пречу Великому Октябрю Заметки тем не менее, кажется, еще живуча. Потобиблиотеки советского писателя. Надо уметь. му, вероятно: героями наших юниг-паще всего их читать». были представители тех профессии, которых мы видели в литературе и десять, и двадцать, и трилцать, и сорок лет тому назал, — студент, учитель, художник, артист, врач. Но где же непосредственный участник С тех пор намного увеличилось количество таких библиотек. Надо сделать все необхолимое Для того, чтобы советский писатель был теснейшим образом связан C ними. Жизнь настойчиво зовет к этому! BAABHTHH KATA B — Haebc у Сомая rnaspHasa Tema Мы орошаем Голодную степь в Казахстане, о чем в старое. время были исписаны стопы бумаги, осушаем болота в Белоруссви и одновременно ‘возрождаем Донбасс. Об этой последней работе было рассказано на страницах «Правды». Из разрушенных шахт Донбасса нало откачать 650 миллионов кубических метров воды, что равносильно осушению озера плошалью в 70 квадратных километров и в 10 метров глубиной. Несбходимо восстановить в Донбассе более 2500 километров заваленных горных выработок. Эта работа соответствует прокладке и закреплению оплочиной линии тоннелей от Москвы до Парижа. на глубине в 200—700 метров. . Перел нами ‘во весь рост встает интереснейшая тема возвращения воина к творче” скому труду. Возвращение с войны для Чех ловека капиталистических стран — слож” ная и мучительная проблема. У нас этой проблемы нет. < Металлург Андреев очерк Б. Галина «В Донбассе») торопится домой, лишь только пришла весть о том, что город Сталино освобосклен. Но дом для Андреева—это прежде всего завод. Скорее осмотреть его, скорее начинать стройку! В этом жизнь, в Этом счастье. Есть в очерке Галина человек, которому уделено несколько строк, Однако именно Этот персонаж особенно запомнился нам. После войны шахтер из далекой Караганды едет в Лонбасе посмотреть шахту «Американка» (самая большая в Европе). vs Реалён ли такой человек на Западе? Можно ли поверить в то, ‘что шахтер из Пенсильвании потратит часть своих сбережений (если они у него имеются) Ha TO, чтобы посмотреть, как работают шахтеры в другом районе. Нет, такой человек з капиталистическом мире невозможен, нереален. Для пенсильванского шахтера работа не есть та самопеятельность. о которой писал Маркс. Ненee сильванеи ‘лержит свои ‘сбережения на черный день, а этот черный день неумолимо приближается; человек вернулся после BOHны в мир кризисов и потрясений. Трул человека нашей эпохи должен по праву стать самой главной темой советской художественной литературы, = Лет десять тому назад в одной литературной дискуссии была высказана мысль о том что современного человека нельзя показать без непосредственной связи его личной `яеизни с той работой, которую он выполняет для общества, Но тогда эта мысль выдвигалась лишь в Порядке постановки вопроса. Cam автор статьи указывал, что его тезис сше следует проверить. _ Вряд ли теперь такая мысль нуждается в прозерке. Невозможно изобразить человека наших дней, не показав того, что он нрино» сит стране своим трудом. Труд должен быть не общим фоном, Ha котором развертываются взаимоотношения героев, — это’мы не раз вилели в книгах, — а содержанием человека. На наших глазах в обществе, которое идет к коммунистическому будущему, труд становится потребностью человека. Как же можно писать о людях наших дней, упуская из вида эту сторону проявления их личности? Не раз выдвигались опасения, что «специальный материал» якобы неизбежно «повредит художественной ткани произведения» Мысль эта. ‘явно несостоятельная, «..Своим умом приходится’ до всего доходить, своими силами осваивать технику. Надо создавать людей», — об этом прежний Глер Чумалов не думал. Он. вылужден был в то время целиком доверить технику чуждому человеку Клейсту—иного выхода Чумалов не мог придумать. ибо технике его никто не учил. Без всякого плана, опираясь только на энтузиазм масс, возрождал он цементный завод. Огромная стройка, где он работает в годы первой пятилетки, — часть научного, сопиалистического плана. Теперь Глебу Чумалову по плечу задача более сложного порядка.. В чем назначение человека? В чем его счастье? Байкалов говорит Ватагину: «Наша мечта о будущем — наше дело». Огромное счастье видеть мечту, претворяемую в реальность. Эта мысль об’елиняет героев «Энергии». Даже молоденькая. девушка Феня сознает, что ве счабтье—в творческом труде («мое дело — это я»). С такой глубокой сознатёльностью люди из «Цемента» о труде не говорили. Но если перенейтись в мир чувств, в мир личных переживаний, то нетрудно заметить одну общую черту, которая