Памятник М: М. Коцюбинскому в Виннице On ФЛАГ OM HOBATOPCTBAy Bas на) относящиеся к делу соображения сониологического порядка, подвергнутые Энгельсом уничтожающей критике в «Анти-Дюринге». Переключаясь же на анализ относящегося к делу биологического материала, они «не нашли» у Дарвина конкретных примеров внутривидовой конкуренции. Ho если бы они сочли необходимым проштудировать труды классиков. дарвинизма в полном об’еме. то. конечно. нашли бы сотни относящихся 5 этому вопросу примеров. _ Чтобы ‘облегчить их труд, я бы порекомендовал им хотя бы 125-ю страницу «Происхождения видов» (издание Лепковского), где ‘Дарвин приводит блестящий пример наметившегося расщепления (дивергенции) внутри одного и того же вида ` североамериканского волка на две разновидности. 1. Д. Лысенко совершенно безосновательно полагает, что обнаруженный факт повышения урожайности при гнезловом посеве кок-сагыза является каким-то «новым открытием» и тем более, что это «открытие» якобы способно в чем-либо поколебать принцип внутривидовой борьбы в’ живой природе. Подобные явления под различными наименованиями — «сотрудничества», «взаимопомощи», кооперации ит. д.— давно известны и были детально анализированы уже Дарвином на примерах стадной жизни млекопитающих и птиц, «общественной жизни» пчел, муравьев и термитов и т. д. Но эти примеры взаимопомощи и внутривилового сотрудничества нисколько не исключают внутривидовой конкуренции, существующей между особями того же стада, а являются лишь одной из форм проявления борьбы за существование. Печальнее всего то, что, увлекшись односторонней и ложной идеей опровержения неопровержимого, Лысенко не приметил, а его законопослушные ученики не сумели помочь ему приметить, что в собетвенном описании опытов © кок-сагызом ему пришлось многократно сталкиваться с отрицаемыми им фактами внутривидовой конкуренции. Так, сам Т. ДЛысенко отмечает, что «чем больше растений в гнезде, тем меньше средний вес корней одного растения». (статья «Естественный отбор и внутривидовая конкуренция». «Совхозное производство» № 1, январь 1946 г., стр. 18). Правда, Лысенко тут же торопится предупредить читателей, что «еще нельзя, однако, сказать, — была ли конкуренция среди растений. Ведь падение среднего веса можно и так об’яснить: чем больше’ раетение было скучено, расположено в гнезде, тем больше было взаимное угнетение (а не конкурениия), вернее — тем меньше приходилось пищи на долю каждого из растений и тем меньше. оказался поэтому средний урожай корней на одно растение». Таким. наивным словесным вывертом, подменяя нежелательное -для него слово «конкуренция» термином «угнетение», Т. Д, Лысенко рассчитывает убедить” читателя в отсутствии неоспоримого. факта — существования внутривидовой . конкуренции. в живой. природе! Но, отвергая факт и теорию внутривидовой конкуренции, Лысенко и ‘его сторенники тем не’ менее признают факт существования межвидовой конкуренции. Спрашивается, какова же логическая и диалектическая ценность” подобного рода воззрений? Можно ли высказать такое положение, не вступая в противоречие с основными положениями материалистической диалектики, что развитие ‘внутри вида может происходить без противоречий, которые двигают это развитие? Ведь в основе диалектического материализмалежит утверждение, что всякий процесс, всякое движение материи происходит в силу развития внутренних противоречий а Т. Д. Лысенко хочет убедить, что эти противоречия внутри вида отсутствуют. ‚Нока еще Т. Д. Лысенко не предлагал нам опровергать дарвинистическое представление о том, что вид возникает из разновидности, в свою очередь. рождающейся внутри вида. ‹ Но уже сейчас, согласно представлениям Яысенко, выходит, что межвидовая борьба, или межвидовая конкуренция, которую он признает как реально существующий в природе факт, — рождается как бы из некоей метафизической пустоты. Ho rae we здесь диалектика? Более того, где здесь логика? ПМ. теорией и теорией Мальтуса, Энгельс безоговорочно поддерживает и защищает теорию Дарвина применительно к. органической прироле. во всей ее целостности, включая и принцип внутривидовой конкуренции и существование факта геометрической прогрессии и перенаселения. Приходится лишь удивляться тому, что современные борцы ‘за «творческий дарвинизм» не сумели до сих пор научиться у Маркса и Энгельса видеть разницу между дарвинизмом и мальтузианством и повторяют в своих «открытиях» старые ошибки: При желаний не менее выразительные и поучительные для себя места они могли бы найти и у Маркса. Они определенно видели и читали эти места, но предпочли умолчать о них, так как не могли не понять, что несколько опущенных ими слов Маркса уничтожают весь смысл их длинной и многоцитатной статьи. Тов. Авакян и другие приводят в своей статье яркое. место из «Теории прибавочной стоимости» Маркса, но предусмотрительно опускают предшествующие две фразы. Вот ‘это место в`его полном виде: «Дарвин в своем превосходном сочинении не видел, что он опровергает теорию Мальтуса, открывая в царстве животных и растений «геометрическую» прогрессию. Теория Мальтуса основывается как раз на том, что он уоллесовскую геометрическую прогрессию человека противопоставляет химерической «арифметической» прогрессии животных и растений (подчеркнуто мною.— Б. 3.). В произведении Дарвина, например, в обсуждении причин вымирания видов, заключается и детальное, — не говоря об его основном принципе — ‘естественно-историческое опровержение мальтусовской теории». Маркс прямо подтверждает и высоко оценивает открытую Дарвином геометрическую прогрессию в царстве животных и растений. Болёе того, только. вдумываясь в смысл этой цитаты в ее полном виде, можно понять поистине диалектическое построение тезиса Маркса: Дарвин опроверг мальтусову теорию перенаселения в человеческом обществе именно тем, что доказал существование перенаселения в мире животных -и растений. Совершенно очевидно, что процитировать эту фундаментальную для обсуждаемой проблемы мысль Маркса означало бы для тов. Авакяна и других перечеркнуть все свои остальные многословные «аргументы» и свой говет биологам «понять, что внутривидовой конкуренции в природе нет и нечего ее в науке выдумывать». И. Как же обяснить те мысли и высказывания Маркса и Энгельса, которые приводятся в статее защитников «творческого дарвинизма» и которые посвящены критике мальтузианских ошибок Дарвина? Это не представляет труда. Полностью’ принимая и весьма высоко ‘оценивая дарвинизм как биологическую теорию, правильно раскрывающую основные движущие факторы процесса развития в живой природе, Маркс и Энгельс зло высмеивали и опровергали множественные попытки перенести законы борьбы 3a существование (как рецидив мальтузианства, получивщий также наименование социал-дарвинизма) в человеческое общество. Они имели при этом в виду не столько самого Дарвина, сколько тех открыто реакционных идеологов буржуазного строя. классового и расового угнетения, которые изо всех сил старались и продолжают стараться в наши дни использовать учение Дарвина в ‘качестве научно-биологической основы для теории и практики империализма. Но Маркс и Энгельс. учили нас не убегать в панике от теории Дарвина только потому, что буржуазные лжеученые coциал-дарвинисты пытаются делать из’ учения Дарвина опору для своих мальтузианских теорий, но разоблачать порочность и недобросовестность ‹ этих попыток, стоя обеими ногами прочно на почве - дарвинизма; не отдавать Дарвина на откуп буржуазной идеологии и науке, но, наоборот, очистить учение Дарвина от второстепенных ошибок и взять его на свое вооружение, сделать его «естественно-научной опорой истории классовой борьбы». Ленин, разоблачая в «Материализме и эмпириокритицизме» пустоту и бессодержательность «сопиальна-энергетических» построений эмпириомониста Рогданова, цитирует слова Маркса, посвященные социалдарвинисту Ланге, и ‘комментирует их следующим образом: «Основа критики: Ланге заключается у Маркса He B TOM, что Ланге подсовывает специально мальтузианство в социологию, а`в том, что перенесение биологических понятий вообще в 0бласть общественных наук есть фраза. С «хорошими» ли целями предпринимается такое перенесение или с целями подкрепления ложных социологических выводов, от этого фраза не перестает быть фразой». Но если всякое перенесение биологических понятий и закономерностей в область социальных явлений, по определению Маркса и Ленина, является фразой, то такой же фразой являются и попытки разрешить конкретные проблемы биологии путем перенесения в биологические проблемы социологических понятий вроде мальтузианства. Т. Д. Лысенко и его последователи пытаются опровергнуть дарвинизм, предлагая отказаться. от основного тезиса учения Дарвина — внутривидовой борьбы, воображая, что этим они укрепят нашу идеологическую борьбу с