‚ Произведения Никандра Алексеева выпущены Новосибирским государетвенным издательством тиражом в 10 тысяч экзем. пляров, на Них истрачены деньги, бумага и труд издательских и типографских › рабочих, автору, видимо, выплачен гонорар, и все. эти действия и затраты <креплены подписью редактора Н. Ларионова, Что представляет собою, сборник? По’ за: головкам -— «Ленинское знамя», «Орден Ле. нина», «Богатыри», «Штык», «Винтовка» «Наступление», «Партизаны» —можно предположить, что автором владеют образы и темы нашей современности. Но как он. воплощает их поэтически? Е На первых же страницах мы читаем такой набор слов: Иветет, не отпветает краска» Цветя на солнце и в тени... Краснознаменному цветенью Прилив бмл придан новых сил... вести, не отаветать легенде О красном знамени в веках, Краенела под волной луна, Пвел красным цветом сумрак синий... lye знамя пло, там тпла отвага, На нем пвели любовь и гнев... Оно ивело победы ради... Сочивяя подобного рода «красивости», лишенные не только мысли и чувства ре. ального, но_и элементарного политического такта, автор, выставляет, ‘словно щит, пе. ред произведением заголовок. «Ленинское знамя», не понимая, что писать на такую тему в духе эстетского кривляния — коWWLyHCTBO. ^ Чудовинино звучат строки этой же «позмы», где Никандр. Алексеев говорит о 80е Космолемьянской. Некая красноармейка собирает «в триж: ды вымытый сосуд» кровь со скамейки, ва которой пытали Зою, и этой кровью ‘окрон. ляет знамя, положенное на морилу героини, Кровоточа, хежала тут + Любовь страны. Красна скамейка, Но в трижды вымылый сосуд Собрала кровь красноафмейка. ‚..Над ним (знаменем, —E. 9.) из розоватой таины Cocyn. повернутый вверх дном... Красноармейка льет рубины На ленинекое полотно. Попытка изобразить подвиг и смерть о Зои в духе церковного благочестия—просто издевательство над памятью героини и вад чувством советского читателя. В той же поэме мы читаем о том, как пионер спрятал в землю красное знамя, и вот свершается нечто подобное церковному чуду: земле слана святыня; Омерклось... На ралость пионерских глаз Сверкнули. искры, и поверхность Над красным знаменем зажглась, Пылали розы. Вепыхнул мак Настолько огненно и яро, Что‘люди издали, впотьмах Считали заревсм пожара... самый словарь, евангельско-библейский— святыня, прах, праведная дочь. адские му. ки, поругана, воздвигнута святыня, презревший смерть, материнский лик — находится в вопиющем противоречии с темами наших дней. Алексеев любую! тему ухитряется подать в том же плане. Мать пров@дила на войну сына, и Алексеев пишет: Это. мать. идя тропой неторной, Помогла руке богатыря Вознести на высоте Нагорной Знамя золотое, как заря. На большом пути на Братиславу Был у сына мудрый проводник... Оттого в лучах сыновней славы Так ецяеёт материнский лик. Советских бойцов Алексеев гримирует под былинных богатырей, а ‘наш патриотизм отождествляет с цатриотизмем времен Владимира Мономаха. Прололжая стилизацию, он так заканчивает стихотворение «Богатыги»: ^ врат священных Киевграда Врага скрути и обезглавнь! Корней ЧУКОВСКИЙ Не верится, что Мария Познамекая -— но* вичок, начинающий автор. У нее зрелый, уверенный вкус и такая степень мастерст-. ва, какая ‘обычно достигается. опытом. [10- чти каждое ее стихотворение сжато до крайних пределов. Шесть или восемь строчек — ее основная норма. Такого лаконизма микогда не достичь дилетанту. Сила Познанской заключается именно: в том, что, даже в этих стишках-коротышках она умеет с достаточной яркостью выразить детское восприятие мира (CM., например, стихотворения «Что нравится кошке» и «Почему всё убегает назад?»). Но у нее — не «вообще» дети, живущие вне пространства и времени. В их словах и поступках чувствуются граждане нашей страны. Вот крохотная