тихи мололого поэта Сегодня «Литературная газета» предо». зтавляет место стихотворениям молодого. краснофлотского поэта ‘Ивана Ганабина;. выступающего в печати впервые. есля. не считать дивизионной многотиражки. - Сержант Иван Ганабин родился в 1923 году, © 1941 года служит во ‚флоте; Пи-- сать начал с 1943 года. В ето стихах, очень простых и непритязательных по’ форме. сльйтатея ненодделвная бодрость _ и здоровье. песенная энергия молодости и силы. Это позволяет ожидать от Has чинающего поэта успешной работы й в дальнейшем. oo, ВЕ . А ТВАРЛОВСКИЙ, Песня о нронштадтцах По булыжной мостовой Города Кронштадта Ходят с песней боевой Флотские ребята. Ленты золотом горят В пламени заката. — Наша гордость, — говорят Жители Кронштадта. ‚В дни, когда сраженья шли За края родные, Покидали корабли Парни боевые. По булыжной мостовой Города Кронштадта Уходили с песней в бой Флотские ребята. И везде: на всех фронтах, Дружно, брат за брата, Дрались с немцами в боях Флотские ребята. Весь свой юношеский пыл Родине отдали. . — Наша гордость, — говорил — О матросах Сталин. А когда прошла гроза, Замерли раскаты, Возвратилися назад — В свой Кронштадт ребята. Эх вы, ленты, якоря, Ленты золотые, Синеволные моря, Парни боевые! СИЛА НАШЕЙ ЛИТЕРАТУРЫ новизну и В ТО Же время глубокую преемственную связь с лучшими революдионно-демократическими традициями прошлого = такова задача, которую постазили перед собой авторы статей, об’единенных в сборнике «Против безидейности в литературе». История советской литературы осмысляется ими «не только как совокупность произведений, тематически связанных с революцией», но как «новая глава в истории мирового искусства, как новая эпоха в литературном развитии мира». Именно эта мысль положена в основу содержательных Статей А. Еголина «За высокую идейность советской литературы» и Л. Плоткина «Сила советской литературы». Анализу идейного содержания поэзии В. Маяковского посвящена статья Н, Маслина. Одна ‘из важных особенностей литезатуры социализма — ее боевой, наступательный характер. Свои революционные и гуманистические идеалы, беззаветное <лужение народу наши писатели осуществляли в открытой и непримиримой борьбе < враждебными течениями, с проповедниками безидейности и индивидуализма. Характеристике антинародного творчества Ахматовой и Зощенко посвящены статьи ‘И; Сергиевского и Л. Плоткина. Используя определение, данное тов. А. А. Ждановым поэзии ‚ Ахматовой, И. Сергиевский раскрывает €e социальные истоки. связь < буржуазнодворянской литературой периоца реакции. Вопрос об истоках «пвопчества» Зощенко приводит нас к началу 20-х голов, когда еще продолжали действовать остатки бу - жуазно-дворянских литературных школ. Л. Плоткин убедительно показывает. связь произведений Зощенко © творчеством Замятина, одного из ‘наиболее законченных вы* разителей реакционных тенденций в литё: ратуре, непосредственного учителя «Серапи*оновых братьев». `Борьба русской критики 40—60-х годов с явными и тайными сторонниками чистого ис‚кусства прослеживается в статье И. Векслера, богатой конкретным и свежим историколитературным материалом. Хорошим дополнением к ней служат статьи Р. Мессер «Эстетические принципы Добролюбова» и В. Евгеньева-Максимова «Некрасов в борьбе < теорией «чистого искусства». ЕвгеньевМаксимов приводит важные высказывания поэта, не привлекавитие ранее внимания. исследователей. В своем романе «Жизнь и похождения Тихона Тросникова» Некрасов говорит: «.Писать звучные стихи без идеи и ‹одержания не значит еще быть поэтом... люди с истинным призванием к поэзии смотрят на свой талант. как на дело святое. и великое, как на достояние всего человечества, H не расточают его на воспевание личных своих интересов и страданий. действительность которых к тому же подвержена еще большому сомнению...» _ В докладах о журналах «Звезда» и «Ленинград» тов. А. А. Жданов указывает, что «ленинизм воплотил в себе все` лучшие традиции русских революционеров-демоKoaTOB XIX века». Статья B Мейялаха «Борьба Ленина с идеологией «Вех» показывает эту °преемственную связь между идейной борьбой Ленина против реакционНой идеологии и деятельностью его предшественников — революционеров-демокгатов’ Белинского, Чернышевского, Добролюбова. Сборник статей журнала «Звезда»: «Про: тив безидейности в литературе» == очень своевременная и нужная книга, ОЙ ГАЙДАР нами жизни. Нет, даже за пленительным простодушием некоторых его вещей всегда виден ясный и, глубокий ум писателя, Ясный ум и болышое сердце помогли Гайлару увижеть в ее дне ‚день завтрашний. : Вот откуда эта зоркость художника: он ‘видел мир не эмпирически, а осознанно, воплощая в своих образах законы развития жизни, отраженные в человеческом сознании. Не в этом ли заклгочевы истоки силы нашей самой передовой в мире литературы? °`С ясным и светлым видением мира неРазрывно связаны и оптимистическое звучание произведений Гайдара, и методы отбора им типических явлений Ддействительности (а не в этом ли основная функция искусства?) и самая лексика его вешей. Нельзя, например, встретить и признаков словесной засоренносли в лексиконе юных героев писателя. А своеобразие их говора соблюдено всюду. Оно выражено самым строем речи, индивилуализированным, жизненно правдивым, типичным В подлинном, лучием смысле этого слова. Это лишь небольшой пример, доказывающий. что самым типичным для Гайдара было совсем не самое наглядное: его мастерство было проникновенным. О мастерстве Гайдара по существу ‘ничего не написано. И нельзя о нем рассказать в небольшой газетной статье: пора написать о Гайдаре монографию. Ибо Гайдаром мы будем открывать страницы классики советской прозы для детей, Мы перелистываем страницы недавно. вышедиего однотомника Гайдара, и перед нами снова встают живыми его герой — и ‚В стихотворении Лермонтова «Поэт» есть образ, который пройдет затем Через всю нашу отечественную литературу. . Стих поэта, по словам Лермонтова, .о.носилея над толпой И. отзыв мыслей благородных, Звучал, как колокой на башне вечевой Во дии торжеств и бед народных. «Колокол» — так назвал свой журнал Александр Герцен, когда, нарушив «рабье молчание», создал «вольную русскую прессу за границей» (Ленин). Приступая к изданию журнала, Герцен писал: ~ «Везде, во всем, всегда быть со стороны воли против насилия, со стороны разума против предрассудков, CoO стороны науки против изуверства, CO стороны развивающихся народов против отстающих правительслв... «Колокол»... будет звонить, чем бы ни был затропут—нелепым указом или рлупым гонением раскольников, воровством сановников или невежеством сената». В годы реакции, Наступившей после поражения русской революции 1905 года, Максим Горький пишет статью «Разрушение личности», в которой решительно выступает против вольных м невольных сторонников буржуазно-крепостнического общественного порядка. М великий писатель снова o6paщается к старому, неумирающему образу. «Сердце русского писателя, — говорил он, — было колоколом любви, и вещий и могучий звон его слышали все живые сердпа страны...» Русская литература в лице ее лучших, пёредовых писателей вполне заслужила эти высокие слова. В самые тяжелые и критические моменты жизни родины — в грозовые дни «бед народных», нашествия иноземцев, царской расправы с героями-революци. онерами — звучал, не умолкая, ее сильный и ЧИСТЫЙ Голос. - } «Верь в свой народ, создамний могучий русский язык, верь в его творческие силы. Помогай ему подняться..., иди к нему или с ним» (М. Горький). Русские писатели отказались признать победу буржуа. не захотели покориться капиталистическому Молоху. Смело и бестрепетно взглянули они в его звериные глаза и увидели там скрытый страх и безнадежность. Борьба за свободу. мечта о революции окрашивает лучшие творения нашей литературы. т : Эти великие патриотические, революцщионно-освободительные и гуманистические тра диции были восприняты и развиты совет» ской литературой в новых общественных условиях. Октябрьская социалистическая революция, открывшая новую эру в исто рии человечества, открыла тем самым и новую эпоху в истории русского и мирово: го искусства. : В художественной прозе и публицистике Горького, в лирике и поэмах Маяковского, в произведениях наших современных писателей русская национальная гордость уже сли: вается с гордостью советского челорека. ваз” < гордостью о советского человека, - патриота могучей и свободной сопиалистиз ческой державы. ОЧЬ аа 187 147 ‘ А КО В О АЦ Обложка и фронтиспис книги Г, Березко «Ночь полководца» работы С. Нодельмана («Советский писатель»). Справа—обложка книги «Русский народный эпос» работь Ник. СМИРНОВ . Песня над Печосой: Талантливость народа коми, живущего в древней «парме» (тайге), на берегах великой Печоры, не раз отмечали русские писатели и этнопрафы прошлого века — Н. Надеждич и Ф. Арсеньев, А. Сияльский и И. Воронай; Но до советской власти этот народ не имел своей письменности. Существовал лишь ве. ликолепный фольклор, Только после Великой Октябрьской ‹0- циалистической револоции у коми народа появилась своя письменность и сложилась культура поэтического слова, Сборник «Поэты Коми» впервые на русском языке дает более или менее разностороннее. представление о характере и ос0- бенностях поэзии дальнего Севера: Жизнь народа коми, неузнаваемо преображенная социалистической» инлустриализацией, ростом новой культуры. находит OT+ четливое отражение в творчестве большинства поэтов, представленных в сборнике. Стихи старейшего поэта Коми М. Лебедева, отличающиеся ‘плавностью и ровностью ритма, показывают наряду с дремучей тайгой новую деревню с машинами и тракторами. Они проникнуты оптимизмом, несокрушимой верой’ в творческие силы народа, ‚ Творчество Я. Рочева озарено «огнями тундры», дающей стране драгоценный воркутский уголь. Для поэта характерно в0сприятие действительности, как осущест вленной мечты. Повзла грохочут, льются песни, — Мы = етроители страны своей. Вот он, город сказок, всех чудееснен,— Дел. смотри на’дело сыновей! Теми же мотивами — бодростью, силой и страстью социалистического труда —_ проникнута поэзия Дм. Конюхова и Серафяма Попова. В нерасторжимой связи © современностью = основное положительное значение сборника. Значительное место уделено в сборнике борьбе за советскую власть против интеэ: вентов (отрывки из поэмы Н. Фролова «Домна»). Поэма, написанная в простой и вслнующей народно-сказовой манере, воскрешает благородный образ девушки-вомна. эпохи гражданской войны. Великая Отечественная война — одна из основных тем сборника — нашла наиболее широкое выражение в стихах И. Вавилина и В. Юхнина. . B* cepaeuupk’ wo теплых стихах И. Вавиина хорошо ‘подчерктуто ‘несокрунимоеединство многонациональных народ Op Goветского Союза. Большая поэма В. Юхнина «Сказ о герое», использующая приемы и средства старинной величальной песни, написана © несомненным чувством и красочностью. Наиболее сильна лирическая струя в. творчестве А. Размыслова и уже упомянутого Серафима Попова, бесспорно талантливого и вполне зрелого поэта. Ноэзия . Попова особенно интересна тем, что извечная прелесть прозрачного и синего Сезера сочетается в ней с новизной, которую принес в природу поеждающий труд советского человека. Среди пейзажных стихов С. Попова geoбенно хороши «Лось» и «Половодье» (оба, в переводе В. Потаповой). В «Половодье» картина весеннего расцвета поэтически слита ‘< образом вождя. Над Кремлем. алея в небосклоне; Звезды озаряют шар земной, Й вождю видна, как на ладони, Вся земля и весь мой край родной... К образу великого Сталина с теплотой и благодарностью обращается и ряд других поэтов-Н. Фролов, И. Вавилин, В. Юхнин. Авторы произведений, собранных в cOop< нике, разнятся друг от друга не только степенью одаренности,. но и индивидуальнотворческими приемами. Но их всех кровно роднит глубоко патриотическое ощущение радости жизни и труда, органической иричастности к социалистическому строительству. , Вполне естественно, что у поэтов Коми, как иво всякой молодой растущей поэзия, можно отметить ‘ряд характерных промахов и недочетов — подражательность, нанвность («Где начало любви» Н. Фролова), ‘технико-поэтическую незрелость (П. Шеболкин), некоторое стремление к красивости и декоративности `(Ф. Зырянов, отчасти В. Юхнин). Опыт и время устранят эти иедостатки. Говоря о произведениях сборника, уместно поставить вопрос о переводе и переволчике: Лучшими следует признать переводы В._Потаповой, С. Обраловича и Н. Сидоренко. Но некоторые переводы страдают серьезными недостатками. Хорошему пере: водчику необходимо прежде всего чувство поэтической близости к оригиналу, родство И созвучие с образами, которыми живет и