из ИНОСТРАННОЙ ПОЧТЫ ТРЕБУЮТСЯ ФАЛЬШИВКИ Французский журналист лепонж получил от редакции американского журнала «Лайф мэгэзин» следующее предложение: . «Гарантируем вам 10.000 франков за шесть фотографий, показывающих насильственные действия бастующих. За каждую напечатанную фотографию платим 100 долларов», В одном из последних номеров журнал «Лайф мэгэзин» посвятил пять’ страниц деголлевской пропаганде, изо всех сил стараясь доказать, что бастующие горняки избивают миролюбиво настроенных полицей: ских, почему-то вооруженных слезоточивыми бомбами и ‘резиновыми дубинками, Заказанные фогографии, видимо, понадобились американскому журналу для того, чтобы подтвердить распространяемую им деголлевскую клевету и «подкрепить» таким путем требование обуздать «мятежных» горняков, Теперь дело -за °Лепонжем, которому предстоит сфабриковать соответствующие фотофальшивки... С. МАКСИМОВ ПОДЖИГАТЕЛЬ ВОИНЫ НА СВОБОДЕ ром», только выполняет. недавние СТ ремные директивы» Таннера. Однако сам Таннер, по мыели финокой реакции и ee зарубежных вдохновителей, должен лучше справиться с поставленной нелегкой задачей, чем его. мавры, Так решили в англо-американових ‘столицах, и двери хельсинкской тюрьмы широко раснахнулись перед Таннером. Таннер взял линию далевого прицела Его досрочное освобождение — лишь первый этап к реабилитации всей его антисоветской политики. «В тюрьме я чувствовал себя прекрасно, 00 copecTh MOA чиета, я невиновен», ——декларировал. этот прямой виновник двух национальных Kaтастроф Финляндии. Ееть еще судьи В Финляндия. которые по’ сходной цене гоФинаяндекая реакция вновь обрела своего «фюрера»: Вяйне Альфред Таннер выпущен досрочно из тюрьмы. Финская. Фемида предупредительно пошла наветреuy крупнейшему военному преступнику Финляндии и «за примерное поведение» вернула ему. свободу. Таннер немедленно показал свой звериный оскал. В первой же беседе с журналистами он выразил св06 возмущение тем, что до сих пор еще существует демократическое движение в Финляндии и что представители его недавно еше входили даже в правительство, «Слава богу, теперь в этом отношении дела уже пошли ‘лучше, так как основа окрепла социал‘демократическая партия». Из понятной “скромности он умолчал о том, что именно в комфортабельной тюремной камере Таннера вырабатывались планы похода на демократические завозвалия финского Haрода. — ’ Таннер сразу заговорил ‘языком хозянна. Он знает, что внутренняя и иностранная реакция сегодня `060бенно нуждается в кем, в человеке, который на всех этапах истории Финляндии 3a последние двадцать пять лет толкал страну на путь кровавых авантюр и военных конфликтов. И теперь, когда ничему не научивпгиеся реакционеры чянут Финляндию в лоно американского империализма, опытный в Таких делах Таннер являетея для них «настоящим человеком на настоящем месте». — Кто лучше, чем этот прожженный социал-предатель, найдет общий язык с эрнеТАННЕР ВЫПУЩЕН ИЗ ТЮРЬМЫ Для того, чтобы дать полную картину американского литературного рынка, нужно хотя бы векользь упомянуть 0 книжных клубах и о том, что мы называем. «специализацией книг». В литературной жизни Америки книжные клубы играют значительную роль. Во многих штатах цены ‘на книги устанавливаются законом; клубы в обход этих ограничений раепространяют книги по почте среди своих членов. Книги в розничную продажу не пступают, и поэтому власти не могут регулировать их цену. Располагая возможностью продавать книги по удешевленным ценам и соблазняя читателей разного’ рода премиями, клубы успешно вербуют новых членов и могут таким образом извлекать огромные прибыли через свой обеспеченный «внутренний» рынок, не прибегая в розничной торговле. В Америке наечитывалось двенадцать таких клубов, но привлеченный выгодностью этого видз бизнеса монополистический капитал решил прибрать его к рукам. Так возникли два клуба-гиганта. Эти два гиганта — <«итературная гильдия» и клуб «Лучшей книги месяца». И, быть может, они-то и больше всего