литератуюныя гизота bIHE оне ORS Полемика между Г. 0. Винокуром 5 Капиным по вопросу о новообразо. заниях в русокой речи требует прак„ических предложений разрешению вопроса» Товоря вообще, новообразования в ззыке мотут обнаруживаться в! появзеии: 1) Новых звуков, 2) новых `и оборотов, 3) новых форм, 4) новых фразовых построений, данзом случае дело идет о’ новых exo. зах. т 0. Виянокуру предетавляются нелгиемлемыми новые слова, перечи. - сленные им в примерах, уже вошелние в нашу деловую речь, и +дизне› образования, как «использовывать и т. д. Е 2 Г. 0. Винокур сам писал в освов зремя, Что «высокая культура язы`. ха. должна привеоти к такому подожению, когда «оловечек» и не оп; равданных внутренней. необходимоею новообразований явык прини` мать ве будет. Новообразования бут KO дут > ; мот * (eKynpry a ‚ 4925, erp, 52 ай пм ). ура а а», Г. 0. Ринокур сам писал о ‹языковой политике» (там же, стр. 72 и слет.) я е6 необходимости. i Раввернувтаяся. полемика и есть К сдение одной из глав языковой SS политикм, 0 которой усиленно гово\\рил, хотя и по другим ее темам, по* А койный Н. Я: Марр («Избранные работ ты», т, №). ` Кашин возражает Г. 0. Винокуру ‚тю первому моменту —_ 0 новых ело` вах — так: «При этом в одних случаях, ввиду отсутотвия слов. (для BHражения того или иного понятия) в языке, предлагается новое слово, а в другом случае утверждается, что раз такого слова нет, то ето нельзя и употреблять» (Н. Калиин)...; «Но. нужно разобрать, как возникли эти споpa. Hela эти слова не удовлетворяют потребности, то они умрут самя собой. Вели они удовлетворяют, тю останутоя жить, не нуждаясь RH B. Ray хой санкции». И далее: «Не всякое . вовообравование в лзыке есть непременно изменение, которое в первую минуту представляется неправильностыю», — соверщенню справедливо отмечает Н. Калцин (в «Л. Рь № 32 (523), етр. 3) в противовес взгляду Т, 0: Винокура: Итак, каким путем нормировать отбор слов, впервые обнаруживаемых гв явыке? — . - На Западе о давних пор отбором ’ фактов словаря занимались академи° ви по соответственым языжам (франпузокая, итальянокая академия Делла Круска, в Мюнхене недавно виерBHO основама академия с такими же задачами, как и ев старинные предмествецницы, ав Англии уже начали писать по подобному. же проекту). ^ Однако, всем известно, что множе‚тво отвергнутых французской акаденей слов прекраено . используются современной литералурой, она же принимает слова, давно уже вошедние в словарь живой речи раныше ее салкции (ср. очередной ommcon их, привятый на заседании 8 июня ‚ 1935 т. в газете «Тензрз» («Тан») 8 и 9 ‚ Жюня тек. т.). . Но во Франции имеются и влиятельные популяриваторы, вак ЛанФело, Терив, которые в той же газе1е дают оценку очередным запросам читателей по ‘отдельным новым, словам французской pews. (Gp. . ecorsered Пути развития грузинской прозы своеобразны. Грузинская проза древRee, YOM германская, русская, английкая. Она в на несколько веков Французской и итальянской прозы. ‚ Общензвостио, что проза названных зеликих наций созрела треимущественно подо влиянием библии и агноabun. Развичие грузинского прозамзеского повествовалия определиоти три различных фактора. Первый — бибаия и агиотрафия, второй — свет\№ ская литература индусского, арабоко№ и ипранскою происхождения. / Третий нотояник трузинокой прозы-— Г 90 «Житие Грузии». Мы имеем 8 овялу Джуаниер-Джуаннериани, 2етопнепев Давида Возобновителя и царяцы Тамары, пиюавлиих зесомненно од влиянием греческих. всториковбеллетристов\ Не один ив современERI больниих мастеров прозы с завиoe, и восхащением перечтет их твот. 30 свропейских литератур только В ХУ столетки, в грузинской же литёТатуре следы этото влияния ааметны ве до раннего Ренессанса. Шедевром