сближает героев «Цемента» и «Энергии». Неустроенность старого мира, из которого они вышли, настигала их, причиняла им тяжелые травмы. Не ладится семейная жизнь Глеба Чумалова. Распалась семья Мирона Ватагина, одного из руководителей той стройки, о которой рассказывается в «Энергии». Рядом с ними по признаку непорядков в личной жизни можно поставить еще целый ряд героев. : В чем же причина всех этих неудач? В том, что не всегда человеку той поры удавалось совместить личное и общее. Сколько еще в этой области отношений оставалось. нерешенного. ‹ неналаженного! Мы это видим даже в повести «Танкер Дер-. бэнт», герои которой гораздо моложе и Ватагина и, Чумалова. и о старом мире знают только по книгам. Для того, чтобы стать передовым человеком социалистического труда, механику Басову, герою * «Ганкера „Дербента», приходится‘ не только выдержать острую борьбу с закоснелыми. рутинерами,-—-испытазию подвергается его личная жизнь; Молодая жена считает, что работа. отняла у нее. мужа. Ковфликт в конце концов улаживается. Крымов сумел’ показать, что это не «хеппи энд», а финал естественных взаимостнопений — пусть на время осложненных -—= людей, в сознании которых все меньше и меньше места остается пережиткам прошлого, - Безостановочно продолжается‘ духовный рост советского человека. Это легко проверить тем, что отдельные представления и мысли героев книг Ф. Гладкова, М. ШагиHH, Ю. Крымова сегодня советскому читателю уже кажутся наивными. ‘ В своих размышлениях Костя («Энерrag») не может примирить два начала труда — интеллектуальное и физическое. «Для меня сейчас. нет иной музыки, кроме музыки массового труда», — говорит он. Поэтому Костя, пианист по профессии, становится табельщиком. Любой советский человек скажет теперь, что‘ Костя решал вопрос примитивно, неправильно. Сфера наблюдений советского писателя стала более широкой, чем семь, десять, пятнадцать лет тому назад. Но как мало мы пользуемся благодарнейшим материалом, как редко пишем о «винтиках», рядовых с0- зетских людях, которые творят чудеса, преобразуя своим трудом нашу страну! Почти одну треть истории, социалиетического государства заняли навязанные ему войны. Второй ‘раз советский человек должен возродить хозяйство своей страны, нас были книги, рассказывающие о том, как он выполнял эту задачу после 1921 года. У нас будут книги о новом, послевоенном восстановлении. Но действительность, страницы Закона о пятилетнем плане подсказывают, что теперь эту тему надо ставить иначе. Откроем KOMплекты ‘наших газет за двадцатые годы. Мы найдем сообщения о том, что разморожен еше один цех большого предприятия, что завод уже дает половину продукции 1913 года. Это считалось достижением. Без широких познаний в технике, без всякого опыта начал советский человек восстанавливать отеталое хозяйство. Он на ходу учился азбуке руководства. Теперь, в послевоенное пятилетие, советский человек, построивший могучую сощиадистическую индустрию, вооруженную п®- редовой техникой и наукой. не просто восстанавливает свое хозяйство, но одновременно и развивает его, поднимает на более высокую ступень. Это двухсторонняя задача. Советский человек может ее разрешить ибо он вооружен и опытом, и техникой, И новыми свойствами мировоззрения, характера, которые принес ему социалистический уклал. Как советский человек решает эту двухстороннюю задачу, поставленную перед ним Законом о пятилетнем плане, можно пояснить на одном примере. Горьковский автомобильный завод имени Молотова изготовил. опытный автомобиль, оборудованный под пере‹ лвижную библиотеку. Автомобиль pa: диофицирован, электрифицирован и утеплен. В кузове размещается библиотека,. имеющая 1500 книг. `Передвижная автомобиль-библиотека предназначена для обслуживания колхозов. В апреле этого года будет выпу* щено 30 таких малтин, На снимке: первый опытный автомобиль-библиотека. . Фото П. о ео L ’ Философы «заката и распада культуры», которых немало появилось на Западе после` первой мировой войны, не ‚раз писали д. вырождении, о неминуемой гибели искусства. Один из ходячих доводов, которым они оперировали, заключался в том, что темы. «вечного порядка» уже окончательно отработаны и невозможно художнику сказать. новое слово. Любопытно, что,: перечисляя. эти темы «вечного порядка» (любовь; страдания человека, смерть, власть сильного, борьба за жизнь и т. д.), отрицатели искусства не выделяли особо тему труда. Такой отдельной темы для них не было. Труд сам по себе — не новая тема B HCкусстве. Со времен Гесиода она живет в художественной литературе. Но тэуд был обычно символом безропотного поЯчинения судьбе, покорности, которая не ищет лучшей доли на земле! Труд был уделом «малых сих», которые безропотно пооходят тяжкий путь незаметных людей, ничего не видя впереди и ничег: после себя не оетавJAR. В 1844 году Марке писал: «..