О. ПРУДКОВ

Tpu года войны
в Вьетнаме
		Второго сентября 12%5 195% ave’
миллионный народ Вьетнама провозг
на территориях бывших французских
текторатов Аннама и Тонкина и KO.

ears
	республику. Три недели фе
сентября — в пределы молодото Въетнам­ского государства вторглись французские
вооруженные силы. C тех пор вот уже
три года народ Вьетнама ведет героиче­скую борьбу против французских  импе­риалистов, за осуществление идеалов, вы­раженных в боевом девизе республики:
«Независимость, свобода, счастье».

На территории Вьетнама, захваченной
вторгшимися французскими войсками, из­дается газета «Юнион Франсез». Ее пер­вую страницу неизменно украшают слова
одного из зубров французского империа­лизма — маршала Фиотэ: «Добивайтееь
прекраеного звания колонизаторов». Это
изречение двадцатилетней давности, kak
бы противопоетавленнее девизу народной
республики, ныне является программой
сменяющихея французских правительст­венных кабинетов от Шумана до Roa.

Агрессия всегда остается агрессией,
какими бы пеевлонимами ее ни старались
замаскировать. Поэтому французекая «ЦИ­вилизаторская» миссия в Вьетнаме весь­ма напоминает гитлеровскую оккупацию
о Наследники маршала Лиотэ ведут
‘себя как представители высшей расы.
	 

Когда в окрестностях одного  въетнам­ского города, оккупированного  колониза­торами, был убит французский солдат, ме­стные власти организовали карательную
экспедипию. Палачи схватили нескольких
ни в чем не повинных вьетнамцев, рабо­тавших в поле, привязали веревками К
грузовикам и тащили за автомашиной до
тех пор, пока несчастные не погибли, По­добные зверства очень характерны ДлЯ
французской колониальной политики. Не
случайно в составе «иностранного легио­на», сражающегося против въетнамского
народа, нахолятся 15.000 бывших гитле­ровеких солдат и офицеров.

Однако кровавая колониальная война 3
Вьетнаме не принесла французеким импе­риалистам желаемых результатов. В ходе
боев оби потеряли около половины своей
двухсоттысячной оккупационной армии и
понесли колоссальные военные расходы,
достигавшие четырех миллиардов фран­ков ежемесячно, но не добились сколько­нибудь значительных успехов. В их руках
находится лишь около десяти процентов
территории Въетнама.

По всей вероятности, не очень надеясь
на силу ‹ своего оружия, Французские
колонизаторы © самого начала повели так­же сложную политическую игру, стре­мясь расколоть национально-освободитель­ное движение в Вьетнаме.

Еще в марте 1946 года Франция фор­мально признала независимость Вьетнама
и демократическое правительство во главе,
с Хо Ши Мином, а в сентябре в Фонтенеб­ло было даже подписано соглашение о
прекращении военных действий. После­дующие события показали, что этот вы­нужленный шаг французских правящих
\ кругов преследовал единственную цель —
уепокойть общественное мнение _ внутри.
Франции и подготовить силы для нового’
удара во Въетнаме. В конце 1946 года
военные действия вновь разгорелись, а
весной 1947 года французекие империа­листы начали переговоры с бывшим импе­ратором Аннама Bao Jlaew о возвращении
ему трона ий о подписании «франко-въет­намского соглашения». ликвидирующего
независимую ресиублику.

Подписание соглашения с Бао Даем за­тянулось на четырнадцать ‘месяцев. Все
это время ушло на лихорадочные попыт­ки франпузских колонизаторов создать
внутри страны реальную опору Бао Даю.
Они не увенчались успехом, и тогда, чтобы
сохранить хотя бы видимость поддержки
Бао Дая со стороны местного населения,
было создано марионеточное правитель­ство во главе с генералом Нгуеном Ёсю­аном, известным симпатиями к Петэну.
Затем в бухте Алонг верховный комиссар

 
	Франции в Индо-Китае Роллаэрт модписал

А. д НИС
	с Бао Даем так называемое «франко-вьет­намское соглашение», по которому Фран:
ция признала «независимость» Вьеткама
и правительство генерала Есюана.