врузянекой прозы древего периода считается «ПТупаники» Хуцеси (У в). Но это произведение не могло быть началом, первой датой прозаической культуры. акому совершенному творению, каб “Шутачики», несомненно предтеSHORT длительный подтотовихельный период. Недавно раслтифрованные профоссором Иваном Джавахиили налумтисесты отчетливо дока‘iawn, что и до \ в. в Грузии сущетвовала, большая переводная литеРатура. Таким образом творение Иакоба, Хуцеси было подготовлено Птительным путем развития, иначе Ненродотявимю появление такого полЧоровного, оригинальното ‘романа ‚ Судьба грузинской прозы в после: ЛУющие pera naw неизвестна. В08- Можно, обраацы грузинской прозы, ТК же Как и многое, о чем дошли до ас отрывочные сведения (локументы астрологические, философские и др,), LoruGna во время бесконечных вой, пустошавних Грузию на протяжении У—Хт зв. 4 no т : Биографический роман Г.` Мерчуяи Tp. Хандвтели» (ХГ в.) — вторая & грузинского повествовательного искусства. Если творение Мерчули, Так жо как и Иакоба Хуцесй, очитить от перегружающих его местами Аилактических тирад, о перед нами стачет настоящий фюман совреити БЕЗ КОММЕНТАРИЕВ Казалось, это было Tak недазвно. Гремели горячие речи. Проливались слезы раскаяния. Волна энтузиазма захватывала даже самых неисправимых. Дискуссия о языке разгоралахь, как’ очистительный костер. Но всякая дискуссия нмеет свой конец, & от э10- то костра не осталось даже и головешек сомнчений. Все стало ясно: нуж: но писать хорошим и правильным языком. Точка. Но вот на холодное пепелише этой дискуссии вступает А. Н. Чичерин. Вернее, он кладет на него свой pacсказ. Или, совсем точно, — третий но: мер «Тридцати лней», в котором этот рассказ — «Подвиг Скорбеева»—напе. ком и как не пожалеть, что уже ocтыли речи, осушены слезы, и ехлынула вышеупомянутая волна! «Журнал борется за идейность и мастерство советской новеллы»-— эти золотые слова, которые, конечно, включают в свой омысл внимательное отношение к языку, украшают o6- ложку «Тридцати дней». Даже и того номера, в котором напечатан рас» сказ Чичерина. Обратимся же к рассказу как в непобредотвенному peзультату этой борьбы, «Язык Лежи разномастный, зыбучий. Не только что разные люди, но и один человек то «щажнет», то «Пюкнет», то «чокнет», то «цокнет>; между подавляющим *0» втиснется «а»; твердое «ль звучит часто как «в»; есть мягкое «ль»; есть «и» как у поляков; в основном оно «ле», как в украинеком слове «але»... вместо «в» елынгится ‹у». Это еще не рассказ, это филологи ческое отступление. Так сказаль, ключ, при помощи которого ciratent должен переводить колоритные, но невразумнтельные реплики крестьян на скучную городскую прозу. Но вот и образцы живого разговорното ‚язы Fa. г ; — «Корахтер-от у éB0. Hesamnerкий стал... Как ет-то сказал, так_етто и буэт по &му». «— Неуступчевой-от он, дак; вышHELIO!» . «— Норовить-то сам усе да уноравливать-от вам там усе...» ‚<— В колхозе исти нит чово!ь Филологический ключ оказывается явно недостаточным, Если последняя фраза (которую, котати сказать, reрой рассказа не произнес, а «оглотнул>) легко осмысливается, каж «в колхозе есть нечего», то попробуйтека поймите, что значит «вышщелч0к»? Нужен еще и словарь, и не только. для крестьянских речей, но и для описательного языка самого AaBтора. Ибо, увлекшись местным колоритом, ой испешряет страницы рассказа выражениями, нам, скромным горожанам, мало. понятными. «Чвякнуть», «сколонуться», ° «тропкий» («как все безрукие»), «хряснуть», «наисыкивать», «отклячить» ит. д нельзя откадаль подобным словам в известной степени, ITO ли, сочности, но и это сомнительное лостоинетво не делает их более вразумительными. В полной тармонии с авторским словарем находится и его «система образов». Вот