ГАСТРОЛИ ТЕАТРА =
ИМЕНИ РУСТАВЕЛИ.
	ценной героической борьбе грузин-мо­хевцев против феодального гнета.

Москвичи горячо принимают тбилис­ских артистов, с особым восхищением
встречая выдающихся мастеров театра
им. Руставели — А. Хораву и А. Васад­зе. А. Хорава выступил в гастрольных
спектаклях в ролях Отелло, царя Ива.
на— в «Великом государе» и генерала
Муравьева —в «Победителях»; А. Ва­садзе (художественный руководитель те­атра им. Руставели) сыграл роли Яго —
в «Отелло», генерала Пантелеева («По­бедители»), Василия Шуйского («Вели­кий государь») и заглавную роль в «На­чальнике станции».

Комитет по делам искусств при Совете
Министров СССР и Всероссийское теат­ральное общество провели 16 июня твор­ческую конференцию, посвященную га­стролям театра им. Руставели. Открывая
	_конференнию, М. Григорьев приветство­вал грузинских гостей и подчеркнул вни­мание театра им. Руставели к русской
	советской драматургии, которая пред­ставлена в репертуаре пьесами Б. Чир­окова и В. Соловьева.

В докладе об основных художествен­ных принципах театра им. Руставели
И. Альтман проследил творческий путь
театра за 25 лет. Ю. Лукин сделал сооб­щение о постановках русских пьес, пи­сатель Ш. Абхаидзе—ю грузинской дра­матургии на сцене театра им. Руставели,
Г. Бояджиев и М. Морозов—0 постановке
«Отелло» Шекспира. В обсуждении
спектаклей приняли Участие А. Таиров,
С. Михоэле, Р. (Симонов, Н. Волков,
Ю. Юзовский.

От имени коллектива театра им.  Ру­ставели А. Васадзе поблагодарил теат­ральных деятелей столицы за теплый,
радушный прием и высокую оценку ра­боты театра. Е

Гастроли театра им. Руставели в Мо­скве продлятся до 96 июня.
		ГОРЬКОРСКИЕ ЧТЕНИЯ
	_Гусаны Армении
	ПРИВЕТ ДРУЗЬЯМ ИЗДАЛЕКА
	 
	Китайский писатель Мао Дунь и его
жена возвратились в ТПанхай из поезд­ССР. За несколько часов до при­ки по ©
сытия парохода китайские писатели и
= _. a = wee али

 
	оытия Пар о
друзья Мао Дуня собрались на тамо­женной пристани. Покидая советский
ен «Смольный» на котором он
	теплоход eh se Meet
приехал из Влад!
лал небольитое за
	 

Владивостока, Мао Дунь Cie
ое заявление корреспонденту
‘сре в котором благодарил
	 

ТАОО в Шанхае, В RO ee ee nati
зоех своих старых и новых советских
а Не
	 

BOCA LP NN РУ
лрузей за гостеприиметво, ралушный

прием и лружбу. Через несколько дне
г-н Мао Дунь Прислал небольттое обра­нение к советским друзьям «Привет ив:
qwaveray MEI перевели его на русский
	далека»: MbT Пер ee rare, UTPTA­язык и хотим познакомить с ним чита­телей «Литературной газеты»,
в Р
	20 апреля был туманный денъ. Когда теп­лоход «Смольный» вышел из порта Влади­восток, в моем сердце боролись два сильных
чувства, и мои мысли, как тучи на небе, то
сгущались, то рассеивались: я чачинал доу
мать о том, что через пять дней я снова уви­жусь со своими близкими м друзьями, © Ко 
торыми расстался пять месяцев тому назал,
и мною овладевало трудно сдерживаемое
чувство беспокойства. Я начинал думать о
том, что за последние четыре месяца я не
только видел своими глазами, как советский
народ ‘дружно. вносит свой великий вклад в
дело развития и процветания своей социали­стической родины и в дело мира и демокра­тии народов всего мира, но я и на себе ис­пытал торячую дружбу советского ‘народа,
щедро оказанную мне; я расставался с этим
великим государством и его народом, и
мною овладевало трудно сдерживаемое
чувство грусти. /

Ожидание скорой встречи с близкими и
друзьями вызывало у меня желание, чтобы
«Смольный» не плыл по морю, а летел со
скоростью ракеты. Неизбежность расстава­ния с великим государством и его народом
вызывала у Меня желание, чтобы «Смоль­ный» плыл по морю так же медленно, как
полает улитка. Однако «Смольный» с ра­зумной и нормально рассчитанной скоростью
величаво вышел из порта.

