литературная газета № 58 (519).
	 
			@ (2
	 

 

предиринимают против Лиги этак
отличительными чертами которой ям
ляются наглость и легкомыслие.

Мы убеждены в том, что взгляде
этих 64 человек не имеют ничего об“
щего с ваглядами и чувствами народ“
ных масс, которые, несмотря на деяы
тельность известной части прессы
чьи движущие силы нельзя. считать
незаинтересованными, конечно, 56%
няют себе миссию народов Запада...»
«Мы считаем, что долт французского
правительства присоединиться 5 уси»
лиям всех правительств, которыю 60-
ются за мир и за уважение между“
народных законов.

Мы выосказываем здесь пожелание,
чтобы настоящие, представителя
	французской интеллигенции в глазах.
Франции и всего мира откликнулись.
	бы немедля.

- Среди подписей следующие. имена:
‘Жюль Ромен, Люк Дюртен, Арагон,
Муссинак, Поль Пуаре, Франс. Мазе­реель, Жан Эффель, Андре Жид, Ро­мэн Роллан. Жан Кассу. Клод Аве“
лин, Андре Шансон, Озанфан, Жая
Геено. Рене Лалу, Ален. Перрен, Лан­жевен Поль Риве, Шарль Вильлрае, .
	Жан Прево, Андре Мальро. Поль Ни.
зан, Поль Вайян-Кутюрье. Жюль Ри­ве, Жан _Шлюмберже, . Бенжамей
Кремье, Леви Брюль,  Жан-Ришар,
	Блок. Роже Магтен лю Гар, .Фламенк, .
	Анри Пулай, Жан Фревиль.
	СТАТЬЯ МОРИАКА
	В ЗА vty
АБИССИНИЙ

В статье, помещенной “в «Фитаров;
Франсуя Мориак ‘выражает своё He
тодование по поводу. карикатуры Сен­непа. Последний изобразил абиссия­`°ското негуса бидящим межлу двумя
обезьянами на кокосовом дереве и чи-.
TAIDOLEM «Юманите», «Co стороны
француза, — пишет Мориак, — по
меньшей ‘мере бестактно лемонстриро­BAT свое ‘презрение к черным. В по­следнюю войну в целях защиты «ла»
тинской цивилизации» Франция по­слала на убой’ лесятки: тысяч негров,
мужество которых ежедневно восхва­лялось официальной прессой». «Абис­синцы ‘имеют наивность верить в своя
права, Они не чувствуют себя варва-.-

‚ рами. Мы: не: можем требовать от них,
чтобы. 6 своем варварстве они имели’
столь ‘же ясное представление, как
итальянцы». Дальше. отмечая, что не
гус на’рисунке держит в руках «Юма:
nate», Мориак! констатирует, что пос­ле дела Дрейфуса революционные
партии. «знают, каким грозным ору­жием становится в их руках правое
дело». «Мы, христиане, должны были.
бы 66 этом помнить. Но мы об этом
забыли»,

«Мориаж с горечью констатирует —
пишет‘ сатирический еженедельник
«Canatd Enchainé», комментирующий
статью, — что люди его лагеря всегда
предоставляют защиту правого дела
своим противникам... >. «Значит ли это,
что автор «Клубка змей» убедился 8
` продажности большой прессы: вдох
новляемой торговцами смертью?»
	„.   РиНадлежащий курице», то
картина полного ознакомления чита­теля с природой булет закончена.

Яркость опрелёлений свойственна
Не ТОЛЬКО описанию животного мира.

овъмем, например, «куртизанка —
женщина легкого поведения, по об­разу жизни принадлежащая к выс­шим ‘великосветским гетерам обще­ства». «Кофейница — талалка на ко­Фейной гуще» {почему же в таком
случае кофейник — неё ‘самец кофей­ницы, а просто скромный «сосуд для
` варки кофе»?).

«Кахетинка (пробтореч.) — оши­‚ бочно ‚вместо кохиннинка». Так как
’на этой же странице сказано «кахе:
THRE!  — - племенное подразлеление
грузин», то, насколько мыс понимаем
в этнографии, в первом примере речь
идет, пало лумать. о ‘курах.  
	He следует считать. ‘yo
	Ор АУ а Те
ально выискивали 06обо ‘ неправиль­ные слова. формы или   об’яснения.
Достаточно открыть На любой стра.

ew ip aris
		cee OHO B RaRAOM столбце Has
ткнуться на подобные сокровища.