несколько цитат, которые показывают стиль Чичерина во всей полноте его образной мощи: «Зойка Баличева—квадратная ‘дев: ка: нос свернут_ на Новгород, рот улыбается на Москву, а глаза, растопырены от Архантельска до Москвы». «Зойкин отец-—горлопан Баличев: парус лба мчит ладью переносья... Торчит свислый сук носба». `«В носу у Лукерьи, казалось, как в Леже-реке, водились раки и плескались налимы; перегоражинвали его заколы, курдюмы и морды; вертелися мельницы; топориилиеь гряды и каменные хрящи». Что к этому добавить? Конечно, это сказано о кулаках, а к кулакам у нас жалости nen Ho читателя можно было бы и пожалеть. Иначе он и сам не пожалеет автора, когда, продравшись сквозь эти дебри из чуловищных носов-к блатополучному концу рассказа, увидит, что у положительных-тТо героев нет ни носов, ний характеров. Это или жертвы, как Скорбеев, или «колхозные уравновешенные молодицы и молодцы», которые «добились огромных успехов». Цитаты же, как говорится, можно было бы умножить, но не процитирует ли нам в ответ сам ‘читатель? — «Хотищь ишио»? «— Не, ниохота». : L СТРОГИЙ ЮНОША ственный отдел в «Нувель литерэр»). Tange статьи в связной, документированной, общедоступной и пояс: нительной форме в значительной сте. пени могут предупреждать читающее общество от опасного следования дурHOMY вкусу. Лансело тах и озаглавТивает овои статьи: «Оборона франЦузокой речи» — в подражание исторической, программной работе м. _Дюболло, поэта Плеяды. Ответим Г. 0. Виновуру по поводу новых и нужных слов ‹языковедНЫЙ», хлитературовелный», & с другой стороны — «языковедческий», «литератУровелческийз. общего языковедения ‘известно, 310 синонимы выживают в том слу: Чае, воли они стилиотичеёки не впол. Не тождественны по смыслу. Иначе один из них исчезает. Напр. «льзя» исчезло перед «можно», но сохраниось в CHOBS «нельзя». Так и в настоящем случае. ‘Одна из этих пар либо чсчезнет, либо приобретет иной, специаливованный смысл в научной речи. Завязавшалюя полемика лишний раз заставляет напомнить о необхо: AMMOCTH поставить наконец на проч: ные основы дело собирания новых русеких слов. Ощупью, ‘угадкою чувствуя совершенную необходимость подобного сэбирательства, многие даже неподготовленные лица окопили ценнейший материал, требующий проверки, а затем принятия в словари. Собраны словари: водного транспорта (уже иадан), красноармейской речи, работы доктора Ив. Ал. Сокольского, Золотухина, Тимофеева и др. итд. \ А Автор этой статьи упорно собирает факты книжной. и литературной. речи С 1917 года. $ В комисеми, работающей по «Словарю русского языка» Академии наук, имеются члены, также собирающие новообразования и чувотвуючщие необходимость собирания в строго ограниченной области. `В. силу этих, толыко слегка, намеченных, фактов мы уже давно предлагали созвать, хотя бы `предварительную конференцию собирателей новообразований, ‘которые дейютвительно обогатили -налту речь и успешн0 вытесняют варваризаеы (ор. натер. «облучение» — рентгенотерэлтия). Для борьбы же с «дикими» фактами, как ‹использовывать>, «хахаль» и подобными, грубость которых‘бесспорна, пригодны следующие меры Hopмирования: у Ввиду бесполезности составления «черных» списков — ‹отметаемых» слов, которые все равно не останутся в памяти ‘читателей ввести в нечать, не только крупную и руководящую, но и нязовую и неховую, периодически обзорные и истолковательные статьи, связно ‘и сжато узонятие недопустимость заведомо ухарских терминов. Существует ухарствой в языке наряду с эвиоухарством и автоухаротвом, ВЛ. Б Ш+ЛОВСКИЙ. \ В порядке обсуждения. ру ть - республики Особенность творчёства украинского писателя Леонида Первомайского разнообразие жанров. Он известен не только как прозаик, но и как поэт и драматург. В