мальтузианскими социологическими теориями империалистических хищников, и при этом не замечают, что тем самым вместо опровержения лженаучных социал-дарвинистических и мальтузианских построений они сами оказы‘ваются в плену у буржуазной идеологии. `Вместо того, чтобы разоблачать вслед за Марксом, Энгельсом, Лениным и Сталиным недопустимость и лженаучность простых, механистических аналогий между биологическими явлениями в природе и социальноисторическими явлениями в Человеческом обществе, они сами выступают в роли тех же социал-дарвинистов, но только навыворот. , Задача советской науки—со всей силой и последовательностью раз’яенять общественности, что независимо от того, действуют ли в природе факторы борьбы и внутривидовой конкуренции — развитие человеческого общества происходило и происходит по своим, историческим законам классовой борьбы. ПЕ Итак, основная ошибка Т, Д; Лысенко и его сторонников. состоит в том, что для решения биологической проблемы — признания или отрицания внутривиловой бэрьбы в перенаселения в живой природе — они без всякого основания привлекли не Адрес редакции и издательства: ул. 25 Ок исем— связанную с жизнью увеличен ай “тать посевы культурных растений; Rew eee ryiWlaTb NMOCeBbL Kydibt ype — каучуконое кок-сагыз, посеянный_ гнез: дами, густо в отдельных точках, дает больше корней и семян, чем тогда, когд: его семена размешены на площади равно мерно, без загущения. Все факты, а их немало в Лысенко, говорят об одном: земледельнь никогда не сталкивались с необходимостьк бороться с последствиями перенаселения а с необходимостью борьбы © недонаселе нием им приходится то и дело сталки ваться. Факты, привлекшие внимание T. Д. Лы сенко, волнуют практиков, порождают у них много вопросов, от решения которых ожая. Т. Д. Лысенк® зависит повышение ур об’яснил эти факты и наметил путь реше. ния вопросов, возникающих в связи © НИМИ. Никто не отнимает у ученого и практика права не соглашаться с’ выводами Лысенко. Но каждому ‘непредубежденному человеку ‘ясно, что’ отвергать его выводы можно лишь тогда, когда есть возможность доказать, что факты, на которых они OCHOваны, — неверны. Одновременно критик обязан дать свое, отличное от лысенковского, решение вопросов, выдвинутых практикой, а также ответить на общий вопрос, пославленный „Лысенко: почему сельскохозяйственная практика никогда и Нигде пе сталкивалась с явлениями перенаселения и с задачей борьбы с перенаселенностью? Оппоненты не выполняют ни первого, ни второго, ни третьего условия. Почему? Нам представляется, что они просто неспосооны. это сделать! При таких же обстоятельствах читателям неинтересно слушать оппонентов, занимающихся лишь бездоказательными общими рассуждениями. Для доказательства того, что перенаселенность является фактором естественного отбора, оппоненты должны были бы прежде всего показать, что такая перенаселенность. работах Т. Д `лействительно существует. Для этого они должны были бы привести факты, которые подтверждали бы, например, что семенами люцерны или кок-сагыза можно в течение нескольких лет действительно засеять если не весь земной шар, то хотя бы процентов 25 посевной площади Советского Союза. За такое открытие им сказали бы большое спасибо. Но у них нет таких фактов. И именно поэтому оппоненты не решаются обсуждать выдвинутую Т. Д. Лысенко проблему по существу. Творческую дискуссию они подменяют . схоластическими упражнениями. В самом деле, разве нужно вступать спор с Б. М. Завадовским о том, чтб можно цитировать и чего нельзя цитировать из трудов классиков марксизма? Разве есть нужда дискуссировать с Ним по поводу сформулированной им «третьей позиции». В философии, в истории, в политике эта «третья»—центристская—позиция неизменно заводила ее приверженцев в. болото. Если Б. М. Завадовскому нравится это «угодве», то людям, творчески развиваюшим дарвинизм; развивающим его не. цитированием и ‘толкованием текстов, а практически оно определенно не подходит. Невозможно также вступать в; спор с акад. Шмальгаузеном, пишущим, что «недопустимой ошибкой Т. Д. Лысенко является попытка изображать учение Дарвина, как. якобы «биологическое» обоснование волчьих законов капитализма». Это невозможно обсуждать по простой причине: нигле и никогда Т. JL. Лысенко не писал того, что ему приписывают акад. Шмальгаузен и др. Трудно понять, что заставляет критиков прибегать к таким «приемам» дискуссии