’ Выставка достижении
новаторов производства
	ВУДАПЕШТ. Когда Гонда Йожеф, токарь
вагоностроительного завода «Гани», пустия
‘станок, большая группа рабочих, окружав­тая его, была поражена. Установленная
на станке деталь обтачивалась со скоро­етью, никогда еще не виданной на венгер­ских предприятиях. Токарь  демонетри­ровал советский метод скоростного
резания металлов, & станок был  установ­лен на выставке достижений  новаторов
производства демократической Венгрии.

Эта выставка, открывшаяся в Будалет­те 8 октября,— знаменательное явление
в новой Венгрии. Она убедительно показы­вает, как меняется отношение к труду, На
выставке  экопонировано две тысячи  изо­бретений и рационализаторских предложе­ний. Здесь можно увидеть людей самых
различных профессий из многих городов
Венгрии. Они приезжают сюда, чтобы изу­чить опыт новаторов, -

Посетители выставки узнают о том, что
токарь Йожеф Кэкень из Озда внес 17 ра­‘пионализатореких. предложений, а. новатор­ство слесаря Гергеля Хорвата дает годовую
экономию в 42 тысячи форинтов. Новатор­ское движение’ на заводе МАВАГ. принесло
экономию в 4 миллиона 300 тысяч форин­тов. За семь месяцев этого гоха трудящи­мися Венгрии было внесено 30 тысяч но­ваторских предложений, реализация кото­рых дает свыше 150 миллионов форинтов
экономии в год. Внедрение советских’ мето­дов скоростного резания. Которые демон­стрировал на выставке Гонда Йожеф, толь­ко в металлообрабатывающей промышлен­ности даст стране экономию более чем в
100 миллионов форинтов в год.
	———+
		Предатель, дезертир, палач.
	®
в. СТОЯНОВИЧ
а
	Тито для собственного и дяди Сэма удо­вольствия. Речь идет об инспенировке так
называемого пятого с’езда компартии Юго­славии.  

„В день открытия с’езда на здании зме­риканского посольства в Белграде был под­HAT огромный. полосатый флаг. е белыми.
	звездами. Предатели Вардель, Джилае, Ран­кович, Видрич прочли доклады, В прениях
выступили  разоблаченные, будапештеким
процессом платные агенты американской
разведки «Си-Ай-Си» — Беблер, Гошняк,
Стамболич, Маринко, Вукмановия, Масла­рич. Последний в своем раболепии догово­рился ло того, что, ничтоже сумняшеся,
открыл новую «науку» — титоизм. Наро­ды Югославии знают, что этот титоязм
несет им террор и голод, полную. реставра­пию капитализма, возвращение банков и
рудников финансистам, а земли — номещи­(’езд происходил в актовом зале воен­Bop Spats
	К трудящемуся народу, & миру, демовратии
и сопиализму.

У него разительное CXONCTBO в Герингом.
Это отмечают буквально все, даже друзья
Тито. Когла он появляется в кинохронике
на Экранах, публика кричит: «Геринг!».
И действительно, он жаден и ненасытен,
как Геринг.

Тито захватил в свое личное пользова­ние вое королевские дворцы. Даже из двор­па в Милочере, ге в первые дни после
изгнания фашистских оккупантов был раз­мещен дом детей-сирот, он приказал выгнать
детей, хотя бывает там не больше одного
дня в оду. т

В листовке, которую я видел расклеен­ной на стенах домов в Белграде, подполь­ная группа патриотов приводит такой
факт: король трагил на содержание своего
двора 30 миллионов динар в месяц, а Тито
расходует на свою охрану й увеселения
вуда большую сумму.

Пять тысяч роелых гвардейцев выстраи­ваются на улицах, по которым он проезжа­ет в бронированной машине. Тито часто
	видят в сопровождении американской шпи-.
	онки Певицы эинки Вуни. Эта дама вышла
	ГЕРИНР 
	Рис. Бор, ЕФИМОВА _
	В Юшславии об’явлен правительствен­ный конкурсе на лучший портрет Тито.
Крупные денежные премии соблазняют
художников взяться за кисти. Но задолго
до конкурса народы Югославии общими
усилиями написали портрет этого прохо­димца, предателя и дезертира,  дорвавше­тося до власти. .