украинская девочка, BOCцитанная в ‘атмосфере советской гуманвости. С каким негодованием видит она, что огромный и сильный петух бессовестно нападает на слабого. Возмутивиись низостью его! поведения, она, естественно, захотела внушить ему моральные принципы, которые присущи ей самой: ТИвнику-розб\Инику, шо ти наробив® ТИвников: меншому голову розбив. Як тоб!: не соромно меншенького бить? я не буду, швнику, Олыш тебе любить, Здесь слышится подлинный ronoe ребенка, растущего в нашей стране. Особенно яв» ственно звучит этот голос в стихотворениях «Портрет», «Папа воротилея домой», «Дыня». Каждое стихотворение Познанской — мо„Времена года“ На рубеже ХУП века Миколас Даукша, один из ранних защитников родного языка на. Литве, писал, что тот, кто разругнает язык, уничтожает этим и согласие и единство народа. Подобные голоса оставались, однако, одинокими. Знатная литовская верхушка пренебрегала родным языком. Польские, немецкие, а через них и французские влияния грозили стереть черты национальной литовской культуры. Книги нат литовском языке ограничивались церковным <©одержанием. Но народ, т. е. крестьянская масса, без доступа к просвещению, `без грамоты, в нищете и крепостной неволе продолжал оставаться верным хранителем родного языка, Из. этой-то народной толши возникло в 60-х годах ХУШ столетия то. удивительное, особняком стоящее произведение, которое, наконец, появилось в переводе на русский ‚язык * и появлением своим широко распахнуло для нас дверь в национальную литовскую поэзию. Поэма Донелайтиса — мужицкая поэма. Это никак не идиллия. Она конкретна, не прикращена, проста, как крестьянская еда, В ней нет никаких любовных мотивов — неот’емлемой принадлежности идиллической поэзии. Несущественню в данном случае, что автор был священником. Это сказалось лишь в том, что он то и дело прибегает к морализированию и находит для своих семинарских наставлений и предостережений знакомые еще с византийских времен формулировки. Тридцать семь лет священствует Донелайтис. в местечке Толминкьемис, в. Малой Литве, т. е. в западной ‚ее части. Всю жизнь не теряет он связи ‘© ролным крестьянством, болеет его болью и ‚знает его насквозь. Эту народную боль и призваны выразить мощные, точно из крепкого дуба деревенским кустарем резанные, гекзаметры Донелайтиса Не хуже любого исторического исследования вводят нас «Времена года» в социальную картину тогдашней сельской Литвы. Перед нами — два мира, два резко разграниченных общественных слоя: помещики, ‘большею частью колонизующие страну ‘немцы (но есть среди них и французы, и швейцарцы),—и мужики, «честные», «екромные» бурасы, тот «работающий народ, литовцы, обутые в лапти». Донелайтис не только чувствует, но трезвым умом отлично разумеет крестьянскую беду: 1 2 ..Слишком уж, братцы мои, на полях мы в труде настрадались, Только и знали всегда, что спептить нам ‚ на барщину надо... ..Ох же. и маялиеь мы, новеедневный свой хлеб* лобывая... — говорит Донелайтис устами одного из бурасов. И много можно было бы р подобных мест в поэме. - А между тем правда ясна, как день: ae Барин иной захудалый хохочет, на бурасов глядя, Брезгует к ним прикасаться и хлопоты их. презирает. Разве мозгляк этот мог бы без бурасов так надуваться? Разве ‘без наших трудов обжирался бы On нирогами?.. Но доброму настоятелю из Толминкьемиса и в голову не приходит, что этот строй, где рядом из века в век живет роскошествующий упнетатель и нищенствующий хлебопашец может быть в чем-либо изменен. Конечно, барин и холоп очинаково голыми рождаются на свет, одинаково «орут» и «марагот пеленки», но уж такова божья воля, что одним дано наслаждаться и пировать, а другим потеть в полях, подставлять спину под кнут и отвешивать поклоны. Горькой, хоть и глубоко затаенной усмешкой звучат рассуждения бессильного и не ©омневающегося в народном бессилии священнослужителя. Да и откуда было ему ждать какой-либо перемены? Мысль, что когда иибуль-ето бурасы станут хозяевами своей земли, Что его любимая речь будет громко `звучать на Литве, как язык госудеретва и. национальной литературы, — такая мысль показалась бы Донелайтису счастьем просто несбыточным, Е Но у бураса’ все Же остается право ненавидеть и презирать «обжор и грубиянов»,— ‚„.