В море, глядя на чаек в небе, я вспомнил
все виденное и слышанное за эти последние
четыре месяца...:

Какими словами ‘и выражениями могу я
передать мои глубокие впечатления от Со­ветокого Союза? Я решил самым искренним
образом подробно нашисать обо всем, что я
видел и слышал, Пусть мои китайские. чита­тели внимательно прочитают и сами оценят.

 
	Проньло почти 30 лет с тех пор, как ки:
тайский народ не на словах, а на деле узнал,
что Советский Союз--самый искренний его
друг и последовательный защитник мира И
демократии во всем мире. Политический,
экономический и общественный строй, осно­ванный на принципах равенства и свободы,
теперь осушествлен в одной щестой части
земного пара. Разве это не тот земной рай,
о котором мечтали древние китайские муд­рецы и называли его «Датун» (гармония,
согласие. всеобщее счастье). Обо всем
	этом китайский народ знает из неопровер­жимых фактов. Мне остается только рас­сказать своим китайским читателям о He­Памяти Матэ Залки был посвящен боль­той вечер, устроенный 14 июня Президиу­мом Союза советских писателей ССОР в
Политехническом музее.

— Имя Матэ Залка, — сказал К. Симо­нов, открывая вечер, — дорого нам, как имя
одного из мужественнейших борцов против
фашизма. В его лице мы потеряли не только
хорошего писателя, но и человека, который
мог бы рядом с нами драться еще на многих
полях сражений. ‘

К. Симонов заканчивает свое вступитель­ное слово чтением стихотворения «Генерал»,
написанного им десять лет назад на смерть
Матэ Залки,

А. Исбах рассказал о жизненном пути пи­сятеля, о его лучших книгах, в частности,
романе «Добердо», о дружбе Залки с Нико­лаем Островским и Дмитрием Фурмановым,
чьи прекрасные образы были для него по­стоянным примером. Характеризуя Mars
Залку, как обаятельного, стремительного,
вечно бодрого и веселого человека, А. Ис­бах говорит:

— Жизнерадостность никогда не покида­ла Матэ, даже в самые тяжелые минуты
жизни. М. Залка умер, как герой, на
боевом посту, сраженный осколком враже­В номере напечатаны: роман М. Бубеннова
«Белая береза». рассказ А. Первенцева «В кол­хозной станице», стихи Н. Ушакова «Земля
стойких», Е Шевелевой «Домик в Батуми».
Пикл «Ив литовских поэтов» представлен сти­cama А. Баранаускаса «‹Аникшчяйский Gop,
Э. Межелайтиса «Время». А. Венцлова «Родина
и поэт», А. Хургинаса «Горные колокольчики»,
Т. Тильвитиса «Как черный холмик у норы
кротовьей», В. Вальсюнене «На ветру зазвенели
березы» (перевод Н. Тихонова, Г. Титова,
C. Map. П. Шубина, В. Державина). В разделе
публицистики вапечатаны статьи и очерки:.
И. Ермашева «Политика Уоллетрита» (статья
	вторая), генерал-майора Н. самятина «Под crTe­В книге А. Пленна мы находим и сведе­ния о казни одного из убийц Лорки, совер­шенной в октябре 1944 года испанскими
партизанами среди бела дня в центре Гра­нады.

Один из самых ярых франкистских мрако­бесов Э. Хименес Кавальеро переделал
«Овечий источник» Лопе де Вега, превра­тив его в пьесу, восхваляющую режим
Франко. Юбилейные даты — открытия Аме­рики и смерти Кеведо были использованы
франкистской пропагандой в своих интере­сах так же, как, несомненно, будет исполь­зована и предстоящая в октябре 1947 года
четырехеотлетняя годовщина со дня рожде­ния Сервантеса. Но все попытки франкист­ской реакции исказить великое наследие
испанского Золотого Века не ведут ни к че­му. Испанский народ попрежнему свято
чтит сокровина своего искусства и бережет
их сейчас не менее любовно, чем в дни оса­ды Мадрида, когда франкистские самолеты
сбрасывали бомбы на музей Прадо.

Франко не удается пробить стену народ­ной ненависти, к каким бы ухишрениям он
ни прибегал. То он прикидывается горячим
почитателем фольклора, то стремится при­Blew на свою сторону лучших представи­телей испанской эмиграции (в частности,
Алехандро Касону); то устраивает пышные
похороны умерших за границей ‹ антифран­кистских деятелей искусства (знаменитого
композитора Мануэля де Фалья и танпов­щицы Ля Архентиниты), которым посмерт­но приписывает несуществующие симпатии
к «Голубой империи» и к фаланге, то при­сваивает достижения республиканской эми­грации в странах Латинской Америки, пы­таясь обмануть сознание народа маражем
об’единения всех стран испанской культуры
и языка в одну семью под духовной вла­стью Испании. Но народ обмануть нельзя,
испанцы отлично видят подлинный умысел
своего врага. Так за лозунгом «об’едине­ния», проводимого Франко через специаль­но созданный для этой цели «Всеиспанский
совет» и через широко разветвленную сеть
организаций «Внешней фаланги», они ясно
различают план политического и экономиче:
ского захвата Латинской Америки в интере­сах мирового (прежде немецкого, а теперь
североамериканского} фашизма. Впрочем, и
сам Франко в данном случае действует,
главным образом, из соображений внешней
политики, стремясь демагогическими жеста­ми завоевать симпатии своих иностранных
хозяев.