По сообщениям печати, в бухте Алонт
было заключено также ‘тайное соглашение,
	OE OEE

которое лишало «независймый» Вьетнам
права самостоятельно решать вопросы
внешней политики, иметь собственные
	вооруженные силы. Эта версия подтвер­ждается всей практической деятельностью
кабинета Кеюана: в этом «правительстве»
нет министра иностранных дел, у Her
нет своей армии, и даже немногочисленные
полицейские силы находятся в Руках
французов. Роль Веюана и его «кабинета»
сводится лишь к оказанию колонизаторам
помощи в ограблении страны A B COxpa­нении Въетнама, как опорной стратегиче­ской базы в Юго-Восточной Азии.

Последнее обстоятельство имеет  нема­ловажное значение для заокеанских х03явв
Шумана и Кэя. Общеизвестно, что СТА
снабжают французские колониальные BO.
ска оружием. Вредо французских — EBUC­лингов выражено в следующих поражаю­щих своим цинизмом словах, секретаря
франдузской Академии Жоржа › Дюамеля:
	«В мире есть только два крупных вов
фликта — с коммунизмом и с цветными
расами. В обоих случаях Франция и Co­елиненные Штаты стоят плечом к плечу,
Но мы бедны, а вы богаты, и поэтому вы
ДОЛЖНЫ помогать нам...» Выяснить, Fak
именно должны США помогать француз­ским империалистам и какова будет ком­пенсация за эту помощь, взялся, видимо,
матерый реакционер Буллит, осчастливив­пгий Индо-Китай своим посещением.
Однако Бао Дай и «правительство»
Ксюана вряд ли смогут выполнить 8В03л0-
	женные наз них задачи. У них нет ника­кой реальной опоры в народе.
Правительство народной республики
создано на основе широкой концентрации
демократических сил страны. Самая круп­ная политическая сила — лига Въетмин
0б’единяет националистов, демократов,
коммунистов. социалистов, профсоюзы и
ряд общественных организаций. В январе
1946 года народ Въетнама избрал свой
парламент, который принял демократиче­скую конституцию республики.
Правительство Хо Ши Мина сформиро­вало стотысячную армию. Партизаны и
молодежные отряды оказывают помощь
регулярным войскам. Большие успехи рес­публика слелала в области стабилизации
	экономики, в развитии науки и литера­туры. .
Французекий народ. искренне  сочувст­вует героической борьбе вьетнамского на­рода. Солдаты оккупационной армии не­редко переходят на сторону  въетнамцев.

Вьетнамский народ смело смотрит В
будущее. Он знает, что его борьба —
часть общей борьбы за мир и демоЕра­тию. И он уверен в своей победе.
	  
	АССАМБЛЕИ
	ИЗ ЗАЛА ГЕНЕРАЛЬНОЙ
	Слуга двух господ—
Герберт Эватт
	На конференции в Сан-Франциско, где’
вырабатывалея устав Организации 0б’еди­ненных Наций, Эвалт держал первый
серьезный экзамен перед своими англо­американскими покровителями. С пеной у
рта, прикрываясь демагогическими возгла­сами о «правах» малых наций, он высту­пал против принципа единогласия пяти ве­ликих держав в Совете Безопасности, ста­раясь тем самым подорвать основную базу,
на которой зиждется СОН. Эту свою пэд­рывную работу в Организации 0б’единен­ных Наций Эватт продолжал и на после­дующих сессиях.

