голо Архитектор создает проекты здаНИЯ, Е . Армия квалифипированных строителей осуществляет эти проекты в железе, бетоне, кирпиче и мраморе. Так создаются дома, появляются улицы, вырастают торода, ^_ Но первое слово говорят люди новой профессии — планировщики. И тород рождается на чертежах планировщиков. Они наносят на кальку ленты новых улиц, квадраты новых кварталов, зеленые пятна новых садов и парков. - 250 архитекторов: планировщиков, сотни экономистов и ученых, десятки. институтов, бригады транспортников, врачи и садоводы принимали участие в громадной работе — составлении генерального плана реконструкции Москвы. Планировшики изучали прошлое, чтобы увидать прекрасный город будущего. Часами в планировочном отделе Московского совета смотрели древние планы Москвы. В лупу рассматривали чертежи времен Иоанна Грозного. Планировщики пытались выяснить по этим планам социальную историю горола. Наша столица будет лучшей в мире. И планы крупнейших городов мира — Парижа, Лондона, Нью-Иорka и Рима — внимательно изучались людьми, создававшими величайший план величайшего ‚ города. На чертежной бумаге и глянцевитой кальке рождалась Москва. Проекты планировщиков, порой даже невыполнимые, ибо надо сознаться, что многие из них в своих мечтах о новом городе отрывались от реальной почвы,—корректировались ий уточнялись на заседании архитектурно-планировочной комиссии Моссовета. Этими заседаниями руководил Лазарь Моисеевич Каганович, их работой интересовался Иосиф Виссарионович Сталин. Главный архитектор Москвы --Лазарь Моисеевич Каганович —с необычайной прозорливостью, деловитостью и конкретностью руководил созданием генерального плана МоСЕВЫ _ : — Неоднократно Лазарь Моисеевич вызывал Hac в Московский комитет, — говорит проф. С. Чернышев.— Вогла смотришь на громадные планы выйду замуж за друтого. Чорт знает, что такое! Почему она так сказала? — Надо было полюбопытствовать тогда, — ответил я, — девятнадцать лет назад. — Она говорила: вы не тодитесь в мужья. Какая. чепуха! Можно. подумать, что это особая. специальность... Он опал у меня на диване, в углу. Его глаза были открыты. — Вель завтра я ве увижу! Утром он отправился по ее старому адресу. Я полагал, что он вернется поздно вечером, так как не хватит часов для воспоминаний старых друзей. Начнут перебирать все по порялку: как гуляли, пде гуляли, что он сказал, что она сказала, что он ей на это ответил, что она ему на это ответила... Однако лесной техник вернулся через полчаса, — Как, — удивился я, — так скоро? — Черт знает что! — вскричал он, — я пришел туда... где эта улица? Где этот дом? Гле, наконец, эта барышиня, в которую я был влюблен девятналцать лет тому назад? Е — Не наанел? — Пустое место! Нет ни улицы, ни лома. Снесли! Он повалился на диван, где пролежал целый день. С ожесточением курил, когда же бросал палтиросу, то грустно затягивал одну и ту же песенку. — Где эта улица. где этот дом? Где, наконец, эта барышня, в. которую я был влюблен. девятнадцать лет тому назал?. 2 МОСКВА РОЖДЕНИЕ _ ТЛАНАК ЮГО-ЗАПАДУ Дороги будут взбираться на холмы, с которых откроются” широкие виды на окрестности, дороги cnyотятся в долины ручьев. Запад будет завершать Фили—Кунцевский парк. Парк будет одним из лучших в московской парковой. системе. По длине реки Сетунь будет. со: лан второй парк. Река обводнится. Плотины преградят путь, peta cosдаст большие водоемы, в которых от. разится прибрежная зелень. Холмы высоких берегов будут оформлены зданиями, к воде поведут зеленые террасы и сходы: * Taps реки Сетунь об’единится.. с Центральным на Ленинских горах ий будет ‘служить одним. из каналов здорового. воздуха загородных лесов. Третьим парком, обслуживающим новую территорию города, явится зеленый комилекс района селения Теплый стан. Парк этот сетью дорог булет подходить к Главному проспекту новой территории — мощной трех. сотметровой зеленой полосе. `‹ Центральный: парк ——‘луУчитее меето в Москве, Единственная в городе панорама, дающая представление о размерах города. Парк этот, величиной свыше тысячи тектар, будет самым