Рептильная пресса Франко влачит жалкое
существование... и рядом © нею в огромных
	тиражах циркулируют в «Голубой империи»
номера подпольных газет, среди которых
	К 4-60-02, детской и об
	Мао Дунь выступает на собранин
китайско-советского общества в Шан.

хае.
	бывалых, грандиозных результатах куль
турного развития, которых советские наро,
ды достигли при советской демократив.
ской политике и при соцщиалистическо
экономическом строе.

Естественно, что я видел только каплю в
громадного моря, но и в этой капле дост.
точно свидетельств того, что  советоки
культура создана трудящимися и для тру.
шихся. Новая советская культура сл
делу борьбы за прекрасное будущее все
человечества. Советская культура, так же
как и политический, общественный и sxo.
номический строй СССР, в современно
мире является самой прогрессивной куль
турой. ее  

Три дня тому назад я вернулся в Шанхай,
Снова я среди своих друзей, которые отдакт
все свои силы и кровь за свободу и незави.
симость китайского народа. Далеко от Шан.
хая до Москвы, но каждый pas, когдая
вспоминаю O TOM, что видел в Советокох
Союзе, и горячую дружбу советеких др}.
зей, я всегла чувствую себя так, будто я
все еще в этой великой стране и вижу, ках
ее великий народ с ничем не сравнимым
мужеством и уверенностью работает x
благо небывалого в истории всего челове.
чества великого дела.
	Дорогие советские друзья! Я решил во
	пустыми и высокопарными словами выразить
вам мою благодарность за вашу дружбу!
гостеприимство. Вместо благодарности я
	скажу вам слова, которые, я уверен, явля.  
	ются также сердечными словами китайско:
го народа, борющегося за свою свободу!
независимость, за Мир и демократию,
Советскую культуру впереди ждут еще
более великие победы! 7
Да здравствует советский народ!
Шанхай.
	ского снаряда. Два года назад ма фронтах
Отечественной войны мне довелось встре­титься с офицером, который сражался вме­сте с Матэ Залкой в Испании. Он вспоминал
о нем, как о командире, поведению которого
должен подражать каждый боец антифаши­стокого фронта.

Страницы, посвященные Матэ Залке, про­чел на вечере И. Эренбург из книги, которая
была написана во время испанской войны
но осталась не опубликованной,
	`— Недавно, — сказал И. Эренбург, —
венгерцы решили назвать одну из площадей
	Будапешта именем Матэ Залки. Но есть еще,
на свете люди, которые! хотели бы, чтобы)
эта площадь снова называлась по-старому. ,
	Сегодня, перед тенью нашего друга, мне хо­чется сказать: не только плопадь в Буда»
пеште сохранит его имя, но я убежден, что
побываю на плошади Матэ Залки в Мадри­де.

С речами и воспоминаниями о Матэ Залке
выступили также Ф. Кельин, Л. Субоцкий,
О. Савич, Р; Азарх и дочь писателя Наталья
Залка.

Вечер закбнчился концертом, в котором
были исполнены отрывки из произведений
Матэ Залки.
	нами Берлина», М. Поликарпова и А, Славуц­кого «На дальних трассах», Б. Криницкого «Пу.
тешествие. по Закарпатью». Л Фридланда «Рас»
	сказы о больших! находках»,

В разделе «Литературные портреты» напеча­тана статья М. Чарного «А. А. Фадеев». В
разделе критики и библиографии помещены
статьи: 0. ПТирины «В борьбе за партийность
литературы». «Правда» 1912—1914 гг.», Т. Семуш­кина «Русская Америка». А. Венцлова и К 8е:
линского «Саломея Нерис», В. Кирпотина «Вре­мена года Донелайтиса». В разделе «Трибуна
писателя» напечатана статья С. Трегуба «Омысл
двух ошибок» (критические заметки).
	особым влиянием пользуется, как и в годы
освободительной войны, «Мундо Обреро»,

Родители, которым «каудильо»  запре­шает посылать своих детей в школы, и да­же те, которым он предоставляет это пра­во, предпочитают обучать своих детей сами
или прибегают к помощи своих друзей,
Здесь сказываются благодетельные резуль­таты культурной реформы, проведенной
республикой, особенно в годы освободитель:
HOH войны, значительно поднявей  духов­ный уровень населения.

