В Солюзе совежшских зисателей СССР УЯанр литературного портрета Комиссия по теории литературы и крит ке ССП обсудила монографические очерки о творчестве советских писателей, напеца. танные в толстых журналах в 1947— 1948 гг. Статьи полобного Рода — литературные» портреты — молжны дать читателю ярко представление об илейном облике писатели, раскрыть своеобразие ‘его дарования, ва. ee Fo ee ИУ 3 #. рисовать его творческий путь. Серия таких статей позволит накопить материалы дл создания истории советской литературы, до сих ‘пор еще не написанной, Однако опубликованные — литературные портреты еще не удовлетворяют требова. ниям, пред’являемым к этому жанру, Докладчик Л. Скорино говорила о сер. езных недостатках статей С. Васильева о В. Лебедеве-Кумаче («Октябрь» № 1947 г.), Н. Павлович © М. _Исаковско (<«Октябрь» № 2, 1947 г.), Г. Колесников о В. Бахметьеве («Октябрь» № 3, 1947 г. По мнению докладчика, статьи поверхнох. ны, в них не раскрыта творческая Sporn. ция художника. Глубокая партийная харак. теристика идейного облика писателя полуе. нена эмпирическим описанием отдельных сторон его творчества. Более развернутые очерки К. Зелинскою об А. Фадееве («Новый мир» № 2. 1947 1) Б. Брайниной o Федине («Новый map № 10, 1947 г.) интересны обилием факти. . ческого материала, часто совершенно ново, го, подробным и последовательным анали. зом творческой эволюции писателя. Одна. ко и в этих статьях есть существенный ke. достаток: в них не показано, как в борьбь с враждебными влияниями и течениям развивалось и крепло творчество советских писателей. К. Зелинский только скорого воркой упомянул об ошибках романа «Мо. лодая твардия» в части, изображающя большевиков. Положительно оценила Л. Скорино лить. ратурный портрет «А. М. Горький» И. Се гиевского («Октябрь» № 3, 1948 г.), жим воссоздающий творческий облик Горькогохудожника, публициста и общественного деятеля. 3. Кедрина подвергла резкой критик некоторые литературные портреты, написан ные в юбилейном духе и представляющие собой, по выражению докладчика, нечто среднее между некрологом и панегириком, Творческий путь писателя здесь всячески выпрямляется и нивелируется, ошибки 1 художественные недостатки сглаживаются или попросту опускаются. Писатель пре вращается в некий идеал совершенстве Таковы статья И. Гринберга и Е. Добны об А. Прокофьеве («Звезда» № 9, 1947 г] и уже упоминавшийся очерк С. Васильем о В. Лебедеве-Кумаче. Даже серьезные литературно-критические статьи не свободны от влияния этих «юби лейных» традиций. Они частично проявились в очерках Б. Брайниной о К. Федине, В Щербины об А. Фадееве («Звезда» № 1 1947 г.), К. Зелинского о том же писатель В прениях по докладам приняли участ И. Лежнев, К. Зелинский, JI, Bate Г. Ленобль. Е. Ковальчик подчеркнула, ‘что моногр фические очерки должны’ прежде всем показывать, как плодотворное усвоение принципа партийности способствует идей. ному и художественному росту советски писателей, ee ВЫСТАВКА УКРАИНСКОИ ГРАФИКИ HA УРАЛЕ КИЕВ. (Наш корр.). Недавно большая выставка украинской графики направлена на Урал — в город Молотов. В выстави приняли участие лучшие мастера гравюры, офорта, питографии, рнсунха, представив шие свыше 150 своих работ. Материалы выставки показывают героический труд He рода Советской Украины, его знатных 2 дей и украинский пейзаж. Вторая выставка ‘украинской график успешно экспонировалась в Алма-Ата, ныне переведена в Тбилиси. Из зала Генеральной Ассамблеи Американский «демократический» образ жизни Херстовская газета «Дейли Мир” рор» 4 августа этого года выступила с очередной статьей, восхваляющей пресловутые американские свободы. Особенное внимание херстовские пи“ саки уделили молодому поколению. Они потребовали, чтобы юных американцев учили «американизму» И «демократическому образу жизни». Но здесь же, на соседней странице, газета, сама того не подозревая, дала уничтожающую документальную характеристику «американизма». Серия фотоснимков, один