Маленькт фельетон
	Я. САЩИН
		Один поэт входил в литературу
В расцвете сил,

С достоинством в журнал свою фигуру
Он приносил.
	А кроме сей фигуры величавой
И темных глаз,

Он приносил низвергнувшийся лавой
Стихов запас.
	Вещал он всем значительно и тихо:
— Уже не ем,

Почти не сплю — работаю над стихо­Сложением!
	В стихах его и ‘образы, и рифмы,
Чего там нет!

И шелчем, к небу взоры устремив мы:
Какой поэт!
	Свой стих он буйно красками насытит
Со всех сторон,
Что у него ни слово — то эпитет,
Оксюмброн!
	Но несмотря на всю цветистость эту,
И треск, и гром, .

Согреть сердца не довелось поэту
Своим пером.
	Он сравнивал индюшку с абажуром,
Тюльпан — с мячом —

Подобным впечатлительным натурам
Всё нипочем!
	ь

Он мысли подменял красой убранства =
Словес игрой.

Вне времени блуждал и вне пространства
Его герой.
	Строча с плеча, за смыслом уследишь ли?
Куда уж тут! .

И всё ж его стихи недавно вышли
И славы ждут.
	Приятно им в обложечке лиловой
Увидеть свет, \

Но кто ж читатель этой книги новой?
Jka cam поэт!
						Мы стремимся следовать з8 ав­тором. Нам хочетея, чтобы cms:
	такль соответетвовал пьесе, “TTO­бы ee большая ‘тема, ее зна­чительное содержание воплоти­лись в соответетвующтую форму.
Мы не ищем никакой ложной те.
атральности. Мы хотим прежле
всего найти правду, реальность
острейших положений пьесы —
«истину страстей и правдоподобие
чувств»...

Основные роли в спектакле ис­прлиятот ведуптие артветьт те
ра. Макферсона— американе
пельна, владельца крупнейнгего
излательского треста, играет И.
Берсенев; журналиета Смита —
А Пелевин. хорошо знакомый

  
	влезенными в борьбу зв эти
принципы, — вот что хотим мы
передать своим спектаклем. В ре­шении этой задачи нам доляито
помочь напте отношение вк проис­ходяшему на международной аре­не. Каждый актер, учаетник это­го спектакля, выступит в нем
прежде всего, как гражданин Co­ветского Союза и патриот своей
страньг. В созданном им образе
он как бы выразит и евов личное
отношение к международным во­просам. Вот почему работа над
этой пьесой представляет собой
очень увлекательную, но м не­обычайно ответёетвенную внутрен­нюю задачу для. актеров.

Пьесу К. Симонова ставит ©.
Бирман.
	Чрезвычайно важно то, что
действие пьесы происходит после
окончания войны. Кончилаеь
борьба оружием, но продолжает­ся борьба идей. И то, что в пье­ев отражен мир прессы — этого
сильнейшего оружия в борьбе
идеологий, придает eh острей­птую характерность,

По своему внутреннему дейст­вию — это трагедия. Трагедия
человека, у которого хотят ку­иить не только его свободу, но и
его мозг, его талант, его совесть.

Смит побывал в Росгии. Он по­любил ее за созидательный труд
на благо всего человечества. Те­перь оробенно остро вепомнил
он, «что он — человек». И в нём
вепыхнул гнев, Гнев — творческое
	 

Из пушки по верхушке
		Перед нами журнал «Октябрь» № 12 за
1946 год. В передовой «К итогам литера­турного гола» мы читаем:

«Следуя указаниям партии, руководствуясь
ленинским принципом партийности  литера­туры и сталинским определением высокой
роли писателей, как инженеров человече­ских душ, редколлегия журнала «Ок­тябрь» выправит свои ошибки»...

Мы обрадовались такому заявлению ред:
	коллегии «Октября». -Ho ‘радость наша
померкла, ‘как только мы добрались до
пятидесятой страницы этого же номера
	курнала, где начинается «Зеленая Брама»
(партизанский сказ) тов. Ф. Панферова.

Литература обогатила наши познания о
героических делах партизан. Нам помогли
В этом записки партизанских командиров—и
Ковпака, и Вершигоры, и Линькова, Bec­смертны подвиги партизан Отечественной
войны. ( Партизанские  вожаки всегда
ошушали мудрое руководство партии.
Вепомним, например, о послание партии —
замечательном комиссаре Рудневе. Тактика
партизан. превосходила тактику немецких
профессионально-военных штабов. Отсюда и
неулозимость партизанских армий, сила И
внезанность их ударов.

