м Понос нии тей о русской литературе, котла пиcater называет псалтырь «книтой эротических песен, сочиненных сказочным царем Соломоном», когда ов пишет: «парни й девки заливались тармошкой», — редактор обязан исправлять сотни подобных ошибок и отисок. И когда Пильняк пишет, что «дочь за три года’ возрастом дотнала мать», нужно убедить Пильняка, что возраст и рост — не одно и то же А затем редактора лолжны знать ос новное: все слова рождены деянием, трудом, пзэтому язык является костью, мускулом, нервом, кожей фактов и поэтому точность, ясность, простота языка совершенно необходимы я того, чтобы правильно и ярко изоражать процессы создания фактов человеком и процессы влияния фак: тов на человека, При обялии талантов мы все-таки ухитряемея выпускать на рынок сотни бесталанных книг, Это об’ясняется слабым фактически — интеллектуальным — знанием истории прошлого. Все познается по сравнению, & налтей молодежи н6 с чем сравнивать види мое ею, прошлого они не знают и потому недостаточно ясно видят смысл настоящем. Каждый писатель — в той или иной мере историк, иляюстратор история, — напти писатели не сознают‘исторического значения их работы. По сей причине им и неясен процессе роста и развития новой индивидузальности в коллективной работе на полях и в цехах фабрик. Констатируют факты, оценивают их, но, как уже сказано, не умеют. изобразить логику фактов, химию поступков, закономерность преображения человека или возвращение его в ослепляющий туман прошлого, Писатели редко и не надолто посещают колхозы, фабрики. гитантские новостройки: С действительностью они ‘знакомятся по газетам или по работе очеркастов, которые оцениваютея ими как литераторы третьего сорта, кажется, есть даже писатели, которые относятся к очеркисту, как относились офицеры царской армии к денщикам. Для того чтобы хорошо владеть материалом, необходимо всесторонне изучить его, а учиться мы не очень любим, предпочитая учить, что, разумеется, гораздо легче. Тот факт, что литераторы все более охотно берутся большими группалеи за ‘коллективную работу над материалом, знаменует, на мой вагляд, весьма серьезный поворот товарищей литераторов к живому‘ и врайне полезному делу, . Что может дать такая работа каждой единице коллектива? Все, что эта, единица, пожелает и сумеет взять. Во-первых, даст ознакомление с обширнейшим и разнообразным коли‘чеством фактов, с количеством, которое «единоличник» мог бы освоить только годами накопления. Во-вторых, поможет отраничить разрастаниб плесени эмоционального, мещанкото. индивидуализма. и воспитать качество необходимой новой индивидуальности, создаваемой действительностью. Индивидуализм необходим только для того, чтобы изображать жизнь своими словами, а He списанными из чужих книг, но вовсе не для того, чтобы изображать собственную свою персону во всем величии ее бестолковости. Кстати, пора бы перестать рассказывать читателю о том, ‹как я работал», а если нужно говорить на эту тему, так говорить о том, как мы работаем. Котда одното старика спросили, как он плетет лапти, он ответил: «Возьму лыко, возьму кочедык, да и ковыряю, -ковыряю, да и думаю: эх, сапоти надо бы!» К сожалению, у нас, когда плетут литературные латтеи, о сапогах ТУРЫ Е Примеров «мудрой простоты» Павферов не привел; но обнаружил, что подлинное значение «дискуссии о языке» не понято им, и увеличил количество малограмотной болтовни, осужденной им. Трудно понять, чего он’ хочет, но — как будто — хочет, чтобы писатели. прислушивались к «словотворчеству» деревни. Именно Tan, как это понимает он, Панферов. Как пример словотворчества он приводит фразу: «Я — завоеватель городовз, находя, что эта фраза «безусновно присуща» только «бывшему партизану, который действительно завоевывал города, но не для себя, а для революции». Кончив завоевывать города, партизан «иалетел на больших людей»(?), ‹они вызвали ето в Военакадемию». «Поучился месяца два, потом сбежал; наука не шла в голову». «Нто судили за дезертирство, отняли партбилет, он попадает в деревню и опускается, начинает пить», «Л. знаю, что впоследствии, — сообщает» Панферов, — получив орден Красного