A303 TERRES итерзтурная газета аи AA ELON отменит ирина an Г ™ «акерия» П. Как начинает писать ©50е нове произведение писатель? Bets много ‘книг и высказыраний fa тему тчкак мы пишем» ‘— автобнографического характера, есть. достаточно исследов8-. ний на тему о том, как они (он) пишут (писали) — критического харажтера. Не все они пока мало вразумительно, в’? a ee et г Ещемоньше сы Знаем, © : 4 ства Начала самого Чворческого: про* ТИ если Фоборить даЙее»о Мачалах, то уместно‘ спросить: а Бак ‘mau ey читалель Читать? Просто вот откревае книгу м жупнат и читает та aerraers emTre Hoar ела9 + Mol Bans существуют ‘Почти всегда у. \читалеля какие-то‘. предварительные . отношения с а втором: ожидания, Har дежды, опасения, инорла и недовольство, инотда и протест. Если позволено сослаться на личный опыт — любое произведение Пильняка я всегда начинаю читать е протестом. любое произведение Зощенки— © обидой, обидой на то, что всём смелино, & мне вот не смешно, любое `пройзвеление Лидина — о нетерпением: ког“. ла же доберешься до’ ‘сути... Но это. конечно, весьма субъективно... ‚Не приходится, однако, от ©убъективности этой отказываться.” И ` не скрою, что © весьма определенным чувством начал я читать начала трех романов. мечатающихся В’ этом -тоду в с «Литературном о современняке». Безразличия ве было-и-воотношевии «Бользойземли» - Б. - “Лавренева («Лити совр». №.3), и. «Пушкина» Ю. Тынянова(№ 1-3); 2 «Оемьй» С. Марвича (№7 1-3) Было в первом случае: чувство. любопытства, чувство волнения -=30 втором’ и FYB ство интереса ==в третьем.» MUX EB тремя, товарищами через Хакодате в й = Тлаяпвоко кАк возникает кон: Сан-Франциско, › ка фяликт между ним как ‘нанимает он в Varese о ско американского бортмеханика, — 060 всем этом читаешь, не уставая „ий. не скучая. С лов ствием отм, ол е ura в РОЗИ *з землв» Hel, очабщьЕ чтб’ в «ролыоЕ 39: д: этой зистодьскойь, лёкирове Чной кра’ ‘сивости” погубивШей роман“ «Белое И есиное». #@ мм 2 3 & Ho ¢ леттикам (Моч nb. SBE — геро‘ем произведения — ‘абтрезаешься ка: ‚0 старым. хорошо известным знако“ мйм. — Я-вас часто и помногу видел, дорогой товарищ, конечно, вы из беспризорных, вы молоды, сильны, почти идеальны, определенно ‘стандартных; и вашего’ аротзгоняезя, ‘неврастеника.“ психуюЩаго»,* © <иЕтеллигентекимие странностями» яда» Bo Знаю: видел” й ‘американского бортиеханика. ‘парня; конечна, Нес“ знательного; то“ е подсознательным >. „-классовым-чутьем. Вее-вы, беоспорнолт1 =изненны. #9 во страницах Лавре». нева вы ‘че`фтовскя условны; вот В чем дело! На этих страницах, ВЫ —-с фигурки на веревочках, существую жиепо сами по себе» & Бак ‚необхо ‚димыЙ реквизи? для развития идей» ного и формального сюжета вещи. ‚Но я. не в. претензии ‚на _Лавренева. Я друтого нове экдал. И. по берясь предсказывать. дальнейшего сюжет» ного; хода романа, „мог. бы -без, больILOTO риска ошибиться, угадать психолотические взаимотношения, пёрсонажей. Это и не трудно .для опытного, читателя, чатающего, «беллетристи‘ческое» произведение, А Лавренев — и в этом ето сила и. слабость — один из немногих. по-настоящему в своей сфере талантливых беплетристов соМериме выходит в издательстве «Молодая Гвардия». Иплюстрации Худ, М. Аксельрода. мещанским раздражением против «командира в Ю0ке» некоторых жен комсостава, . 3 Пат за шагом ведет автор свою героиню, изображенную с большой тенлотой, к завоеванию авторитета, к признанию всем коллективом полка ее ценности как командира, воспитателя и талантливого техника-изобретателя. На фоне этого свежего, интересного сюжета автор раскрывает любопытные детали быта - красной казармы, своеобразной особенности педагогического процесса красноармейской учебы и т. д. Благополучное разрешение ситуаций читатель встречает с чувством большого удовлетворения. ПНодкупающий сюжет повести не делаёт ее, однако, вполне: худозжественным произведением. Речь идет о некоторой бедности языка. Автор иногда просто «докладывает» о ходе событий, как бы даже уклоняясь от развернутого художественного — изображения. Язык самих героев нове‘сти порой стандартизован, индивидуальные особенности речи отдельных персонажей трудно различимы, Очень много фраз, вкладываемых автором в уста героев, носят сугубо «вспомогательный» характер, вроде ремарок в пь@се, обозначающих передвижение