Из «Манифеста испанской интеллигенции
Сопротивления», опубликованного в первом
номере журнала «Независимость», мы узна­ем о существовании в Испании Франко
мощного об’единения «Союза свободных ин­теллигентов» («Уньон де Интелектуалее
Либрес», сокращенно «УИЛ»). В него вхо:
AAT ученые, писатели, художники, артисты,
ранее принадлежавшие к различным более
мелким подпольным группам («Ассоциация
демократической интеллигенции», «Об’ели­нение антифашистокой — интеллигенции»,
«Альянс интеллигентов. в борьбе за демокра­тию»). «УИЛ» возник в последние месяцы
1944 года, а сейчас насчитывает более двух
тысяч членов и распространяет свое влия­ние на все провинции Испании. До октяб­ря 1946 года вышел двадцать один номер
эго центрального органа — «Демокрит».

роме того, издаются подпольные журналы
«Новое Возрождение» (вышло четыре номе­ра) и «Наше время» (два номера) и, как со­общает манифест, организуется центральное
издательство. (Стоя на политической плат­форме свержения Франко и восстановления
республики, «УИЛ» выработал культурную
«Программу испанского сопротивления»,
Манифест призывает к широкой демократи­зации культуры ‘и заканчивается  обраще­нием к народам и интеллигенции всего ми­ра, в котором просит помочь свергнуть кро­вавыи режим Франко.

икогда еще за все многовековое суще­ствование Испании не была так глубока
пропасть, отделяющая правительство от
народа. На кровавый террор Франко. испан­ский народ­отвечает борьбой, на программу
средневекового невежества и насилия —
программой демократизации культуры: Зре­ют силы народного сопротивления, и Фран­ко не помогут ни его испанские приспешни­ки, ни его иностранные друзья. Час гибели
«каудильо» уже близок.

    

i)
Главный редактор-В. ЕРМИЛОВ.
Редакционная коллегия: Б. ГОРБАТОВ,

В. КОЖЕВНИКОВ, А. МАКАРОВ (зам,
	‘лавного редактора). В. СМИРНОВА,
A. TBAPJLOBCK HE.
	Е aap ue Oe ета
ластной литературы — К 4-61-45, искусств ММ!
		Зак. № 1643.
	В Москве с большим успехом проходят
гастроли одного из лучших театральных
коллективов страны — Грузинского те­‘атра им. Руставели.

Театр показал московским зрителям яр­кие; талантливые спектакли: военную
драму Б. Чирскова «Победители»; исто­рическую пьесу В. Соловьева «Великий
государь» (спектакль, удостоенный Ста­линской премии за 1945 год); обновлен­` ную перед гастролями постановку траге­дии Шекспира «Отелло», а также две
оригинальные пьесы грузинских драма­`тургов — «Начальник станции» и «Хе­висбери Гоча».

Пьеса «Начальник станции» ‘написана
поэтом, депутатом Верховного Совета
Грузинской ССР Ило Мосашвили на те­му о героической защите Кавказа в дни
Отечественной войны. Центральная идея

  . пьесы — сталинская дружба народов и py­ководящая роль русского народа, воз­главившего великую борьбу советских
людей за свободу родины. Сюжет дра­мы С. Шаншиашвили «Хевисбери Гоча»
заимствован из одноименной повести
грузинского классика А. Казбеги, посвя­17 июня в Институте мировой литерату­ры имени А. М. Горького начались горьков­ские чтения, посвященные одиннадцатой
годовщине со дня смерти писателя, Всту­пительное слово сделал А. Еголин, с докла­дом на тему «Горький и ленинский прин­цип партийности литературы» выступил
Б. Бялик. Чтение закончилось докладом
И. Новича «На дне» в политическом движе»
нии эпохи и творческой эволюции Горько­го».

