Б сентябре прошлото года пленум Союза.
	советеких писателей Украины обеуждал
работу молодежного литералтурно-хуложест­венного журнала «Дншро». Пленум отме­тил, что в журнале систематически печа­тались идейно чуждые и антихудожест­венные произведения. «Редакция журна­1а,——говорилось в резолюции пленума, —
me только не сгруппировала вокруг себя
талантливых молодых писателей, но в ре­зультале неправильной идейно-творческой
динии оттолкнула от журнала лучшую
„Часть советской литературной молодежи,
‚ватирала её».

-- Чевая редакция «Дно» приступила к
работе в коние прошлого года. К сбжале­‘HOW, сдвиги, которых добилея журнал 3&
это время, весьма незначительны. Прав­да, редакция выявила ряд молодых писа­телей. Расптирилась тематика публикуе­мых материалов. Но хороших произведе­ний, служащих делу коммунистического
воспитания молодежи, появилось на етра­ницах «ЛнЫтро» очень мало.

Лучшее из опубликованного журналом
повесть молодого донецкого писателя
-В. Попова «Сталь и шлак». Она поевя­щЩена металлургам Донбасса, их жизни и!
труду в первые месяцы Великой Отечеет­_ венной войны. Повесть праздива, конд­ликты в ней, как и образы героев, жиз­`ненны. Автор, сам инженер-металлург,  
тдубоко знает материал. Он любовно по­казал героическую работу заволекого кол­лектива, снабжавшего фронт металлом,

   
 
 
 
 
 
 
 
   
 
   
   
	__ Интересны записки морского петурмана
И. Гайдаенко «Лалекий рейс», напечатан­ные в третьей книжке журнала. Автору их
довелось посетить многие заокеанекие пор­ты. Глазами советского человека Увидел
_И. Гайдаенко картины  подневольной жиз­HM индусов, малайцев, арабов, живущих
в обстановке жестокой расовой лиекрими­Haun, изнемогаюнтих под гнетом европей­ских и американских колонизаторов. Это
и еоставляет содержание его записок. Но,
& сбжалению, они местами слишком то­ропливы и беглы, Есть в них ненужная
Дань экзотике — следы  традиционно­отисательного изображения южных и во­сточных етран и морей.

Привлекает внимание повесть А. Тур­чинокой «Звезды на вершине». Это одна
из немногих в украинекой литературе по­пыток показать революционную борьбу Р
Закарпатье перед его ` освобождением и
воссоединением с Советекой Украиной.
Однако борьба эта изображена одноеторон­не——только против ‘иноземного гнета.

Лирическая хроника А. Падсухи «Во
имя жизни», поэма Н. Рудя «Легенда 6
стали», пиклы стихов ВБ. Чалого «В erpa­max мира», Я. Шорты  «Юлодость»,
Ю. Гойды «Люди моей земли» и некото­рые другие говорят о творческом росте мо­dom поэтов. Но, в сожалению, многие
из них крайне нерепительно берутся 33
темы труда и. восстановления, ‘ограничи­ваясь воспоминаниями о событиях в9ен­ных лёт. И даже в изображении этих co­бытий они не ищут новых путей, сознз­тельно сковывают себя узкими сюжетны­_ми рамками, иногда выхвигая на. первый _
план интимно-лирическое начало,

Б какой-то мере эти черты отравились  
fa поэм Н. Руденко  «Ленинградцых».
`берьезные замечания вызывает ее илей­но-поихологическая концепция, самая раз“
работка взятой темы. В центре поэмы —
_ полемика © Гербертом Уэллеом о войне.

Руденко стремится показать несостоя­тельность Уэласовского понятия о страш­ной, возуничтожающей войне, как неиз­‚бежном роке человечества. Такому поня­TH, по замыелу автора, противопостав­ляется жизнеутверждающая идея 068000-
тительной, оправелливой войны. Но выра­жена эта илея в поэме недостаточно глу­^
	б0ко м последовательно.

Неразборчивость редакции сказалась не
только на поэтическом разделе. 0 том же
товорит факт опубликования пьесы В. Ду­бова «У порога». Центральный герой пье-_
сы-начальник лаборатории научно-иселе­ловательского института, конетруктор Сер­тей Вугров. Автор наделил его многими мо­ральными пороками, искусственно проти­О патетике подли
	В. ГАЛЬПЕРИН
	нота так режет чуткий слух  читателя­современника, поэтому так нетернимы В
стихах о коммунизме равнодушное декла­маторетво и рассудочная риторика.