из которых мы сегодня публикуем, рассказывает о зверском подавлении забастовки на оптическом заводе «Юнивис ленс компани». Полуторатысячный отряд национальной гвардии со штыками ‚наперевес и пулеметами идет в атаку на рабочих, повинных только В том, что они не хотят голодать. Трулно подобрать более убедительное доказательство «преимуществ» американского образа Жизни, чем эти фотоснимки, пахнущие кровью простых людей Америки! ‚апев,ы американских атомщиков А. ТВАРДОВСКИЙ гиец Роллен, француз Рамадье ‘и англичанин Макнейл. Эта «тройка», взнузданная небезызвестным седоком в цилиндре, оттарцовала по заранее утвержденной программе. _ Назвавший себя «юным социалистом» Макнейл и бывалый социалист Рамадье сказали то, что было утодно американскому республиканцу Даллесу. Шумная и пустая речь Рамадье послужила об’ектом для карикатур во французских газетах. «ШЮОманите» изобразила его в костюме Тартарена из Тараскона, с которым остроумно сравнил французекого оратора А. Я. Вышинский. Оное лейбористское дарование—— Тектор Макнейл попытался жульничесви извратить решение Генеральной Ассамблеи от 24 января 1946 года, будто бы предусматривавшее, по его словам, тот пресловутый контроль по стадиям, ‚ который не без умыела стремятся протащить змериканские атомщики. Маневры американских атомщиков ра30- блачил в своих выступлениях 1 и 2 октября глава советской делегации A. A. Вышинекий. Он четко и ясно изложил нозицию СССР в атомном вопросе. Прежде и раньше всего нужно во всеуслышание запретить использование атомного оружия, как оружия агрессии и массового уничтожения людей. <...Без запрещения атомного оружия, — оказал А. Я. Вышинский, — всякие разговоры о ковтроле над использованием атомной энергии были бы лишь средством обмана народов, рассчитанного Ha то, чтобы служить дымовой завесой, ва которой скрывается от глаз народов гонка атомного вооружения». Что касается конт роля, то такой контроль безусловно необходим, «етрогий межлунаролный контроль», о котором еказал Генералиссимус И. В. Сталин в беседе с корреспондентом агентства Юнайтед Пресс Хью Бейли еще в 1946 толу. Советские предётавители в атомной комиссии также отстаивали необходимость ‘Такого контроля Hal атомной энергией, но они никогда не отрывали его от главного — от необходимости запретшения атомного оружия. Осудив, как неприемлемую, канадскую резолюцию, поддерживаемую проамериканским большинством, советская делегация внеела свой проект резолюции по довладам атомной комиссии. Советский проект предусматривает продолжение деятельности атомной компесии на основе тех решений, которые уже вынесены Генеральной Ассамблеей в 1946 году. В соответствии © этим Совет Безопасности и атомная комиссия должны подготовить проекты конвенций о запрещении атомного оружия и конвенции 06 установлении эффективного международного контроля нал атомной энергией. Эти конвенции должны быть подписаны и введены в действие одновременно. Советские предложения наносят новый удар по американской атомной дипломатан й TO жульнической пропаганде, которая пытается изобразить СССР в виде противника международного контроля. Прения ‘в политическом вомитете молходят к концу. Выступившие сегодня представители Канады. Филиппин, Сальзадора п Австралии в евоих речах назойливо пытались навязать американскую точиу зрения. Советская делегапия настаивает на необхолимости дальнейшего сотрудничества для разрешения атомной проблемы в миролюбивых пелях. Можно предеказать, что и на этот раз послушная маптина гол9гования проштемпелюет ту резолюцию, которая будет ей подложена. . Но механическими голосами нельзя заменить аргументы. Моральная победа будет на стероне совефской делегапии п всех тех, кому дорого дело мира ип международного сотрудничества. Г. ПЕТРОВ ПАРИЖ, 5 октября. (По телеграфу). >= <22-<2-222Ф->2$+2<=222>>©х+> тот? 4 Первым вопросом в политическом вомитете Генеральной Ассамблеи обсуждается проблема атомной энергии. Как известно, в соответствии с решениями