Что плюют на крестьянина, словно На птелудивого пса... Так, между строк, призывающих xpeпостного мужика К послушанию, к безответному «честному» труду, вычитывается в поэме глухой, накицевиий гнев, еще He осознанное народное негодование. Автор Bo многом попрекает и самих бурасов — 32 нерадивость; ‘за’ нерасчетливость, за желание в иных случаях подражать господам в роли полубар’ — ‘лакеев. . Донелайтис видит. как растет всяческое зло: госпола вообще «запродали душу морту»‹ Народ понабралея от немцев всякого непотребства: ‚..Много холуев таких частёнько встречается - ВБЕНЧЕ, Что, от литовцев родяеь. говоря на литовском наречьи, Нам на великий позор, в пример себе немцев. й избрали. Много меж нами таких, что, нарезавитись волки чрез меру, Несни немецкие неть приучаются и еквернословить И, словно немцы, торчат в-кабаках с утра до . > полночи. Донелайтис глубоко почитает деревенскую женщину-труженицу: “ приетионас Донелайтис. «Времена года», Поэма. Перевод е литовского Д. Бродского. ОГИЗ, Москва, 1946, erp. 111. — Все вы правильно говорите, — сказал Семен, — только мало мне этого. 1 Мальчики переглянулись и насупились. ..Честь вам и елава, подруги, чьи прялви в круженьи размерном Звонко жужжат, поспемая льняные ь расесучивать мочки... Как же досадно ему; когда он видит, что литвинка начинает презирать крестьянскую пестрядь и желает щеголять: в немецком корсаже! А тут еще и ‘французы со своими модами и чуждыми обычаями «ненароком в Литву затесались». Литовец перестает ценить свое, литовское. И мрачные мысли одолевают Ен MOST a Так оно будет и впредь; нобеснуется мир етпе малость, Да и ослепнет совсем, к чертям на рога ‘ нокатавтись!.. Какому бы то ни было вольнодумству Донелайтис — хотя бы по лолгу службы— не может сочувствовать. Но ‘он крепко стоит за грамотность, за сиколы, он возмуцается некоторыми из своих знакомцев. ...Пенкюс, известный. дурак, «Отче Haul» HE знаютпий лаже. Также и братец его двоюродный, круглый невежда, Tomer и учителей обливают ушатами грязи... Немало. советов — моральных, домоводческих, вообще житейских — рассыпано по поэме Лонелайтиса. Уважение. к труду, огромное нравственное и телесное здоровье, ‘требующее сытости и счастья, и нигде не выставляемая на’ показ, но тео ощущаемая гуманность составляют ‘ основу «Времен года». Читая слова, обращенные к лошади, невольно всломинаешь Маяковского: ‚..Осенью ноздней, когла по грязи я на баршину еду, и зерез силу бредет по дорогам усталая кляча — Так я жалею ее, что порою обильные слезы Льются из глаз у меня, особливо к, как барин обидит. Да, я жалею свою. облысевитую старую клячу, Вот уж тринадцатый год в ноездках мы с нею проводим, в. и честно она старика на барщину TAHT, . АА надо мной — пожалей мою бедную душу, всевьипшний! — Смилостивиться никто He подумал доселе ни pasy.. И это написано в те годы, когда под кожаными переплетами золотообрезных книжечек любезничали пастушки и пастушки, И европейская литература уже начинала умиляться отвлеченными слезами «чувствительного» человека. Поэма Донелайтиса могла бы, однако, не заслужить такого внимания потомства, не будь автор выдающимся поэтом. Его реализм бесстрашен, не только сочен, даже груб, но ярок, как на полотнах старых голландцев, вроде «мужицкого» Брэгеля. Природа внушила