прилагают усилий к тому, чтобы пос4эдовательно разврашать американскую литературу. и заглушить в ней все талантли] вое`и передовое. Оба клуб» обращаются к так называемому «ереднему Raaccy>. Клуб «Лучшей книги месяца» — к верхушке этого класса, «Литературная гильДия» — к мелкой буржуазии. «Литердтурная гильдия», распространяющая ежемесячно свыше полумиллиона книг, внешРедакция «Литературной газеты» получила на-днях от известного американского писателя Говарда Фаста письмо и статью; которую мы сегодня публикуем. «Чосылаю вам статью, — пишет ‚ТГ. Фаст, — касающуюся некоторых стоPOH американской литературы и издательского дела. Мне кажется, она может представить интерес для ваших читателей и раз’яснит им некоторые сложные проблемы американской литературы и американского книжного рынка. «Я буду очень рад, если вы ее используете, Жду вестей oT Bac. Искренне ва Товард ФАСТЬ. Говард ФАСТ _ ® шительно утверждали, что тольго вниги, изданные для вооруженных сил, депали выносимой их жизнь; довольно часто оказывалось, что до вступления в армию эти парни вообще никогда не читали никаких книг. Я видел солдат, читавших в наихудших из возможных условий, и `060- бенно хорошо запомнил одного, который ныталея читать Марка Твэна, пользуясь зажигалкой вместо лампы. Важдый, кто имел связь с нашими войсками, вопомнит, с какой жадностью и с каким удовольствием поглошалиеь эти книги. Раз и навсегда мы убедились в лживости буржуазной легенды о низком вкусе массового читателя. . ( окончанием войны издание книг для вооруженных сил прекратилось и, нримеврдешевые переиздания, изменили свои требования к литературе. Вавк прямой результат влияния антифопиетекой коалиции, уровень литературы поднялся на какой-то короткий период, и тогда произведения нвкоторых американеких прогрессивных: писателей—в том. числе и мои. книги—рзс‘ходились в миллионах экземпляров. В послевоенной обстановке: было покончено © подобными ‘экспериментами в отношении демократической культуры, и дело. дошло до того; что общий уровень издаваемых BHU стал еще ниже, чем был до войны. Сегодня новые. книги недоступны широким ` массам американского народа, а дешевые” повторные издания не имеют больше никакого отношения К литературе. Цена романа колеблется в пределах между 2,15 и 4 долларами; если бы хорошие ромены даже и не тонули в потоке хлама, они по ‘своей цене были. бы недоступны массам. А` бесплатные библиотеки поставлены в такие условия. что для того. чтобы как-нибудь просуществовать они вынуждены Kak можно. меньше тратить Ha приобретение новой литературы. Издатели утверждают, что в Америке около двенадцати тысяч общественных библиотек; это само по себе прискорбно малое количество, но даже наиболее разрекламированные книги эти библиотеки получают из расчета один экземпляр на десять-пятнадцать библиотек, а что до поэзии, то здесь один экземпляр прихоKUTCH на пятьдесят-шестьдесят библио: тек. У критиков и историков литературы ноложение, пожалуй, наиболее плачевнов. Профессия литературоведа расематривается в Америке как нечто безнадежно уетаревшее, и если литературно-критическая ‘книга разошлась, например, в количестве двух-трех тысяч экземпляров; ‘то это уже‘ считается большим ‘успехом. Такие ЕНИГИ He MOFYT рассчитывать на персиз‚ВИЧ: 3a ничтожную мзду буржуазный ‚литератор сплошь и рядом продает свою ‘душу и тело правящему классу. _ Что же тогда представляют так называемые «бест-селлеры» («ходкие книги»)? Верно, что в Америке писатель может стать богаче, чем в любой другой стране, Но TO He самое может случиться с удачливым игроком, — ив том и в другом случае творческие сповобности играют ‘еа-. мую ничтожную роль. Американские «бест-селлеры» приносят много денег; но в большинстве случаев доход OT книги определяется ее высокой ценой, а не массовостью тиража. Например, роман, который разошелся в количестве пятидесяти тысяч экземпляров, легко займет одно из первых мест в списке «бест-селлеров»; только единипы из тысяч