юри по каждой специальности должны збираться учеными из своей среды и ут‘верждаться Министерством высшего образования или назначаться по рекомендации признанных авторитетов в данной отрасли знаний, Свое решение о присуждении степени Юри Долно выносить на основании всех опубликованных научных работ данного заца. В тех случаях, когда опубликованвых работ нет или их слишком мало, соискатель может представить и неопубликованные работы. Решение жюри должно быть основано на всем материале, характеризующем научную деятельность и личность соискателя, Можно ввести право обжалования решений жюри, как отрицательных, так и положительных, и передачу вопроса. на суд жюри другого состава. Но надо рентительно отказаться от. существующей ныне практики превращения публичной защиты диебертаций в формальную пропедуру. ° Нам предетавляетея такжё совершенно несомненным, что все научные работникл должны регулярно подвергаться проверке. Надо в определенные сроки просматривать и веестороние оценивать их работы. При этом необходимо учитывать следующее обстоятельство. По ныне существующей системе, ученая степень присваивается пожизненно. Кандидат наук, налисавиий одну. работу и после этого творчески умолкнузший на десятки: лет, не имеет прав на эту степень. Получение ученой степени долНичего, товарищ, мне не надо, Только быть во всем тебе под стать, Не отстав, шагать с тобою рядом И себя в труде перерастать, В Союзе советских ателей CCCP Секретариат Союза. советских писателей СССР на очередном заседании рассмотрел работу Всесоюзного об’единенного бюро пропаганды художественной литературы. ` За последние годы Бюро пропаганды несколько раситирило свою деятельность, HO ве сумело полчостью перестроить работу в соответствии с решениями ЦК ВКИ(б) no идеологическим вопросам. Бесплановость, самотек, малое привлечение писателей к обцественным выступлениям, и, особенно, для учашихся школ и вузов, привели к тому, что Бюро пропаганды работало неудовлетворительно. Утвержден новый совет Бюро пропаганды в составе: С. Евгенова (председатель), И. Андроникова (заместитель предселателя), Л. Никулина, Л Ошанина, А. Жарава, Л. Кассиля, Е. Шевелевой, С. Васильёва Е; Долматовского. На том же заседании секретариат утвердил редакционный совет издательства «Coветский писатель». В него вошли: В. Бах: метьев, Г; Граник, Н,: Грибачев, В. Инбер, 3. Казакевич, А. Караваева, Е. Книпович, „А. Кононов, Е.’ Ковальчик, А. Коптяева, Ю. Либединский, В. Перцов, Б. Полевой, В. Сафонов, Л. Скорино, °П. Скосырев, В. Смирнова, В. Соловьев, А. Софронов, А. Тарасенков, А. Фадеев, П. _ Фатеев, В. Шербина, С. Шипачев, Г. Ярцев. понентами, вотумом ученого совета ИМзет RHO не только давать права, но и налачасто совершенно иллюзорный характер. Если диссертации защищаются на уЧеных советах университетов, то в решении вопроса о научных достоинствах, скажем, математика, принимают участие историки, филологи, ботаники ит. д. т. @. люли, нередко знающие математику не лучие студента 1 курса математического факультета. Такое же положение, не обеслечивающев возмежности рассмотрения научной работы по существу, имеется не только в университетах, но и в учреждениях более Узкого специального профиля, например, в медицинских институтах. В течение лвух-трех часов перед членами ученого совета мелькают диссертант и несколько оппонентов. Они высказываются по вопросу, для подавляющего большинства мало знакомому, а затем присутетвующие без всякого. промедления должны вынести решение о присуждении ученой степени. До недавнего времени у членов ученого гать обязанности. ученую степень нельзя давать пожизненно. Она должна быть оправдана не только предшествующей, но и последующей: деятельностью человека. _ _ Нам кажется также в корне кеправильHOH снстема подготовки научных работников