своих. основных ‘произведениях он °отобразил пути, мыели и стремления мололежи. В оборнике «Путешественник» 00- браны наиболее типичные произведения, раскрывающие облик писателя и его тематику: В основном это рассказы о людях-борцах, о людахстроителях. В этом плане наиболее значимы его рассказы: «Джалил Урунов и саранча», «Доктор из Дарваза» н «Путешественник». ь В первом рассказе показывается заведующий семенным хутором большото хлопкового совхоза на границе Афтанистана, которому партия доверила «борьбу за экономическую независимость республики». Джалил Урунов—это тип большевика-хозяйственника, который не боится труд‘ностей: который борется, He щадя сил, понимая «отромную ответственность перед страной; ‘перед’ самим собой, перед, целым миром». Доктор Павелко —это тип скромного ‘героя, который делает большие дела. Таких тероев много имеет Советекая’ страна. Два Тода он не слезал с коня, мотаясь по кишлакам от больного. к больному, он превратил полуразбитую дарвазскую лачуту в образцовую больницу, под его рукоBOACTBOM вчера еще неграмотные таджики санитары стали культурными, работниками медицины. Автор с гордостью говорит о своем герое: «Разве вот этот 60-летний дед © катарактами на обоих тлазах, которому он вернул солнце; разве этот. дед— не 6го честь и слава?». Отличительная черта доктора Павелко—скромность, ‚ честность, преданность делу. -В рассказе «Путешественник» Первомайский ведет читателя по «Пути Республики». Самое замечательное на этом пути—рост новых людей, рост классовой гордости и человеческого достоинства. Автор показывает путь бывших беспризорных, которых поставила на ноги и воспитала республика. В рассказе «История человечества» нарисована жизнь комсомольцев, трагелия ннтеллитентного парня, который ‘оказался ниже по уровню, чем «все парни и девушки из четвертой госмельнины и механических мастерских». В этом рассказе эвтор подчеркивает ведушую, роль рабочей молодежи, ее идейную крепость и понимание классовых задач. Несколько особняком стоят раосказы: «В переплетной» и «Зонтик“Пинхуса-Моти». В них показана жизнь еврейской местечковой бедноты, pacпад старого быта под влиянием революции и гражданской войны. У Первомайского живой язык, све. жесть подачи материала, страстность темпераментность в изображении теросв. Он пытается подняться до больших обобщений, в малом найти большое, типичное и яркое. Сборник рассказов обнаруживает в авторе наблюдательного и вдумчивого хуложика, - ue КЕДРОВ Л. — ПЕРВОМАЙСКИЙ — «Путешественник». Рассказы. Перевод с укра- инского Татьяны Стах. Госпитиздат, 1934 г. Тир. 5000. Стр. 110. Ц, 4 р, 25 к., перепл. 40 коп, : Из произведений В, Матушкина можно почерпнуть ряд очень полевных оведений. Очерк. «Бригадир Крымцов» дает ряд сведений о сне`‘товадержателях, об устройстве хороших взерноуловителей, о .борьбе с еусликами и сорняками, о сверхраннем севе. Из очерка «На ферме и на гумне» узнаем, как ходить за телятами, как доить коров и пр. и пр Особенно в позназательном отноше: нии интересен очерк «Оталевар. Алешкин»..В аннотации читаем: «Читатель получит довольно полное предоставление о ироизводственном процессе варки стали и 06 организационно-технических мероприятиях, обеспечивающих достижения Ален кина». Все это справедливо. Аннотация не обманывает читателя. Надо сказать, что «Сталевар Алешкин»— лучший из. очерков Матушкина. Хороши первые впечатления Алешкина от цеха: «Я тогда даже не разобрал, тде печи, тде что. Пламя оелепило мне глаза. Однажды, помню, у нас в деревне горела вся улица. И вот такой же пожар я в цехе увидел. Пекло, да и только. Сильно мне вахотелось тотда обратно на родину. Погибну, думаю, тут, сторю или раздавят, как муху». Хороши описания ритмичности и в тоже время