С большим интересом открываешь № 5
журнала «Знамя», где напечатана поэма
Павла Антокольского «18348».

Можно только приветствовать замысел
поэта, взявшегося за трудную, но благо­парную тему, — показать события памят­ного года рождения «Манифеста». Есть в
поэме отдельные находки, запоминающие­ся образы, яркие строчки. Н. Антоколь­ский стремился придатЕ своим стихам
воинственную публинистичноеть, что В
ряде случаев ему отлично удалось. И вее
He такие удачи носят частный характер.

Недостатки этой небольшой ноэмы столь
велики и очевидны, что о них хочется
поговорить подробнее.

В поэме Н. Антокольского нет главного,
ure могло бы оправдать ве название, —
какой-либо попытки воссоздать эпоху по­явления Манифеста бурные события
	  1549 гола. дна лишена четкой историче­ской конкретности. :

В. Маяковский, веноминая историю на,
писания своей поэмы «Владимир Ильич
Ленин», говорил: «Я очень боялея этой
поэмы, так как легко было снизиться до
простого политического пересказа».

К сожалению, Н. Антокольский пошел
именно таким путем простого политиче­ского пересказа. Многие куски «1848»—
сухой стихотворный конспект, в самом
общем виде излагающий отдельные этапы
всеобщей истории,

Неслись года. Росли народы.
В первоначальный пласт породы
Врубался Труд. Прошло сто лет.
‚Был день. Шумела непогода,
Октябрь Семнадцатого года
’ Из грозных битв, из тьмы времен (?!)
Перед Европой, злой и ржавой, (?!)
Возник могучею державой
В багряном зареве знамен...

 
	Tax скользит ноэт по поверхности
исторических событий, преврашая их в
расплывчатые, порою символические аб­стракции. Печально, что такой взыска­тельный мастер, как ИП. Антокольский,
буквально наволнил поэму литературны­ми штамнами. дто видно хотя бы и 13
приведенного выше отрывка. Злесь, и «ба­тряное зарево знамен», и «грозные битвы»,
И «могучая хожава». и т. д.

П. Антокольекий грешит трудно об’яс­нимым пристрастием к абстрактной рито­рике, к словам с большой буквы,  кото­рые вызывают в памяти космические сим­волы поэтов «Кузницы». Умозрительные
«Вчера» и «Завтра», «Капитал» и «Труд»
заняли место живых реалистических 0б­разов. Может быть, как раз поэтому воин­ственная публициетнчность автора He
направлена против конкретного, осязаемо­го врага. Разве можно считать серьезным
противником примитивную фигурку  бур­жуа, взятую напрокат из театра марио­неток?

Вот он, B цилиндре, в рединготе, `
_Вееевропейс кий готентот!

Он лжет о завтрашней погоде. `(?!)

Лжет. этот. Привирает тот.
	Ов трусит’ завтрашней погоды.

Он мертв без шарфа и калош. (?!)
Он проживет, наверно, годы.

Но это долголетье — ложь. (2!)
	Товарищ Сталин назвал «Коммунисти­ческий Манифест». «песнею песней
марксизма» Не только гениальные идеи,
мысли, но и яркий образный стиль Ма­нифеста должны вдохновить поэта на сти­хи, содержание которых требует и достой­Ной этого содержания формы. _

Вее мы помних, каким великим и в то
же время «самым земным» встает Ленин
со страниц лоэмы Маяковского. Teagen­ция к формалистическому  «украшатель­ству» привела П. Антокольского к яв­ным политическим бестактноетям, a ¢a­мМЫЙ образ Маркса поэтому  предетал в
обедненном и нарочито ониженном виде.

Пятнадцать лет назад. Семен Кирсанов
написал пеевтоисторическую поэму «Това­«Я в вам приду в коммунистическое
далеко», — говорил Маяковский, обра­щаясь к «товарищам-потомкам».

Два десятилетия, прошедшие c тех
пор, — сравнительно небольшой истори­ческий отрезок времени. Но уже одето в
леса величественное здание коммунисти­ческого общества, и ничто не может
остановить наитего HeyRAcHHOTo движения
вперед.

  «Коммунисты, pnepen! » — как приказ
сердца звучит рефрен превосходного сти­хотворения А. Межирова. Поэт нашел
убелительные слова, чтобы передать са­‘мую динамику нашего движения, в ко­тором коммунисты всегда шли в первых
‘рядах, всегда находились на линии огня.