Труд — является чем-то внешним по отношению к рабочему. т. е. не принадлежит его существу, и... ПОЭТОМУ рабочий не утверждает себя в ‘своей работе, а отрицает, чувствует себя не счастливым, а‘несчастным, не развивает свободной физической и духовной энергии, а изнуряет свое тело и разрушает свой дух... Деятельность рабочего не есть его самодеятельность. Она принадлежит другому, она состоит в растрачивании самого себя». Три четверти века ‘спустя в самой большой стране земного шара утвердился освобожленный труд. В статье «Очерелные задачи советской ласти» (апрель, 1918 год) Ленин, предлагая незамедлительно использовать все возможности для хозяйственного о возрождения страны, указал: . `«После перехода политической власти в ‚руки пролетариата... сила примера впервые -пюлучает возможность оказать свое массовое действие». : В двадцатые годы, в разгар восстановительной работы,. вырастает тема одухотворенного созидательного труда, возвеличенного тем, что даже самый незаметный человек сознает себя частицей сплоченного со: общества людей, которые, строя настоящее, вместе с тем строят будущее. Романом Гладкова «Цемент» открывается тема труда в советской художественной ли: тератур®. Новаторство этой книги состояло в том, что в ней впервые был показан коллектив советских людеи, решающих задачу: созидательного порядка. «Перед нами открывается целый мир, который уже завоеван, — говорит Глеб Uyмалов инженеру Клейсту. — Пройдут. го: да, и он заблещет дворцами и невидаными машинами. Человек будет уже не раб, а. владыка, потому что основой жизни будет свободный и любимый труд». . Вспомним, что писатель работал над книгой в 1923—1924 годы, в переходную пору, характерную сложным сплетением противоречий, мучительную для тех, кто оказался неспособным разглядеть основные исторнческие черты времени: Пора возрождения еще только начиналась. Но писатель умел уверенно глядеть в будущее, умел мечтать. Потому-то он и смог. стать новатором. Восстановление завода — подвиг, большая масштабная для своего времени работа. Но. для Глеба Чумалова этого мало. ‘Для него ‘возрождение ‘цементного завода — лишь начало” огромного ‘дела («Еще не таких великанов понастроим...»). Естественным было для автора «Цемента» обращение к такой теме, как Днепрогэс, Но’ задача оказалась более сложной. Днепрогэс строят уже не те люди, которые лишь вчера вернулись с-фронтов. гражданской войны. С тех пор они заметно изменились, стали содержательнее, ‚ глубже. Это люди другой поры — первой сталинской пятилетки: Герои «Цемента» не уступают им ни в самоотверженности, ни в TOTOBHOCTH выполнить любой приказ партии, HO безусловно уступают и в культуре и в вооруженности новым жизненным опытом, качественно отличающимая от прежнего. У Глеба Чумалова чет никаких знаний, кроме полученных на старом заводе и на фронтах гражданской войны. Он’ и’ Даша — начинающие строители социализма. Heредко герои «Щемента» новые думы и чувства могут выразить лишь общими словами, порою мысль идет за порывом, порою их мышленье. кажется угловатым, наивным для наших дней. Все это — первые ступени в развитии передового советского человека. - Персонажи «Энергии» стоят на более высокой ступени. Формально между ними и героями <«Цемента» — интервал в 8—10 лет. Но в эти годы входит завершение восстановительного периода и начало реконструктивного. В стране произошли важные изменения. Изменились и Люди. В «Энергии» мы еще раз встречаем Глеба Чумалова. Тетерь он — заместитель начальника огромной стройки, человек, который далеко ушел от прежнего Глеба Чумалова. стройки — человек с пилой, с слесарным инструментом в руках? Резен скульитора почему-то легко совместить со «спецификой» художественной литературы, а резец токаря — гораздо труднее. Преподавателя географии, который стоит возле, глобуса, у нас умеют, изобразить. Но показать преподавателя ремесленного училища, чьи учебные пособия — станки, мы еще не сумели. Думается, что все эти трудности проистекают из одного и того же — из ограниченности опыта литератора. Разумеется, могут встретиться в нашей среде холодные описатели, которые готовы ‘заменить человека техникой. Но не менее ‚чужды нам и -такие литераторы, которые видят современного ‘человека вне. всякой связи © трудовым процессом. Рутинерская природа подобного стремления очевидна. Наибольшая удача ждет того писателя, который сумеет ярко ‘показать эту связь, эту взаимозависимость ‘личного и общего, основанную на творческом труде гармонию личности и коллектива. т «Нам нужно особенно заботиться о том, чтобы труд человека стал более производительным, так как в этом заключается не только личный интерес каждого трудящегося, но и общий интерес государства» (В. М, Молотов). - Напомним об одном из главных положеций опубликованного марта с..