оперирует поэт. Иначе перевод становится ремесленническим, и в`него неизбежно привносятся неточности, условности, прозаизмы, а иногда и эстетизирование. В сборнике немало именно таких элементов. Нарядно пьишный образ «Кушаком ap `коалого шелка затянулся закат золотой» (перев; А. Глоба) следует целиком отнести к серии ювелирных подделок, «Месяц маHUT меня, как магнит» (перев. А. Таоковский) вносит в музыку стихотворения юмористическую нотку. Подобные, взятые наулачу примеры можно’ было бы продолжить. Несмотря на недостатки, сборник «Поэты Коми» — наглядное доказательство того, что в далекой «парме» звучит подлинная поэтическая песня. Известное выражение А. Фета: «К зы: рянам Тютчев не придет»... кажется теперь анахронизмом. Народ Коми, бережно восПринимающий поэтическую культуру старшего брата — русского наро уже <оздал <вою поэзию: ‚ Поэзия Коми panroMepHo входит в COдружество советских муз. и имеет несомнеча ные достижения: она с глубокой искренностью отразила и формы. нового деревенского быта, и чувства нового; советского человека, и грозные годы войны, В эпоху новой сталинской пятилетки; ставящей. перед республикой большие и серьезные “задачи, поэзия Коми обязана aces. ми силами и средствами помочь социалистическому труду и воспитанию своего’ народа. Вместе с этим ^поэты должны непрерывно совершенствовать свое мастерство. ee «Ноэты Коми». Под редакцией Сергея Обрадовича и Василия Юхнина. «Советский писатель», Москва. 1946. 104 стр. нижние ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА № 17 meme 2 («Советский писатель»). Справа—обложка Н. Ильина (Гослитиздат). — Иван АРАМИЛЕВ КНИГА. О НАРОДНОМ ПОЛВИГЕ из дробовика; приготовленного за дверью. Этот день мог стать последним днем жизни Г. Линькова. Таких «случаев» было немало, и автора спасало не чудо, а‘большевистская выдержка, уменье разбираться в людях, разгадывать человека с первого взгляда. Людей мужественных и растерявшихся, стойких и подавленных немецким нашествием предстояло сплотить, оргавизовать, обучить, вдохновить, двинуть в бой. Г. Линьков рассказывает. как в ходе войsto Крепли партизанские отряды, формировались характеры, как вырастало партизанское движение в грозную для врага силу. Ценность книги в том, что’ она раскрывает народность партизанского движения, его политические корни, освещает природу массового героизма партизанских бойцов и командиров. ‘ . : Вставные новеллы под общим заголовком. «Обыкновенные девушки» знакомят читатепля с певушками-паптизанками которые в ля с девушками-паотизанками, которые в годы Отечественной войны внесли свой неоценимый вклад в общенародное дело защиты родины. Книга написана с предельной искренностью. Чувство. такта и чувство правды присутствуют в ней от начала до кониа. Ограничусь одним примером. Г. Линьков собственноручно расстрелял за нелиецип‚линированность и невыполнение приказа командира одного из отрядов майора Шенкова. а «Мы сели, — рассказывает он. — Мы все ‘сидели на ‘пнях вырубки в нескольких шагах один ог другого. Я молчал, и все молчали... И тут я почувствовал. что решение, внутренне принятое мной, бесповоротно... Я подумал, что убивать, может быть, даже труднее, чем самому подвергаться сметельной опасности, но ведь, идя в тыл врага, мы готовы на все, даже на пытки». Попадись этот материал в руки плохого писателя, он бы все испортил. Оглядываясь на литературные каноны, он увидел бы в размышлениях героя традиционный конфликт между совестью и долгом. В дейетвительности же в поступках и размышлениях Г. Линькова нет ни противоречий, ни традиционного конфликта. Расстреливая майора ШЩенкова (в данной. обстановке), Линьков поступил правильно. Отряд ЩенKosa разлагался. Нужны были крутые мёры. В другой обетановке НТенкова можно было сохранить, спасти, ограничивииеь диспиплинарным взысканием. Г.’ Линьков, coветский человек, большевик, понимает это; вот поэтому ему «убить даже трулнее, чем самому и смертельной опасности». «Война в тылу врага» — партийная книга о мужестве и моральной чистоте советского человека, о преданности родине. `Книге предпослано краткое предисловие дважды Pepos Советского Союза генералмайора С. А, Ковпака. “Отмечая скромность, отсутствие самолюбования и правдивость. рассказчика, С. А. Ковпак говорит: «Г. М. Линьков на примере своей боевой работы показывает, как постепенно. от мелких вылазок до крупнейших диверсий, все более уверенно и эффективно, все с большим успехом выполнялась задача, поставленная великим Сталиным, — создать на оккупированной территории невыносимые условия для врага, как рос и ширился всенародный подвиг в тылу противника», Как указывалось в журнала «Офтябрь», впервые опубликовавшем воспоминания Линькова, литературную обработку книги сделала 3. Келрина. Непонятно, почему издательство «Советский писатель» не сообmundo об этом читателям, ‚ Книга Г. Линькова «Война в тылу врага» обладает, как все нефальшивое в жизни, огромной притягательной силой. В ней есть глубина, есть мысль, содержание. Вы читаете ее жадно, не отрываясь, He обращаете внимания на шероховатости, на язные недостатки: скомканность, некоторых эпизодов, неточность языка. Григорий Матвеевич Линьков до войны был специалистом по артиллерийским при-. борам. Строевым командиром не был. В. годы Отечественной войны он партизанил в тылу врага под псевдонимом «Батя» и «Полковник Льдов». : Богатая память его сохранила множество деталей больших и малых сражений, подробностей своеобразного партизанского быта, организованных и предводимых им отрядов. Однако его записки менее всего похожи на реляцию. Перед нами занимательное повествование, и главный герой его — SorbinesncroKad правда о войне. По своему характеру книга могла стать простым изложением истории отряда, дающим характеристику людей со сторочы их боевых качеств: что’ сделано, кем сделано, как сделано. ~ К счастью для читателя, в книге смело раздвинуты рамки избранного жанра; подмечены сложные душевные движения людей, даны обобщения. В начальных главах (осень 1941 г.) показано зарождение партизанского движения в Белоруссии, в труднейших условиях, на территории, оккупированной и контролируемой жестоким, отлично вооруженным, изощренным в злодействе врагом. _Г. Линьков в августе 1941 г. с группой бойцов и командиров был заброшен с само. лета в тыл врага. Группа (55 человек, в том числе 16 радистов). должна была составить Ядро партизанского отряда и начать боевую деятельность. Приземление парашютистов оказалось неудачным. Погода испортилась: низкая’ 06- лачность. дождь. Самолеты отстали от флагмана. рассредоточились, потеряли ориентировку, сбросили группу в разных местах. Сам Г. Линьков очутился в девяноста километрах об намеченного пункта: Часть лю: дей погибла В первые дни: OHH попали в alll расположение немцев. “ Первые шаги Г. Линькова по вражескому „ тылу исполнены драматизма. Оборванный; голодный, измученный, скитается он В лёсах под. Лепелем, пытаясь найти своих люлей, парашюты с АОН, боеприпасы. Изредка заходит он в деревни. Немцы уже везде «насажали» свою агентуру. Кому довериться’? Кому открыть себя? Вме‘сто друга можно наскочить’ на врага. Представьте, с другой стороны, положе: ние колхозников, советских людей. В хату заходит неизвестный в штатском, с маузером на поясе, Кто он? Действительно человек, присланный Москвою для организации партизан, или немецкий шпион, агент г6- стапо, явившийся «прошупать», чем дышит Население? . Характерна сцена в хате колхозника ‚Филиппа Садовского. Г. Линьков узнал, что Садовский укрывает от немцев попитрука Купцова, и зашел к нему. После долгого дипломатического разговора Филипи Садовский просит у гостя разрешения выйти на минуту к соседям. Г. Линьков отвечает: «пожалуйста». Как выяснилось, его приняли за агента гестапо, пришедшего арестовать Садовского. Хозяин был уверен, что гость не разрешит ему выйти. Тогда жена Садовского должна была распахнуть дверь в соседнюю комнату, а Купцов — выстрелить в «гостя» Т. Линьков. «Война в тылу врага». «Совет. ский писатель». 1947. 227 стр. Ленты золотом горят, Орденами — груди. — Наша гордость! — говорят О матросах люди. To булыжной мостовой Торода Кронштадта Ходят с песней боевой Флотские ребята, Не грусти, морян, не надо. Что ты, друг, печален, Отчего не весел — Не поешь ты песен, Не выходишь в круг. Что ты, мой товарищ, Голову повесил? Расскажи, откройся, ` Что с тобою, друг?