по конвейеру аспирантуры, Мы думаeM, Fra may, обладающих необходимыми данными для ведения ваучной работы, надо прикреплять к отдельным ученых, которые должны ими руководить. При ЭТОМ необходимо ввести предварительный испы. Тательный срок; в течение которого руководитель может дать заключение о ©пособности аспиранта к самостоятельной neczeдовательской работе. Важдый научно-иселедовательский институт, каждое высшее учебное заведение, несомненно, должны иметь возможность нечатать труды своих научных работников, хотя бы в ‘извлечениях. Должна быть еоздана сеть журналов - реферативного типа, совета была возможность воздержаться ог на страницах которых должны нахотить голосования. Некоторые широко пользовались атим правом, но большое количество возлержавшихся часто ставило под соммение результаты голосования. По ные действующим правилам разрешается голосовать только за или против. Это еще более затрудняет членов совета и зачастую превращает голосование в лотерею. себе место весе представляющие какой-либо интерес научные работы. Нам думается, что такой порядок и ‘обязательная: периодическая” ‘аттестация всех научных работников поднимут на еще большую высоту напгу` советскую науку и помогут. организационно укрепить’ наши научно-исследовательские учреждения. „НОСТОРОННИЕ ЛИПА« По началу М. И. Михайлов кажется просто человеком холодным, однако, приглядевшись пристальней к образу его действий, убеждаещься, что здесь дело не только в некоторых малопривлекательных свойствах сердца. / Везразличное отношение доктора Михайлова к насущным жизненным нуждам его сотрудницы доктора Е. Н. Якуниной быстро перешло в активно-враждеёбное. Война принесла старому советскому врачу-педиатру Е. Н. Якуниной много ropa. Муж ее погиб на фронте. Квартира И все имущество, нажитое за долгие годы трудовой жизни, оказавшиеся на территории, занятой. врагом, —уничтожены. Сын*ее, комсомолец Георгий, с’ 1943 года был в рядах Советской Армии, Родина отнеслась к вдове и матери воинов с заботливым участием. Родина вернула Якуниной кров, любимую работу, Mareриальную обеспеченность, Ona получила пособие, какое выдают семьям фронтовиков, павших смертью храбрых. По возвращении из эвакуации обратно в Московскую область ей тотчас была прелоставлена работа по специальности в детском санатории «Быково». Там же, в жилом доме при санатории, Якунина получила комнату. А вскоре в ее жизнь вошла еще одна большая радость: 28 апреля нынешнего года вернулся демобилизованный из армии сын. Способный юноша, с серьезными задатками математика, он в последний год пребывания в армии стал студентом-заочником Математического факультета МГУ. Куда веркулся Георгий? Естественно, к матери. Ее дом —его дом. Живя у матери, Георгий рассчитывал подготовиться к осенним экзаменам для того, чтобы из заочника стать полноправным «очным» студентом МГУ. Эти планы жизненного устройства, такие скромные, глубоко человечные и естественные, были нарушены неожпданно и грубо. т Михайлов, главный врач санатория «Быково», в хозяйстве которого числятся и этот жилой дом для сотрудников, запретил прописывать Георгия на жилплощади его матери. Он мотивировал .это тем, что Георгий «является посторонним лицом»... Все в этом удивительном решении през тиворечит н закону, и нормальному челоBEvVeCKOMY чувству. Ведь живут же в этом самом доме семьи других сотрудников са: натория. Кто же дал право Михайлову об являть сына доктора Якуниной лицом, посторонним для его родной матери? Что это: самодурствоР Нет. Тут дело посложиее и похуже, Прокурор Раменского района. к которому обратилась Якунина, подтвердил, что закон на ее стороне. Но Михайлов не обращает никакого внимания на это определение прокурора, ибо его санаторий находится введении Бауманского райздравотдела Москвы. Михайлов даже об’явил