Ленинское задание 0 созлании
краткого словаря образцового совре­менног русского языка по новому
правописанию выполнено только 8

одном пункте — правописание дейст­вательно новое.
		Tra... ь Три тромоздких тома,
Предложенный ениным образец —
малый Лярус — никоим образом пе
похож на выпущенный словарь. Пра­вда. в погоне за экономией места и
краткостью редакция лает ссылки Ra
авторов в неулобочитвемых сокраще*
ниях; «Лнн — Ленин. Криекя —
Крупская. Стлн. — Сталин, Гтль =
Готоль. Двдв — ‘Давыдов, Кунвч. —
Каганович. Схво-Кблн — Сухово-Ко*
былин итп К чему так неумио
ORCHOMHTh «лве гласных», когла де
сятки отрок тратятся зря? — см. пря
_Мер к слову «кафтан»: «хозяйка. лай
кафтан, я поплетусь.. (крастьявия
жене, отправляясь из лому) Пшкяз.
оварь не лает прелставления 00
обраацавом русском языке Пронизы­вающне «Словарь» ‘образцы мещан»
ского, хулитанского ‘и воровского жаре
гона, обилие примеров трактирна-рые
ночного быта целают его словарем or
‘HDA не того языка; «которым каж
дый день говорит наша литервтур®
‘наша печать. о миллионами _труля“
шихеся»
	Нельзя назвать современным 670”
варь ©’ поповскими ‘терминами. пр
резком нелостатке терминов технйче”
ских и ‘особенно политических (01°
сутствует, напр... Красная армий
Красная гвардия и т, 4).  

Выводы ясны: толковый бловарь
русоком языка’ попрежнему стает“
ея неосуществленной мечтой, & 19°
	Ne ER ee Reve ee eee = Г.
ДАННЫЙ ‘тосуларотвенным. СН
«Советскня энииклопелия» в. 45- re
сячном тираже. размером в Te ть

ob!

‘тореких листов словарь является_
торских ке ewnauawrenoy ВОЛЬНОГО

i
a

4
2
у
		допустимым ‹примером Е
рашщения с русским. языком. задан.
ем Ленина и советским читателем,

 
	К. КАЗИМИРСКИЙЬ,
м. АПТЕКА
		 
			VON”A MO ОоОР-Е

 
	© том, что «единственный долг нашей
группы — признать открыто священ­ность советского исповедания» (зап­ctity of rhe 80%1е& рго{езё!0п), «уни­перимента», меня не смутила фразео­логия Фрэнка. Я знал, что эти слова
сказаны честным мыслителем. Меня,
не смутила и такая фраза: «дело на­шей труппы — пахать свои . с06б­ственные поля, и ее пути, как и поля,
будут. не русские». Я знал, что при­зыв его: «руки прочь и станем но­мотать © благотовейным уважением»
подкрепленный логикой событий, еще
заставит Фрэнка крепко задуматься
0 «полях и путях» своей родины. и
Советской страны.

И Фрэнк решил вопросе 0 «путях
и полях». Роман «Смерть и рождение
Дэвида Маркэнда» вышел в прошлом
тоду, а в текущем — мы услышали
голое Фрэнка с трибуны Парижского
конгресса. В нем — в этом романе —
Маркэнд после убийства двух своих
товарищей, лидеров разтромленной
стачки, дает клятву на  мотилах
Прайста и, Бирна: «Я завидую. вам,
зная, как я на’ вас не нохож. Но я
не буду вам больше завидовать. Я
	‚буду, как вы. Я буду делать то, что
	вы... У меня только труп класса, ко­торый умер. Мне нужно, чтобы. жить,
живое тело класса,” которое и есть
жизнь». А затем он все. же возвра­щается домой — к семье, к доволь­ству, к сытой жизни преуспевающе­го дельца, от которой он бежал, что­бы, пройдя через испытания, дать
клятву у могилы. . Возвращение. Мар­кэнда домой’— остановка ето на пол­пути после клятвы у могилы — это
прежде всего свидетельство. безоши*
бочного художественного такта Френ:
ка. На том этапе, которым обрывает­ся роман, Маркэнд еще не готов
последовать. за опередившим ето
явтором. Маркэнл — не Фрэнк; он—

 
	5. А. Дейнека «Париж». 1935 к
		Цлодом такого увлечения Явилаоь
книга ‚«Девственная Испания». В
1929 г. когда вышла книга «Новое
открытие Америки», Фрэнк еще искал
внутри капиталязма путей для спа:
`сения мировой культуры. Чувствова­лось, что эта книга последняя, отча­янная попытка честного человека до­казать самому себе возможность вы­хода из «хаоса» в светлое будущее
человечества, не разрушая того фув­дамента, Ва котором всесветный ме
щанин построил свою собственную
культуру. Чувствовалось, что Фрэнк
развивая тему гибели Европы и н&:
следственных. прав капиталистической
Америки. убеждает, в первую очередь
себя, настолько это было. нелоказа­тельно. Но книга доказала другое: в
ней, в этой книге, Фрэнк исчерпал
pee доводы против возможности лля
честного буржуазного искателя соци:
альной правды примириться с тём
самым американским буржуа. кото­рото Фрэнк прелназначал для роли
спасителя мировой культуры. Если в
«Нашей Америкё» создателя культу:
ры Шаатов надо было научить мы*
слить и этим открыть ему путь к но­вой духовной жизни, то в «Новом
открытии Америки» Фрэнк пред’яв­лял буржуа значительно более высо­кие требования. Он забывал, что за ис­текие десять лет буржуа не научил­ся ни самоанализу, ни  самопозна­‘нию. Эти противоречия характерны
для такого человека, как Фрэнк, кото­рый подвигалея медленно, на тормо­вах, но, сделав шаг, не возвращался
назад. Осторожность таких людей есть.
интеллектуальная и моральная чест­ность и стоит много дороже, чем вне­запная «смелость» людей иной поро­ды. И, может быть, поэтому, когда
	шесть лет назад я прочел-в «Новом
открытии Америки» приветствие
	«народу России, который поднимается.
Нал фунламентом паботвя» и ппочёл
	 