Генеральной Ассамблеи от 24 января 1946 года, была создана комиссия для рассмотрения проблем; возникших в связи с открытием атомной энергии, и других связанных с этим вопросов. Главной задачей этой комиссии была подготовка мероприятий по исключению из наниональных вооружений атомного оружия и всех других основных видов вооружения, предназначенных для массового уничтожения. Комиссия по атомной энергии работала тридцать месяцев, провела многочисленные заседания, но не пришла к согласованным решениям. „Основная тенденция американских представителей, выраженная в так называемом плане Bapyxa; заключалась в том, что тлавное внимание обращалось на установление контроля над производством атомной энергии. Причем этот контроль мыслился по стадиям, а первой стадией устанавливалась добыча атомного сырья. Этот контроль основывался на грубом вмешательстве международного (читай—проамериканского) контрольного органа во внутренние дела и в экономическую жизнь любой страны. Смысл американского плана в том, чтобы обеспечить американским монополистам и милитаристеким кругам возможность блокировать всякое развитие атомной науки в других странах и сохранить как можно дольше свое превосходство в производстве атомного оружия, предназначенного для осущеетвления агрессивных, преступных замыслов. Прямым и неопровержимым доказательством коварной агрессивной политики американских реакционных кругов в атомном вопросе является их отказ от запрещения атомного оружия и из’ятия его из национальных вооружений. Всякий раз, когда советские представители в атомной комисвии припирали к стене американеких атомщиков, они меняли пластянку и начинали твердить о пресловутом баруховском контроле по стадиям, увиливая от тлавного-—от запрещения атомного оружия, без чего беспредметным становится сам контроль. Эту порочную линию американская дипломатия продолжает и на нынешней сёссии Генеральной Ассамблеи. Последние три дня прений в политичееком комитете свидетельствуют © том, чо американская дипломатия хочет продемонстрировать формальное одобрение ее атомной политики так называемым большинетвом Ассамблеи. В этому сводилась и прежняя тактика, когда, загнав в тупик атомную комиссию, представители США отказались искать действительных путей разрешения проблемы атомной энергии в интересах мира и безопасности, а настояли на передаче трех докладов комиссии на 0бсуждение Генеральной Ассамблеи. Первым оратором был вынущен в прошлую пятницу представитель «нейтральной» Каналы генерал Макнотон. Нисколько не стесняясь, канадский генерал назвал еретическими внесенные в свое время представителями СССР предложения 0 немедленном запрещении атомной бомбы и 05 уничтожении всех существующих запасов оружия в течение трех месяцев со дня заключения соответствующей конвенции. Вслед за тем Макнотон внес проект резолюпии, в которой воспроизводятся клеветнические утверждения американских атомщиков в позиции СССР и предлагается олобрить американский план, который изложен в докладах атомной комиссии и призван служить ширмой для новой гонки. атомного вооружения. Канадскую резолюцию немедленно ноддержал американский делегат Остин, a 3a HEM устремились, как по команде, бельоружия. всего передового и прогрессивного человечества». Сознание братской дружбы с советскими народами и любовь к великому вождю трудящихся всего мира находят яркое выражение в испанской литературе. Олин из лучших поэтов борющейся Acmaнии Педро Гарфиас так заканчивает свою поэму «Сталин»: ...В тебе одном Для нас. кто жить.