персонажа. Только в oTлельных эпизодах (беседа с красно`армейцам Мальковым и ‹ др.) maa лог согревается дыханием живой жи ни. Повесть безусловно выиграла бы, если бы перед опубликованием была ‘подвергнута дополнительной стилистической обработке. В рассказах, напечатанных в рецензируемых номерах, мы встречаемся подчас © противоположными CTHлевыми недочетами, излишней витиеватостью языка, непродуманным, неряшливым натромождением образов, сравнений и т, д. В рассказе «Испытание» Широкова № 3 «Звезд‘ное ‘небо» встречаются такие малоЕе o, H06 О Mazo O°) “Артема „ грамотные” фразы: «Мне вообще труwancuatan: “дно хвастаться симпатией к’ нему». Значительно лучше и по сюжету, и по языку рассказ «Бригадир» Ив. м г тото, кого еще неделю назад дразнил. Странное спокойствие мертвеца nopa-ило 610. Это была первая смерть, тни в жизни Ефрема, которое, вирь: . чем, не затянулось». Так не пишет беострастный исоле. дователь. Так пишет писатель весь. лый, иронический, очень! лично, при. страстно относящийся к персонажах ‚.сзоим, очень заинтересованный. в. спряятии читателя, отнюдь не скры.. вающий, что на читателя хочет Ros. действовать в каком-то определенном найзавлений, ©“ ” Организатор А Hery ne зорганизатор ‘материзда/, Вевьма ae позтительно . обрадцается. автор cy матерцалом — Петероурт . воек. дов. мир епекулянтов, буржуа. зии, интеллигенции Послелователь. ное изложение событий? Не ждать ‘этого от Марвича, Нагромождение, лихоралка, дикая пляска, х80с собы. тий, Действие то отвлекается наза ‘совершает экскурсию в прошлое те. `роев, 10 мчится рискованным прых. ком вперед, рассказывая — В тот ув. ‘мент, когда речь идет о 1316 тоде— © судьбе. персонажа в 1920 году, y ‘возвращается затем снова в 195. ‘TOR; действие перемежается авто. скими отступлениями — научная дя. ‘сертация.о лесах, лирико-ироинчь ский этюд о военной полковой uy. зыке; в действие вмешиваются як. iy бы случайные, мимоходные автор. — ские признания и комментарии; дев. ствие то замедляется, то ‘подстегива: ется, словно кнутом, нарочитым зв. ‘торским обнажением приема. . Конечно, в некоторой степени зв. тор просто веселится свонми экель. риментами, He всегла’ удачными, Марвич — ярко выгаженный экопе. риментатор в области художествет. ной прозы. Но это не в осуждение сказано. Этот молодой писатель экспериментирует от силы. Литера. турные приемы для него — вроде gar - гири и. штанти, на воторых ов про. `бует своя мускулы. А мускулы у `Марвича настоящие, приспособлен: ‘ные для тото, чтоб поднять отвем о ‚ственный груз социального романа ‚болыпом стиля: таково вель. пови. димому. творческое задание Марви: “aa. В обрисовке персонажей своих о пока еще хитрит. усиленно прибем. гет в приему публицистической иронии, Этот эксперимент пока yas 6тся — персонажи большего He 3a служивают, но, конечно, знает Мар - вич, что метод социалистического ре _ алнама отнюдь не покрывается методом ироническою реализма. Велико’ ‘лепны страницы романа, посвящен ные первым дням. войны, особенио главка «Кандидат в неизвестные с0л. даты», пронизанные ироническим па. Ффосом, но опять-таки. не забудем, что иронический пзфос (так прекрасно пользовался им Диккено!) — лишь одяа из красок на социальном полот. нё настоящего художника. Язык Мар. вича чужд красивости... и беллетри: стических узоров. он прост и ди о мичен, и лишь моментами (в пора. ке эксперимента, очевидно). излишне итрив, и помощником, о сво м9. чо о ‘g-: Can-Dpsgpxlnкоторую оне видел». т a Е Е Это, очевидно, не воспроизведение факта. Каким бы ни быть ПУШКИНО: ведом.— нельзя знать,, как вел себя ррсъмиЯетнай мальтик на похоронах Вы. Тс. Вс № 2 ла `буат Это, очевидно, зворчесвий_ ше 3-2 де ve. en we gag Ш мысел. И такой же, конечно, домысел. — первая оеакциял девятилетнего ППущкина на Первые „роозитанные им Чайком, русские стихи: «Он не чувствовал холода в нетопленой OTIOBской комнате. глаза ето горели, сердце билось. Русская поэзия была тайной, eo хранили подепудом, B стихах писали о царях, 0 любви. то, чего’ ие ‘говорили, недоговариваля в журналах, Она. была тайна, которую ean 6 Ча ПОЗЕ Е он открыл. Какие-то смутные занре~ Mtl COftevn® ЕЕ ЕЕ ПЗ КЕ ©. Thi, .OWaCHOCTH, неожиданности быля ‚В Ней». Ут _. Творческий домыюел — скупой, еде» ржанный, высказанный словно вполтолоса. нанесенный Ha бумату Jer ким, беглым штрихом, звучащий матовой тональностью. Но в то же вфемя данный, как факт. Вот, к примеру, полустраницей ниже, воспроизведекие факта: «Василий Львович вёл CReTCRYN жизнь и шел в гору. Парижское путешествие поставило ‘его в первый” ряд литераторов, ваезжавший в Москву молблой; но ©разу ‘ставтиий известный Батюликов подруБатюшков й Нупин, & иногла Wake. Карамзин“ Дмитриев, ‚Батюшкой’: и `Пуикин». Ни тени °сомнения 1у вас “HOT, WO Tak, Rak храссказывает. (Тынянов. ‘именно и говорилил Основано зна: материалах. Ну 3’ реакция мальчика. Александра насмерть брата? Хочет ли. Тынянов, чтоб зи тут уснас не.