	Фрэнка можно узнать по_ несколь­ким фразам, Это значит, что у. него
есть свой стиль. Только о несколь­ких американских мастерах можно это

-&- nw it

як а о Зе, ро а а

«реалистической». ‚Она помогла ему
стать  успевающим адвокатом, He
вынуждая, как он уверял Дэвида,
предавать юношеские туманные  «иде­EEE ОНА, РЗ,

сказать — о Цабелле, Стиле, Андер­алых. Наедине с собой он отчетливо
соне, Пассосе и Хемингуэе. Но: ни понимает че сан о ee
	а ee EEN ELEN RENE SE AL CUCKOO его
один из них не равен Фрэнку разно­миросозерцание — новое; сложное

образием изобразительных средств вооружение  род-айлендца. которое

СЫ А ОЕ ов oo
	Стилистический блеск Фрэнка засло
нил от американской критики важ­нейшее в сто творческой биографии:
< первого романа «Лишний человек»
вплоть до «Дэвида Маркэнда» Фрэнк
является писателем одной темы:

У Фрэнка — одна тема, и эта тема
—<оциальная, Его соблазняет и 6y­дет соблазнять исследование подбо­знания; но подлинный Фрэнк вачя­налея и начинается там, тле конча­ется Генри Джемс и Стивен Крон,
Нруст и Жюль Ромэн. Тем-то они
был всегда отличен от этих худож
ников. что все свое аналитическое
мастерство отдал на службу теме
большого социального звучания. Этой
же теме отлан был и его сильный
‚ общественный темперамент. :

_ На подступах к работе художника
этот темперамент проявилея A ODTa­a ee ON SE Sy aya
может обмануть только на очень ко­роткий срок чуждого «реализму» Дэ­вида. Его — Дэвида — Фрэнк нашел
совсем не таким, каким предстал пе­ред читателями Кенси. Под пером
Фрэнка вырос юноша, противопоста­вивший идеалам учеников «Бедного
Ричарда» не тоску по «духовному»
Кенси Берта, но цельность WEOIHe­ских эмоций и биологическую жад­ность & жизни. Оба эти качества так
же далеки от устремленности к успе­ху и от жадности к доллару, как и
от «реалистического» мировоззрения
Тома. Последний ото знаёбт, и дла
него, для Томь борьба за Лэвида
есть борьба за самого себя. справдаз­ние своего «реализма» перед самим 6о­бой. Он проигрывает’ эту борьбу, ибо
Дэвид уходит от него. Кула он пой­дет. дальзце > не знает читатель. да
	тогда но знал и Фрэнк. Пути Дэвила
более запутаны. чем дорота сломав­низации журнала «Семь искусств»
сущности, это был первый в. ПРиа:
	тах эстетический и литературный
журнал ‘европейского стиля. Фрэнк
был не одинок в руководстве «Семью
искусствами». На короткий — годо­вой — срок ему удалось об’едиНить
в труппе руководителей: Брукса.
Джемса Опенгейма, Рандольфа Бур­metoca Кенси Берта. Но путь самото
Уолдо Фрэнка не стал благодаря это.
му более извилистым. Его художе­ственная зоркость усилилась. Й он
увидел жертвы этой «реалистической»
трезвости, увилел люлей, которых зяа­тнал в душевное подполье и на соци­на. Шервуда Андерсона, Пауля Роз АЛЬНОое дно «рбалист» Том в ©003Зе
	зенфельда и Луи Унтермейера. А ©0-
трудниками у него были и Джон
Дьюя и Джон Рид, Менкен я Лео
Штейн, Роберт Фрост, Драйзер a
другие — все те. кого об’единяла не­нависть к стяжательскому, торгалте­скому «духу» стандартной американ­ской пивилизации и раз’единяло бур­жуазно-интеллитентское, анархичес­кое свободомыслие, защищавитее се­бя любой пеной. лаже ценой распада
труппы. И группа распалась. В этот
предвоенный год у Фрэнка сложи­лась уверенность в том, что пути к
преобразованию лействительности, в
преололёнию традиций и тенденций
американской цивилизации, разру­тающих «подлинную» культуру, ле­жат через разрешение вопроса. в чем
же сущность этой самой американ­ской цивилизации, самозванно при­своившей себе наименование «куль-.