ежегодно изхаваемых книг расходятся в таком количестве. Если. продажная цена книги три доллара, то доход от пятидесяти тысяч экземпляров составит CTO пятьдесят тысяч долларов. Если автор удачлив и получит. гонорар в размере 15 процентов, его‘ до‘ход от книги равен 22500 долларов. Но для среднего писателя такие заработки так женереальны, как доходы миллионера для любого из его рабочих. Помимо ‘всего; нятьдесят тысяч: экзем-. пляров при населении в сто сорок ‘милионов — невероятно мало. «Америкен ревью’ оф Совьет Юнион» в мартовском номере за этот год приводит етатистические данные: о советевих книгах. Мы узнаем, что советский ° писатель Александр Фадеев написал недавно роман, который за короткий ° срок разошелея в двадцати пяти изданиях общим тиражом в миллион сто шестьдесят тыеяч экземпаяров. «Тихий Дон» Шолохова издавался сто двадцать восемь ‹раз всего в количестве около шести. миллионов экземпляров. Вов-кому такие пифры могут показаться исключительными. He тогда обратимся к творчеству малоизвестного в США грузинexoro классика Шота Руставели и обнаруЖим, что его книга. насчитывающая со‚рок пять изданий, имеет общий тираж Говыше полумиллиона экземпляров. ‚ В настоящий момент в. Америке, наСколько я мог установить, только. один из романов Стендаля — «Пармекий - мэнастырь» — издан «Модерн Лайбрери» и имеется в продаже; в год расходится несколько тысяч экземпляров этой книги. А в СССР почти миллион экземпляров фактически всех сочинений Стендаля ра: зошелся за последние три десятилетия. Романы Бальзака в Америке имеются только у коллекционеров, почти ни однго йз них нет в продаже, Между тем в (5- ветеком Союзе свыше лвух миллионов экземпляров произведений Бальзака распродано за тридцать лет. Несколько книг американеких классиков, таких, как Драйзер, Норрие, Лондон, Уитман, Готорн, Эмергон, Торо, Мельвиль и palin, имеющиеся в продаже, раехолятся в США в сотнях, caмое большее в тысячах экземнляров. А тиражи изданий русских ‘клабеиков в. СССР выражаются цифрами в десятки миллиоHOR. Я привел эти пифры для того, чтобы подчеркнуть. 910 в действительности аМриканский «бест-селлер» является «ходKOH кНИГОЙ» ТОЛЬКО В самом провиндналтВ короткой статье невозможно дать. полпый или хотя бы обстоятельный 00300 текущей американской литературы и евязанных с нею проблем; я затрону здесь лишь. несколько вопросов, Которые, как мне кажется, представят интерес для чи‘тателей вашей страны, желающих разобраться ‘в странном явлении, именуемом «змериканекая культура». Я расскажу, тлавным образом, о тех, кто читает книги в Америке, Говорить о сегодняшней американской литературе, имея в виду только писателей, значит впасть в ошибку, свойственную всем буржуазным критикам. Они интересуются только теми, кто пишет, и поэтому не уделяют внимания тем, вто читает, — пли, вернее, тем, кому доступна книга, а В этом ведь основная проблема нашей: лио а проблема. . Приведу пример. Моя ‘книга’ «Вларктон» недавно была опубликована в’ Толландии. Издатели просили меня извинить их за 10, что они выпустили. роман только десятитысячным тиражом в первом издании, хотя. та же книга в ee первоначальном американском издании вышла лишь в количестве пяти тысяч экземпляров. Голландия ~~ маленькая страна, население ее невелико, и, как известно, ее политика He отличается 0с0б0й прогрессивностью; но, видимо, значительная часть ве жителей читает новые книги. . Ч зе происходит в Америке? Ночему она так скупа в отношении литературы? Вообще говоря, наш народ нё читает, 8 те, кто читают, и притом довольно мпого, — не читают хороших книг. Происходит это не по злой воле нашего народа. Американцы грамотны: они’ любят читать: предоставьте им только ‹ такую возможность, и они с увлечением будут читать лучшее из того, что когда-либо было написано, — я берусь это хоказать. Но теперь их лишают такой возмозЕноСти, Американский народ является первой’ Жертвой «культурных обезьян» — хозяев Напгих отечественных трестов; наша культура