Часто на стенах югославских заводов
появляются нарисованные углем и мелом
удивительно меткие сатирические изобра­жения белградского подлеца. Запомнилея
рисунок на стене завода «Раде Кончар» в
Загребе: Уинстон Черчилль пускает мыль­ные пузыри; на одном пузыре, накрытом
маршальской фуражкой, было напиеано:
«Тито». Жандармы Ранковича упорно смы­вали рисунок, оно он неизменно возникал
вновь то на одной, то на другой стене
завода. Другая карикатура, которую я
видел на воротах одной текстильной фа­брики в Белграде, изображала Трумэна,
налувающего автомобильным насосом шар,
в котором нетрудно было узнать югоелав­ского диктатора, удерживающего влаеть
методами Гитлера и Гиммлера.

В стране из уст в уста передаются сот­ни едких крылатых словечек, беспощадно
высменвающих банду Тито. Диктатор on­рещен меткими кличками: «мыльный пу­зырь», «гангстер», «удав». —  .

Помнится, как не очень давно в бел­традском театре, переполненном министра­ми и. генералами, исполнялась  «Парти-.
занская рапсодия». Хористы, едва сдержи­ваясь, чтобы не расхохотатьея. пели:
	Друже Тито, любичица ‘бела,
Тебе волит омладина цела...

 
	В переводе на русский язык эм зна­чит; «Друг Тито, белая фиалка, тебя.
обожает вся молодежь». Во время испол­нения ралпсодии Тито сидел в своей ложе
в высоком золоченом, похожем на трон
кресле, которое за ним  повеюду возят.
Лишь он один во всем зале не понял злую
иронию песни. На другой день поеле кон­‹церта весь город повторял анекдот о силе
титовской биологической науки,  выра­стившей фиалку весом в 122 кило...

В Любляне мне рассказывали 9 десяти­летнем мальчике, который в школе на
уроке, когда был задан рисунок на вольную
тему. нарисовал тюремную камеру с аре­стантом и сделал надпись: «Мой папа».
Мальчика выгнали из школы. Школьник
зайцем приехал в Белград жаловаться еа­мому Тито. Мальчика арестовали и бро­сили в Главиячу. Эта тюрьма была по­строена в центре города королем Алек­сандром специально для заточения комму­нистов. В свое время гестаповцы «модер­низировали» этот мрачный каземат, 00-
несли его стены колючей проволокой.
ЧВандармы Ранковича  «электрифинирова­ли» тюрьму по американскому образцу —
теперь арестованных пытают током вы­сокого напряжения. >

Люди, попавшие в Главнячу, исчезают,
как камни, брошенные в море. Шо вече­рам, когла закатывается солнне, из всех
камер тюрьмы доносится пение, заглушае­мое свирепыми выкриками жандармов, —
заключенные поют «Интернационал».

Джентльмены с Уолл-етрита не жалеют
долларов, чтобы  загримировать карлика
Тито под великана. Пишут в американских
газетах: он-де и полководеп, и «великий
государственный деятель». Ето oro­трафируют в анфас и профиль дла
«Лайфа» и снимают для вино. Но ora pe­клама не может обмануть народы, увидев­шие под сорванной личиной «сониалиета»
подлинную физиономию прожженного’ аген­та империализма, платного шпиона анг­лийской и американской разведок.

Люди, близко знавшие дезертира Тято в
тоды первой империалистической войны,
говорят, что он уже тогда  исповедывал
подленькую теорию, которая гласит: ‹а­мым лучшим местом для спасения жизни
‘является плен. Эту «теорию плена» Тито
усовершенствовал во время второй миро­вой войны — он вел переговоры © сдаче
на милость Гитлера, с условием, чтобы
немецкие фашисты позволили ему создать
свое правительство в Югославии.

В то же время Тито систематически
истреблял последовательных, преданных
родине борцов за счастье своего народа.
Устранение неугодных ему. людей Тито
поручил Ранковичу — человеку, начавше­му свою политическую карьеру с убийств.
Во время освободительной войны Ранкович
был председателем верховного трибунала и
перестрелял партизан больше, чем их пе­ребили немцы.  Расстреливал он 663
разбора — правых и виноватых— за Ma~-
лейшую провинность. Взял’ голодный
партизан у кулака кусок хлеба без
спроса — расстрел, отозвался — неодобри­тельно о Тито — расстрел. Это была един­ственная мера наказания.  