Донелайтису едва ли не лучшие страницы его поэмы. Соловей, которого поэт называет мужицким певцом, «воробушком в серой сермяжке», не может быть забыт читателем С исключительной силой описана осенняя распутица, внезапно наступающая зима; Отношение Донелаитиса к природе лишено эстетического подхода. Нет у него и романтического ее оче-. ловечивания. © OT онелайтиса легче перекилывается мост к Гесиолу или Вифгилию, чем к аристократическому,. тонкому, смотрящему глазом акварелиста Джемсу Томсону с его «Временами года». Редкие качества поэмы Донелайтиса заставляют мириться с ее недостатками: повторением мотивов; отсутствием действия, нечеткостью роли персонажей. Хотя Донелайтис и показывает нам. целую серию. крестьянских / типов — старосту, умелого’ хозяина, ленивого батрака, — но все их разговоры, из. которых, собственно, и состоит почти вся ткань поэмы, служат для. выражения собственных мыслей азтора. _ Перевод поэмы исполнен с явным твор-. ческим под’емом. Д. Бродский работал, как поэт, — это явствует уже ‘из того, что ряд лучших меет поэмы переведен значительно. соверяненней; чем места более тусклые, видимо, мало. увлекавшие переводчика. Иногда перевод. превосхолен — например, начала «осени» и «зимы», «свадьба». В nepвых двух книгах у переводчика нет, однако, той свободы и уверенности, как в двух песледних: : Многие слова’и словосочетания найдены переводчиком очень удачно. ‘Применение, наряду с простейшими, а иногда прямо грубыми выражениями, таких эпитетов. как «хитроумный» или «многоопытный», имеют ту прелесть, что они -неприметно намекают на давность традиций «сельской» поэзии, Не нало упрекать переводчика и в том, что он применяет: целый ряд. славянских слов, вроде «купно», «ибо» и др. — они придают повествованию легкий клерикальный налет, этим приближая нас к образу автора. - Слова народного. языка тем более: естествен: ны в подобном произведении. Словарь переводчика богат, но порою несколько нарочит (крёхт, поснедать). Едва ли можно одобрить такие сочетания и выражения, как «Хватит нам сетовать, братцы»... «Вот й узнаешь маленько»; «Кто на’ литовской молве из’ясняясь»; кисель и мешанка «всюду с хозяйских столов испарились(!), исчезли бесследно», «пару ворон’ иногда позволя® себе застрелить я»... : Есть прямые неясности: «В семействе ‘не все без урода». Ряд ударений сомнителен: «без прасмотра», «оперившись», «довёрху», «хлопот», «запродал» «на люди» и др. Что касается гекзаметра, то Бродский идет по пути Фета. Его гекзаметр — очень : ‚ вольный, настолько. что иногла. становится шатким. Не стоит, например, гекзаметры начинать с анапеста. Трудная для восприятия форма гекзаметра требует особенной внимательности. - тает сделать из тяжелого стекла хрустальный рояль. Бабка Ганя заражается ‘этой мечтой, свято лелеет ее, противопоставляя Театр им. Ленинского Комсомола показал премьеру пьесы К. Симонова - «Русий вопрос». Спектакль, поставленный С. Бирман, прошел с успехом (см. рещено в следующем номере «Литературной ‚газеты»). На снимке: артисты А. Пелевин — в роли Смита, В. Серова — в роли Джесси и И. Берсенев — в роли Макферсона. . Фото Е. Тиханова. ® МОЛОДЫЕ НИНГРАДА Заметипть, как цепи скрипят. на мосту, Бак долго гудок умирает в порту, Как в темень летят города... В стихах Ивана Hemeauona чувствуется стремление к яркости, красочности. У поэта есть удачные стихи, но ему зачастую нелостает элементарной поэтической культуры, и, судя по некоторым. стихам, Демьянов ra a `совершенно чужда этой фальши. чинители таких монологов кокетничают ва? рочитой детскостью, щеголяют напускным инфантилизмом. Книжка Марии Познанской 89 Главная тема книжки, как видно из ее ‘заглавия, — цветы. Чуть не на каждой странице = розы, поденежники, ромашки, тюльпаны. Трудная, рискованная