Советский народ знает партизан, как лю­дей волевых, дерзких, бесстрашных, мудрых,
неизменно показывающих свое превосход­ство над врагом, умеющих его перехитрить
и всегла выйти с честью из самого труд­ного, казалось бы, безвыходного  положе­НИЯ. Г

К народному сказу, этой новой литера­турной форме, прочно занявшей почетное
место в советской литературе, мы привыкли
относиться, как к чрезвычайно богатому
сплаву народного творчества — фольклора
и литературы. Достаточно вспомнить хотя
бы уральские сказы П. Бажова, эти велико­лепные литературные произведения. Сказ,
или устное народное предание, — это в по­нятии советского читателя непременно и
реально-бытовое и сказочно-романтическое,
опоэтизированное. Сказ — это высокохудо­жественное произведение, тканью и основой
которого служит мудрое народное творче­ство. - Е

Ничего этого, к нашему огорчению, в
«сказе» Ф. Панферова мы не обнаружили.
Поражает надуманность,  искусственность
фабулы панферовского «сказа». Уж слиш­ком неестественно развитие событий. - Мы
так. и не узнали, был ли в этом партизан­ском ° отряде Хлопчика хоть один
коммунист, как-то влиявший на дела и
людей отряда. Чересчур неправдоподобен
безвольный и нерешительный партизанский
команлир Хлопчик, не находящий в себе си­лы воли разделаться с явным провокатором
и шпионом Френкелем, подосланным гитле­ровнами в отряд. Этот шпион ведет ‘себя
как будто нарочито глупо, и только слепые,

глухие, неумные люди могли бы не понять,
кто он такой. Но выдуманные панферовские
«партизаны» слепо доверяют Френкелю, —
неизвестно почему, просто потому, что он
об’явил себя жертвой фашиетского насилия.
Только сумасшедший мог проделывать то,
что приписывает партизанскому командиру
Ф. Панферов.

- Гяе-то поблизости немцы. Партизаны B
засаде, в лесу. Вдруг автомашина, которую.
ведет предатель Френкель, «сама по себе
загулела — протяжно, завывающе, словно
о чем-то плача». Хлопчик бросается K MOTO­ру и ударом приклада обрывает крик гудка.
Он даже кричит: -

  
	— Выдал! Наше место выдал! Е

Но тут партизан Мигун почему-то всту­пается за Френкеля, и Хлопчик, командир
атряда, только что кричавший о предатель­стве, сдерживает себя, «чтобы той же вин­товкой не огреть по голове Френкеля». Где:
же тут командирская воля и бдительность, .
где железная дисциплина отряда?  

Оказывается, гудок автомашины донесся
до немецких танков за пять-шесть километ­ров (?—Ал. Р.}, и те ринулись на партизан,
Как же тут поступает командир партизан с
прелателем? «Он сквозь зубы процедил: —
Справедливость меня мучает, а то прикон­чил_ бы я твоего Френкеля!>. Как же пони­мать такую, с позволения сказать, «справед­ливость»? В чем тут она?

Дальше уже идет такое, что не сможет
без возмущения прочитать. ни один тан­кист, ни один партизан. Немецкие танки У
Ф_ Панферова—это «чудовиша» и мчатся.

 
	они «на полных парах» (?) или: «эта туша
	железа и стали, задрав тупую морду, рух­нула набок» и еще: «танк свернулся на­бок».
	Ф. Панферов снабжает партизан черными
ядрами времен Пугачевского бунта:. <...че­рез болотце пронеслось черное ядро. Ядро
упало на танк, и танк вспыхнул, как ко­стер».

«Из леса выбежали три человека, тащив­шие. какую-то. пушечку (?—Ал. Р.). Устано­вив ее на подставку (?—Ал. Р.), первый, вло­жив в трубу (? — Ал. Р.) ядро, нажал на
спуск. Раздался слабый выстрел, и из тру­бы вылетело черное ядро... Танки круто
повернули и ринулясь в глубь степей».

Чего ‘только тут не нагромождено! И
глубь степей, и рялом же болота, и дремучие
леса. Все есть» кроме... правды.

Только что танки, испугавшиеся «какой­то пушечки», устанавливаемой на «подстав­ке» и стреляющей черными ядрами из тру­‘бы, убежали «в глубь степей», как партиза­ны вдруг все запели. «..Лес ожил. Где-то
кто-то заиграл на гармошке, и кто-то затя­нул... песенку... Ее подхватил и еще кто-то,
где-то на стороне, Затем еше и еще, И вот
уже сотни голосов оглашают лес». Никог­да люди, ожидающие новой атаки врага, не
орали на войне ночью, на весь лес песни.
Это раскрыло бы место их расположения.

Оставшийся _ неуничтоженным ирион
Френкель, в конце-концов, предает парти­зан. Они уже в гитлеровоком  застенке.
«Странно, в эти дни мы как-то поняли
(?— Ал. Р.), что стыд — очень большое чув­ство...» Стыд возникал у них при мысли о
возможности прелать родину. Эдакие стфан­ные партизаны... У обыкнозенного честного
советского человека ни мысли, ни чувства
такие не могут возникнуть,
	Партизаны у виселицы. Эсэсовец Эрнест
Клейст. конечно, с обязательным ярлыком
	«убежденный фандит». распоряжается при­готовлениями к повешению паютизан.