в первую очередь пострадала от чуловишного и циничного плана америванских монополистов, направленного ‘на снижение уровня и разрушение культуры всех_ народов. Обратимся для начала в некоторым общим статистическим данным, касающимея прежде веего хухожественной литературы, Сезодня, к концу издательского сезона 1948 года, средний тираж романа в США меньше пяти тысяч экземнляров. Средняя цена новой книги — три доллара. Внига стихов расходится в среднем в количеетве меньше четырехсот экземпляров, и большинство американских издателей исходит Из Этого факта в своей торговой политихе и вовсе не издает поэзию. Средний тираж сборника рассказов — менее трех тысяч экземпляров, Издательские статистики в большинетве случаев называют одну. общую цифру первых и последующих изданий, что; конечно, не дает верной картины, потому 90 в основе самого процесса переиздапия —вв Америке это большой бизнее — лежит куге на снижение уровня культу-. ры, о котором я уже говорил. Например, сплошь дрянные, бесчеловечные «романы тайн». Эрла Стэнли Гарднера, халтурные, неряшливо написанные. истории 06 youilствах выпускаются миллионными тяражами в 25-центовом издании, так жеокак и те романы Эрекина Колдуэлла, которые носят явно порнографический характер. Книги Макса Бренда, плодовитого автсра ничтожных и обычно изуверских«Западных рассказов», расходятся в миллионах экземпляров, равно как и отвратительно ’написанные и дурацки построенные рома-. ны Эллери Вуина 06 убийствах. Вниги подобного рола — тайны, убийства и вея-, ческая порнография — фактически coставляют главную продукцию колоссаль-. ного преднриятия по. выпуску 25-цевтовых переизданий в Америке. . Правда, в начале войны, Borda демократия завоевала крепкие позиции, в_25- пентовой серии повторных изданий выпуекались и хорошие книги. Тогла был ocyществлен проект массовых изданий для вооружепных сил, единственный экеперимент в области демократической культуры, ставший возможным ‘лишь благодаря cyществованию в тот период антифашиетской коалиции. Столт. несколько * подроб-_ нее остановиться на этом опыте для того, чтобы раз и навсегда опровергнуть утверждения буржуазных критиков, будто BRyсы у широких народных мае? очень грубые и невзыскательные. На принцип 0бслужиавания «вульгарных вкусов’ масс» официально ссылаются, когда хотят” 06’яе-> нить, что происходит в американской литературе: в этом об’яснении содержится так же мало правды, как и во всех других тактичееких приемах правящего класса. Проект изданий для вооруженных сил ‘отвечал потребности дать книгу карманного формата людям, находящимся в арmun. Подобно многим мероприятиям военного времени, он был осуществлен в спешке, ‘и одному человеку была дана почти диктаторская власть в отборе и выпуске nour, BR счастью, это оказалея человек с отличным литературным ‘вкусом и больWane познаниями, Он собрал общирпую H разнообразную библиотеку, в. которую вошли многие лучитие и наиболее увлэкательные произведения мировой литературы, эти книги были изданы и распростра‘нялиеь среди армии в десятках миллионов экземпляров. У нае ееть множество свидетзльетв TOTO, какой горячий прием их ожидал. и с какой жадностью их читали. Тячно я беселовал на фронтах по TY eToтовы обелить политику PHTACPOBCROTO ———Ф———= союзника. Н бы) а Виа 24 ФАКТЫ БЕЗ НОММЕНТАРИЕВ сентября 1943 года. Несмотря Ha ato, . о КРИК ДУШИ военный. ‘Dp естунник . Таннер ‚ прекрасно рат Книги . некоторых _латино-американских ew ee pees a ‘писателей, в частности. широко известного колумбийского писателя Варгас Вила, автора более ‘пятидесяти произведений, ‹ за» канчиваются обычно следующим стандарт: ным обращением: Е «Читатель! Если тебе понравилась. эта. книга, не одалживай ее, ибо за полученное удовольствие ты заплатишь мне злом, лишая меня покупателей. Е р Одалживая книгу, ты наносишь большой материальный ‘ущерб’ писателю, который получает гонорар с каждого проданного экземпляра». ГАЗЕТЫ-РАКЕТИРЫ Под эгидой генерала Макартура. в_Японии