Сейчас доподлинно известно, что в
гибели героев Ивана Милутиновича ий Сав-.
вы Ковачевича виновен Тито.  Фалач.
истреблял партийные кадры, всегда под­ставляя под удар коммунистов.

Тито не стеснялся в выборе средетв,
чтобы обескровить партию, чтобы лишить
власти рабочий класс. С его благоглове­ния из Америки возвратились сотни так
называемых «политических эмигрантов».
Вее они выдавали себя за революционеров
и «мучеников», пострадавших в борьбе
против фашизма. А на деле большинство
из них оказалось агентами американского
империализма, четниками и  усташами,
которых Тито назначал на ответетвенные
посты.

Стовариваясь се гитлеровцами, истребляя
хоммуниетов, Тито с лакейской угодливо­стью выслуживалея перед англо-американ­цами, Булапештский процесс показал, ка­кие нити связывают белградекого Иуду с
англо-американпами.  Югославский  раз­ведчик Бранков, хорошо знающий своего
фюрера, заявил на процессе;

— Мне кажется, что американцы име­от в своих руках документы, компромети­рующие Тито и Ранковича в их старых
связях се полицией, и, пользуясь этим,
держат их в своих руках.

Англо-американский шпион подло пре­дал югославский народ. Тито перебежал в
империалистический лагерь. Измена, пре­дательотво и преклонение перед денежны“
ми мешками Уолл-стрита и Сити стали
его призванием.

Стоит вепомнить о фарсе, разыгранном

 
	_«/итературная газета» выходит два раза
	в неделю: по средам и субботам.
О
	вк  Зоелцкие перемены
	В течение двух войн китайские писа­тели находились в гуще народных масс,
работая и сражаясь бок о б0Б с теми, кто
должен был стать героями их будущих
произведений. Эти произведения уже по­являются, Они рассказывают о том, как
пробуждались творческие силы народных
масс. Китая, о новых ‘людях Витая, о том,
как они под. руковолетвом коммунистов
шли к победе. Повесть Чжао Шу-ли «Пе­ремены в Дицзячжуане» и ромав Дин Лин
«Солнце над рекой Сангань» принадлежат
к числу произведений, отражающих исто­рию победоносной борьбы китайского на­рода.

Чжаю Шу-ди — представитель младшего
поколения передовых китайских писателей.
Он лебютировал в годы войны в Японией
повестью «Женитьба Маленького Эр Хэя»
й вскоре приобрел популярность как автор
талантливых произведений из жизни ки­тайской деревни.