приближенным к центру города, от него проспектом и зеленой полосой по набережным здоровый воздух © новой территории пройдет до. центра и обединится с ‘другой зеленой полосой, которая пройдет от Измайловского и Сокольнического парков, по долине реки Яузы. Образуется один ‘тромадный зеленый диаметр в направлении тооподетвующих ветров, который будет очищать городской воздух. Ют новой территории получит парк в районе селения Зюзино, условно называемого Ющиным. Зелеными каналами по оврагам около Катуаров‘налами по оврагам около Катуаровского шоссе парк этот об’единится с Москва-рекой и новым парком у НоBHHOK-Погатина. Чистый воздух придет к промышленным гигантам Пролетарского района — заводу им. Сталина, «Шарикоподшипнику» им. Катановича. Наконец, с юго-востока новая территория завершится комплексом из двух парков — Коломеноким и Ленинским (бывшим Царицынским). На каждого жителя Москвы приходится 10 квадратных метров зелени. Новый план даст до 40 квалратных метров на человека. Арх. ДОЛГАНОВ. Если на Швивой горке у Яузской больницы построить дом в пятнад-цать этажей, то балкон верхнего этажа будет соответствовать высоте плаTO новой юго-западной территории Москвы у Ленинских тор. Кто не любовался с Ленинских гор ‚ прекрасной панорамой Москвы, кто © высокого берега села Коломенского не смотрел на лалекие ‘перспективы Е Юто-восточной части города. Многие, - “вероятно, бывали на обрывистых беperax Москва-реки у Кунцева, Вот точки высокого плато новой территории расширяющегося города. Эти высокие». сухие, здоровые места предоставлены новому. жилому строительству. Господствующие в Москве ветры — юго-западные. Новый район является таким образом подветренным. Здоровый, чистый лесной воздух saroродных лесов и полей потечет в ноные кварталы района. Новая территория — не унылая мертвая равнина. Живописные зеленые балки. овраги, долины, ручьи 4 реки. пересекая район, направляются к Москва-реке. С холмов открываются далекие перспективы на отдельные места новой территории. Москва-река прихотливо извивзясь, разрезает город — новый район сопутствует ей. начинаясь на Западе ‚ Вунцевом и кончаясь Ленином: (быв-. шим Царицыным) на юто-востоке.. Москва-река сейчас кроме центральной части является границей горола. С присоединением новой территории река явится новой народHOW артерией города. а юго-западный, новый район закончит город, перебросив его за сдерживавшую ранее рост Москва-реку. Москва имеет 28000 тектар. Она получит 16 000 гектар здоровой территории для жилья. Из трех сквозных пересекающих весь город магистралей-диаметров два непосредственно выводятся на новую юго-западную территорию. Первый от Измайловского парка по направлению Б. Черкизовской улицы, Краснопрулной, Кировской, Охотного ряда. Моховой, Остоженки, Лужни: ков, мостом с эстакадами через Ленинские горы, через Центральный подрайон новой территории к зеленым массивам селений Теплый стан. Второй от Останкинского парка через Марьину рощу, Рождественку, Китай-город, Ордынки, “Тульскую, Серпуховское шоссе в юго-западный подрайон новой территории. Первый диаметр. проходя по новому району, образует центральный озелененный проспект, по нему через Ленинские горы и Москва-реку нойдут жители юго-западного нового района к Дворцу советов. Для связи между собой отдельных частей нового района параллельно направлению Москва-реки создается большая магистраль общим протяже-. ием до 28 километров — проспект, который соединит все три подрайона новой городской территории. Западный Кунцевский подрайон соединитея с городом новой магистралью, совпадающей с направлением Можайского шоссе. Город будет окружен поясом лесов и парков. Его продолжением явятся общегородские парки — крупные зеленые массивы, — окружающие город кольцом равномерно расположен: ных пятен. От парков этих зеленые полосы понесут в центр чистый воздух лесных массивов. Москва будет свободно дышать. В юго-западную часть лесопарковото пояса войдут на западе Рублевский лес, на юго-западе леса Узкого и селения Теплый стан, на юте— леса в районе селения Зюзино и на