Очевидно, то же незнание жизни и отсутствие фактов, необходимых для o6- В статье «Естественный отбор зиловая конкуренция» академик ЗАРЕ ем сенко писал’ «Предположение о том, будто. бы существует одна основа для жизни, а а: аа: ANPENITIOHHO ложно. другая для науки, совершенно пот Двух основ неё должно быть, должно быть единство теории’ и практики». Это——аксиома нашего мировоззрения Но эта аксиома обладает одним «неприятным» свойством: она легко воспринимается, но © такой же легкостью забывается. М: Tipu paspaCorke и аргументации = tRUens теории Ч. Дарвин смело опирался на опыт сельскохозяйственной практики. На ‘ту же практику неизменно опирался он и тогда, когда анализировал необ’ятные материалы естествознания, добытые им и другими ‘натуралистами. Можно сказать, nm ‘что к открытию законов естественного раз ‘вития Дарвин пришел через посредство многовекового опыта земледельцев. В наше время по-настоящему, подарвиновски развивать дарвинизм в COCTOании только тот’ исследователь, которым, руководствуясь теорией развития, решает практические задачи или же научно обобшает опыт практики и делает из обобще`ния научные, практически верные и полезные для практики выводы. Каждый биолог согласится, ‘что ныне уже невозможно развивать учение Дарвина путем того или иного его толкования. И совершенно напрасно Б. М. Завадовский силится доказать, что он читает и толкует Дарвина правильнее, чем те, кто разделяет взгляды Т. Д. Лысенко. Этим он еще резче оттеняет наличие разрыва теории и практики в своих трудах. Академик И. И. Шмальгаузен и другие в своей статье (см. «Литературную: газету» № 59) еще пытались кое-как увязать критические замечания по адресу Т. Д: Лысенко с анализом практики. Правда, под видом практики они взяли не живую жизнь, He эксперимент, а чисто ^умозрительные примеры с морковкой ‘на огороде, да с карпом в пруду, чем и поставили себя перед специалистами овощеводами и рыбоводами B неудобное положение. Ведь никто и никогда еше не пытался создавать полезные для человека качества у моркови с помощью загущенных посевов, т. е. с помошью внутривидовой конкуренции! Но Б. М. Завадовский даже не. счел нужным сделать и того, что сделали его единомышленники. Он всю свою аргументацию строит на... толковании. В наше время никто добровольно не желает относить себя к любителям толкований и схоластических.. споров. Поэтому, чтобы невольно не попасть. в их число, Б. М. Завадовский и др. прежде чем пускаться в дискуссию, обязаны были точно усвоить исходное положение и цели, которые ставит перед собой Т. Д. Лысенко. Каковы же исходные положения Т. Д. Лысенко? Каковы цели, . заставившие его поднять большой теоретический вопрос о факторах эволюции? . Т. Д. Лысенко. подробно отвечает на’ эти вопросы в своей, упомянутой нами’ выше, работе. В ней он говорит о том, что: — есть немало таких еельскохозяйственных растений, у которых весь урожай’ семян используется только для посева, и, тем не менее, семян нехватает для расширения. посевных площадей; — сортовые ` посевы зерновых’ всегда и везде приходится полоть от несортовых примесей; иными словами, из среды высокоурожайных форм растений удалять низкоурожайные формы, которые, несмотря на свою количественную незначительность и низкую урожайность, «не хотят» исчезать, хотя они «должны были» это сделать, если бы действовал. закон внутривидовой конкуренции; Е — земледелец на засоренных ‘почвах, желая получить ‘урожай ‘культурного растения, всегда и везде вынужден прибегать. к Мое мнение о взглядах акад. Критика учения о внутривидовой конкуренции, развиваемая академиком Т. Д. Лысенко, касается взглядов и установок больнюго числа биологов — исследователей и преподавателей. Эта критика затрагивает и мои взгляды. . : Взвесив все доводы и факты, приведенные академиком Т. Д. Лысенко, я вынужден признать его критику учения о внутривидовой конкуренции правильной. Вывод о неизбежности внутривидовой конкуренции, возникающей под давлением перенаселенности, обычно делается не на основании реально наблюдаемых в природе фактов, доказывающих наличие в. природе перенаселенности, а Ha основании теоретических подечетов возможного возрастания численности видов, благодаря. способности живых организмов ускоренно размножатьсяТак, особенно популярным’ является пример с одуванчиком. По подсчетам К. А. Тимирязева, одно растение одуванчика, при выживания всех его потомков, способно