получили широкое распространение специфические издания. Это — газеты, которые специализируются на’ публикации ‘порнографических произведений и на всевозможных вымогательствах. В г. НиигаTa, например, ‘владельцы ‘такой ‘газеты, набрав статью: об интимной стороне жизни одной замужней женщины, пред’явили гранки ее семье и угрожали напечатать этот материал в газете, если им не будет выплачена определенная сумма gener, Таким путем газете удалось получить от этой семьи двадцать‘ тысяч иен, Газета «Асахи» сообщает, что только в 26 префектурах Японии издается 528 таких газет. ФВ Италии из общего количества 9 миллионов крестьян около. 4 миллионов почти не имеют земли. Два’ миллиона крестьян вынуждены полгода работать на чужой земле, чтобы как-нибудь прокормиться. ФНа премии и награды офицерам армии франкистской Испании по бюджету этэго года ассигновано 96 миллионов пезет, Эта сумма почти в два ‘с половиной раза ‹превышает средства; отпущенные на библиотеки. колониальный в0прос, Kak империалиетический или военный, но смотрел на него только, как на вопрос хозяйственный... Я неоднократно пыталея сильнее замнтересовать Гитлера колониальной проблеMOH...» ‚За этими HeEBURELINA признаниями следуют факты: «Летом 1936 года мне, наконец, удалось уговорить Гитлера послать меня в Париж с заданием начать переговоры с французским правительством © возвращении Германии одной из наших прежних колоний... По договоренности в Гитлером я отиравилса в длительную заграничную поездку. В начале марта 1939 года я покинул Германию, чтобы уехать на несколько месяцев в Британскую ИЙндию и Бирму в качестве... обыкновенного туриста». Здесь шпион‘ под, видом турибта, изображая из себя ценителя «религии индусов», активно‘ налаживал фашистокую разведывательную деятельность. Далее: «В начале: 1940 года я предложил Гитлеру направить ` меня в Создиненные Штаты, где я должен был попытаться удержать Америку от .ветупления в в0йну». : Этн циничные признания Шахта’ лишний раз подчеркивают его тесную связь в преетунной гитлеровской кликой. Шяхт и сейчас полностью стоит на Фашиястеких позициях, рассматривая’ фаизм, как «немецкую идеологию», что не мешает вму всячески расхваливать своих америкачеких хозяев иагрессию доллата. Внига Шахта интересна еше и тем, что звтор ее откровенно раскрывает свон связи с международной `империалистической реакцией, Характерен содержащийся в ней перечень его друзей: Упнетон Черчилль, Гувер, Леон Блюм, в действиях готорых он «ветречал самым отрадным образом полное понимание». Еще летом 1941. года, пишет Шахт, одйн из американових представителей в Берлине с00бнрил ему, что в Америке ‘рассчитывают па него «после войны, как на неопороченног человека». Вот она где— разгадка удачливой судьбы Шахта, ушедшего от справедливого возмездия и строчащего ‘теперь гимны в честь старого — гитлеровгкоо. — и нового — бизонального 6зшизма. . ° сина Так через три года после того, как гитлеризм потерпел полное военное поражение, под эгидой англо-американских оккупантов снова откровенно и нагло проповедуется фашизм. Книжка. Шахта пропигаза военно-реванттистекими ИДЕЯМИ. В поелелдней главе ПЧахт, в унисон своему другу Черчиллю, агитирует против «опаености ¢ востока» и призывает в агресепи ес запаqa. Но как бы ни возвеличивали. Шахта его англо-американские хозя”ва, он все же навсегда останется зловещей тенью’ промлого, Не удастся оживить этот политический труп! ° ЙЕ В Е оО ВЕ тов, Л, ЛЕОНОВ, А. МАКАРОВ, А. ТВАРДОВСКИЙ, Л. ШАУМЯН. бя чувствовал в тюрьме. He потому ли, что его ‘ад’ютанты из руководетва социалдемократической партии хорошо. усвоили этот «лозунг» и пышными, но неиовренними фразами 0’ дружбе с СССР только прикрывали и прикрывают’ свой сговор с поджитгателями войны В Вашингтоне и Лондоне?! Союз в фашистской Терманией, ненависеть к СССР, ‘ставка на развязывание агрессивными кругами США. и Англии войны против СССР — такова несложная политическая «программа» Таннера в недавнем прошлом. Он