знамени, он напился и бросил его в Волгу». <«В 32 г. он был уже предеедателем колхоза». Далее Панферов. приводит краткий диалог между своим героем и старым кулаком, который «ковыряет советскую власть, партию, на умно ковыряет». Герой говорит кулажу: «Что же, власть крепко взяла вожжи в руки». Нанферов не 00бщает, как это сказано: тоном вопроса, сожаления или же тоном констатации факта. Старый кулак отвечает: «Соглашаюсь, очень крепко прибрала; если окажут мужикам: становитесь на карачки, ползите сто верст—поползут! Герой отвечает ему: «Ёсли в архив поглядеть, то ты ползешь на карачках, а: мы бегом вперед идем». Диалот этот приведен Панферовым для того, чтоб воскликнуть: «Но посмотрите, даже кулак уже говорит более прямо, чем крестьянин Гл. Успенского». Но Панферов не знает, RAR и насколько «умно ковыряли» власть царя мужики 70-х годов, когда купец начал грабить их еще более жестоко, чем помещик, не знает Панферов, как и что товорили мужики 80-х голов после того, когда царь Александр Ш сказал лично волостным старшинам, крестьянство потасило вое свои мечты 0б увеличении наделов. Гл. Успенский не мог, по условиям царской цензуры, точно воспропавести музжицкме речи. Оставим в стороне вопрос о том, насколько важие и кому полезно то, что кулак научился «умно ковырять власть и партию», как утверждает aBтор статьи «О мудрой простоте», Из дальнейшего следует, что кто-то — деревня или Навферов — плохо знает’ русский язык, ибо бегом не ходят. а бетают. «Завоввателями тородов» называли себя. весьма многие. вапример Чинтис-хан, граф. Монфор, «неустралиимый завовеватель города Прованса и жестокий истребитель еретиков», бывиеий рядовой <олдат, & потом знаменитый полководец Тилли и многие другие людн Этого ряда. Нанферову утолно утверждать, что он знает село, в одной части которого крестьяне говорят «чаво», в друой— «чиво», в третьей — «чево», & в четвертой — «чего». Сомневаюсь. Такое село было возможно при крепостном празе, когда помещик стонял в свое курское или воронежское имение крестьян, купленных или же унаследованных в Костромской, Рязанской, Калужской губернии. Но и в этом случае крестьяне через одно поколение говорили бы чево или чаво или же чиво, & «Чего» — не говорили бы, 1 ибо никто так не говорит, потому что в словах чего, кото, его-и: т. д. г эвучит как в. - ’ Крайне харалтерно, что, говоря © «словотворчестве» деревни, Ф, Пачферов не видит ео в ччаступке», т. е. там, где оно налицо, н в формах простых, здоровых, Павферов все еще продолжат сп рить против людей, «рабске преданных классическому прошлому» и яко. бы утверждающих, что ‹<нам нужно я есть та самая «болтовня», против которой высказался Панферов в своей беспомощной статейке, именно тавне малотрамотные статейки и свели спор о языке до газетной «болтовни», А в результате этой болтовни молодые авторы относятся к языку небрежно, неряшливо, хвателот бытовые словечки, смысл которых самим авторам неясен, и «Правда» отмечает в «Заметках читателя» 28 декабря 1933 г. постыдные примеры засорения языка бессмысленными , безобразныии словами. «Читатель» нх найдет в китах Кретова и Подобедова, наданных в Воронеже, Здесь внолне уместно спросить редакторов журнелов и газег наприх: читают ли они материал, который печАталот? Мне кажется, если а то — небрежно. В рецензии «Литгазеты» на бестолковое предиеловиев. которым снабжена весьма ценная кнчта Мориака «Клубок змей» сказано, что Морнак «увенчан креслом». Это неверно. Для венчания употребляются венкн и венцы, & они ле имеют нячего общего с мебелью, хотя бы это CHAT «тенденциовных писателей», поставил в один ряд Омулевского, Слетцова, Михайлова-Пеллера и пристособил к ним’ писателя Негорева. Первые трое — резко различны, и Ha них нехьзя надеваль шоку «тенденциозности» без весьма существенных. об’. яЯсвений, & писателя Негорева и вовсе не было, был писатель Кущевский, сочинителя потшлейттих песенов Вер. varexoto © Четихиным-Ветринским, автором кнут о Герцево и ряда cra+ nN $ ЗАБАВЫ не думают. В-третьих, коллективная работа, утлубляя знакомство писателей друг © другом Ha живом деле, должна будет воспитать среди