Место и время действия повести «Пере­мены в Дипзячжуане» указаны ‘точно.
Действие этой повести’ ‘развертывается
в одном › из ‘районов провинции Шаньси
на’ фоне бурных событий, происходив­wax © конца 20-х годово до › осени
1945 года, — героической борьбы китай­ского народа с внутренней и внешней ре­зкцией, междоусобной борьбы в лагере
китайских милитаристов, вторжения ядон­цев в Китай, успешных операций Восьмой
армии и, наконец, капитулядии Японии.
Но центральная тема повести — не эти ис­торические события, а именно перемены,
	которые произошли в течение пятнадцати
	с лишним лет в одной самой обычной ки­тайской деревушке, перемены в жизни
крестьян и в их сознании.   т
Герой повести Те-со был таким же за­битым, придавленным нуждой крестьяня­ном, как и батрак А-КВью. трагический
образ которого увековечил основоположник
новой китайской литературы Ay Синь.
А-Вью погиб, покорившись судьбе, ибо не
встретил никого, кто открыл бы ему гла­ga, RTO показал бы ему путь борьбы, путь
исправления  зж6отокой, ‘несправедливой
жизни. Те-со встретил такого человека —
коммуниста Маленького Чана—и узнал до­рогу в будущее. В повести описывается
путь, который проделали Те-се и ero
друзья, превращаясь из приниженных,
бесправных существ в людей. осознавших
свое достоинство. Идёйный рост крестьян
показан в их действиях. ‘Автор наглядно
поясняет события, составляющие истори­ческий фон повествования. Читатель ви­дит, как гоминдановцы срывали планы
единого антиялонского фронта, какую из­менническую политику OHH проводили,
счигая главным врагом не Японию, а
Восьмую армию, возглавляющую всенарод­ное сопротивление китайского народа аг­рессорам.
„Повесть заканчивается спеной праздно­вания победы нал. Японией. Но в разгар
праздника крестьяне узнают о вероломном
нападении  гоминдановнев.  Клика Чан
Кай-ши, субсидируемая и  вдохновленная
американцами, решила вернуть страну к
прошлому. Креестьянам угрожает возвраще­ние прежних угнетателей — сатрапа Янь
Си-шаня, чанкайшистеких головорезов и
помещиков. Те-со и друзья призывают
всех односельчан итти в Наролно-оевободи­тельную армию, чтобы отетоять Линзя­чжуан. «Они, что же, думают, что мы вое
те же, как и несколько лет назад? Ну,
нет! Мы уже не те!» Великие перемены
	произонля В Цицзячжуане. Крестьяне Te.
	перь знают, с кем и куда им итти: «Мы
завоевали нап! сегодняшний Лицзячжуан
своей собственной кровью и никому не от­дадим его больше на порутание!» Малень­кая деревушка в провинции Шаньеи ста­новится символом, обобщенным портретом
освобожденной китайской деревни.

Роман «Солнце нал рекой Сангань» яв­ляется как бы продолжением повести
Чжао Шу-ли. Автор романа, Дин Лин, —
вилднейшая писательница ‘нового Rurag.
	“Чжао Шу-ли, «Перемены в Лицзячжуане»,
перевод с китайского В. Криннова. Журнал
«Дальний Восток» № 2, 1949 год. .

дин Jinn, «Солнце над рекой Сантань»,
перевод с китайского Л. Позднеевой. Жур­нал «Знамя» №№ 5, 6, 1, 1949 гол. к
	Напуганный судьбой Poppecrona,
‘американский ‘журнал «Caine дайд­жест» в статье под заголовком «Боль­ные люди, правящие миром», предла­тает. «создать постоянный медицин­‘ский совет... чтобы вести наблюдение
над нашими переутомившимися и.
утратившими рассудок государствен­ными деятелями»,
	Когда от сумасшествия
Скончался Форрестол,

В итоге происшествия
Трагического столь...

В испуге и в истерике,

И порознь и гуртом

Врачи со всей Америки
Явились в «Белый домэ.

И ‘так сказали Трумэну:
«Достопочтенный сэр!

Мы в вашем доме думаем
Устроить диспансер!

Мы это быстро сделаем,

А то ведь дело в том,
Что вскоре вместо Белого,
Здесь будет Желтый дом!
Различные явления {
Бывают, например,

От. переутомления,
Достопочтенный cop!

И есть болезни многие,
Грозящие всерьез...
Психо-патология...
Психический невроз...
Простая психопатня...
Потом «восточный псих»...
(Последний дипломатии
Грозит сильней других).
Врачи у нас отличные,
Врачуют много лет

И манию величия,

И клепто... и преслед...»
От умственного бремени
Согнулся президент:

«A, может, преждевременно?.,
Не наступил момент?

Ведь есть у нас и атомы,
И доллары, и пыл...»
Однако психиатры
Сказали: «Наступил!»
«Давайте-ка, а ну-те-ка

С умом на этот. раз -
Рассмотрим-ка по пунктикам,
Что деется у вас?
Сознайтесь нам по правде-ка,
Скажите от души:
	Послв начала войны с Японией Дин дин
сразу же отправилась на фронт, она ABA­лась инициатором создания групп вУлЬ­турно-проеветительного обслуживания бой­пов и все годы войны находилась среди
них. В 1946 и 1947 годах она принима­ла участие в бригадах по проведению 36-
мельной реформы в освобожденных рай­онах северо-западного Китая.