туры»? И поскольку Фрэнк был пре­жде всего художник, & уж потом ео:
пиолог и-философ, эту социальную
проблему надлежало ‘вокрыть ¢ped­ствами художника.

И Фрэнк попытался ее вскрыть. В
первом своем романе «Лишний чело­Bex» («The unwelcome Man>) on по­строил миросозерцание Кенси Берта
так, что оно с предельной резкостью
оттеняло исторические тенденции в
развитии американской культуры. Она
не имела вчератинего дня, эта вуль­тура, и Нотому-то ее тенденции, в от­личие от евронейских, приобрели та­кую чистоту стиля — стиля эпохи
капиталистической Уже в своем пер:
вом романё Фрэнк безошибочно на:
шёл прием художественной характе­ристики этих тенденций и разруши:-
тельной их силы. Так же. как уайнс:
бургские обитатели Шервуда Анде­сона, Кенси. герой первого романа
Фрэнка, пытается жить вне жизни
своей социальной группы. Он живет
и вне своей семьи — отец и брат ве
знают других целей кроме преуспея­с воянствующим мещанином. На этих
людях-жертвах он сосредоточил сое
внимание. Оно не ослабевало у нето
в трех следующих книгах хуложест­зенной прозы.

` Трагичны индивидуальные судьбы
людей, проходящих сквозь эти книги
— <Рахаб». «Квартал» и «Праздник».
Почти каждый раздавлен, если не в
начале своего пути, то в конце. Они
все ‘противостоят либо тигантекому
городу, в котором правят законы ка’
питалистической экономики, либо
«реализму» близких людей, обрекаю­щему на полное одиночество. Часть из
них—-цельные, внутренне сильные лю­ди, которых не спасает ни цельность,
ни сила, ибо эти свойства выступают
в ином качестве, чем те, какие необ­ходимы в Нью­Йорке — Вавилоне
чистильщика сапог Паоло Бенати
Другая часть живет в мире Таких
экстатических эмоций, до ‘регистра
которых человек может быть поднят
только тогда, когда он затнан внутрь
себя и не ощущает никаких социаль:
ных связей, Третьи, наконец, ища
защиты от собственной слабости, при­бегают к любому оружию — от пули
в 106 до садическеой жестокости к
близкому человеку. И все они, от’е:
диненные друг от друга стеной оди:
ночества, уже не знают. где кончает­ся реальность и когда она переходит
в. итру больного воображения,

Если прочесть одну за друтой эт;
три книги художественной прозы 4
вспомнить затем о той настойчивости,
с какой Фрэнк-социолог возвращает»
ся в «Новом открытии Америки» к
термину «хаос» для определения ка­питалистической — современности.
пойметь эту настойчивость.

Шестнадцать лет назад он налтисал
эту книгу. Он проследил развитие
той идеологии, которую принес и
вырастил пионер — крепкий с0б­ственник. Он показал, как воспиты:
вался стяжательский инстинкт радо:
	HHA, H BONA WX KR СТЯЖАНИЮ ТаКОТО Ж@ вого американца и с какой етрастно-\
	качества, что у их предков: Они —
верные сыны Франклина, основателя
«Субботней вечерней почты». В ней
и в «Альманахе бедного Ричарда»
Франклин очертил траницы культур­ных запросов своего народа. в «38:
поведи» ето должны были, стать
скрижалями инливидуальной морали
для отечественного — и всебветного
— мещанина. Кенси ве ‘слышит я
пропаганды преуспеяния, захлесты­вающей читателя со страниц «Поз:
ты». Если и открылись ему какие-то
горизонты за пределами. доступными
отцу и брату, то на открывшихся 1о­ризонтах Кенеи не увидел  ничето
кроме каких-то расплывчатых «лу­ховных идеалов». 0 путях ето, веду:
щих к этим туманным пятнам. амери­ханский буржуа ничего не велал. но
Кенси бессилен был представить себе
яснее смысл своето существования. И
он сдался: не погиб, как потибали
персонажи лругих новелл и романов
Фрэнка. но вернулся к вере род-ай­ленлеких отцов. Поток — the stream
— американской жизни подхватил. ето.
и он поплыл по течению.

