ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН. СОЕДИНЯЙТЕСЬ
	№ 60 (2375).
		Дадим стране
	болыше бумаги!
	ОБЩЕЕ

ДЕЛО
	Фабрика имени ‘Володарского вырабаты»
вает Высокие сорта `бумаги. На этой бума­ге изданы краткая биография   товарища
Сталина, многие произведения нолитиче­ской, художественной, научно-технической
литературы. На; этой бумаге печатаются
многие журналы, в том числе «Звезла»,
	«Огонек» и другие.
	SUBATCIBREM солнцем
Рталинской Конституции,
уверенный в том, что
его завтрашний день бу­® дет еще превраенее.
ОН Высшая форма демо­кратии, созданная в на­шей стране, противостоит сопиальному
строю тех стран, где господствует мононо­листический капитал, где от демократии

осталось лишь название. Е =

«Аппетиты. империалистов не имеют
пределов, — говорил В. М. Молотов в сво­ем докладе 6 ноября 1947 года—и ради
достижения своих узкокорыстных целей
они готовы попирать железной пятой де­мократические права в своей стране, а
	тавже права и суверенитет других. rocy­дарств».
	№ чему приводят эти узкокорыетные
хищнические стремления империалистов,
ВИДНО ИЗ ТОГО, что происходит ныне в СИА
	8 Франции. И без того далекие от подлин­ной демократии, куцые «евободы» этих
стран сейчас попираются  резкционными
правителями, выполняющими волю YVora­стрита. Конституции  капиталистических
стран составляются так, что в них всегда
остается множество лазеек для врагов де­мократии. Какой поистине гнусный похох
против элементарных человеческих свобод
0б’явили американские реакционеры, о не
стесняющиеся одновременно вопить о «ево­Среда, 3 декабря 1947 г.
	<>

Семен БАБАЕВСКИЙ
°

даже могу. А вот чтобы речь произно­сить——не приходилось... И. речь же, опять­таки, не простая... о Как-то даже боязно.
Чернявое, еще сонное лицо Трифона
просветлело.

— Не бойтесь, Тимофей Ильич, — ав­торитетно заявил Трифон, сбрасывая с себя
тулуп,. — Эй, бабочки! Не глядите в мою

сторону! — Трифон быстро оделся и уча:
	 стливо обратился к Тимофею ИМльизчу. —
	я вам помогу составить речь — ничего в.
этом хитрого нету. Савва правильно сове­товал — надо сперва составить себе. тези­сы. — Черные глаза Трифона оживились.—
Я всю эту премудрость знаю. Еще до вой­ны приезжал к нам в станицу ‘докладчик—
настоящий оратор! Так у него все течет,
заслушаешься! А почему? Потому, что. го­ворит исключительно по тезисам. Он и ме­ня учил, как все это составить. Слушайте,
я и вас научу. Это нетрудно. Сперва на­метьте себе главный тезис — с чего начи­вать. К нему принишите два-три примера—
в виде наводящих вопросов, Затем идет
дальнейшее развитие и углубление главно:
го тезиса. ше два-три наводящих вопро­са—и довольно. После этого запишите се­бе` основную ‘мысль и тоже с наводящими
вопросами. А в конце — краткие выводы и
заключение. Вот и вся речь! Жаль, что
мне надо итти` на канал, а то бы я вам.
все написал... . .

Тимофей Ильич некоторое время молчал,
комкая в жмене усы. Лицо у него ‘сдела­лось грустным,

— Такую чертовщину нагородил,—с оби­no в голосе сказал Тимофей Ильич. —
Мне твой тезисы не подходят...

‹Трифон стал уверять, что именно таки‘
нужно готовиться к выступлению, во Ти­мофей Ильич даже не захотел слушать.

— Не по тезису я хочу говорить, а по
сердцу, — сердито сказал Тимофей Ильич
и вышел из хаты  

Тимофей Ильич прошелся по двору, по-.
стоял у калитки, потом начал расчищать
в снегу дорожки. Работая лопатой, он ста­рался ни о чем не думать, а мысли о пред­стоящем собрании сами лезли в голову.
«М Сергей на ту беду не едет, с ним бы
посоветовался», — думал он. Прочистив
дорожки, Тимофей Ильич прошел по глу­бокому снегу В сад, постоял на берегу `Ку­бани—от реки доносились людские голоса
и цокот колес. Взошло солнце. В холодном
тумане над лесом лежал багровый пар, и
голые, темные верхушки деревьев, трону­тые оранжевой краской, отчетливо рисова­лись на белом фоне невысокой горы... Ти­мофей Ильич вернулся во двор, поднял
плетень, наноил корову, сменил в свивар­инке подстилку, занятый все теми же мыс­лями о. предстоящем выступлении.

