газета сс ПЛЕНУМ ПРАВЛЕНИЯ ТЕАТРАЛЬНАЯ НРИТИНА_ ПЛокпад тов. АД. Окончание А. Афиногено” Тов. Афиногенов приводит противоречивые оценки Пиккеля, Крути и Альтмана пьесы Вишневокото «На За: паде бой» и указывают на политически вредную линию Камегулова, Адамовича и др. Далее т. Афиногенов переходит к основному вопросу всех налпих споров’ и дискуссий» — к вопросу о проблемах социалистическом реализма на`театре. Методу социалистическото реализма советское искусство обязано своими успехами. Но. некоторые осколки формализма, идеализма и иных враждебных марксизму PPR SSE DHTAMTCH весги Наступление на реалистическое искусство. Это идет прежде всего через вопросы 0б освоении наследия. В свое время А. В. Луначарский так характеризовал Хуложественный театр: «Главный смысл в искании Хуложественного театра заключается в его огромной художественной добросовестности. Неправильно говорить, что Отаниславский преследовал. натуралистические пели. Станиславский хотел приблизить театральную картину, сцену к тем идеям. которые ставила перед ним задача глубочайшей. детальнейшей обработки задуманного». Затем т. Афиногенов дает подробный анализ высказываний Новицкоro o Художественном театре. Новицкий называет систему Хуложественного театра «суб’ективной идеалистической системой». Олнако Новицкий предлатает использовать пелый ряд приннинов этой «суб’ ективной идеалистической системы». И когда он перестает клясться классовым анализом, — признает, что творческая программа Станиславското: была платформой нового’ творческого направления ‘театра, протраммой борьбы: и побелы. Он пишет, что «лучигие театры Союза прошли школу Станиславского и Мейерхольда. критически переработали их замечательный творческий опыт, овладели основами великолепного мастерства». Так непоследовательность метит 38 себя, и формалистские уши вылезают наруmy. Особенно это сказывается HA оценке и отношении к театру Мейерхольда. Алперс. характеризует систему Мейерхольла так: «Эта система действительно превосходная, стройная и слаженная, все в ней цельно и полчинено законам единого. художественного стиля. Нет друтого театра, настолько чистого от упреков в эклектизме, как театр Мейерхольда». Но «порок системы в том, что она закончена, что в ней не может быть случайностей и неожиданностей и поэтому она не может двитаться вперед...» - Это не что иное, как борьба против системы и плана вообще. Такото рода критика менает раскрыть действительно косные стороны мхатовской системы, она канонизирует роль Мейерхольда. и это тормозит его дальнейшее развитие. Новицкий приходит в следующим выводам: эстетекий театр должен отказаться от самото себя. конетрукTHBUCTCKHH должен перестать быть конструктивиотоким театром, МХАТ должен перестать быть МХАТ’ом. Печальные выводы, прикрывающие бедность ‘мысли! затем т. Афиногенов переходит к. вопросу о ведущей роли драматур гии. Порок нашей драматургии и ее отставание от нашей литературы ваключаются, в числе прочего, также и в том, что очень часто налиа драматургия мыслит не образами действительности, а оценическими театральными образами. Творческая мысль, питающаяся отражением сценического стержня сюmera, обедняет драматургическое произведение и сводит его на значительно более низкую ступень, чем наша литература. : Основной вопрос, — вызывающий много споров и толкований, есть вопрос о соотношении характеров и оботоятельетв. Мы все знаем фразу Энтельса. что реализм, — разумеется, кроме правдивости, — дает верность передачи типичных харажтеров в типичных обстоятельствах. Эта фраза стала классическим определе: вием требований, которые мы предл’: являем к художнику-реалисту. Основное требование— соблюдение единства типическото в характерах и обстоятельствах. Без типических обстоятельств не могут быть созданы! подлинные типические характеры. Без типических характеров нет под-. линно типических обстоятельств. В такой общей постановке вопроса, мне кажется, нет и не может быть разногласий. Разногласия начинаются е! момента определения того, что есть типические обстоятельства и каковы 2. Афиногенова _ должны быть типические характеры. Докладчик цитирует Пушкина: «Из всех работ и сочинений самое неправдоподобное сочинение — драматическое». .. Говоря о практических мероприятиях, способных содействовать творческому под’ему в области поэзии, т. Hapeakes особенно настаивает на необходимости большей «индивидуализации» наших литературных