Во втором ето романе — а

мать» — усложнилась постановка
проблемы о сущности стандартной
американской культуры и о наслед­никах пионеров из ‚дремучих лесов
Maccatysetca. новом   poMane 6B
столкнул © Дэвидом «усложненного»
род-айлендиа Тома; Последний тоже
восстал против скрижалей Франкли.
на, воплощенных в философии отца
Тома — реверенда. Отбросив род­айлендскую протрамму, он сложил лла
себя философию. которую _наавал

стью охранялся Новой Англией прин­ции собственности. И он достиг своей
цели: во весь рост предстал перед
нами воинствующий ‚мещанин. .Пре­жде всего .эта книга была нужна ему
самому. Через «Нашу. Америку»
Фрэнк. пытался узнать те слабые Me­ста, по которым надлежало бить. На­шел ли он эти точки. незащищенные
слоновьей кожей разбойничьего хан­жества? Фрэнку казалось, что он на­шел. Ho три последующих книги
художественной прозы, о которых мы
говорили, засвидетельствовали ето. са­мообман, Он еще не налиел уязвимых
точек хозяина жизни и не нашел
наллежащего оружия. Рукой худож:
ника он нарисовал «хаос»; но понял.
зто найденное им оружие — картон­ное. И прелпочел оставить своих ге:
роев беззащитными. Это было зжесто­ко, но в этом была высокая писа­тельская честность. И Фрэнк-худож­ник ушел искать другое оружие,

` Десятилетний отход “его от худо­жественной прозы (1924—1934) —
блистательное свидетельство ero
большой и подлинной честности как
человека и писателя. С чем бы он
пришел к читателю в очередном
романе? С очередным изображением
социального хаоса и с терсями,
попрежнему беспомощными? И он
ушел в сторону. На какой-то срок
ему показалось, что уяснение дви­жущих факторов иной культуры по­может ему найти для себя выход из
тупика. Он стал изучать испанскую
культуру и ее отражение в буржуа­зной культуре Латинской Америки—
соселки  янтло-саксонских Штатов
	ч. А, Дейнека «Париж», 1935 9
		ЦИВИЛИЗАЦИЯ
ПРИ ПОМОЩИ
в Ты КА
	Групиа французских реакционных
и фашистских’ писателей и ученых
выпустила ‘манифест, заключающий
протест против применения санкций
к Италий. Манифест призывает... к
защите Запада. “Под манифестом‘ сто­ят ‘64 позорных подписи и среди них;
Анри Бордо, Клод’ Фарер, Абель Syp­ман, Леон Додэ; Дрие ля’ Рошель,
Анри. Массис.

Вот отрывки манифеста, являютщие­ся стустком фамтистокого мракобесия:

«Вели ‘поступки людей, которым
вверена судьба наций, ставят под уг
розу будущее цивилизации, работни­ки умственного труда должны заста­рядовой буржуазный интеллитент
	Штатов. Фрэнк оборвал роман. там,  _
	где он должен был оборвать. «Боль­шая ценность романа заключается: в
том, что он ‘показывает тернистый
путь буржуазного интеллигента, коим
должен он итти, чтобы стать клас:
с0во-сознательным пролетарием», Эта,
цитата. из отзыва Берри Бургума
подводит к узловому пункту темы
«Дэвида Маркэнда».
	Мы знаем. по книтам Фрэнка, ка:
ков ето путь из родительского дома
к сегодняитиему дню ето писательской
‘и человеческой судьбы. Путь, очень _
сложный, очень трудный, со срывами.
Ho тем неё менее это ортапический
нуть, без насилий над собой, упра*
вляемый волей честного‘ человека.  
	Старая фразеология еше держит 65 вить услышать толос разума...». «Ита­в плену. В борьбе он поймет, что
прежде всето она беёзвкусна, потому

что не точна. В ближайнтие голы ему.
откроются в человеке новые области

сознания, которых он пока’ не заме­чал. На путь исканий социальной
правды он вступил еще молодым. Ero

лию, не задумываясь, провозгласили.
воеобщим врагом под предлогом за­щиты  Незавивимости конгломерата
африканских диких племен. В резуль­тате такой чудовищной коалиции по­страдают интересы семьи  европей­ских народов. Под угрозу ставится
	метод познания был эклектичен. Вни.
	цивилизапия, самое понятие человек,
	мательный глаз, впрочем, различил законность ето привилегий, Это поня­бы и элементы материализма. И ‘н8- тие является для, таких великих
	стран, как Англия и Франция, оправ:
данием их колонизаторской  дентель­ности — самого высокого, самого. пло­дотворного проявления их жизнен­станет час, когда в миросозерцания
Фрэнка займет свое основное место
последовательный диалектический ма­териализм. Не потому, что так ‘при:
	казывает Kapa Маркс», как издева­ной силы...». «Женева ставит знак. ра­Бенетва между высиим и низигим,
	цивилизационным и варваром...», «Ре­зультатом этого помешательства на
равенстве являются санкции, препят­ствующие цивилизаторскому завоева­нию одной из ми отсталых ря
мира».
		ПРЕ
	«64 РАБОТНИКА
		ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ»
	Нод таким заголовком опубликован
ответ лучших представителей фран­цузской интеллитенции на вышепри­веденный манифест. Пол воззванием
подписалось несколько сот человек.
Приводим отрывки из текста: ‘.