_В романе «Солние над рекой Сангань»
писательница = художественно обобщает
свои наблюдения над преображающейся
китайской деревней. В романе рассказы­вается о том, как крестьяне деревни Теп­лые Волы проводят передел земли. Япо­ния побеждена, но война продолжается:
на фронте — с армиями гоминдана, в ты­лу — с помещиками и кулаками, которые
пускаются на любые уловки, лишь бы
уцелеть до прихода  гоминдановиев. Они
не теряют надежды на победу тех, кто вы­полняет волю американских  империали­CTOB.

Й есть еще один враг, борьба с кото­рым также требует больших усилий:
сильны пережитки старого в сознании кре­сетьян. Груз патриархальных традиций,
предрасеудков. страх перед бывшими угне­тателями еще владеют сознанием многих
крестьян. Надо заставить их преодолеть
все это, вдохнув в них веру в свои силы.

Но деревенские активисты еще не име­ют достаточного опыта. ‘Они проявляют
нерешительность в‘ момент, когда надо
смело поднять крестьян на борьбу с уце­левшими  эксилоататорами.  Вов-кто из
членов бригады, прибывшей из района,
тоже допускает ошибки — подходит к pe­форме слишком ‘формально, боясь дать во­лю массовой ‘крестьянской инициативе,
Коммунистическая партия ‘ выправляет
ошибки эктивистов и помогает им осуще­ствить земельную реформу до конца.

Писательница отнюдь ‘не  идеализирует
положительных персонажей романа, не 38-
тушевывает их недостатки. Так обрисова­ны, например, глава’ деревенских активи­стов Чжан Юйминь и член бригады ком­мунист-интеллигент Вэнь Най, который
кичится своей образованностью, свысока
относитея в практическим работникам, вы­шедшим из народа. Оба совершают одну и
ту же ошибку, правда, в разной степени, —
не разгадывают евоевременно происки вра­ra, He верят в силы  руководимой ими
крестьянской бедноты и оказываются в
хвосте событий. .

Автор развертывает перед нами жизнь
деревни в те дни, когда она освобождалась
от многовекового гнета, и создает образы
непоколебимых, кровно связанных с наро­дом коммунистов — организаторов новой
жизни — и идущих за`-ними крестьян. Ха­рактерна фигура старого. крестьянина” Хоу
Чжунпюаня, в сознании которого никак
не укладывается тот факт, что власть
прежних хозяев” кончилась навсегда. Он
убеждается в этом только тогда, когда ви­дит у своих ног Помешика, отбивающего
земные поклоны. Среди ‘ярко написанных
массовых ‘сцен’ выделяется сцена суда’ над
коварным врагом — помещиком Цянь Вэнь­гуем. На этом ‘судё крестьяне окончатель­но убеждаются в. том, что «мир  действи­тельно перевернулся», что в старому нет
	КНИГА МОРИСА ТОРЕЗА
«СЫН НАРОДА» .
	Недавно вышедшее в Париже второе из­дание книги генерального секретаря фран­цузской компартии Мориса Тореза «Сын
народа» встречено горячим одобрением са­мых широких слоев’ населения Франции,

Менее чем через две недели со дня BH
пуска книги она разошлась в количестве
80 тысяч экземпляров, и спрос на нее
возрастает с каждым днем. :

Первое издание книги Тореза было
опубликовано в 1937 году и заванчи-.
валось рассказом 0 жизни и борьбе фран»
цузекой компартии в период организации и
деятельности Народного фронта. Новое из­дание дополнено четырьмя главами: «Фран­ция перед лицом гитлеровской опасности»,
«Война», «Наша борьба за возрождение
Франции, за национальную независимость,
за мир», «Чего хотят коммунисты». Эти
главы представляют собой летопись геро­ической борьбы французской компартии в
течение последних двенадцати лет,

«В многочисленных статьях, появивших­ся во французских ‘коммунистических и
прогрессивных газетах, подчеркивается, что
книга. Мориса Тореза является ‘сильнейшим
оружием в руках франпузеких трудящихся
в их борьбе за демократическую Фран­пию, за национальную независимость и
	ИХ ОТРАЖЕНИЕ
	ТВ 24 ПУ му дас 1 УЗЛА я АНА ПОГ СТС BOE “a OO

возврата. оля, —-—_4———
1 Роман Дин Лин, так же как и новесть

жао Шу-ли, оканчиваетея праздником.  