было’ изтени сомнения? Хочет, во всяком случае; чтоб в одном плане воспринимали мы и-факт: и ломысел, ‚хочет. чтоб в течении романа -He было: двух раздельных, отличных 10 хвету. и качеству потоков; 9100 CTH: левое единство пронизывало весь строй романа. И этото он’ добивается. Стилистика обеих цитат принципиально едина. В рассказе о факте— тажая же фечь вполголоса, тот же легкий. без нажима и краски штрих Ле матовая тональность. Единый стиль, и очень характерный, «тыияновскяй»; бесотрастный, почти научный, иоследовательский. Это — предварительные замечания. Речь идет о. семи главах, и Пушкину только девять лет. Но сила. и слабость Тынянова-романиста ‚отчетливо видны в семи этих тлавах. На взволнованность Читателя отвечает Тыиянов холодком сдержанной вежливости. воздвигает между собой, и читателем прозрачную стену из толотото стекла. Большое мастерство, видно че. рез стену, но мастера не видно, и кажется, что это — безличное мастерство. Быть может, этого и‘ хочет Тынянов. быть может, считяёт ‘он, что романист его Темы и ‘плана должен выступать Неред читателем лишь как организатор материала? В статье, открывающей первый номер журнала «Волжокая новь», редакция кратко формулирует . протрамму журнала на 1935 год. Задачи поставлены редакцией правильно..Первая из них — борьба с «литературным браком», повышение каче„ства печатающихся произведений. ;Второе-. тоже., вполне (своевременное требование: «Волжская. новь» должна, решительно отказавшись OT копирования столичных толстых журналов ‚сталь журналом Куйбышевского края. «И это, — пишет редакция, — относитея не только. к вопросам краеведения, освещения культурной жизни и искусства края, но и к художественным произведениям, литературной критике». Далее, как желательный дая журнала эжанр,- выдвигается художественный очерк.. Наконец журнал ставит своей задачей на своих страницах отражать и другие виды искусства: театр, музыку, кино, живопись и др. . В какой мере выполняет «Волжская новь» эти свои обязательства? Надо сказать, к чести редакции, ITO выпущенные в 1935 году номера говорят о стремлении на леле осуществить взятый курс. Однако многое остается еще недоделанным и уже. третий номер журнала создает. беспокойство довольно слабым подбором беллетристического материала. Перед редакцией стоит задача-—настойчивей добиваться, чтобы mpaвильно намеченная программа #е осталась только программой. * : Из художественной прозы в вы: шедших номерах «Волжекой нови» останавливает внимание большая позесть Ст. Плицина «Девушка в шинели», интересная прежде всего по. своей теме (мы здесь не говорим ©. прекрасном. киносценарни ` Артема” Веселого «Завоеватели», напечатанном в первом номере, требующем самостоятельнотго разбора). В повести _ Птицина речь идет о девушке, присланной прямо со школьной скамьн командиром взвода в полк связи. «Девушка в шинели» сталкивается со многими трудностями, вытекающими из недостаточно культурного отношения к женщине: здесь и недоверие командования полка, и. враждебность некоторых военных спепиалистов, и ложное, досадливопренебрежительное отношение ©0 стороны некоторых бойцов «вверенного» взвода. Дело осложняется еще «Волжская новьз—литературно-. художественный и общественно-политический журнал куйбышевского краевого правления ССП. _№ 1,-2, 3. Вак видно из сказанного, редакция. «Волжской нови» предстоит еще большая и упорная борьба за квачество литературного материала Это относится и к стихам. Из напечатанных в вышедигих трех номерах стихотворениях можно отметить как нодымАющиеся над общим невыеоким уровнем лишь 8—4: «Готовность» — -небольшее искреннее стихотворение С. Гуленкова из лагерной красноармейской