не может без свободы, Грядущей справедливости залог! С испанцем Педро Гарфиасом перекликается чилиен Пабло Неруда, величайший поэт народов, говорящих на испанском языке. Его новая большая поэма «Пусть проснется лесоруб» снабжена характервым примечанием: «Написана в одной из местностей Америки в мае 1948 года». Иными. словами, Неруда написал ее в подполье, где он скрывается сейчас от преследований чилийского диктатора Виделы. «Пусть проснется лесоруб» — поэтический манифест, написанный с великолепным литературным мастерством, полный гражданского пафоса. В качестве «сына Америки» Неруда призывает народ США (символом его в поэме является соллат) не поддаваться на провокации поджигателей войны. Его гневный стих разит Маршалла, Ванденберга, Херста. Гонсалеса Виделу, Лутра. Он доказывает, какие неисчислимые бедствия принесет человечеству новая война, в которой заивтересованы только империалисты. В третьей части поэмы Неруда мыСленно переносится на Урал. On рисует светлую картину мирного строительства в Советском Союзе. Он видит и возрождающийся из руин великий город, которому он навсегда отдал свое сердце, —Сталинград. Поэт видит «комнаты в старом Времле. В них. живет человек, чье имя Иосиф Сталин. Поздно гаснет сзет в его комнате. Он неусыпно заботится 0 счастье своей родины, о счастье всего человечества». Поэма Пабло Неруды уже вопгла в 30л0- той фонд литературы испанского Сопро`тиваения. Это знаменательный факт. On сридетельствуег о том, что литература борющейся Испании вступила в новый И весьма важный этап своей истории. Теперь это уже не только литература сопротивления испанского народа, но и всех народов Латинской Америки, ведущих борьбу против фашистской уеакции. + Ф. КЕЛЬИН + Вергамина, и роман «Против ветра и Ге М 5. = прилива» Марии Тересы Леон, и поэмы Педро Гарфиаса, Рафаэля Альберти, Аттуро Серрано Нляхи, Лоренсо Варелы и лругих. Никаких компромиссов, борьба до победного конпа! — вот основная МЫСЛЬ peex этих произведений. Писатели борются вместе 60 659и\ героическим народом против мадридского тирана. Это приводит в. ярость «каудильо» и его иностранных хозяев. Они всячески пытаются убить в испанском народе и в писателях республиканекой Испании веру в целесообразность дальнейшей борьбы. Продажные писаки всех мастей по приказу Уолл-стрита и Сити дружно клевешут на испанскую освободительную войну, рисуя ее как «хаос». С особенным усердием они чернят и порочат образ испанца-героя, извращая смысл его революционного подвига. Но на подлое бормотанье присяжного клеветника лонлонского радио — Сальвадора де Мадариаги, на беспринцииность и лицемерие престарелого циника Хасинто Бенавенте, который в своей последней комедии «Отречение» выступил в качестве защитника позорнейшего сотлашательства, иередовая испанская литература отвечает пламенным призывом к сопротивлению. Ее героями в наши дни стали борцы за свободу и счастье испанского нарола — Криетино Тарсия, Мануэль Понте, Агустин Copua..s Новый положительный герой испанской. литературы, рожденный политической действительностью наших дней; смело идет на смерть во имя великой илеи, твердо верит в грялутую победу. Тибель repos рождает в писателе не бесплодные слезы, в активный, лейственный протест. В ‘noeme «Агустин Сороа» Хосе Эррера Петер6 призывает испанский народ не плакать, не отчаиваться, но отометить за пролитую кровь лучших сынов Испании. Героя народной Испании знают, 970 они не одиноки, что взоры Миллионов честных людей во всем мире обращены к ним © глубокой симпатией, и это придает им новые силы. Они помнят вещие слова товарища Сталина: «Освобождение Испании от гвета Фашистеких реакдионеров не ость частное лоло испанцев, & общее дело Нал франкистской «Голубой империей» нависла глухая, беспросветная ночь, ночь кровавых _ преступлений и смерти, ho вольнолюбивый испанский народ победить нельзя. «Испания не умерла!» — назвал свою новую позму талантливый поэт Антонио Апариено, год назад брошенный в тюрьму чилийским тираном Toncaлесом Виделой и лишь недавно вышедший на свободу. Безрадостную картину рисует Апариспо в начале поэмы: В Испании, как только ночь На землю ляжет, убивают Кого-нибудь в тюрьме, и стоны Несутся к звездам... А меж тем палач Спокойно спит... Кругом видны распятья, Клубится ладан, ярок блеск свечей... Убийца спит спокойно: он уверен — Ему помогут. Папа шлет из Рима Ему благословенье: «Убивай, Мой верный сын, кровавый