За минуту до смерти, перед виселицей все
партизаны дружно, как на свадьбе, поют
неведомо почему и кем «любимую» песен­ку: т

Жалко только вэли,
Волюшки во-поле,
Солнышка на небе
Да любови на земле.
	Никакой другой песни, кроме... ‘бандит­ской, люди не захотели вопомнить! Неожи­данно, «как из-под земли, появились наши!
Они. поднимались колонна за’ колонной,
олнетиненные штыками». «.Милов быстро
навел свою пушку на: верхушку пожарной
вышки... Мигун кричал: — Колоти, братки!
Колоти галюков!» (2 — Aa. P.).
	На два десятка немцев, возившихся у ви­селицы, не стоило. тов. Панферов, пускать
колонны «наших, ощетиненные штыками».
Этого бы не сделал даже ни один ротный
писарь, знающий, что в уличных боях ко­лоннами не ходят, — а там же, надо полагать,
были командиры?
	Женщин только ‘что повесили: Чудом
появивитийся тут же муж одной из них Егор
Ярцев спокойно усаживается на возвыше­нии и спокойно смотрит на повешенных.
Два десятка немцев разбегаются, и их вы­лавливают. Идут разговоры < предателем и
его раскаяние. Потом «Ярцев встал. Он по­смотрел на то, как покачивается на висе­лице его жена, ‘и глухо проговорил: — Же­ну ведь мою повесил!.» Партизаны _ рас­правляются с гитлеровцами. «Егор Ярцев
при всеобщей затаенной тишине подошел. к
виселице, обнял ноги Ольги и проговорил
почти (?) тихо, но это докатилось до всех:
— Оля! Вот где мне тебя довелось обнять».
	Так, лишив партизан всего присущего им
на войне; тактики, сметливости, бдительно­сти, умения беспощадно расправляться <
предателями, ©. Панферов лишил их и че­ловечности, человеческой сердечности, за­ставляя Ярцева, неведомо к чему, прохо­дить спокойно мимо только что повешенной
немпами его жены, спокойно усаживаться
вдали и наблюдать, как она качается на ви­селице.
	В неправдоподобном «сказе» Ф. Панферова
всё недосягаемо далеко от рфеально-бытовой
жизни партизан, OT их поистине легендар­ной героики. Нет, не скажут партизаны
Ф. Панферову спасибо за его «сказ» о них
— за «какие-то пушечки», бьющие из тру­бы черными ядрами далекой старины, за
вылуманных партизан, орущих по ночам на
весь лес песни и слепо доверяющих преда­телю.
	Гвардии капитан Ал. РОГОВ.
	КОНСТАНТИН
CUMOHOS
	 

ne

wcavgote &

ета ой. бы, TT a

Бирман.

— «Русский вопрос», — говорит
она, — касается не только отно­шений Америки к /Советскому
Союзу. Нет, это вопрос о настоя­тцем и будущем всего человече­ства, В каждую нашу ренетицию
постепенно и незаметно входит
эта идея.

 

 

чувство. если он направлен про­тив низости. Гнев, в конце кон­пов, побеждает в этом Человеке
отчаяние, вызванное обстоятель­‘етвами, И гнев же дает Смиту
толчок для новой жизни, Так хо­чется решить
героя пьесы.

образ основного

 

зрителю по удачным выстунле­ниям в спектаклях «Семья Ферел­ли теряет покой» и «За тех, нто
в мореь; роль жены Смита —
Джесси исполнит В. Серова; роль
Гульда, правой руки Макферео­на, поручена В. . Вееволодову;
журналиста Морфи играет В. Бра­гин, Харли -- А. АТатов.
	В Московском театре им. Ленин­ского комеомола — горячие дни;
подходит к концу работа нал по­становкой новой пьесы К. Симо­нова «Русский вопрос»,
	Этому спектаклю коллектив те­атра придает очень большое зна­чение Пьеса «Русский вопрос»
рассказывает о провокационных
методах. к которым прибегают
темные силы реакции, недоволь­ные активной ролью Советекого
Союза в защите принципов де­мокралии и мира. Их  трево­жит растугная понулярность стра­ны социализма ереди евободолю­бивых народов, и они стремятся
любыми средствами екрыть прав­ду 06 О©ССР, предетавить в ив­вращенном виде его внешнюю по.
литику. Явные и тайные пособ­ники фашизма, саботируя дело
мира, осуществляя гонку воору­жений, пытаются оправдать свои
действия при помоши обмана и
клеветт на Советский Союз.
	— Мы не ставим перед собой
задачу  этнографически точно
изобразить американский быт, —
рассказал. в беседе с нашим оо­трулником хуложественный ру­ководитель театра И; Берсенев.—
Страети, разгоревшиеся в США
по поводу принцинов устройства
послевоенной жизни. и чуветва,
которые руководят людьми, во­Невмешательство в жизнь
	гостеприимства»  эвевков, герои мчится
дальше.

Бездеятельность, восторженная, но  со­вершенно пассивная созерцательность ли­рического героя накладывает на’ большин­ство стихов, составляющих сборник, пе­чать неподвижности и иногда делает их
попросту скучными. -

Даже когда темой стихотворения являет­ся деятельность человека, автор показы­вает лишь заключительный, результатив­чый ее момент. Вот охотник Чарду принес
на факторию добытую им: пушнину и, от­казываясь от платы, дарит ее государству,
вот ‘следопыты раскрывают свои турсуки,
	до’отказа набитые. «драгоценной пушни­WOH, золотом мягким мехов» —

Только тронань — и вехныхнут волшебные
	яркие искры:

Голубеют песцьт, отливают луной соболя...