литераторов взаимное уважение друг к другу, как нельзя более естественное: в стране, где правильным критериу: мом социальной ценности единицы признается ee трудоспособность, ве творческая энергия и понимание ею исторического смыюла ее труда» Товарищи, в нашей среде очень много пошлого и глупого, — все вто нужно вытравить из излией среды! Был, например, такой случай: Д. Мирский, отлично ‘трамотный человек, умный критик, член английской компартии, совершенно ира вильно указал в печати, что «Последний из Удеге» не украшает совет скую литературу. Сужление это общепризнано, ничего обидного в нем неё содержится, сам автор этой книги тоже знает, что она очень плоха, Но Д. Мирский разрешил себе появить: ся на землю от родителей-дворян, и этого было достаточно, чтобы на него закричали: как может он, виновный в неправильном рождении, критиковать книгу коммуниста? Некоторые защитники неудачной книги тоже нашли нужным сказать, что они ие позволят осуждать книгу Фадеева человеку, роднвшемуся неправильно, и этим чванным, но не умным ззявле”. нием поставили себя в смешную позицию аристократов, как бы тенералов от литературы. Событие смешное, но и печальное. Следует помнить, что Белинский, Чернышевский, Добролюбов — дети священников, и можно назвать не один десяток искренних и крупных революционеров, детей буржуазии, которые вошли в историю русской революции как честнейшие бойцы, верные товарищи Ильича. У нас на одном из заводов. работает сын китайского генерала, коммунист, окончивший вуз. И разве он один таков среди иноземцев-5ом* мунистов? Само собой разумеется, что; ни на минуту нельзя забывать о той интел. лигенции, которая, мысля © себе мо“ нархически, воображая себя явлением надклассовым, энергично” служит грабителям мира, является‘ злостным врагом пролетариата и всегда тотова продать, предать, убить, — я товорю. о амее, которая обнаружила свое ядовитое жало у нас. на 18-м тоду, и хотя ей переломили хребет, все еще жива, все еще источает гнусный яд клеветы и лжи на Союз. с0- ветов. Но нельзя и возрождать «махновщину>, создание той же интеллитенция, всегда готовой польстить т0- му, кого она считает сильным и 00- ится. В. И. Ленин считал ‹махновщину» именно созданием интеллигенЦИИ. Коммунист но титулу и ока ту — не всегда коммунист по существу, как 0б этом говорят не только чистка партии, а и убийство Кирова, факт, который невозможно забыть. Пролетариат по сонизльному положению тоже не всегда пролетариат по духу, — об этом говорят не только подвиги вождей П Интернационала, но и те рядовые рабочие, кото: рые перескакивают от социализма 6 фашизму. : Hama страна является магнитом для всех сил, способных искренно работать в направлении коренного изменения мира. К нам все обильнее будет итти научная, техническая, ли: тературная интеллитенция, задыхающаяся ‘в Европе, и только в наших условиях она может окончательно убедиться, что лучший ae пред нею — с пролетариатом. ытия требуют от нас более внимательного. отношения к тем зюдаям, которые мо_Классовое начало — не мозоль, не опухоль, его не срежешь хирургическим ножом. Нужно показать, как оно рассасывается, исчезает под влиянием той силы, которая возникает только из сознания смысла социалистического труда, — труда, #з коего мы дол. жны извлечь напгу философию, этику и эстетику. Мнотоликие герои нашей действительности уже дают возмож. ность создать из них одного героя: Товарищ Сертей Киров убит нашими врагами потому, что он быя именно Takum героем. Но до сего дня у нас все еше He наблюдается попыток изобразить Геркулеса, вооруженного всей силой современной техники. Что мешает создать его? Мешает яндивидуализм, особенно присущий нашей профессии. Нам очень долю: внушали, что литератор способен «творить миры», что поэтами в-их работе ру-. ководит тапнетвенная «сила вдохно. вения», & не сила знания, «муза», a: не живой человек, равноценный нам\ н6 образу и подобию, но работающий для нас значительно лучше, чем paботаем мы дла него. Конечно, . кто может, тот должен и «миры творить», Во «в данный отрезок времени» для. многих гораздо полезнее научиться. хорошо выпекать каравай