На втором чтении — 19 июня — были
заслушаны доклалы Д. Благого «Горький и
	Вечер в клу
	—_
	На снимке: сцена из пьесы Ило Мо:
сашвили «Начальник станции». Слепой
бандурист Пантелей — арт. И. Джавахи­ивили; Чадунели, начальник станции, —
лауреат Сталинской премии, народный
артист. СССР А. Васадзе.
	Фото А. Горнштейна.
(Фотохроника ТАСС).
	„м“
	Пушкин», Я. Эльсберга «Горький и
Салтыков-Шедрин» и Е. Тагера «Горький и
Чехов».
	заключительное чтение состоится сегод­ня. Б. Михайловский сделает доклад об осо­бенностях художественного метода ранних
реалистических рассказов Горького,
	Ю. Юзовский—о работе К. Станиславско­го над постановкой пьесы «На дне» (анализ
режиссерских тетрадей) и Н. Белкина —
о композиции романа «Жизнь Клима Сам­гина».
	О

е писателей
		Мемориальная доска в честь московских писателей, погибших на фронтах Великой
	овском клубе писателей.
	Отечественной войны. Установлена в Моск
	КОЛХОЗНЫЙ ОЧЕРК 1947 ГОДА
	Многолюдную аудиторию собрал вечер
	колхозного очерка, устроенный секциеи
очерка и ‘публицистики Союза советских
писателей.
	Вечер открыл Б. Агапов. Он отметил
большое значение этой встречи писателей,
работающих над колхозной темой, с ‚прак­тическими деятелями‘ сельского хозяйства.

С обзором колхозных очерков, нанеча­танных за последнее время в центральных
газетах и журналах, выступил Геннадий
Фиш.

Пафос борьбы колхозного крестьянства
за выполнение обязательств, › данных
товарищу Сталину, нашел, по мнелию до­кладчика, отражение в таких очер,
«Коммунисты, побеждающие стихах
Колосова и Я. Кривенок, «Думы 05, 59

   
	долаосова и Fis ERMAN, GEA IDE Oye ep
жае» В; Овечкина, в очерках В. ва ичко,
напечатанных в «Правде». Интересны». сво­ей публицистической заостренностью очер­ки А. Аграновского в «Огоньке»: «Деревня
Камчатка» и «Сибирские монолиты».

— Однако, — говорит Геннадий Фиш, —
не все авторы достаточно полно и глубоко
показывают тот огромный творческий под”
ем, то великое народное движение, кото­рые выражены в обязательствах KOKO
ников. данных товарищу Сталину.

С большим интересом были выслушаны
выступления действительного члена Всесо­юзной` академии сельскохозяйственных на­ук им. В. И. Ленина проф. И. В. Якушкина:
и академика Т. Д. Лысенко,

И. В. Якушкин призвал очеркистов К
серьезному изучению современной агроно­мической науки. Он привел несколько при­меров агрономической безграмотности В
очерках, подчеркнув, что ошибки и несу­разицы лишают художественное произве
дение его общественной значимости. Иног­да писатель любуется тем, что давно при­знано отсталым, косным, рутинным. _

Речь академика Т. Л. Лысенко была
	насыщена большим философским содержа:
	нием. Он говорил о диалектическом ThOH HI.
мании живого и неживого, g COUCTAHHH aHa­в тюрьмах или обречено на голодную
смерть.

Франкистская Испания доведена до по­следней степени одичания под кровавым
руководством самого «каудильо» и таких
	его приспешников, как иезуиты-фалангисты
	Хосе Ибаньес Мартин (долгое время зани­мавтии пост министра национального нро­свещения), секретарь фалангистской партии
Арресе, епископ Мадрида-и-Алькала Лео­польдо Эйхо Гарай, председатель «Институ­та Эспаньоль», провозглашенного Франко
«сенатом испанской культуры».
	В «Голубой империи» продолжают пылать
	книжные костры, свирепствует двойная
цензура церкви и фаланги; ей подчинены все
виды искусства: музыка, живопись, скульн­тура, театр, радиопередачи и т. п.
Художественной. литературы в Испании
Франко попросту не существует. Это-при­знают даже сами франкисты (например,
Х. Пемартин в одной из статей в органе
фаланги «Арриба»). Они об’ясняют такое по­ложение «издательским кризисом», вызван­ным будто бы отсутствием бумаги. На са­MOM же деле художественной литературы в
Испании нет потому, что нет условий для
свободного творчества, потому что писателю
отводится унизительная роль прислужника
реакции. Напрасно пробовал Франко заста­вить писателей раздуть в большую нацио­нальную тему «славное` восстание», как. на-.
зывают фалангистекие мракобесы генераль­ский мятеж 1936—1939 годов. Ничего, кро­ме озлобления, эта тема у-читателеи “BEI­звать не могла.