Но ведь этот «натюр-морт» — плод дол­гого и нелегкого труда, а именно его-то ни
разу не показал автор. В стихотворении
«Цветы» Лисовский вводит нас в оранже­рею, полную цветов. Это чудо создано
ЛЮДЬМИ —

На затерявшейся в метели

Семилесятой параллели

Студеной северной земли.

В каком же отношении к этому «чуду» на­ходится лирический герой?

Я верю в близкую мечту:

Здесь зашумят, трой взор лаская.

Нал краем вечной мерззоты,

Нал хмурым, над. Молярным краем,

И ночь, и холод побеждая,

Как в сказке, дивные цветь!

Bee совершится` как бы само собой:
цветы «зашумят» и будут «лаёкать взор»;
человек, его труд, его искания и усилия
опять-таки не вошли в поле зрения автора:

Лишь в двух стихотворениях сборника
нашла выражение мысль о нерасторжимой
связи между природой и деятельностью
человека. М недаром стихотворение «Воз­врашение» — одно из самых поэтических в
	книжке. Боец возвращается домой с вой­ны. Он любуется родным краем, знакомым
и милым сердцу, и земля каждым кусти­ком и былинкой благодарно кланяется сво­ему защитнику, отстоявшему ее`от врага.

Он стоит и глядит и, право,

В толк не взять ему, почему

Веб — деревья, пветы и травы

Низко кланяются ему.

Та же мысль (только прямолинейнее) в
стихотворении «Северная весна».

Bea нрирола, когла бы ве ты.
Тьь погибитий в полях под Москвою

Разве так раенветала б весною  
 
За весенние эти цветы?  

Здесь К. Лисовскому удалось вырваться.
из оков созерцательности, и в этих стихах,  
думается нам, обещание дальнейшего о
ема творческого пути поэта
	у

виях войны и массового взаимоуничтоже­ния. В день победы, в день окончания вой­ны, один Из самых многотиражных аме­риканских журналов реакционный «Тайм»
опубликовал ‘на первой странипе два ‘сним:

    
	ка: на одвом — радостная толна, ° вышед­шая на лемонетранию с плакатом:  «Про­щай, война!», а ядом — грустная, унылая
	толца, которая вышла в тот день на демон­страцню © другим плакатом: «Прощай, ра­бота!» >Нонятие работы -и понятие войны
	‘становится чем-то взаимосвязанным в пред­ставлении имнериалиетов.

— Дело не в том, что там, за рубежом; в
буржуазной литературе нет ярких худож­ников, — говорит А. Лейтес. — Несомнен­но; и там есть немало талантливых масте­ров’ слова. Все дело в том, что. буржуазное
мировоззрение и буржуазная мораль oGpe­кают эти таланты на бесплодие. Все дело
в том, что в большом споре о человеке и
человечестве идейное и моральное превос­ходство принадлежит литературе социали­стического реализма: Е
	 

Приволя высказывания английской пи
сательницы Розамунд Леман, ‘которая 00’
_ясняет упадок английского романа тем, что
‘«сейчае нет героев, в которых можно было
`бы влюбиться», докладчик говорит:

— Мы не согласны < этим утвержлде­‘нием буржуазной писательницы. Мы счи­`‘таем, что и там, за рубежом, есть немало
людей, в которых большой художник мог
бы влюбиться. Это честные люди - трума,
которые мечтают © снраведливом социаль­ном переустройстве мира и. борются за это
переустройство. Но в. том-то и дело, что за­частую зарубежный писатель, °скованный
буржуазным мировоззрением и «моралью»
капиталистического общества. не может
увицеть героя наших цчей, не ощущает свя:
зи отдельного человека с человечеством,
He способен разглядеть места человека в
истории.

Останавливаясь на интересной и талант
ливой повести французского писателя Cep­жа Груссара «Сумерки. живых» (о движе­нии сопротивления), тов. Лейтес сопостав­ляет эту повесть с «Молодой гвардией»
`А. Фадеева и доказывает принципиальное
превосходство советского романа нал про­`изведением буржуазного художника. У

 
	груссара героические поступки его людей
не освещены большой идеей. Вот почему,
несмотря на благой замысел автора, персо­нажи даже такого яркого буржуазного ху­дожника кажутся сумеречными, ‘ущербны­ми. Между тем, несмотря на трагичность
сульбы героев Фадеева, вы чувствуете гор­дость за этих люлей, бессмертие ‘того де­ла, за которое оми сражались. Даже в мо­мент казни краснолонцев вы опилнаете, что
эти люди идут «заре навстречу»: Не слу­За репетиции ньесьт «Русский вопрос» в театре имени Ленинского Комсомола. На снимке
{слева нанраво): постановиник снектакля С. Бирман и исполнители ролей: Макферсона —
	BHparky,
Фото ® Тиханова.
	нию
ОСКВЫ
	и, Берсенев, Смита — А, Нелевин, Джесси — В. Серова и Морфи — В.
			Нниги молодых писателей
	Издательство «Советский писатель» BH
пустит в этом году первые книги несколь­ких молодых прозаиков и поэтов: сборник
рассказов Б. Зубавина «Хозяин»; повесть
Е. Нагаевой «Страда»; роман В. Некрасова
«В окопах Сталинграда»; роман Г. Конова­лова «Студенты»; повесть азербайджанско.
го писателя Л. Гурунца «Карабахская поз­ма»; сборники стихов Я. Белинского и А,
Межирова;
		Казимир Лисовский выступает, как певец.
Севера, его суровой ледяной красоты, его’
безмолвных просторов.