(о стихами Межирова перекликается
яркое стихотворение А. Кулешова «Вом­мунисты». Образ крылатого огненного
флага символизирует для поэта высокий
полет коммунистических идей. Чувством
неразрывной связи с коммунизмом, кров­ной близости к нему проникнуты его
Стихи.

_Этим словом, самым верным, самым
- ЗисТым,
	Самых близких называю не один.
Я хочу, чтоб назывался коммунистом
Сын родной мой и родного сына сын:
	С каждым годом все сильнее над
планетой
Hane солнце разгорается во мгле.
Скоро будут называться — знаю это —
Коммунистами все люди на земле.
	Советский народ недавно отметил сто­летнюю годовщину «Манифеста Коммуни­стической партии», о котором Ленин го­верил —- «эта небольшая книжечка CTOMT
целых томов: духом ее живёт и движется
до сих пор весь организованный и борю­щийся пролетариат цивилизованного ми­ра». у

Естественно и закономерно, что на
страницах наших газет и журналов по­явились стихи, посвященные этой нето­рической годовщине.

В лучших из них е большой силой
сказалась отличительная черта советской
публицистической поэзии, == события
	  

толетней давности органически и. нераз­рывно связываются с сегодняшней борь­бой за коммунизм. ;

В гневную инвективу против наших
зарубежных врагов превратил евое стихо­творение «Манифест Коммунистической
партии» поэт (. Наровчатов.

Он точно нацеливает «tpoaHoe оружие»
своего стиха.
	‘Страх в каждом сгустке херетовской
грязи,
Страх в каждом залие, грянувшем в
Tlapee,
Страх в лживой передаче Би-Би-Си,
Страх в стадном послушанье _
ассамблеи.
И перед ним бессилен Белый дом,
Тот Белый дом, что _ перестал. быть
‘белым
С тех самых пор, как _квартиранты в
нем
Наш белый свет марают черным делом.
	Подлинно поэтические слова находит
С. Наровчатов для того, чтобы показать
великую роль нашей Родивы ‚в коммуни­стическом наступлении, :
	дорогой битв, через. хребты преград,

„Вслед за тобой, народ моей отчизны,

Неисчислимый движется отряд,

Как ставший плотью призрак.
коммунизма.

На страх врагам =: тропа времен  пряма,
	И наш отряд, что вдаль. но ней шарает,. -
	В бои ведет история сама
М нашими руками побеждает!
	«Над страницами «Манифеста» — так
назвал свое стихотворение Михаил’ Свет­лов. Скупыми и лавоничными штрихами
показывает поэт, как. ната страна сделала
ЯВЬЮ великую программу Маркса и Эн­тельса.

«Манифест. Rounyairermecnod партии»
предстает в стихах М. Светлова, как по­вселневное руководетво к действию.

Ветра истории страницы шевелят,

И нет. правдивей, нет вернее этой, —

Написанной сто лет тому назад, =

Грядущей биографии планеты!
	Стихи 0 коммунизме — это стихи 0
‚самом близком и дорогом сердцу советеко­‚го человека. Шоэтому каждая фальшивая
	 
	pam Марке». Б самом начале ее расска­зывается, как Кирсанов, совершающий
путешествие в 1848 год, встретилея с
Марксом в брюссельской пивнушке, где
якобы происходили собрания революцио­неров.

Вепоминаенть невольно этот эпизод, чи­тая «1348» Павла Антовольсвого.
	«Bb Rade», Te «над столом висит та­бачный дым», еходятся «бородачи». Так
носколько фамильярно, видимо, сам 1
	туветвуя бестактности этои фамильярностя,
величает Антокольский Маркса и Энгель­са. Вожлям международного пролетариата
притиеаны не свойственные им черты вы­сокопарноети и бахвальства. Важлый, кто
знаст исключительную скромность, кото
рой отличались Марке и Энгельс, не м0-
жет не удивиться, услышав от П. Анто­Кольского такой” тост: «3a нае, товари­и! — воскликнул Марке, вставая...»
«.. Вель каждому из нае придется на пле­чах нести пемаленькии вкусов SeMEDTO
arpa!»
Самая эта сцена больше напоминает
	тайную вечерю заговортщиков-бланниетов,
чем деловую вотречу Маркса и Энгельса ©
революционерами 1848 года.
Стаканы сдвинулись. И в отблесках
пожара
Их тени на стене росли до потолка,
А бороды ушли, казалось, в облака. (23)
Казалось, чокались не люди, а гиганты,
В ту ночь, на торжестве борьбы и_
^ пронаганды.
	В этом же эпизоде Н. Антокольский ве
пользует сомнительную  абхамко-библей­скую образность. Марке входит «в злобу
дня, как в первый день творения» (?!),
дыша, «как первенец под материнским
EPOBOM... HT. я.