юго-востоке массив гор Ленина. Все эти массивы будут об’единяться парковыми дорогами для прогулки на автомобилях и лошадях. Дороги будут лучшим в архитектурном отношении живописным местом. В пределах видимости с дороги проезжаемые местности будут оформляться зелеными. насаждениями, зданиями для обслуживания туляющих (базы отдыха, гаражи для машин, игровые площаджи и проч.) ‘Saanue НКПС после реконструкции «Красные и чертежи, на томы материалов, кото; рые ‘составляют генеральную схему, вспоминается немало эпизодов, ха, рактеризующих роль т. Катановича в этой работе. р _ Поражала исключительная энертих Лазаря Моисвевича, который бук. вально зажигал нас всех, когда og развертывал сталинскую программу ‚реконструкции Москвы. Я вепомг. наю, как однажды, через час после многочасового совещания © архитьк. тфрами, Лазарь Моисвевич открыл заседание архитектурно-планировоч. ной комиссии. Лазарь Моисеевич конкретно раз. бирал каждый проект. Эти заседания были своего рода академией боль. тшевистского стиля работы, которому мы, архитекторы, учились у т. Kary. новича. Группа архитекторов и плани щиков была принята т. Сталин и совместно обсуждала тенеральны с a план реконструкции. — Выступление т. Сталина произ», d вело на нас, архитекторов, громално впечатление, — рассказывает В. Ба. буров, руководитель. 9-й планировочной мастерской. — Мы поняли, что наи любимый вождь знаком во всех деталях с огромными материалами плана. —Архитектурная молодежь и даже многие маститые планировщики чз. сто увлекались и в своих мечтах за. бывали о том, что Москва строилась веками и что есть историческая последовательность в плане сегоднянь ней Москвы. Какой должна быть будущая Москва — это! стало нам со: вершенно ясным, — говорит т, Бабу. ров, — после выступления т, Сталина на совешанийи в Кремле, Это была незабываемая встреча. rer. Детям о Моснве Книту П. Лопатина о Москве вы. пустит в 1936 г. для детей старшею возраста Детгиз. Тажие же книги на: мечено издать для младшего pospacra и дошколят. В этом году из книг, поовященных Москве, в Детгизе выйдут «Метро» П. Лопатина (для стаошего возраста) и сборник рассказов и стихов о етроятельстве и пуске московского метрополитена «Готов!» (для малышей). В сборнике участвуют Л. Кассиль, Н, Григорьев, `С. Розанов, E, Tapaxbe. ская, Е. Благина и др: Кроме произведений писателей в сборник включены четыре рассказа строителей метро, Все книги будут богато иллюстри. рованы: фото и рисунками. > План новой Моснвы «План новой Москвы» выпускает на немецком и английском языках Издательство иностранных рабочих в CCCP. Книга содержит ряд руково дящих материалов и статей о реконструкции столицы и постановление СНК и ЦК ВКП(б) о генеральном плане реконструкции Москвы, Сборник о Москве Издательство Государственной ака’ демии архитектуры наметило к вы’ пуску в 1936 г. большой сборник, 10: священный тенеральной реконструк“ ции города Москвы. В составлении книги примут участие крупнейшие архитекторы и искусствоведы столиii br Большое место в плане сборника отводится освещению работы архите®” 4 турно-планировочных мастерских Моссовета. : af ый проект Ленинских гор и водного бассейна Лужников. На Ленинские горы ведут эстакады. . социализмом в области урбанизма, ‘как он сломлен вот уже несколько лет в Советском союзе в области политики и экономики. Наконец мы увидим город, не лишенный тех эле‚ментов, которых мы ищем в деревне (тишина, природа, воздух и солнце). Что даст осуществление этого ансамбля —это невозможно сказать ‘заранее. Эмоции, которые город будет вызывать, явятся результатом способностей архитекторов хорошо opтанизовать и гармонически сочетать ансамбли и пространства. Город, прежде всего, — комплекс органический, живой; следовательно все в нём должно быть приноровлено к человеку, к его материальным и культурным потребностям. Для урбанистов и архитекторов открыто поле действий. Мы не сомневаемся, что в строительство они вложат все свои силы. Все свои знания они употребят для выполнения этой отромной задачи. Я, работая в контакте с сотоварищами пб