Кдле Завтраки _ Тимофей Ильич навра®.
вилея в правление. Там он’ поговорил ©
бухгалтером, хулым` и’ подслеповатым муж­чиной, сказал ему, что пора провести в
кладовой ревизию. Потом зашел к Никите
в кабинет и попросил выделить огородной
бригаде пару саней ‘с `волами;  посовето-.
валея с Никитой, где бы достать оконного
стекла для парниковых рам; поругал плот­ников за то, что до сих пор, не сделали
деревянные коробки, которыми булут на­крываться парники. Собравшись пойти в
кладовую, Тимофей Ильчч как бы между
прочим спросил:

 
	— Никита, а собрание в пятницу?
— Ровно в двенадцать.
— H прямо на площади?
	— А то где же? Гакого здания у нас
нету, чтобы всех людей вместить. Знаете,
сколько там соберется народу? Шесть. ста­ниц! Еременко говорил, что и Кондратьев
приедет. т

— А ты,  Накита, как насчет речи? —
спросил Тимофей Ильич, не подымая голо-.
ву. — Подготовилея?
	=~ У меня, папаша, речь будет короткая.
— ез TesHcon? — осведомился Тимо­фей Ильич.
	— Безо всего.
_ = А как же так ты будешь — без те­3HCOB?
“= A так. Что есть у меня на душе—
то и выскажу.

«Вот так_бы и мне, безо всего», — рас­суждал Тимофей ШИльич, направляясь в кла­довую. .

_ Возле амбаров он встретил Еременку с
газетами и журналами. Еременко шел на­прямик через огороды, сапоги и полы шу­‘бы у него были в снегу. :

— Тимофей Ильич, а я к вам забегал—
сказал Еременко, вытирая ладонью нагре­тый лоб. — Как у вас дело с речью? Не
полведете? Еще не готова? Я так и знал...
Тимофей Ильич, вы сядьте за стол и на­пишите, да слова подберите складные и
красивые... : -

— Эзю вроде тезисов? — со вздохом
спросил Тимофей Ильич. _

-— Во-во! обрадовался Еременко.—Толь:
ко расширенные... Я пришлю комсомольцев,
они вомогуг. Не

— Обойдусь и без помощников.
Тимофей Ильич ве пошел в кладовую, а
вернулся домой, разделся, сел за стол 4a
начал составлять консиект. В хате была
одна Ниловна. Она © удивлением смотре­ла на мужа. который придвинул ближе
чернильницу, положил перед собой учени­ческую тетраль и. что-то писал.

— Аль письмо сыну задумал послать?—
спросила. Ниловна.  

— Не письмо, а тут. Ниловна, такое де­ло. что не знаю, как тебе и пояснигь,—
сказал Тимофей Ильич поправляя на восу
очки и посматривая на’ кончик пера.— Речь
‘мне надо произносить — вот оно какая
вешь... А бёз написайного не можно.

— Так по написанному говорить, как я
думаю, труднее, — участливо заговорила
Ниловна.
		 
		cccr? — государство строящегося комму­низма—единственная в мире страна, где
понятие демократии целиком очитено от
всего фальшивого, ложного, где создана
подлинно народная власть, где человече­ские свободы существуют не на бумаге, а
на деле. Священные права советских лю­дей гарантированы Конституцией, которая
носит EMA своего создателя, великого
борца за счастье человечества — Иосифа
Виссарионовича Сталина.

В конетитуциях буржуазных государств
немало есть напыщенных фраз о так на­зываемых демократических свободах, но все
это, как известно, ничего общего не имеет
с лействительностью.

Конституция, созданная ии —
единственная Конституция в мире, которая
не декларирует то, что должно GETS, a
констатирует 10, что уже есть, TO, что
уже завоевано, то, что стало нерушимым
достоянием народа. ;

Сейчас, накануне Лия Сталинской Кон­ституции, осмысливая все достигнутое и
завоеванное нами за тридпать лет совете
ской власти, мы © ралоствю и’ гордостью
сознаем великое превосходство нашей со­вотекой демократии, утверждающей права
	ОРГАН ПРАВЛЕНИЯ СОЮЗА
СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ’ СССР
	В этом году мы подошли уже к дозоен­ному уровню выпуска “ продукции, по мы
отлично понимаем, что страна ждет от нас
больше бумаги, притом бумаги лучшего ка­чества.