журналов. В настоящее время их отличает «принципиальная беспринципность>. Поэт может поместить в обпределенном журнале произведение, а через месяц прочитать в том же журнале ругательную статью об этом же произведении. Иначе говоря, журналы часто относятся к печатаемым CTHхам только KAR к «количеству строчек, поднисанных тиражной фамилией». Против этого необходимо протестоваль. Журналы должны иметь определенную точку зрения; только в совместной работе людей, близко и одинаково мыслящих, вырабатывается художественный вкус Народный артист республики Е. 0. Любимов-Ланской соглашается с мнением, что советская театральная критика является самой передовой, и делает при этом оговорку: «но не самой лучшей». Имеются, безусловно, критики, помогающие театру. Но немало и таких, которые мешают, дезориензаметить тот огромный разрыв, который существует между ними и зрительской массой. Вкусам и требованиям последней, отличающейся сейчас очень высоким культурным уревнем, критики нерелко противопоставляют свой снобистский эстетизм. К театру они подходят далеко не. воегда как друзья. Тут можно наблюдать И такие явления, как чванливое, вы`сокомерное отнопение к одному теалру и молитвенно-блатоговейное к другому. А судьба актера в нашей театральной критике? Актер совершенно обойлен ею. Не мешало бы поучиться вниманию к актерскому творчеству, пониманию трудности и сложности актерского дела у такого критика, как хотя бы Кутель. У него же, как и у. некоторых дру‚ гих дореволюционных критиков, следовало бы нашим критикам также поучиться и пониманию природы теэтра вообще. Это конечно не следует понималь как нризыв ориентироваться на старую критику; речь идет об овладении техникой тезтрального дела, — Если нали театр является безусловно лучшим в мире, — заключает т. Любимов-Ланской, — если наше кино выходит в первые ряды мировой кинематографии, то мне, как со3 Прения по докладам тт. Беспалова, Шагинян и Афинотенова начались утром 3, марта. На утреннем заседаний после доклада т. Афиногенова успел выступить один оратор — Hap. артиет В. И. Немирович-Данченко, На вечернем заседании 3 марта первым выступил т. Нусинов. Он полемизирует © М. Шагинян, неправильно, по его мнению, разрешающей вопрос 0 взаимоотношениях писателей и критиков. Шатинян слишком, недооценивает возможности нашей \нынешней критики, слишком безоговорочно’ отрицает ее способности разобраться в природе художественного произведения, дать ему надлежащую оценку. Это, по смыслу выступления т. Шагинян, в состояний сделать лишь тот, ETO сам имеет непосредственное отношение к творческому миру. Можно и должно говорить о тех или иных отдельных конкретных неудачах, но нельзя делать таких широких 0606- щений в этом направлении, ‘какие делает т, Шагинян. Останавливаясь затем на ряде конкретных задач, стоящих перед всем критическим фронт@м, т. Нусинов, в чаотности, выделяет вопрое о положении в литературах братеких народов. Недостаточное внимание к творчеству этих народов приводит к тому, что здесь иногда слишком поздHO разоблачаетея контрреволюционная сущность тех или иных произведений. Так, например, случилось с книгой еврейского писателя Абчука; троцкистокая по своему существу книга эта тем не менее до самых последних дней пользовалась поддержкой части критики, которая не переставала жить инерциями рапповской трупповщины. Это лишний раз говорит о необходимости величайшей бдительности на одном из самых важных участков литературного движения, каким является критика. Эту же мысль подчеркивает в своем выступлении и следующий оратор, т. 0. Войтинская. В частности, недостаточную глубину понимания подлинной сущности ряда произведений проявила в последнее время, по мнению т. Войтинекой,`напта дра-, матургичесокая и театральная критика. Она, например, даже возвеличила такую пьесу, как «Личная жизнь» Соловьева, тде под видом «новой морали» протаскивается самая настоящая обывательская пошлость. Такую же тенденцию, хотя и не в столь отчетливо выраженном виде, усматривает т. Войтинская и в ньесе Микитенко «Девушки нашей страны». Между тем ни в этих пьесах, ни в ряде друтих, где она по-разному выступает, критика этой тенденции не разглядела. Тов. Амаглобели все свое выступление целиком посвящает полемике с т. Афинотеновым. Последний, утверждает т. Амаглобели, неправильно разрешает рял основных вопросов, стоящих перел театральной критикой, неправильно определяет и