Крестьяне деревни Теплые Воды праздну­H ОВЫ Е KH. И. I. И
ют. победу — возврашение земли ее  на­,
стоящим хозяевам, и так же. как в Лицзя­. ЛЕНИЗДАТ
	Чжуане, во время вовобщего ликования
разлается сигнал тревоги: враг’ прибли­жаетея, все на защиту завоеваний ©в0бо­ды! Совпадение финалов в обоих произве­дениях не случайно. Эти’ произведения
появились в дни, когда на`всех фронтах
шла напряженная борьба с войсками го­миндановекой клики, наймитами заокеан­ских бизнесменов. Писатели предупрежда­ли читателей: мы олерживаем победы, но
рано торжеетвовать, враг еще не разгром­лен до конца.
	Терцен А. Былое и думы. 804 стр. Цена 20 р,

Дионесов С. Иван Петрович Павлов, Очерк
жизни и деятельности. 36 стр. Цена 175 к.

Калинин М. И. О литературе, Сборник
статей и высказываний, Составитель и автор
вступительной статьи и примечаний И, Эвен­тов. 224 стр. Цена. 5 р,
3 Костров Г, Стихотворения. 104 стр, Цена

р. 50 к,

Кулакова Л. А.Н. Радищев; Очерк жизни
и творчества. 116 стр, Цена 5 р.

Ликстанов И. Малышок. 4-е изд. (Виблиоте­ка школьника). 288 стр. Цена 10 р.

Лондон Д, Мартин Иден (Библиотека школь­ника). 374 стр. Цена 19 р.

Никитин И. Будников младший, Повесть.
272 стр. Цена 7 р.
	ОН А Пагирев Г, Дело славы. Стихи, 128 стр.
_ 06а. произведения теперь получили 3а­Цена 2 р. 50 к,

вершающую главу — эпилог. Он написан! Розен А. Однополчане. Повесть. 160 стр.
	Цена 4 р.

Салтыков-Щедрин М. Избранные’ произве­дения. 662 стр. Цена 16 р. ,
_ Серебровская Е. Дорога в гору. Стихи.
	Форрестола
	‘историей. Витайский народ — герой сего­дняшней китайской литературы — одержал
	победу.
	ПВАДАВААИАНАААТАИЕАСААИСУИТУИИАИИА АИК
	ной академии. Но иронии судьбы, нарядная
трибуна, с которой выступал Тито, стояла
на 10м самом месте, где два года назад
изворачивалея перед судом изменник” и
палач югославского‘ народа Драже Михай­лович. Минут десять Тито слушал апло­дисменты, льстившие его ‹ властелюбию.
Он чуветвовал себя центром этого празд­ничного сборища, созванного Ранковичем
для славословий в честь белградекого
диктатора. Кинооператоры, обжигая  не­выносимым светом «юпитеров», неутомимо,
снимали Тито в анфас, профиль и полу­оборот. Обливаясь потом от гнетущей жа
ры, он не прогонял операторов, а позировал
перед ними, точно плохой актер, то; екре­щивая на груди руки, то выбрасывая их
вперед. И тогда, видимый всему _ залу,
вепыхивал и  переливалея бриллиант,
вправленный в массивное золотое кольпо,
налетое на. толстый пален, Дорогое кольцо
как бы говорило о своем хозяине, о его
страстях и вкусах.

Девять часов читал ‘Тито доклад на
с’езде и за это время в перерывах трижды
переменил костюм. менял даже кольца.
Девять часов он манерно топорщил  под­крашенные губы, хмурил белесые брови,
без конца вертел головой, как бы желая
	показать, что его профиль достоин быть.
	изображенным на монетах.

С трибуны с’езда Тито нагло ‘кловетал
на Советский Союз, на его армию и бес­стыдно превозносил. «aacay ra собственной
персоны.