хлеба насущного Мы‘ печем литературные. караван быстро, а тесто месим небреHO, оставляя в нем комья невежества, малограмотности, переквалтиваем тесто плохо понатой. RERIEHOR мудростью. У нас развелись матерые. литераторы солидного Bospacta, ©0- лидно малограмотные, неспособные учитьвя, они сочиняют беллетристику из материала газетных статей, очень. довольны собою и ревностно охраня* ют ©5009 место в литературе. Они числятся коммунистами, пребывая по уши в тине мешанского индивидуализма и в равнодушийи ко всему, что He касается лично их персов. Их влияние на молодежь безусловно вредно. Пороки книг этой группы писателей особенно. наглядно обнажаются при сравнении их КНИГ © книгама мололых литераторов братских pecпублик, < книгами, которые водкупают читателя своей горячей искренHOCTED. Индивидуализм — весьма распространенная болезнь в литературной среде, В книгах люди кое-как научи. лись прятать его, но в быте, во взаим. ных отношениях и в отношении к Читателю, к интересам государства лохмотья индивидуализма демонстрируются вполне бесстыдно. Например, весьма распространена торговля литературой в е® незаконченном виде, Никогда не было портных, которые продавали бы одни и те же штаны трем покупателям, но у нас есть писатели, которые одну и ту же книту или один рассказ продают одноеменно двум-трем издательствам, aK же принято продавать первую книгу романа, когда вторая еще не написана, а это похоже на сапожни: ка, который продал бы голенища, не доделав толовки сапог. На книжном рынке есть немало давно уже издавных «первых» книг, которые вое еще ждут вторых. — Союз писателей должен принать какие-то меры против торговли безголовыми книгами. И вообще союз писателей лолжен созлать некое кол’ лективное и твердое суждение о до: пустимости или недопустимости некоторых фактов, творимых «единокоторых фактов, творимых «едино° личниками», фактов, которые позорят зсю литературу в целом. гут оказаться разнообразно и в боко полезными делу «последнего решительного» боя, делу окончатель, ной, всемирной победы пролетариата, °^ у нас возможны такие случан: толланлекому литератору, участнику боев в Амстердаме, не дали слова на, с’езде, не встретили его. не дали квартиры, он случайно нашел ее у своего знакомого, буржуазного дите» ратора Говорят, кто-то отказался пе» чатать стихи Гетнера, потому что они «слишком революционЕы», а ‹у наб уже был Маяковский, нам нужны классические стихи» Не печатают стихов Арагона. А ЕЗЕ Относятся к. нам? Испанка Тереза Леон, участни. ца б’езда, -рассказывает: «Человек прошел пешком всю Испанию до пор. тбвого города только для того, чтобы увидеть советский. пароход, пароход из «страны, которая работает на освобождение пролетариата всей земли». Вот — мерзавцы убили Сергея Ки. рова, одного из лучших вождей пар» тии, образцового работника в деле возрождения пролетариата и крестьянства к новой жизни, к строитель» ству социалистичевкого общества, убили‘ простого, ясного, непоколебимо твёрлого, убили за то, что он был именно таким хорошим — и страш» ным для врагов. Убили Кирова — и обнаружилобь, что в рядах партии большевиков прячутся тнилые люди, что среди коммунистов возможны «революционеры», которые полагают, что если революция не оканчивается термидором, тах это — плохая революция. Слышат ли убийцы, как в ответ на их идиотское и подлое ” ступление рявкнул пролетариат ‘Co. юза сопизлистических советов? Убили Кирова = и. обнаружилось, что враг непрерывно посылает в нашу страну десятки убийц на охоту 6a нашими вожлями, для истребления людей, энергия которых преобразует мнт. Враг торжествует: еще одна по. беда! Мерзавец. торжествует, но, навер ное; и он догадывается, что такие по. беды не устраняют, & ускоряют окон» чательную гибель его, что эти победы все крепчё и. быстрее организуют энергию классовой ненависти проле» тариата, энергию; которую. уже невозможно будет истребить свинцом ¥ софии, тениально построенной на изучении политэкономия. Люди эти живут в стране, где взаимодействие вещей — элементов, явлений — приняло характер фантастически бурный, тде миллионы людей вовлекаются в процессы строительства