План второго года сталинской пятилет“
ки мы выполнили 17 октября. Вместе с
другими предприятиями Ленинграда кол­лектив фабрики имени Володарского по­ставил перед собой задачу выполнить
послевоенную сталинскую, пятилетку в че­тыре года. Возможности: для этого имеют.
я.

Творческая инициатива нашего коллекти­ва, рационализаторская мысль рабочих, ин­женеров, решительная борьба с узкими
местами на производстве обеспечат нашу
победу. Мы обновляем сейчас нашу техни­ческую базу, повышаем квалификацию ра­ботников, пересматриваем технологический
процесс в сторону повышения производи­тельности бумагоделательных машин;

Обращение советских писателей празву­чало пля коллектива фабрики имени Воло­дарского, как призыв еще более напрячь
силы для скорейшего  осушествления за­дач, поставленных  пятилеткой. Мы с ра­достью принимаем помощь, которую. наме­рены оказать нам Союз советских нисате­лей и «Литературная газета». Люди, соз*
дающие  хуложественные — произведения,
воспитывающие народ, и мы, изготовляю­‘тие бумагу для книг, делаем общее важ­ное ‘дело на благо социалистической Ро­ЛИНЫ.
	Директов Мабрики имени Володарского
Н. ИВАНОВ, — секретарь  партбюро
С. САЛОМАТИН, председатель фабкома
М, ВАСИЛЬЕВ, мастер отделочного от­дела А. КОРОТКОВ, = сеточники
К. ЖИЛЬНИКОВА, С. ЯКУШЕНКО,
сортировщица Ф. СТУДИНОВСКАЯ,
	ЛЕНИНГРАД. (По телефону).
	СЛОВО РАБОЧИХ
И ИНЖЕНЕРОВ БАЛАХНЫ
	Коллектив Балахнинского бумажного
комбината елинодлушно решил поддержать
	славный патриотический пэчин ленинград­нев и ‘досрочно выполнить пятилетний
план.
	Коллектив чринял обязательство вырабо­тать в течение 1948—1949 голов дополни­тельно к плану 19.000 тонн бумаги, дове­сти ; Эрость бумагоделательных машин до
1025 ‘метров в минуту.

В результате  мехавизации трудоемких
процессов удастся превзойти в 1949 году
тот уровень  производительности труда,
который установлен пятилетним планом на
1950 год.

Рабочие и инженеры „Балахны будут бо­роться за снижение себестоимости про­лукций сверх члана. за увеличение выпу­ска первых` сортов бумаги.

С целью повышения квалификации ра­бочих и-инженерно-технических работников
решено организовать” в 1948—1949 годах
техническую учебу всего коллектива.

ПРАВДИНСК. - Ию телефону ог спей:
корр. «Литературной газеты»),
		 

_ ОДНОЙ
	Тимофея Ильича и пугало и раловало
предстоящее выступление на собраний иЗ­‘бирателей. Думать ему 06: этом было в
	приятно, и лёстно, и как-то боязно-—отто»
го и не спалось, Кровь приливала к 6H­скам, тяжелели веки; и когда он закрывал.

глаза, силясь уснуть, перед ним ветавала

гудящая голасами станичная площаль -—

люлная и густо расцвеченная. знаменами.
Старик видел себя на трибуне — тысячи
глаз смотрели на него и ждали, а он ро:
бел, запинался и не находил нужных слов...

Ворочаясь на постели, он тяжело вздыхал, ,

вставал курить и подолгу сидел, спустив*
ши на пол сухие, костлявые ноги в белых
подшганниках...
Возле печки на соломе спали родникоз­ские женщины, ва лавке храпел Трифон:
— Тимофей, — сердито сказала Ми
ловна, не подымая с подушки голову, — #

чего ты все куришь и тяжко вздыхаенв?  

— А того и курю, — неохотно ответил
Тимофей Ильич, — что думки лезут в го
‘лову, а какие они есть — тебе про то
знать нельзя.

— Может, ты насмотрелся парней и де­вок, да и вспомнилось. тебе свое молодече­‘ство?

Тимофей Ильич промолчал, докурил цн­гарку и лег. «Залал я сам себе задачу. —

 
	думал он, натягивая на голову одеяло,
‘прилегся посоветоваться с Трифоном, че­ловек он в этом деле сведующий...»