Австралийская делегация во главе с
Эваттом на Генеральной Ассамблее 1946
года внесла специальное предложение, ко­торым подстрекала к ликвидация права
«вето» в Совете Безопасности. В прошлом
году, когда на Генеральной Ассамблее в
Нью-Йорке Маршалл предложил создать
межсессионный комитет, предназначенный
заменить Совет Безопасности, Эватт холуй­ски восхищался «тениальной мыслью» го­сударственного секретаря США. и с адво­колеким  красноречием  пронагандировал
	 

дею этого комитета, направленную на
	разрушение QOH.
Общеизвестна деятельность Эватта на
Парижской мирной конференции в 1946
	году. Он приложил тогда весе старания
	тому, чтобы бесконечными предложениями
ий поправками всячески затормозить заклю­чение мирных договоров. При этом все по­правки австралийской делегации носили
явно враждебный ааа по отношению
к СССР.
	Характеризуя линию Эватта и  полити­ческую сущность его. предложений и. по­правоЕ Е проектам мирных договоров,
В. М. Молотов в своей речи в Париже
26 августа 1946 года сказал: «Еели бы
	‘бывшие агрессоры имели своего адвоката
	на нашей конференции, он могбы настаи­вать на такого рода предложениях и щ­правках. Однако кому нужны адвокаты
агрессора на этой, конференции? »

В своих враждебных Советскому Союзу
выступлениях Эватт. ‚не. брезгует обычно ни
подтасовкой ‘фактов, HA явными вымыела­ми. На одном из заседаний первого коми­тета второй сессий Генеральной Ассамблеи
А. Я. Вышинекий уличил оЭватта во лжи.
Австралийский министр пыталея оклеве­тать советекую печать, будто бы скрыв­шую от читателей одну из речей предета­вителя ОССР в Совете Безопасности.

Впрочем, разоблаченному Эватту едва
ли послужит это уроком. Ведь продажные
адвокаты не смущаются даже тогда, ког­да их ловят с поличным. Можно не` сомне­ваться, что и на этой сессии Генеральной
Ассамблеи Эватт будет содействовать под­рывной деятельности разрушителей между­народного сотрудничества. Но какими бы
демагогическими лозунгами ни прикрывая­ся Эватт, его роль «елуги двух тоеподу—
Маршалла и Бевина — ясна для всех..
		телсграфу).:  
	{ ПАРИЖ, 24 сентября. (По
ОКО
	В золоченом председательском кресле,
рядом с Трюгве Ли, сидит пятидесятичеты­рехлетний «кругленький доктор» откро­венно самодовольного вида. Это Герберт
Эватт, которому в результате двух туров
толосования его хозяева наскребли, два-три
лишних голоса, чтобы  председательский
молоток и на этой сессии находился в на­дежных руках. Как известно но прешлогод­ней сессии, этот молоток особенно сильно
стучал тогда, когда с трибуны якобы «не
по существу» выступали представители
миролюбивых стран...  

Англо-американский блок, используя
машину голосования, поставил BO главе
всех основных органов Ассамблеи своих
преданных слуг. Помимо Эвалта, председа­телями основных шести комитетов избра­ны такие проверенные адвокаты англо­`американдев, как, например, Спаак. Во­преки здравому смыслу и элементарной
справедливости, пресловутое большинство
не допустило избрания на Председатель­ские посты в комитетах ни одного пред­ставителя славянских стран. А ведь каж­дому яено, что эти страны, представляю­шие обширные районы мира, имеют полное
право на должное предетавительство в ру­ководящих органах Генеральной Ассамблеи.

Что касается Эватта, то его избранию
предшествовали терг и переторжка между
различными политическими группами. Ла­тино-американские страны хотели продви­нуть своего кандидата — аргентинца Бра­муглиа. Вначале, как видно, его поддер­живали и американцы. Однако фигура
Эватта, названного англичанами, не могла
отпугнуть их старшего партнера: Ведь, мо
сути дела, эластичный Эватт © усердием
служит двум хозяевам—Бевину и Маршал­лу. Что из того, что стаж английской служ­бы Эватта больше? Ро всяком случае, он
был настолько уверен в данных ему. обеща­ниях, что еще до выборов председателя
явился на заседание с пачкой заранее. от­печатанных на ротаторе листков со своей
биографией...