Разумеется, Тито ни слова не сказал о
том, что он был в числе руководителей,
трусливо  бросгавших на произвол. судьбы
югославеких партизан в трудные минуты.
Известно, что труе Тито . отеиживалея co
своей свитой на острове Вис, пьянствовал
с Рандольфом Черчиллем в порту Бари, а
В это самое время войска Маршала Совет­ского Союза Толбухина, уничтожив гитле­ровекие дивизии, овладели Белгралом. Под
ударами доблестных советских войск фа­шиетекие армии поспешно повидали Юго­елавию.

Таковы факты истории, которые. тщетно
пытаетея извратить болтливый белградевий
попугай.
` Достаточно было присутствовать на
этом  с’езде и наблюдать отвратительное
зрелище, какое являл собой взгромоздив­шийся ва трибуну Тато, чтобы отчетливо
понять, что представляет собой эт бан­дит и предатель. :

Чужое, позаимствованное выражение ле­жит на его рыхлом, бабьем лице. Все в
нем напускное, взятое напрокат е портре­тов монархов и межлуниюдных авантюри­стов, — ничего своего. Он вее украл у дру­гих: голое, походку, биографию. Anno
его — маска, за которой скрывается злая,
хитрая, эгоистическая душа изворотливого
проныры.

Позражая линемеру и позеру Черчизлю,
Тито, так же как ион, хотел быть охотни­ком, писателем, шахматам. Но, как и
Черчилль, стрелок он плохой, пишет еще
того хуже, а в шахматы его обыгрывает
даже узколобый Danae. Преуснел Taro
‘только в Черчиллевекой черной ненавиети
	замуж в Нью-Иорке за югославского гене­рала. троцкиета Илича и таким образом
попала в Югославию. Осынанная дорогими
бриллиантами, подаренными Тито, она со­перничает с ним в расточительноети. Ког­да Кунц надевает синее платье, она приез­жает в Театр в синем «додже», когда на
ней платье цвета бордо, —= она едет вта­ого Же Цвета «бьюийке». Она — законола­тельница мод для госпож министерш и ге­неральш,

На фоне страной нищеты и голода, ца­рящих в стране, дикие оргии в дворцах
Тито выглядят, как кощунство. Во время
кутежей титовекой банды десятки самых
изысканных блюд и вин, ввозимых из-за
границы, подаются на серебряных и 3з0ло­тых тарелках.

Югославия для Тито— тояько товар, ко­торым он торгует оптом и в розницу. Ме­деплавильные заволы и шахты по. добыче
колчедана в Bope уже не принадлежат
Югославии. Ими всецело распоряжаются
американны, которые уже уволила веех
	рабочих-коммунистов. На ртутных рудни­ках Словенского приморья также хозяйня­чают капиталисты. Вековые буковые леса
на корню преданы за бесценок англичанам.

Тито обогащается. Но он чувствует, что
земля горит пол его ногами, что рано или
поздно придетея бежать от гнева народа.
И он кладет награбленные  богатетва на
подложный счет на имя какого-то куппа в
швейцарских банках. То же самое делаюг
ий ближайшие помощники этого атамана
банлитекой шайки.

Тито пытавлея удержаться у власти се
помощью иезуитской макиавеллевекой по­литики. Сочинения Никколо Макиавелли
веегла перед ним, и он руководствуется
почеринутым там советом: людей следует
или ласкать. или истреблять.

Тито окружает себя такими ке, как он
сам, негодяями, предателями, шпионами,
злобными врагами демократии, людьми,
которые помогали ему подличать. Когда-то
`Тито «екрывалея» на виллах таких круп­ных югославских капиталистов, как Фишер
(Рибар) и известный английский шняон
Велебнт; дружил в прожженным троцки­стом Моше Пьяле и сыном ” жандармекого
капитана Милованом Джиласом. Все они
сейчае находятся у кормила власти. В на­rpaay за услуги Рибар получил пост
председателя ютославокой скупщины, Be­лебит — чин генерала.

Но Ha полинейско-гестаповский режим,
ни гвардейская охрана и бронированные
машины He спасут предательскую банду
Тито от справедливого возмездия долго тер­цевшего народа Югославии.