г. постановления Совета Министров СССР’ «О госу= дарственном плане восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1947 год». «Государственные планы должны быть большевистскими; они должны быть рассчитаны не на среднеарифметические нормы, до-. стигнутые в производстве, а на среднепрогрессивные нормы, т. е. равняться в. сторону передовых», Решение задачи, о которой говорится в этих строках, предполагает значигельные изменения в психологии ‘людей и связанную с этими изменениями работу по воспитанию трудящихся.в духе коммунизма, упорство передовиков коллектива в достижении своей цели, решительное преодоление косности, борьбу нового и старого, перенесенную в цех, в кабинет конструктора, в лабораторию. - Растет духовное богатство рядового советского человека. Глубже, ийтереснее cTaновится ОН: Ё Восемь лет тому назад на ХУПГ с’езде ВКГб) товарищ Сталин сказал: «Мы хотим сделать всех’ рабочих и всех крестьян культурными и образованными, и мы сделаем это со временем». На наших глазах стираются вековечные различия между умственным. и’ физическим трудом, между городом и деревней, разлиЧия, которые при капитализме являются непреодолимым злом. Среди лауреатов Сталинской премии мы встречаем имена не Только художников, ученых, но и трактористки, фрезеровщика, колхозницы < далекого Алтая, вдохновенных. передовых тружеников. На путя к коммунизму вани люди сгановятся всесторонне развитыми, всесторонне культурными. Писатель, для которого социалистический реализм является не формулой, а творческим. методом, может и должен изобразить этот величественный процесс. Автору этих строк довелось слышать следующее высказывание Алексея Максимомича Горького: - «Урал, Кузбасс, все места, где с особой отчетливостью видно, как человек. своим ‘трудом меняет’ нашу жизнь, — это новые ‘и ммлв СИЛЬНОЕ ОРУЖИЕ Полтора десятка лет назад советская лиТература переживала период всеобщего увлечения очерком. Но потом все переменилось. Постоянные. отделы очерка в толстых журналах один за другим закрылись. Издательства также изрнали STOT BUA TBODчества из своих планов. Поездки писателей на новостройки, в колхозы и совхозы страны стали все болеередкими. Волей-неволей авторы перекочевали в другие, более благополучные жанры. г На смену ючерку, насыщенному. как правило, актуальным бодержанием текущей действительноёти, в журналах утвердилось беспримерное увлечение историзмом. _ Исторические рассказы, повести. романы. исторические трилогии, изыскания, монографии, трактаты, документы грозили отодвинуть в дальний угол современную’ тематику. Читатель жудналов знал гораздо больше о оха у князя Бееволода вотчинчом быте KO: Большое Гнездо. чем. скажем, о жизни Феранонта Головатого или Тастелло. Очерки © заводах, колхозах возвращались порою автору, без прочтения. Создатели их стали прибегать даже к некоторой «маскировке» под другие жанры. К. ‘примеру, последнее, столь хороо принятое советским читателем замечательное произвеление В. Овечкина «С фроентовым приветом» почему-то названо автором «повестью». На мой взгляд, м по композиции, и по развертыванию сюжета, и по фактуре это — самый типичный литературно - художественный очерк, дающий глубокое, художественное ‘обобщение явлений жизни. Столь же ярким. примером хорошего — путевого очерка, наполненного свежим и ©очным местным колоритом, мне представляется повесть И. Anamunesa «Гутешесея повесть И. Арамиг ствие на Кульдур», давшая ‚ние этого жанра’ после войны. Друтие про» извеления пока еше не удовлетворяют ‘по ‘содержанию, ни по форме. ; р Писательские организации все еще неё отдают должного очерку. В’ Союзе писатея лей деятельность писателей-очеркистов да сих пор считается второстепенной, ей на уделяется элементарного внимания: Жу налы также не научились ‘еще долясным разом направлять -работу а Этого жанра. В «Октябре» помещено, наз поимер, развязно-пошловатое ^ произведение Т. Веледницкой «Они растут», представля ющее собой сплошное сюсюкание и пере» сахариненную выспренность. = В Веледницкая описывает ясли Московское го авиационного завода. «Чувство протя женности времени осеняет меня», — ©0065 - щает ‚она, очутивиись в яслях. Здесь автов видит ребенка, Валерика, котовый «агукал; курлыкал, ликующе взвизгивал, гортанными криками оглашая сад». Стыдно писать так о детях для взрослых в серьезном совет ском журнале! Публикация таких, с позволения сказать, «очерков» лишь компрометирует‚ этот вид литературы: Е За очерк! Нужно < первых же шагов но7 ‚вести решительную борьбу с подделкой, грубой жанровой фальсификацией. Попробуйте назвать акростих телестихом, — Ч ‚ вам тут же укажут на ошибку. Ho mpocmor< рите номера журнала «Огонек». вышедтмие за полгода. С ремаркой очерка в журнале ‘напечатано несколько десятков газетных. журнальных корреспонденций, то менее, то более беллетризованных. Например, в материале А. Глебова о Кубани «На жатве» нет ни одного штриха, характеризующего описываемое время, место. Автор пишет: «Наз чиная с ранней весны, Кубань вела войну & сорняками, Председатели ста передовых колхозов об’явили о ‘борьбе сними. (С кем: с сорняками, — будем полагать? — Ф. М.). На многих полях мы видели разительные (1!) плоды этой схватки». Об’явить борьбу copнякам—еще не значит их уничтожить, Вен очерк. — серая, казенная отписка, небрежная, бездумная. `В хорошей газетной Koppec понденции найдешь больше. г Нам нужен устойчивый, ее. литературный очерк. без обеднения и приз чесывания, показывающий все величие на* шего труда, наших усилий, наших благоз родных устремлений, смело, глубоко, самая стоятельно и оригинально трактующий ная более крупные явления нашей грандиозной действительности, очерк, лежащий за пре» делами голого факта, за пределами одного Писатель-очеркист оперирует и образом, и сюжетом, он может и должен психологи» чески разрабатывать свой материал, ему не возбраняелея рисовать пейзаж, делать лия рические отступления, останавливаться на внутренних переживаниях своих героев. ОН пользуется всеми изобразительными среде ствами, как и рассказчик, фоманист. Нроз блемы композиций, языка, стиля, диалога, образа, художественной достоверности = все это так же близко касается очеркиста; как и всякого писателя, работающего в 0бз ласти художественной прозы. Помимо это» го, от писателя-очеркиста требуется еше особое умение наиболее точно и наиболее типически воспроизводить реальных героев; данные определенного географического ме= ста, обстоятельства определенного историз ческого периода. Это работа творческая. Представителё этого вида литературы должен постоянно пробивать дорогу, взламывать . новые це линные пласты, заново разрабатывать саз мую разнообразную тематику, — в особен: ностя тематику, продиктованную лействи? тельностью. Писатель-очеркист должен знать жизнь из первоисточника. Он должен уметь распознавать новые явления, предугадывать намечающееся их развитие. „Глубокое, творческое изучение жизни =% наипервейшее условие, без которого не мо? жет быть сколько-нибуль плодотворной раз боты. Гастролерские наезды на «натуру» ничего не далут писателю. Еще Шатобриан писал: «Для живопиена довольно одной _ MEHYTH, дабы очертить каранданюм какое= нибудь дерево, снять вид, нарисовать раз’ валину; но целые годы `кратки для того, чтобы познать нравы людей». Глеб Успенский указывал, что писатель обязан спуз ‚ ститься в самую глубь народной’ жизни, 3 должен своими руками «перерыть все что ни на есть в избе, в клуне, в хлеву, в амба: ре, в поле». Это большая. весыма хлопотли< большой, но весьма удачной книжке о советских людях нашей дальневосточной тайги, — книжке, нелавно выпущенной издательством «Советский писатель», ся к тому, что появилось только за носледние годы в нашей литературе, то без особого труда можно установить множество и других случаев этой, так сказать, невинной жанровой мимикрии. Конечно, ничего предосудительного тут нет, всякому автору ВОЛЬНО по-своему определять жанровую принадлежность своего произведения. Но все же эта «перебежка» из одного вида литературы в другой — явление до некоторой степени симптоматичное. И было бы сейчас ошибкой не заметить ‘того факта, что очерк прошел довольно продолжительный дня. и сложный процесс постепенного свертывания, деформации. Наши критики. наши советские литературоведы в этом должны основательно разобраться. Теперь художественный очерк снова поставлен жизнью на повестку дня. Это — самый боевой, самый подвижный, многоемй вид, которым художественная литература активно откликается на ‹амые аклуальные явления современности. И этими-то свойми особенностями очерк и представляет для нас наибольшую ценность. - Произведения великих MacTepoB STOTC жанра — Тургенева, Глеба ‘Успенского, Салтыкова-Иедрина, Короленко, Горького— были не только крупными литературными явлениями, но. и значительными общественными