требует’ ее реабилитации в настоящем, чтобы опять взять знтисоветокий курс в политике Финлянkau. Появление Таннера на политической арене фактически означало бы полный И открытый отход Финлянлии от того поелевоенного курса. который обеспечил стране. внутренний мир и внешнеполитическую стабилизацию. Но путь Таннера и его подручных из среды правой социал-демократии н «двадцати семейств» не является путем финской демократии. Таннерам, Фагерхольмам и Хаккила не удастся удушить демократические стремления финского народа. Финский народ, умудренный опытом двух войн, испытывает презрение и ненависть к тем, кто торговал родиной и готов был всегда отдать «взаймы» финскую территорию для нападения Ha СССР. Финский народ не потерпит, чтобы Таннер и его сторонники ввергли страну в пучину новых бедствий. Таннер освобожден финлаяндекой реакцией и ее ставленниками в судейских тогах, но он и вго’ антисоветская политика безоговорочно осуждены историей a финским народом. ВИА ИИА АТИЕААИИ обратились 8 бегство демократические политики, — я взял на себя», Итак, Шахт пренахально утверждает, что именно. ‘он в качестве «заместителя демократических политиков» пыталея «умерить» гитлеризм с: помошью «открытой» Санковекой оппозиции. Трудно придумать ложь более ‘наглую и более нелепую! Однако попытка Шахта изобразить немецкую демократию, как полностью обанкротившуюся перед лицом гитлеризма, а себя ` самого, как главную пружину антифаптистевой борьбы в Германии, весьма характерна и полностью наруку его нывнешним хозяевам. Вель это именно они, впротивовесе подлинной немецкой демократии, 00 праву гордящейся _ героической борьбой Эрнста Тельмана, Эдгара Андрэ, Эрнеста Зефкова, Арвида Харнака и сотен и тысяч самоотверженных сынов неменкого рабочего. класса, с честью павших в неравной схватке с фашизмом, стараются раздуть лживую легенду о «всенародном характере» — генеральеко-фабрикантеко-поHOBCKOTO заговора против Гитлера, изобраmaa Шахта дупюй этого несостоявшегося «дворцового переворота». На протяжении ряда страниц евоей книги Ялмар Шахт всячески прихорашивается, не щадя красок для изображения своих мнимых антифашистеких подвигов. Щахт, например, утверждает, что он был связан со многими заговорщиками 20 июля 1944 roga. Но кто эти сподважникя Шахта? Вот они: прусекие милитаристы-— генералы Виплебен, Гальдер, Томас, международно известные шпионы Гизевиуе a Канарие, генерал Линдеман — душитель Македонии и командующий 18-й армией, державшей в преступной блокаде героический Ленинград. «Душой» их заговора навывает. себя Шахт. Что ж, быть может, они В самом деле вместе с ними мечтал 0’ спасении немецкого фашизма. путем устранения Гитлера. Но все. же `характерHo, D0, хотя многие из: них после проваЛа заговора окончили свой путь в’ застенках гестапо, © презренной: головы их. соучастника Шахта не’ упал ни’ один воло0е. Версия о Шахте, как о «моторе внутригерманского сопротивления», нужна ‘современным хозяевам Бизонии для того, чтобы реабилитировать Шахта, «иеправить» его безнадежно грязную репутацию й Таким путем вернуть к политической деятельности этого гитлеровского подручHoro. Сам Шахт неожиданно сообщает факты, решительно идущие вразрез е версией о ero’ «антигитлеровской борьбе». Co crpaНИЦ 610 КНИГИ Часто выглядывает подлинная физиономия автора — хищная п злобная морда империалиста и’ фашнетского иона. Это он вынашивал фашиетские планы колониальной экспансии, 0 которых теперь пишет с милой «наивностью» вегетарианца: «Я никогда не рассматривал Главный редактор В. ЕРМИЛОВ. Редакционная коллегия: Н*А не более или менее аполитична, нэ KIYO «Лучшей книги месяца», у которого подписчиков несколько меньше, занимает последовательную антисоветскую, антикоммунистическую и антигуманиетическую нозицию. «Литературная гильдия» специализируется на убого написанных ничтояных исторических и современных романах, которые не имеют никакого отношения к жизненной правде, зато охотно. емакуют любую порнографию. Влуб «Лучшей книги месяца» широко рекламирует книги небеллетристического жанра и в своих рекомендательных списках уделяет месте для любой антисоветской клеветы. Такова в вамых общих чертах картина сегодняшнего американского книжного бизнеса. Однако, говоря о ней, нельзя пройти мимо весьма существенного обстоятельства. Я имею в виду довольно большую и все растущую аудиторию читателей, политически группируются вокруг коммунистической и прогрессивной партий. Если бы не было этих групп и этих полмтичаских сил, сеголня не было бы скольконибудь достойной внимания американской литературы. Любопытный факт: как показывают которые финских социал-демократов Вяйне ХаккиВому, как не Таннеру, долголетнему . генеральному — директору «Эланто», представители , американского «Международного банка реконструкции и развития» могут доверить маршаллизацию Финляндии? И разве не Таннер 2 августа 1942 года торжественно заявил перед директорами крупнейшего концерна Энсо, что никогда не будет возврата к политике дружбы е СССР? Для поджигателей войны из Вашингтона и Лондона, для новых заокеанских гаулейтеров ‘Европы — Аверелла Гарримана-и Науля` Гофмана, gaa наемных писак из американизированных газет Стокгольма Таннер ‘является той фигурой, которая, как они надеются, способна теперь дать финской политике ее так называемое «традиционное направление»: стать цепной собакой западного империализма против СССР. Председатель парламентской стом Бевином? фракции ла, обсуждавший недавно с Черчиллем в Лечдоне проблему ‘присоединения Финлянди к «об’единенной Европе», является лишь ‘тенью Таннера. Премьер-министр Фагерхольм, поддерживающий через скандинавеких правых социалистов негласный данные обелелований, главную аузлиторию политический контакт © «западным мМиА. ДЫМШИЦН читателей романов составляют американские женщины из «ереднего класса», 40- торые так подвержены болезни своего класса — тоске и разочарованности. Мужчины, принадлежащие к американскому > «среднему классу», по большей части В Западной Германии, в Гамбурге и совсем не читают книг. В общем. помо a fhrannawepauwa surqnauang совсем не читают книг, Db оэщем, помимо j Штуттгарте, с благоеловения англо-америпрогрессивных и университетских кругов, канских оккупационных властей, по обВ Америке читают книги только наиболее а mona an 5 аАмМерицох 11498): вии Ша воноолез сознательные представители‘ рабочего класба ] Е щелоступной цене (1 марка), таражом в 350 тысяч экземпляров, вышла в свет очередная бизональная «массовая книта». Она называется «Расчет с Гитлером». Ее автор — небезызвестный фашистский военный преступник ° «доктор». Ялмар Шахт. Существует лишь одно исключение — «снециализированные КНИГИ», чистый продукт американского «ереднего класса», который покупается и читается «ередними американцами». «Специализированные книги» составляют общирнейший о раздел в современном американском издательском деле, и некоторые фирмы существуют почти исключительно за счет подобной гродукнии. Во всех этих книгах водержится довольно вульгарная и откровенная попытка внушить надежду и веру людям, воторые не могут обрести ни веры, ни надежлы в нынептнем образе своего существования. Эти книги говорят читателю, как’ сохранить душевное равновесие, как приобретать друзей, как бороться е бессонницей, как отдыхать. как избавиться от страха смерти, как любить, как найти путь к религии. Так, например. в своем Ллмар Шахт, одна из сзмых мрачных фигур, выдвинутых на политическую арену немецким империализмем,—еще недавно подсудимый на Мюрнбергеком пропессе, обвиняемый в чудовищных преступлениях против человечества, — сейЧас По милости своих . покровителей вновь красуется в авангарде. западноевронейской реакции. . Его послевоенный «литературный дебют» нельзя расценивать иначе, како жеmane снова вернуться к политической зеятельности. ‘Книга Шахта «Расчет. © Гитлером» сама по себе является политическим актом. списке «бест-селлеров» _ (небеллетриетических) от 10 октября 