было бы за десять лет дать начало такому большому числу потомков, что. для него нехватило бы поверхности земного шара. Отсюда делается вывод о неизбежности перенаселенности и внутривидовой борьбы. Но при таких теоретических подсечетах, подкупающих своей наглядностью, упускаются из виду действительные размеры гого истребления, которому подвергаются живые организмы действием межвидовой борьбы за существование и неорганических факторов окружающей среды. Это вымирание менее приспособленных живых организмов в прямой и косвенной борьбе с другими видами и под влиянием постоянно изменяющихся и колеблющихся условий скружающей среды настолько велико, что способность живых организмов к размножению оказывается достаточной лишь для поддержания численности видов, а до перенаселенности возрастание численности видов в природе, ‘повидимому, никогда не доходит. Таким образом, возрастание численности вида ограничивается не недоСтаточностью’ пищи и не действием. внутривидовой конкуренции вследствие перенаселенности, а отношением разных видов живых организмов между собой и окружающими условиями существования. Только межвидовая борьба за существование и влияние окружающих условий приводят к вымиранию менее приспособленных и к выживанию более приспособленных организмов. Не случайно ни Дарвин, ни его виднейшие последователи не ‘приводят ни одного реального факта, свидетельствующего о наличии в природе перенаселенности и внутривидовой борьбы, а ограничиваются теоретическими подсчетами возрастания численности видов вследствие размножения живых организмов в геометрической прогрессии. Поэгому академик Т. Д. Лысенко вполне Уже два года назад, когда Г. Д. Лысенко выступил со своей статьей «Естественный отбор и внутривидовая конкуренция», в которой заявил, что он отрицает существование 8 природе внутривиловой борьбы и перенаселения. ‘это заявление авторитетного ученого породило разброд среди советских биологов и привлекло внимание общественности. Е Еще большее внимание должны приковать к себе последние выступления Т. Д. Лысенко и его сотрудников в №№ 47 и 59 «Литературной газеты», в которых внутривидовая борьба об’являетя буржуазным пережитком и разновидностью мальтузианства. . ` В самом леле, ‘в течение десятилетий передовые представители русской и советской интеллигенции учились у Маркса и Энгельса: считать, что учение Дарвина «годится.. как естественно-научная опора истории классовой борьбы... Несмотря на все недостатки, здесь не только нанесен смертельный удар «телеологии» в естественных науках, но и эмпирически выяснено ее разумное значение» (К. Маркс). `В течение 30 лет существования советской власти советские биологи, учась у К. А Тимирязева его страстной борьбе с ошибками и извращениями дарвинизма, очистив учение Дарвина от тех его недостатков, на которые указывали Маркс и Энгельс, восприняли дарвинизм, как органическую составную часть в построении пелостного марксистского диалектико-материалистического мировоззрения. Именно _в этой форме учение Дарвина вошло в обязательные учебные планы преподавания в наши высшие и средние школы. Если поверить. новоявленным критикам, то не только советским ученым-биологам, но и всем советским людям нужно пересмотреть свое отношение к основам дарвиновой теории эволюции. Ибо, как утверждают тов. Авакян и другие в статье «За дарвинизм творческий, против мальтузианства»: «Академик же Лысенко вообще отвергает наличие в природе перенаселения и внутривидовой конкуренции и считает главным в дарвинизме теорию развития органического мира». : Нельзя не признать, что разногласия по вопросу с признании или отрицании внутривидовой борьбы в живой природе, первоначально возникние в среде биологов, приобретают более общее принципиальное значение. В моей работе над проектом паматника М, М. Кодюбинскому мне помогли незабываемые впечатления о встрече се великим’ украинским писателем, Это было в 191112 тг, векоре после ето возвращения с острова Капри, где, он ‘гостил у М. Горького; Навсегда остался в моей памяти образ этого иламенного борца за дело народа. Хорошо запомнил. ся и внешний облик М. М. Коцюбин. ского: высокая, худая Фигура, большой обнаженный л0б, сверкающие глаза, Проект‘ памятника одобрен художеет. венно-экспертным советом Комитета по делам. искусств ‚при Совете Министров cccr. — : , Сейчас я ‘закаячиваю ‘рабочую модель памятника, открытие которого должно