В другом месте обрисован исторический
момент окончания Марксом работы Haz
«Коммуниетическии Манифестом». Стран­ным образом поэт навязывает основополох­нику передового научного мировоззрения
роль «испытателя судьбы», воторый гада­er по Шекониру — «быть или не быть».

И как школяр берет рапиру,

Чтоб испытать ответ судьбы,

Раскрыл он’ старого Шекснира,

Прочел: «To be or not to Бе»;

П. Антокольский, очевилно, не задумалея
над тем, что уподобить Маркса  Школяру
даже метафорически, по крайней мере, лег
ROMBICICHHO.

Великий переворот, произведенный Марк:
сом в науке 06 обществе, передан в тер
минах игры в кегли:

В конечном счете, лжет и Гегель.

Уже трещит небесный кров

От стука вышибленных кегель

И вышибающих шаров...
	Аолодная риторика, бездушное украа­тельство не только ослабляют  публици­стическое звучание поэмы П. Антокольеко­го, но, как мы видели, ведут и & прямому
искажению исторической правды.

Хотелось бы напомнить поэту следующие
слова Маркса:
	«ЛЮДЯМ, которым вое служит для стили­стических упражнении, трактуемый прел­мет воегда представляется, веледствие Ta­кого формальноге откошения, в изврашен­ном виде, а изврашенное представление, В
	свою очередь, кладет печать вульгарности.
	Ha GepMy>.
Поэтические ляпесусы и политические
неточноети в стихах ЦП. Антокольсвы

 
	взаимно определяют друг друга.

Их лампа, как передовой редут...
Дорогу освещает коммунистам,
Которые через сто лет придут...
	Но ведь известно, что редут дорогу oc
вещать не может. Кроме том, свет учения
Маркса— Энгельса освешал коммунистам 10+
рогу, еще начиная с того 1848 гола, ко­торому посвящена поэма.

Трудное понять, почему, например, при
зрак коммунизма кажется поэту, «как меч­та (!), рослым» и «несбыточным, как сон»,
почему он считает, что диалектика - «BBI­думана», почему Марке и Энгельс «стоят
у входа в середину века и Riyr Gopher
и жаждут торжества!», в то время как из­вестно, что они были политическими бор­Цами уже с начала есроковых годов.

«1848» свидетельствует о недостаточно
взыокательном отношении опытиного и та­лантливого художника к ответственной те­ме, к своей поэтической работе. —

Поэме предпослан эпиграф из Маяков­ского.  

Но не «испепеляющее жжение» слов,
которые «в движение приводят миллионов
сердца», а «слова-сырец», «еловесную ру­ду», против которых восставал Маяков­ский, риторику, заслонивиую ‘большую
тему, находим мы в поэме Ai. АНТОКОЛЬ­ского,

0 коммунизме советский поэт обязан пи:
сать точными, ясными, выверенными и в
То же время страстными и влохновенными
словами. =

о
	Шефские спектакли
на кораблях.
	Шефетво над Военно-Морским о Флотом
стало славной традицией в жизни Tear?
ральных коллективов страны. Театры вВы­езжают на корабли, где показывают . свои
лучшие спектакли. Опытные ‘режиссеры ру­KQSOAAT кружками ‘художественной  само­деятельности. Для моряков читаются лек:
ции, по истории литературы и театрально­го искусства. ’ .

Комитет по делам искусств при Совете
Министров СССР. наградил почетными rpa­мотами большую группу работников. Хаба­ровского театра драмы за сбразцовое об:
служивание моряков Амурской Краснозна­менной флотилии. За год этот театр дал
для подшефных 14 спектаклей: В чнеле
пьес, поставленных ‘театром на кораблях.
«Молодая гвардия», «Русский вопрос»,
«Глубокие корни», «Бесприданница»,

Несколько ‘дней пазад на одном из ко­раблей Черпоморского Флота (собтоллея
спектакль Крымского областного лоамати­ческого теагра им. М. Горького Выла Но­казана Иьес» «Вас вызывает Таймыр».