«В день’ бомбардировки Алуи, ‘в
день, когда полечитывают количество
убит в первом сражении, несколь­ко сот человек, собравшихся в Доме
культуры. среди них представители
интеллитенции, случайно узнали’ о
манифесте «В защиту Запада». пол
писанном 64 представителями’ фран
цузской интеллигенции. В ‘манифесте
изврещаются ‘следующие понятия:
дружба между французским и италь­янским народами, интеллитенция, За­пад; манифест пытается убить в на.
шем народе‘ чувство любви к миру и
вызвать симпатии к войне в ее наи­более отвратительной форме; к вой:
не агрессивной. Нижеподнисавитиеся
иначе понимают настоящую дружбу,
связывающую изроды Фганции и
Италии, и роль французской интел­лигенции при создавшихся условиях.
Они удивлены также тем, ‘что илея
о неравенстве рас утвёрждается фран;
цузами, эта идёя. ‘противоречатая
	‚ Нашим традициям и оскогбительная
	для звачительного количества налиих
сотраждан. :

Мы сожалеем, что именно в то врё­мя, когда Лига наций оправдывает
свое существование в глазах всех до­бросовестных людей, 64 представите­ля интеллигенции нашей страны
	ются неумные люди из отчего ‘дома
Фрэнка, покинутото им, но потому;
что ‘иначе быть не может.
	Й тогда отпалут все сомнения B
том, может ли Фрэнк принять цели­ком миросозерцание пролетариата,
идя своим собственным путем. Право.
на этот путь имеет каждый. Те, у

кого честная совесть, не могут не дой­тя ло конпа.
		 99  2

«Итруны» — множественное число
от слова «игрун», что, по уверению
редакции «Толкового словаря русско­го языка» *), означает: «шалун, лю­бящий играть, резвиться». Это, мяг
ко выражаясь, несколько необычное
слово применимо и к редакторам
«Толкового. словаря», отнемпимся по
меньшей мере «шаловливо» к взятым
ими на себя серьезнейшим _ обяза­тельствам.

В предисловии. редакция. «Слова­ря» указывает, что «составители. ста­рались, поскольку это было в их
силах, придать словарю характер, от­вечающий тем требованиям, которые
пред’являл В. И, Ленин & образцово­му толковому словарю современного
русского литературного языка (м.
Ленин, сб. ХХ, стр. 315—816)», В,
ленинском сборнике приводится 38-
писка В, И. Ленина: <2. Задание —
враткий (малый Лярус — образец)
словарь русского‘ явыка (от Пушки­на до Горького). Образцового, совре­менното, по новому правописанию»,
‚ Сославигись на, Ленина, . составите­ли с гордостью заявляют: «новый
словарь — толковый словарь совре­менного русского языка. Основная
масса в нем — слова нашей класси­ческой литературы: от. Пушкина до
Горького и общепринятого паучного
делового и книжного языка». За иск­лючением требуемой Лениным крат
кости, которая, очевилно. была «не
по силам» соотавителям, остальные
ленинские установки приняты ими
безотоворочно. Посмотрим, как они
проведены на практике. Приведем неё.
эколько примеров.

Трудно считать общепринятыми в
русском языке словами  «кропотун,
кропотуцья, жрун, жрунья, едун, еду­нья, кормитель, боданный, вшивок,
искряк, бодун, брезгун, брезгунья»,
Читатели, которых не удовлетворяет
форма «брезтун», мотут заменить ее
\налотичным «брезгливец»;

Приходится признать, что указан­ные олова более походят. на талант
ливую импровизацию составителей,
чем на общепринятые в русском язы­ке слова:

Наряду с подобными словами в
«Словаре» приводится значительное
количество грамматических­форм. . на*
прасно смущающих доверчивого чи­тетеля. В самом. деле, при каких 06-
стоятельствах действующее лицо мо­жет сообщать о себе: «я жереблюсь,
кочусь, курлычу, бодаюсь, вылупля­ось, вскрякиваю» и т, д.? Читатель.
че должен думать, что «Словарь»
перирует исключительно бловами
животного мира Тут же мы нахо­лим: «коллекционируюсь, койвейери­зируюсь, кинофицируюсь, компости­эуюсь» (и т. д. Нужно обладать боль»
пюй долей откровенности, чтобы ска:
зать о себе «я доворовываюсь».

По сообщению «Олбваря» (пример
	*) «Толковый словарь русского
языка» под редакцией проф, Д. Н

Ушакова, составили, Г. 0. Винокур.

проф. Д. А,  Ларин, С. И. Ожетов

В. В. Томашевский, проф. Д. Н. Уша.

ков. Издательство Государственного.
Института «Советская энциклопедия».