чудовищных сооружений, изменяющих лицо страHH, в производство невиданных маприн, алпаратов, орудий труда, предметов быта. тде люди создают новые рии и действительно изменяют мир, & не только физически изменяют формы матерни, вдвигая ее упрямые тяжести в круг своих интересов, все более широкий. В этом мире, уже частично измененном энертией челозека, эта энергия становится все более коллективной силой, играет роль все более своенразното каталазато: элементов и энерени материи. Материя торжествует, решительно заявляя о себе как о матери всех явлений мира, 0 матеря, оплодотворяемой не духом, & самооплодотворяющейсая той тончайшей и могучей энергией, которую она создала, вместилищем которой является человек; недавний ев пленный и раб, ныне он становится владыкой ‘peeno сущего. Так, мне кажется, надо понимать исторический процесс, предуказанный Марксом ‘и Энгельсом, освещенный и утлубленный Лениным и все более утлублявмый и распгифяемый неутомимой‘ работой Сталина, вождя партии, воспитывающей вождей пролетариата. `Стальи молодых критиков наших поражают бесплотностью, отвлеченностью, мертвенной сухостью их языка, номинализмом и многословием схоластов. В этих статьях почти не чувствуется живой плоти, не слышно властного глатола истории, нет освещения фактов. Критиков, видимо, не интересуют и незнакомы им современное состояние и работа экспериментальных наук i za Западе, так и у нас, в Союзе С. С. Республик. Их статьи, перегруженные философской терминолотией, трудно и скучно чи‚Их, стоя далеко в стороне от действительности, тотда как она втягивает B свой вихрь миллионы нормальных людей, жаждущих знания, необходимото им как вооружение против врага, разбитого, но еше не уничтоженното. Ковыраять и сокрушать человеческое критика, а публичная демонстрация олното из мещанских качеств, лемонстрация отношения ко всякому человеку как существу низшего — в сравнетия с критиком — типа, демонстра‚ция скуки, лени, неумения читать иля раздражения на сооственную оездарНОСТЬ. Особенно следует бороться протиР безответственных. и, в огромном боль: птинстве, малограмотных \ рецензий. Кажется, еще В, Курочкиным сказа: BO! «Свежим воздухом дыши Без особенных претензий, Если ж глуп — так не пиши, А особенно — рецензий!» _ Редактора весьма либерально мирволят тлупобтя рецензентов. . Bor прело мной рецензии некоего Sea. Штейнмана на повесть «Горы» 885убрина, весьма даровитого писателя, усердно в успешно работающей над собой, в чем можно убедиться, еравНИВ «Горы» с его первым романом «Два мира», романом, который выдержал, кажется, десять изданий и, — на мой взгляд, — должен быть всегда на книжном рынке. Рецензия озатлавлена «Тарзан на хлебозатотовках», С «Тарзаном» сравнивается герой повести, коммунист Безутлый. Не могу прианать это сравнение остроумным, ‘ибо очень легко сравнить любого человека с выдуманной полуобезъяной, так же легко. как сравнить рецензента с любым из существующих живо ных и насекомых. Но — легко сделать еще не значит хорошо сделать, ©16- дует делать, уместно делать. Действье повести «Горы» развертывается HA Алтае, в среде звероподобного вес ского кулачья, Горный пейзаж -мощ‘ным хаосом своим возбуждает в коммунисте, здоровом. человеке, бойце тражданокой войны, инстинкты древнею охотника и еще кое-какие эмо: ции. Свойство горного пейзажа весьма ярко и глубоко отразилось в фольклоре всёх народов, & особенно на в00бражении равнинных племен, это свойство возбуждает воображение, возврашает ето в <«тлубину времен», к судорогам земной плоти. Рецензент иронизирует над эмоциями коммуниста Везутлого. «Голый человек на голой земле», — пишет он дла удовольствия «единоличников», мещан, которых, вероятно, до слез ярости тронет сцена истребления кулаками лошадей и маралов, — сцена яркая и возбуждающая то самое отвращение к кулакам, какого они вполне достойны. Грубоватое. но вполне естествениов и уместное изображение Эазубриным жизни животных горизонтального и вертикального строения рецензент, видимо, считает недопустимым. А вот в рассказе С. Гехта <Талисман Лева10ва» автором даны такие характеристики женщины: «.. она © бесстыдством