профессии, надеюсь найти архитектурное выражение, дойстойное социалистического города и его масштаба. ЭТОГ ДОМ... ‚зал: не было также универмага, как не было и светофора, который нзискоЯ отлично знал, что такое Можайское шоссе. Это — раз’езженное булыжное несчастье с трухлявыми хибарками по сторонам и дымными нзвощичьими чайными, пропотевигими, как армяк. Но я увидел вместо булыжника асфальт, а посреди уцелевших хибарок — десятки новых пятиэтажных домов. Я увидел их на углу Второй Извозной — множество белых и красных корпусов с магазинами, клубами, аллеями и клумбами. И асфальтовое шоссе уходило все дальше, и встречались указательные столбы с таинственными треугольниками и крутами, и трамвай пер неизвестно куда, обходя капустные и картофельные поля, и на горке стояла огромная обнаженная трансформаторная станция, и заблестели крыши но-. вых заводов — и всего этого (разьше) не было, и все это я увилел впервые. Когда же мы дошли до Филей, то действительно увидели кутузовскую избу, которая была и прежде, но за ее плечами — множество новых. и нарядных улиц, плозцалей, заводских корпусов, учебных заведений, клубов, магазинов... и всего этото (раныле) не было. \ ПЕ ГДЕ ЭТА УЛИЦА, ГДЕ ЭТОТ ДОМ... Говорят, первая любовь мужчины всегда неудачна. Говорят, причина в том, что юноша влюбляется в девушку одинаковых с ним лет, а девушки, говорят, созревают раньше, и тут-то заложен секрет вечной трагедии nepвой любви. Правда это или неправда, но каждый из нас попадает через много лет в город своего детства и вспоминает, что тут где-то, на. какой-то улице, в каком-то доме, жила девушка, которая некогда разбила его сердце. и ему хочется снова ее увидеть. Что стало с ее косой? Кто ее муж? Есть ли у нее дети? Играет ли еще на poяле упражнения Ганона“и «Ле вуа ди кер», танцует ли еще танго, ту-степ и лезгинку. Так ищем мы. следы своей юности в’ Саратове, Одессе или Пензе, и чаще всего разочаровываемся, потому что любовь, как история, повторяется дважды — в первый раз как трахедия, и во второй раз как фарс. Не в этом, однако, дело, Я затово: рил о первой любви потому, что и Москва является городом детства... и в Москве ищут девушку с бывшими косами, ищут, где эта улица, где этот лом... Случилось, что лесной техник, проработавший четырнадцать лет в верховьях Амура, получил. двухмесяч: ный отпуск, отправился проводить его в Москве. Кинулся к старым друзьям, В Большой театр; В Третьяков: скую галлерею, в Исторический музей, на стадион «Динамо», в Сокольники, в Останкино, в Архангельское, в кафе «Национал», в Парк культуры и отдыха, в «Эрмитаж». Глотал все преувеличенными порциями. Тратил пять рублей в лень на метро, тах как по четыре раза с’езжал и поднимался на эскалаторе. Целые дни звонил ис телефону ‚суетился, собирал друзей Кого-то угощал и требовал, чтобы ем утощали, Наконец утомился и, приля ко мне, признался, что ему захотелос! р увидеть ее, ту самую, в кото ую он... — Эт было девятнадцать лет назад. Она сказала: я люблю вае ко Юго-западный район Москвы. Эскизн НОВАЯ МОСЯНВА Л юрса больше ‘убеждаюсь, в какой степени всякая операция большого значения обречена на абсолютную невозможность выполнения при капиталистическом строе, Здесь, при осциалистическом строе, наоборот, самые широкие перспективы выполнимы, самые прекрасные проекты, которые ‘в другом месте показались бы утопическими, реальны. Изучение предполагаемых в ближайшем десятилетии работ показывает, что составители плана сумели учесть все детали с самой существенной стороны, точно расценив каждую в отдельности, для того, чтобы горох в своем ансамбле мог дать впечатление единства, и красоты. Самое интересное в проекте, быть может, это вода и зелень. Введение этих живительных элементов придаст городу новый аспект. Впечатление тяжести, которое не покидает нас при посещении некоторых горсдов Запада (результат преобладания застроенных массивов над свободным пространством), будет уничтожено в новой Москве. Антагонизм, столь заметный между тсродом и деревней, наконец сломлен ица, где от удивляемся, когда. внезатно