128 °автороких листов. Тир. 45.000
экз.
	К слову «женщина»), «женщины и
мужчины в СОСР пользуются одина­ковыми правами». Очеведно, на этом
основании приведены BO BCex трех
родах: «жеребый, ая, ое», «‹вамужний,
	яя, 66», «беременный, ая, 08», «же­натый, ая, ое» и т. д. Правда, ре­дакция, не желая вводить читателей
в ‘заблуждение,  предусмотрительно
оговаривает, что слова «жеребый»
употребляется «обычно в женском po­де».

Это богатство форм свидетельству­ет; конечно, об обилии . материала,
использованното в «Толковом слова­ре»; К сожалению, то же можно ска­зать о большом количестве рутгатель­ных и вульгарных выражений, при­водимых как в терминах, чак и в
примерах: «коричневая рвань»; «BIH:
вЫЙ чорт», «катись колбасой» (то же,
Что «катись колбаской»), «иродово
семя», «a ну Тебя!», «кишка тонка»,
«накося выкуси», «гости все выкури=
	лись», играть на арапа», «киношка»,  
	«дербалызнуть», «втяпаться», «втре­скаться» (пример в «Словаре»: ‹втре­скался в блондинку»), «влопаться»,
«он меня так бабахнул», «довертелоя
до тюрьмы», «зачем ты вплел меня в
эту аферу», «он кочевал из кабака в
кабак», «выпить по баночка» и мно­тсе друге, р

Трудно сопоставить эти перлы ©
гсрделивым заявлением предисловия:
‹..оловарь может послужить оруди­ем в борьбе за качество того языка,
	которым каждый день говорит наша.
	литература, наша печать с миллио­намн трудящихся», «за очищение
языка, за хороний, чистый, доступ­ный миллионам, действительно на­ря язык» («Правда» 1934 1.

76), — в той борьбе, которую пар»
тия, взявшая позунгом слова Ленина:
‹Об’авить войну коверканию русско­о языка», предприняла по инициа­тиве т, А. М, Горького.

По счастью, наша литература и
печать не товорят в миллионами тру*
дящихся тем языком, который им
приписывает «Толковый словарь»!

`Выло бы преувеличением обвинять
редакцию «Толкового словаря» в од­HOCTODOHH

ex

HTGIBROM BHH:  
	маний к грубым и резким оборотам
речи. Нет, сентиментальное восприя­тие действительности, отражаемое в
языке, заставляет редакцию «Толко­вого словаря» приводить множество
сюсюкающе-ласкательных ‚ уменьши:-
тельных й детских слов: «котельчик.
котёльчик, кровелькё, килечка, KHER,
водочка, вещичка, вруша (‹6 ласко­вой укоризной»), деденька, девонька,
дурашка. . дяденька, дядечка, дядюш­ка, ершик, женипюк, женушка, жен­ка. животик, коко, гуля. 60бо, ба­бешка. бантик, баночка» и Т. д,
Уменьшительно-ласкательные фор:
мы слов, приведенные в «Словаре»,
трудно об’яснить чем-либо, кроме
	пристрастия составителей. Иначе, по­чему же нет «кадушечка» если
«бадеечка», нет «тостийчик» если есть
«игрушечка», нет «косячок» если есть
«кровелька» и так до бесконечности.
Очевидно, в подобных случаях. ре­лакция считает читателя достаточно
компетентным для самостоятельного
образования — уменьшительно-лаока­тельных форм,
		CHOBO, как «кровать» — ‹предмет до­ова, приводи  машней обстановки, служаший ana
	опанья и. представляющий собой
	услизаль, длинную раму на четырех ножках с нэ
	двумя спинками, на которую клалет­ся постель», «бюстгалтер — род жен­ского лифчика  надеваемого о на
трудь» (хотя вряд ли кто-нибудь слы.
шал, что другие «роды женского лиф­чика» надевались на какую-вибудь
иную часть тела), «брюки» — об этом
«малоизвестном. предмете» «Словарь»
точно сообщает, что ‘это’ «верхняя
мужская одежда нижней части тела».
Важный обряд брудершафта приво­слов, 10 дится в таком подробном описании:е
	«закрепить дружбу особой застольной
процедурой. Ньющие на брудершафт
выпивают одновременно свои рюмки,
	затем целуются и с этого момента
	обралцаютоя друг к друту на «ТФы»;
«кукиш» — сложенная в кулак ру­ка с большим пальцем, просунутым
между указательным и средним, по­казываемая кому-нибудь для выра­жения насмешки, презрения»,

Примеры ненужных об’яснений мо­гут быть умножены, но, не останяа­вливаясь более на них, мы перен:
дем к об’яснениям иного сорта,
	«Князь — почетный титул, перехо­Phe затроможден бесчисленным
смакованйем одного ‘слова, приводи:
мого во всевовможных (и часто даже
невозможных) формах: «замусливать,
замуслизаться, замуслить, замуслить­ся, замусоливать, замусоливаться, за­мусолить, замусолиться». — восемь
слов, 25 строк. «Катетер, катетериза­ция, катетеризировать, катетеризиро­ваться, катетеризованный, катетери­зовать,.  катетеризоваться» — ‘семь
слов, 23 строки. «Крестильный, кре­стинный, крестины, креститель, кре­стить, креститься, крестник, крест
ница, крестный, крёстный, крещение,
крещенный» — двенадцать слов, 70
строк,