1948 года газета «Нью-Йорк геральл трибюн» на первом месте помещает «Как забыть тревоги и начать жить по-новому» Дейла Карнеги, а на втором, — «Душевный, покой» Лжо-. шуа Лота Либмана. Ни одну из этих книг сейчас. наводнена «именитых» фашиМногие 13 этих ловко состряпанные фальшивки. Рядом ¢ полаинными мемуарами веймарского полятика. «Кровавого пса» Густава Носке на opaзападная Германия мемуарными книгами ств и профапгиетов. «произведений» не покупают рабочие, которые, повидимому, не нуждаются в том, чтобы забыть тревоги. . . Вроме этой больной и вырождающейся «литературной машины», капитализм поддерживает и тех, кто выступает под прикрытием фальшивой, насквозь лживой претензии на «авангардность». Они протаекивают ту же илеологию, которую «Литературная гильдия» поставляет читателю в самой примитивной обработке. Политйческое руководство этими агентами’ капитализма осуществляется через охвостье` разбитого вдребезги троцкизма: они находятся в вассальной зависимости у самых реакционных элементов правящего класса и финансовую поддержку получают из этоro же источника, В пределах нарисованной здесь картины лавках книжных матазинов ‘лежат AHповые «дневники» Геббельа и Евы Браун. «Расчет е Гитлером» резко отличается от всей этой продукции тем, что в книге Шахта в мемуарной форме ведетея откровенный и подлый разговор с ‘современностью. Это не столько мемуарная, сколько политически лекларативная литература. Перед нами гнусная фаптистекая книжка, «творение» матерого волка из стан гитлеровекого зверья, Ныне он из кожи вон лезет, чтобы доказать, будто он, Шахт, являлся главой антигитлеровекого движения в Германии в годы фашистекото твррора. Но за этими смешными и жалкими потугами скрывается нечто гораздо donee серьезное и симптоматичное: стремление при содействии англо-американских и нужно рассматривать американскую литереакционеров полностью реабилитировать. ратуру; вот в каких условиях вынужден немецкий фашизи. Гитлер плох, фашизм работать американский писатель. Не удихорош — такова несложная «мораль» вительно ли, что при таком положении в современной Америке все же появляются хорошие книги и находят. хотя и небольшую, но все растушую . аудиторию? Воистину, такой труд писателя принадлеламара Шахта. ‚Шахт был одним из заправил немецкой реакции, которые сыграли решающую роль в приходе Гитлера к власти. Шахт был титлеровским подручным втечение многих лет: президентом Рейхебанка, министром хозяйства. Теперь он пытается «докавать», что его сотрудничество е Гитлером являлось якобы неё чем иным, как «внутренС ЖИЗНЬЮ. Борьба писателя в ‘Америке отHAM сопротивлением». ныне цолжна проявляться Не тольк В «Сотютивление Рейхебанка, — заявлявыборе. материала ДЛЯ вНИГИ, on должен eT он без всякого юмора, — было единоыть заолна с теми прогрессивными клаесовыми вилами, ‘которые непосредетвенио выступают в его искусстве. Его сабетвенная Честность, как художника, зависит от того, насколько крепко он примкнул к этим силам. ственным, которое открыто позволило себе какое-либе учрежление». «..Я, — ropie-. ливо восклипает Шахт, — че был выжидающим. наблюдателем, но я всем своим существом ‘отдался попытке ввести гитлеТолько тот ‘писатель, который участвует в прогрессивном движении’ в сеготня!пней Америке, может ‘иметь крепкую связь ее ровекий режим в спокойный, тихий фарНЬЮ-ЙОРК. Ноябрь. ватер. Эту залачу, перед липом которой А. КОРНЕИЙЧУК, О. КУРГАНОВ, МИТИН, Н. ПОГОДИН, рону овеана с десятками солдат, воторые ном смысле этого елова. «Литературная газета» выходит два. раза в нелелю: ‘по: ефедам’ и субботам. - ` Адрес - ей и Г издатезьстват ул. 25 Октября, 19° (для телеграмм — Москва; Литгазета). Телефоны: те Bd A отделы: ры . “3 S19 - : международно „жизни — К 4-64-61] науки и техники — К 4-60-02, информации = отдел писем — К Типография имени И. И. Скворцова-Степанова, Москва, Пушкинская площадь, 5. а. искусства — К. 4 76-02, внутренней Жизни — K 3-37-34, Б — 04205, 02-91, издательство