- Не грусти, моряк, не надо, Пусть пройдет твоя тоска. Или нет из Ленинграда. Писем в адрес моряка?.. Над морским простором Ярко рдеют зори, Над волнами солнце Вешнее встает. Брось ты, не печалься, Не к лицу нам горе, — Если крепко любит — Весточку пришлет. Не грусти, моряк, не нада, Пусть пройдет твоя тоска. Девушка из Ленинграда Не забудет моряка! 1946 год. : A Всю ночь шел дождь, — Как из ведра; Плевалось море неною, Всю ночь — До самого утра’ — Выл ветер злой сирёною. Всю ночь метались корабли, Фарватеры утюжили, А с бурей сладить не’ могли, Громады неуклюжие. Но к утру дождик стал спадать, `Охрип и ветер лающий. И только начало светать — Родился день пылающий: Не хлещет дождик проливной, Горит на солнце радуга. И синий парус над землей Натянут туго-на-туго! ‚ 1946 год. , Иван ГАНАБИН. „Наша великая родина“ Так называется большая (696 стравин) книга о СССР, подготовленная коллективом авторов и выпушенная Госполитиздатом. Книга состоит из шести разделов: «Просторы и богатства нашей родины» (автор — Н. Михайлов), «Героическое прошлое нашей родины» (А. Панкратова), «Борьба за победу социализма в СССР» (Б. Волин), «Общественное и государственное ‘устройство СССР» (В. Карпинский), «Великая Отечественная война» (И. Мини, И. Разгон и А. Сидоров), «Наша цель — коммунизм» (Ф. Олещук). Разоблачение советскими писателями nap. ства «капитала — его препохабия» (Маяковский), прололжающее традицию классической русской литературы, тесно связано с утверждением ховетского строя, нозой социалистической морали. Г Раскрыть силу и величие идей созетской литературы, показать её принципиальную «Против безилейности в литературе». Сборник статей журнала «Звезда». «Советский писатель» глиВ А. КОНОНОВ «Надо мечтать», — писал Ленин, и, иронически прикрываясь от нападок меньневистоких «ортодоксов» авторитетом трезвейшего Писарева, приводил писарёвские слова: «Когда есть какое-нибудь соприкосновение между мечтой и жизнью, тогда все обстоит благополучно». Гайдар — романтак. Но никогда мечта его не была беспочвенной, она всегда крепко связана с окружающим миром. Овладевая сознанием юного читателя, мечта писателя сама, становится реальностью: созданный художником образ Тимура стал вожаком детского общественного движения, Гайдар — реалист. Любой образ любого его произведения создан из черт, наблюдавшихся им в действительности. Он не приукрашивал правду жизни, но эта правда была для него правдой жизнеутверждающей. Он умел отделять основное, главное в жизни от случайного, наносного, ненужного. С зоркостью реалиста Гайдар видел типическое в`облике советского человека. Со смелостью романтика он подымал свою тему на крыльях мечты, - Он утверждал новое в сознаний человека. Такое органическое слияние начал роман: тизма и реализма при ясном видении целей художественного произведения и характеризует социалистический реализм. — Гайдар был. новатором. Новаторство его заключается, конечно, не только в совокупности литературных приемов, хотя и в этой области заслуги писателя велики; покоряющая сила его. образов об’ясняется не только профессиональным мастерством, хотя и оно может послу» жить образцом для многих. Корни гайдаровского новаторства глубже и органичней. Как художник, он рожден эпохой социалиАнтология узбекской художественной прозы ТАШКЕНТ. (От наш. корр.). Узбекская академия наук приступила к подготовке выитуска на русском языке антологии у3з-, бекской художественной прозы 906 емом в 40 печатных листов. В антологию войдут лучшие образцы узбекской, литературы — oT XIV века до наших дней. Классическая литература будёт представлена произведениями писателя ХГУ века стой душой», потому что впереди — снова ‘борьба, продолжение творчества и созидаНИЯ. Рабгузи, прозой Алишера Навои, а также писателей прошлых. столетий — Абульгази, Мунис, Гульхани и др. Из современной художественной прозы в сборник включены произведения, Айбека, С. Айни, Гафур ГуляMa № др: Широко будет представлен в антологии узбекский фольклор. чет не описывать, а действенно, убеждающе изображать. = - Но вот в стихотворении, посвященном вступлению наших войск в немецкий город Эльбинг, Луконин дает такую картину: ..А в Эльбинте спали. Метнуйись мосты, ожидай удара... Трамваи, бежать собираясь, упали Передними лапами на тротуары. Кирки.