самую специфику театральной критики. Орётор н6 соглашается также и с чрезмерно суровой оценкой, которую т. Афиногенов дает работе наптих критиков. Достаточно внимательно ознакомиться с состоянием театральной критики на Западе, чтобы убедиться, что при всем своем отставании советская теакритика является самой передовой не только по своему идейному содлержанию, но и по знанию, пониманию специфики, технологии театрального искусства. Было бы очень хорошо, ecли бы докладчик не ограничился одной только оценкой отрицательных явлений в области критики, а дал бы и анализ достижений, которые здесь имеются. Слелующий оратор, т, Бронштейн (Белоруссия), приводит ряд выдерmek из критических статей, авторы которых сделали овои выводы из еноров о «художественной» и публицистической критике. Выдержки, приведенные т. Броннмейном, свидетельствуют о том, что кое-кто из критиков понял призывы к «художественности» стиля чрезвычайно элемеитарно. Это приводит к увлечению побрякушками и к полному игнорированию принципов классового анализа. Дело дошло до того, что в Наркомпросе БССР при рассмотрении программы истории белорусской литературы было предложено выбросить... ленинское учение «о двух пуTHX развития», как не имеющее отнолтения к вопросам литературы! Нужно ли говорить о том, кажую `’ жестокую борьбу с подобного рода енденциями, играющими — наруку нацлемовским элементам, необходимо повести. . Тов. С. Кирсанов ечитает основным недостатком нашей критики то, что она не столько занимается вопросами литературы, сколько вопросами критики. Было бы лучше, если бы критика носила более «производетвенный» характер, больше внимания уделяла конкретному анализу конкретных художественных произведений, Это лучше всяких других методов содействовало бы ликвидации отставания критики, Останавливаясь на вопросе о’ поэтической критике, т. Кирсанов прел’- являет работающим в этой области одно требование, как обязательное: пюбить поэзию, а не писать о ней потому, что так полатается «по’иттату». Только любя поэзию, можно о ней убедительно писать. «Электрический ток нроходит только’ через элек‘на ПЙ пленуме правления ССП Д марта. Утреннее заседание. Тов. Кахана, выступивитии первым на утреннем заседалии, значительную часть овобй речи посвящает харажтеристике советской молдавской литературы, к ознакомлению с которой он полошел вплотную в последнее Тов. Самет Бургун дает анализ о0- стояния тюркской критики. Тов. Самет Бургтун усматривает некоторую опасность в чрезмерном подчеркивании мысли, что только наличие очень крупных художественных произведений может обусловить появление и очень значительной критики. Полюжение. это, конечно, бесспотно, но нел все-таки забывать и то обстоятельство, что именно критика призвана в очень большой степени стимулировать развитие художественной литературы. Тов. Щупак (Украина) подчеркивает, что отставание критики не означает отсутствие достижений критики. Останавливаяеь на, ведущемся сейчас между драматургами споре ‘0 типическом характере и о типических обстоятельствах, т, Шупак констатирует, что в этом опоре есть много схоластики. — Мне кажется, что т. Афиногенов ломится в’ открытую дверь, котла локазывает, что титические обстоятельства — это не бытовая деталь. Ведь давно уже драматурги поняли, что типические обстоятельства не есть что-то, исключающее художественный вымысел: Типические. оботоятельства — это не обстановка, не быт, & условия, позволяющие органически проявиться действиям современного человека. Раз так, то, ‘конечно, тлавное, — это человек в. действии. Из действий и складываются обстоятельства и ситуация. — Но существу —указывает дальше т. Шупак, — снор этот является псевдонимом друтото опора, который действительно происходит в самой художественной пражтике, спора 0 внутреннем и внешнем показе человека, о показе человека в ем общественных и индивидуальных, интимных проявлениях. Никакото wep: & пгимого противоречия здесь HET. уровень нашей художественной р тики тажов, что кое у кого создается одностороннее представление, будто индивидуализация образа, раскрытие интимных сторон человека требует пьесы интерьерной, камерной, и; на‚ стремление показать человека, в его разнообразных общественных проявлениях тажже и T R OFHOстороннему представлению о недонпустимости пьесы, условно выражаясь, семейной. Эта односторонность стала своеобразным теоретическим обоснованием односторонности самой драматургии. Два аспекта зрения как будто отределяют два жанра в назей драматуттии. В этом, собственно говоря, ничего плохого нет. Плохо лишь отремление Афинотенова или Потодина канонизировать свои творческие ‘методы, причем забывается, что кроме двух видов драматургии, © которых оти спорят между собой, есть третий вид драматургии, который налиел свое блестящее отражение в фильме «Чапаев». 