Пока художники растирают розовые
краски, чтобы приняться за работу, трудя­шиеся страны уже давно разглядели пре­дельно омерзительную, гнусную морду бел­градекого лезергира — перебежчика в ла­герь империализма, наемного пиивона’ и
убийцы. прожженного фашиста, предателя
родяны и дела сониализма. Воспройзволи­мая руками патриотов на стенах, эта
морда Вызывает чувство гнева в сердцах
миллионов людей. И настанет день, когда
неумолимо и беспощадно расправятся наро­ды Юмелавии с бандой Тито.
		_ Навиение на
	ро «колько ‘миллиардиков
Вскочил вам Чан Кай-ши?
С оружием, с подлодками,
С советниками к ним?
Со взятками и с подкупом,
И с прочим, и с иным?
То бишь, с аэропланами?
С потерями в пути?
По плану и внепланово?
Не меньше десяти!!?
Не только что существенный
У суммы-то размер,
Но просто сумма-шествие...
Такая сумма, ‘сэр!
А люди-то досужие,
О чем шипят в тиши?
Что вашим же оружием.

И били Чан Кай-ши! ,
Вот прежде бы, чем траты вам
Такие делать. сэр,
Зашли бы к психиатрам!
Зашли бы в диспансер!
Достаточно психически
Тревожен первый факт,
А следом — Атлантический
Еше возьмемте пакт!
Ведь вы же, сэр, не маленькнй,
И сами знать должны —
Европа вся  в развалинах
Лежит после войны!
И просто и по радио
В вочную тишину :
Летят на тех проклятия,
Кто раздувал войну.

И после происшелшего
Хотите вы?.. Да. нет!..
Скорей для сумасшедшего
Типичен этот брел!
Мутить народ в’ Европе там
еперь не так легко...
Да вы ведь сами с опытом
И Гитлера и Кб!

а как же можно ратовать:
За эти пакты, сэр?
Зашли бы к психнатрам!
Зашли бы в диспансер!
А ‘с атомными бомбами

В теченье этих. лет —

/

Уж сколько сбито обуви,
Исписано газет...

Мол, этой бомбы более
На свете нет нигде!

Мол, наша монополия

На атом ит. д...

И в Лондоне’ вам вторили,
И этой бомбой, сэр,
Грозили территории

` Союза ССР!

Как с бритвою помешанный
В палате № 6,
Вы бомбами увешанный
Мотались там и здесь...
И так грозились длительно
У всех чужих крылец,
Что атом и действительно
Взорвался, наконец!
Как раз на территории
Союза ССР...
Но атом.:;. вот история!
Не ваш, как будто,.. сэр?!
И хоть вещица оная
Ударила ‘не близ,—

о как Соединенные
Штаты затряслись!
Вот прежде бы чем атомом
Запугивать-то, сэр,
Сходили б к психиатрам!
Зашли бы в диспансер!

И эта ваша мания

Немало стоит нам...
А Боннская Германия?..
А Греция?.. Вьетнам?..
Вы сами посмотрите-ка,

Не кажется ли вам,
Что это не политика,

А форменный  Бедлам!?»

Но Трумэн все спокойненько
Дослушал до конца
И... лишь от подоконника
Не отводил лица...
«Вы Форрестола помните?» —
Спросил он не дыша...
o e . a a a ® . . . e
A дело было в комнате’
Восьмого этажа!
	` Главный редактор. В. ЕРМИЛОВ.
	Гедакционная коллегия: Н. АТАРОВ, А. БАУЛИН (зам. главного редактора),
Б. ГОРБАТОВ. А. КОРНЕЙЧУК, Л. ЛЕОНОВ, А, МАКАРОВ, М. МИТИН,
H. ПОГОДИН, П. ПРОНИН, А. ТВАРДОВСКИЙ.

`6-47-41, Г 6-31-40, отделы: литературы и искусства — Г 6-43-29, il
aucem — [ 6-38-80, издательство = К. -36-84, Г 6-45-45, i
		Адрес редакции и издательства: 2.й Обыденский пер, 14 (для телеграмм — Москва, Лиггазета). Телефоны: секретариат — [ 6-47-41,
внутренней жизни — Гб 47:20, международной жизни — Г 6-43 62, вауки — Гб 39-20, хнформацив — Г 5-41-82 ‘отлела писем —
	Типография именв И, И. Скворцова-Степанова, Москва, Пушкинская площадь, 5.