В его стихах мы действительно узнаем.
особый облик Севера — прекрасный сво­им «строгим и торжественным  убранст­вом». Мы узнаем, как много истинной поэ-.
зии в этой бескрайней однотонной снежной.
белизне, каким тонким очарованием пленя­ет северная скупая’ весна, Для того, 4To­бы создать картину, полную выразитель­ности, пользуясь скудным «полярным» на­бором красок, нужно немалое мастерство:
Пусть у К. Лисовского еще немного бес­спорных живописных удач, пусть эти уда­чи лишь отдельными строфами сверкают то.
в одном, то в другом стихотворении среди
многих слабых и неточных строф, но нель­зя не радоваться таким находкам-.
	Берег в льдинах. Волны их кольншпут,
Чуть нымитея влажная земля. На
Только тронешь льлину — и услышишь
Звон прозрачных зерен, хрусталя.
	В самом сочетании звуков двух гослед­них стрсчек чувствуется хрустящая рых­лость весеннего, раз’еденного водою, льда:

Казимиру Лисовскому несомненно удает­ся сделать читателя участником своего
восхищения, научить его понимать
	...Край нехоженый,

где тучи тажкие, как олово,

Где лось, шагами потревоженный;
Пугливо вскилывает голову,

Где рысь крадется за добычею,
Гле косяки гусей непуганных,
Гле в лымных чумах чтут обычай:
«Вошедший в чум — да будет другом нам!

 

 
	Почему же все-таки чтение этой книжки,
в которой сказались и большая вниматель­ная любовь к природе, и искреннее чувёт­во сыновней преданности родине, рождает
неудовлетворенность, иногда даже близ­кую к раздражению?

Источник этого раздражения яснее все­го, пожалуй, раскрывается в таком стихо­творении, как «Гостеприимство».
	ВБ любое время приезжай,

Тебя злесь встретят, словно сына...
..Лепешнек пресных испекут,
Нока ты есцишь, и спозаранку

Тебе оленей привелут

И сами запрягут их в санву:
И ботала восельЕй звон
Разоулит берега немые...

— Прошай, гирки!

Таков закон
Гостеприиметва в Эвенкии.
	Несомненно, трогательно радуитие эвен­ков, так подробно изображенное автором,
но невольно жденть от лирического героя
какого-то ответного душевного движения,
жеста, слова хотя б, если уж не поступка.
	Но нет! — благосклонно отметив «закон!
	Казимир Лисовский, «Северная весна». Нов­сибриз», 1946 гол. С
			“и!
	Украинские писатели готовятся отметить
800-летие Москвы изданием юбилейного
сборника­альманаха.

В сборнике будут нанечатаны: произведе­ния Тараса Шевченко, Ивана Франко, Ольги
Кобылянской, Ивана Котляревского, Григо­pun Сковороды и др.

Основное место в книге займут произве­дения украинских советских писателей. Ши­роко будет представлен в сборнике и укра­инский фольклор—песни и народные сказы
о Москве. .

В, Киеве, Харькове, Львове, Сталино, Во­рошиловграде, Ужгороде, Днепропетровске,
Одессе и Запорожье в юбилейные дни орга­низуются литературные вечера. Готовятся
радиопередачи, посвященные 800=летию  с0-
ветской столицы. . ,

aH]

СТАЛИНАБАД. (От наш. корр.). Сек­ретариат Союза советских писателей Тад­жикистана образовал комиссию для состав“
ления сборника произведений,  посвящен­ных столице’ Советского Союза. В состав
комиссии вошли М. Миршакар, М. Рахими,
А. Дехоти, М. Явич и Э. Беккер. В апре­ле в Сталинабаде состоится литературно­художественный вечер, посвященный 800-
летию Москвы. }

м

ТАШКЕНТ. (От наш. козр:). Писатели
Узбекистана деятельно готовятся отметить
800-летие Москвы. Группа поэтов работает
зал составлением сборника стихов о CTO­лице нашей родины. В книгу войдут произ­веления Гафура Гуляма, Максуда Шейх­Задэ, Миртемира и других. Сборник будет
издан и на русском языке.

В содружестве с композиторами узбек­ские поэты пишут новые песни © Москве.
В республиканской и областных радиосту­диях организуются  литературно-художе­ственные передачи. В библиотеках Ташкен­та открываются книжные выставки, посвя­щенные Москве.

a

Правление  Союза советских писателей
Башкирской АССР создало комиссию по
подготовке к 800-летию Москвы. В. с0-
став комиссии вошли: Г. Зулькарнаев
(председатель), С. Агиш и М. Карим. Баш­кирские писатели. решили отобрать для
переводов на русский язык лучшие произ­ведения, посвященные Москве. Апрельский
Е RSS
	номер башкирского литературно-художест­венного журнала «Октябрь» посвящается
300-летию советской. столицы.
	деев взял слова: «Вперед, заре навстречу,
товарищи, в борьбе». Столь же не случай­но Груссар озаглавил свою повесть «Су­мерки живых».