событиями, волновавиими всю пере‚довую Росеию. В годы социалистической реконструкции, в голы первой пятилетки, советский литературнохуложес твенный очерк полным голосом сказал свое. слово, сказал своевременно. толково, правильно, ‘убедительно. менно, толково, правельно, ‘уосдительие Лучшие очерки — М. Шагинян, Б. Агапова, Л. Никулина, К. Паустовского, И. Соколова-Микигова и других вошли в основной фонд натнеи литературы и заняли в нем одHO из перзых мест. = Военные очерки К. Симонова, Н. Тихонова И. Эренбурга, Л. Соболева, Б. Горбатоpa, В. Величко и других писателей-фронтовиков,! как неотразимые ‘и: волнующие документы своего воемени, несомненно, переживут многих своих сверстников из других ли‘тературных жанров. Советского читателя Советского читателя горячо волнуют] ниоудь дерево, снять 1 портреты знатных людей советской страны, валину; но целые годы . описания новостроек, путешествии, новых реографических открытии» работ многочисленных экспелищий. 06 этом. свидетель» ствует высокая оценка читателей и опубликованного в «Новом мире» печати очерка Б. Галина «В Донбассе». Но это — пока PrUUSTEAUTAA 242 TUSYTRINeS RURAL YA GR. ский указывал, что п ститься в самую глуб должен своими руками ни на есть в избе, в кл ре, в поле». Это больш рая мо и зесьма благо 1935—1940 годы. В колхозе «Передовик» радио почти в каждой избе. Новые песни проникают в быт. Среди них, конечно, и «Легко на сердце от песни веселой» и «Широка страна моя родная» и «Москва моя», и «По военной дороге», но их больше поют в избе-читальне. А по вечерам и в поле без конца поют «Любушку», «Катюши», ЗИ кто его знает», «Провожанье». Нужно отдать справедливость девушкамколхозницам, — это прежде всего они вынесли на улицу песни М. Исаковского. Поэт тронул чуткое сердие девушки тем, что. рисовал ее силой своего песенного дара такою, какою ей хотелось быть. А ей хотелось быть Любушкой, у которой нет отбоя от парней, но которая верна одному, тому, кто «стоит с товарищем в дозоре над. Амуром быстрою рекой», хотелось быть Катюшей, лумающей о бвоём возлюбленном с гордостью. как о ‘человеке, достойном у юбщего уважения. Великой Отечественной войны многие Mees ни советских поэтов, как, например, «В приз фрониовом лесу» м. Исаковского, стали тем учебником чувства, по в учи лись’ бойцы. НЕ, Может быть, кому-нибудь ао про? стой случайностью, что теперь, после войны, . Икаковский не вернулся к песням для © девушек, а пишет для юношей. Но это лишь проявление тонкого воспитательного чутья поэта. В появившихся в 1945 голу стихах «Услышь меня, хорошая» и «Снова замерла все до рассвета» поэт любуется свежестью: и робостью молодого чувства и заражает читателя стремлекием полюбить” столь же чисто и свежо. Усльтяь меня, хоронтая, Услыншть меня, красивая, — Заря моя вечерняя, Любовь неугасимая!.. Еще не вся черемуха К тебе в окотико бротиева... 497 юогиз гослитизлАТ (1947 Обложка книги «Избранное» В. Катаева раGorn: A. НТербакова (Гослитиздат). Перелистываешь страницу за страницей сборник избранных стихов М. Исаковского, сравниваешь латы его стихов и песен с датами собственных воспоминаний и вдруг со всей ясностью ‘осознаешь, какое огромное воспитательное значение имели песни советских поэтов в твоей жизни, в жизни твоих друзей. ‚1995—1927 годы. Деревня Осташково, Калязннского уезла, Тверской губернии. Летними вечерами по улице ходят, прогуливаются девицы, пронзительно _ распевая: «Когда б имел златые горы», «Потеряла я колечко». За ними — парни. горланя нецензурные частушки. В деревне работает драмкружок, в школе создана пионерская организация, люди начинают жить 110-HOBOму, а поют еще по-старому. 1927—1929 годы. Та же деревня. Работаюшие на отхожих промыслах в городах парни привозят городекие песни. Целое лето девчата исходят тоской по роковой судьбе нейзвестно кем и откуда выкопанной Acu* пастушки, ринувшейся вслед за обольстителем сердец Андрюшкой в. город, где: Научилаеь она русску-горькую нить, Й на счастье малютка <кончался.е, Частушки не стихают, и кто-то уже привез из города «Письмо матери» С. Есенина; подвыпившие парни горланят и эту песню, искусственно подогревающую уже потухающую в крестьянском сердце традиционную нелюбовь и подозрительность к городу. Но уже выходят в Москве «Провода в соломе» М. Исавовского, и проницательный взгляд Горького быстро оценивает огромное значение этой книжки, её лирического геpon нового человека, «который знает, чтэ тород и деревня — две силы, которые OT‘дельно одна от другой существовать не могут, и знает, что для них пришла пора „елиться‘в одну, непоборимую творческую Филу». ] Их действительно, пора пришла. 