яростной страстности работы бригады Алешкина, . Ho даже в этом очерке; где много отдельных хороших мест, автор. не сумел дать типические обобщения, художественно-индивидуализированные образы, Мы так и не можем представить себе сталевара Алешкина, он °не остается в памяти читателя живым действующим лицом. Только изрелка бросит Алешкин свою. фраву, свое словпо, но в основном его речь ничем не отличается: от рези самого автора. Точно так же ни во внешно* сти Алешкина. ни в его. манерах, ни в обстановке ero дома нет ни одной художественной детали, ко‘торая запомнилась бы, которая ваставила бы обратить на себя внимание. Иногда очень общими, очень наивными черточками автор пробует художественно оживить образ. К нримеру, он заставляет Алешкина несколько раз во время рассказа делаль паузу и закуривать. папиросу. Но для всякого очевидно, что таким примитивным способом нельзя индивидуализировать образ, нельзя сделать его художественным. Этот же недостаток наблюдается и B других рассказах и очерках. В очерке «Семья Соловьевых» автор заставляет уходчика за окотом Фелора Трофимовича очень подробно расска.. зать о своих бедствиях в прошлом ия 0 своей зажиточной колхозной жизни в настоящем. Но опять-таки ни одного своего словца, ни одной ху ложественной детали ни в жестах, ни в мимике, ни в наружнобти, кроме наивного и общего замечания, что «сияет обветренное липо Фёдора Тро-. ‘фимовича небывалым счастьем». Вместо живых, кровных, типичных особенностей автор дает стандартное описание внешности, ничего общего не имеющее с характером вероя, ортанически с героем не связанное. Вот как в очерке «Бригадир Крымцов» изображается внешность колхозника Лопатина: «Семен Андреевич Лопатин-—мужичок на вил довольно хитрый. Голову он держит все время набочок и при разговоре часто усмехается». Почему автор товорит 0 «хитрости», какое это имеет отношение к дальнейшему, к поступкам repos, К 6то высказываниям? Наоборот, колхозник Лопатин задуман очень простым, прямодушным, откровенным. Вне хуже дело обстоит с расска»- зом «Барабан» и «Коммутатор», Вместо стремления увидеть вещи своими глазами, вместо упорной работы над культурой своего поэтического языка, автор обращается к безвкусным третьесортным литературным титампам, В рассказе «Барабан» уже нет той простой естественной интонации, которая наблюдается в очерке «Сталевар Алешкин». Вся психология любви красивой передовой комсомолки и изобретателя Ранцева надумана, неестественна, начиная” с их первой” встречи с «хорошими тенями» в <«щелочках глаз» и кончая путевками во втуз, полученными 069- \ими героями в момент, когда тлаза их «сверкают обжитающим блеском», и дердца «полыхают радостью». Внутренняя жизнь героев; поихологические процессы не удались автору. И лело не только в любви: переживания Ранцева, изобретитего способ улучзие ния работы шихтового крана, тоже неестественны, неглубоки, не задевают читателя, Весь Процесс ивобретения упрощен, наивно олтимистичен. Получается какое-то скольжение по поверхности. декламация из лозунтов. , . `Очерки и рассказы Матушкина име» ют известное познавательное значе: ние. Но этого мало. Без уменья изображать людей, которые дают жизнь, смысл производственным пропессам: нельзя написать художественное произведение, / В BPARHHHA _ Малыши с зеленой Малыши с зеленой площадки—это звериный молодняк Зоопарка: львята, щенята «Динго», медвежата и лисята. Об их жизни в большом загоне ‚ Зоопарка рассказывает книжка. Ее автор В. Чаплина—молодой работник Зоопарка недавний член КЮБЗ. В». _` Заголовки товорят о приеме, об oT ношении автора к-©вонм героям, от ношении к животному; как к живому существу, наделенному всеми присущими таковому качествами. Замечательны по драматизвму и остроте