И перед ним опять. раскрывазась  пло­щадь, и опять множество глаз смотрели
на. него ‘и ждали... В груди у него холо-—
дело, мысли путались. Тогда Тимофей
Ильич стал думать о своем, о привычном:
о том, что’ ‘пора -бы’ уже ремонтировать
парниковые рамы, но нет оконного стекла,
и где его достать — трудно придумать; о
том, чго время провести ревизию в кладо­вой — пойти и поговорить об этом с Пи:
Китой: о ТОМ, что в январе нало будет п®-
	ребросить на огороды весь ‘навоз, который
лежит во дворах третьей ‘и Четвертой
бригал... Тимофей Ильич стал в уме пол­считывать, сколько потребуется подвод,
немного успокоился, но уснул не скоро.

Только-только начинало  рассветать. В
сенную дверь кто-то настойчиво стучал ку­лаком. /

— Эй, хозяева! Пора вставать!

Ниловна по голосу узнала Савву.

— Тимофей, — негромко сказала она,
толкая мужа, — к нам Савва стучится.
Иди впускай. а
Тимофею  Ильичу не хотелось вставать,
«И за каким делом он пожаловал в такую
рань», — бурчал он. Покрякивая, Тимофей
Ильич неспеша сунул ноги в валенки, за­жег лампу и, накинув на плечи тулуп, вы­шел в сенцы.

Савва Остроухов в шубе и в бурке, с
замотанной бавлыком головой, не вошел,
а влез в хату. и от него’ повеяло холодом.
	У порога он гремел коваными  сапогам т.
очишая снег, поворачиваясь, полов бури
опрокинул Таз... От шума в от XON0148 2.
лома все присно тя 00 женщины, =
крываясь одеялом, торопливо  накинули
‘юбки, надели кофточки и уже сидели
на постели, расчесывая косы. ‘° Трифон

 
 

 
	тоже не спал, он еше лежал под шубой
на лавке и закручивал папиросу.  Срали
только в соседней комнате Семен и Анфи­са, и их не будили.

— Савва Нестерович, да ты в бригади­ры годишься, — с усмешкой сказал Тимо­фей Ильич, поглаживая свисающие, жел­тые у губ усы. — У тебя бы никто не
проснал! :  

7 ae
	 

= Дело ‘есть спешное; — сказал Сав­ва. — Ваш сын вызывает к восьми часам...
А к вам я забежал — может что пожелаете
ему передать.

— Ой. Саввушка, спасибо, сынок, что
зашел, — всполошилась Ниловна, слезая ©
кровати. — Я зараз соберу Сереженьке
	1 посылочку. Он так любит моченые ябло­ки. А еше захватишь ему соленых арбузов
и сметаны.

Ниловна надела шубчовку, взяла спички,
огарок свечи в пошла в погреб.
	А от меня передай Сергею выговор, —  .
	сказал Тимофей Ильич.—Скажи ему, что
так сыны не делают.. Ну, посуди сам!
Позавчера, под самый Новый год, как я
дознался, Сергей был в станице, заезжал к
Марфе ИШгнатьевне на птичвик, а родной
дом не навестил... Разве это. по­-CbIHOBbH?

— Да, это нехорошо, — сказал Савва.—
Я ему скажу... Ну, а как у вас, Тимофей
Ильич, с речью? Готовитесь?

— Готовлюсь. Думок полная голова..,
Волнуюсь...

— Ничего, Тимофей Ильич, все будет
хорошо. Вот я вам важную книжку при­нес — биографию товарища Сталина, Тут
вся его жизнь,

Тимофей Ильиз взял книжку, надел оч­ки. попошел к лампе и стал рассматри­Глаза из. второй части повести”
«Кавалер Золотой Звезды»
		Тимофей Ильич: только тяжело вздохнул.

— А ну, принеси мне с той хаты книж­ку,—сказал он, отодвигая чернильницу. —
Ту, что Савва оставил... ‘

Тимофей Ильич раскрыл книгу, прочитал
первые строки, и сердце его наполнилось
горластью: Сталин и он были сверстникн.
а «ровесничество» или «ровня по Тодам»
у казаков еше в старину ценилось лороже
дружбы... Тимофей Ильич с радостью co­общил об этом Ниловне и продолжал чи­тать вслух. Ниловна сидела возле стола и
слушала, опершись щекой на ладонь и
склонив на бок свою маленькую; в Чепчи­ке, голову.. «Я вспоминаю 1898 год,—чи­тал Тимофей Ильич, — когла я впервые
получил кружок из рабочих железнодорож­ных мастерских... Здесь, в кругу этих то­варищей, я получил тогда первое свое
боевое революционное крещение... моими
первыми учителями были тифлисские ра­бочие». Тимофей Ильич посмотрел на Ha­ловну и о сказал:

— В ту пору Сталину пошел девятна­днатый год...