ветречаем человека, которого не видели лет десять-пятнадцать. Все перемены—нам кажется, что их тысячи, — сразу бросаются в глаза. И вот я обветую: так как Москва менялась все время и во всех своих углах, следует обратить внимание на вторую половину фразы. Чтобы острее почувствовать разительность перемен, надо отправиться в такой угол Москвы, который вы редко посещали. Там вы можете сразу увидеть перемены, происшедшие за целый десяток лет, Расскажу, для пояснения, следующий случай. Нас было пятеро. Мы встретились как-то вечером в кафе, и у нас пошел разговор о совершенных нами путешествиях. Все мы были опытными путешественникадеи, побывали на Памире и на Дальнем Востоке, в Муганской степи и в белорусских болотах, в горах Кавказа и в тундре, в Якутии, Молдавии и Чувапгии, в Сирин, Греции и Турции, всходили на три вершины, плавали в семи морях, пересекли пять океанов... короче говоря, было о чем рассказать и что вепомнить и чем похвастаться. Изрядно наболтавшиеь, стали молча пить пиво. Молча закурили, и кто-то вдруг сказал: — Товарипки, а кто из вас был на Воробьевых горах? Тут все посмотрели на вопросивиего и сперва улыбнулись, а потом признались, что... — А в Филях? На Поклонной горе? А в избе Кутузова? Оказалось, что из пяти человек, из пяти всемирных путьшественников, как мы сами себя называли, четверо никогда не были ни в Филях, ни на Поклонной горе, ни в избе Кутузова. А Ленинские, или Воробьевы, горы из всех пяти видели только двое и то в раннем детстве. И еще оказаЛось: мы все знали, как пробраться из. Бодайбо в Верхнеколымск, и как едут из Оша в Хорог, но почти никто не знал, какой трамвай идет в Фили и вообще идет ли тула трамвай, и какие туда проложены пути. A ведь Фили — это Москва! И тот единетвенный путешественник, кому была известна таинственная лорога в Фили, был там в последний раз десять лет назал. Скажу с некоторой гордостью: этот единственный был я. Кто-то предложил: — Давайте поедем туда завтра. Ренгили. Поехали. Вернее, пошли пешком. И, оказавитись Ha траверсе Киевского вокзала, я воскликнул: — Товарищи, десять лет не ступала дальше моя нота. Так я шел в Фили, п глаз мой, как говорится, отмечал множество ивожи„данных и уливительных перемен. я посмотрел вниз и увидел, что непролазная Дорогомиловка выложена клалким асфальтом. Я посмотрел в сторону и увидел длинную аллею, Она тянулась вдоль всей улицы, аеленая и тенистая. Я не помнил здесь ни олного деревца. Не булучи садоводом и не изучая какне-то кольца, я все же смог опрелелить, что этим деревьям не десять лет, а трижды десять. Следовательно, их пересадили взрослыми, по новому способу, впервые примененному после революции. Школа! Ее не было в мою пору: Вот старинные корлегардии у заставы. Здесь был трамвайный круг, лярия кончалась. Но я увидел, что трамвай идет дальше, вглубь длинного и далюком Можайского шоссе. Проплыл автобус, которого не было, и троллейбус которого тоже не было. Когда показалея широкооконный универмат, наискосок от светофора, я ска: Этение протраммы реконструкции города Москвы нё вызвало.во мне чувства удивления. С тех пор, как я работаю в Советском союзе, я’ 0своился с грандиозными размерами программ, предлагаемых архитекторам. Однако, несмотря на привычность больших масштабов советских конценций, чтение этой программы, предложенной урбанистам и архитекрам Москвы Советом народных комиссаров и Центральным комитетом. коммунистической партии, меня взволновало в высшей степени: мы присутствуем при начинании такого размаха, которого. не помнит история архитектуры. Реконструировать город с пятимиллионным населением © помощью современной техники, в условиях грандиозных возможностей, созданных социализмом, — это факт исключительной важности, и я глубоко рад, что работаю именно в этот исторический момент в Москве и таким образом могу участвовать в реализации этой программы. Уже много лет! изучая проблему урбанизма, с каждым днем я все где эта ул ли первая половина, т. е. молодежь, просто не знает старого, то друтая половина, более зрелые люди, забывают его. Новое