Говоря of отсутствии художественной
литературы в Испании, мы вовсе не хотим
сказать, что Франко ошущает недостаток
в продажных писательских перьях. С Фран­ко «сотрудничают» некоторые литераторы­ренегаты, до генеральского мятежа делав­шие вид, будто они идут с народом, и ста­рые писатели «юколения 1898 года» —
Хасинто Бенавенте, ПШио Бароха, Асорин,
Хосе Ортега и Гассет, Рамон Перес де Ая­ла, Конча Эспина и др. Позорными: приспо­собленческими пъесами, книгами и статьями
они стараются доказать свою  лойяльность
по отношению к «Голубой империи». Но
«поколению 1898 года», уже сыгравшему
свою ‘историческую роль и физически вы­мирающему (за последние полгода’ оно: ли­шилось двух крупных своих представителей
в лице поэта и драматурга Эдуарла Марки­ны и поэта Мануэле Мачадо); фаланга. и
церковь не доверяют, они не могут простить
писателям либеральные и антирелигиозные
идеи их юности. Таким же малым ловерием
пользуются у Франко и писатели среднего
поколения.
	зета). Телефоны: секретариат — К 5-10-40, отделы: кри
н_ иностранной литературы — К: 4-64-61. информации =
	Типография «1 удэк», Москва, ул. Станкевича, 7. _
	лиза и синтеза в научном исследовании,

Значительны и своевременны были вы­сказанные Т. Д. Лысенко мысли о задачах
писателей, берущихся за ответственную
сельскохозяйственную тему. Целеустрем­лённость должна быть воспринята литера­торами, как правильный метод познания
действительности. Писателю, как и уче­ному, следует «анализировать под углом
зрения синтеза». Очерк должен быть не
только точен и правдив, но и полезен свс­им ‘оперативным вмешательством в жизнь.

— Hamm очеркисты только тогда прине­сут пользу сельскому хозяйству, — заявил
академик Лысенко, — когда они овладе­ют основами передовой советской агротех­ники, опирающейся на опыт колхозной
практики. Писатель должен анализировать
	трудности, стоящие на пути поднятия произ­волительности колхозного труда, помо­тать их преодолению.

Писательская аудитория ответила на вы­ступление Т. Д. Лысенко шумными апло­дисментами.

В; Овечкин и П. Замойский говорили о
важности глубокого, непрерывного изуче­ния жизни колхозов, дум и помыслов со­ветского крестьянства. Нельзя описывать
колхоз после нескольких гастролерских
налетов, нельзя изобразить картину совре­менной деревни на основе случайных, по­верхностных впечатлений. В. Овечкин при.
вел пример плоцотворной работы группы
очеркистов Ростовской области. Члены
этой группы прикреплены к определенным
селам, они непрерывно изучают свои кол­хозы, помогают им. Поэтому их очерки
правдивы и действенны. Б. Полевой дало
высокую оценку деревенским очеркам
Ф. Панферова, И. Рябова, А. Колосова и
С. Крушинского.

Собрание закончилось ` выступлениями
Д. Заславского. и Б. Агапова, выразивших
от имени присутствующих благодарность
ученым, принявшим столь горячее участие.
в обсуждении. боевых задач писателей­очеркистов.
	Что касается писателей-фалангистов, пе­решедших на сторону Франко в годы мяте­жа и поэлнее, то все их усилия создать что­либо, напоминающее литературу, оказались
совершенно бесплодными. Не лучше обстоит
дело и с творчеством молодых франкист­ских литераторов. Рекламируемые франкист­ской печатью и реакционной критикой Анг­лии и Америки романы: «Семья Паскуаля
Дуарте» Камило Хосе Села, «Верная пехо­та» Рафаэля Гарсия Серрано, «Ах, эти де­ти!» Х. Антонио Сунсунеги, «Ничто» Кар­мен Лафорет представляют собой произве­дения, весьма убогие по содержанию и по­средственные по форме.

Совершенно прав поэтому передовой пуб­лицист республиканской Испании Корпус
Барга, указывающий в статье «Перед лицом
франкистского преступления» *, что «ис­панскую поэзию следует искать в Латин­ской Америке, а постановки испанского те­атра смотреть в Париже...». Но не об этой
литературе испанской эмиграции мы рас­сказываем в этой нашей статье. О ее дости­жениях, о новых произведениях Рафаэля
Альберти, Алехандро Касоны, Хосе Берга­мина, Сесара М. Арконады, Макса Ауба и
др. мы поговорим в другой раз. Здесь же
ограничимся указанием на то, что с октября
1946 года в Париже стал выходить двухне­дельный испанский журнал «Независимость»
(«Индененденсия»), в редакционный совет
которого входят Рафаэль Альберти, Ману­эль Аскарате, Х. М. Кирога-Пля, Артуро
Серрано Пляха и др. А ответственными ре­дакторами являются Сальвадор Бакариссе,
Корпус Барга и Феликс Монтиэль. Цель
журнала — включиться в общее дело борь­бы испанского народа < кровавой тиранией
Франко.
	Имя Лорки запрещено произносить пуб­чно (этот факт  засвидетельствован
А. Пленном в его книге), но произведения
любимого поэта, убитого франкистами в
Гранаде в начале’ мятежа, настолько попу­лярны, что франкистекое правительство ре­шило извлечь выгоду из популярности уби­того им поэта, приготовив роскошное изда­ние его стихов специально для заграницы
(правда; в «цензурованном», обезображенном
виде, с исключением‘ из книги «Романса о
Гражданской гвардии»). Этим путем оно
рассчитывало получить некоторое количе­ство иностранной валюты. Однако тнусный
план франкистских убийц встретил должный
‘отпор 8B республиканекой печати и был
своевременно разоблачен.
	*# Статья напечатана в газете «Эепанья Pee­убликана>. выходящей в Буэнос-Айресе,
№ 842 от. п. января 1947 года.