Излишне пересказывать жизнеописание
Эватта, им самим составленное; это —
обычные дифирамбы с попыткой создать
себе некий ореол. Зато следует напомнить
те страницы его’ политической карьеры,
которые по вполне понятным причинам не
вошли в официальную биографию ныненг­него председателя Генеральной Ассамблеи.

Герберт Эватт, получивщий политиче­ское крещение в лоне лейбористекой пар­тии, появилея на политической арене в
1941 голу, когда он сделалея млнистром
иностранных дел и генеральным прокуро­ром Аветралии. Первые политические ша­ти и «литературно-теоретические» изыека­ния доктора Эватта в защиту британского
империализма обратили на себя внимание
Лондона. Его заметил сам Ч@рчилль; Прес­са не без основания окрестила Эватта
«австралийским Ласки». И векоре ен был
приспособлен в международным делам“ Go­лее пгирокого масигтаба,
	„Продаются
дети“...
	На этом енимке из га­зеты «Нью-Йорк джорнал.
энд Америкэн» запечат­лена одна из современ­ных американских траге­дий — безработные ро­дитеди Рэй и Люсиль
Шалифу решились Ha
последнее средство епа­сения своих малышей
от голодной смерти и
выставили  об’явление
«Продаются 4 детей»...
			Главная улица мстит
	В американском журвале «Фратернал
аутлук» опубликована статья известного
художника Роквелла Кента, рассказы­заютная 06 ожесточенной травле. какой
	подвергаются в CHUA те, ETO осталсао
	верен идзям прогресса и демократия.
Роквелл Кент, перевод статьи которого
мы помещаем ниже, передовой общест­венный деятель и активвый член Ва:
ционального‘ совета американо-советской
дружбы,

Я сел писать эти строки, как только
затихла шумиха, поднятая прессой и ра­qo. 6 их помошью всю Америку отове­ей

eT 0 том, Kak владельца небольшой.
	молочной фермы в северной. части штата
Нью-Йорк, близ городка 0сэбл Форкс, под­‚вергли бойкоту © намерением довести до
‘полного разорения. Преееа горячо поддер­`живала эту травлю. Преступление этого че­‘ловека заключается в.том, что он поддер­живает Генри Уоллеса. А поводом для б9й­кота послужил следующий факт: фермер
разослал местным владельцам почтовых
ящиков оттиск своей статьи о Генри Уэл­‚лесе, напечатанной в журнале «Фратернэл
`аутлук».

‚История эта полна поучительного емыс­ла. То, что, как нам казалось несколько
‘дет назад, «здесь не может случиться», —
‘случилось, и можно ожидать, будет слу­‘чаться все чаще, до тех пор, пока амери­канекий народ не очнется и He начеет
энергично действовать.

Трудно добраться до первопричины пре­ступных действий, если они совершаются
по указанию  ваправил общественного
мнения. В Южных штатах, например, где
в линчевании иногда участвует много лю­лей, нелегко обнаружить их вожаков или
  точно установить всех участников суда
  Линча. Так и здесь. Когда спуетя два-три
дня после рассылки упомянутой статьи 0
Генри Уоллеее. шоферы, развозившие с
‘фермы молоко‘ постоянным покупателям,

 
	узнали, что от услуг их хозяина все от­казываются, — причины бойкота в боль­шинетве случаев были окутаны тайной.
Пеизвестные веесильные «они» заставили
клиентов фермы отказаться от ее услуг.
«Нам нравится молоко; но «они» не поз­воляют нам брать его». Мало вто решился
добавить: «Это все из-за той статьи. Вее
потому, что Генри Уоллес, кажется, питает
симпатии в России».  
Кампания бойкота катилась от дома к до­КОРОТКО
	му. Из одной местности она перекинулась 5
другую. 0ба шофера заявили, что с них
хватит. Через десять дней бойкот RooTut
‘таких размеров, что только репгительные
меры могли бы спасти ферму. Й эти меры
‘были приняты. Вся ферма целиком, Bee
енное оборудование, все добро, какое
уцелело,— заставили продать за бесценок.