Заслуженным успехом у черноморнев
пользуются спектакли Севастопольского
государственного ‘праматического театра
им.  (Луначзрского, Очерелная премьера
	театра состоится в День Военно-Морского
лота.
	-” мин о биде
ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА
			ение
	© -
Л. САНОВ
&
		 

лась дать эти статьи лишь в третьей и
пятой книжках журнала за stor год.
Вредные же, порочные произведения И. Сен­Ченко «Юго поколение» и Ю. Яновского
«№ивая вода» были опубликованы в Ca
мом «Дншро» еше в прошлом году.

Вывывают сомнение и некоторые поло­жения опубликованных статей. Так, ста­тья Ю. Бурляя «В плену националиетиче­ских концепций», вместо того, чтобы
вскрыть всю порочноеть романа 0. Янез­ского «Живая вода», фактически пыетает­ся смягчить сурову” оценку, данную этой
националистаческой книжке в решениях
ПЕ КП(б)У и на сентябрьском пленуме
ССПУ. «Едкий скенене точит и прямо от­рицает внижно-романтическую принодня­тость образов «Живой воды», — читаем
в статье., Выходит, что автор статьи
счел буржуазно-нанионалистические «тео­рии» Яновского, его клевету на советских
колхозников “едким скенсисом», а па­сквильные образы книжки — «ромавти­чески-приноднятыми образами»? 10. Byp­ляй и дальше прибегает к подобной же,
тетминологии.

Подробно расематривая раннее творче­ство Яновекого,. он лишь екороговоркой
касается романа «Живая вода». Между
тем это последнее произведение не слу­чайно в творчестве Яновского, — оно
‘явилось результатом ето низкопоклонотва
перед. буржуазным Западом и высокомерно­`презрительного отношения к советеким
людям. [е это ли прежде веего и нужно
было, хоть с опозданием, раз’яснить чита­телям журнала!

В разоблачении  напионалистических
извращений редакция оказалаеь непосле­довалельной. В аннотации На второй том
сочинений П. Панча она ваявляет: «Po­ман «Голубые эшелоны» написан на мМа­териале о крахе контрреволюционной пет­люровшины под ударами Ерасной Армии,
он сатирически раскрывает предательскую
сущность буржуазно - националистических
«освободителей», наемно-немецкое суще­ство петлюровцев — изменников родины».
Этим, по сути, восхваляется  порочная
книжка, содержащая ‘попытку реабилити­ровать петлюровщину, наделить  петлю­ровских офицеров возвышенными чертами
характера и т. л. Вместо того, чтобы осу­дить. переиздание этого вредного романа,
редакция рекомендует ето читателям.

Недостатки литературно-критического
раздела сказываются и в слабости библио­графия. Рецензии на книги публикуются
редко, да и те невысокого качества. Ре­дакция несмело привлекает к участию в
журнале новых, Молодых критиков, не
воспитывает их,

Очевидно, что журнал «Дно» не­уловлетворительно выполняет свои залачи  
	‚Но воммувистическому воспитанию моло­дежи. Он еще не стал поллинням центроч
‘творческой работы молодого поколения
писателей Советской Украины, не мобч­лизует их на изображение в художеетвен­ных произведениях послевоенной жизни и
трула молодежи.

Журнал нуждается в деловой номощи
президиума Союза советских писателей
Украины, который до сих пор слишком
мало им занимался. Резко усилить руко­родство журналом должен Центральный
Вомитет ЛЕСМУ, органом аа «Дн
ADO> является.

_ В­обстановке общего по’ема литерату­ной жизни на Украине есть все возмож­HOCTH для того, чтобы решительно улуч­IHTh ЭТОТ журнал. потнять его илейно­художественный уровень на должную вы­cory.
	Биографический очерк «Дважды Герой
Советского Союза Леонов» написал М. Ве­личко. Книга рассказывает о знаменитом
североморском разведчике, отличившемся
в боях с немецкими и японскими империа­листами.

Молодой писатель капитан 3-ro ранга
Г. Соловьев выступает с повестью’ «Труд­ное плавание» —0 курсантах высших воен­но-морских училищ,
	вопоставил коллективу работников лабо­ратории. Руководимый болезненным само­любием, неверием в силы товарищей по
работе, Бугров дезертирует со своего m0-
та.