жизни; «Поезда» — Б. Куликовского, отрывок из. поэмы; «Предчувствие весны» В. Лукина, лирическое стихотворение с свежим и непосредственным ощущением цейзажа; простая, но неплохая по музыкальному строю партизанекая песня В. Николаева. В остальных стихотворениях (а их до 80) много еще подражательности, претенциозности, штампов. В этой связи следует отметить как явнов невыполнение релавщией своих обещаний слабость EpEтического отлела. Кроме одной статьи Р. Гурвича, подробно и осповательно разбираютщей роман Л. Правдлина «Перекресток очастливых. дорог», мы ие находим никаких оценок куйбышевских писателей. „Небольшие разборы одного „волятот} лельского сборника и тазеты «Самарский водник» никак ве восполняют этого пробела. Зато редакция «Волжской новн> крепко держит обещание по части краеведческого мате риала, национального творчества, фольклора, В журнале напечатана большая и очень насыщенная инте; ресным материалом статья И; В. Куликова («Поэзия в колхозной дерев» нё Куйбышевского края»), помещены интересные очерки на чувалиском ма.териале «Ухванские прозвища», . сти> хи Дусена ПТенклюева в хорошей обработкеС: Иванова: ‘Следует также `’ приветствовать широкое использова ние исторических материалов — до: кументация по 1905 г. в Куйбышевском крае и очень Янтереснах туб^ Писательские качества Лавренева оправлывают ‘это чувство’ любопьмства: Быть может, ‘это ине лостоинство, но нобомйенно: он ‘никогда He бывйеР скучен; Чрезвычайно активно’ стремление“ Лаврёнёева — заинтересоваль читателя, заставить ето, чуть не затая дыхание, следить за сюскетным развитием вещи. И читаешь Лавренева торопясь, спеша, скорочиткой, читаешь при внутренней установке: а что же дальше? Явственно ощущаешь, что Лавренев любит. быть может, слишком любит интересно писать, и ему за это биз ветской литературы... ыы ate eT LS 24а gop ors Boer we s Семь опубликованных тлав романа Тынянова (окахо пати печатных листов) оправдывают волнение, подсказанное заглавием «Пупкин», «Любимочший - советекий поать Chas хак=то-9- Пушкине-т Стенкий-на-одном литературном собрании, — и ему ответил тром сочувственных аплодисментов. Роман © Пушкине не может не быть волнующим фоманом. + Но видишь © первых же страниц: Тнавор ток Солто и Не хочет воле xe or Ре _ * годарен. новать. Если взволнован читатель — Й все же: начиназлть читать н0- Тынянов спокоен, бесстрастен, холовую вещь Лавренева— «Болыную . лен даже. Медлительно движет: землю» — ме с интересом, Только. 6 любопытетвом. J Ибо в плане тех же читательских . признаний познавательной ценно“. сти не ждешь от произведений. Лав» ренева. Не ожидаешь, что он под но. вым углом зрения, в каком-то новом раккурсе покажет мир, даст деталь момент мира. Не расочитываешь, “ard захватит тебя острой, неожиданной. постановкой проблемы. Не прелполатаешь, что он вступит со мною, чи? тателем. в конфликт, пойлет войною на мое. мироощущение. И #6 ‘наде-” епться. что он меня познакомит в какими-либо новыми, нензвеетвыми мне доселе качествами Человека. Beas он, Лавренев, писатель сложивпгийся и устойчивый. И олецифика его таланта — в рассказе о событиях. & не в показе жизни,’ Вот и любопытно, что paccnamer, a HO как 151 жет: Mowat Jn. en qHTATt. SEMI, oi Так и есть. Четкий «приключенческий» сюжет Советский летчик полюдей. _ «Большую : ‚ся -акадёмическое повествование — пгироким, плавным течением, без глу„бин и отмелей, без ‘излучин и водоворотов. Ровное, тихое течение. Семь глав. Первые восемь-девять гает Пупкина. О мальчике пока, пожалуй, и не много; внимание романиста привлекает пушкинская семья— ‚отец, мать, дядя, бабушка, дед, вну‚ чатный mex, nana Арина, учитель `Монфор, ‹ эпизодически — Жуковский. Пушкиноведы уже сейчас — нужно ‚думать — изучают тыняновский текст © лупою перед глазом: ищут ‘мельчайнтих неточностей, малейших по‘грешностей. микроскопических оши- ‘бок. Мы. простые читатели, — в` ином положения. Мы предполатаем, правда) что каждая строчка романа в03- никает в результате громалного предЧварительною труда основана на творческом, усвоении. и. художественHO’ переработке (pO VTIBEX PPT... CHI рого: матергаль Мы! визред убеждевы, что если Тыначов пншет, что Сергей Львович читал’ «малелькую книжку Лебрения». а семёйная колылучил приказ CHATS в ‘дрейфующаго льда советских мораков, ‘ потерневтих аварию Он’ должен лётеть из Сан-Франциско, чёрез Америку, © американским : бортмехаником. * Сюжет не вылуман Лавреневым: тут вольная композиция фактов наших дней. Но эта He беда: о’ событиях, заполняфттих первые три Листа по: RecTH, 0 том; как. получил летчик Мочалов этот приказ от начальника летной тиколы, как прощалея он со своей женой. как он едет со своими мата Пушкиных ‚была врассыпавиаяся от сухости; немазанзя, со стонущими колесами», — то так оно и было. И как-то нет. потребности прове: рить это наше ‘убеждение: Но sor странность: это убеждение, это’ мак: симальное ловерие к. Тынянову слов но мептает нае читать, какето осложняет процесс палтего. восприятия. Хоронят брата Александра — НиRon ьку. «Один Александр был фавупен. Он вместе со всеми прилоЕ к блелному лбу и ве узнал OH вам, — вы всегда чувствуете и знаете; что придавленный ‘ тнетом стгашной * эксплоатацни трудовой народ ‘возьмет свое, STO ‘гордый буревестник революции - ‘прилетит и сюда, в эти ‘неприступные места, про которые автор. прекрасне сказал: «С одной стороны-—тгоры, на вершины которых не под силу 38- браться и облаку. С другой — ‘тлу: бокаяпропасть с ‘рекой, в Которую спуститься. могут только. катящиеся горные камни» (236). Тяжки и жестоки условия ABET 27 < Организатором материала, ‘бебстрастным исследователем никак не назовешь С..Марвича, ‘автора т романа «Семья». Многое найленть ‚во десяти напечатанных пока листах романа, но хололком бебстрастного исследования не водт ни ‘® одной страницы. Вот, Е прямеру. читаем: 27 < «ГЛАВА СЕДЬМАЯ, в которой рассказывается в военном дельце Ачтоне Казимировиче Бреговском, б`его крупных барышах, 9’ его влиянии на семью героини, 0 возможных сульбах Бретовского и 0 6:0 действительной судьбе». «= — Или: os «ГЛАВА ВОСЬМАЯ - рассказывает” о предчувствиях Ефрема, о заседаниях. в военном. коми. яете, © вечеринке! е фонолой, о разтоворе у ‘костра и о тятостном собы‹® ne выдумано Досужим балатуром, & взято, как видим, из реальной: действительности старого Востока, откуда и пришла к вам шахматная доска: `И наряду © этим — пресловутая «роскопь» ‘эмира ‘и ето двора, состоявшая из беошабалных оргий. в всевозможных бесчинств над наседением, Чтобы «развлечь высокие мысли», эмир мог изнасиловать любую девочку или мальчика, в каком. бы возрасте они ни находились. Забитое, беспрестанно разоряемое крестьянство было озабочено лолько одним; как бы eae eee ИЕ т Е О и Ех В ‚ ликачия А. Траспольского «Записки Дрогачева, в котором неплохо” ЕВ НЕ совет ева А: тип деревенского коммуниста, недоеФценившего значение партийной paботы и учебы, и заботливо непобль‘зованы особенности крестьянской ре. — щи. Вели все же в части рассказов «Волжская новь» еще не достигла ‘высокого уровня, то очерк в журна‘ле поставлен Ha должную высоту. ‚Такие очерки, как «На маневрах» А. Альбицкого, «В. ростепель» А. Макарова, говорят о большом. внимавии и заботливости к этому’ жанру _ со стороны редакции. помещика Родионова» относящиеся к периоду толода 1921 Г. Как сказано, эти строки -— только © началах. Потому — наблюдений в HEX ‘Gomme, чем выводов, и утверждения предположительны. Три эт автора предстали покз. перед читате лем в облике: беллетриста, исследо вателя, окспериментаторя. _ Но © еще большим интересом 67° дем мы ждать продолжения ромаль_ Марвича, © неуменьшивигимся IDE пытетвом — продолжения Лавренева_ и © чуть меньшим волнением — про должения Тынянова. ресом как документ о роли, которую сытрала’ на Востоке величайшая #3 революций, поднявшая ° отсталое крестьянство Средней Азии на совер“ жениё своих вековечных погаботи: телей, Октябрьская революция 608* a@ Toro ботатыря, который Hakoнец унячтожял многоглавого дра“. кона восточной эксплоатации в эмир ской Бухаре. Этот ботатырь: растет и крепнет дальше, чтобы сразиться и уничтожить других чудовищ восточ* ной фантастики, так верно отражающей реальные условия существования народов Востока. Книга Айни В этом смысле глубоко знаменательна. Она-—начало нового героического эпо* са Востока, эпоса, основанного на ме. TONS соцнелистического реализма. Вот почему па сравкению с Дохундой? Айни «Крестьянская доля» Ходалале представляет лишь тот интерес, чт, наконец, и на иранском языке crate появляться книжки об униженных и оскорбленных. о вечных