4 Тов. Тонгжанов (Казакотан) и Ишамгулов (Башкирия) ‘указывают. как на один из больших недостатков. доклада, т®. Беспалова и Афиногенова на полное отсутствиелйнализа совре-. 3 менного состояния лятературной 4g: театральной критики в обралеких республиках. Никакие отоворки, по мнению оратора, в расчет приняты быть не могут. Тов. Вольский (БССР) подробное изложил историю борьбы с нацдемовокими/ втияниями и © нацдемовокой контрабандой в белорусском литерзтуроведений и критике и охарацтеризовал нынешний этап развития. белорусской критики. узинокий писатель Джавахишви. ли все свое выступление носвящахт вопросу о ‘форме советской критической литературы. В этом отношении, — утверждает т. Джавахишвили, — дистанция между писателем и кри тиком попрежнему остается весьма значительной. Необхотимю во что бы. TO ни стало эту дистанцию WRB aI ровать. Критики могут/и должны на: учиться у писателя искусству писать художественно, занимательно, не Ha гоняя на читателя скуку и тоску. — Такая постановка вопроса,—настаивает т. Джавахишвили, — нисколько не противоречит проблеме единства формы и содержания. Можно товорить о каждой из них в OTдельности. Вто отрицает эту истину, тот неизбежно вернется к рапповскому тезису, который товорил, что если произведение идеологически олра-. вдано, то оно оправдано. и в художеCTBCHRHOM отношении. — Меня берет сомнение: не к этому ли ведут нас те, кто утверждает, что критика раньше всето должна быть остро публицистической, а dopма только подразумевается. Делая упор на публицистику, не избирают ли критики сравнительно леткий путь, а значит и неправильный, говоря, будто критика есть только наука. Это не так. Нритика не толь: ко наука, она. также и искуство. Кло разделяет и оправдывает эту мысль, только тот может с честью носить высокое звание критика. Следующий оратор; т. Селивановский, характеризует речь т. Джава: хиштвили как речь «достаточно пу: таную», свидетельствующую, что т. Джазахишвили неверно прелставляет . себе емыел работы, проделанной все. `обсюзным бездом писателей. Останавливаясь затем на докладе ‘т. М. Шагинян, который он характе“ ризует как доклад «очень интересный, целеустремленный, пронизанный единой мыслью и представляющий собой образец правильного композиционного построения», т. Сепивановский считает, однако, необходимым отметить и ряд неправиль” ных высказываний т. Шагинян. Намбольшие возражения вызывает положение т. Шатинян «о расширенном воспроизводстве писателем прежних его достоинств, а иногда и недостатков» в последующих книгах. Окончание на 5 стр. знаю, который имеет в самых конечных целях, не в процессе работы, а в самых конечных целях те высокие задачи, которые всех нас связывают, и талантливый человек, т. е. умеющий` писать заразительно и Yoon тельно. Над всем этим первенствует может быть его важнейшее качество, что OW по-настоящему схватывает задачи театра, задачи автора и малейшие задачи актеров. Он умеет их схватить и ‚понять по-настоящему, И вот я хочу сказать, что рост критики прямо пропорционален росту театра и росту советской драматургии, Я думаю, что чем лучше театр, чем лучше драматургия, тем лучше будет критика. Я думаю, Что если критика слаба, допжно быть не. все благопопучно в театре и драматургии, долж но быть и оттуда, со сцены, нет того зажигательного импульса, нет т0- го, ‘что вызывало бы. энтузиазм и страстность людей, призванных говорить о театре и по поводу театра. (АПЛОДИСМЕНТЫ). Я написап’ первую. рецензию. когда я был гимназистом 7-го класса. Когда я бып студентом 2-го курса, я уже был в редакции рецензентом и т. д Перебравшись кое-как на четвертый курс, я уже перестал ходить в университет, мне быпо совсем не до этого, И вот с того времени я имею связь с театром и питературой, Я могу громко говорить это, и я говорю это по. всем Берлинам, Римам, Миланам, Прагам и т. д., что такого заме чательного времени, такой замеча“ тельной обстановки для создания в8 пиколепной литературы, великолепно» го театра и великолепной театрально критики, как