— Мы сознательно взяли для примера
одну из талантливых повестей буржуазно­го писателя, вю в минувшем году,
— говорит доклалчик. Ибо нам важно
подчеркнуть то принципиально невое, что  
несет < собой советская литература. Она.
сочетает в себе высокий моральный пафос.
и столь же высокое мировоззрение. Имен­но это органическое сочетание нравствен­ного н идейного начал способно показать.
современного человека во Ресь его гигант-.
ский рост, раскрыть его психологию
	в третьем разделе своего  поклада 
А. Лейтес говорит о непрерывно возрастаю­щем моральном авторитете советской. лите­ратуры и том интересе, который проявляет.
зарубежный читатель к правдивому слову,  
идущему из Советского Союза;

Зарубежные реакнионеры, как бы они ни.
изошрялись в своих клеветнических выпа­дах, в своих попытках исказить основные
принципы созетской литературы, не в со­стоянии ослабить ее растущее воздействие.
на читателей.  

Только за последнее пятилетие свыше
тысячи. двухсот изданий переводов произ­ведений советской художественной литера­туры появилось за рубежами нашей стра­ны. Доклалчик на ряде примеров показы­вает, какое болыное политическое и’ мо­ральное звучание имеет слово советского
художника, посвященное современной дей­‘ствительности.
	ПО СЛЕДАМ ВЫСТУПЛЕНИЙ
«ЛИТЕРАТУРНОЙ ГАЗЕТЫ
	 
	„ПОЛИТИЧЕСКАЯ „
БЕЗОТВЕТСТВЕННОСТЬ
H HERE KECTRBO“«
	Нод таким заголовком в «Литературной
газете» 15 февраля 1947 г. была опублико­вана статья В. Жданова о лекциях проф. Я.
Полферова, выпущенных в Курске отдель­ным. изланием,

Обсудив статью В. Жданова, Комитет по
делам культурно-просветительных  учреж­дений при Совете Министров РСФСР в при­нятом постановлении полностью согласился
с квалификацией, данной брошюре в «Лите­ратурной газете», и отметил, что опублико­ванные в этой брошюре стенограммы двух
лекций проф. Я. Полферова («Максим: Горь­кий» и «Культура языка и культурность ре­чи») представляют собою верх неряшливо­сти и политически безответственного. отно­шения к делу со стороны автора, редакторов
и издательства «Курская правда».
  Комитет по делам культурно-просвети­тельных учреждений при Совете Министров
  РСФСР чаметил ряд конкретных мероприя­тий, направленных к улучшению лекционной
работы, и обязал заведующих областными,
краевыми и городскими отделами культур­но-просветительной работы и начальников
управлений по делам культурно-просвети­тельных учреждений в АССР представить к
15 марта <. г. план изданий литературы и
наглядных пособий в помошь лектору на
  1947 г. для утверждения его в Управлении
лекционной пропаганды. Комитёт предложил
заведующим отделами и начальникам управ­лений обеспечить впредь квалифицированное
`рецензирование каждой издаваемой брошю­`ры или книги и установить личный контроль
`за всеми изданиями, осуществляемыми по
‘Линии отделов (управлений) культурно-про­‚светительной работы. ;

Для проведения собрания актива лекто­ров Курска и области © задачах лекцион­ной пропаганды в Курск командирован
член Комитета т. Витчевская.

 

 
	чому мирному строительству без каких-ли­бо кризисов и потрясений. И именно это
больше всего бесит реакционных критиков,
еще недавно с кисло-сладкой улыбкой от­пускавних комплименты по адресу воёвав­них советских людей.
	Четвертый разлел доклада посвящается
вопросу об эстетическом мировоззрении со­ветского человека.

— В советском эстетическом мировоззре­нии, — говорит докладчик, — ебть столько
утверждающего. и созидательного. что бы­ло бы нелепо, если бы марксистские кри­тики разрабатывали вопросы нашей эсле­тики только на позициях оборонительных и
только контратаковали реакпионных  эсте­тов Запада. В том большом споре, который
ведет наша эстетика с декадентским ис­кусством, на нашей стороне сотни и’ сотни
литературных соратников миллионы и мил:
	лноны друзеи среди зарубежных
>

лей.
Советская

литература произносит

читате­свое
	новое слово, определяющее дальнейшие пу­ти демократической культуры.

Она выступает от лица тех писателей,
которые верны горьковской традиции и
сочетают в себе мастеров культуры и не­примиримых борцов за дальнейшие усло­вия ее существования и расцвета.

Она показывает главного героя нашей
эпохи, сталинской эпохи, трудового чело­века, ставшего хозяином @воей судьбы,
«человека, который стал. великаном».