каудильо»... Из Вашингтона человек, с лишом Г Холодным, как револьвер, позабытый На месте преступленья, подтверждает: «Да, убивай, ты можешь убивать, Кровавый каудильо»... Вашингтон Тебе заплатит. Папа даст свое Благословенье... Благородной кровью, Испанской кровью вся напоена Теперь земля. Стал черным камень... Голы, Века веков вам не удастся смыть, Стереть следы ужасных преступлений. Поэт: оплакивает бесчисленные жертвы испанского народа. Он вепоминает своего отца, «простого и доброго человека», умершего во франкистеком застенке, ‚ вопоминает Агустина Сороа и других героев испанского Сопротивления, замученных палачами Франко. Но в поэме Апарисио нет отчаяния. В одной из глав поэмы Апарисио прославляет подвиги испанских партизан. «Сердцем с вами я в горах, на холмах, — товорит поэт, — я чую бурю. Вот она уже близка. Вижу ваши я костры. Ерасным знаменем они вознеслись в небу...» Таков лейтмотив не только новой поэмы Апарисио, но всей передовой испанской литературы наших дней. 06 этом очень убедительно свидетельствует 4H цикл романов-репортажей о войне (1936— 1939 голы) крупного прозаика народной Испании Мануэля Д. Бенавидеса, скончавшегося в 1947 голу в Мексике, и партизанская повесть Хосе Эррера Петере, п статьи. пьесы, рассказы и стихи Сесара М. Арконады, и драмы Макса Ауба и Аосе содержания. Я попросил спеть какую-нибуль старинную песню, но и эта песня о турецком иге каким-то образом под конец обернулась к современности. Древняя фэрма выражения насущных нужд, дум и надежд народа органически служила выражению небывалого, нового политического сознания и была неразрывна с ним. Товарищи, я буду петь недолго, Но скажу точка в точку. Пусть подохнут завидующие нам, Те, которые были баллистами *. И все! те, кто предает свободу Й пружбу свободных народов, Как презренные Ранкович и Тито. Так как проклятие по адресу этих людей прозвучало в начале песни, то последующие строки уже как бы оставляли их в стороне. Да здравствует Энвер И все молодые силы, Все, кто верен ему! Сталин велик, как мир, Он — первый в политике, Песня имела успех, Селим Аасани был сам явно доволен ею и в дополнение к ней заявил на словах: — Я слишком хорошо понимаю политику Сталина, и теперь меня в политике не собъет ни Трумэн, ни Бевин, никто. Это было сказано так, как будто в задачу Трумэна или Бевина входило сбить в политике именно его лично, Селима Хасани. Безнадежность подобного намерения подчеркивалась хитрой и как бы сожалеюшей об этих политиках улыбкой незыблемого в своих взглядах человека. Я ‘поднялея было, чтобы выйти подышать, но тут Селим запел снова. Когда я был молод, Я был журналистом... Так именно перевел Фикари начало этой песни, и на лице у него самого было ‘нед>- умение, почти растерянность. — Я не знаю, что он хочет сказать: как он мот быть журналистом, —- ведь он неграмотный? Дальше в песне товорилось ‘о том, что Аасани писал статьи в газетах. разоблачал старшинству он считает себя обязанных убедиться, что гости хорошо устроены № ночь, и Только после этого попрощался ¢ нами. Вогда мы прощались и он взял мою 10° ку обеими своими сухощавыми руками 1 так держал ее, стоя передо мной и 38т14- дывая снизу вверх мне в лилпо, он показ зался мне много старше, чем прежде. 05. должно быть, порядочно устал, а ему ем нужно было итти на свой пост в Toke Песни отзвучали, праздник его закончился, и новое выражение старческой грусти Br делось теперь в его добрых, немного вост ленных глазах. Он держал мою руку № кивком пригласив Фикари к разговору спросил меня: — Ты в Москве вепомнишь меня хо. раз, или только здесь хвалил мои песни: Это была шутка, он и улыбнулся пи этих словах, но это была и просьба, 1 дружеский укор про запас. Я указал на мою книжечку, в которй весь вечер записывал, и сказал, что только буду помнить, но обязательно наши шу о нем в газету. Он усилил пожатие моей руки, ветряг пул ее: — Спасибо. Но ты пиши правду, ниче го не придумывай от себя для украшении правды.