1989— 1934. Колхоз «Передовик», Калязинского района, Московской области. Комсомольцы ущетно. пытаются вытащить на улицу песни, которые пели в школе, — «Взвейтесь кострами, синие ночи», <Барабаншика». Девушки нё подхватывают, но <о сцены драмкружка мы уже читаем не «Белое покрывало», а «Раздумье», «Вдоль деревни», И на какой-то собственный частушечный мотив девушки уже поют «Я не клала в печку дров», поют.о том, что «учителя любить много интересней». Новые песни ускоряют духовный рост деревенской молодежи, пробуждают новые интересы, иные думы. ! _ Обложка книги стихов Ило Мосашвили раз ботьт С. Чахирьяна («Советский писатель»), флагами на маевку, не могли запеть «П0- теряла я колечко», равно каки деревенским девушкам, собравшимся на посиделки, He могло притти в голову выражать свою грусть словами «Варшавянки», Но в ®Катюше» с ‘равным успехом изливает свои чув‘ства и массовая’ праздничная демонстрация, и рота солдат на походе, и девушка-колхозница, возврашающаяся < поля на своем тракторе. - - Мне случалось несколько раз бывать на послевоенных колхозных свадьбах. И не было ни одной, на которой не присутствовал бы незримо М. Исаковский, на которой бы не пели о том, что ‚советской нашей Родины Не забыли мы нигде. Песню знали все -- и пришедшие с фронта, и никуда из деревни не зыезжавшие. «Где ж вы, где ж вы, очи карие», — начинается она типичным для лирической песни запевом; но песня эта не только о любви, не только о разлуке с любимой, а о лобви к советской родине, песня патриотическая. С патриотическим чувством безраздельно сливает. чувство к любимому «девушка простая» Катюша. , Пусть он вемлю бережет родную, эй А любовь Катющта сбережет, : В стихах-песнях М. Исаковского стерты грани между жанрами лирическим и гражданеким, и общественное начало в них предстает, как. лирическое. В этом отличие его творений, равно как и лучших песен других наших поэтов, от песен прошлого: песня, созданная в советской ` литературе, качественно иная. Определения этому жанру вне не лано, и, может быть, простое‘ название — советская песня является’ для него пока исчерпывающим определением. Такая песня могла родиться и утвердиться только в советской стране, в Народе, который не разделяет уже больше личное и общественное в своем сердце. Новый жанр. явился в результате тех социальных изменений, которые произошли в нашей стране. он выражает новое, иное со: держание душевной жизни человека. И функция этого жанра, роль песни в нашем обществе также качественно иная, ВОСПИТАНИЕ ЧУВСТВ поэтической прелестью, ‘постоять`у стачции, «чтоб сердце остыло немного», Увидеть одухотворяющим взглядом стоящие на холме березы, заметить скрий половиц в сенях мог только поэт. И поэт научил этому молодого офицера, вчеразлгнего простого крестьянского парня, Лейтенант смотрел на памятный ему с детства мир глазами поэта, близкого ему по духу, и был потрясен многозначительностью каждого Из привычных явлений STOR. мира, : GM we Около двух лет назад случилось мне стать свидетелем любопытного разговора в офицерском вагоне поезда дальнего следования. Многие. пассажиры ехали в OT пуск, были полны радостью только что достигнутой победы над Германией, единое чувство быстро сблизило всех и разговор стал общим. Скоро им овладел один лейтенант, уже побывавший дома И возвращавшийся в свою часть. Он знал и видел ‘больше, чем другие. Каждый мог. поведать © боях и походах, о Румынии или Германии, но только один он мог рассказать о побывке дома, — это чувство остальным еще предстояло пережить. Описывая свои переживания, лейтенаит все время цитировал стихотворение М. Исаковского «Возвращение», за полгода до 3TOго опубликованное в “Правле». Его рассказ длился долго, видно было, что он искренне взволнован, обрадован и удивлен этой своей способностью. к. поэтиWECKOMY восприятию явлений, что, может быть, он впервые открыл в себе это качество. ; : . Многое в этом разговоре было в большой мере новым и для меня. Смотря на’ восторженное лицо этого Молодого парня, на его ликующие глаза, я впервые понял глубокий смысл поэтической работы Михаила Исаковского: вдохновенный рассказ ‘моего бенное %е значение. земляка осветил мне осо — Угадал все, что я буду чувствовать, и зсе, что замечу —- угалал! — удивлялся лейтенант. — И березы у нас точно так же с пригорка сбегают, и мальчишки за Мной оравой по деревне; до деревни-то я дошел, уже скотину согнали, — ‘ И вот я иду через сени, ’ В осиях половицы екрипяти . ` Подумайте, даже полювицы предусмот_Он был не вполне прав — поэт не только угадал ето чувства, HO и научил им его. Возвращение с войны