состояться в мае будущего года на ро. дине писателя в г. Виннице, Скульптор Г; НЕРОДА, о ] Ulonemmecknity оклад проф. Д. Тамарченко_ В понедельник 8 декабря 1947 года в Большом зале Центрального дома литера: торов состоялся, как об этом было с00б щено в пригласительных билетах, «поле мичёеский доклад» проф. Д. Тамарченко «Разработка проблем < социалистического реализма в советской критике последних лет». Собравшиеся, — их было не менее 100: человек, включая _ с’ехавшихся 3 Ме скву из других городов критиков и лит ратуроведов, — ‘в течение шести `часоз слушали сообщение проф. Д. Тамаоченко, Присутствующие имели все основания полагать, что в эти дни, когда литератур» ная общественность горячо ‘обсуждает статьи по вопросам литературы, опублихованные в нашей прессе («Культура и жизнь», «Правда», «Литературная газета»), комис сия по теории литературы и критики, при» званная быть ‹редоточиём литературно’ критической мысли, сделает все, чтобн откликнуться на эти статьи. Теоретич. ность замысла Д. Тамарченко. сама по се бе не вызывает возражений. Ибо и в тео ретическом разрезе можно было подверг нуть рассмотрению вопросы, всех сейча интересующие. Но, увы, ожидания собравшихся были жестоко обмануты. В течение шести < лиш: ним часов докладчик схоластически теоретизировал на тему о том, какой именно периол в истории нашей литературы. сле: дует считать начальным для возникнове» ния метода социалистического реализма, Что же до «полемичности» его доклада, то она свелась к тому, что, он без доста: точных для того оснований подверг кри: тике все существовавшие по этому поводу мнения. ресстрастно, с обстоятельностью, заслу: живающей . лучшего применеция, Д, Та. марченко, невзирая. на. беспрестанно убнвающее число слушателей, приводил одну за другой: общеизвестные цитаты. Трудно сказать, возникнет ли по MOBO ду доклада Д. Тамарченко дискуссия, ко’ торая по замыслу ‘устроителей должна была развернуться. Но ясно, что если она и возникнет, TO не благодаря докладу Д. Тамарченко, а’ вопреки его усилиям от: влечь внимание собравшихся от насущных вопросов в область‘ бесплодного теоретизирования, Е ; Виноват во всем этом, разумеется, He только’ докладчик. Круг 6го интересов н возможностей. в сушности, был известен и до понедельника 8 декабря. Но вот Ко’ миссия по теории литературы и критики обязана была предусмотреть то, что’ ‘прон: зошло. Впрочем, к сожалению. ‘эта комис сия отличается во всех острых вопросах современной литературной жизни ‘чрезвычайным спокойствием и «невмешательством», Руководство Союза‘ писателей должно ре шительно пересмотреть ‘всю работу крити’ ческой комиссии, пронизать эту работу идейно-политическим содержанием и духом боевой партийности. ое собрание Союза совет. ПОВОЕ БЮРО СЕКЦИИ ПОЭЗИИ Состоялось отчетно-выборное членов бюро секции поэзии Co ских писателей. С этчетным докладом выступила В. Инбе?. Собрание признало работу бюро удовлетво: рительной. Избрано бюро секции поэзии в составе Шипачев (председатель), А. Коваленко (секретарь), М. Алигер, TT. ‘Антокозьский, Безыменекий бр OM Banu. ито КУ УЗАВИИ Поэзии в составе, С. Шипачев (председатель), Д. Коваленко (секретарь), М. Алигер, П. ‘Антокольский, А. Безыменский, С. Васильев, П. Воронь: ко, Е. Долматовский, А. Жаров, В. Инбер С. Кирсанов. В. Лебедев-Кумач, M, Луюонин. В. Перцов, А. Софронов, А. Тарасенков и_ А. Лвардовский. «ЗНАМЯ» № 12 > а Ноя: и Записок... АзсТ вар: HORCHOTO «Родина ‘и чужбина». поэма’ А бобр. нова «Слово Оталина», рассказ. В - Matora «Мотьказ. и ` стихи. М. Алигер,. П\”. Бровки, В, уговекого В раздёле публицистики опубли: кованая статья’ В. Веляева. ‘«Отец’ Сойка и его хозчевя». в разделах критики и ‘библиографии помещены, (rata. EL” Тагера чСоГорьний и художественные приннины ‚советекой, литера“ туры». 