торёмыках 0’ человеческой низости ий подлости сильных” мира ‘сего. Но после Гю® или Достоевского, Диккенса или Валь зака в BTOM направлении едва ли можно полвинуться ‘вперед. У Хол’ дадо нет ни мировоззрения, ни метод® которые ‘бы помогли ему выйти 19 лабиринта безысходных противоречий й отчаяния. Он может только подр’ жать Ййденным в литературе фазцнам. Ето’ книга во многом допол“ взет первые части «Дохунды». Мест ми она — также скорей научно-попу лярный документ социальной дейс“ вительности Ирана, чем художествей В0е ‘произведение. Приве, ‘одно место из его книги; «Положение крестьянина известно, оно одАо то же во всем Иране, Подобно своиу прелкам, они пашут землю cant дельной сохой, на паре быков, раб тая по 7—8 часов в день пол жГ” YHM летним солнцем». При этом с дует помнить, что иранское летне солнце безжалостно и жестоко по: 0 вошению к крестьянину, Kak © шахиниах. Крестьянину приходится несколько раз давать пшенице воду’ затем, когда пшеница поспеет, ЕР стьянин жнет ее в самый зной, FO зит на тумно, молотит, веет и HPS cepaer, «И тогда является гооподиЯ помещик или помещичий прикаочи® и отбирает половину, треть, четверт» ил’ ПЯТУЮ часть доли помещика. Но это. только. начало. «С крестьяя берут ещь. ‹забётано» (часть в ПОЛ зу оборщика помещичьих податей) Онончание ша 3 стр В итоге надо признать, что, Hee ‚смотря на все указанные недостатви, журнал «Волжская новь» имеет все данные выйти в ряды лучших 06+ ластных литературных журналов. Необходима лишь систематическая работа с литературным активом, 60- лее прибтальный отбор материзла“и углубленная воспитательная и кри’ тическая работа в журнале. : А ЧЕРНЯВСКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЙ РЕАЛИЗМ ИНАШИ НАЦИОНАЛЬНЫЕ ЛИТЕРАТУРЫ жана — литературами, имеющими во многом общие корни © литературой Ирана `иТурции, ^Молодая проза советского ‘Таджикистана, нанример взятая в сравнении © современ. ной прозой Иравяа, многому может нз‘учить критика И историка литературы. (Обе эти литературы еше не 00- Вегляните на карту Средней Азии. Вы легко отыщето там Бухару и Самарканд — два древнейших культурных центра. Ближнего’ Востоka. Еще Хафиз (ХУ в.) готов был отдать оба эти города, как величайшую меру. материального . богатства за родинку на щеке любимого тюркского раба. И когда повелитель правоверных строго спросил иозта — Ha каком основании он’ готов дарихь-не приналлежащие ему города, находчивый лирик ответил: «Оттого-то я вот так в такой белности и живу». —, Немного восточнее Самарканда вы увидите Сталинабад — центр седьмой советской республики — Таджи-. кистана, входившей до революции. в эмиретво Бухарское. 5 яз К wry or Бухары расположен Герат. Саманидский эмир Наср (Х в.), один из собирателей Ирана после арабского разгрома, имеет свой двор’ то в Бухаре, то в Герате: Чтобы еклонить эмира к MOCTOARHOMY жительству в Бухаре, поэт т. Рудеки пишет едва ли He первые стихи она новоиранском языке, посвящая их Byxaре: 0, Бухара, радуйся и процветай ‚.. долго, — Эмир идет к тебе в гости. ; Эмир—как кипарис, Вухара—как : г сад, Вот кипарис подвигается к саду. Эмир — луна, Бухара — ‚небо, Вот луна восходит на небо. ` ‘ А к юго-западу от Бухары вы ‘yeu? nave Memxea, BOSHREULHA близ Туса, родины Фирдоуся. Еще, западнее лежит Нишпур — родина Омара Хайяма. Как видим, все эти очаги когдато единой новоиранской культуры и, слеловательно; ‘единых. социально“ экономических и политических отношений. Еще и теперь города Ирана, Афтанистана и быв. эмиротва Byxapского встречаются часто в одной и той же пословице. GOT AGA примера ‘одна: «Преступление совершил Kyo эт в НВалхе а голову отрубили меднец в Балхе, а голову отрузуе eee нику из Шуштера». ародный анекдот пеясняет эту пословицу так, Ou: (О КНИГЕ С. АЙНИ „ДОХУНДА“) нажды кази гор. Балха (ныне в Афганистане) вызвал на суд одного медника из Шуштера (в Иране) в приговорил его к смерти. Никто не знал за что. Один любознательный. муслим пошел к казию и стал допытываться о причине такого непонятного приговора. И мудрый кази изрек такой ответ: «Собственно пгреступление-то совершил кузнец из Балха. Но жители этого города просили оставить идут дервиши, ‘муллы, сеиды. 