‘— А припоминаешь, Тимоша; — оживи:
лась Ниловна, предаваясь воспоминанням, —
как раз в том году мы с тобой пожени­лись. Как сейчас все помню. Ты пришел к
нашим свататься, в такой красной рубашке,
в суконных шароварах и. в чоботах, а моя
мать тебя и в.хату не пустила. Не хоте­ла она выдавать меня замуж... Не забыл?

— И нашла что вспоминать, — с улыб­кой возразил Гимофей Ильич, не отрывая
глаз от книги. — Ничего в том интерес­ного не было...

Тимофей Ильич продолжал читать, а Ни­ловна смотрела на него помолодевшимн
ны —и та TO о чем-то сво­„ думала. накомясь с биографией

ун ией
Сталина, Тимофей Ильич и­Ниловна ‘ве.
	 ] ВОЛЬНО вспоминали пережитое. и им как-то
	по-особенному было приятно видеть свою
жизнь рядом с жизнью Сталина... В аире­ле 1902 года Сталин был аресгован. а_Ти­мофей Ильич и Ниловна в этом голу уже
отделились от роднтелей, за лето построи­ли домик. Илья Тутаринов выделил сыну
пару бычков, бричку и телушку. С таким
хозяйством можно было начинать жить, но
в ту же осень Тимофея Ильича призвали
на действительную военную службу. При­шлось продать и бычков и бричку и на
эти деньги купить коня с седлом... Хоро­цю помнит Тимофей Ильич. как в октябре,
на закате пасмурного дня он покилал ста­нину. Ниловна, молодая и красивая жена,
стояла у калигки с сухими и горестными
глазами. На руках у нее был голько что
родившийся второй сын, а первенец, трех­летний мальчик, лержался руками за юбку
матери и ласково смотрел на отна, уже
	сидевшего на коне... Как лавно 910 было. -
	  A. в том году, когда Сталин первый раз  
	бежал из ссылки, казачий полк, в когором
служил Тимофей Тутаринов. спешно. по:
	‚ миллионов простых людей на свободу, на ; стесняющиеся одновременно вопить о «сво­творческий труд, на ралость познания.   боде личности»! Разве не методами фа­шистекой диктатуры действует правитель­‘ство Шумана в стране. провозгласявшей
	‚некогла «Декларацию прав человека».
	В эти дни, когда ‘народы Европы с каж­дым часом все’ громче заявляют о том, что
	  простые люли всех стран стремятся к пот­длинно демократии, когда миллионы труже­-HHKOB в открытой героической борьбе от­станвают свои права, свои человеческие
	творческий труд, на ралость познания,
Демократизмом . проникнуты все челове:
_ ческие отношения в нашей стране, rac
	BRN IEMA BS OGINeH GCPpDahe, =6PAE.
каждый гражданин чувствует себя свобод­ным и равноправным членом общества.
	_Тде перед каждым открыты все нути к с0-
	 

` вершенствованию, ‘к созиданию, в славе,

 
	Сталинская Конституция вызывает. ‘пат­риотическую гордость каждого советского
человека. В основном законе нашей жизви
	отражены великие преобразования, которые ОВ
совершил народ веломый болеттрриотоко®   СВОбОДЫ, -—— В ЭТИ ДНИ. @ нарастающей си­совершил народ, ведомый большевистской
партией и вождем коммунизма Сталяным.
	Творческий размах советских людей. по­рожденный благородными законами жизни
социалистического общества, боевые и тру­довые подвиги патриотов, изумляющие
мир, — прекрасное проявление нравствен:
ной силы сталинской демократии, Такой
массовый героизм немыслим в обществе,
где правит чистоган, гле о человеке сулят
не по тому, что он создал, а по тому,
«Сколько он стоит», где вее законы при­званы оправлать угнетение и эксилоатапию
трудящихся масс.
Каким чувством достоинства советекого
человека, чувством своего духовного пре­BOCKOACTBA проникнуто было опубликован­ное недавно в «Литературной газете»
Письмо знатной тракториетки нашей’ стра­ны Пали Ангелиной «Мой ответ на аме­риканокую анкету»! В: биографии Ангели­ной — крестьянской девушки, ставшей
Героем. Сопиалистического Труда, лаурелтом
Сталинской премии, членом правитехьетва
_ CCCP, — ornameno все воличие советской
демократии. Говоря о себе, Паша Ангелина
одновременно осмысливает путь всех сво­их соотечественников. Сколько глубаны в.
словах славной трактористки о том, что
она не просто «вышла из парола», а wor 
нялась вместе со всем народом.
_ «..Никакие атомные бомбы, — пишет
Ангелина, —* 270 говорю я, мать троих
детей; не заставят нас ототупить” от зако­- нов жизни, которые мы считаем справеде
MOBEINH, OT COBCTCROTO нашего страя... Мы
сумеем построить счастливое наше завтра
п отстоять его, если потребуется. Тому
порукой тридцатилетняя биография нашей  
советской страны, TOMY порукой двести
‚ миллионов биографий простых советских
‚ люлей». р
Тзв может писать только гражданин
свободной, демократической, — передовой
страны мира. Так может писать человек,
вдохновленный великим и справедливым
законом нашей жизни, выроешей нот
	лой звучит голос советской демократии.