Антиобщественные поступки  Бугрова
автор выдает за частную, временную
ошибку, за случайное, легко исправимое
заблуждение. Он окружает его образ лож­ным ореолом стралальчества  «непонятой
дут». Даже поеле того, как всем стано­вится ясно, что Бугров окончательно 0то­рвался от коллектива, стал чужим для
него, автор старается вызвать сочувет­BRE к этому «герою», смягчить остроту
осуждения его воинствующего индивидуа­ЛИЗМ8.

Явную безответетвенность и гнилой ли­берализм проявила редакция, пропуетив в
печать вредную, идейно порочную повесть
Н. Щепенко «Человек идет к солнцу». В
этой повести искаженно, уролдливо нред­ставлены коммунисты одного из и.
районов Украины.
	Секретарь райкома партий Пылаев, при­бывший на новое место работы, ветречает
©0 стороны партийных и сбветеких руко­водителей района резко отрицательный
прием. Злобную подозрительность, недове­рие выказывают ему вое те, се кем Ны­лаеву предстоит работать, выводить район
‘из прорыва. Старые секретари райкома
Якуба и Величко предстают в повести
‘карьеристами, пьяницами, обывалелями, &
секретарь по кадрам Борзило —= перерож­денцем и клеветником.

В повести неверно показаны взаимоот­ношения между коммунистами и беепар­тийными. Политически безграмотно зву­чит заявление Нылаева о «врастании» в
партию.

Идя по пути ложного, политически не
верного отображения жизни партийной
организации района, Н. Шеленко то и де­ло впадает в шарж, в карикатуру при 0-
рисовке образов коммунистов. Идейная
беспомощность автора проявилась и в при­митивных построениях любовного конфлик­та повести, в пошлых характеристиках
«районных дам», в целом ряде других не­допустимых отетуплений от жизненной
правды. Опубликование такого «произвэ­дения» страведливо квалифицировано 0б­Щественностью, как грубая политическая
оттибка редакции,

_ 06060 следует вказать о разделе публи­цистиви и вритики. Заметно  некоторов
улучшение: этого раздела. В нем помешен
	DAI ценных статей на общеполитические
	й литературные темы: «У карты отчиз»
ны» Н. Михайлова, «Тридцать лет
УССР» В. Гота, «Т. Г. Шевченко»
А. Корнейчука и др. Что же касается ли­тературно-критических статей, то боль­шинство их Носит информационно: цитате
пый. популяризаторекий характер.
	‘Отной из главных залач журнала яв­последовательная   У
	AHOTCH релтительная и
	сор5ба против пережитков буржуазного
напионализма и всяческих проявлений
ROCMOLOINTHGNA и Низкопокленства перед
Западом. Читатель в удовлетворением вос­принимает появление в журнале статей,
векрывающих рецидивы буржуазного. на­ционализма в творчестве украинеких пи­И. Сенченко,
и тревогу
	сателей М. Рыльекого,
	Ю. Яновекого. Но уливление
	вызывает тот факт, что редавция 0090а­Издательство Министерства Вооружен­ных Сил Союза ССР выпускает ряд новых
книг о советских военных моряках.

Готовится к печати повесть ленинград­ского писателя А. Зонина «Свет на борту».
Книга посвящена героической борьбе бал­тийских моряков против немецко-фашист­ских захватчиков на дальних и ближних
подступах к Ленинграду в первые месяцы
Великой Отечественной войны.
		Новые книги ‘о флоте
	 