Фермера лишили его имущества потому,
что он поемел отступить от политических
  взглящов, господствующих в его окруте.
  Судьба, поетигшая его, постигла бы в этом
  обществе всякого другого уязвимого чело­века, мелкого собственника или специали“
ста. Известно, чем пахнет есора с полити­ческими воротилами штата. Разоренный
фермер нигде не мог найти поддержки. 9а­говорила «Главная улица».  

Главная улица в. 0сэбл Форке — ee TOp­говцы, страховые атенты, врачи, юристы,
духовенство, ее торговая палата, клуб
деловых людей, газеты, вся главная улица
очаровательного городишки в гористой се­верной части штата Нью-Йорк — загово­рила. Заговорила языком бойкота и сви­репых угроз...

Если бы позор этого городка мог послу“
  жить предостереженим тысячам пругих
  городов Америки, я призвал бы их быть
`настороже, заставил бы в собственных ин­тересах и интересах страны и всего мира
уважать гражданские права и приличия,
которые достались нам в наследство и бы­ли предметом нашей гордости!

` Если бы история этого бойкота показала
американекому народу, что те, кто громче
`веех кричит о покушении на гражданские
свободы в зарубежных странах, у себя на
‘родине крадут последние остатки американ­дих свобод!
” Разорившемуся фермеру со всех сторон
  шлют письма, полные сочувствия. Напри­мер, пренохаватель Оглторпекого универ­ситета сообщает: его уволили, так как он
высказывался в пользу Уоллеса. И все в
таком же духе.

Но что же будет с нашим  фермером?
«Они» разорили его ферму, но зато сделали
его свободным — свободным, чтобы с Уд­военным рвением, рожденным из горького
опыта, бороться за подлинную демократию
в Америке.

 
	Роквелл КЕНТ
	О НОВОМ
	МЕМОРИАЛЬНАЯ ДОСКА НА ДОМЕ,
ГЛЕ ЖИЛ ЮЛИУС ФУЧИК
	На-лнях в Праге, в связи © исполнив­шейся в сентябре пятой годовщиной со дня
гибели Юлиуса Фучика, на доме, в котором
родился и жил автор «Репортажа с петлей
на шее», была установлена -мемориальная

доска.
	Перед многочисленными представителями
общественности и жителями столицы Че­хословакии, собравшимися на эту торжест­венную церемонию, выступил министр ин­формации Копепкий. Он рассказал о жизни
и творчестве Юлиуса Фучика — журнали­era, поэта, борца за социализм. В своей
речи Копецкий сказал:

— Юлиус Фучик был в полном смысле
того слова революционным деятелем, жур­налистом, вдохновителем народа в борьбе
за свободу и социализм. Фучик был неуто­мимым борцом против фаптиетекого варвар­ства. Далеко за пределами Чехословакии
известна книга Фучика «Репортаж с пет­лей на mee». Действительно,  Фучик
писал репортаж с петлей на шее.
Но даже когда ему: приходилось переносить
страшные мучения в фашистских  застен­ках, он не забывал о своем призвании
журналиста и до последней минуты про­должал писать книгу, Которая стала вна­чительным произвелением документальной
литературы о варварстве фаптизма. Сейчас
эта книга переведена на многие языки.
Ймя Фучика стоит в одном ряду с вели­чайшими именами мировой прогрессивной
литературы. Фучик погиб, твердо веря в
победу дела рабочего класса, в осуществле­ние идеи новой Чен респуб­ЛИКИ.
	ПРАГА. 24. сентября. (По телефону).
	ПАМЯТНИК В ГОРОДЕ CYHABA.
Этот памятник, воздвигаемый в честь ру­мыно-советской дружбы, будет открыт
7 ноября текущего года. -«Румынский на­род,—сообщает в связи с этим бухарест­ское радио,—приносит свою дань призна­тельности тем, кто освободил его от фа­шистского ‘ига’ и открыл ему путь к луч­шей жизни, —народам великого Советского
Союза».