- запрятали головы в плечи, `И башни позванивают, как бутылки. Дома к домам рванулись навстречу, Черепичные круьипи омахнув на затылки, Но вичто не ушло, Здесь гораздо более ощутимо подражание. раннему Маяковскому и его эпигонам, чем творческая учеба у великого поэта. эпохи зрелости его мастерства, когда он. уже нашел верные пути.к сочетанию простоты и силы изображения. В этих стихах поэт, отрицая традиционную «гармонию», впадает в другую крайность. Это — замысловатая вычурность образа, искусственная усложненность ритма, синтаксический произвол, приводящий иногда просто к нелепостям, и, наконец, самое опасное — намёренно подчеркнутая суб’ективность в выборе ассоциаций, на которых поэт хочет строить свое: обобщенное изображение. Отрицательные . черты и несовершенства поэтической манеры Луконина противоречат тому, что, на мой взгляд, составляет подлинное существо его поэзии: готовности «поменяться местами» с лучшими из своих сверстников. — ровесников революции, стремлению отбросить соблазны индивидуалистической исключительности и быть вы» разителем. лучших помыслов и ‘свершений своего поколения. , Перед’ Михаилом Лукониным вырастет опасность стать попросту «непонимаемым», если он_в своих поисках новых средств поэтической выразительности пойдет по пути. их усложнения. Есть другой путь — осво-. бождения от всего наносного, что идет от ложного тяготения к «интересности стиля». Это путь к соответствию ясности поэтической мысли с ясностью ев своеобразного впечатляющего выражения, По нему и должен итти молодой поэт, ° стического созидания. Гайдар писал о том, Тимур, и Чук, и Гек, и другие, живым мы вилим и самого Гайдара, мечтателя, солдачто ему виделось, как ему слышалось: иначе видеть и сльшать он не мог. Это не значит, что Гайдар мало думал над закоАркалий Гайдар. Сочинения. Илл. А. Ермолаева, М.-Л. Метгиз. 1946. 387 стр. к Да Живое дыхание его книг никогда не иссякнет... А число его друзей — с каждым новым поколением —- будет расти. Сейчас вышел первый сборник стихов продолжение революционной борьбы народа за свободу и справедливость. И эту осознанную им большую историческую правду Михаил Луконин сумел выразить не декларативно, а с убэждающей реалистической достоверностью. «По дороге на войну» он с группой бойцов отогревался в карельской избе. Мороз доходил до’ пятидесяти, оторопь брала ребят. А. старый каpea, вспоминая события тридцатилетней давности, рассказывал «0 таком холоде, который, пожалуй, больше не повторится». Тогда в эго доме укрылся русский ссыльный революционер. Ему мороз щени выжег, Выбелил голые пальцы, А он все-таки выжил, пошел, не сдался... М. Луконина. В нем He BEE равноценно. многое написано наспех, кое-как, недодуманио, несовершенно. Но, несмотря на все это, ясно, что перед автором сборника oTкрываются серьезные творческие перспекTHBEI. Луконин назвал свою книжку „«Сердиебиенье». Вероятно, поэту очень хотелось самим заглавием заставить читателя поверить в искренность его лирики, в подлинность ее источника, в достоверность ` переживаний, отраженных в его стихах. Если так, ему удалось достигнуть желаемого. Но искренность — ведь это достоинство, которое еше ничего не определяет в существе лирики. Интересна и значительна не она сама. а то. что лежит за ней--мив, Жажда трудной работы нам ладони сечет. И убеждающе звучит в словах лирического героя Михаила Луконина, обращенных к любимой женщине, новая послевоен: ная «правда поколения» молодых строителей будущего: Я вернулся к тебе; Но кольцо твоих рук — Не замок, не венок, : не спасательный круг. Нам — Е не праздновать праздно, Нам — хмелеть от груда... Так возникает в лирике молодого поэта тема. сегодняшнего дня. ‚ Как и другим молодым поэтам, выдвинув. шимся в последнёе время, М, Луконину свойственно стремление искать новые Изобразительные средства для воплощения нового материала жизни. Его поиски вызывают интерес и доверие. Благополучные и безличные «чистописания ремесла» -= гладенькая версификация — внутренне чужды ему. Он не хочет пользоваться так называемыми «поэтизмами» —= привычными, «вадежными» формулами, к которым легко и Часто прибегают поэты, лишенные собственного голоса, В одном месте Луконин говорит, что ©тихи приходят к нему в результате долгого наблюдения над жизнью, Он и в самом деле — не сочинитель. Почти за каждым его стихотворением ошушается работа освоения жизненного материала, привлекшего внимание поэта. Луконин’идет в своих поисках OT Маяковского, разрушившего старые представления о.