ВЯИЕнЕнЕие Е винивое ИСТ

      
	Юрий ЛИБЕДИНСКИИ
	Пробуждение
	ное движение — не только могучий ры­War перехода сельского хозяйства к социа­листическому производству. Оно является
также мошным фактором перевоспитания
крестьянина в сознательного члена социа­листического общества. строителя ROMMY­низма Именно эта особенность колхозного
	строя заинтересовала А. Ваххара, и пото­Му его привлекла судьба Садык-джана.
Попав в положение бесправного батрака
в. байском хозяйстве тестя, Садык-джан
решает уйти из семья. Hocxe долгих лет
тяжелой работы он, наконец, уходит от
	тестя таким же белняком, каким пришел.
	Его бывние товарищи работают в колхо­зах; некоторые стали знатными людьми, И
Садык-джан с торечью думает 9 том, как
сильно отстал он от своего народа.
	По стечению обстоятельств Салык-джан 
оказывается в местности. которая раныше
называлась «Вапсанчи», что означает
«нпобирушки». До революции опа принад­лежала богатому ишану. Оросительной си­стемой, без которой в ‚Узбекистане невоз­можно земледелие, владел здесь русский
князь, хозяин водокачки. Ёрестьяне пла­тили ишану за землю, & русскому князю—  
за воду. Они влачили полуголодное суше­ствование; за что их презрительно и не­справелливо называли «побирушками».
	В первые годы после революции басу
чй разрушили водокачку. Сельское хозяй“
ство кишлаков ° оказалось в бедственном
положения, и нищета крестьян еще больше
возросла. Не теперь всё «капсанчи» об’еди­НИЛИсь В Колхоз: Нредседателем его стал
работать коммунист Урман-джан, уже
имевший опыт колхозного строительства.
	Салык-джан пришел в этот колхоз, ко­гла «капеанчи» переживали особенно тяже­Первая книга советекой литературы 0
волхозах — «Поднятая пелина» М. Шоло­хова— появилась в начальный период кол­лективизании — в 1932 году. Ироцеесы,
происходящие в сознаний крестьян в 6вя­Зи с коллективизацией, нашли яркое ху­дожественное воплощение в этой книге.

Жизнь идет вперед. Деревенская «цели­на» уже давно поднята. Но процеее лик­видапии пережитков отсталой, соботвен»
нической психологии в массах колховни­тов еще не закончен. Процесс утвержде­ния нового, социалистического отношения
к труду продолжается. Поэтому книги 0
	начале колхозного движения и сеичас
волнуют советеких читателей.
Коити 0 Первых годах колхозного
	строительства сейчае появляются и В ли­тературах тех братских республик, ге
процесс коллективизании закончилея позл­нее, ножели в центральных районах Co­peresoro Солоза. Таковы романы «Дорога
к счастью» алыгейского писателя Тембота
Керашева, «Ацаван» армянского писателя:
Наири Зарьяна, «Два чинара» узбекекого
писателя Абдуллы Каххара.
А. Каххар рассказывает историю возни­кновения колхоза «Два чинара». В цент­ре внимания автора —— отсталый и. заби­тый батрак  Садык-джан. На первый
взгляд кажется странным. почему именно
юн избран главным героем романа. Садык­_джан-не организатор и He передовой дея­тель колхозного движения. Однако, если
внимательно вникнуть в судьбу героя, за-.
мысел автора становится ясным. Колхоз­A, haxxap подчеркивает уважение и
любовь узбеков к братекому русскому на­роду, который оказывает им повседневную
помощь в строительстве ‘республики. 06
этой любви на страницах романа вдохно­венно говорит старый народный певец.
Но в самом романе, к сожалению, нет ни
одного тероя —= русского. Это He может
не удивить читателя, знакомого с той
ролью, какую сыграли русские коммуни­сты в коллективизации сельского хозяй­ства среднеазиатских республик.

Роман А. Каххара локален: мы узнаем
Узбекистан и в ярких деталях ландшафта,
ив говоре персонажей, -й в описаниях
национальных костюмов и обычаев. По
именно здесь’ возникают многие недостат­КИ ВНИИ.

Рисуя быт узбекского кишлака, автор
нередко любуется такими обычаями, кото
рые уже не типичны, ибо отошли в про­106.

Мало того, что роман растянут и опи­сателен. Чрезмерно увлекаться изображе­нием старого, уходящего — значит от­ступать от правды жизни, ибо типично в
	ЪИзНи Не это старов, а то: новое. что вкаж-.
	додневно рождается советской, социалисти­ческой действительностью. Отступление от
правды привело автора еще к одному
крупному недостатьу: в книге нет. обра­зов новых женщин-узбечек.