наслаивается на новое, и трудно запомнить все перемены. Все чаще путаются ‘рассказчики. Идет, к примеру, разговор о 1913 годе. Человек вспоминает, как поссорился с директором завода, — Я вошел к нему в кабинет и закричал при всех: «Вы не смеете так обращаться со мной, товариит директор!» — Вряд ли вы сказали «товарищ директор», — перебивают слушатели, улыбаясь. — Ах, чорз!.. Я слышал разговор в метро: «Сейчас я живу далеко у Виндавского вокзала. А до войны я занимал большую квартиру на Советской площади, налево от Моссовета»... Ни рассказчик, ни слушатель не почувствовали нелепости в том, что человек жил в царское время на Советской площади, против Моссовета. Я живу много лет против станции поймал себя на том, что мне трудно вопомнить, что же там раньше было. Я спросил соседа, и он ответил: «Там было пустое место». — А палатки? — возразила его жена, — ты забыл, что там были палатКИ. Они слушали меня с удивлением, когда я сказал им, что там стоял большой дом. Теперь я думаю, что оказался неточным: кажется там стояли два дома... потому что новое ложится на новое, как лист на лист. Пусть читатель попробует мне указать точное место, где находилась Моисеевская часовня, где стоял памят: ник Скобелеву.. пусть читатель скажет, что было в 1922 году на месте Парка культуры и отдыха, какие фонари горели в 1928 году на Тверском бульваре, какие. улицы были в 1927 году замощены асфальтом, гле был Хитров рынок, сколько этажей было в 1931 тоду в доме № 38 на улице Горького. как называлась Усачевка, какие первые пять домов были выстроены после революции в Москве, что такое Замок Дракона, какой бульвар назывался Нарышкинским, гле происходили футбольные матчи до того, как выстроили наш знаменитый стадион на Ленинградском шоссе, какие аэропланы летали в 19% году над Москвой, в какой цвет был выкрашен Музей революции, сколько до мов снесли на левой стороне Moxoвой и как назывался исчезнувший переулок, который вел от Моховой к Александровскому саду? Налиу своеобразную викторину можно продолжать бесконечно, и, смею вас уверить, кажлому москвичу будет очень трудно ответить на перечисленные вопросы, пожалуй, труднее, чем на обычную викторину, Rae Bac эпралиивают, кто написал «Чужая жена и муж под кроватью», где находится город Страсбург и какой император (не Николай второй) был расстрелян? и МОСКОВСКИЕ ЭКСПЕДИЦИИ # Нас не всепда удивляет физический рост человека. Вот он был маленьким, вот надел длинные штаны, вот у него’ появились усы; вот огрубело лицо, показались первые морщины, появилась седина, отяжелел подбороAGE... Сколько разительных перемен, но мы так и не заметили. их, потому что человек рос рядом © нами, и мы видели его часто, слишком часто. Но хак поражаемся мы, как ахаем и МОСКОВСКАЯ ВИКТОРИНА Гуляя по главной улице Симферополя, по улице Карла Маркса, я захотел узнать, как она называлась раньше, и обратился с вопросом к первой встреченной мной паре. Это были очень молодые люди, Когда я потом разглядел его безусое лицо и ее неокрепшую фигуру, то понял, что им ‘по восемналцать-девятнадцать лет. ` — Как называется? — переспроеи‘ли они оба. — Карла Маркса называется. — Нет, — возразил я, — раныше, до революции? — Я же говорю, Карла Маркса, — раздраженно ответил юноша, — всегда так называлаюь... Я оставил их в покое и между прочим так и не узнал прежнего названия тлавной улицы Симферополя. Расставшись с ними, я подумал 0 том, что они не знают того, что знаю я, а именно: что улица царекого города никак не могла носить имени Карла Маркса, и о том, что юный возраст избавил их от многих вещей, которыми перегружены, мы, люди 60- лее зрелые. Есть множество мелких знаний, без коих можно отлично обойтись. Обязательно знать, как назывался раньше Ленинград, и что было на месте Матнитогорека, потому что эта есть история, но следует ли помнить, что Комсомольская плоаль называлась Каланчевской. Половина Москвы уже не помнит старых названий, старых памятников. статых улии и плошалей. Но ес(снято ‘из вестибюля станции ‘мётро ворота»). Фасад Дворца физнультур ы при заводе им, Авнахима