 
	9, отделы: критики — К 4-26-04, литератур братских республик —
информации — К: 1-18-94; издательство — К 3:37-34.
	Памати Maro залки
	„Октябрь“ Л 5
	вичем выступили А. Серафимович, Вс. Ива­нов и К. Горбунов. Внучка Горького Д. Пеш­кова прочла несколько его писем к родным.
	В художественной части были исполне­ны отрывки из пьес «Васса Железнова»,
«На дне» и других произведений великого
писателя.
		_ Олдиннадцатую годовщину со дня смер­ти А, М. Горького московская литератур­ная общественность отметила большим ве­чером, состоявшимся 17 июня в клубе пи:
сателей. ° После вступительного слова
В. Ермилова, отметившего значение и роль
Горького в русской культуре, с воспоми­наниями о встречах с Алексеем Максимо­Знаменитый Безобдальский перевал. Кру­тые склоны гор, поросшие яркозеленым
лесом. Эти места когда-то привели в во­сторг Пушкина.

Вепоминаются пушкинские строки: «Два
вола, впряженные в арбу, подымались на
крутую дорогу. Несколько грузин сопро­зождали арбу. — Откуда вы, — спросил я
их. — Из Тегерана. — Что вы везете? —
Грибоела. — Это было тело убитого Гри­боелова, которое препровождали в Тифлис».

Массивная каменная серая плита с ба­рельефом и лаконичной надписью © траги­ческой встрече двух русских гениев. Здесь
делает привал всякий путник. Тоненькая
струя студеной воды бежит из вечного род­ника. У этого родника я и встретил седо­власого гусана Акопа.

Я спросил его, куда он держит путь.

— В Ереван, — ответил он.—Там соби­раются все гусаны Армении.

Юни будут петь свои новые песни..:

50 выдающихся гусанов—народных пезв­пов на-днях с’ехались в столину Армении.
Давно не встречались гусаны. Много новых
песен сложил каждый из них. Время изме.
нило их напевы. Редко у кого услышишь
просто хвалу розе душистой. Конечно, ли­рика попрежнему занимает видное место в
творчестве гусанов. Но это лирика наших
колхозных будней. i

Песни известных армянских гусанов Ашо­Федор КЕЛЬИН
	та, Агаси, Сероба, Игита и Юнуса покоряют
слушателя свежестью чувства, оригиналь­востью и новизной образов.

Сотни колхозников Араратской долины
распевают песню молодого талантливого
гусана Ашюта о новой пятилетке. Глубокие
мысли о величии нашего народа вложил в
свою песню «Мы непобедимы» другой гу­сан — Сероб. Ее давно уже поет страна.
Всеобщее одобрение на конференции вызва­ла волнующая песня гусана Егора, посвя­щенная Герою Социалистического Труда
комсомолке Мариам Мартиросян.

О счастье маленького курдского народа,
обреченного в годы царизма на вымирание,
но спасенного советской властью, поет в
своих интересных, выразительных поэмах
курдский гусан Назук.

Гусаны, создавшие в последнее время
свыше ста песен на современные темы, про­слушали на своей творческой конференции
доклад фольклориста Ханзадяна © новом
языке народной поэзии.

На конференции выступил приехавший
недавно из Ирана гусан Манук-оглы. Ou
спел песню, в которой выражает горячее
чувство благодарности большевистской пар­тии и товарищу Сталину от всех новых со­ветских граждан, вернувшихся после дол­гих скитаний но белу свету на родную зем­О.

Л. ВЛАДИМИРОВ.
	 
	мостью относиться к идеологическим уче“
ниям и взглядам, противоречащим католи­ческой религии пропаганда этих учений и
взглядов должна быть строжайшим обра­зом и полностью запрещена». Так называе­мая «эволюционная программа» Х. Пемар­тина предусматривает «обязательное като­лическое обучение на всех ступенях и во
всех школьных и научных учреждениях,
правительственных и частных».