-—И велед затем глаза его оживе лись прежней лукавой пскоркой, и 04 ! профессиональной доверительностью пох мпгнуз мне, как бы товоря, 170 мы-т® мол, с тобой отлично знаем, как это ин раз делается... ы 1 Затем он одной рукой наклонил легоньй \. мою голову к себе, и мы приложились MI ; кои в щеке слева и справа. — Прощай. Живи долго. Утром его уже не было в числе пров жавших нас. Выпив по чашке кофе п 1 отрез отказавшись от завтрака, мы вые хали из Братай, чтобы, пользуясь утре! ней тенью в горах; к раннему полдню 1% пасть в Валону. — Он сочиняет песню для гостя. Песня эта показалась мне похожей по началу и характеру исполнения на все другие, а судя по тексту, записанному мной, предполагаю, что в нее вошли строки из каких-либо других песен, но в ней действительно были слова о госте, прибывшем из Москвы в Братай, расспрашивающем о нуждах людей, о жизни. Последующие строки были как бы ответом на вопросы гостя: У нае новый и свет и новая жизньВ наших сердцах мы имеем Энвера. Энвер пошел к Сталину и сказал: — Мой народ был рабом фашистской Черепахи*. Сказанное впереди уже исчерпывало этот мотив: народ сбросил иноземное иго и строит новую жизнь. Но память суровых, неравных боев не покидает сердце поэта: О. Албания многострадальная, Какая ты мужественная, В бой ты шла безоружной! врагов и призывал всех честных людей 00- роться за свободу и строить новую светлую жизнь. Не желая, видимо, прямо уличать певца в мистификации, Фикари сказал, что советский гость не совсем понял слова песни. Селим, похоже, только этого и ждал. — Разве это не правда, что я был бы журналистом при моем понимании политиRH, OVAL SH только грамотным и помоложе годами? Я не умею передать словесный ход этого шуточного приема, употребленного Селимом, но там он вызвал веселый смех и характерное причмокивание языком-—знак похвалы удачному острому слову. Поэт сидел, удовлетворенно ухмыляясь и ревниво склонивиеись ухом в мою сторону, словно наблюлая за точностью русского перевода своих слов. Нащупав у порога свои ботинки, я вышел в открытые сени, называемые диваном. Из второй двери, выходящей на эту плошадку, бил красный, встревоживииай меня свет. Я заглянул туда. На полу комнаты дымились крупные красные головни большого костра, вокруг склонялиеь фигуры мужчин и женшин. На длинном леревянном вертеле, протянув во всю тлину передние и залние ножки, жарилась 6зранья тушка. Я сказал Фикари, вышедшему за мной следом. что если он знал 0б этой затее, то должен был помешать ей ведь это не от избытка, я же только что слышал, что в деревне очень мало овен. — 05 этом нечего говорить: мы здесь только. гости, —Фетрого сказал Фикари. Было уже далеко за полночь, когда подали этого барана, выставив на ковре низкий круглый столик. Бекир разлил беременый остаток вина из той же бутылки: досталось. может быть, монее. чем по олному глотку, HO провозглашение тоста и поднятие бокалов происходило с большой тотжественностью и соблюдением формы. Селим, закусив со всеми, отсел от стола и начал опять потихоньку раскачиваться. Вее перестали веть. — Он сочиняет новую песню. Селим, покачиваяев, шевелил губами и посматривал в м010 сторону с каким-то 0с9- Албанские запись 4. Песни Селима Хасани Беседа шла, подали кофе ‘в маленьких нарядных чашечках, дым от сигарет и трубок стоял над головами плотным слоем. Но все как будто собрание ждало чего-то. И я отметил про себя, что товарищ Бекир еше медлит достать припасенную им в эту дорогу бутылку вина. — Смерть фашизму! — Свобода народу! Наклоняясь, как бы от дыма, в незанятый правый угол комнаты прошел невысоКИЙ Старик, в какой-то ватной телогрейке и солдатской пилотке, пытливо и весело посматривающий в сторону гостя. Вее полнялись поздороваться со старшим в собрании. — (Селим Хасани;— представил его тот, кто до этого времени был старшим.