День Сталинской Конституции совпадает
`В этом году с подготовкой Е выборам в
местные Советы депутатов трудящихся.
`Огромпая политическая активность народа
`В этой кампанни— новая демонстрация мо­‘рально-политического единства советских
людей, новое свидетельство торжества 60-
ветской демократии,

Вся страна наша охвачена блатородным
‘социалистическим сорезнованием, в котором
каждый стремится работать так, как рабо­тают передовики, новаторы, герои.

Критика и самокритика, ставшие мощ­ным двигателем нашего развития й роста, —
одно из ярчайших свидетельств нашего
поистине народного, поистине творческого
демократизма. .

Выдвижение кандидатов в местные Сове­ты депутатов трудящихея проходит в об­становке подлинно демократической критн­ки и самокритики. Народ веесторонне об­суждает каждую кандидатуру, приематри­вается к будущему избраннику, решая, ва­сколько соответетвует он тем высоким тре­бованиям, которые пред’являют советские
люди к депутатам.

Критика с и­оба
творческий. стимул ав нашей. советекой aa
тературе. Варод-созидатель пред’являет
вашим литераторам справедливый счет —
	мало написано художественных произведе­НИЙ 0 великой вдохновляющей и руководя­щей роли партии Ленина — Сталина, о со­ветской демократии, © нашем доблестном
рабочем классе.

День Сталинской Конституция советский
народ встречает в неустанном труде во
славу Родины, в0 славу нашей великой де­мократии, во славу строящегося комму­GROOM нашей  мизни, выросшей под! низма.. -
SOOCOOOOOOOOCOOCOCCNOOCOONNOOOONOOOOOOOOOooOOOOOOONOOoOoOC

 
	«Зерном сейчас
Покормит. нас
	Рис, Б. ПРОРОКОВА.
	-«Что тут за гам?>—
Кричит друзьям
Павлин роскошный— М
	Раскрыв сво
И хвост раз
Широкий, го
	`ПТИЧИЙ ДВОР
	Давно ль,

Давно ль

Петух де Голль

Был перелётной птицей?
Теперь де Голль _
Играет роль

`И бодро петущится,
	Й бодро петущится. -   Кричит ng *
‘  Botan 6 a.

Надут де Голль, Роняя ‘пух
Что твой король _И перья:
Чего же хочет . «Я буду нов
Кочет? Да sapascte
Свою страну _ :

Втянуть в войну, — Гусь Далал!

Вот он о чем хлопочет! Гусь Рамадь
	«Ку-ка-ре-ку!

Марш на Моску!»—

Поет петух протяжно,

Ему в ответ

Индюк-сосед

«Блюм-блюм!» = бормочет
важно.
	г выступлении   ТРузился в эшелон и уехал в Маньчжу­Тимофей Ильич напр ГРНЮ,— Началась: русско-японская война.

 
	Прошло три года. Сталив прибыл в Лон­дон на пятый с*’езл партии, а Тимофей? Ту­таринов, усталый, душевно разбитый, вер­нулся в Усть-Невинскую. Жену и детей
он нашел в крайней нужде. Сыны подросли,
но были одеты в тряпье, как  цыганчата,
‘во дворе—ни брички, ни поросенка, ни ко­ровы... Сжалось у Тимофея Ильича сердне.
Сел он’ на завалинку И задумался. Надо
было начинать жить сначала. И он начал.
Залез. в долги, кое-как­отянулся на. пару

бычат-неучей... Тяжело вспоминать 06
этом.