0. Кирьянова о книгах стихов’ Сайфи Кудаша «Любовь и невавиёть® и. «От всего сердца», П. Березова о романе Дм. Налишкива «Сердце Бонивура» и Л. Валь, ю сборнике: повестей. Садриддина Айни «Сыёьгь: poctopmnxe. ст _ a В. развернувшейся дискуссии особенно любопытен тот факт, что для подтверждения своих позиций т. Авакян и другие обрушивают на читателей «Литературной газеты» целый ворох цитат из Маркса и Энгельса, которыми они пытаются доказать тождество, якобы существующее между учением Дарвина о внутривидовой борьбе и мальтузианством. Но... к сожалению, у нас не всегда умеют читать и использовыратр тлы и мысли основоположников вать труды в мысли о ERDAS марксизма и прибегают порой к выдергиранию облюбованных фраз из работ классиков, не разбираясь в том, в какой связи ‘была сформулирована та или иная мысль, в какой исторической обстановке и условиях она была высказана. И в ланном случае т. Авакян и другие пользуются, главным образом, теми мыслями из гениальной «Диалектики природы», которые Энгельс заносил в предварительном виде прежде всего для себя, в порядке подготовки к задуманному им, но, K сожалению, не завершенному труду. В nerdy сатучаах они TRTANVIOT мысли 13 других случаях они цитируют мысли #85 переписка Маркса и Энгельса с друзьями, совершенно ‘не учитывая того, что в них авторы исходят из предположений, что им самим и их друзьям известна и понятна основная система взглядов, уже высказанных ими ранее в опубликованных трудах. Понятно поэтому то, что целыйряд MecT в «Диалектике природы» или в переписке Маркса и Энгельса нельзя правильно. понять вне их связи со всем тем, что Маркс и Энгельс считали необходимым опубликовать в качестве своих продуманных, ответственных оценок дарвинизма. . Но, обратясь к «Анти-Дюрингу» Энгельса. они. к своему удивлению установили бы, что обвинение дарвинизма в том, что он якобы перенес мальтусову теорию перенаселения в область естествознания, было значительно раныше их высказано г-ом Дюрингом, уничтожающей критике которого был посвящен гениальный труд Энгельса. При этом Энгельс отнюдь’ не консолидировался с обвинениями в мальтузианстве Чарлза Дарвина, но выступил с -обоснованной защитой правильности его учения. Вот абсюлютно ясные, не поддающиеся никаким лжетолкованиям высказывания Энгельса по этому вопросу: ‚ «Прежде всего Дарвину вменяется в упрек, что он перенес мальтусову теорию народонаселения из политической экономии в область естествознания, что он коснеет. в представлениях животноводов, что своим учением о борьбе за существование он предается научной полупоэзии и что весь дарвинизм, за вычетом сделанных им у ламаркизма заимствований, есть изрядная доза направленного против человечества зверства». Изложив далее с исключительной TOUностью. истинное содержание теории’ Дарвина как теории отбора, основанного на инливидуальных особенностях отдельных особей; определяющих их преимущества перед другими особями ‘того же вида в борьбе за. существование, Энгельс дает в заключение прямой ответ Дюрингу: «Но ДарвиHY вовсе не приходило в голову сказать, что происхождение идеи о борьбе за сушествование следует искать у Мальтуса. Он говорит только, что его теория борьбы за существование есть теория Мальтуса, примененная ко всему животному и растительному миру. Как бы ни был велик промах Дарвина, принявшего в своей наивности без оговорок учение Мальтуса, однако всякий сразу видит, что можно и без мальтусовых очков заметить в природе борьбу за существование, заметить противоречие между бесчисленным множеством зародышей, которых порождает в своей расточительности природа, и незначительным количеством тех из них, которые достигают зрелости (подчеркнуто мною. — Б. 3.); и противоречие это в действительности разрешается по большей части борьбой за сушествование, принимающей иногда крайне жестокий характер. И подобно тому, как сохранил свое значение закон заработной платы даже после того, как давно заглохли мальтусовские аргументы, которыми обосновал егс Рикардо, так и в природе может иметь место борьба за существование, помимо всякого мальтузианского ее истолкования» (подчеркнуто мною.—Б. 3.). Из этих слов совершенно очевидно, что, упрекая лично Дарвина в том, что ‘он, Дарвин, не уловил разницы межлу своей «Литературная газета» выходит два раза в неделю: по средам и субботам. теоретических Т. Д. Лысенко обоснованно заявляет, что нет ни одного факта, полученного путем непосредственного наблюдения в природе, который доказывал бы неизбежность конкуренции между организмами, принадлежащими к одному и тому же виду веледствие перенаселенности, вследствие недохватки пищи. Такие факты неизвестны, и, повидимому, они действительно не существуют в природе. Поэтому нельзя рассматривать внутривидовую конкуренцию, как _ краеугольный камень дарвинизма, как основную причину естественного отбора и дивергенции видов. Теоретические взгляды академика Т. Д. Лысенко по вопросу о внутривидовой конкуренции помогают устранить из теории Дарвина мальтузианские ошибки, на