эпизоды смерти страуса и барса. Эти тлавы не могут не тронуть даже взрослото читателя. Язык книги живой и. непосредственный. Он даже немножко стилизован пол рассказ подростка. И поэтому таким диссонанеом звучат абзащы вроде этого: «По Советекому союзу. разбросано много пупгносовхюзов. Пупкносовхоз — это произволетво пушнины... Правильным солержанием и кормлением добиваются размножения таких ценных зверей, как соболь, куница, норка>. Книга иллюстрирована рисунками художника Д. Горлова. Иллюстрации очень разные. Часть из них — портреты отдельных героев, зарисовки— хороши, свежи. А вот композиционные рисунки значительно слабее. Улачен также макет книги. Он Напоминает книги Сетон Томпсона, но сюжет и материал «Малыштей» делают этоподражание вполне законным. Новое издание «Девочни-ревушки» выходит в Детзгизе с иллюстрациями А. Каневского. ‚ заново художником рисунки для первой и последней полосы обложк Константина Гамсахурдия Роман этот появилоя на рузинеком языке до Руставели; т. е. до ХН в. Руставели в своей поэме упоминает имена героев этого романа. Ероме «Висрамиани» индуоскоиранская литература послужила йеточником и ‹Амиран-Дареджанияани» (персонажи которого: также утоминаются в поэме Руставели), грузинекого варианта «Килила и Дамана» и, наконел, шедевра грузинской литералуры — нроизведений Саба Сулхан Opбелиани. . — Саба Сулхан вместе с другими мастерами XVIII 3p: Б. Габапвили, Д. Гурамилвили, царевича Вахушти и Вахтаита УТ, еше не получил должяда грузинских энциклонедистов. Са». ба Орбелиани был, прежде всего поэтом, и ни один. не-поэт в Грузия He был большим прозаиком. Руставели, ПШТавтели и Чахрухадзе подняли олово на такую недосягаюмую выюкоту, чю прозаикам последующих веков приходилось с ними соревноваться с позиций прозы. : Саба Орбелиани o6’exan pom Европу ХУШ столетия. Блестящий знаток восточной культуры, он постиг и вершины западной культуры. Ero перу принадлежит грузинский перевод «Килилы и Дамани», он же составил первый грузинокий толковый словарь, лучше которого пока никто не издавал в Грузии, и, наконец, Саба Орбелиани известен как автор юниги «О лжи и мудрости». Если существующие на Западе meреводы библии люявились большей частью в эпоху Реформации, в Грузии эти переводы осуществлены еще до УП в. Таким образом, в грузинскую литературу новых веков проник аромат древнего языка, Творения Са, ба Орбелиани — синтез грузинекой церковной. поэзии, восточново (не христнанского) эпоса и «Жития Грузии>». Вот почему Саба Орбелиани на новогрузиноком этапе раявития языка справедутиво считается ero собирателем и ванонизатором. Если присмотреться к истории paaвития мировой литературы, —-= ясно, ° о поэзня и проза исторически He шли параллельными путями. Вели поэтическая культура была даже у кочующих племен, прозамчестая культура имеется лить у тех наций, которым удавалось создать свое го: сударство. Народ мог творить оригинальную прозаическую литературу MEU до той поры, пока в силах был { COW mr сохранять государственную самостоятельность. Как только он так или нначе терял свою самостоятельность, литература его превращалась в эпигонскую беллетристику. Так было со стадюй Иудеей, Грецией, Римом, Арменией и Грузией. То, что на, германской прозе лежит отпечаток языка имперской каниеёлярии, — явление не случайное, и заслуживает внимания тот: д, что Стендаль учился родному. франнузскому языку, читая свод законов, После 1801 т., когда Романовы oKкупировали Грузию, наступила заюха полной деградации трузинской поэзии и прозы. Месяц назад профессор Гозалииивими издал в Тифлисе замечательный сборник документов: ма» териалы к восстанию 1832 т. В этом издатии есобраяы показания пиюателей, ученых, передовых людей того времени. Всякого, кто