—Пар-. тизан, дважды раненый, сейчас ему 68 лет. он сторожит деревенекую кукурузу от диких кабанов, поэтому он опоздал немного. — Ла еказал Селим. расправляя усы и поглаживая седую щетину на впалых щеках и сухом подбородке, —я уже ховольно стар. Таких стариков было только два в партизанах: я и еше один, он погиб в боях. Старая Береле лишилась мужа и сына. — Эту женшину,— добавил от себя переводчик.—вы видели при входе в Братай —она стояла © другой, помоложе, и курила. Когда сын ее был убит оккупантами, муж сказал: теперь моя очередь воевать. И ушел в отряд. — Это тот (Селим Хаеани— спросил я-—что еложил песню про Лазе Hypo? — Дэ, тот; но он еложил не одну песню; Он поэт; и ему принадлежат слова многих песен; что поют в Братай. „Старик сидел, как все; подвернув ноги патками пох себя, и, наклонив голову в См. «Литературную газету» №№ 18 и 79. «Литературная газета» выхедит два раза в неделю: по ередам в Бубботам. заношенной пилотке, с добродушным, енисходительным лукавством вслушивался, что о нем говорили. Бекир Юсуфова принес из машины бутылку, разлил коньяк 110 кофейным чашечкам и когда, после обстоятельного тоета, вее выпили, Селим откашлялея и п0смотрел в сторону гостей. — Он будет петь. Он качнулея грудью в сидящим перел подбородком, как бы призывая всех изготовиться к песне, и, покачиваясь, запел. — Бевин и Цалдарие хотят поделить Албанию... — Я успел записать перевод этой первой строки и увериться, что речь илет именно о Бевине и Цалдарисе, а хор. еще тянул ее, повторяя в третий и, может быть, четвертый раз. H тут нужно было смотреть на лица поющих. — Бевин и Цалдарие хотят поделить Албанию... — Лина при этом поеледовательно выражали и вопросительное недоумение. недоверие к самому факту полобного намерения и, затем, возмущение, ocкорбленноеть чувства и, наконеп, грозный протест. А липо Селима тем временем уже выражало некое хитрое торжество: пусть, мол, они собираются поделить Албанию, и еледующая строка уже прямо оправдывала это торжество. : — Мы имеем своих друзей — Россию и Сталина... — Й хор подхватил эти слова, сразу воодушевляясь их уверенностью, и вместе с уверенностью уже злесь была насмешка над врагом по поводу его просчета. — Что, мол, с’ел? — так можно было бы передать русскими словами смысл ЭТОЙ МИМИКИ. — А во главе у нас стоит партия, —— говорилось В заключитель чьи песне, и эта концовка звучала, КАБ CAOBA клятвы, здравипы и воинественного вы3088. Песна сменяла песню. и нового человека Konus петь, Селим Посмотрел на меня выжидательным взглядом, и Фикари, обменявшиеь с ним несколькими словами, сообщил мне’ — Поскольку он знает уже, что вы TOже поэт, он думает, что вы споете 4TO-HHбудь в ответ на-его песню. Скажите qTOнибудь. Я сказал, что, к сожалению, не умею слагать стихи так быстро, и Селим с ласковой недоверчивостью покачал головой, полагая, видимо, что я лишь из похвальHOH вежливости не желаю оспаривать первенство у него, старика. Ужин кончился, подали воду для мытья рук, и народ етал расходиться. Селим остался после всех; внимательно смотрел, как нам стелили постели, изредка делал какие-то замечания. Мне пояснили, что по * Так называли итальянцев, употреблявших черепах в пищу. Главный редактор В. ЕРМИЛОВ. Песня сменяла песню, и нового человека ——_—__— посматривал в мою сторону с кавим-то 069- Редакционная коллегия: Н. АТАРОВ, А. БАУЛИН, Б. ГОРБАТОВ, в них поражало обязательное наличие не* Баллисты — буржуазные националибым, обещающим выражением веселото А. КОРНЕЙЧУК, О. КУРГАНОВ, Л. ЛЕОНОВ, А. МАКАРОВ, посредственного политически актуального сты, присяужники оккупантов. озорства. М. МИТИН, Н. ПОГОДИН, А. ТВАРДОВСКИЙ, Л. ШАУМЯН. ee NN TL LL п A LL ЖЖ ионов мдм о а Адрес редакции в издательства: ул. 25 Октября, 19 (для телеграмм — Москва, Литгазета). Телефоны: секретариат — К 5- 10-40, отделы: литературы и искусства — К 4-76-02, внутренней жизни — K 3-37-34 международной жизни — К 4-64-61} sayka a Texauca — K 4-60-02, und cpmanua — K 3-19-30, orgea mucem —K 0-62-91, nanatensctpo— K 4-28-63. _ Типография имени И., И, Скворцова-Степанова, Москва, Пушкинская площадь, 5.