у нас, конечно, никогда е бывало и 06 этом могут други только мечтать. (БУРНЫЕ АПЛОДИСМЕНТЬ). НРИТИНА И ТЕАТР Речь пар. арт. В. И.,ЛетлировичаеДанеенно 9чень скоро уходил, или он оставался в театре совсем, навсегда и бросал свое дело театрального критика, увлекаясь режиссурой и вообще TeaTpanbной деятельностью. Или он временно продолжал поддерживать связь с газетами`и журналами, но всегда чувствовал себя очень неловко. Когда спрашивают актеров — чего вы ждете от критика, они начинают говорить о том, что критик должен знать наше искусство и т. д. Это несправедливое, неверное, а главное — ненужное требование, Театральный критик знать театр так, как его знают актеры, и нё только актеры, но и состоящие при сцене театральные деятепи, не может и, по-моему; даже не должен. Я говорю, что критин находится по ту сторону занавеса. Это —& трюизм, Критика прислала редакция, У редакции газеты — двести тысяч, триста тысяч, один миллион читателей, Критик ответственен перед этими читателями. Он адресуется прежде всего к ним — к читателям. Если бы он адресовался, когда он пишет о пьесе, о спектакле, к театру, он бы имел перед собой 100—200-— 300, — это даже очень много, бопьшей частью значительно меньше — читателей, а он имеет несколько сотен тысяч читателей, во всяком случае — тысячи, а может быть и весь миллион. Значит, он адресуется н HMM. у Вскользь скажу то, что может быть для вас будет наиболее неожиданным, — что хвалебная критика не только приятна, но и полезна, а ругательная критика очень редко по-” пезна. Я говорю, очень обдумав то, что говорю. Для нас, для деятелей по ту сторону занавеса, ругательная критика очень редко бывает полезна и не только потому, что она нас разпражает, а может быть и по более глубоким причинам. В особенности на первом представлении театральные деятели, в особенности актеры, невероятно нуждаются в поддержке. Особенно испытывается эта необходимость еще во время генеральных репетиций. Если бы вы чутко взглянули на актера во время генеральной репетиции, то увидели бы, что у него в глазах один вопрос— похвалите вы его ипи He похвапите. Он испытывает это, прячась, скрывая свое состояние, Он похож на нищего, которому стыдно протянуть рукну. Это очень глубокая и трогательная, я бы сказал, психология актера, который столько месяцев, может быть даже год, готовил роль, и вот, наконец, он выносит ее на общее суждение. Актер, выходящий с приготовпенной ролью, очень плохо понимает — удалось это ипи нет. Может быть даже автор тоже еще не знает, что из всего этого получилось, И вот в этом состоянии слово ободрения играет копоссальную роль. Я говорю о психологии актера и ав‘тера дпя того, чтобы подчеркнуть, как огромна ответственность перед театром у театральных критинов. Я должен сказать, что советской критиКЪй это как будто бы поразительно понято, Мне даже кажется, что 06. этом постоянно думают, думают о том, как бы не спугнуть, как бы не оскорбить вновь ‘появившееся создание, как бы не оскорбить всю ту работу, которая вложена, каким-нибудь грубым словом. Что такое для меня ВИНЫ критик? Я его глубоко уважаю и вс гда готов его слушать. Это человек, во-первых, добросовестный, образованный, образованный постольку, поскольку должен быть образован каждый журналист, человек, которого я Где место театрального критика? Актеры, режиссеры, все театральные деятели и автор, в то время как он ставит свою пьесу, — все мы на`ходимся за закрытым занавесом. Мы — там. Театральный критик — здесь. Он для нас по ту сторону занавеса. Его место по ту сторону занавеса. Каждый раз, когда я пытался театрального критика (а это было не один раз) привести к нам на сцену, посвятить его в так называемую театральную кухню, каждый раз, когда мне. думалось, что настоящие театральные статьи начнутся, когда критик узнает о теётральной кухне, — каждый раз это приводило к неожиданным результатам. Или критик Мы всячески воюем ва пироту тематики. Мы всячески расширяем тематику и не только по линии перечисления тем — оботонная. колхозная, фабрично-ваводская. но и по линии распгирения ‘0бема ваших чувств, по линии расширения налиих мыслей. того, что может действительно интересовать современного человека. . ` Вот почему проблема новых форм -- это проблема новых образов. Гораздо полезнее спорить о новых темах, о новом круге интересов чита: теля, чем только о новых формах. правления союза \ ee ВА: советских писателей