купленной на ночь девки OXOTно выполняла все развратные требования», «О ней можно было сказать; что в минуты любовных занятий оча смотрела не только в потолок и пол, но и в стены». Интересно, что сказали бы по поводу этих строк Штейнману его этика и эстетика? Что говоPAT этика и эстетика напгим критикам, котда критики читают у Пильняка такие, например, фразы: «Горохом шагов просыпалась лестнипа из мезонина, никогда раньше не слышанная», «Нефть и индустрия — братья, равно как братья нефть и война».. «откупил подвал от бочек и канатов, расставил там бочки с элем, содержательствовал этот кабак» и т. д. и т. д. Что скажут критики и рецензенты об этих уродливых попытках Пильняка писать языком Андрея Белого, уже вполне достаточно истерически искаженным? Так как Пильняк человек сравнительно грамотный, то он своими фокусами дает мне право подозревать ето в склонности к словесному хулиганству и в отсутствии у него чувства уважения к читателю: Весьма часто у налтих писателей находить странные фразы, например: «Исчезла тишина послеобеденного ча» ‚ са. котла, в старину, рабочий день ‘заканчивался в.два или четыре_и з& этими Часами человек принадлежал только себе. своей семъе и дому, своим частным делам». Фраза эта приведена в противовес сегодняшней за‘нятости. рабочего общественным делом, Но что думал редактор «Новото мира» (ноябрь, стр. 13), когда он читал эти строки 0 «старине», и почему он не нашел нужным несколько изменить их? : : Ф. Панферов напечатал в «Октябре», книга 9-я, статейку «О мудрой mpoстоте». Правильно указал, что «ди скуссия о языке свелась к болтовне», что «для нас, практиков литературного движения, на сегодня вопрос о языке является самым важным вопросом», & «комбинаторы и штукари» заботятся лишь о том, «лить бы на» бить друг другу морды, а потом выйти» — куда? — ‹и сказать: «На поле брани ни пера, ни пуха» *. Не удалось убить Димитрова—убили Кирова, собираются убить Тельманаи ежедневно, всюду, убивают сотни и тысячи отважнейших бойцов за CO. циализм. Вместе с этим готовятся в новой международной бойне, которая истребит миллионы рабочих й крестьян. Бойня эта нужна только для Тото, чтоб те лавочники, кото рые — силою вооруженного пролета» риата и крестьянства — победят, MOINH отнять из-пол власти побежденных лавочников часть земли и ва. селения, чтобы HA отнятой земле тор» говать «безданно-беспошлинио» про» дуктами труда своих нищих рабочих ий крестьян, чтобы бессмысленно, для яичной наживы, истощать сокровища чужой земли и рабочую силу завое: ванНого населения. Все более и. бо лее очевидна неоспоримость учения Маркса: «Какими бы словами ви прикрывалась политика буржуазии— На практике она всетда убийство В целях грабежа». Но так же бесспорно и очевидно, что революционное правосознание пролетариата воех стран быстро воз растает и’чт0 мы живем накануне всемирной -революции.. Могучий и ‘успешный труд пролетариев Союза советов, создавая на месте царской нищей России богатое, сильное социалистическое тосударство, делает свое великолепное дело; «показывая пролетариату всей земли, что коллективный свободный труд на фабрике и в поле создает чудеса. Умное, зоркое руководство ленинското ЦК во главе’ о’ человеком, который поистине заслужил глубочайттую любовь рабоче-крестьянской массы, — это руководство Не только «60 скрежетом зубовным» признается, но и восхищает, & — Toro Goxee -- yorpantaer капиталистов, Восхищение, Roneunc, He мешает росту звериной злобы лавочников. И, разумеется, банкиры, лор ды, маркизы и бароны, авантюристы и вообще богатые жулики будут покупать и подкупать убийц, будут по сызать. их к.нам для того, чтобы уда рить. в лучшее серлие, в ярчайший революционный разум пролетариата. Bee sto — не но, как неизбеж ны: вс6 и всяческие мерзости; иете: Rape кз тнойника, называемоте HATHTATHNSMON. Но против. этого гнойника, Все я0* нее освещая ето отвратительное, тошнотворное, кровавое паскудетво, встает. и растет уже непобелимое. He стану . перечислять событий этого тода, они воем известны. 