тема, потому что малолетний ребенок терпеть He может описательных стихов. Он — не созерцатель, а деятель. Эстетическое любование природой ему совершенно несвойственно. Если он здоров, он весь в движении, так как основой его психической жизни является та бессознательно-мудрая и многообразная деятельность, которая зовется игрой. Она-то и ведет его к познанию склонен бравировать этим недостатком (что реального мира, , у чрезвычайно опасно для молодого автора). A стишки, где ему сообщается, что, ‘у таТакие пастроения мало характерны лЛЯ. кого-то иветочка такие-то листья и такая-то поэтической молодежи Ленинграда, манерокраска лепестков, вызывают у него смер-. ность чужда еи, но штампы, ложно понятые традиции иногда дают себя зиать в стихах ‘молодых поэтов. тельную скуку, если он — нормальный ребенок. Ботаника в стихах — для него вещь , нестерпимая. Сколько ни писалось подобНеровен в своих стихах А. Чепуров. Ичоных ботаник, начиная < ХУ века, все они гда в одном и том же стихотворении (набесславно погибли от полного. равнодушия пример, «Рассвет») рядом с удачными стромалолетних детей, ибо малолетний ребенок ками встречаются поэтические шаблочы, любит, главным образом, такие стихи, в аморфные образы, напыненные фразы’ врокоторых изображается действие. Об этом де: «мы шли: в осатанелы:: визг», «BECb MUD, pnaycn camnerenecmever reread Аа промко свидетельствует детский фольклор, где каждый образ преподносится ребенку в сияющий и дикий», «пусть ‘каждая песчинЕНИНГРАДА ПОЭТЫ Л С первого’ курсаКарело-финского университета ‘ушел добровольцем в истреби: тельный батальон двадцатилетний Сергей Орлов. Сначала командир танка «КВ», нотом командир танкового взвода, после тяжелого ранения он вернулся на студенческую скамью, в Ленинградский универси‘тет. Ленизлат выпустил недавно книгу его стихов «Третья скорость». : Офицер-разведчик Николай Евстифеев, начавший ‘войну ‘у колпинбких насыпей и кончивший ее в Северной Корее, работает сейчас ‘на заводе технологом по металлу; стихи его часто появляются в’ газетах. Командир-санер Владимир Зотов после‘ ранения и демобилизации вернулся к профессии архитектора: он участвует в восстановлении Петродворца и пишет стихи. И. Демьянов был бойцом-шофером на Волховском и Калининском фронтах, сейчас оч работает на гражданском автотранспорте; стихи его печатаются в ленинградских гззетах. Вернулся к занятиям студент-филолог ‘Анатолий Чепуров, прошедший с армией Венгрию, Чехословакию, Польшу; издатель: ство «Молодая гвардия» готовит к выпуску книгу его стихов. Продоажает служить в армии С. Ботвинник, обративший на себя внимание стихами, напечатанными в «Звезде». . ‘ Лирика молодых ленинградских поэтов, как правило, автобиографична. Мир поэтических образов, в котором живет эта молодежь, связан © ‘чувствами и’ переживаниями советского человека на войне. Преданность отечеству и нежная любовь к дому, к матери, подруте. солдатский быт и солдатская дружба, испытание человека огнем, переживания бойца, возвращающегося с: войны, — таковы мотивы творчества молодых. . Я лзот взорвал. Теперь полоску крови, Как подвиг свой, ношу я на груди. В. Савицкий). или: : Я на землю по трапу ступил, За которую в битву ходил, -`®Спаш в`енегу, у лесного костра, Мел навстречу горячим ветрам, к В танке тесном два; раза горел. — Несмотря ни на что, уцелел. 