Rak и во всей стране, неизмеримо под­нядись, выросли. колхозы Узбекистана.
Бурно идет духовный рост наших колхоз­ников. Читатель вираве ждать от А. Ках­хара книгу 0 дальнейшей вудьбе колхоза
«Два чинара» п во repoes — Салык­джана, Урман джана и других. Читатель
хочет видеть, какими стали они теперь, в
паши дии. Взяв это за главное. сам au­‘сатель сможет быть на уровне жизни; ой
сумеет полнее показать образы узбеков­большевиков, братскую помошь русекого
народа в расцвете республики, трудовые i
боевые подвиги узбеков „В годы ВОЙНЫ И В
послевоенной сталинской. патилетке — на
	новом этапе нашего ‚движения в ROMMY­НИЗМУ,
	10е время. засухи сменялись наводнения­Ми, то и другое влекло недород. Несмотря
на это, Урман-джан поставил перед кол­хозом грандиозную задачу: возродить 0р0-
сительную систему, прорыть канал, воз­Двигнуть плотину для борьбы © наводне­HUAI ‘и создать большое хлопковолческое
хозяйство,

В первые же дни пребывания Садык­джана в колхозе становится ясно, как от­стал он от массы колхозников, насколько
он ниже их в моральном отношении. Ког­да ему поручают привезти на строитель­ство продукты, Садык припрятывает часть
‘их для ©6бя. Ему еще не знакомо чувство
коллектива.

Но мощь и романтика коллективного
труда неожиданно для самого Садык-джана
захватывают его: Глубочайшие движения
души, сопровождающие перерождение этого
человека, показаны писателем правдиво и
выразительно. Мы видим, Kak великая
сила социалистического соревнования’ на­чинает действовать на сознание отеталого
и темного крестьянина.

Каждый вечер после работы - на стро­‘ительстве зачитываттся показатели выра­ботки за день. Имя Садык-джана не упо­минаетея в сводке, потому что он Не уча­ствует в соревновании. Й наступает та­кой момент. котла Салык-джану хочется,
		‘соревнующихея. Он обращается к бригади­ру:

«— Балта-бай ака, хвалельщик ваш
вее воемя упускает меня из памяти, ни­чего это’
	трудолюбие, прирожденное доброжелатель­ство к людям, простосердечие в отношени­ях с вими и стремление к тому, чтобы
они уважали его, — укренляютея в его
сознании. А. Каххар раскрывает глубину
п сложность процесса становления нового
человека. В душе Садык-джана происходит.
борьба социалистического отношения к
труду с привычками, укоренившимиея за’
годы жизни в байекой семье.

Образ Садык-джана удалея автору, ий
эта удача — главное достоинетво романа.
Нельзя этого сказать о председателе кол­хоза «Два чинара». Этот образ неподви­жен, статичен. Ведь так Же, как. Садык­джан, родился, вырос в узбекской деревне
И „Урман­-джан. Но он прошел совсем дру
гой, путь, став большевиком. организатс­POM колхозного движения еше в ту пору,
когда Садык-джан был целиком в плену
отеталых традиций. Как рос Урман-джан,
почему его жизнь сложилась именно так,
из романа мы не узнаем: образ сельскоги
большевика-узбека остался только намечен­ным. Этот большой недостаток снижает
художественную и познавательную цен­ность романа.

‚ Второй серьезный. недостаток — слабое
отражение ‘классовой борьбы в узбекской.
деревне. В романе упоминаются два кула­ка — тесть Обадык-джана и Таджи-бай,
втертийся в колхоз. Однако роль их 060-
Их оволитея, главным образом, к семейно­му деспотизму. Яростное  сопротивленяё
кулаков коллективизации, их вредитель-.
ство, саботаж, совершенно’ ‘не показаны
в романе. .   _

Но светлая, глубоко ‘оптимиетическая.
картина созидательной силы людей, пра
буждающейся в условиях социалистичееяо
го строя, оправдывает опубликование кни­ти. А. Raxxap показывает, как Bee
лучшее, что было в Национальных тради­циях Узбекского народа, начинает слу­жить колхозному строительству. «У всех,
Кто на одном корабле, — охна судьба», —
такой старинной  поговоркой говорит о
колхозе одна узбечка;. «грудь колхоза
широкая», — новой ие. вторит ей
Дитгая колхозница. ° ‘
	_— Ав чем дело? Боитесь за свой за­работок?

‚ — Я не о заработке roBopto, Балта-бай,
заработок можно и не записывать, Толь­ко вечером, когда выкликают людей...
‘человеку обидно становитея.

`Лицо Балта-бая прояснилось.

— Если хотите, чтобы ваше имя вы­кликали,  присоединяйтееь к соревнова­_НИ1О». = = -

Тав начинается пробуждение Садык­‘жанна. Лучшие стороны ^ его души —.

 
	Абдулла ВКаххар. «Ава IMO Apa.

‘a Baprnwa. Tanvcenr, MM 1, 2-8 5, 6 8 11.