Якуниной строгий выговор с предупреждением за попытку прописать своего сына. - . ® Не всегда доктор Михайлов относился с такой озлобленностью к доктору Якуниной. В ноябре 1947 года он даже об’явил ей благодарность за отличную работу. Перелом в отношениях наступил © того момента, когда доктор Якунина, как член местного комйтета, выступила с критикой некоторых. действий доктора Михайлова, возмутивших ее честное отношение к рабо те и нравственную опрятность. С этога момента Якунина стала для Мнхайлова человеком неудобным, Цель его усилий ясна: он хочет выжить Якунину из санатория. Ему неудобны ее принципиальность, ее прямота. Во всем этом безобразном деле вызывает Удивление позиция заведующего эдравотделом Бауманского района тов. Латыпова, который равнодушно взирает на бессовестную травлю вдовы и матери фронтовиков, заслуженного и старейшего работника советской медицины. Удивление этр сменяется возмущением, когда мы узнаем, что Латыпов санкционирует самоуправные действия Михайлова, также квалифицируя ее сына как «лицо постороннее». Вероятно, Михайлову, поошренному своей временной безнаказанностью, кажется, что нет ничего легче, чем затравить врача Якунину. Михайлов ошибается = с0- ветскийчеловек не бывает одиноким: рядом с ним и вместе с ним закон и совет. ская общественность. Они сумеют одернуть зарвавшегося бюрократа и его неразборчивого покровителя, которые сами рискуют ТЕ И OKASaTRCH 5 положении. «посторонних ЛИЦ» me eee ey к wo в честной советской трудовой cempe. укрепить наши А. Тарасенков, БОЛЬШЕ. БУМАГИ СТРАНЕ! Это значит: больше хорошей бумаги! Каждый день нз бумажной фабрике проноходит чудо. К нему привыкли, оно никого здесь не удивляет. И все же sto ca№08 настоящее чудо — превращение на ваших глазах жидкой массы в чистые, ровпые. плотные белоснежные листы. Но к чуду привыкают. Чудо планируют, калькулируют, сортируют и упаковывают. Существует ли на всех этапах планирования, производства, отгрузки бережное от ношение к той важнейшей продукции, от БоТОорой зависит дальнейший пол’ем культуры в стране? Писатели побывали на многих бумажных предприятиях Союза. В цехах знакоMHIBCh G ЛЮДЬМИ, которые своими руками изо дня в день, из года в год дедают мнотие товны газетной, книжной, нотной, меЛовой и всякой аной бумаги. Мы знаем ветеранов-мастеров с сорокалетним рабочим стажем. Мы ввдели молодежь, недавно пришедшую на производство. _ И, будем говорить прямо, мы заметили, что. в директорских кабинетах, в партийных. и профсоюзных организациях предприятиЯ любят потолковать о количестве и привыкли осторожно обходить серьезный в0прос о качестве. Недавно газета «Труд» получила 21 тонну бумаги с маркой ленинградской фабряви имени Горького (и. о, директора тов. Ходаков). Ве время печатания очередного номера газеты выяснилось, что бумага, заЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА 9 we eens № 50 сорена древесной пылью, забивающей стереотипы и печатную машину. Вклейкя сделаны небрежно, грубо. Намотка рулонов неравномерная — одна сторона твердал, жесткая, другая -—— пухлая и вялая. При быстром ходе машина превращает газету в: макулатуру. Вот лежит перед нами пачка других газет. С первого взгляда —= газета, как газета. Но на четвертой полосе отеутетвуют две колонки. Вместо них — мутное, белесое пятно в грязными подтеками. А ча другом экземпляре — край листа вырван. вот книга, где сто восемь страняц можно читать с удовольствием, 3 сто девнТая—загадочнее сфинкса и вся покрыта какими-то занозами и пупырышками, Вто делал такую бумагу? Балахнинский комбинат (директор тов. Таганцев). Не секрет, что продукция Архангельского бумажного комбината, при оемотре ее государственной экспертизой, как правило, переводится из первого в третай сорт. Вак правило! А ведь Архантельский комбинат” (директор