Она. говорит свое решающее слово и по
вопросу о .методе художественного  изо­бражения. Верная принципу социалистиче­ского. соревнования, , она ° зовет миллионы
читателей равняться на лучшее, что есть в
человеке, подмечает ростки нового в ок­ружающей действительности, воспевает но­вого человека, соединяя глубокий реализм
< высокой революционной романтикой,
	В заключение докладчик цитирует сло­ва Маяковского:
	Сегодня
на нас устремлены
тлаза всего света,
и уши всех напряжены,
наше малейшее ловя...
`— С еще большим основанием мы MO­жем повторить. сейчас эти слова великого
советского поэта. — говорит А. Лейтес. —
Булем же лостойны, и в большом и в ма.
лейшем, тех почетных залач, которые в903-*
	‘агает Ha нас великая эпоха Ленина —
Сталина!
	Главный релактор В, ЕРМИЛОВ.
Редакционная келлегия: -Б. ГОРБАТОВ,
В. КОЖЕВНИКОВ, ^ МАКАРОВ (зам.

главного релактора) В, СМИРНОВА,
А. ТВАРДОВСКИЙ:
	и
АИ
	Зак No 647.
	ластнон и иностранной литературы
	Пянсуждение в Югославин премий’за лучшие литературные произведения
	Радовану Зоговичу, Владимиру Дедиеру и
др.

Первая премия в размере 100 тыс. динар
присуждена председателю Союза писате­лей Югославии Иво Андричу за роман
	«Мост на Дриве».
	Комитет по делам культуры и искусства
при правительстве Югославии присудил 15
премий за лучшие литературные произведе­ния, созланные с начала народно-освободи­тельной борьбы народов Югославии, писа­телям: Иво Андричу, Отто Жупанчичу,
Матвею Куленовичу. Владимиру Назору,
	‚ Советская литература и писатели Запада
	не приемлет. Простой человек на Западе,
принимавший активное участие в борьбе с
фангизмом, < презрением отвергает  эстет­скую спекуляцию на’ народных бедствиях,
все эти ухищрения буржуазных. истеря­ков. Велика тяга массового читателя к ге­pom © здоровой душой. (С отвращением
реагирует читатель На «творчество» тех
писателей, которые выдвигают на авансие­ну психологических калек, Он настойчиво
требует от литературы не декадентских
вывертов, а вдохновляющего слова, про­HUKHYTOTO BLICOKHMH моральными чувства­На сессии Института мировой литера­туры имени А. М. Горького и Союза co­ветских писателей СССР. посвященной  
русской советской литературе 1946. года,
< докладом на тему «Советская литера-_
тура и капиталистический мир» выступил.
А Лейтес. :  
	Первый раздел доклада А. Лейтеса на­зван: «О достоинстве художника».
__ — История произносит суровый и <овер­шенно справедливый приговор лекадентеко­му, эстетскому мировоззрению. Позорный  
финал жизни Кнута Гамсуна и символичен и.
почазателен. — говорит А. Лейтес.
	Показательна. и последняя книга Анд­ре Жида (вышедшая в 1946 году), от­рывки из которой широко цитирует доклад­‘чик. Во всей неприглядности раскрывается
в этом «военном дневнике» Андре Жида
омерзительный облик инливилуалиста-при­способлее ца, расточавшеро ©вои похвалы
`Ритлеру: в дни оккупании Франции, провоз­гласившего. с нозволения сказать, «ло­`зунг»: «Да здравствует  подавленная
мысль» Анологетя <полавленной масли»
	-- таковы писателя декаданса.
``— Мы потому вспомнили сейчас о Кнуте
	Гамсуне и 06 Андре Kune, — орит
докладчик, — что духовные последыши
этих поёстарелых представителей  дека­дентского искусства сегодня попрежнему
_стараются задавать тон в буржуазной ли­_тературе. Пример и старых и молодых
представителей «искусства для искусства»
`позволяет нам наблюдать одну и ту же
	закономерную картину. Начинают они ¢
того, что в своей эстетике, в своем творче­стве отрекаются от лучших литературных
традиций своего народа, а кончают тем,
что в. критические моменты истории отме­жевываются от самого народа или предают
его. -

Докладчик иллюстрирует свою мысль
примерами из литературной деятельности
Олена. Хаксли, Олдингтона, которые в
трудные лля их родины часы отказались
от английского подданства; он говорит об
Bape Паунл, этом американском  эстете,
который в дни второй мировой войны стал
‘прихлебателем Муссолини. Особо останав­ливается докладчик на фигуре американ­ского писателя Генри Миллера, порнографа
и проповедника предательства и цинизма.
	`— С удовлетворением можно констатиро­вать, — заявляет докладчик, — что массо­вый зарубежный читатель этой литературы
			Адрес редакции и издательства:
	тели ответили на резолюцию Союза со­ветских писателей еще большей еплочен­ностью. Эта резолюция внесла еще боль­шую ясность з их мировоззрение. Питируя
высказывания Ффранцузоких писателей. —
Луи Арагона, Вюрмсера, Сильвена и дру­гих, интересную статью американиа Хоу­арда Фаста и англичанина Дж. Линасея;
докладчик говорит: .