3 в разгар вологояской весны Возвратилея сегодня е воины. iC. Орлов}. терои этих стихов —— цельный человек, любящий жизнь, уверенный в своих силах. Близость тем, общая судьба героев делает: иные стихи молодых поэтов. похожими пруг на друга. Но стоит вемотреться внимательно, и мы обнаружим — пусть пока в отдельных стихотворениях — черты разных поэтических индивижуальностей, Стихи Сергея Орлова отличаются смелыми, живыми образами. Вот стихи о погибтем солдате: Fy, как мавзолей, земля — На ‘миллион веков, И Млечные Пути пылят Вокруг него с боков, ка станет громом», «огонь разгоралея В $Го динамике. Даже грибы в старом русском фольклоре, и те проявляют мобильность: дерутся, «воюют, выступают в поход. Знание детской психики подсказало Маголове: f He лишенному способностей Льву Егоэову, автору таких Удачных стихотворений, как «Гололедица», «Жница», плохую услугу. ‘рии Познанской именно такую — динамичеоказывает газета ленинградского комсомоскую — трактовку ботаники. И это спасло ла «Смена», которая предоставляет ‘ему «скидку на молодость», публикуя слабые стихи («Дорогами атаки», «В Берлине»). которая ‚ предоставляет ему ее книгу от скуки. Цветы у нее почти нигде а Зеро < не описываются, как. носители. каких-то особенностей, а либо сами участвуют в детВсе OTH недостатки серьезны, их можно ской игре. либо с ними происходят события. которые вполне гармонируют с детской активностью (стр. 7, 10 и др.). ^ Даже стишок. «Мой цветник», дающий, казалось бы, полный простор описательству, и тот изобилует разнообразными дейстBUAMH: Яя взьму грабл! Й лопату, Та зроблю грядки в саду, Подсажу на них я м‘ яту, ‚ Чернобривц!, резеду. устранить только болышой творческой работой. Еще’ серьезнее другой вопрос, ° который неизбежно вытекает из знакомства с творчеством молодых поэтов. Их поэтический мир — это пережитое на войне, вее образы и краски в стихах почерпнуты из впечатлений войны. Воспоминание о Великой Отечественной войне и впредь будет вдохновлять советских писателей. Но ЖИЗНЬ не стоит на месте, она строго пред’являет поэзии свой счет Способны ли молотые Словом, книжка полезная и талантливая. о, говоря откровенно, мы были бы весьма поэты быть «с веком наравне», „беспрерывно огорчены, если бы М. Нознанская. раз HaVaan orp. neha oreatrerndanmengyy wero nan. всегда утвердилась в избранном ею жанре. Конечно, очень милы эти микростишки п тюльпаны и подснежники, котят и зайчат, HO для правильной ‘организации психической жизни пятилетних детей необходимы более широкие сюжетные схемы, проникнутые более сильной динамикой. Необходимы фабульные повествования и сказки, вовлекающие детскую душу в коллизии добра и зла и воспитывающие ее при помощи правильного разрешения этих коллизий. У нас есть все основания надеяться что обогащать себя впечатлениями жизни, расптирять диапазон своего творчества, изобразить героя, рожденного сегодняшним днем? -Почти у всех молодых поэтовфронтовиков есть как бы предчувствие ожидающей их новой болыной темы. Они отдают себе отчет в том, как мало они еще сделали в ц этом направлении. „Книжку заключают два стихотворения: «Сон Володи» и «Мать». Первое изображает горячечные видения больного сыпным ти: фом юноши-партизана, который в бреду разговаривает со своим умершим отцом — партизаном гражданской войны: второе сти: хотворение рисует \виления матери“ потерявшей ребенка и от горя как бы лишившейся рассулка. Автор с особенной охотой изображает такие ситуации, которые освобождают его от обязанности реального видения действитель. ности н дают простор невнятице, псевдо: поэтической туманности, атмосфера кото. рой лучше . всего. определяется такими сгрочками: Нет, мы не все еще сказали в жизни, Нам надо много, сделать на земле: Поднять дома, найти руду отчизне. И проложить пути в полярной мгле... . . (А. Чепуров). В отрывке из неоконченной поэмы Сергея Орлова, прочитанном на одном из поэтиче» ских вечеров в Ленинграде, фисуется утро Нового дня: Там мой герой стоит в, комбинезоне, Не музою влекомый наугад, . Он прибыл по билету третьей зоны На электричке‘ полчаса nasal, Он Фартук надевает. он лопатку Берет и подымает кирпичи И зажигалот розовую кладку Косого солнца дымные лучи... ь...Повеюду бой... Летит дымок известки, ~ Сырые стены гладит мастирок. Здесь мой герой на пгумном перекрестке Позму гладит из кирпичных строк. Но это пока не изображение героя, а только первое знакомство с ним «на шумном перекрестке». Точно так же, как в стихотворении Николая Евстифеева «Ремеслен. ник», пока еще больше грохота якорных цепей, чем живых черт молодого рабочего. И стихи В. Зотова «В Воронеже», Н. Кутова «Станки пошли» — это только заявки на новую, чрезвычайно для нас важную тему. Овладение темой сегодняшнего дня, поиски живого образа нового героя — серьезнейший экзамен для молодых. И только тогда; когда этот экзамен будет сдан, поэт получит право на подлинную жизнь в’ ли: тературе. a из неоконченной поэмы Сергея М. Познанская, отойдя ма реет ФР ЗИ ло-помалу от микPOHOSSHH, отдаст свои недюжинные силы этому важнейшему (и в высшей степени не: достающему). жанру. Мар!я Познанська «М кытник». Кив. Деравне видавництво <«Мололь». 1946. 32 erp, o* На рыжих скатах тучи спят, Метелицьг метут, Грома тяжелые гремят, Ветра разбег^ берут... Лирический герой Анатолия Чепурова — конкретен, как конкретен и окружающий его военный пейзаж. Характерно в этом плане весьма удавшееся автору стихотворение «Обыкновенный памятник войны». Цикл «Под чужими звездами» запечатлевает чувётва советского воина в заграничном походе: он не только тоскует ‘по ро‚ дине, он и чужую землю желает видеть иной — «без нищеты, без _eTpaxa, без страданий»: Стихи ©. Ботвинника радуют разнообоазием тем; самостоятельностью их ‘поэтического выражения. Ho тьЕ побывай на свету и во мгле, НТинель ноноси, ноброди по земле, В любви обгори = и тогда «Ноэты прошлых времен, — писал Горький, — восхищались красотами и дарами приролы, как земледельцы и землевладельцы, как «дети природы», в сущности же, как рабы ее. В отношении поэзии к природе наиболее часто и определенно звучали и ‘звучат покорность, лесть». ’ Принципиально иное восприятие природы ‘у человека нашего.. общества, «исправляюшего ошибки природы». меняющего географию земли. Это обусловлено новым отношением к труду, когда труд — не средство, а содержание жизни, радость, творчество. Константин Наустовский в «Кара-Бугазе» и «Колхиде» сумел передать и новое восприятие природы и новое эстетическое отношение -к ней. «Здесь мы будем высасывать солнечную энергию, — говорит в «Kaра-Бугазе» ученый Прокофьев, — сгущать ее, превращать в электричество, в тепло, в свет, в какую угодно иную энергию, и этот край расцветег так, как, может быть, никогда не цвели самые пышные цветы Калифорнии». Вся повесть полна движения, устремлена в будущее, и читатель ощущает «пышные цветы Калифорнии», как реальность. как настоящее, — он чувствует ‘торжество, красоту постоянно совершенствуюшейся жизни. Можно с уверенностью скавать, что в «Кара-Бугазе» и «Колхиде» Пау`стовский в своем эстетическом отношении к природе являлся подлиннымсоцизлистическим реалистом, ибо здесь его творческий метод обусловлен «фактами социалистического опыта» (Горький). «Ради великого счастья жить» герои «Кара-Бугаза» и «Колхиды» побеждают природу, совершенствуют ©е. Какие широкие горизонты, какие величественные перспективы открыты передними, какую благородную радость непрерывного движения, созидания оушают они! ‚понстантин НЧаустовский. «Повые рассказы», «Советский писатель». 1946, стр. 183. - ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА . 9 No 14 Буйный ум, без пути и дороги. Покатилея во мглу колесом. _ Те несколько. стихотворений Н. Алексе. сва («Весна», «Штык», «Южанка», «Партизанская пушка»), которые можно признать более или менее удачными, не оправдывают появления всего сборника, Думается, что у редактора, подписавшего к печати такую книжку, следовало бы