КУРСЫ РАБОЧИХ-ДИРИЖЕРОВ op­ганизованы при Венгерском совете профсо­юзов в Будапеште. Ими руководит опыт:
	ный педагог проф. Гат Иожеф. Ирнсутство­вавший на состоявшемся недавно концер­те слушателей первого курса известный
композитор Кодай Золтан отметил боль­шие успехи в музыкальном образовании
рабочих-дирижеров.

«РЕСПУБЛИКОЙ ПИОНЕРОВ» называ­ют в Венгрии созданный народным правитель­ством детский дом отдыха в красивой гор­ной местности близ Будапешта. Ребята
имеют здесь свою железную дорогу, почту

и другие учреждения, которые обслужи­вают собственными силами.
	ствует и студентка Эткин. Шо ве словам,
Боран расхваливала «Капитал» Маркса, в
котором, если верить евидетельнице, то­ворится о «чудесном острове, являющемся
раем и населенном счастливыми людьми».

Но вот очерель доходит до одного из нал­более важных свидетелей — Меджати Ак­дера. Это уже не невежественный студент,
это человек, сам шеголяющий званием.
профессора. В чему же сводятся его обви­нения? Оказывается, подсудимые «об’яс­няли исторические события турецкого.
прошлого зкономическими причинами и
преподноенли их студентам в аспекте клас­совой борьбы». Огобенно напирал «почтен­ный» профессор Акдер на то, что в ‹ауди­ториях часто произносилось слово «бур­жуззия»...

Можно не останавливаться на других
перипетиях судебного — разбирательства.
Уже из привеленных выше фактов acto,
за что именно судят видных прелетавита­лей турецкой науки. To, что происходит.
в анкарском «дворце правосудия», возвра­щает нас к средневековым процессам над.
учеными, осмеливавшимися утверждать.
движение земли, бесконечность миров и
материалистическое  пропехождение все­ленной.

Наука страшна для турецких реакцион­ных мракобесов, ибо несет приговор их
затхлому режиму. Они хотят зажать ей
рот, заковать ее в цепи, заточить ee в.
темницу. Но это не в их силах. Они епо­Мы учимся у ‘русских писателей
	лось несколько интересных произвелений
	с явно антиимпериалистическими  тенден­циями. Поэт Мигель Отеро Сильва в боль­шой поэме «Бурильщик» рисует тяжелое
положение рабочих на нефтяных промыс­лах. Альберто Альверо опубликовал роман,
в котором рассказывает о жизни скотово­дов в степях Венепуэлы. Советскому чи­тателю уже известен Рамон Диас Санчес
по вышедшему недавно на русском языке
роману «Нефть». Писатель Антонио Раис,
редактор газеты «Эль насиональ». выету­пил с книгой «Настоящие люли», где по­вествует о борьбе против диктатуры Гомеса.

— Болыше всего,—продолжает Аугусто
Карлос Леон, — венецуэльские писатели
интересуются произведениями ° русской
классической и современной литературы.
Они знают ее лучше, чем литературу се­веро-американскую. Мы учимся у таких
писателей, как Толстой, Чехов, Тургенев,
Горький, Маяковекий, Фадеев, Шолохов,
Эренбург, Горбатов. Я надеюсь. что мне
	удастся наладить постоянную дружескую
связь с советскими писателями, у которых
мы должны многому научиться для того,
чтобы у себя’ на родине быть в авангарле
	тех, кто борется за национальную незави­симость Венецуэлы.
	прискорбием изве­‘кресенье, 20 сентября, в
кладбище.
	 