— Передовые писатели Запада обретают
свое подлинное достоинство художника в
верности своему народу. Вот почему в рядах
коммунистической партии работают и 6б9-
ротся крупнейшие поэты Франции Элюар и
Арагон. Вот почему. незадолго до своей.
смерти, вступил в Коммунистическую  пар--
тию крупнейший американский романист.
Теодор Драйзер. Вот почему так велик ин­терес в художественных кругах Запада к
проблемам социалистического реализма. -

 
	.

Во втором разделе своего доклада, ©за­главленном «Большой спор о Человеке и
человечестве», тов. Лейтес показывает на
ряде примеров, что совремевный буржуаз­ный декаданс отнюдь не характеризуется
только нигилистической или «аполитичной»
позицией буржуазных писателей. Характер­ной чертой нынешнего буржуазного дека­данса является появление новых форм де­магогии, стремление выдвинуть писателей
общественно-агрессивных, пытающихся за­туманить читательское сознание истериче­скими, ханжескими лозунгами, «Мы нё мо­жем себе позволить роскошь иметь новое

«потерянное поколение», — заявил недавно
один американский критик.

— Но когла мы пристальнее присматри-.

ваемся к этой социально агрессивной бур­жуазной литературе, — говорит доклад­чик, — оказывается, что никаких новых
ценностей, никаких лозунгов, кроме «ло­зунга» атомной бомбы, эти буржуазные ли­тераторы выдвинуть не могут.

Рассказав содержание двух повестей —

 
	американской писательницы №. де Форд.
«Последнее. поколение» и экзистенсналист”

wp Oe Ваы

 
	ки Симонны де Бовуар «Все люди. емерт­ны», докладчик говорит о нарастании
мерзких неомальтузианских мотивов, про­‘никающих в ‘современную буржуазную ли­Teparypy. Нетрудно доказать, — говорит
А. Лейтес. — что они определяются. самым
характером, CaMOH сущностью  империа­лизма.

’_ - Чем wayne. Tem ясвей становится.
	самым широким массам, что буржуазный.
строй может существовать только в’ усло­— Вот почему, — говобит докладчик, —
произведения советских писателей пользу­ются такой огромной популярностью у за­рубежных демократических читателей.
А. Лейтес сопоставляет два совершенно. раз­личных по своему характеру военных днев­ника, вышедших в 1946 году в Париже: С
одной стороны, лневник престарелого эсте­‘та и предателя Андре Жида, где, несмотря
на все ухищрения, зияет невосполнимая пу­стота человеческого сердца, дневник, не
вызвавший никакого интереса во Франции.
А с другой стороны, «Ленинградский
дневник» Веры Инбер. на который фран­цузская демократическая печать откликну­лась восторженно. Разительно отличается
мирок снобизма, разложения и цинизма, в
котором могли возникнуть дневники Андре
Жида, от той атмосферы. в которой жила
и писала свой «Пулковский меридиан» со­ветекая писательнина.
	Советские писатели дают всему миру
образец достойного отношения художника
к своему искусству, как к верному оружию
в благородной борьбе за высокие общест­венные идеалы, Советская литература сво­им существованием, своеи последователь­ной борьбой с декадансом проводит сегод­ня ясную и точную грань между подлин­ными ‘художниками, инженерами  челове­ческих душ, представителями прогресса и
между лекадентскими литераторами, при­служниками реакции, отравителями челове­ческих душ.
	Высокое гражданское: чувство советских
писателей, их последовательность. в прове­дении своих принципов, Исключение 3З9-
енко и Ахматовой из Союза писателей
вызвали одобрение демократических кру­гов Запада. Вопреки той грязной, буль­варной, клеветнической кампаний, Ко­торую подняла реакционна: пресса За­пала, зарубежные демократические писа­ул. 25 Октября, 19. (Для телеграмм — Москва.
		— Правдивая советская повесть выпол­няет двойное назначение за рубежом, —
говорит. докладчик, — Она не только ста­вит. большие общечеловеческие вопросы,
но и. шаг за шагом рассеивает то искажен­ное представление о наших люлях и нашей
стране, которое исподволь стараютея соз­давать У зарубежного обывателя реакцион­ные газеты. »

—XapaxtepHe, — продолжает А: „Лейтес,
— что выпады реакционной печати против
советской литературы усиливаются в той
мере, в какой“ реакция ‘чувствует растущее
влияние идей и мотивов советской литера­туры на демократическое искусство всех
стран. Особую ‘ярость реакционеров вызы­вает тема социалистического строительет­ва — тема новой пятилетки. Советская ли­тература, показывающая наших людей та­кими, какие они есть. «героями не на час, а
на всю жизнь», раздражает реакционеров и
мракобесов, которые втайне мечтали о том,
что наша страна выйлёт из войны  ослаб­ленной, я наш строй поколебленным. Межлу
тем, в отличие от каниталистических госу
дарств, наша страна переанла к грандиоз­Литгазета). Телефоны: секретариат — К. 5-10-40, отделы: критики — К 4-26-04, литератур братских республик — К 4-60-02, детской. об.
		ре —К I 18- a, ме” — K 4- -64- 61, издательство — К 3-37.34, 2 к < BEE IE LIE IE SADIE RBS ее РА GEE UE

a Е 7 So = = _ I A A 2

 
	Гипография *! улок» Москва, ул. Станкевича, 7.