которые в свое время указывали Маркс и Энгельс. Поэтому более чем странным является отношение к этим взглядам академика Т. Д. Лысенко группы профессоров биологического факультета Московского государственного университета, которые осуждают эти взгляды, как ошибочные. ведущие к отходу от дарвинизма. Такое осуждение взглядов академика Т. Д. Лысенко является, по моему мнению, совершенно необоснованным и ‘искажающим истинное положение вещей. Освобождение дарвинизма от имеющихся в нем ошибочных сторон, вызванных ограниченностью буржуазного мировоззрения Ч. Дарвина, не только не может ослабить эту великую тёорию, ставшую важнейшей естественно-исторической основой ‘нашего материалистического мировоззрения, а наоборот, является необходимым условием для ее дальнейшего упрочения и развития Taкая залача по плечу только ученым биоблогам нашей советской страны, где дарвинизм обрел свою настоящую родину и единственно правильную методологическую основу для своего дальнейшего развития— диалектический материализм Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина: Одной из самых актуальных задач советской биологии является ` бесношалная борьба ‘с различного рода’ проявлениями реакционного мальтузианства. Известно, что современная буржуазная наука всячески поддерживает и раздувает мальтузианские воззрения как в области социологии, так и в области биологни. Этим самым она выполняет социальный заказ своего хозяина — империалистической буржуазии, поджигателей новой мировой войны, об’являющих войну естественным <состоянием и законом природы. Профессора Московского университета должны знать об этих задачах, стоящих перед советскими учеными. Н. ТУВБИН. Е а А Зее проф. Ленинградского гос университета. Раскрывая ошибки Т. Д. Лысенко, нельзя в то же время оставить я общественность вне понимания того ‘вопроса, где и по каким линиям в действительности происходит идеологическая борьба советских ученых с нападками буржуазных ученых на нашу, советскую науку, на ‘на: шу, марксистскую идеологию и методологню? В чем смысл атаки буржуазных ученых лично на Т. Д. Лысенко, которого мы обязаны защищать за его конкретные заслуги, независимо от изложенных выше существенных с ним разногласий? Мы должны четко и определенно раз’яснить, в чем ошибается Т. Д. Лысенко и в чем он прав. Широкая советская общественность склонна считать, что существуют только два лагеря в теории дарвинизма: с одной стороны, бесспорно порочная линия. неодарвинизма — формальной генетики. которая не отмежевывается от враждебных нам ‘идеологических и метафизических идей, свойственных большинству буржуазных ученых, а с другой — те тенденции, которые все более активно проводит в свойх последних работах Т. Д. Лысенко. Существует неправильное представление, что всякий, кто критикует Лысенко, тем самым включается в общий фронт с формальными генегиками и другими морганистами, односторонне отрицающими какие бы то ни было научные заслуги Т. Д. Лысенко. Мы обязаны довести до сведения широкой советской общественности, что существует третья, единственно правильная позиция — та генеральная линия ортодоксального дарвинизма, которая разоблачает ошибки как наивного. неоламаркизма, — так и ошибки неодарвинистов. На этой позиции всегда стоял К. А. Тимирязев, эта позиция борьбы с механнцизмом и меньшевиствующим идеализмом в биологии была выкована ‘коллективной мыслью советских биологов в предшествовавших = научнофилософских дискуссиях, которые имели место за 30 лет существования советской власти. т Советская общественность всегда и весьма чутко откликалась. на всякую истинно новаторскую идею. Но она откажется пойти по пути такого «новаторства», которое ведет не к развитию и углублению марксистской науки и философии, а к их реБ. ЗАВАДОВСКИЙ. действительный член Академии 2х. наук им, Ленина, MMU. Ae SVPHHG «Литературный: Тамбов», eo eee er ^^ KO, b. FOPBATOB, А. КОРНЕЙЧУК. О. КУРГАНОВ, HN. ПОГОДИН, А, ТВАРДОВСКИЙ. 5 ` <“ ЗЧУтренней жизни и отдел лавный редактор В ЕРМИЛОВ. Редакционная коллегия: В. ВЕЛИЧ 1. ЛЕОНОВ, А. МАКАРОВ, М. МИТИН, тября, 19 (для телеграмм — Москва; Литгазета). Телефоны: секретариат — К 5-10-40, отделы: a К 4-60-02. международной жизни — К 4-64-61, науки и техники — К 4-60-02, информации — К 1-18-94. Типография имени И. И. Скворцова-Степанова, Москва, Пушкинская алощадь, 5. `ратуры и oe 3 87. => aa 4-75-02, издательство — K 3.3