		Народам Латинской Америки хорошо из­вестно имя венецуэльского поэта Карлоса
‘Аугусто Леона.

Титературвую деятельность Леон начал
в 1930 году, в период кровавой диктату­ры Гомеса. Вместе с другими прогрессив­ными писателями ФЛеон активно боролся
против реакционного правительства Вене­цуэлы. В своем творчестве Леон проявил
себя как поэт-гражданин, глубоко возму­щенный  сопиальной ‹ несправедливостью,
тосподствующей в его стране.

На-днях Карлос Аугусто Леон, по при­глашению Всесоюзного общества культур
ной связи с загранипей, впервые приехал
в Советский Союз. Кроме Москвы, он с0-
бирается посетить Ленинград, а также по­знакомиться с жизнью социалистической
деревни.

В беседе с корреспондентом «Литератур­ной газеты» Леон расеказая о положении
писателей в Венецуэле:

— Венёцуэла фактически является ко­‘лонией англо-американеких империалистов,
„которые отнюдь не заинтересованы в рас­проетранении культуры на моей родине. В
`Венецуэле 60 проц. населения неграмотно.
о За последние годы в Венецуэле появи­Правление Союза советских
	Беседа с венецуэльским поэтом Карлосом Аугусто Леоном
	советских писателен с. глубоким
щает о безвременной смерти
	Евгении Бернардовны АФИНОГЕНОВОЯ
	Погребение урны с прахом
12 часов дня. Ha
	‘ом. состоится в воскресенье,
на Ново-Девичьем  клалбише
	‚ самым» ТУРЕЩКИЕ ИНКВИЗИТОРЫ СУДЯТ НАУКУ

 

 
	Режим гнета, произвола, мракобдесия —
такова современная Турция. Недаром даже
с трибуны меджлиса прозвучало еравнение
нынешних порядков с мрачными времена­ми Оттоманской империи. -

Не довольетвуясь свирепым подавлением
политической оппозиции и диким пресле­дованием прогрессивной прессы,  турен­кая реакция яростно ополчилаеь также
против науки и ее служителей. В послед­ние годы из турецких выених школ было
изгнано немало пренодавателей, ‘заподо­зренных в «крамольных идеях».

Еше не так давно эта чистка проводи­лась под предлогами, якобы не касаюши­мися самой научной деятельности. Уволь­няемым вменяли в вину их  «неблагона­дежность»: политические взгляды, обще­ние с «подозрительными» кругами, чтение
передовых газет. Но власти предержашие
решили этим не ограничиваться. Они при­знали престунными сами науки. Именно
пауки посажены на скамью подсудимых
в турецкой столице на громком процеесе
одного профессора и двух доцентов анкар­ского университета.

Начало этого «дела» относится к весне
прошлого года. Правящая клика уже давно
точила зубы на университеты, об’явленные
ею «рассадниками коммунизма». Претпю­читая, однако, в данном случае оставаться
в тени, она инспенировала «возмущение»
анкзреких студентов. Несколько десятков
из них по наущению свыше обратились к
властям с требованием привлечь к ответ­ственности «недостойных преподавателей».

 
	сеющих в своих лекциях «красные семе­на». Речь шла о профессорах Пертев Наи­«Литературная газета» выходит два раза
	в неделю: по средам и субботам.
	 

ли Боратав и Музафер Шериф, а также
доцентах Нусрет Хизир, Ниязи Беркес и
Бехидже Боран — одной из немногих ту­рецких женщин, удостоенных. научного
звания. И хотя десятки других студентов
выступили © письмом в защиту  прееле­луемых ученых, называя их гордостью ту­рецкой науки,  полицейско-следетвенная
машина была со всей поспешноетью при­ведена в действие. В университет напра­BHA специальную комиссию для расследо­вания.

Университетский совет, убедивитись B
совершенной вздорноети обвинений, отка­залея пожертвовать профессорами, не угод­ными правящим кругам. Й тогда в ход бы­ло пушено новое средетво. В конпе проп­лого года невидимая рука организовала
бурные студенческие «волнения» в Анкаре.
Толпа бесчинствующих хулиганов  ворва­лавь в университетские здания, разгроми­ла кабинег ректора Кансу, разорвала в
влочки находившиеся там бумаги. Вся
эта история была `спровоцирована столь
грубо, что не оставляла сомнения в под­стрекательстве свыше. Даже анкарекий
губернатор вопубликованном им официаль­ном гообщении заявлял: «Полиция уста­новила участие в демонстрации элементов,
не имеющих никакого касательства к уни­верситету».

Отнако губернатор, не осведомленный о
полоплеке этой провокации, попал впросак.
На сей раз реакция добилась своего, Во­MHCCHA по народному образованию мед­жлиса олобрила «лвижение турецкой мо­ганный университетский совет больше не
осмелилея сопротивляться. Он вынес ре­шение о «временном исключении» из пре­подавательекого состава профессора Бора­тав и допентов Беркее и Бехидже  Боран.
0 том, в какой атмосфере принималось
это решение, можно судить по напечатан­ному в газете «Джумхуриет» письму про­грессивного американского = профессора
Пратта, находившерося в тот момент в
Турции. Протестуя против преследования
профессоров, Пратт писал, что все встре­чавшиеся с ним университетские деятели
«боялись выражать свои убеждения».

Вслед за этим заработал судебный меха­низм. Анкарская прокуратура, онискавшая
себе печальную славу многими «подвига­ми», в том числе сфабрикованным ею под
диктовку гитлеровцев  пресловутым делом
о «покушении» на фон Папена, усердно
принялась выполнять данное ей свыше
задание. Ошельмованиые, выкинутые из
университета, подвергающенеся  возмути­тельной травле, три видных турецких
ученых очутились на скамье подсудимых.
В чем же их «вина»? Вакие «страшные
преступления» они совершили? 06 stow
можно судить из опубликованных в газе­тах отчетах © судебном разбирательстве. ^

Перед судом «свидетель» обвинения Юк­сель, Он заявляет:

— pogeceop Боратав прививал сту­дентам мятежный дух; доцент Веркес фи­ксировал их внимание на Ффилософах-мате­риалисталх. и, в нревиях по восросу 09 дузе.

ий материи оттавал . пелпочтение —пПосле1-.
	и материн отдавал. предпочтение
Hen...
		 
	Главный редактор В. ЕРМИЛОВ.
Редакционная коллегия: Н. АТАРОВ. А. БАУЛ
	лодежи против коммунизма», выразившееся   ней... зоны SU вызвать презрение BUCLU в6- А. КОРНЕИЧУК, 0. КУРГАНОВ, Al, _ ЛЕОНОВ, А. МАКАРОВ
в разгроме ректорекого кабинета. Налу­0 не менее «жутких» проступках пове-( редового человечества! М. МИТИН, Н. ПОГОДИН, А. ТВАРДОВСКИЙ, Л. ШАУМЯН.

 

  Адрес редакции и_ издательства: ул. 25 Октября, 19 (для телеграмм — Москва, Литгазета}. Телефоны: секретариат — К 5- 10-40, отделы: литературы и искусства — К 4-76-02 внутоеннай за. . Kae
	4- м -02, внутренней жизни — K 3-37-34,
4-
	международной жизни — К 4-64-61, науки и техники — К 4-60 -02, ннформации — К 3-19-30, отдел писем —К 0-62-91, издательство — К
	Типография имени И. И. Скворцова*Степанова, Москва, Пушкинская площадь,