«гармонии стиха». Заметим: чаще всего, у.нас продолжение стиховых традиций Маяковского мыслится, как овладение ораторской интонацией и приемами крылатой декларативной поэзии, МЛуконин стремится к обобщенной убеждающей изобразительности. Это путь к уменью несколькими крупными мазками набросать образ, равно целеустремленный и в своей внутренней содержательности, и в чертах внешнего сходства с реальной жизнью, Он хоДва школьных товарища участвовали В] одном бою. Они были добровольцами лыжного батальона в дни финской кампании 1939—1940 годов. ` Один остался ‘лежать на снегу, «слишком юным для того, чтобы дальше стареть». Другой вернулся невредимым, навсегда ной смерти друга... Позже он написал 06 этом. стихотворение, Оно было одним из его первых серьезных. поэтических опытов. Михаил Луконин искал и нашел правдивые слова для того, чтобы рассказать нам о драматической судьбе своего сверстника. Он начал строками о наивной мальчишеской любви и о жалости к тем, кто слишком осторожен и скуп на нежность и доброту. А закончил строками о зрелости, приходящей к юноше, когда он узнает жизнь В ве суровом и прекрасном величии. Он сказал, что «не позволит в своем присутствии плохо отзываться о жизни, за которую гибли друзья». Но не только это важно было выразить молодому поэту. Еще ними стихами поэта. : Душевный мир лирического героя Михаила Луконина полон неизгладимыми впечатлениями войны, ее повседневным драматизмом и непарадной романтикой; ее тяжелым трудом и торжеством победы. Самая угловатость его поэзии, ее порою тяжеловатая ритмичность, пренебрежение ко. внешней красивости описаний — все это. сродни самому. характеру военной’ действительности, Война необычайно расширила-и углубила юношеский опыт поэта. Она’ стала для него синонимом зрелости мыслей и чувств. В день Победы он нашел в сумке от противогаза старую омятую «тетрадь стихов 0 любви» — «запись лалеких, далеких волнеБойцы уже собирались в путь, когда карел «показал на сосновую стенку глазами», пожелал им после войны притти к тому ссыльному, к тому замечательному человеку. Бойцы взглянули на стенку. Оттуда’ — ‘Смотрел на нае Г Михаил Иваныч Калинин, Мы подумали: «Что x, : Это было началом Нашей войны» Вот почему в. военных стихах. Луконина с такой настойчивостью звучит мотив самоотверженности, а не жертвенности, мотив продолжения жизни, а не «красивого», «романтического» приятия страдания и смерти. ..Где земля стала полем последнего боя, иногла умирают ‘гам, Главное — это живут! Он увидел и понял, что уийижают и опу: стошают человека не горе и беды войны, а попытки скрыться от Ge драматизма, уйти от ‘исполнения долга перед: родиной “и народом, когда долг этот труден. В этом вареве ветровом Выбор был небольитой — Но лучше притти © пустым рукавом, Чем с пустой душой, Здесь мысленно перебрасывается мост от войны к послевоенному времени. Нет ничего страшней, чем оказаться духовным, нравственным инвалидом. Нельзя притти «с пуважн: р — утвердить .. жнее было сказать другое Утвердить пий». Ему бросилась в глаза когда-то сочиненная строчка: «Я просыпаюсь — четыре стены...». Теперь, после стольких лет походной жизни, после того, как столько было перечувствовано и передумано, эта свою глубокую, окрепшую ‘в тяжелых ис”. 4 пытаниях веру в существование взаимной нравственной ответственности советских воинов доуг за друга, веру в елинетво и чистоту мыслей и чувств своих сверствикоЗ, строка поразила его своей несообразностью веру в общность взглядов на жизнь, На ес новым. широким видением мира, ставшим цель и смысл, отныне доступным ему: Четыре стены -= Как это все-таки мало Юности, для которой мир по экватору — это немного! Луконин верно понял ‘исторический смысл войны против фашизма; он увидел в ней Если бы в марте, тогда мы поменялись. местами, Он сейчас обо мнё написал бы вот это. Мих, Лукония. «ОСердцебиенье», «Молодая