прочтет. эту книгу, приведет в изумление то, ках глубоко деградировал ‘ блистательный язык Саба Орбелиани и Гурамишвили всето на протяжении 30 лет. В ХХ в. вновь начинается борьба за восстановление грузинского языка и культуры. Знаменосцами этото движения были Гритол Орбелиавни и Илья Чавчавадае. Илья Чавчавадзе, писатель, бывший в течение целого полувека дикталором трузинокой литературы и законодателем языка, приложил свою TH: гантскую энергию на многих фронтах. Он был лириком, прозаиком, драматуртом, публицистом, журналистом по финансовым и мнотим другим вопросам. Вот почему ему, облалателю энергии, подобной бальзаковской, флоберовской, толстовской, все же нехватило ее для того, чтобы поднять целину грузинской прозы, Его прозе, особенно перрого териода, нехватает той глубины и. полнокровия, кофорые: характеризуют про» зу Саба Сулхан Орбелиани. И язык его, если сравнить его с языком Саба Сулхана, носит несомненьые следы дегралащии. Таким образом я всецело разделяю нападки Григола Орбелиани на Чавчавадае, & также на поэта Акаюия Церетели. Как Чавчавадае, так и Церетели частично свернули с того пути, который шел от. Иакоба Хуцесн до Саба Орбелиани, Этот путь — магистральная линия трузанокой прозы. Из пронзведений Чавчавадзе обравцом ‘прозы большого масштаба; может быть назван только роман «Вдова из дома Отара», написанный им в 1оПомещаем сделанные _ В. ЧАПЛИНА. «Малыши с зеленой площадки», М. 1935 г. Стр; 96. Тир, fl o 93 T ‚Средней Азии В Ташкенте вышла книга стихов Титова-Омского «Встречи с героями». Стихи написаны на материале @релней Азии. Автор дал ряд ненлохих произведений, но в целом сборник показывает, что Титов-Омский не сумел преололеть шаблона. Язык лишен свежих ‘красок: Следил за полетом Инструктор. Грин, От удивления Раскрывши рот, Сюжетные коллизии в подавляюшем большинстве прямолинейны. Счастливым исключением в этом ря-. ду являбтся стихотворение‘ «Следопыт». Значимость этого произведения в том, что в нем содержится интересный познавательный материал, ‘который подается читателю в занимательной форме. «Конец Али-Мухамед-Бабы» сжато показывает историю двух людей — купца Али-Мухамеда и дехканиня Расуль-Маджиди. . -Он бып на самой границе, Терьяк скупал за гроши, - } „Сплавлял его по аулам За круглые барыши: ` Ткачи, гончары и медники Делали деньги ему... Увод Али-Мухамела на расотгел, показанный в преломленин этого факта через сознание дехканина РасульМаджиди, вчерашнего раба Али-Мухамела, воспринимается как ралост> _ ное событие, и это очень хорошо, ибо правдиво показывает отношение трудящихся Азии к баям. : К недостаткам книги, помимо схематизма, о котогом мы говорили вназале, надо отнести Также и то, что автор почти совсем не . использует интересные формы стиха, типичные для Средней Азии и вообще для Востока. Совсем нет эксперименталь“ ных работ по переработке или но созетанию восточной манеры письма -© европейским стихосложением. . Книга оформлена, интересно. Рисунки художника Вл. Кайдалова дают неплохие иллюстрации к стихам и помотают их восприятию. APH. GHTHOBCKHER менной яржитеклоники, со сложной интритой и блестящим диалогом. В, то время, как в Германии тиательна изучают Мерзербуртские’” заклятья, в РОФСР — «Слово о полку Игоревех и другие памятники наролHoro творчества, в Прузии научноиослеловательская работа во класаичаточном состоязтии. нова что наши критяюи отраничивалотся одним лить толым лозунтом © ‘необходимости 60- роться за классическое наследотво. Огромная зеспуга во этой области принадлежит покойному академику Н. Марру. Проивведение Мерчули было найлено им и издано вместе с переводом на русском языке. Пути как всей грузинской культуры, так и грузинской литературы в TPOMAOM идут но обрываюнщтимоя троихам, Грузинская культура не знает послеловательното, ровного развития, характерного для русской, немецкой’ и французской литератур. В этих странах политические события не нарушали прогрессявной линии развитня культуры. . Грузинокая классическая проза в замечательном романе Г. Мерчули достигаст зенита своего развития. Если трузинская стихотворная культура н» зершиие своего развития дала Руставели, то шедевром повествования и языка является стилистически соверуе произведение Г. Мерчули. веский язык Г. Мерчули еще никогда никем не был превзойден. В этюху Мерчули грузинский язык уже переболел заразу. эмитонетва, стзрогреческого, иранокого и арабокого языков, И действительно, как с точки зрения словаря; этимологии, так и синтаксиса нижотда грузинский язык не был таким спонтанным, как у Мерчули. Скажу больше: ‘лексика Мерчули более своеобразна и национальна, чем Руставели, у которого можно встретить достаточное количество иранских\и арабских варвал ризмов. Орикинальна и нащиональна не только тематика Мерчухли, Ho @ ero образность. Ясли церковная поэзия послужила истоками прозы Хуцеси и Мерчули, индусско-иранский источник о дал нам грузинский варнант замечательного гомана «Висрамиани» (лостаточно сравнить его с переводом на немецкий язык, изданным в прошлом CTOдетии, чтоб увидеть воочию больще достоинства грузинского вариалтаВ сущности говоря, трузинский перевод — не вариант, & TO, 310 немцы HASH вают Rachdichtung).- следнии нериод, несмотря на некоторую схематичность второстепенных персонажей. . Носле смерти Ильи Чавчавалее подымается звезда Важа Ншпавела; она вскоре затмевает соперника Чавчан вадае, поэта Акакия Церетели. Акакий Церетели — самый крупный среди грузинских поэтов ХЕХ столетия, разумеется, после ГриголаОрбелиани, ‘но на ето творчестве несомненный штами грузинской дворянской безалаберности. В нем не было той колоссальной энергии и настойчивости, которые характерны для Достоевского, Отендаля и Марселя Пруста. Ясно, без этой энергии ни один инсалель не создал прозы больпюй архитектоники. Вот почему исторический роман Акакия Церетели «Баши Ачук>» осталюя в грузинской литературе только как прелюдия к серии исторических романов. Грузинская критика, с моей точки зрения, несколько преувеличенно оценивает прозу Важа Пшавела. Важа Пиавела — титант новой грузинакой поэзии, но проза его не может быть оценена как литература большого маститаба, если исходить из современного понимания больнюго стиля. Важа Пшавела был насыщен фольклором собственного народа, более ‘того. собственном племени, но ему недоставало WAU BMY Abe OF культуры большого размаха, глаза, современного культурного человека. Вот почему Важа-беллетрист зного. слабее Важа-иозта_ Лиить в первой четверти ХХ в, назалось полное возрождение грузинского языка и трузинекой художественной прозы. Октябрьская революция дала Грузии приток новых жизненных сил. Возрождение трузинокой прозы корреспондирует с этантами создания грузинского советского госу: дарства. И думается мне, 00воение грузинского классического наследетва — большая. и трулная задача для современных мастеров прозы, Этото требуют законы прогресса, этого требует дух налией эпохи; Среди современных прозаиков Грузии одни идут по пути `` Чавчавадве, другие — по пути Нинотвили, rpyзинских народников; Чехова. Для себя я всегда считал обязательным путь трузинской классической литературы. Жестока борьба за получение наследственного кольца Саба Орбелимни. Кто овладеет им — покажет 3aвтрашиий день. `В Матушкин. «Зажиточный большевик», «Стапевар Алешкин», «Изобретатели», «Похождения Кости Рябцева». Сталинград. В. Титов-Омский — «Встречи nm героями». Стихи. Сред. Аз, ОГИЗ. Ташкент. 1935 г. Стр. 68; Ц. 1 руб.