18-Й год диктатуры о пролетариата — fos исключительно мощной концентра“ ции пролетариата и колхозного кре стьянетва. Выборы в советы внаме“ нуют глубиву и высоту культурное революкионного роста масс. Энергия партии вовлекает в поток свето творчества науку и технику — самые оильные орудия культурной резолю“ ции. Никогда еще, за 17 лет, деятеля науки не говорили с партией и про“ летариатом таким языком, каким BS чали товорить в этом году, В области искусства наиболее енер» THIHO заявили 0 сроей готовностЕ взяться з& широкое строительство, создать советское зодчество — apr’ тектора. Слушая, музыку наших. вое союзных молодых композиторов, чув* ствуешь, что AX тоже заражает 218 небывало бурная энергия. Особенно отстает литература. Элоха повелитеяъно требует’ от литератора участия в строительстве нового мира в обороне страны, в борьбе против мещанина, который ткиет, разлатает“ ся и в любой момент может пере полати в стан врагов, — эпоха тре бует от литературы ажтивною yur стия в классовых битвах. Мы р8но взто укладываемоа дрыхпуть на де шевеньких лаврах, мы все еще жи“ вем на звапеы читателя, неотработая Whe нами, Читатель сказал вам #8 ceane нылем, чего он жлот-и тре vert OF HAC, RO мы как-будто не в рим, что-он имеет право тр и продолжаем забавляться пустяв ми, демонстрируя налцу малограмо ность, Haul мещановатый индивиду“ влиом и резкодушие наше х 2007 Morac, 90055 * (Примечание; Слова «ня пуха ни пера» не имеют никажого отношения к «брани», и выдавать их за поговорку не следует. Слова эти — блатожелательное, напутотвие охотнику по птице, их скрытый смысл прямо противоположен явному смыслу слов, ибо слова эти — осколок древнем заговора на «удачу охоты». Вапример, ходит слух, что ноэта явились в какой-то сибиоекий город и предложили устроить несколько вечеров чтения их стихотворений, по две тысячи за вечер. Такой талятинский гонораф весьма постыден для пролетарских поэтов. Если этот слух неверен, OH, все равно, по` стыден. Й если нам, литераторам внимательно следят пролетарии всех стран, если: нам доступно коллевтивное сознание нашей чести, налиего значения и достоинства, MN должны немедленно проверять такие сквер` ные слухи и, буде они окажутся вер. ’ ными, исключать жадных поэтов из ` числа членов союза, а если слухи неверны — привлекать к ответственно. сти авторов ажи, которая позорит литераторов, Союз должен обратить сугубое внимание на «работу» единоличников с «начинающими». Работу я поставил в кавычки потому, что з& некоторыми яоключениями не вижу в этой работе плана, программы и даже простой ‘грамотности. «Вояк молодец» учит KHX учеников, исключеннвых из про изводственного пропесса, уже немало, живут они, заправ нос вверху, мозти у них сдвинуты набёкрень, живут бездельно, и есть прямая опасность, : ee ee ee ee Я ее, а что вместо пролетарских лятераторов воспитываются паразиты пролетариа. та, вон — враг всякой собственности —в собственных паразитах во ждается. ‘ . Ватем следовало бы союзу’ литераторов обратить внимание ва тон кри. тических статей и рецензий. Критика должна учить писать, самя критики. тоже должны писать просто, ясно, убедительно. Вели критикуемый писатель ‘не изобличается Kan явный’ или скрытый врат пролетариата, a. пишет тольжо плохо, неверно, исва-. кая действительность, не умен отхи-: чить важное от пвеважного, следует спокойно и ©ерьезно об’яснамь ему, что неверно, почему плохо, чем искаmono, А офать на него, издеваться’ над ним, 970 значит пользоваться приемами преподавателей пеоспорнмых истин в старых царских школах, тде обучалась интоллитенция <ирие менительно к подлости», каж оказал Салтыков-Шедрин. За посподние четыре года бопышие успехи сдепапа советская иллюстрировониая книга, Целый ряд произ ведоний. классической м советской пит датепьствами © иплюстрациями пучших современных графиков — Ф АБОРСИКОГО, КРАВЧЕНКО, ГОНЧА РОВА, КУПРИЯНОВА, КУКРЫНИК СО СОКОЛОВА, ПУЗЬЛИНА и пр. Мы помещаем в этом номере ред. ип люстраций к произведениям. совре метлой. советской питературы, выдол но sxsw Клима Сомгина» М. Форького, Иля. худ. Кукрыиииси, «Регроць А, Фор-2ва, Ипл, худ, Куприякова, со о оретуры вызущен нашинем из. А, КУКРЫНИК СОВ, ТЫШЛЕРА o arcenen, #овных за последние годы,