Действительность франкистской Испании
не расходится с требованиями этого мрако­беса. Контроль в школах поручен монахам
и монахиням. В университетах наблюдение
осуществляется «СЭУ» (Синдикалистской
организацией студентов-фалангистов) и «ре­лигиозными асессорами».

Если в низшей и средней школе светские
преподаватели избираются из числа фалан­гистов, особенно отличившихся во время мя­тежа 1936—1939 годов, то в университетах
кафедры предоставляются высшим цперкоз­ным сановникам и представителям фалан­гистокой профессуры, в основном весьма не­вежественной, или таким столпам франкиз­ма; как пресловутый автор «Гения Испании»
Эрнесто Хименес Кавальеро. Таков и состав
академии, где мы видим придворных фран­кистских писателей и публицистов, вроде
Хосе Мариа Пемана, Эухеньо Монтеса и
др. Из университетов. изгнано научное есте­ствознание, как противоречащее догматам
католической религии, запрещен дарвинизм.
Даже медицина, несмотря на крайний недо­статок врачей, подчинена невежественному
контролю духовенства. С этой целью созда­на особая организация — «Ориз Без» («Бо­жье дело»), состоящая при ордене Косьмы
и Дамиана.

Большинство школьных зданий, построен­ных при республике, превращено в казармы,
монастыри и фалангистские штабквартиры;
строительство новых школ почти. совсем
	прекратилось. Как правильно отмечает аме-.
	риканокий журналист А. Пленн в своей кни­ге «Ветер в оливковых рощах», на соору­жение новых школ в бюджете франкистской
Испании предусмотрено менее пяти процен­тов суммы, ассигнованной на строительство
и ремонт церковных зданий; к тому же из
этих ничтожных денег большая часть попа­дает в карманы фалангистов и чиновников,
не говоря уже о духовенстве. Просветитель­ные учреждения («Народные дома», клубы
ит. н.) разгромлены, большинство деятелей
культуры, воспитанных республикой, рас­стреляно франкистскими властями, томится
	ября, 19. (Для телеграмм — Москва, Литга
	Когла Мигель де Унамуно на франкист­ском митинге в Саламанке (в октябре 1936
года) произнес свои знаменитые слова: «Вы
сможете победить, но не убедить», закадыч­ный друг Франко, однорукий и одноглазый
генерал Мильян-Астрай-«африканец» попы­тался застрелить прославленного испанско­го писателя. При этом генерал зловеще
воскликнул: «Да здравствует смерть! Долой
интеллигенцию!». Первая часть этой фразы
была боевым кличем «Иностранного легио­на» и сопровождала его во всех «подвигах»,
начиная с массовых организованных убийстз
в двадцатых годах и кончая истреблением
астурийских горняков и «красных маркси­стов» в’ 1934 году и в голы генеральского
мятежа. Унамуно умер через два месяца
после митинга в Саламанке, при довольно
загадочных обстоятельствах {есть все осно­вания подозревать, что он был «устранен»
франкистами), а генерал Мильян-Астрай по­сле победы «каудильо» стал первым почет­ным председателем Об’единения писателей и
художников в франкистском Мадриде.

Клич Мильян-Актрая — клич всех гене­ралов-африканцев, а к ним принадлежит,
как известно, и сам Франсиско Франко, —
был претворен в жизнь после прихода мя­тежников к власти. Все наиболее талантли­вое в испанской науке. и искусстве оказа­лось на стороне народа в его борьбе с кро­вавой диктатурой «каудильо». . Франко. и
его приспешники, истребив значительную
часть исианской интеллигенции. (общее чи­сло жертв террора Франко за восемь ‘лет
его власти определяется цифрой-в миллион
человек), привели страну к состоянию нол­нейшего культурного упадка. В­своем стре­млении покончить с реформой‘светского. об­разования, осуществленной в конце ХГХ—
начале ХХ в. Ф. Хинером де лос Риос; а
также уничтожить все, результаты . куль­турной политики республики, - франкисты
передали дело народного’ -образования в
руки ‘реакционного духовенства и фаланги,

„Один из самых от’явленных . мракобесов
«Голубой империи» Х. Пемартин в. своей
книге «В чем заключается «Н®вое?» («Qué
е5 0 пиеуо?>), написанной еще. до падения
Гитлера и Муссолини, но являющейся и.се­годня. «Библией франкизма», требует. для
испанского фашизма «самой ” законченной,
абсолютной формы». Если, по ‘мнению. Х.
Пемартина, фашизм вообще— это религия, то
испанский фашизм должен быть «религией
религии». Основное требование Х. Пемар­тина — «мы должны с абсолютной нетерпи­Адрес редакции и издательства: ул. 25 Окт