в родную деревню ne могло не быть радостно-волнующим ДЛЯ любого человека, во насладиться всей его стихотворения». они советской 47. Отр, 328. М, Исановский, “Иэбраняые ©”, Библиотека избраяных произведений литературьт, «Советсиий писатель», Стихотворение «Возвращение» не вошло Р сборник избранных произведений поэта, от = и ражающий его творческий путь. 110, котдя. перечитывал этот сборник, невольно в памя. te PE д К «Г ти веплыл фазговюр, слышанный в вагоне. Е р а ЗАРА ‚а NN © Михаиле Исаковском написано много. Ero стихи давно перестали быть просто оригинальным литературным явлением, они вошли в народ, миллионы людей от мала до велика считают вполне естественным зыражать самые сокровенные свои чувства словами поэта. Стихи сборника не нуждаются в рекомендации, они проверены и временем и сердцем народным. . Но сборник. этоз впервые < такой нагляд: ностью раскрывает роль, которую играло и играет творчество Исаковского в нашей жизни. В полном смысле этого слова М. Исаковский — поэт-новатор, утверждающий в нашей литературе качественно иной песенный жанр, подобного которому не знала поэзия прошлого. Жанр этот создан трудом целого поколения советских поэтов, “ В чем его особенности? В’ нем, конечно, легко усматривается верность традициям демократической поэзии. Советские песенники и М. Исаковекий более чем кто-либо шли в своем творчестве, подобно Кольцову, от устной народной песни; для М. Исаковокого характерно такое взаимопроникновение, взаиморастворение литературы и народной песни, которому ‘учил великий Некрасов. Но главное все же не в этом, Испокон веков существовала лирическая народная песня. Издавна существовали также песии патриотические, гражданские. В kore XIX Beka появляются массовые революционные песни. Все это были различные жанры. Для кажлой песни было свое место и свое время, Рабочие, вышедшие © Вряд ли кто всерьез вообразит, что дезевенские парни обязательно бросают в окна своим любимым букеты черемухи. Но я не удивлюсь, если после того, как эти стихи войдут в быт, — а их уже начинают петь в деревне, — молодежь от слов перейдет к делу, ибо: для юного сердца естественна стремление сделать свое чувство радостным и красивым. И сердце это не может не быть благодарным поэту, который не отгораживается от народа, а стремится передать наз роду все завоевания поэзии, на протяжении веков создававшей культуру человеческого чувства. Рождение новой -иесни, в Которой нераз* рывно сливаются лирическое и гражданское начало, интимные чувства неотрывны от чувства патриотизма, песни, воспитывающей и облагораживающей чувства, — такова большая победа нашей советской поэзии в области песенного жанра. И первое места здесь принадлежит Миханлу Исаковскому; удивительный поэтический талант которого народен в самой основе своей, Сейчас, когда мы продумываем творческие пути советской литературы за тридцать лет, хочется призвать наших писателей ясно осознать лучшие традиции нашей славной литературы социализма, продолжать, укреплять, развивать эти благородные траmanus! >АТУРНАЯ ГАЗЕТА Ностепенно и парни почувствовали OCOбую прелесть этих песен. И для них любнмая стала рисоваться в идеальном образе Катюши. Не случайно героиня М. Исаковского стала народным образом, а автор ее ‘удостоился неслыханной в истории награды — грозное новое оружие Советской Армии бой. цы ласково окрестили «Катюшей». , Лирическая песня * М. Исаковского He только облагораживает чувства молодой любви. не только учит деревенскую молодежь любить по-иному; она’ одновременно учит и тому, что помыслы о родине, участие в общей борьбе облагораживают’ любовь двух «ердец; она сделала чувство патриотизма, чувство глубокой любви к советскому государству—лирическим. В ней по-иному ‚зазвучал. мотив разлуки: разлука, веками рущившая счастье любящих сердец, оказывается способной укрепить любовь, если, будучи врозь, люди отдают свои силы единому делу, общей борьбе. Она учит одновременно любви к новым формам жизни; новый социалистический быт неизменно присутствует в этой песне, како поэтический, эмоционально закрепленный фон. Сознание. своей поэтической. деятельности как труда, воспитывающего чувства молодежи, призванного обогащать и возвыгшать се, лвижет М. Исаковским на протяжении всего его’ творчества, Он все время идет впереди жизни, подсказывая людям направЛИТЕР ление их личных чувств. Эта традиция ныне. утвердилась в советской поэзии — B TORT. Новое содержание, влитое в песню COветскими поэтами, изменило. и ее назначение, она заняла позицию активного. вмешательства в жизнь, стала играть роль воспи: тателя огромных народных Ма.