Здесь приходится снова обратить“
ся к предиесловию редакции. «Слова­ря»: «Выпускаемый теперь’ словарь—
попытка отразить. процессе переработ“
KH словарного материала в эпоху
пролетарской революции, полагаю»
щей начало новому этапу в жизни
русского языка, и вместе о тем ука­зать установившиеся нормы. употре*
бления слов». Увы! и здесь обеща­ние осталось только обещанием.

Зачем «широкому» читателю об­ширный ассортимент весьма мало­употребительных и раныне; не толь­ко теперь, слов, более пряличествую­щих словарю терминов культа, чем
изданию государственного института
«Советокая энциклопедия»! Читатель
получает подробную информацию по

дившин по наследству или даровазв­шийся разным лицам за особые. ва­слуги (лореволюц.)». Жаль, что ре­дакция не привела в качестве при­ао. + ann C:
всем вопросам христианской религии М®Ра какото-нибудь екатерининского СЯ ВЫМУустить
	фаворита, обобые заслуги которого
были по достоинству оценены а­териной П *

«Колонновожатый» неожиданно
оказывается устарелым словом: ‹офи­цер, ведущий колонну войск во вре:
мя военных действий (чин в русской
армии ХУШ и начала ХХ в)». А
«колонновожатые» наших демонстра­ций? И есди <Кояонновожатый Е
офицер. царской армии», то зачем
слово «колонновожатая?» Вряд ли в
царской армии были офицерами жен­щины, кроме, разве, Надежлы Дуро­вой, «Колонновожатое» мы оставля­ем на совести редакции «Толкового
словаря». .

«Бриллиант — драгоценный ка­мень, чаще всего алмаз...». Очевидно.
редакцией открыт доселе неизвест.
ный, никому 619206  изтоторлаАнна
	кие м Зо МАЫУ,  ВОТОВЛЕНИЯ
бриллиантов из других камней, кро­ма алмаза.
	«Иоркширокий — 06 особой поро­де врупных, быстро растущих сви:
ней». Оводить все, находящееся в
графстве Иоркшир, только к свинь­ям, — по меньшей мере странно, _

описанию животных, птин и на­секомых составители подходят 6 на­НРНОСТЬЮ закоренелото горожанина,
впервые попавшего на лоно приро­ды «Кукушка — лесная птица. из­дающая крик «ку-ку». кладущая sit.
ца в чужие гнезда», «Комар — ллин­Hoycoe двукрылое насекомое. самка
которою больно кусает». «Ибис —
длинноногая птица. похожая на аи:
eta, живущая в теплом климате»:

ва — самка быказ.
«?ЫК — самец коровы». И так далее.
Если добавить в Этому, ч10 «кури
	православного Фотослужения (or
рождения до погребения), но только
авославного, потому что хотя в
«Словаре» имеются слова: «ктитор, бо­мявление, кузьминки, крестопоклон­ный, Иордань. иподьякон, кондак,
кафизма, архипастырь. архиепископ,
архимандрит, ‘архиерей, военощная.
венчик, дух святой, духовник» и т, д.
тщетно было бы искать (хотя вряд
ли у кого-нибудь явится в этом по­требность) терминов иных вероионо­веданий, например,  «байрам» в
«брыс» (обрезание). Можно возразить,
4т0 67080 ж«брыс» нё является рус­ским словом, а принадлежит еврей:
скому языку (или). Но-в таком слу­чае почему же попало в «Словарь»
слово «гой»? Разве только в гепдять
К «Жиду», «жидовке», «жиловокому».
которые, по авторитетному раз’ясне­нию редакции,  «первонамально не
имели презрительноге или бранного
оттенка» и, очевидно, приобрели этот
«оттенок» впоследствии, возможно
после того, как «той» вошло в «тра­хиционный национально-религиозный
еврейский быт». как хбранное назва:
ние нееврея. преимущественно хри-.
стианина»
рожная релакцяя отовавиваат.
	емо GH PAAR LaH отоБаривает,
чт0 «новый «Толковый словарь» не
всть энциклопедический словарь. а
	‚словарь языка, т. е. он не полжен
‘давать я не ласт ни анализа; ни да­ще полного описания предметов и яв­лений», Если «Толковый словарь»
 ероически вылерживает свою уста­ROBRY и анализа действительно не
‘дает, то полное и даже весьма пол­побное бписание «прелметов и явле­НИЙ» ИМ в08 же даетбя часто. при:
чем преимущественно по отношению
К таким словам, которые мало в ниях