тов. Гехтман) должен снабжать книжно-журнальные издательства высококачественной беленой типографекой бумагой. «Высококачественный третий сорт»—неважная фабричная марка, товарищи архангельцы! Бумагу разных оттенков частенько «дарит» издательствам Каменская фабрика (тиректор ros. Никандров). Перевыполняет план по выпуску... вторых и третьих вэртов Сокольекий комбинат имени Куйбышева (тиректор тов. Масюк). Плохо соблюдают на Сокольском. комбинате технологяч»- ские режимы производства. Белый лист газетной бумаги, выпущенный Кондопожеким комбинатом (директор тов. Давыдов), имеет, на наш взгляд, вое основания для того, чтобы покраенеть от стыда з& свое качество и позеленеть OT ужаса при воспоминаниях © пройденнум пути. Газетная бумага наматывается на слабые, плохо склеенные гильзы. УпдБовка скверная. . Хуже стал работать Камский комбинат (директор тов. Туниманов) — основной поставщик типографской бумаги: ряд издательств жалуется и на качество камокой продукции. Несмютря wa обилие примеров. плохой работы, не следует, однако, делать вывод, что нет предприятий, где не умели бы понастоящему постоять за Честь фабричной марки. Фабрика «Маяк революции», Марийский, Сегежокий, Новолялинекийкомбинаты достойны того, чтобы по пим разНялись остальные. `У работников советской полиграфии, у издательств и редакций, у нас, советских литераторов, у советских читателей — болышая и законная претензия к работвакам бумажной промышленности: бумага должна быть хорошей, вся бумага! Странная получается картина: как раз крупнейшие предприятия дают бумагу плохую, & меньшие предприятия выпускают хорошую. Больше бумаги стране! Этот призыв означает: больше хорошей. бумаги! Борьба за качество начинается в 3260- ты о чистоте на предприятии. На многах фабриках грязно в цехах, и от этого страдает работа. Недостойное отношение к бумаге проявляется на железнодорожных станциях и в складских помещениях. Ее скверно пакуWT, ее возят на открытых платформах, под дождем, ее выгружают крюками, ее хранят в неприспособленных помещениях. На. 7-й разгрузочной платформе станция MocrraТоварная, Бурской железной дороги, ежеJHOBHO разгружаетея много рулоясв для «Известий», «Труда», «Гудка», «Московекого большевика» и других изданий. Но какой это варварский процессе — разгрузка! Торцы рулонов бьются, и тут же, на платформе, возникает гора брака. На станции нет никакой механизации. «Бумага все стерпит», — говорит ‚пословица. Увы, она действительно многое терпит, но мы-то не должны терпеть Taвого положения дел. В Министерстве цеалюлозной и бумажной промышленности должно быть измепено отношение к вопросам качества. Уста» новившаяея в министерстве практика трздиционных совещаний вряд ли может спаств положение. Бумажный поток актов в жалоб идет в Главбумебыт, к тов. Китаеву, оттуда направляется по двум каналам: к зам. министра тов; Извекову и в производственный или технический отделы. °С внешней стороны все выглядит вельма солидно. Но по существу это только нзсколько лишних резолюций в папке под названием «качество». В многотысячном коллективе работников бумажной промышленности есть _ немало подлинных энтузиастов своего дела, способных возглавить движение за выпуск отличной продукции. Неотложная задача министерства — занятьея вопросом о качестве применительно 5 060бым условиям каждого предприятия. В первую очередь надо поднять БУЗЬТУру производотвенного процесса, точно соблюдать технологический режим, Нет человека в нашей стране, который не был бы заинтересован в улучшения качества бумаги. Пусть на прекрасных советских изданиях красуется фабричная марка: «Напечатано на бумаге такой-то фабрики». И пусть это будет каждая бу-. мажная фабрика Советского Союза! Бригада Союза советских писателей и «Литературной газеты»: `А, РАСКИН, А. ИВИЧ, Н. ДЫМАРСКИИ.