Лист за листом Тимофей Ильич прочи­тал всю книжку, а Ниловна все так же,
склонивши. голову, слушала, взлыхала a
	раза два тихонько веплакнула... Надо было
Тимофею Ильичу что-то записать в тетрад­ку, а вот что—не мог придумать... Пришли
комсомольцы, но Тимофей’ Ильич отказался
ст их услуг, не стал слушать и советов
вернувшегося с канала Трифона. Молчали­вый и грустный, он с вечера лег в постель
‚и лежал с закрытыми глазами. Ов думал
о прочитанном, и вся жизнь Сталина, как
громадный утес, стояла перед ним. И ря­дом с этой большой жизнью ‘шла своей
Дорогой маленькая жизнь казака Усть­Невинской. Тимофею Ильичу казалось, что
его. жизнь и жизнь Сталина, как Ase гор­ные реки — одна маленькая, другая боль­Wad, — зародились в один год, но в раз­ных ущельях, и потекли вкаждаз по своему
руслу. Маленькую, журчашую между кам­ней речку все время притягивала к себе
большая и бурная река, но между нима
лежали горы... Только на широкой и про­сзорной долине обе реки соединились и
потекли вместе... «Ежели, к примеру, взять
мею жизнь отдельно. — думал Тимофей
	Ильич, — то она хоть и простая и будто  .
	такого ничего не значит, а все-таки и в
	есть памятные годочки. и HO ней рас­сеяно много и горестей и радостей... Алеб­нул и я горя через край, рано породнился
с нуждой, чтоб ее черти взяли.. » И вос­поминания снова чередой прошли ‘перел
ним... После революции. когда малбмошно­му казаку по-настоящему полегчало, Ленив
fa Сталив стояли во главе советского  госу­`дарства, а у Тимофея Ильича ‘к тому вре­мени ‘уже’ подросли детн и земли стало
вдосталь.. Живи и трудись!. В памяти
воскресли годы коллективизании.  строи­‚тельство колхозов. на Кубани, и Тимофей
Ильич снова увиле» свою жизнь ралом с
жизнью Сталина... Началась война, пять
сыновей Тутариновых пошли на фронт, а
старик й старуха се дочерью работали в
колхозе, и опять Тимофею Ильичу каза­лось, что жизнь его шла той же дорогой,
что и жизнь Сталина... И хотя он свою жизнь
‘считал тоже важной и значительной, но в
‘сравнений с жизнью Сталина она выгляде­‘ла так, как ‘степной курган в соседстве с
Эльбрусом... «Так вот © этого я и начну
завтра речь о Сталине,—обрадованно поду­мал Тимофей Ильич. — Безо. всяких тези­‘сов, потому как самое главное у. челове:
ка — есть его жизнь... ».
	_`Ва­фронтах национально­освободительной борьбы
ИНДОНЕЗИЯ
	В меморандуме правительства Индонезии
26 ноября указывается, что «голландское
правительство стремится полностью  отре­зать республику от внешнего мира. Гол­ландский военно-морской флот проводит
усиленную. экономическую блокаду. Насе­ление Индонезии вследствие экономической
блокады терпит все большие лишения».
28 ноября голландское радио сообщило о
новой отправке 1500 солдат из Голландии
в Индонезию.

 Ожесточенное сражение не прекрашается
на многих участках островов Ява, Мадура,
Суматра. На. Яве голландские войска ата­куют индонезийские позиции в районах
Тангеранга, Салатиги, Моджокерто, Маз
ланга. :

Всеобщее возмушение вызывает факт
умершвления оккупантами 46 индонезий­ских военнопленных в поезде около Сура­байи. Индонезийское правительство обрати:
лось к. комиссии трех держав с просьбой
доложить об этом злодеянин Совету безо­пасности: Индонезийцы требуют междуна­родного конгроля нал областями, оккупи­рованными голланлнами.

_ Хотя Индонезийская республика еще не.
сумела добиться решающего уснеха, она,
как заявил главнокомандующий индонезий­ской армией Судерман, полностью сохрани­ла свою армию. «Отступление произошло
	в первые дни FOR давлением танков и
авиации. Республиканская армия широко
применяет методы партизанской войны в
	готова. к продолжительной борьбе».
		— За книжку, Савва, спасибо, — сказал
он, — а только ты научи меня, с чего я
как начинать?