05% ними следуют кедхода. (староста), мобашёр (управляющий), номещик вкупе и влюбе со всем начальством вилайета, Потом вобнные посты «охраны», не’›менео ‘опасные, чем сами разбойники. В тородах и_селениях подстерегают крестьян мелкие лавочники и всевозможные маклеры, эти‘ мелкие базарные” нлуты й жулики. За ними тянутся гуртовщи» ки, прасолы и мясники. А там изд: менно и, неумолимо выступают сбор: щики податей, сыщики и контролеры. И на верху этой тятантской пирамиды восточного крестьянства в шахском сохранить свою жизнь, которая экссидит, как осьминог, правительство или эмирском государстве. Всякий, плоататорами ставилась ни BO что. со своими щупальцами-присосками. Поистине. получается какой-то myt‚вий. сказочный. драгон, многоголовый: Нужно»-было нечеловеческое напряжение воех своих сил, чтобы как-нибудь прожить ‘Эту тягостную жизнь и ве ‚попабть в об-хану или виндон (под‘земная“тюрьма в виде ямы). Жизнь по шариату требовала выполнения всякого рола церемоний, и выходило так, что ритуал, связанный, . co смертью близкого человека, нередко разорял все хозяйство. Как правило, крестьянин закабалялся на веки K кажому-нибудь хозяйчику, работая у него из расчета 50 танг (танга — 20 коп) в год. Заветной мечтой многих имеющий даже одну видимость власти, безнаказанно творит над ним ‚ свой суд и расправу Только» пе ‘какомута невежественному» нбдоразуме: bee eG _таты, И сравнение лучитих“ образцог %а вевножирающиейь От-яега, на weoo. My T@ невежественному» недоразуме=_ той и другой не требует большого“ ятном пранёком просторб’ нет эжитья” нию у нас вошла в поговорку «Вобточ2 * крестьянетчу. *«Голубая родина Фирдуси», по полям которой будто бы ная роскошь», Восточная жестокость и исключительная бесчеловечность, труда. Возьму для сравнения две ‘хорото известные в Средней Азии книги: «Дохунда» нашего С. Айни и «Крестьянская доля» иранского писателя А. Ходададэ Оба автора бесBEAMS AACE нодросопын поречснь отНА дармоедов. Это, во-первых, просто ни. шие. Во-вторых воевозможные бродяги--раешники фокусники, фигляры с ли не самым глухим «медвежьим углом» во всем мире, ни заводил вас aBTop, Kahne ‘бы предрассудки е6 обитателей ‘ии вокрывал он пред’ вами, учеными животными и т. д. Затем о каких бы ужасах ин раосказывад «розы, как светильники, горят», есть при кторои жизнь простых людей так, что ритуал, с овязаннь лишь наивный бред простаков или не ненится и в грош. — вот Что, по смертью близкого человека, a ловкое идеологическое прикрытие з8- справедливости, должно бы войти в разорял все хозяйство. Kan nj ведомых империалистов. Фантазия восточных народов ярко запечатлела образ страшного дракона —эксплоатации—в св06м творчестве и. правдиво предуказала ему неминуемую тибель. Угнетенный народ всегда верит в свое освобождение, как наш лексикон «крылатых слов». Айни дает, например, потрясающее изображение обычной восточной’ тюрьмы, которая называлась’ об-хана (orromee казала ему неместо). «Ширина кажлой об-ханы бы. /и многих из подобных. батраков было гнетенный варод ла приблизительно 4—5 аршин, Возпрослужить 10—15 лет, скопить 500— дух и! свет проникали в них через маwe Ne ee ee сс жа Янь! ка не ‚ покое, так как на весь гокузнеца в хитроетно и временами просто наивно о 9—2 дар Же доза Снт ry... род Балх это был единственный кузнец, Вот я и послал за медником в Шуштер, издавна славившийся обилием медников, чтобы и правосудие соблюсти и производственной жизни города ущерба не нанести». Анекдот достаточно красноречиво говорит о порядках, веками господствовавших в Средней Азии и Иране. 06 этих порядках, как в прошлом, так и в настоящем немало может рассказать нам литература этих стран. Здесь я хочу еще раз коснуться некоторых сторон ираноязычной литературы. В статье о прозе зарубежного Ближ‚ него Востока (см. «Л. Г.> № 22) япоказал, что эта основная отрасль художественной ‘литературы зародилась там совсем недавно и несет на себе ярко выраженные / следы идейной и формальной беспомошности. Подражания современным буржуазно-европейским образцам ‘очень мало мотут епособетвовать сколько-вйбудь значительному развитию восточной прозы. Закат буржуазной культуры неспособен согреть пробивающиеся ростки литераВостока. Тщательное изучение этих литератур ляшний раз подтверждает законы исторического материялизмз 0 развитии идеологических надстроек, Совсем иначе обстоит дело с молодыми латературами советското Восток и в первую очередь с литературами нашей Средней Азия и Азербайдрассказывают 00 условиях существования крестьян той части’ Востока, которая до 20-х годов нашего века Haходилась почти в одинаковых экономических и политических условиях: бухарские эмиры мало чем отличались от персидских шахов-каджаров. А асли принять во внимание, что таджикский язык в2сьма близок к иран-, скому, имеет о ним общий фольклор, то можно сказать, что и изобразительные средства беллетристов . одинаковы. . И, однако, как разлачны 0бе эти книги по своей идейной направленности художественному темперамен: ту и политической остроте. Прочитав обе книги, воочию. убеждаешея в ис ключительной силе и преимуществах. социалистического реализма перед всякими другими творческими Meтодами. В самом деле, посмотрите на сравнительный ‘анализ обеих книг. «Крестьяне — единственный класс подлинных работников в Иране» — это основное положение книги Ходададэ целиком относилось и к старой эмирской Бухаре, о ‘которой в значительной части своей книги ‘повествует Айни. Несколько жадных ртов с большими ложками тянутся за мнотострадальным иранским’ крестьянином, вымогая у него последнее. :Ходададэ дает подробный перечень этих бы трудно ему ни жилось, как оы левьвую дверцу, выходившую в т2мтельное хозяйство. Человек копил свой долго ни длилось царство дракона, ‚06е рассматриваемые нами книги повествуют, как сказано, о горестной судьбе восточного крестьянства на протяжении однохо и TOTO же от резка времени. Но»как кончает свой ромаи Айни? Ha обнове бо: гатого опыта нашей резолюции в Средней Азий и в полном соответ ствии © исконными, подсознательны* ми чаяниями своего народа Айни про. Husa свою книгу бодростью и мужеством. народа-борца ‹и вывел своего героя в подлинные революционеры. Энакомясь с потрясающими картинаный коридор ворот крепости, но и та обыкновенно’ запиралась десятифунтовым замком. Крыша 0б-ханы находилась на уровне пола падишахских конюнтен, так что навоз и грязь эмирских конюшен собирались на крыше узилища и только раз в несколько дней сбрасывались в яму за стенами крепости. Внутри каждой из каморок было два углубления: олно из них предназначалось для омовевия узников. другое служило уборной. Утлубление предназначенное для уборной, переполнялось, грязь растекалась на полу и убиралась жизненные соки, как какие-нибудь столетние растения. Пеихология старухи из старого народного анекдота 0 жаловании. николаевского солдата оказывалась здесь не выдуманной. Эта старуха спросила солдата, сколь: во он. получает от царя жалования. — Эх, матушка, — отвечал солдат, —какое наше жалованье. Рубль в год. — Что ты, родной, бога гневишь,— с. укором возразила старуха, —. сто годов — вот тебе и сто рублев, а ты жалуешься... Бы Герой Айни, горею-дохунда Йодгар, проходит через горнило всех испытами экономики и быта отсталых гор один раз в семь — десять дней. Через ний азнатчины, но он непоколебимо цев Таджикистана, презрительно имекрышу, ва которой лежал нароз коищет и ждет лучшей доли. Ни кануемых дохундами, читатель ни. на нюшен, постоянно сочилась и капала торжный труд у различных хозяев, минуту не проникается чувством безнадежного отчаяния и обреченности. грязь. Эти тюрьмы лазывались об-хана по своему сходству с отхожим ме. ни тюрьма, ни побои не сломили его. И котла Йодюр знакомится в об-хане Айни сумел развенчать и разоблачить стом, Здесь было вечно сыро, зловонс большевиком, ему сразу открывает. веками тятотеющее над всем Востоком злобное «колесо небес», как именуется в иранской поэзни рок. И в кажие бы «медвежьи утлы» страны, но и гразно. Вши, клещи и другие насекомые имелись в большом количестве. Между ними и узниками была «тесная ‘дружба>» ‘и «взаамная лю. ся новый мир. Общественные отноше. ния старого общества проясняются в его сознании, и из беспомодцного страдальца-борца Of становится сознательным борцом’ за дело пролетарской которая, сама по себе считалась едва бовь». ‘Ha ноги узникоз: обычно на: девали колодки, на руки—кандалых». Пусть любители игры в шангки знают, откуда произошло и что обозначало выражение «запереть противника в 0тх0466 Место»; Онб Еобыло случайно революции, 88 дедо . советов. К сожалению, Айни. недоделал последние части книти, они схематичны и хухи и местами просто нехудожественны, Зо и они читаются с большим дите