— о. книжку, запишите на
бумаге главную  By — уверенно заявил
Савва; — Поста’ ‘ческая ько наводящих
вопросов, а потом ним & режьте!
	Такой этвет нисколько Be удовлетворял!
	Тимофея Ильича. «Режьге, посгавьте наво­дящие вопросы, — думал он, = а © чего
начинать — BOT моя загвоздка». Тимофей
Ильич хотел обстоятельно поговорить, а
 Савва + тобпился. У двора его поджидали

сани, а тут аще засуетилась с посылкой
Ниловна; укладывая вк “4 ya и
яблоки, A соленые арбузы, в махотку

сметаной, и какие-то пирож Mea fae.
Ba yexal, Tamomes Habnd noaces & своему
квартиравту в рассказал ему о будущем
собрании на площади и о том, что ему,
Тимофею Ильичу, предстоит выступить
там с речью о Сталине. -

— По характеру я говорливый, — йо­хвастался старик. — Вот, ежели, допустим,
какую присказку рассказать или так за­просто промеж себя побалакать, то я очевь.
	‚Радиостанция греческой Демократическо:
	армии сообщила 27 ноября, что в ответ на
воззвание демократической организация
молодежи Греции молодежь Македонии
	решила отправить в рялы Демократической
армии 4.000 бойцов, молодежь Фесеалии—
2.500, Молодежные организации в Руме-_
ia, Эпире, на Крите и ряде других остро­‘вов также решили ‘укрепить силы Демокра­тической армии.

По сообщению верховного штаба гре­ческой `Демокрагической армии,  демокра­тические войска отразили все’ атаки монар­хо-фашистов; сконнентрировавших свои
силы в северном районе ‘горола Пиндн
безуснешно пытавшихся выровнять линию
фронта. Части Демокрагической армии
прелприняли новые наступательные  дей­ствия в Западной Македонии. -

Греческие демократические войска усили­ли активность на юге Греции. В Пелопон­несе части Демократической армии совер­ный— Мей a `Га-га-га-гарри Трумэн!» .

КЛЮВ , : :
и р Поет пету”““,

веер. Терзая, слу
я «Какая in, птицы!
к р Сам дядя Са!
Е. Пшеницу нам

te  Прислал из-за границы...»
	Клюет заморское Sepuo
Петух,

Тряся коровой,

Но петуху

_ Не суждено

Попасть в наполеоны,
	У петуха

Хозяин скуп,

И, если кормит вволю,

То это значит:

Скоро в суп

Придется лезть де Голлю!
		Роняя ‘пух 1. =
И перья: сы
«Я булу новый Бонапарт.
Да здравствует империя!»
	Гусь Даладье,

Гусь Рамадье

Кричат: «Го-го! Де Голля
Пора призвать
		Литературовеление и языкознание в 1948 году

Президиут Академии наук СССР утвер­Институт также готовит к выпуску пер:   монографии ` о его” твор 
дил план научно-исследовательских работ вый том фундаментального «Диалектологи­работу нал академическим
	отделения литературы. и языка на 1948 год.
В булушем году Институт русского язы:
ка продолжит начатое несколько лет назал
создание словаря современного русского
литературного языка и исторического :ло­варя русского языка. В июне будет готов
к печати первый том грамматики современ
ного русского. литературного. языка (фоне­тика и морфология), а к концу года завер­шится работа над’ вторым томом (син­таксис). -
	ческого атласа русского языка».

В плане Институга литературы (Пуш­кинский дом) на 1948 год в первую очерель
слелует отметить коллективные капиталь
ные трулы: «История русской литературы»
(т. 1Х), «Русский фольклор» (т. 1); «Исто:
pun русской критики». Будет. закончена
также монография, посвяменная жизни и
творчеству М. Горького. К’ исполнающему­сяв 1949 году 150-летию во дня рождения
	‘A. С. Нушкина институт подготовит две
	монографии о его творчестве и завершит   шили 2/ ноября налет на Амалиас.
	Согласно сообщению агентства Юнайтед
	‘собрания сочинений великого русского поэта.   Пресе из Афин, 28 ноября в районе Явины
	В Институте востоковедения булет, ве
стись составление малых словарей — япо
но-русского,  корейско-русского, - русско
корейского, русско афганского, урду рус
ского, а также двух больших словарей —
китай. ко-русского и хинди русского Mute
	ресно отметить, что ло сих пор ни в Ввро:
	пе, ни в самой Индии нет словаря языка
хинди, который отвечал бы современным
требованиям лексикографии,

bt
	вспыхвули новые OOH между  монархо-фа­шистскими войсками и соединениями демок­ратических войск, насчитывающих около
полутора гысяч человек.

Корреспондент «Таймс» сообщает из’ Гре­ции 30 ноября. что. севернее Драмы, се­вернее Эпира и в районе Эдессы между
частями Демократической армни и монархо­фашистскими войсками происходят ожесто­ченные сражения,
	Го-го-сударству воли!»
	шум,
	«Что тут
	Друзья, у вас?»—
Шипит гусак Шу:
	Шу-шуман: